Не утолить печаль мою,
И горек вкус воспоминаний.
Предатель тот, кого люблю
Сильнее всех своих созданий.
Казалось мне, что он, мой сын,
Моя надежда и опора,
Разделит власть со мной один...
И я не ждал его укора,
Упреков гневных в том, что слеп,
Считая, что закон превыше,
И превращаю мир я в склеп,
Где тленом прошлого все дышит.
Он говорил мне, что я глух -
Цепями бряцают устои,
Они порабощают дух,
Но каждый выбирать достоин
Свою дорогу и идти,
И даже встать ли на колени,
Решая сам... Себя найти
Путем потерь, тревог, сомнений,
Надежды, счастья и любви...
Принять, что есть цена страданий,
Понять самим, что не рабы
Ни веры ни своих желаний.
Как мог он это утверждать,
Каким наветом ослепленный,
Когда знал только благодать,
И милостью был осененный?
Его я не в гневе я изгнал,
Но с болью, ясно сознавая,
Что я напрасно ограждал
Его от бед. Он жил, не зная
Ни нужд ни горестей людских,
Был безмятежен и беспечен,
Но возомнил, что понял их,
И Провидением отмечен
Порядок новый навести,
В свободе воли убежденный.
Зачем стоять мне на пути?
Вернется он. И побежденный...
Как мне унять тоску свою
И грусть напрасных ожиданий?
Пусть будет тот, кого люблю,
Сильнее всех других созданий.