Пол Фредерик
Дело Бопре

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Rec
Создай обложку книги бесплатно
Кожевенное мастерство: сумки, ремни
 Ваша оценка:

Фредерик Пол

Дело Бопре

Frederik POHL, The Matter of Beaupré




 []

      Мы не знаем, сколько ещё других решений было вынесено до того, как Верховный суд в то утро добрался до дела «Бопре против Национальной академии наук и др.». К счастью, мы знаем, какими могли быть некоторые из них, благодаря Салли Симпсон. Она была не только одним из наших источников точного текста мнения большинства по делу Бопре, но и имела копии шести других вердиктов в своей папке. Так, из них мы знаем, что Суд назначил новое судебное разбирательство для двух подрядчиков по оборонным заказам, осуждённых за мошенничество, поддержал план Нью-Йорка по созданию округов по принципу «один человек — один голос» по всему столичному региону и отказался вмешиваться в три других дела, переданных ему на рассмотрение, оставив таким образом решения нижестоящих судов в силе.
      Мы также знаем, как обычно действовал Суд. Без сомнения, тот день начался так же, как и любой другой понедельник с вынесением решений. В десять утра девять судей, как обычно, вошли в зал заседаний Суда и заняли свои места. Кресло председателя Суда находилось в центре зала с красными драпировками, по четыре судьи-заседателя с каждой стороны. Поскольку до полудня никаких прений не ожидалось, зал, вероятно, не был полон. Там было несколько юристов, участвующих в каждом из рассматриваемых дел, вместе с дюжиной или около того репортёров и несколькими обычными гражданами, пришедшими посмотреть на совещания высшего судебного органа США. Вероятно, Бопре было четвёртым или пятым решением, вынесенным в тот день. Поскольку мнение большинства написал судья-заседатель Хенсон, вероятно, ему и позволили его огласить.
      Это событие произошло, как мы знаем, в 10:33 утра по восточному поясному времени с переходом на летнее время.

      Верховный суд США в ту сессию имел очень плотный график, отчасти потому, что количество дел росло с каждым годом, но ещё больше потому, что политический баланс Суда значительно сместился.
      Это было неизбежно, учитывая то, как шли американские президентские выборы. Удивительно, что это заняло так много времени. Причина была в упрямстве: несколько самых старых судей цеплялись за свои кресла гораздо дольше, чем диктовали амбиции и позволяло здоровье, — в надежде на президента, который поставит на их место таких же, как они. Они держались на протяжении всего правления Рейгана и Буша, но когда Куэйл начал свой первый срок, они больше не могли этого выдержать. Один судья умер — врачи называли это пневмонией, но на самом деле это было разочарование. Трое других, потеряв надежду, ушли в отставку. Сенат устроил ожесточённую борьбу против первых же кандидатур на их замену, но в конце концов ему пришлось позволить администрации выбрать кого-нибудь. Администрации удалось провалить кандидатуру Фреда Шварца на слушаниях в комитете — в основном потому, что он не был американцем по рождению. Но к тому времени, как подошло имя Пэта Робертсона, у сенаторов вышел весь пар.
      Так появился Суд О'Коннор. И каждая группа в Америке, выступавшая против абортов или правил «Миранды», или за ношение оружия, или за смертную казнь, стала готовить к повторным судебным разбирательствам свои самые перспективные новые дела, поскольку видела в этом подаренную небесами возможность добиться пересмотра своих судебных поражений прямо сейчас.
      Бопре было лишь одним из исторических дел, которые Суд рассмотрел в ту сессию, но самым важным. На первый взгляд оно было простым. Саймон Бопре, отец десятилетней школьницы из Вилль-Платт, штат Луизиана, подал иск против Национальной академии наук, местного школьного совета, Департамента образования Луизианы и ещё двадцати трёх частных лиц на всех уровнях науки и власти. Он возражал против того, что его дочь заставляют изучать злодейское и богохульное учение эволюции, и требовал судебного запрета, чтобы это прекратить.
      Первый федеральный судья, выслушавший его жалобу, её отклонил. Бопре не сдался. Трое телевизионных евангелистов следили за его усилиями и подключились, чтобы помочь ему собрать средства на апелляцию. Апелляционный суд назначил новое разбирательство у другого федерального судьи, и на этот раз у Бопре было больше денег и лучшие адвокаты. Они добавили к иску несколько новых, далеко идущих оснований. Первоначальное требование Бопре основывалось исключительно на свободе религии, но адвокаты из института Гувера полагали, что затронуты более широкие вопросы. Дарвиновская эволюция, указывали они, была иностранным изобретением. «Законы» эволюции были английскими законами, и, по их утверждению, Американская революция была борьбой именно за принцип, согласно которому иностранцы не могут законодательствовать для свободных американцев.
      По мере продвижения дела от апелляции к апелляции обе стороны обрастали новыми сторонниками. Американский союз гражданских свобод, Американская ассоциация содействия развитию науки и Американская ассоциация университетских профессоров выступили с amicus — дружескими — заключениями в защиту ответчика. «Моральное большинство», Церковь мормонов и Американский легион выступили за истца.
      Суд потратил почти небывалые пять недель на слушания по делу Бопре, несмотря на свой перегруженный график, и публичные дебаты бушевали по всей территории Соединённых Штатов. Когда слушания завершились, судьи начали писать свои мнения. Всё это делалось в частном порядке, разумеется, и традиционная секретность Суда была соблюдена — хотя теперь мы знаем чуть больше, благодаря счастливой случайности: Салли Симпсон съездила к постели своего раненого отца. Но публичная борьба продолжалась.

