Аннотация: У меня, действительно, куча болячек... Тем не менее, когда меня спрашивают: "А какое у тебя хобби?" я отвечаю: "Жить!" И ведь на самом деле, это здоровые думают о смерти, а больные думают только о жизни (если нет невыносимых болей).
О ЖИЗНИ И СМЕРТИ
****************
Выбор Из всех дорог мы выбираем ту,
Которая уводит в темноту...
По нашим бьют окопам... Уже по нашим бьют окопам...
То недолет, то перелет.
То вдруг накроет сразу, скопом,
А то на единицы счет.
Теперь уж не до марш-атаки -
Снарядов шквал нейдет на нет...
Да пусть схоронят хоть в общаге -
Увидеть бы еще рассвет!
Новые встречи Я старых знакомых
Всё чаще встречаю
Не дома,
Не к чаю ...
На мраморных досках
И в бронзовых бюстах...
Увидеться просто!
Увидишься - грустно ...
Время Время сочится, как меж пальцев вода...
Счет на минуты, не на года.
Все улетает туда, в никуда,
все без остатка, все без следа.
Проносится мимо недель череда...
Лето сменяют зимы холода...
И мелькают года... И мелькают года...
Чаще, чем прежде, приходит беда...
Небо разрезав, упала звезда -
была - и не стало... Ушла навсегда.
Все, что прошло, не вернуть никогда.
Иных уж нет, а те далече... Иных уж нет, а те далече...
А говорят, что время лечит!
Оно не лечит - убивает!
И круг друзей все убывает...
Да, наше солнце - извините! -
Давным-давно уже не в зените.
Уходят, уходят, уходят друзья
Туда, уж откуда вернуться нельзя.
Уходят, уходят, кто раньше, кто позже,
Кто верит в Христа, а кто ярый безбожник.
И сам не хочу дотянуть я до ста...
Что ждет там? Всего лишь одна пустота.
Нет, я не хочу, не хочу умирать.
Но жизни родным не хочу замарать
Своими болями, охами, ахами,
Улыбок фальшью, пустыми страхами...
К ударам судьбы я все время был стойкий,
Но если судьба прикует меня к койке,
То я бы желал себе вовсе немного:
Чтоб к Богу была покороче дорога.
Но лучше б - как сделал недавно мой друг -
Выронив чашку с бульоном из рук,
Он навзничь упал неожиданно вдруг.
Он не успел ощутить и испуг...
Из губ нераскрытых не вырвался звук...
Ватного тела приглушенный стук...
Жизни замкнулся разомкнутый круг.
И нет больше встреч, ожиданий, разлук.
И нет больше счастья. И нет больше мук.
И тьма беспросветная только вокруг...
Утрата за утратой... За суетою вечной гонки
Мы потеряли жизни суть.
И вот пронзительный и звонкий
Сигнал: "Ушел... Не обессудь..."
Еще один ушел туда же...
Из праха в прах... И он зарыт...
И Альбиноньево адажио
Звучит, как будто плач навзрыд.
Уж скоро мой черед настанет,
Уйду и я в страну теней.
Глаза друзей в слезах растают,
Часы застынут на стене...
Не плачь! А трезво оценя,
Подумай в этот день прощальный:
Коль вовсе не было б меня,
Кто б смог донесть мой смех охальный?
Так не горюй, что век мой кончен:
Он был - и это благодать!
И смейся веселей и звонче:
Что лучше жизнь могла бы дать?
Грустные мысли в Париже Рассвет наступает, все звезды сожрав.
Париж поголовно горизонтален.
Лишь Эйфеля башня - железный жираф
Взирает сверху на окна спален.
А мне сегодня чего-то не спится
То ли тревога, то ли грусть
И как будто стальная спица
Боль пронзает навылет грудь
Хорошо было в юность бездумную,
Когда правило всем "всегда",
А теперь вот все чаще думаю:
"Никогда"... "Никогда"... "Никогда"...
Может, этот Париж - последний...
Утечет, как меж пальцев вода...
И быть может, рассвет этот летний
Не увижу уже никогда.
........
Закончилась пьеса. Занавес. Тень.
Зритель на бис вызывает автора...
Может, сегодня и есть тот день,
Когда завтра уже будет без завтра?..
Подводя итоги Настало время подбивать итоги...
А впрочем надо ли?
Мне ж не стоять памятником в римской тоге,
Чтоб цветы к пьедесталу непрестанно падали...
Хотя - с памятником ли, без -
Ничего не увидеть ни с выси небес,
Ни, тем более, из царства Аида -
Нет вообще никакого вида.
Да, так какие ж там итоги?
Ну, не сворачивал с прямой дороги,
Не предавал никогда друга -
Но разве это большая заслуга?
Подумаешь - не был я подлецом
Да не ударился в грязь лицом?
