Ушаков Игорь Алексеевич
Гамлет, принц Братский

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Быть иль не быть? Но в этом ли вопрос?


ГАМЛЕТ, ПРИНЦ БРАТСКИЙ

(Траги-трагедия в одном, но длинном акте)


 
 
  Уж скоро будет лет, гляди, с полтыщи,
  Как - будь благословен Шекспир! -
  Поток страстей людских
  на нас со сцены хлыщет...
  А главное - все тот же духа пир!
 
  Действующие лица:
  Шекспир, он же автор.
  Гамлет - принц, сын прежнего короля Отчизны Братской Гамлета-Старшего и племянник нынешнего короля Клавдия.
  Гертруда - королева, жена Гамлета-Старшего, а затем его брата - Клавдия.
  Клавдий - нынешний король Отчизны Братской.
  Полоний - канцлер Отчизны Братской.
  Офелия - дочь Полония.
  Лаэрт - сын Полония.
  Горацио - друг Гамлета.
  Розенкранц и Гильденстерн - бывшие одноклассники Гамлета.
  Бернардо, он же Борис - часовой,
  Франциско, он же Федул - часовой,
  Марцелл, он же Маркел - начальник караула,
  Могильщики (без комментариев).
  Священник (без комментариев).
  Призрак Отца принца Гамлета.
 

АКТ ПЕРВЫЙ И ПОСЛЕДНИЙ

Сцена первая


 
  Выходит Шекспир заунывно, нараспев, как это обычно делают поэты, начинает читать по бумажке:
 
  Уж наступила ночь на город
  Своею мрачною пятой...
  Все погрузилось в мрак и холод,
  Как под могильною плитой.
 
  После этого он уходит со сцены. Открывается занавес.
  Столица Братского царства. Старый Кремль, огороженный высоченной каменной стеной. У запертых ворот стоит на часах часовой Федул по прозвищу Франциско. Наступило время смены часовых. Подходит смена караула - Борис по прозвищу Бернардо.
 
  Часовой:
  - Стоять! Стреляю! Это кто идет!
 
  Бернардо (приближаясь):
  - Ты, что, Франциско - полный идиот?
  Кто ж на часах стоит, часов не наблюдая?
  Зачем, ты думаешь, пришел сюда я?
  Я - Боря, сменщик твой, Франциско...
  Мышиного и то страшишься писка!
 
  Часовой Франциско:
  -Ну, слава всем святым, черт подери...
  Теперь скорей добраться б до двери,
  А там с устатку водочки надраться
  Да под бочок к жене!..
 
  Подошедший сменщик - часовой Бернардо:
  - Не приходил Горацио?
 
  Часовой Франциско:
  - Горацио?.. Ах, да, теперь зовут так Гриш... Так о Григории ты, верно, говоришь?
 
  Бернардо:
  Да, о Горацио. Зачем наврал ему ты,
  Что будто призрак от тебя умчал во тьму-то?
 
  Франциско:
  Ну, малость самую... Не выдай, побожись!
  Ты б знал, как мне постыла эта жисть:
  Когда весь люд давно уж на печи,
  Ходить с проклятой алебардой средь ночи!
  А коль поверят мне - сойду за психа,
  И с пограничников меня уволят тихо...
  С тобою мы друзья, Бернардо... Тьфу! Борис,
  Смотри Горацию про то не протрепись!
 
  Бернардо:
  Мне тошно самому служить

в Отчизне Братской...


  Вон дочь моя - так правду в матку лепит:
  "Эх, холосо нам зыть в Отцизьне Бьятской!"
  Не истина ль ее картавый лепет?
  Но подрастет - под то же встанет знамя,
  Крича в ажиотаже: "Клавдий с нами!"
  Что за народ, вернее, - за народец ...
  И даже правит нами инородец!
 
  Франциско:
  Когда в стране бардак да передряги,
  Всегда найдутся для правления варяги!
 
  Бернардо:
  А мода эта всех именовать,
  Что не признает и родная мать:
  Вот ты, Франциско, был всегда Федул,
  Дразнили в школе: "Губы что надул!"
  А мне, ты думаешь, не горько:
  Бернардом стал обыкновенный Борька!
 
  Франциско:
  Вот у варягов в Королевстве Датском -
  Ни дать, ни взять - вот там оно по-братски:
  Они дают, дают, дают, дают...
  А наша Братская Страна - от слова "брать":
  Берет добро народное в свои карманы знать...
 
  Бернардо:
  Ну, ладно, хватит! Стены здесь с ушами:
  И не моргнешь - а загремишь к едрёной маме!
 
  Франциско:
  Что говорить, услышат - в сей момент,
  Объявят всем, что Борька - диссидент...
  Чу, чуешь? То они идут, браток -
  Набрось-ка на роток скорей платок!
 
  Подходят Горацио с Марцеллом. Горацио явно не в себе.
 
  Марцелл:
  Ну, как сегодня? Посетил ли дух?
  Иль, может, сон приснился после двух?
  Небось, кимарил, стерва, на посту,
  А потому и Тень увидел ту.
 
  Бернардо:
  Погодь, Маркел, не торопись и сам
  Ты поразишься вскоре чудесам:
  Ни дать, ни взять - то вылитый Король!
  Кому, зачем играть бы эту роль?
  К тому же он бесплотен, словно тень...
 
  Марцелл (со смешком):
  - Не та ли, что наводят на плетень?
  Король почил два месяца тому.
  Я россказней твоих, ей богу, не пойму!
 
  Бернардо:
  - Окстись, Маркел! Да и не трогай Бога,
  А заодно и черту хвост не дергай...
 
  В тот же миг Бернардо замирает с разинутым ртом... Горацио оборачивается в ту сторону, куда смотрит Бернардо, отшатывается, натыкается на алебарду стоящего за ним Марцелла, вскрикивает: ему и впрямь видится призрак - ну, точь-в-точь Гамлет-Старший, отец принца Гамлета, но только, как бесплотная тень.
 
  Горацио:
  - Прости мя и помилуй, Богородица...
 
  Марцелл:
  - Что, правда что ли призрак колобродится?
  Мне помнится, что с детства ты, Горацио, Страдал от всяческих галлюцинаций!
 
  Горацио приходит в себя и, пытаясь сохранить свое реноме, кричит вслед уходящему Призраку.
 
