Давно это было. Еще трамваи по Невскому ходили, а граждане на автобусных остановках выстраивались в очередь; сейчас такому мало кто верит, но было так, граждане, было. И есть еще в Питере жители, которые все эти времена - порою счастливые, а порой и не очень - помнят куда как хорошо.
Это было время шестидневной рабочей недели, и первое января нового года обозначалось в календаре черным цветом - вовсе не от сожалений по году минувшему, а оттого, что с утра требовалось всем идти на работу. Колбаску кушали не всегда, сыр так и только по праздникам. А за бананами, коли свезет наткнуться на такой экзотику, стояли часа по два...
Радовались малому, потому что в большинстве своем мало имели, хотя и работали все (ну или почти все поголовно). Случалось, конечно, болели - и тогда, коли уж совсем невмоготу - шли за больничным к доктору в поликлинику. На дом вызывать отчего-то было не принято, только с самом крайнем случае: как же, нас много, а доктор на участке одна, что ж это станется, коль каждый на дом начнет вызывать?
...Однажды к участковому терапевту пришла на прием молодая особа. Не совсем чтобы юная, а так - лет тридцати. Пришла и говорит, присаживаясь:
- Мне бы бюллетень выправить.
- А что случилось? - Доктор спрашивает.
Дама плечом повела:
- Родила я вчера. Мне теперь бюллетень по закону положен.
Доктор пришла в изумление.
- Родила? Как так родила? А ребенок где?
- Так помер младенчик, - отвечает молодая особа, - наутро и помер.
Тут врач начала понимать.
- Вы у себя на квартире рожали?
- Да.
- А что же врача не вызвали, почему не в роддоме?
Та помолчала, потом отвечает нехотя:
--
А что тут такого? Ну, родила. Делов-то.
- Почему же после врача не вызвала?! - Едва не в голос закричала доктор.
- Устала я сильно. Занедужила, спать легла. А утром глянула - а он уж холодный...
А дальше выяснилось что эта баба, притомившись, новорожденного младенца, голенького, положила в эмалированный таз. Сама же завернулась в одеяло и стала спать. Наутро младенчик был мертв, а баба отправилась больничный испрашивать.
И доктор, в жизни человек совершенно не злой, впервые в жизни совершенно отчетливо захотела убить человека. Вот эту нелюдь в образе женщины, что сидела перед ней. Все было ясно - ненужный родился младенчик, нежеланный. Но доказать ничего нельзя...
- Вы должны были его спасать! Вы к груди должны были его прижать! - кричала тогда доктор. - Мать сама погибает, а дитя свое спасает! А вы, вы... за больничным пришли!
- По закону право имею...
- Нате, подавитесь своим больничным! Просто бы задушила вас тут вот своими руками!..
Много воды утекло с тех пор. Что с той особой в дальнейшем произошло - неведомо. Впрочем, время течет, да мало что изменяется.