К тому ж собою доволен каждый:
И тот, кто в жизни лгал не однажды,
И тот, кто друзей продавал за грош,
И даже тот, кто в спину вонзал нож:
Ведь что одному правда - другому ложь.
Ну, так что же я подытожил?
А просто прожил я жизнь, как прожил.
А была бы еще одна -
Точно так же испил бы ее до дна.
Сoвесть моя чиста и спокойна...
Ну, а иные итоги на кой нам?
Страшна не смерть, а умирание... Не смерть страшна, а умирание,
Когда известно все заранее...
Когда не в радость утро раннее,
Когда весь день - одно страдание,
Заката страшно догорание,
А ночь - и вовсе наказание...
Друзей ты чувствуешь старание
Скрыть за улыбкой сострадание
И слез украдкой утирание...
Страшна не смерть, а умирание...
Писано в день дурного самочувствия Я скоро уйду далеко-далеко,
где всё безмятежно, светло и легко...
Неведомы будут ни грусть, ни печаль.
А жаль!..
А я так люблю этот яркий хаос
успехов,
невзгод,
поцелуев
и слёз!
Но скоро уж сгинут
и смех,
и печаль...
А жаль!..
Кончаются фарсы,
комедии,
драмы...
И жизнь,
что так начали бодро с утра мы...
Придавит
гранитом
могильным
скрижаль...
А жаль!..
А впрочем и жаль уже будет не мне,
а тем, кто горит ещё в этом огне,
кто скажет мне вслед,
не скрывая печаль:
" А жаль!.."
С кем шутки плохи Как девчонку курносую,
Дергал смерть за косу я.
В ответ не раз и не два
Она меня не звезданула едва.
Смерть Я умру в четверг. Полчетвертого. Утром.
Не знаю, будет осень или весна.
Но я проснусь и почувствую, будто
Я очнулся от вечного сна.
Я очнусь, чтобы снова уснуть на веки,
Хотя нового дня уж забрезжит рассвет.
И тяжелым грузом ляжет на веки
Радость и счастье прожитых лет...
Я захочу на прощанье тебе сказать.
Как я был счастлив, живя с тобой,
Но нем мой язык, неподвижны глаза,
И я не могу даже двинуть рукой...
И этот миг, миг пробужденья...
Белесое утро - начало дня...
Не проживу этот новый уж день я,
Но миг, этот миг - он, как жизнь для меня!
Стихает под лопаткой боль понемногу -
Вот и обрывается жизни стезя...
Самое время подумать о Боге:
И я думаю о Тебе, о Детях и о Друзьях.
Миг этот длится почти бесконечно.
Может, оттого, что время остановилось?
Вся жизнь
мелькнула калейдоскопом расцвеченным...
Но вот затихают сознание, воля, сила...
Прощайте, прощайте, прощайте...
Простите...
Я на речку бегу Я на речку бегу по утру.
Радость телячья, воздух - взахлёб!..
А старое дерево скрипит на ветру
И веткой об ветку шлёп да шлёп...
Я умылся холодной водой ключевой
И обратно бегу полный сил и бодрый.
А старое дерево трясет головой,
Как старик перед смертным одром...
......................................................
Вот иду я усталый, с седой головой
И вспоминаю то давнее лето...
А деревца молодые шепчут листвой:
"И это пройдёт.... Пройдёт и это..."
Стихи уже вовсе не пишутся Стихи уже вовсе не пишутся.
И что-то все хуже дышится...
И сердце стучит с перебоями.
(Без всякой связи с перебоями!)
И давит все время усталость.
Ну, сколько еще осталось?
Скоро уж, скоро туда,
Откуда никто, никогда...
Из праха... И станем мы прахом!
Только нет прежнего страха.
Я пожил уже довольно.
Не хочется только больно
Сделать самым родным,
Развеявшись в сизый дым...
Неужто будет, что не будет?.. Как трудно верить, что вдруг когда-то
Не будет года, не будет даты,
Не будет звука, не будет света,
Зимы не будет, и не будет лета...
Не будет водки, не будет хлеба,
Не будет солнца, не будет неба,
Не будет радости... И даже боле -
Не будет боли...
И не проснуться - хоть как с похмелья! -
С дурной башкою, с ломотой в теле,
С трудом, как клещи, раскрывши веки...
С одним желаньем - уснуть навеки!
Но нет, не дрогнут во сне ресницы,
И даже сны там не будут сниться!
И это будет - увы! - уж скоро...
Так помяните же без укора!
Кого обидел - простите, люди!
А кто обидел меня - забудем!
Когда умру, меня не хороните...
Когда умру, меня не хороните -
Я не любил печальных панихид.
Цветы увядшие на розовом граните -
Не для меня, поверьте, этот вид.
Когда умру, меня не хороните:
Я не любил надгробные слова.
Слезу скупую лучше пророните,
Меня припомнив года через два.