  Горацио:
  - Эй, стой! Ни с места, слышишь, наважденье!
  А то сейчас - как алебардой звездану!
 
  Горацио (про себя):
  - А впрочем если и ударю эту тень я,
  То, может, сам пойду тогда ко дну?
 
  Затем, одумавшись, обращается опять к призраку:
 
  - Но если ты, король, - прости великодушно:
  Я малость задурел, от страха душно...
 
  Призрак открывает рот, но в тот же миг кричит петух, и призрак в панике исчезает.
 
  Горацио (обращаясь к Марцеллу):
  - Маркел, чтоб нам спокойно было жить,
  Должны мы принцу все в деталях доложить.
 
  Марцелл:
  Ты друг его - тебе и карты в руки...
  (в сторону):
  А духи, призраки... Не верю в эти штуки!
 

* * * * *


  Сцена вращается и открывается следующий ее сегмент.
  Следующая ночь. На часах стоит Бернардо, переминаясь с ноги на ногу. Появляется Гамлет в сопровождении Горация. У Горация дрожат руки, он заикаясь, говорит Гамлету.
 
  Горацио:
  Вот этот видел Призрака два раза,
  Вчерась мы видели его в четыре глаза:
  И я, и он - почти одновременно...
  Я доложить тебе решился непременно.
  Мне показалось, призрак показал мне взглядом,
  Что знает, кто ему в бокал подсыпал яду...
 
  Гамлет:
  Что ж, подождем, любезный друг, Горацио.
  Хочу я с папенькиным духом повидаться.
  Но если что не так, то этому Бернардо
  Я отделю от тела бакенбарды!
  А ежели тот Призрак скажет что не так,
  Не верьте - он и раньше был большой чудак.
 
  Бернардо, походкой, какой ходят перетерпевшие в туалет, незаметно скрывается за углом. Его тень появляется на городской стене. Раздаются звуки льющейся струи.
 
  Горацио:
  Чур! Чур меня! Ты слышишь эти звуки?
  Такие слезы могут вызвать только муки!
  А вот и Тень!...
 
  Гамлет:
  О милостивый Боже!
  И впрямь на папенькину тень похоже...
  Бежим, мой друг, бежим скорей отсюда!
  Конечно же - виной всему Гертруда!
 
  Гамлет тянет Горацио за руку. Оба почти бегом исчезают со сцены.
 
  Бернардо:
  О славен будь в веках - святой Борис!
  Ведь это он мне подсказал: "Крепись! Борись!"
  А справь пораньше я свои желания,
  Горацио б не услыхал журчания...
  И уличный фонарь... Тень на стене...
  Тень лучшая из царства всех теней!
 
 

Сцена вторая


 
  Шекспир (заунывно нараспев читает по бумажке):
  Трагедий греческих герои
  Глубоких чувств несли венец...
  В наш гнусный век - от вас не скрою,
  Герой - дурак или подлец...
 
  После этого он уходит со сцены.
  Открывается занавес.
  Тронный зал. королева Гертруда с новым королем Клавдием, братом старого короля, умершего всего с месяц назад. Там же принц Гамлет - угрюм и зол. Канцлер Полоний с сыном Лаэртом и дочерью Офелией.
 
  Клавдий:
  Я известить хочу вас, господа и леди,
  О предстоящем праздничном обеде...
  Мы с королевой Братскою Гертрудой
  (Прошу простить за каламбур смешной -
  Она была ведь братовой женой!)
  Решилися на шаг довольно трудный
  Для блага нашей родины и нации
  Решили мы, подумав, обвенчаться.
  И вовсе не для смертного греха,
  А пользы для... Что значат ваши "кха"?!
  Не скрою, королеву я люблю,
  Она мне - словно гавань кораблю.
  Но ставлю золотой дукат за гвоздик ржавый:
  Здесь главное - преуспевание державы!
  Вы знаете, что это за напасть:
  Вокруг - одни враги, готовые напасть.
  Нам надо защитить Отчизну Братства
  От этого лихого супостатства!
  Принц Гамлет, к сожаленью, слишком млад,
  При нем дела Отчизны не пойдут на лад.
  А царством править - ведь не бабье дело!
 
  Поворачивается к Гертруде:
  Пардон, мадам, обидеть не хотелось!
 
  Протягивает руку в направлении Гамлета:
  Но чтобы знали все о нашем принце -
  Он наш наследник. Это главный принцип.
  Он мне теперь родней родного сына.
  Как и жена - моя он половина...
  Что ж получается? Три половинки? Ах!
  Я с арифметикой всегда был не в ладах...
  Простите, может я косноязычен,
  Зато мой голос и силен, и зычен,
  Как и положено быть гласу короля...
  Сгуляем свадьбу, как сгуляли тризну!
  Будь пухом праху прежнего царя земля!
  Во веки здравствуй, наша Братская Отчизна!
 

* * * * *


  Гамлет стоит с отрешенным видом в стороне ото всех.
 
  Гамлет (про себя):
  Ублюдок, гад, дождешься у меня!
  Не пожалею я души огня,
  Испепелю! Забрал мою корону...
  Но буду я не я, коль не займу я трона!
  Что ж зря я папеньку родного этим летом
  Послал переплывать с Хароном Лету?
  Не я ль под водочку ему дал на закуску
  Грибок, что сердца останавливает мускул?
  Тут не помог бы даже Эскулап,
  А наш же лекаришка - просто слаб!
  Я волю дал слезам, лежал в падучей,
  И на все сто использовал тот случай:
  Все думают, что место мне в психушке.
  Ну, пусть себе развешивают ушки!
  Вот жаль лишь, что не выдавить слезу мне...
  А впрочем, так кажусь еще безумней.
  А эта! Нет, чтобы оплакать мужа -
  Уж замуж невтерпеж! И отдалась кому же?
  Родному брату мужа-короля!
  Вот бабы! Пробы негде ставить, бля!
  А ведь прожди она еще с полгода -
  Я б стал царем вот этого народа!
  Конечно, не народец, а дерьмо,
  Но лучше все ж, чем на глазу бельмо.
  Ну, ладно, мать твою, родная мать...
  Я научу тебя порядок понимать!
 

* * * * *


  Полоний с дочкой Офелией, в стороне от других. Шепчет дочери на ухо.
 