      Те из нас, канадцев, кто жил достаточно близко к границе, чтобы принимать американские телевизионные станции, видели эту борьбу каждый день. В передаче «Встреча с прессой» Карл Саган сказал: «Эволюции потребовались миллиарды и миллиарды лет, чтобы создать нас такими, какие мы есть. Не стыдитесь своего происхождения. Гордитесь тем, что мы становимся лучше». Сам Саймон Бопре появился в девяностошестисекундном интервью в «Ночных новостях» NBC. Он назвал эволюцию либерально-коммунистической ложью, которую распространяют, чтобы поколебать веру людей в Бога, и всё это время он возился со своим галстуком. Даже Том Брокау не смог заставить себя отнестись к нему серьёзно, но многие другие смогли.
      У людей из «Креационной науки» было много друзей. Многие к ним присоединились. Институт Брукингса вступил в дело, попросив включить в рассматриваемые документы законы марксистской диалектики. Президент сначала не хотел вмешиваться, но когда его директор по бюджету сказал ему, что иск может избавить от закона Грэшема и большей части Адама Смита, президент сказал: «Что ж, приятель, давай. Никаких новых налогов. Никогда». Даже Пентагон заразился. Один из их людей в Ливерморской лаборатории указал, что это действительно помогло бы Стратегической оборонной инициативе, если бы удалось избавиться от закона обратных квадратов… и вот тогда всё и взорвалось.
      Службы опросов провели исследование за неделю до вынесения решения. Вопрос был: «Вы против законодательства без представительства?» 51 процент сказал «да», 13 процентов — «нет», а остальные из выборки не имели мнения. Конечно, они, вероятно, не продумали этот вопрос до конца. Но ведь и Суд не продумал — как теперь очевидно.
      Это было через несколько дней после опроса — в воскресенье перед вынесением решения, если быть точным, — когда в историю вошла Салли Симпсон.
      В возрасте двадцати пяти лет эта молодая женщина была в числе лучших на своём курсе во всей юридической школе, а вершиной её учёбы стала должность редактора Гарвардского юридического обозрения на последнем курсе. Председатель Суда был рад принять её на должность клерка, и Симпсон, по-видимому, очень хорошо проявила себя в Суде.
      Однако в то воскресное утро Симпсон разбудил телефонный звонок, сообщивший, что её отец пострадал в результате несчастного случая на охоте в лесах северного Онтарио. Симпсон и её отец были очень близки, и она не колебалась. Она заскочила в машинописный зал в подвале здания Верховного суда, чтобы забрать пачку решений, сунула их в портфель и вскочила в такси до национального аэропорта Вашингтона. Строго говоря, ей не следовало брать эти бумаги. Им не полагалось покидать здание Суда ни по какой причине до оглашения на утреннем заседании в понедельник; но Симпсон чувствовала себя обязанной просмотреть их в самолёте, на случай, если потребуется позвонить с исправлениями.
      Итак, когда Симпсон прибыла в больницу, куда привезли её отца, она прекрасно сознавала, что на утреннем заседании в понедельник Суд огласит своё декларативное решение, гласящее, что только законы, принятые Конгрессом Соединённых Штатов или его легислатурами, могут иметь обязательную силу в пределах его границ. Она не придавала его последствиям большого значения. В документе не было очевидных опечаток, и она беспокоилась об отце.
      Когда Симпсон добралась до постели отца, она была рада увидеть, что он хромает, но в остальном чувствует себя хорошо. Но у неё не было возможности вернуться в Вашингтон к утреннему заседанию в понедельник, что спасло ей жизнь.