Когда умру, меня хороните -
Я не любил нелепейший обряд:
Коробку с прахом тихо уроните
В Неву, где Сфинксы вечные лежат.
Когда умру, меня не хороните...
Я похорон при жизни не любил.
И память добрую подольше сохраните,
Каким я был, когда я жил.
Когда умру - меня не хороните... (Версия 2) Первый вариант был утерян. Написал новый,а потом нашелся первый!
Когда умру - меня не хороните:
Я не любитель пышных похорон.
И этих цифр нелепых на граните,
И ничего не значащих имён.
Когда умру, меня не хороните
Надгробных не любитель я камней.
Вы лучше память добрую храните
И чувства добрые - коль заслужил! - ко мне.
Когда умру, меня не хороните -
Я не люблю оркестров духовых.
Да и цветы - их тоже сохраните -
Они нужнее, право, для живых.
Когда умру, меня не хороните,
Чтоб мне никто не застил синеву...
А урну с прахом тихо уроните
Меж Сфинксами в холодную Неву.
Течёт Нева, закована в граните...
Текла и будет течь через года.
И в памяти своей вы сохраните
Меня живым, как эта вот вода...
Когда умру - меня не хороните...
Встреча у врат рая Когда услышу последнее словo Господнее -
Голос его прозвучит трубно и веще -
Я встану с постели, почешу исподнее
И пойду потихоньку собирать вещи...
Да и вещей у меня - малая толика,
Соберу их, на дорожку попью да поем...
Впрочем, какие вещи? Возьму с собой только
Томик своих стихов и поэм.
Да еще, пожалуй, бутылку водяры -
Кто знает, дают ли в раю питье?
Ведь Христос, говорят, был противник ярый
Питья, чем спортил апостолам всё житьё...
Встречает Петр - привратник у рая
И, зыркнув глазом, изрекает нахально:
"Что ж ты, братец, и умирая,
Остался таким же как был охальным?"
А я ему: "Да ты чё, Петя:
Разве так встречают гостя да еще с бутылкой?
А я думал, что вы здесь, на том свете
Живете, если и не с улыбкой, то хоть с ухмылкой..."
Петр не ломался, крякнул по-стариковски,
Достал откуда-то пива и три стакана Да на закусь воблочки будто крылья стрекозки -
Тонкие, хрупкие... "Эх, попутал меня Сатана!"
Вот пол-литра уж на троих нолито...
Ба! Да дело может расстроиться:
"Мы ж пить, а не играть в крестики-нолики!
Петя, для ентого дела нужна троица!"
"Ну, давай позовем третьим Бога..."
"Которого, Петр, Отца или Сына?"
"Да впрочем нам и с тобой не много:
А звать двоих - на них уйдет половина..."
Неверующий, но со святыми не спорю.
Разлили третий стакан меж собою:
На радость пить хорошо - чай, не с горя!
И не с похмелки опосля перепою...
Петр расслабился, руку мне поклал на плечо
И вдруг всхлипнул, утерев глазья...
Я ему: "Петь, да ты чё?
Согрешил? Так то ж для разнообразья!"
И Петр тут запричитал, засетовал:
"Милай!.. Куды ты? Беги отседова!
Видишь,? Эва - ворота соседовы...
Я с ихним сторожем вчера беседовал...
Хороший парень, хушь и с рогами.
Доверчиво все мне открыл:
Говорит, не кормят у них пирогами,
Но начальник их - добр и шестикрыл.
Они не ходят строем и не поют гимны
И показательно не ликуют..."
"Мил человек, не могу, помоги мне -
Вишь, уронил, блин, свою клюку я..."
Поднял я для Петра палку -
Мне завсегда стариков жалко...
"Вот спасибочки, добрый ты, значит..."
"Да Петь, мне это, что два пальца!
Спасибо не на чем - как же иначе?"
А он на меня так умильно пялится...
"Полюбился ты мне... Напоил по-царски...
Не верь про котлы да про варево -
Все это для праведных детские сказки...
А ты от нас поскорее проваливай!
Умрешь с тоски от порядка и благолепия...
Впрочем в раю умирать не дают...
Устал! Ох, устал... Уж лучше б ослеп я:
Глаза мои не смотрят на этот уют..."
Вот и допили мы ту пол-литровочку,
Обглодав даже тощий скелетик воблин.
Пивцом залили для "полировочки".
И сказал мне Петр: "Во, блин!
Спасибо, друг, "оттянулись" мы славненько!
А то всё святые - за мордоворотом мордоворот!
Не с кем было преломить и сырок плавленый
И чарочку выпить у ентих ворот...
Всем им самое место здесь, в скукотище...
А ты иди, поживи, как люди, там, в аду
Там людей интересных тыщи...
Ну, а я опять на службу пойду".
Пожали мы с Петром руки друг другу.
Я направился смело к другим вратам...
Песнопенья всё тише, но всё громче ругань
И смех - так, видать, веселятся там...