  Полоний:
  О, свет моих очей! Дочурка дорогая,
  Ты знаешь, вовсе я неприхотливый.
  Но чую, жизнь моя тихонько догорает,
  А я хочу, чтоб ты была счастливой.
  Я думаю, что даже тридцать лун
  Не посетят вечерний небосклон,
  Как Гамлет, кто для всех и слаб и юн,
  Займет страны шатающийся трон.
  Тогда его облепят словно мухи -
  Девицы, женщины и бренные старухи.
 
  Свой кладезь мудрости житейской отопру:
  Зачем такому пропадать добру?
  Ты хороша собой, не говорлива,
  Ты гибкая, как ствол плакучей ивы,
  Уста твои, как алой розы куст,
  И, как у матери твоей, - завидный бюст.
  Ты с принцем заведи девичьи шуры-муры
  Заранее. Не то все эти дуры...
 
  Офелия:
  Готова, папенька, последовать совету,
  Но где на Гамлете корону видишь эту?
  Ведь Клавдий - нынешний король -

здоров, как бык!


  С чего бы это он с катушек брык?
 
  Полоний:
  Тебе открою я, но под большим секретом,
  Коль проболтаешься -

простимся с этим светом.


  Ты помнишь, алкашом был царь наш старый?
  Так вот сынок налил ему стакан водяры,
  На закусь дал соленый огурец,
  Вкусив который пал с копыт отец!
  Видать огурчик был напитан густо ядом -
  Царевый дог, что был с царем упавшим рядом,
  Лизнул царя в открытые уста - и сам
  Отправился к своим собачьим праотцам!
  И Клавдию, поверь, туда ж дорога!
 
  Офелия:
  Но, папенька, слыву я недотрогой...
 
  Полоний:
  Попробуй - на кривой козе,

дорогою окольной...


  Офелия:
  Но принц, по-моему, какой-то малахольный...
 
  Полоний:
  Терпи дочурка - Бог терпел
  И нам, как говорят, велел!
  А коль не слюбится, то на худой конец
  (хихикает)
  И Гамлету найдется вкусный огурец!
  Зато, когда ты станешь королева -
  Гуляй направо хошь, а хошь налево!
 

* * * * *


  Гертруда (обращается к Гамлету):
  Ну, что же ты, сынок, совсем не весел
  И голову, кручиняся, повесил?
  Поди-ка лучше поцелуй отца...
 
  Гамлет:
  Того вон дурака и подлеца?
  Мамаша, не отец он мне, а дядя,
  Не говори о нем мне, Бога ради!
  Как мог он, позабыв про стыд и честь,
  На ложе братовой жены залезть?
 
  Гертруда:
  Во-первых, Клавдий просто без ума
  От прелестей моих... И я сама...
  Ты вспомни, было так и в старину:
  Коль умер старший брат, его жену
  Брал младший. Вспомни Библию, сынок.
 
  Гамлет:
  Ваш Бог, конечно, лучше выдумать не смог!
  Он вечно потакал кровосмешенью,
  Припомни: Лота сделал дочерей мишенью...
 
  Гертруда:
  Сынок, на Клавдия уж не копи ты зла:
  Поверь - коли любовь, полюбишь и козла...
 
  Гамлет:
  "Любовь"! Поверь мне в сказки эти
  И малые уже не верят дети!
  Да будь ты хоть корова, хоть ворона!..
  Не ты ему нужна - нужна корона!
 
  Гертруда:
  Одно мне радостно

в твоих сегодняшних речах:


  Ты связно говоришь и мозгом не зачах!
 
  Гамлет (про себя):
  Вот черт, чего вошел я сдуру в раж?
  Пора отыгрывать крутой вираж!
 
  Обращаясь к матери:
 
  Мадам, я с вами, право, незнаком...
  Какой-то там козел женился... И на ком?
  Как подобает, видно, на козе?
  Ведь не на пучеглазой стрекозе?!
  Всемилостивейше вы меня, миледи, извините:
  Мой долг молчать, коль солнце не в зените...
 
  Гертруда (про себя):
  Опять несет бредятину бедняга...
  Башка трещит... Пойду-ка я прилягу...
 

* * * * *


  К Клавдию подходит Лаэрт, сын Полония.
 
  Лаэрт:
  Пролейте вашу благосклонность, как всегда:
  Позвольте мне направиться туда,
  Где в мире лучшая из школ - в Париж.
 
  Клавдий:
  Где школа лучшая, ты говоришь?
  Давай забудем временно о деле...
 
  Улыбается и наклоняется к Лаэрту, говоря шепотом:
  В Париже знаю я прекрасно все бордели,
  И как любой кабак там зазывает в гости...
  А сколько денег в карты просадил и в кости!
  Но коль отец твой в этом не перечит -
  Езжай, сынок, судьбе своей навстречу.
  Ох, гложет зависть белая меня...
  Да стар уж: в жилах нет того огня!
 
  Лаэрт возвращается к отцу и сестре.
 
  Лаэрт:
  Король позволил... Через час - в дорогу.
  Отец, сестра! Присядемте немного...
  Ну, вот обычаи соблюдены -
  Пойду укладывать камзолы да штаны.
  Не поминайте вы ни лихом и ни ляхом,
  Хоть еду я с каким-то странным страхом.
 

* * * * *


  В залу входят Розенкранц и Гильденстерн, бывшие однокашники Гамлета, вызванные Клавдием, опечаленным душевной болезнью принца.
 
  Клавдий:
  Привет, бродяги! Сколько лет и зим!
  Вы слышали, небось, что Гамлет болен?
  Так я просил приехать вас за сим.
  И заплачу, чтоб каждый был доволен.
  Придумайте для принца развлеченье.
  Все говорят - то лучшее леченье.
  Театр, кордебалет иль балаган...
  Чтоб ожил наш с Гертрудой мальчуган...
  Никто не знает принца лучше вас:
  Вы ж с ним еще ходили в первый класс!
 
  Розенкранц и Гильденстерн (хором):
  Мы рады служить нашей Братской Стране
  И вам, наш король всемогущий.
  Мы выполним долг наш и даже вдвойне,
  А вы - заплатите погуще.
 
  Клавдий:
  Ну, просьбу коль исполните мою,
  То я уж за ценой не постою!
 
  Розенкранц и Гильденстерн (хором):
  Король, есть славная одна идея:
  Приехала тут труппа лицедеев,
  А с ними скоморохов группа -
  Они способны оживить и трупа.
 
