9. Юбилейная встреча.
(50 лет назад мы окончили МЭИ).
До МЭИ мы пошли пешком, по дороге рассказывали друг другу о своём житье-бытье, о заметных событиях. Нас обгоняли и бежали навстречу трамваи - родные 37-ые. Перед зданием МЭИ свернули на улицу Лапина. По пути присоединялись наши однокурсники - девушки и ребята. Невозможно забыть это ощущение абсолютной узнаваемости своих. Особенно, наших девушек. Внешние изменения неизбежны, но заметны они только до того момента, когда начинается разговор. Выражения лиц, интонации, реакции на услышанное - всё как в былые годы! Может быть, собравшись вместе, мы воссоздаём ту самую атмосферу, в которой жили полвека назад? Или наши регулярные встречи каждые пять лет поддерживали взаимосвязи? Всё же, полагаю, главное в том, что мы, как люди, по существу не меняемся.
У входа в корпус уже собралась группа бывших студентов. Радостные возгласы узнавания, звучат имена, объятия, отрывочные разговоры... Я, как и все, стремлюсь поговорить с каждым, узнать о жизни каждого... Счастлив тем, что безошибочно узнаю однокашников, начав разговор с одним, кидаюсь к другому... И понимаю, что это - безобразие, и не могу остановиться! Извиняет то, что практически все в таком же состоянии.
Вахтёр открывает дверь и приглашает нас войти. Столовая на третьем этаже. Просторный зал, ближе к окнам - хорошо сервированный стол. Прежде, чем занять места здороваемся и обнимаемся с кем не успели сделать это перед входом.
Мне досталось место рядом с Лёвой Кранихфельдом, напротив - Олег Ананьев и Макс Петраков. Макс взял на себя руководство столом и поднял первый тост за нашу встречу. Потом помянули оставивших нас навсегда. Вспомнили Ледика Прусецкого, утонувшего в Химках, Петю Бровкина погибшего на похоронах Сталина и других, скончавшихся позже.
Я прочитал послание Марлена Ускача и передал его фотографию. Слушали внимательно. Послание и снимок будут храниться в архиве курса.
Упорядоченное сидение за столом длилось недолго. Жажда общения взяла своё, и вокруг стола начались спонтанные перемещения, сравнимые с броуновским движением. Направляясь к намеченному собеседнику, застреваю у другого однокашника, обмениваемся нескольким словами. Намеченный собеседник уже занят - общается с успевшим раньше меня. Тем не менее, прикоснулся хоть накоротко с каждым из пришедших. На подходе к МЭИ и уже в столовой более подробно удалось пообщаться с Лёвой Алексашиным, Олегом Ананьевым, Леной Антоновой, Инной Бубновой, Ритой Ефимовой, Борисом Ивоботенко, Элей Комаровой, Лёвой Кранихфельдом и его женой Валей, Лёней Лейкиным, Колей Масловым, Лёвой Мастрюковым, Кириллом Рязановым, Владиком Старокашиным, Андреем Тоотом-Тарасовым, Женей Федосеевым.
Все девушки наши произвели на меня самое хорошее впечатление. Конечно, не без проблем... И со здоровьем, и с бытом, но настроение, реакции - как в былые годы. Разумеется, следует учесть обстоятельства встречи, но всё же.
Парни внешне изменились больше, чем девушки. Некоторые работают на постоянных местах в фирмах или на предприятиях: Ивоботенко, Мастрюков, некоторые, как Кирилл Рязанов, бывают востребованы периодически. К сожалению, для подробных бесед времени просто не было.
Лёва Кранихфельд принёс несколько своих книжек и разыграл лотерею. Мне книжка не досталась. Отдаю должное ему и его жене Вале, с её поддержкой Лёва записывает воспоминания и издаёт их.
Незаметно время подошло к 18:00 и мы должны были покинуть МЭИ. Перед уходом Лёня Лейкин подарил копию газеты "Правда" от 10 мая 1945 года, посвящённую Победе в Великой Отечественной войне, а Андрей Тоот взял у меня краткое интервью, записав ответы на диктофон. Надеюсь, со временем узнать о последствиях этого мероприятия..
Нина Розовская пригласила желающих к себе, и компания в составе Серёжи Амамчяна, Иры Ворониной, Риты Ефимовой, Олега Иванова, Макса Петракова, Веты Липшиц, Димы и Муси Ременник, Натана Хубларова и Миши Шлафа отправилась к ней домой.
