- Какой этаж? - глухо спросил у Левченко генерал.
- Второй. Пешком?
Калюжный молча кивнул.
Они вошли в подъезд, не спеша, поднялись на второй этаж, и подполковник, немного поколебавшись, нажал кнопку звонка. Калюжный, обернувшись к своему спутнику, критически его осмотрел, покачал головой и сказал вполголоса:
- Китель застегни. И ордена поправь, что это они у тебя криво висят, как у штатского босяка... - Генерал вздохнул, и, помолчав минуту, проронил: - Ты уж её как-нибудь всё же попробуй подготовить, что ли.... Хотя... - И, отрицательно качнув головой, махнул рукой.
Левченко промолчал - в квартире, в которую они позвонили, послышались шаги.
Дверь открылась, и перед двумя мужчинами предстала молодая женщина в простеньком, но весьма изящно сидящем на ней шелковом халатике, вытирающая руки о передник. Узнав в одном из гостей подполковника Левченко, она, было, улыбнулась... но, увидев выражение лиц посетителей, мгновенно стала серьезной, в глазах вспыхнула тревога.
-Здравствуйте, Дмитрий Евгеньевич.... Здравствуйте, товарищ генерал.... Проходите. - Последние слова дались ей с видимым трудом.
Левченко с Калюжным вошли в прихожую, прикрыли входную дверь - и подполковник, откашлявшись, проронил вполголоса, стараясь не встретиться взглядом с хозяйкой дома:
- Мужайся, Герда...
В прихожей мгновенно повисла напряженно-горестная тишина. Женщина посерела лицом, на её висках выступили маленькие капли пота, и её руки, только что теребившие завязки халата - безжизненно упали вниз.
- Сашка? - полувопросительно, полуутвердительно тихо спросила она.
Левченко молча кивнул. Генерал, одернув китель (так, что на нём глухо звякнули ордена), вздохнул и сказал:
- Мы пришли с тяжелой вестью - и обязаны её вам сообщить, Герда Францевна.... - Калюжный помолчал с полминуты, а затем, глядя в глаза хозяйке, произнёс: - Позавчера на рассвете, у посёлка Закхо, что на турецко-иракской границе, ваш муж, майор Леваневский, выполняя свой долг, долг мужчины, солдата и разведчика - пал смертью храбрых.... До конца выполнив задание командования. Возьмите, это его... - И с этими словами генерал протянул хозяйке дома тёмно-зеленую коробку.
Герда её машинально взяла, растерянно оглянулась вокруг, попыталась открыть коробку - и вдруг, выронив её, без сил опустилась на испуганно скрипнувший диван и зарыдала. На ковёр в прихожей высыпалось содержание коробки - парадные офицерские золотые погоны, ордена, какие-то удостоверения в разноцветных обложках...
Двое мужчин молча стояли возле навзрыд рыдающей женщины, в этот момент готовые провалиться сквозь землю - когда в прихожую из зала вошёл подросток.
Изумлённо глянув на чужих офицеров, растерянно стоящих возле плачущей женщины - он тут же бросился к ней.
- Мама, мама! Что случилось? Они тебя обидели? Мама!
Герда подняла на сына заплаканные глаза, и, всхлипнув, схватила его за руку.
- Сашенька, твой папа....Твой папа....Твой папа погиб!
Александр-младший отрицательно помахал головой.
- Нет, мама, этого не может быть.
Герда, сквозь слёзы, обхватив голову своего сына, всхлипнула:
- Сыночек, ты не можешь в это поверить.... Я сама не могу.... Но...
Младший Леваневский вырвался из объятий рыдающей матери, и, взглянув на мрачных офицеров - ещё раз, более решительно, помахал головой.
- Этого не может быть! Он сегодня утром прислал мне письмо!
- ЧТО!?!?!? - одновременно вырвалось у всех троих взрослых.
- Письмо. По электронной почте. Пришло в восемь двадцать, с его адреса.
Левченко схватил Александра за руку.
- Ты можешь сейчас нам его показать?
Леваневский-младший пожал плечами.
- Конечно, могу! Пойдемте ко мне!
Втроём они бросились за подростком - и всё то время, пока он включал компьютер, подсоединялся к Интернету и входил в почту - нетерпеливо его подгоняли, больше мешая, чем помогая; но всё же, несмотря на эту сутолоку и окрики, через три минуты Леваневский-младший открыл свой почтовый ящик, а затем нажал курсором мыши на надпись "входящие", после чего кликнул на верхнюю строчку списка.
На экране компьютера засветилась рамка почты Яндекса, а посреди окна, предназначенного для текстов сообщений - замерцала короткая фраза:
ЖДИТЕ. БУДУ К ШЕСТИ