  Клавдий:
  Я знал, что вы способные ребятки!
  Ну, марш! Чтобы мелькали только пятки!
 
  Гамлет:
  Быть иль не быть? Вот в чем вопрос...
  А до ответа кто дорос?
  О эта вечная дилемма!
  Ведь с детства с нами эта тема:
  "...Черный с белым не берите,
  "Да" и "нет" не говорите..."
  Подростку в ссоре надобно решить:
  Бить иль не бить?
  Потом в кабак идешь тоску топить:
  Пить иль не пить?
  Потом пошлют солдатом на войну служить:
  Убить иль не убить?
  И колебания сии понятны,
  Хотя и выразить их не удастся внятно:
  Мы миримся с знакомым злом:
  Уж лучше жизнь прожить с душным козлом,
  Чем с риском средь чащоб искать в лесу оленя...
  Но впрочем чаще мы колеблемся из лени,
  А вовсе не из страха пред судьбой...
  Но главное, что мы всегда горды собой!

Сцена третья


 
  Шекспир заунывно нараспев читает по бумажке:
 
  В театре - выдумки да ложь,
  Мораль да смутные идеи.
  Но правду все же хоть на грош
  Со сцен доносят лицедеи.
 
  После этого он уходит со сцены.
  Открывается занавес.
 
  Сцена придворного театра. В первых рядах. Гертруда с Клавдием. Рядом на полу, прямо перед сценой развалился Гамлет. Присутствует также Полоний с Офелией и другие вельможи.
  Перед спектаклем Гамлет несколько изменил роли актерам и добавил несколько реплик. Получился спектакль про убийство короля и про преступную любовь брата убитого короля к его жене. Выходят актеры: Король, Королева и Брат Короля.
 
  Король на сцене:
  О милая, души в тебе не чаю,
  Ты - как конфетка к полдничному чаю.
  Но силы тают, скоро я уйду...
 
  Королева на сцене:
  Не надо, милый, не накличь беду!
  Верна тебя я буду аж до гроба...
  Пред небесами мы едины оба.
  А новый брак - такому не бывать!
  Никто твою не осквернит кровать.
 
  Гамлет достаточно громко вставляет реплику:
  Ой ли, ой лю-ли,
  Умирают короли,
  Месяц лишь пройдет едва -
  Уж королева не вдова...
 
  Действие пиесы разворачивается далее: Брат Короля, он же любовник Королевы, закалывает отравленным кинжалом Короля. После чего Брат Короля и Королева скрываются за дверью спальни.
 
  Гамлет опять вставляет реплику:
  Посмотри направо -
  Кинжал да отрава...
  Посмотри на лево -
  В спальне королева!
 
  Клавдий порывисто встает и уходит из зала. Гамлет уже нагло встает и обращается в зал.
 
  Гамлет:
  Дамы и господа!
  Тихо капает вода.
  Господа и дамы,
  Это факт упрямый:
  Любовь, увы, не вечна
  И к тому ж еще увечна...
 

* * * * *


  Спектакль сорван, публика расходится. В опустевшем зале, где остался один Гамлет, лежащий на полу, подперевши голову рукой. Входят Розенкранц и Гиндельстерн.
 
  Розенкранц и Гиндельстерн (хором):
  Приветствуем тебя, наш друг!
  Мы обыскали все вокруг.
 
  Гамлет:
  Привет... Свалились, как с Луны.
  С заданием от Сатаны?
  Скажите лучше мне по правде:
  Вас на меня науськал Клавдий?
 
  Розенкранц и Гиндельстерн (как всегда хором):
  Нет, нет, клянемся! Мы проездом.
  Мы едем к родственникам в Дрезден.
 

* * * * *


  После спектакля Полоний беседует с дочерью.
 
  Полоний:
  Скажи, моё дитя, смогла увлечь
  Ты принца, ну хотя б чуть-чуть, чуть-чуть?
 
  Офелия:
  Ах, папенька, о чем быть может речь!
  По-моему, о принце позабудь!
  А вот во мне любовь к нему проснулась:
  Все мило в нем - и плеч его сутулость,
  И грусть улыбки, и усталость глаз...
 
  Полоний:
  Влюбилась?! Ну, Офелька, вот те раз!
  Не забывай, что у него под крышей
  Летучие роятся мыши!
  Ты - слабый пол, он - слабый потолок...
  Я б воду в ступе долго не толок.
  Вперед, дитя! Продли свою охоту:
  Неужто быть царицей не охота?
 
 
  Офелия:
  Нет, папа, он совсем-совсем нормален,
  Хоть и не тянет в полусумрак спален...
  Не зря сказал, кажись, Гомер-поэт,
  Открыв мужчинам действенный совет:
  Чем любим женщину мы менее,
  Тем легче ей нас полюбить.
  Да, на меня нашло затмение:
  Мне без него уже не быть!
  Клянусь, он вовсе не шиза!
  Ты посмотри в его глаза.
 
 

Сцена четвертая


 
  Шекспир заунывно нараспев читает:
  Что правит миром? Лишь нажива
  Да чувства похоти и мести.
  А честные тогда лишь живы,
  Когда сидят на скромном месте.
 
  После этого он уходит со сцены.
  Открывается занавес.
 
  Покои Гертруды. Она сидит в кресле, рядом с ней на коленях стоит Клавдий, обняв ее руками.
 
  Клавдий:
  Не понимаю, что творится с принцем?
  Не у него ль в пушку за папу рыльце?
  Тот, кто винит другого в исступленье,
  Нет тот ли сам вершитель преступленья?
  Он тщится навести сомнение и смуту,
  Что я убийца мужа твоего как будто.
  Но ты же помнишь, был я на охоте
  В тот день с утра и до зари вечерней.
  И вот, въезжая в главные ворота,
  На улице услышал плач фальшивый черни...
  Я сразу понял, что случилось горе.
  И правду скорбную поведали мне вскоре...
  Зачем оставил брата одного в тот день?
 
  Гертруда:
  От выстрела не защищен олень,
  Когда кругом его охотники одни.
  Иди к себе, немного отдохни.
  А Гамлет впрямь, искусственно скорбя,
  Напраслину наводит на тебя.
 
  Клавдий:
  Давай, Гертруда, маханем в деревню!
  И будем жить, как жил народ наш древний:
  Я - землю перепахивать в краю суровом,
  Ты - титьки дергать козам да коровам...
 