В уютной квартире сестёр Яны и Нины мы провели вместе ещё некоторое время за разговорами. Темы перемежались: то серьёзные, то легковесные, но главным было продолжение той самой родной атмосферы, той самой общности М-49, возвращавшей нас в молодые годы.
У Нины Розовской.
Муся Ременник, Эрвин Наги, Максим Петраков, Натан Хубларов.
На встрече были (по алфавиту):
Александров Виктор
Алексашин Лев
Амамчян Сергей
Ананьев Олег
Антонова Елена
Березов Евгений
Берман Галина
Бубнова Инна
Волкова Елена
Воронина-Яншина Ирина
Даева-Отрешко Алла
Думпис Гуна
Ефимова Маргарита
Иванов Олег
Ивоботенко Борис
Клюкина Регина
Коган Владимир
Комарова Эвелина
Кранихфельд Лев
Лейкин Леонид
Липшиц-Данюшевская Елизавета
Малютина Раиса
Маслов Николай
Мастрюков Лев
Наги Эрвин
Оганян Виген (Норик)
Петраков Максим
Прыткина Галина
Ременник Вадим
Розовская Нина
Рязанов Кирилл
Старокашин Владимир
Тоот-Тарасов Андрей
Федосеев Евгений
Хубларов Натан
Шлаф Михаил
Из-за рубежей России в Москву приехали: Серёжа Амамчян из Армении, Вета Липшиц-Данюшевская из США, Эрвин Наги из Германии и Дима Ременник из США.
Мне известно, что о событии знали, но по разным поводам не пришли: Искра Балевская и Володя Березин (по болезни), Игорь Лукьянов, Гриша Тамоян, Марат Телятников, Юра Щеглов (по болезни).
Кроме личных встреч были контакты по телефону. Ещё до встречи переговорил с Юрой Щегловым, Борис Ивоботенко в столовой связал меня по мобильному с Гришей Тамояном - перекинулись парой слов, а после встречи Эля Комарова рассказала мне о Нине Сергиенко-Саприцкой - она не смогла приехать, так как участвовала в неких соревнованиях по шахматам.
Итог: из здравствующих сегодня около девяноста человек о юбилейном торжестве знали более сорока человек. Тридцать шесть выпускников пришли на встречу, четверо пришли с супругами: Олег Ананьев, Лёва Кранихфельд, Лёня Лейкин и Дима Ременник. Всего сорок человек. Число весьма значительное. Значит связи не прерваны, значит студенческие годы были счастливыми, значит мы во многом вместе по сей день.
В заключение от всего сердца благодарю замечательных энтузиастов в течение всех этих пятидесяти лет, не жалея своих сил и времени, отдавали свои силы поддержанию связей между нами и регулярно организовывали встречи М-49. И эта - полувековая встреча - была организована прекрасно. Это - дорогого стоит! Низкий вам поклон, Ира Воронина-Яншина, Эвелина Комарова, Лена Антонова, Нина Розовская, Максим Петраков, Лёня Лейкин, ...
Да простят меня не упомянутые здесь по моему незнанию.
И пусть это длится!
Текст и фото Эрвина Наги 13 - 16.04.2005 Дюссельдорф
Редактировал Леонид Лейтес 29.04.2005 Нью Йорк
10. Благодарность Васе Грановскому.
Уважаемые читатели, почитаю своим долгом сообщить, что настоящим публично
выражаю глубокую благодарность Васе Грановскому, сделавшему замечания
к текстам моих воспоминаний о Мише Лапирове-Скобло и И. Г. Эренбурге.
В соответствии с Васиными замечаниями в указанные тексты внесён ряд
необходимых исправлений и уточнений, приблизивших изложенные события
и факты к имевшим место в действительности.
Желающие могут познакомиться с Васиными замечаниями в го разделе в
заметке "Моему биографу".
11. Об одном из самых значительных руководителей кабельной промышленности -
Теодоре Максовиче Орловиче
(1909 - 1984)
7 июля 2009 года исполнилось 100 лет со дня рождения одного из самых ярких личностей советской кабельной промышленности - Теодора Максовича Орловича. Вклад, внесённый им в дело развития и организации производства кабельных изделий специального назначения весьма значителен, и рассказ об этом человеке дополнит гордость за наших людей, трудившихся на благо общества.