      В то утро в понедельник я пил кофе в своём кабинете в Торонто. Моё окно выходило на озеро, и я стоял у него, глядя наружу, когда это случилось. Я видел всё целиком.
      К счастью, утро было тёплым, и окно было открыто, иначе меня наверняка изрезало бы осколками стекла. Всё небо над озером Онтарио вспыхнуло. Не было никакого шума, по крайней мере, рядом. Был только этот сверхъяркий блик в небе — всё небо, от одного конца озера до другого, насколько я мог видеть.
      Шум пришёл позже.
      К тому времени американская половина озера Онтарио превратилась в пар. Хорошо было то, что это погасило часть того ужасного света. Плохо — что начались штормовые ветры. Именно тогда рухнула Си-Эн Тауэр, и все окна в Торонто, выходящие на озеро, выбило — точнее, вдавило внутрь. По меньшей мере сотня человек погибла от порезов разбитым стеклом.
      Я думал, что это конец света.
      Конечно, теперь мы все знаем, что это не могло быть концом света. Большую часть мира это вообще никак напрямую не затронуло. Это касалось только Соединённых Штатов Америки — всех «Нижних Сорока Восьми» штатов, а также округа Колумбия, Пуэрто-Рико и Американских Виргинских островов. К несчастью для калифорнийцев, это был поздний весенний день; солнце уже встало над Лос-Анджелесом. Узкая полоска самой восточной оконечности Аляски тоже пострадала, но остальные жители Аляски, а также все гавайцы отделались легко, как и Гуам. (Они до сих пор называют себя «Соединёнными Штатами», я слышал, но никто не обращает на это особого внимания.) Но на всей остальной территории мира, где действовала юрисдикция США, закон обратных квадратов перестал применяться.
      Потребовалось чуть больше семи минут, на скорости света, чтобы сверхгорячее, убийственное излучение с поверхности солнца достигло Нью-Йорка и Чикаго, Сан-Хуана и Сиэтла, Сан-Диего и Нового Орлеана, и всех точек между ними. Поскольку оно не ослабевало по закону обратных квадратов, оно прибыло таким же горячим, каким и ушло, — паляще горячим; звездно-горячим. Слишком горячим, чтобы выжило хоть что-то материальное, чего оно коснулось.
      А потом всё закончилось.
      Решение Верховного суда США больше не имело обязательной силы, поскольку США больше не существовало… и постепенно всё начало возвращаться в норму.
     
      От старых Соединённых Штатов не осталось почти ничего — физически, я имею в виду. Никто не заходит на это пустое место на карте. Естественно; там всё ещё слишком горячо, чтобы жить.
      Говорят, что через год или два, может быть, некоторые горы, по крайней мере, станут терпимыми, если запастись толстыми ботинками. Но никто не собирается туда отправляться прямо сейчас. У нас есть снимки с разведывательных спутников, и они показывают столько подробностей, сколько можно пожелать. Смотреть особо не на что, кроме развалин городов. Нью-Йорк теперь выглядит странно, все его небоскрёбы расплавились до пеньков. Майами, с другой стороны, выглядит на удивление целым; в то утро в понедельник там была действительно сильная гроза, и облака заслонили солнце на секунду или две, чтобы сгореть, — достаточно, чтобы спасти многие здания, хотя, конечно, не людей.
      Надеюсь, хуже не станет. Хотел бы я быть в этом уверен.
      Видите ли, когда они отменили закон обратных квадратов, это означало, что жар от солнца не ослабевал по пути и сжёг Соединённые Штаты. Он ничуть не ослаблялся расстоянием, потому что закон обратных квадратов больше не действовал; это было так, как если бы поверхность солнца и поверхность Земли соприкасались. Теперь все это понимают — и то, как потребовалось семь минут, потому что именно столько нужно свету и теплу, чтобы преодолеть 93 миллиона миль, разделяющих Солнце и Землю.
      К сожалению, Солнце — не единственная звезда вокруг. Альфа Центавра даже горячее Солнца. Она в четырёх световых годах отсюда; это значит, что свету нужно четыре года, чтобы добраться оттуда сюда. Это даёт нам немного времени подумать, или, по крайней мере, поволноваться.
      И Альфа Центавра — только одна звезда. Говорят, в нашей галактике пара сотен миллиардов звёзд. Не говоря уже обо всех других галактиках, что дальше.
      Так что я скрещиваю пальцы. Я никогда по-настоящему не ненавидел американцев. Они не могли не стать большими и сильными, и, думаю, когда ты такой, трудно удержаться от соблазна показать силу — американцы и не пытались удерживаться… Но мне ненавистна мысль, что такие юридические решения могут стать обычным делом.

     
 []



      Иллюстрация из Aboriginal Science Fiction May-June 1991
      Перевод по Aboriginal Science Fiction May-June 1991



      Этот рассказ был одновременно опубликован в британском журнале Interzone May 1991, так как два журнала обменялись материалами друг с другом в качестве уникального эксперимента.



 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"