  Гертруда:
  Похоже все на бегство очень будет.
  И без того во всю судачат люди.
  Да-а... Гамлет хоть во всю косит на психа,
  Смешал тебя с дерьмом довольно лихо!
 
  Гертруда звонит колокольчиком, стоявшим на ее трюмо. Вбегает слуга.
 
  Гертруда:
  Мне Розенкранца с этим... Как его?
  Ну, с этим - Гильден-Гульден ... Ну, обоих.
  Пускай они разыщут сына моего
  И скажут, что я жду его в покоях.
 

* * * * *


  По двору перед дворцом, молча, прогуливается Гамлет.
 
  Гамлет (про себя):
  А впрямь Офелия совсем и не дурна!
  И кровь ее не в папеньку бурна:
  Она совсем растаяла, как воск,
  И, видимо, уж ей не правит мозг!
  Пожалуй, остается убедиться,
  Что непорочна милая девица!
 
  По двору навстречу Гамлету идет погруженная в книгу Офелия. Гамлет идет ей навстречу, нарочно не сворачивая. Они сталкиваются.
 
  Офелия:
  Ой, Гамлет, неожиданная встреча...
 
  Гамлет:
  А разве не нарочно вышла ты навстречу?
  Не подпустил ли мне тебя Полоний?
  Не он ли притаился за колонной?
 
  Офелия (Зардевшая и смущенная):
  Ну, что ты, право, ведь в мои года
  Решают сами люди иногда...
 
  Гамлет:
  Офелия, нашла бы дурака
  Да замуж за него, красивая пока,
  А может, лучше поступай в монашки,
  Там все красивы - даже замарашки...
 
  Офелия (еще больше смущаясь):
  Принц, мне не удержать в душе огня:
  Скажи мне, Гамлет, любишь ли меня?
  Тебе я буду верною женой...
  За мной ты будешь, как за каменной стеной!
 
  Гамлет (про себя):
  Да-а... Принимает дело оборот!..
  И без нее забот - аж полон рот.
  Видать, всерьез охотится за мной ее отец:
  Не меньше и не больше - под венец!
  Так и Полоний на моем пути?
  И с ним придется... Как тут ни крути!
 
  Офелия:
  Чтоб сердце мне немного успокоить,
  Пойдем поговорим в мои покои...
  Я, правда, Гамлет, влюблена по уши,
  По руки, плечи... Ах, меня не слушай!
  Сегодня я твоя - а завтра свадьба,
  Чтоб имя честное мое не запятнать бы...
 
  Раскрасневшаяся Офелия ведет Гамлета за собой. Они скрываются за дверью опочивальни Офелии.
 

* * * * *


  Появляется Гамлет из дверей Офелии, навстречу ему Розенкранц и Гиндельстерн.
 
  Розенкранц и Гиндельстерн (хором):
  Тебя мамаша ищет, сбилась с ног:
  "Не видели, где Гамлет, мой сынок?"
  Тебя найти просила очень спешно,
  Мы с час, наверное, искали безуспешно!
  Где был?
 
  Гамлет:
  И вам настало время удивиться:
  Провел часочек я с недурненькой девицей.
 
  Розенкранц и Гиндельстерн (хором):
  С Офелией? Да ты совсем не глуп!
  А коли забеременеет вдруг -
  С Полонием так просто все не сходит с рук.
  Ты знаешь, он порой бывает крут.
  К тому ж любимец королей и страшный плут.
  Ну, ладно, Гамлет, поспешай к мамаше,
  А то она повыдирает пейсы наши...
 

* * * * *


  Гамлет идет по вращающейся сцене. Открываются покои Гертруды. Гамлет стучит в дверь. Находившийся в покоях королевы с докладом Полоний в панике прячется за тяжелую портьеру. Гамлет открывает дверь.
 
  Гамлет (смиренно):
  Меня изволили вы звать...
 
  Гертруда:
  Садись послушай.
  Зачем терзаешь королю ты душу?
  Тебя он любит, как родного сына...
 
  Гамлет:
  Как любит кость изголодавшаяся псина!
 
  Гертруда:
  Сынок, как ты к нему несправедлив!
  Зачем, в душе гнездо для змиев свив,
  Его в грехах ты тяжких обвиняешь...
  Ведь правду ты и сам прекрасно знаешь!
 
  Гамлет:
  Я правду? Ту, что нет и выше?
 
  Гертруда (про себя):
  А может, правда, у сыночка едет крыша?
 
  Гамлет:
  Смотри, смотри! Вот тень отца явилась!
  С дороги, но совсем не запылилась:
  Ведь на бесплотном пыль осесть не может.
 
  Гертруда:
  Помилуй сына моего, о Боже!..
  Зачем ты напустил на принца порчу?
 
  Гамлет:
  Смотри, смотри! Тебе он рожу корчит!
  И что-то говорит... Не услыхать.
  Послушай! Что за звуки? Слышишь, мать?
 
  Гамлет резко оборачивается к портьере, за которой стоит Полоний.
 
  Гамлет:
  Ты слышишь шорох?
 
  Гертруда:
  За окном какой-то шум и гам...
 
 
  Гамлет:
  Неужто шорохи так и не слышны вам?
 
  Гамлет, обнажив шпагу, молниеносно вонзает ее в портьеру. Раздается стон и грузное тело Полония вываливается из-за портьеры.
 
  Гертруда (громко восклицает):
  Что ты наделал этим смертоносным жалом!
 
  Гамлет:
  Что ж крысе крысья смерть! Хотя, пожалуй,
  И жалко старика...
 
  На крик Гертруды в покои врывается взволнованный Клавдий.
 
  Клавдий:
  Что здесь произошло?!
 
  Гамлет:
  Разбилось жизни хрупкое стекло...
  Пардон мой вам, месье, мадам.
  А я, пожалуй, ноги дам!
 
  Гертруда:
  Оставил нас он с им же убиенным!
  На нас проклятье огненной геенны.
  Он - кровь родная, но творит такое...
 