Теодор Максович Орлович родился 7 июля 1909 года в Украине в городе Кременчуге. Подробных сведений о жизни Теодора Максовича, у нас нет. С его слов известно, что в 1930 году он начал работать на объединённом кабельном заводе ("Москабель" и "Электро-провод"). На заводе прошёл все возможные должности: был техником по вопросам организации управления и производства и научной организации труда, мастером в цехах, технологом, плановиком, начальником цеха, начальником лаборатории, начальником ОТК, главным инженером. Некоторые сведения из книги Б. Е. Чертока "Ракеты и люди"[1] позволяют восстановить детали жизни Орловича в начале тридцатых годов. По всей вероятности, Теодор Максович поступил в Московский Энергетический институт в 1934 году, не прерывая работы на кабельном заводе. Черток и Орлович учились в МЭИ и были в дружеских отношениях. Вместе с ними в одной группе училась Валерия Алексеевна Голубцова[2], в те годы - парторг, а в 1941 - 52 годы - Директор МЭИ.
В начале войны в 1941 году Т. М. Орловичу была оформлена броня от призыва в армию, и он, занимался частичной эвакуацией оборудования завода "Электропровод" в Уфу, Свердловск, Томск. Находясь на казарменном положении, он отвечал за производство кабелей и проводов, необходимых для фронта и военной промышленности на заводе "Электропровод".
Об одном из эпизодов военной поры рассказал сам Теодор Максович.
После заключения союзного договора с Великобританией и США англичане начали поставку в Союз радиолокационные станции, разработанные для обнаружения ракет "Фау-2" и бомбардировщиков. Советское командование приказало организовать производство аналогичных радаров. Кабели и провода. Для изучения и воспроизводства передали на завод "Электропровод". Большую часть их воспроизвели, но вот высокочастотные коаксиальные кабели воспроизвести не удавалось. Их изоляция, выполненная из пластмассы, напоминала по внешнему виду парафин. Но только по внешнему виду. Материал был плотный, и оставался прочным до температуры около 100R.
Все попытки найти аналог на советских химических предприятиях - на заводах или НИИ - оказывались безуспешными. Научные учреждения не могли определить его состав из-за исключительной химической инертности изоляции.
Опытные образцы были изготовлены с изоляцией из КП-массы (гомогенная механическая смесь парафина и натурального каучука). Было ясно, что КП-масса является не лучшим заменителем изоляции образцов, однако, опытные образцы радиолокационных станций с этими кабелями были воспроизведены и в конце 1942 года Т. М. Орлович был награждён орденом Трудового Красного знамени.
Спустя некоторое время, выяснилось, что изоляция английского радиочастотного кабеля выполнена из полиэтилена - продукт полимеризации газа этилена. Процесс этот был разработан химиком А. И. Динцесом в середине тридцатых годов, но материал сочли бесперспективным в силу химической инертности и Динцесу рекомендовали опубликовать статью в научном журнале, что он и сделал. В Союзе этот процесс развития не имел.
Изготовление полиэтилена в ограниченных количествах было налажено на опытных производствах химических предприятий, а производство высокочастотных коаксиальных кабелей с изоляцией из полиэтилена - в Цехе N 5 на заводе "Электропровод". За организацию этого производства Теодору Максовичу присудили Сталинскую премию ещё в ходе войны.
По окончании войны Орлович был направлен в Германию в числе специалистов для отбора технологического оборудования с кабельных заводов и доставки его в Союз. Теодор Максович с юмором рассказывал, как его вызвали в военкомат и спросили: "Какое у Вас воинское звание?". Он ответил: "Рядовой!". Военком крякнул, произнёс: "Поедете полковником!", велел оформить документы и выдать соответствующие погоны.
В 1947 году Министр Электротехнической промышленности подписал приказ об организации Научно-исследовательского Института Кабельной промышленности (НИИКП) в составе Главкабеля. Главк откомандировал Орловича в НИИКП для организации в институте отдела по проектированию кабельных заводов. В дальнейшем на базе этого отдела было организовано специализированное предприятие "Кабельпромпроект".
В 1950 году в Министерстве Электротехнической промышленности подготовили приказ об организации на заводе "Электропровод" отдела по разработке кабелей для радиолокации и сверхзвуковой авиации. 1 января 1951 года был днём рождения этого Отдела N 20.