  Клавдий:
  Оставь на время сына своего в покое.
  Нам надо действовать. Давай сейчас во мраке
  Отволочем труп в пруд, где проживают раки,
  И сбросим с берега того, что крут:
  За зиму раки труп Полония сожрут.
  А то опять с тобой мы будем виноваты
  В глазах у этой черни вороватой!
  А сына твоего отправлю под конвоем -
  Гостят его друзья - ну, как их? - эти двое:
  Какой-то Кранц и с ним какой-то Штерн,
  Любители борделей и таверн.
  Они конвоем будут незаметным,
  А я их окачу дождем монетным.
  Снабжу письмом к знакомому курфюрсту:
  Он мастер отделенья головы от бюста!
  Нет, я убийства не имею на уме!
  Он просто Гамлета запрет в своей тюрьме.
 

* * * * *


  Идя к себе, Гамлет встречает Офелию, которая, по всей видимости, поджидала его.
 
  Офелия:
  Ну, как себя ты чувствуешь, дружок?
  Не думаешь, что за тобой должок?
  Надеюсь, что у принца совесть есть -
  Я ж отдала тебе свою девичью честь!
 
  Гамлет:
  Да, в Королевстве Датском - там дают,
  А в Братском - то, что дадено берут.
  Не ты ли цвета розовой пастели
  Нагой скакала на своей постели?
  Такое и у мертвого подымет интерес:
  Не утерпел и я - и на кровать залез...
 
  Офелия:
  О принц, но, правда ж, ты моя судьба!
  Ну, а тебе я разве не люба?
  К тому же - что за сказочный конец! -
  С кровати довенечной - под венец...
 
  Гамлет:
  Офелия, признаюсь, Гименея узы
  По мне страшнейшая из всех обуза
  Готов любить тебя как сорок тысяч братьев
 
  Офелия:
  На кой они? Ты обманул меня... Проклятье!
  Я папеньке нажалуюсь: уж он
  Как сорок тыщ чертей окажется взбешён!
 
  Гамлет (про себя):
  Мели, Офеля,
  Твоя неделя!
  Мне жаль, но только твой отец Полоний
  Уж почивает на небесном лоне!
 

Сцена пятая


 
  Шекспир заунывно нараспев читает:
 
  Об этом знает и Восток, и Запад:
  Нет ничего страшней людской молвы...
  Для черни злой дерьма чужого запах
  Пьяней вина и сладостней халвы.
 
  После этого он уходит со сцены.
  Открывается занавес.
  Покои Гертруды. Вбегает Горацио.
 
 
  Горацио:
  Все в панике, все сбились с ног...

Пропал Полоний.


  И слух растет, всё громче, неуклонней,
  Что будто бы его король убил из мести,
  Что тот у прежнего царя

большой добился чести.


  Гертруда:
  Горацио, ты знаешь - это бред!
  Кто гнусный этот выдумал навет?
  Об этом и подумать даже грех -
  Ведь нам Полоний был дороже всех.
 
  Горацио:
  И Гамлета сыскать никто не может.
  И весь народ опять сомненье гложет:
  Не убежал ли он от мести короля?
  Такими слухами полна земля...
 
  Гертруда:
  С друзьями Розенстерном-Гинделькранцем
  Поехал Гамлет то ли в Дрезден, то ли в Данциг.
 
  Горацио:
  Ах, с теми, что всегда везде вдвоем?
 
  Делает паузу. Офелия к вам рвется на прием...
 
  Гертруда:
  Скажите ей: ее всегда мы ждем.
 
  Горацио:
  Лишь пару слов, чтоб вам было ясней:
  А после сами побеседуете с ней.
  Она распространяет слухи меж народом,
  Что мол, отец, как будто канул в воду,
  Что нет от брата из Парижа вести,
  Что сын ваш давеча ее, девицу, обесчестил
  И убежал на Запад, гнусный трус...
 
  Гертруда:
  Впусти ее, сама я разберусь.
 
  Входит Офелия.
 
  Офелия:
  Говорят, что мой отец...
  Но конечно это враки!
  Убежал... И молодец,
  Там он, где зимуют раки.
  Ох, холодная вода!
  Да и Гамлет без стыда:
  Я его впустила в дом -
  Не стала девушкой потом.
  Он, конечно, мне соврал,
  Все розы белые сорвал,
  Затоптал мне грядки,
  Нарушив все порядки.
  Не прощаясь, убежал
  И исчез... Какой нахал!
  В паутине бьется муха...
  Соловей поет без слуха...
  Птенчик бегает без пуха...
  И Ван Гог идет без уха,
  Следом ухо, но без слуха...
  Было море - стало сухо...
  Вместо девственниц - порнуха...
  Что грустишь, моя старуха,
  Что, нашла тебя проруха?
  Ну, а мне зато везуха!
  Мне теперь одно веселие
  Веселюсь совсем одна...
 
  Гертруда (про себя):
  О бедная, безумная моя Офелия!
  Испить такую чашу и до дна...
 
  Входит Клавдий. Гертруда обращается к Клавдию.
 
  Гертруда:
  Поверишь ли, сошла с ума бедняжка...
  Оказывается, Гамлет согрешил,
  И согрешил, как понимаешь, очень тяжко -
  Он девственности девушку лишил...
 
  Клавдий:
  Ах, девственности девушку лишили!
  Мужчины с мужеством навеки порешили,
  А женщины про женственность забыли!
  Осталось только хвост пришить кобыле...
  Да и у нас с тобой одни напасти:
  Лаэрт вернулся полный ярой страсти
  Отмстить за убиенного отца...
  Скрывать ли долго будем подлеца?
  Я твоего в виду имею сына...
  Что натворила, подлая скотина!
  И от Лаэрта я не скрою правды!
 
  Гертруда:
  Мне трудно возразить... Пожалуй прав ты...
 
  В это время во дворец врывается разгневанный Лаэрт.
 
  Лаэрт:
  Убийцы! Кровопийцы! Вы - исчадья ада!
 
  Клавдий:
  Уймись, Лаэрт! К чему вся эта канонада?
  Ты знаешь, твой отец был мне, как брат, но
  Ведь криком не вернешь его обратно.
  С тобою вместе мы накажем зло.
  Но надо быть спокойным, чтобы повезло:
  Чтоб мстить, но сохранить престиж

Отчизны Братской,


  Во всем без крика надо разобраться.
  Не верь, прошу, в людские пересуды:
  Не я виновник - Гамлет, сын Гертруды.
  Он шпагою пронзил папашу твоего -
  С Гертрудой мы свидетели того,
  Как твой отец, Полоний был убит.
 
  Лаэрт:
  Труба отмщения во мне во всю трубит!
 
  Клавдий:
  А нашего врага послал я в Дрезден.
  Где схвачен будет сразу по приезде.
  Приятель тамошний - он мне почти как брат,
  Его пожизненно запрячет в каземат.
 
  Вбегает взволнованный Горацио.
 
  Горацио:
  Видали Гамлета у городских ворот!
 
  Клавдий:
  Да, дело обретает новый оборот...
 

Сцена шестая


 
  Шекспир заунывно нараспев читает:
 
  Мы начинаем жизнь наги и без зубов во рту
  Потом нас жизнь роняет иль возносит в высоту.
  А завершаем путь - хоть богатей, хоть нищий,
  Наги и без зубов - все на большом кладбище.
 
  После этого он уходит со сцены.
  Открывается занавес.
  Гамлет с Горацио идут по улице, беседуя, и случайно оказываются у ворот на кладбище.
 
  Горацио:
  Скажи мне, Гамлет, как ты это вдруг
  Вновь оказался на Отчизне Братской?
 
  Гамлет:
  Горацио, мой самый верный друг!
  Хочу тебе я искренне признаться.
  Зайдем на кладбище, пристанище отцов:
  Там нет ушей... Лишь уши мертвецов!
  Прости, Горацио, за эти каламбуры...
  Так вот, Офелия вдруг завела со мной амуры-
  Подозреваю, что с недавних пор
  Отец ей правил, как оркестром дирижер.
  И вот сия невиннейшая тёлка
  Однажды привела меня в свою светёлку...
  Ну, дальше было то, что было...
  Она мне отдалась с каким-то диким пылом.
  Когда ж все завершилось, наконец,
  Вдруг заявляет: "Завтра - под венец!"
  Я был ошеломлен, как мышка в мышеловке:
  Однако ж для девицы ход довольно ловкий!
  Поэтому, когда король на следующий день
  Мне съездить предложил то ль в Дрезден,

то ли в Пльзень


 
  Я с радостью умчал - так было скверно
  С дружками - Розенкранцем с Гиндельстерном.
  Конечно, я позабыл про честь и совесть -
  А уж про ум забыл, совсем не беспокоясь.
  Но показалось что-то тут не так:
  Как будто я попал к ребятам под колпак.
  Заметил я у них письмо с сургучною печатью
  И любопытства своего не смог тут удержать я.
  Печать открыв, узнал я содержание письма,
  И был разгневан содержанием весьма:
  В нем Клавдий пишет другу своему,
  Чтоб тот меня навек упрятал бы в тюрьму!
  Я тут же заколол обоих сих засранцев -
  И Гиндельстерна, и, конечно, Розенкранца.
  Не дал я им исполнить гнусный шанс -
  И, развернувши тот же дилижанс,
  Обратно повернул. И вот я здесь!
  Во мне кипит, не остывая, месть!
  Горацио: Я многого не понимаю, друг,
  Но скоро, чувствую, замкнется этот круг...
 

* * * * *


  В глубине кладбища два могильщика роют могилу. Первый, что помоложе, шустро копает, напевая песенку, а второй, что постарше, стоит рядом с могилой, опершись на лопату.
 
  Первый могильщик поёт:
  Эх, как девицу я любил,
  Ей цветочки подносил,
  Но бедняга в ноябре
  От болезни вдруг помре...
  На могилку я ходил,
  Всю слезами окропил,
  Выросли листочки,
  Промеж них цветочки...
 
  Прерывает пение и обращается ко второму могильщику:
 
  А верно ль предавать земле самоубийцу
  С попом, молитвою, кадилом и крестом?
 
  Второй могильщик:
  Ну, все зависит... Коль ответственные лица,
  То и положено... Да ты забудь о том!
  К тому же, говорят, она упала в воду
  Нечаянно: а там, в воде - нет броду.
  Там темный и весьма глубоки омут:
  Не пожелал бы я в него упасть другому!
 
  Первый могильщик:
  Решать, как хоронить - то не смердское дело!
  Могилку выроем - зароют тело,

чтобы не смердело!


  Чтоб не накликать на людей чуму да мор...
 
  Второй могильщик:
  А ты, смотрю, копать горазд и скор!
 
  Первый могильщик:
  Да, с песнею идет работа споро!
  К тому же ты меня заменишь скоро...
 
  Продолжает петь:
  Я влюбился по весне
  В новую девицу.
  И она нашла во мне,
  Что ей пригодится.
  Я нарвал цветов с могилы
  Подарил их милой.
  Жили мы в душе душа -
  Жисть такая хороша!
  Но бедняга в ноябре
  От болезни вдруг помре...
 
  Второй могильщик:
  Что-то песенка твоя слишком не смешная!
  Цвет с могилы подарить - мысль и то грешная...
 
  Первый могильщик продолжает петь. В это время подходит Гамлет с Горацио.
 
  Первый могильщик (продолжает петь):
  Вот и новая весна
  И новая девица.
  Так мне нравилась она,
  Что решил жениться.
  Я нарвал тогда букет
  Там же, где и ранее....
  Только в жизни счастья нет
  Мне, видать, заранее:
  Ведь бедняга в ноябре
  От болезни вдруг помре...
 
  Гамлет, обращаясь к Горацио:
  В Отчизне Братской так мне все обрыдло...
  И коль не трон - я б бросил это быдло!
  Могилу роет, а ему - хоть тресни! -
  Горланит препохабнейшие песни!
 
  Гамлет обращается к Первому могильщику:
  Скажи, любезный, мне, могила эта чья?
 
  Первый могильщик:
  Как чья? Покудова моя!
 
  Гамлет:
  Твоя?!
 
  Первый могильщик:
  Конечно, барин, чья же? Не твоя же!
 
  Гамлет:
  Да, роешь ты. Но кто в могилу ляжет?
 
  Первый могильщик:
  Да говорят какая-то девица,
  Решившая намедни утопиться.
  И удалось ей это без труда -
  Там, в омуте глубокого пруда.
 
  Показывает рукой в каком-то направлении. Продолжает копать. С очередным броском лопаты выбрасывает на поверхность чей-то истлевший череп.
  Гамлет обращается ко Второму могильщику.
 
  Гамлет:
  Браток, смотрю, наверное,

давно ты на кладбище


  Обслуживаешь тех, кто здесь покоя ищет?
 