Т. М. Орлович был назначен на должность Главного технолога Отдела N 20 или, как его называли на заводе - ОКБ. По существу это была самостоятельная группа, выполнявшая заказы на разработки кабельных изделий специального назначения. В этом сравнительно небольшом и дружном коллективе работали высококвалифицированные специалисты: химики-технологи Елена Фёдоровна Рождова, Людмила Александровна Лазуткина, Борис Алексеевич Мурашов, техник Тоня Кваскова, связисты Нина Казарова, Любовь Николаевна Улановская, Ансельм Абрамович Талалай, конструктор Михаил Давыдович Блиндер, замечательный механик Николай Павлович Растатурин...
В 1956 году Никита Сергеевич Хрущёв реорганизовал все системы партийно-административного и хозяйственного управлений. Реформы эти сопровождались переводом многочисленных управленцев высокого ранга из Москвы на периферию. Именно это обстоятельство помогло Орловичу убедить руководство Минэлектротехпрома накануне разгрома организовать новое предприятие - Особое Конструкторское бюро Кабельной промышленности. Существенную поддержку оказали и заказчики - управления и предприятия военно-промышленного комплекса. 26 августа 1956 года был издан приказ по Министерству Электротехнической промышленности об организации в составе Главкабеля Особого Конструкторского бюро Кабельной промышленности. В штат нового ОКБ вошёл и ряд сотрудников ликвидируемого Министерства
Первоначально ОКБ КП размещалось в помещении артели "Кооппроводник" на Земском переулке 13, что между Большой Якиманкой и набережной Москвы-реки напротив кинотеатра "Ударник". Артель же, ранее производившая бытовые провода, в полном составе вошла в структуру нового предприятия. Исполняющим обязанности начальника ОКБ был назначен Орлович Т. М.
Теодор Максович Орлович.
Для нашего поколения первое соприкосновение с этим именем происходило в конце учёбы на втором курсе, когда, как это было принято в МЭИ, студентов распределяли по специальностям. На Электромеханическом факультете (ЭМФе) наряду с основными были и специальности изначально отношения к механике не имевшие: "Изоляционная техника" и "Кабельная техника". Поскольку Кафедры указанных специальностей на факультете существовали, каждую весну на каждом курсе формировали соответствующие группы, включая в них студентов помимо их желания.
Студенты, распределённые на специальность "Кабельная техника" подходили к стенду Кафедры. Он посвящён сотрудникам. Наверху - портреты Зав. Кафедрой профессора, доктора технических наук С. М. Брагина и профессора, доктора технических наук В. А. Привезенцева. Ниже - доценты, кандидаты технических наук, преподаватели, лаборанты... Стёртые, мало что выражающие лица. И в самом низу, в левом углу стенда - небольшой овальный портрет. Пышная седая шевелюра, добрые, чуть прищуренные глаза, крупный нос и резко сужающаяся к подбородку улыбающаяся физиономия. Надпись гласила: "Лауреат Сталинской премии, инженер Т. М. Орлович". Это было время махрового государственного антисемитизма, и представить себе, что еврей (а внешность Т. М. Орловича не вызывала сомнений в его происхождении), хоть и лауреат, не имеющий учёных степеней и научных званий, допущен сотрудничать на кафедре высшего учебного заведения было невозможно. Но факт имел место.
В расписании для групп кабельной специальности было указано: "Кабели и провода с резиновой и пластмассовой изоляцией. - Инженер Т. М. Орлович". Тематика - узко специализированная, помимо обзора типов конструкций и областей применения кабелей, в значительной мере посвящённая технологии их промышленного производства. Речь Орловича - отчётливая, формулировки - конкретные. Когда Теодор Максович касался технических проблем, в решении которых сам принимал участие, глаза его загорались энтузиазмом, он увлекался, рассказывал о ситуации, о коллегах, воссоздавал атмосферу этих моментов. Но главное, он был энтузиастом кабельной техники и сумел показать нам, как много интересных технических задач и важных научных исследований возникает в ходе развития. К тому же Орлович был исключительно доброжелателен и, безусловно, артистичен.
Преподавая в МЭИ более десятка лет, он имел представление о выпускниках-кабельщиках этого периода, и многие из них были приглашены на работу в ОКБ.