  Второй могильщик:
  Какой же, барин, я тебе браток?
  Аль панталоны ты не отличаешь от порток?
  А про работу я тебе могу сказать:
  Да хороню давно здесь всяческую знать...
 
  Гамлет:
  Чья здесь была могила? Череп чей?
 
  Второй могильщик:
  Тот, чья позиция была крепчей
  Сановных высочайших лизоблюдов,
  А может, блюдолизов - уточнять не буду...
  При каждом новом короле, считай подряд,
  У старой знати головы летят.
  А чтоб спастись - ведь вариант знаком:
  Прикидывайся глупым дураком!
 
  Гамлет:
  Загадками и шутками не утомляй, прошу...
 
  Второй могильщик:
  А с шутками ты прав - то был придворный шут!
 
  Гамлет:
  Неужто? Бедный Ёрик... Бедный Ёрик!
 
  Второй могильщик:
  Ну да, промеж себя его мы звали Ёрник...
  А "бедный"?.. Ха-ха-ха! Да "мне б так жить"!
  Ведь рожи корчить - не на кладбище служить.
  Кто веселит вельмож, тот не бывает бедный,
  Хоть, правда, помер -
  по нему не справили обедни.
 
  На кладбище появляются королева Гертруда и король Клавдий в сопровождении священника и Лаэрта. За ними несут уже заколоченный гроб. Гамлет с Горацио отступают в сторону, оставшись незамеченными.
 
  Священник:
  Несите гроб сюда.
 
  Лаэрт:
  А реквием прощальный?
 
  Священник:
  Самоубийцам не положен знак сей ритуальный...
 
  Лаэрт:
  Но ведь ее убили... Не сама она!
  Я принцу-лиходею отомщу сполна!
 
  Из своего прикрытия выступает Гамлет.
 
  Гамлет:
  Ты за свои слова заплатишь мне сторицей!
  Я просто в дружбе был с твоей сестрицей:
  Любил ее, как сорок тысяч братьев
  И вовсе избегал ее объятьев!
  А то чего сама она хотела...
  Она ж хозяйка собственного тела!
 
 
  Лаэрт:
  Прощальную она оставила записку, лжец:
  Ты ею овладел, пообещав венец!
 
  В толпе замешательство. Стараясь спасти положение выступает Клавдий.
 
  Клавдий:
  Что за скандал, как среди баб-простолюдинок?
  Себя перед людьми позорите, какого хрена?
  Жду завтра вас на честный поединок
  На главную дворцовую арену!
 

* * * * *


  Клавдий с Лаэртом в покоях короля.
 
  Клавдий:
  Лаэрт, по принятым условиям турнира
  У каждого - клинок и острая рапира.
  Возьми с собой отравленный клинок:
  Чтоб в поединке он тебе помог.
  Я острие его помазал ядом...
 
  Лаэрт:
  О что вы, сир, нет не надо, нет не надо!
 
  Клавдий:
  Когда в бою сойдетесь телом к телу
  Пусти отравленный клинок свой в дело.
  А чтоб сработала моя затея лучше,
  Я и рапиру отравил на всякий случай.
  Пойми, коль будешь Гамлетом убит,
  За смерть Полония тогда, кто отомстит?
  А так слегка его заденешь - и конец:
  Минута-две - и он уже мертвец!
  А кстати, я клянусь тебе - чес-слово! -
  Тем ядом Гамлет отравил отца родного.
 
  Лаэрт:
  Быть может, Вы и правы, государь,
  Но как-то все, мне кажется, нечестно...
 
  Клавдий:
  О чести ты мне лучше не гутарь:
  Что честно - лучше королю известно!
 

* * * * *


  Дворцовая арена. Публика в полном сборе. Король и королева в первом ряду. Перед ними - сервировочный столик, на стороне короля стоит бокал вина. На арену с двух противоположных сторон выходят Лаэрт и Гамлет. Оба подходят к королевской ложе и низко кланяются. Гамлет при этом незаметно роняет таблетку с ядом в бокал Клавдия.
 
  Клавдий:
  Благословляю то, что вам предписано судьбой.
  На девять раундов рассчитан этот бой.
  Сходиться можете, как кончу до пяти считать:
  Раз... Два.... И три...

(О Господи!) Четыре... Пять!


 
  При первом же сближеньи Лаэрт слегка чиркает по телу Гамлета отравленной рапирой, у того на белой рубахе проступает маленькое пятнышко крови.
  Гертруда, в коей проснулось материнское сердце, ахает, и судорожно выпивает глоток вина из бокала Клавдия. Она вскрикивает и падает на землю. Гамлет глядя на нее, осознает, что произошло.
  Лаэрт, воспользовавшись моментом, для большей верности пытается пронзить Гамлета отравленным клинком. Тот, видя занесенный клинок, перехватывает его и вонзает в самого Лаэрта. После этого Гамлет бросается к Клавдию.
 
  Гамлет:
  Умри и ты, презреннейшая крыса!
  Судьба - не балаганная актриса:
  Гертруда выпила с отравою вино,
  Но и тебе погибнуть суждено!
 
  Но Гамлет уже едва держится на ногах, в его глазах уже мелькают предсмертные мошки, он неуверенной походкой пьяного подходит к Клавдию, тот встает навстречу. Гамлет неуверенной рукой тычет в Клавдия рапирой. Клавдий падает на сцену у самой рампы.
 

ЗАНАВЕС


 
  Клавдий остается лежать на сцене перед рампой. Вдруг он приподнимается на локте.
 
  Клавдий:
  Не понимаю, что со мной случилось?
  О Господи, скажите мне на милость!
  Так, значит, Гамлет не убил меня?
  Коня! Коня! Полцарства за коня!
  Мне это царство задарма не нужно -
  Ведь это не страна, а нужник!
  Не зря ведь люди, разумом ведомы,
  Уходят в пахари, портные, управдомы...
  Скорей отсюда прочь! Прочь! Прочь! Прочь!
  Прочь! Пока не наступила эта ночь
  Своим тяжелым мертвенным копытом...
  В деревню! Все забыть и быть забытым...

Сан-Диего, Март 2007


 
  Извиняйте - Призрак даже королевский идет после могильщиков и священника
  Строка заимствована из перевода Б.Л. Пастернака.
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"