Приведём только некоторые результаты разработок, выполненных в ОКБ КП под руководством Теодора Максовича Орловича и внедрённых в промышленное производство:
- освоены материалы: полихлорвинил, полиэтилен, политетрафторэтилен, давший возможность создавать изделия на рабочие диапазоны температур от минус 60c до плюс 250c резины на основе кремнийорганических каучуков, кремнийорганические лаки и жидкости;
- разработаны кабели связи с кордельной изоляцией взамен колпачковой[3], высоко-вольтные импульсные кабели с низким волновым сопротивлением, контрольные и силовые кабели для эксплуатации при температурах до плюс 450c, сверх гибкие кабели, выдерживающие до 50000 изгибов на 180 градусов и многие другие типы. Особо следует отметить, что практически все кабели, используемые в космической технике, разработаны в ОКБ КП;
- для использования новых материалов и изготовления разработанных кабелей были разработаны технологические процессы, сконструировано и изготовлено необходимое оборудование, в частности, были разработаны технология и конструкция агрегата для одновременного наложения на провод изоляции из двух слоёв различных полимеров;
- для изготовления опытных образцов и производства первых партий новых кабелей и проводов был построен и оснащён оборудованием корпус опытного производства
В дальнейшем повышение рабочей температуры распространилось на изделия других отраслей техники, в том числе на кабели и провода.
Много сил и внимания уделял Теодор Максович взаимоотношениям сотрудников, и делал много для создания дружеской атмосферы в коллективе. В выходные дни бывали коллективные выезды на природу, в праздничные - концерты профессиональных актёров и самодеятельные. В некоторых принимал участие и Теодор Максович. Так он написал "Гимн ОКБ", начинавшийся словами:
Не кочегары мы, не плотники,
Но сожалений горьких нет!
Мы - ОКБ КП работники,
И из Мытищ вам шлём привет!
Орлович постоянно заботился об условиях жизни и работы сотрудников.
После перебазировки ОКБ в Подмосковье были налажены регулярные рейсы служебного автобуса Москва, (метро "Октябрьская") - Мытищи, Ядреевское шоссе 4. Сотрудников, пользовавшихся электричкой, другой автобус встречал у вокзала станции "Мытищи".
Кроме основной работы, Теодора Максовича увлекало строительство. Помимо стройки собственно ОКБ, - жилые дома в Москве и в Мытищах для семей сотрудников. Ради отдыха коллег и их семей построены
: корпус в доме отдыха в посёлке Ольгинка в Крыму, приведён в порядок комплекс пионерского лагеря "Лесной" у станции "Снегири" Рижской железной дороги. Лагерь этот действовал круглый год: в праздничные дни, зимние и весенние школьные каникулы проводили время "окабевцы" со своими семьями и друзьями.
Острословы утверждали, что ОКБ КП - "Строительный трест с кабельным уклоном". Впрочем, произносили эту сентенцию с доброжелательной улыбкой и несомненным уважением к "Строителю".
В 1971 году Орлович ушёл на пенсию. Не всё ясно с причинами его ухода, - он был полон энергии и замыслов и мог бы успешно руководить ОКБ ещё несколько лет.
Директор ВНИИ КП И. Б. Пешков пригласил Теодора Максовича заведовать отделом. Там он и работал до своей кончины в 1984 году незадолго до своего 75-летия. В ОКБ состоялось прощальное застолье со многими добрыми словами в память об ушедшем.
В 2006 году Особому Конструкторскому бюро Кабельной промышленности (ныне - Федеральное Государственное Унитарное предприятие - ФГУП ОКБ КП, г. Мытищи Московской области) исполнилось 50 лет.
И ныне ОКБ КП продолжает осуществлять разработки кабелей и проводов специального назначения: Вклад ОКБ КП в создание новых конструкций кабелей и проводов, в освоение новых материалов, в разработки технологий их производства, в конструирование и изготовление испытательного и технологического оборудования неразрывно связан с личностью и именем основателя и создателя, первого руководителя предприятия -
Теодора Максовича Орловича.
Дюссельдорф
ноябрь 2009 года
Примечания
[1] Борис Евсеевич Черток, Зам. Генерального Конструктора С. П. Королёва. Ракеты и люди. Москва, Издательство "Машиностроение", 1994, стр. 252 - 262.
[2] В. А. Голубцова, супруга Г. М. Маленкова - второго человека в СССР после Сталина, до 1956 года занимавшего посты самого высокого уровня партийно-правительственного руководства.
Именно дружеским отношением Голубцовой можно объяснить предоставленную Орловичу возможность преподавать в МЭИ на грани сороковых и пятидесятых годов прошлого века.
[3] Полистироловые колпачки нанизывали на провод вручную, что при низкой производительности процесса еще и ограничивало длину изготовляемых кабелей. Вместо этого стали полистироловый кордель (струну) спирально накладывать на обмоточных машинах.
12. 60 лет курсу М-49.[1]