- Привет! - заскочил Тошка к Ане. - С добрым утром!
- Да, да. - спросонья согласилась Анька. - А теперь закрой дверь и рот. И выйди вон отсюда.
- Утро уже, между прочим. - объявил Тошка. - Давно уже, причем. Вставай уже.
- Я встану и убью тебя, если ты не дашь мне поспать. - пообещала Анька.
- Тут у нас конфликт интересов сейчас образуется. - хмыкнул Тошка. - Потому как ты спать хочешь, а я есть. А пока ты спишь - кормить меня никто не будет. Так что, думаю, самым лучшим вариантом для тебя будет - встать и накормить меня. А потом можешь и поспать еще.
- Тошка, отвали! - взбрыкнула под одеялом Анька - На кухне найди себе чего-нибудь.
- Ай-ай-ай... - застонал Тошка - Как живот схватило с голодухи. Умру сейчас.
- Не пройдет твой спектакль! Ты каждый день умираешь! - отчитала Анька и швырнула подушкой - Сгинь, говорю!
- Ай-йа! - вскрикнул Тошка - Больно, между прочим. Теперь тебе придется встать, покормить меня завтраком и залечить мои раны!
- Я встану и убью тебя! Это быстрее! А потом я лягу спать! - крикнула Аня и накрылась одеялом с головой.
- Зло спит! - торжественно объявил Тошка. - Глупо будить спящее лихо. Тем более что оно с утра выглядит чудовищно.
И выскочил из комнаты, хлопнув за собой дверью. Потом приоткрыл дверь и сказал:
- И нечего тапками кидаться. Потом сама не найдешь. Будешь босиком ходить. Как Лев Толстой!
В дверь ударил второй тапок. Тошка улыбнулся и побрел на кухню, где, наслаждаясь утренней тишиной, пила кофе Анина мама.
- Что у нас на завтрак, престарелая женщина? - бодро спросил Тошка.
- У вас на завтрак - побои. - ответила Анина мама. - Что это за "престарелая женщина" вдруг появилась в обращении?
- За один только завтрак я буду готов вас называть Царственной Старушкой. Или Высокородной Дамой. На Ваш, разумеется, выбор. Могу Мадам-Капрал. И весь этот ассортимент за какой-то паршивый завтрак. - принялся торговаться Тошка.
- Чего это у меня завтрак паршивый? - возмутилась Анина мама. - И что случилось с обещанной мне вчера "Первая красавица"?
- Инфляция, мэм. - вздохнул Тошка. - Годы берут свое. Еще вчера вы были первой красавицей, а сегодня...
- Хамло! Бестыжее хамло! - поставила дагноз Анина мама.
- Я с голодухи, достопочтенная сеньора! - взвыл Тошка. - И от боли! Ваша дочь, в ответ на невинную просьбу покормить, избила меня! Ногами! Этими восхитительными ножками, коими, увы, уже обделена мать ее. О годы! Как вы беспощадны! Вы отпечатали на этих ногах все трудности и проблемы, что сопровождали в жизни эту святую женщину!
Тошка стал в позу и продолжил завывать:
- Муж, что не подставлял плечо, с минуты переноса шкафа! Садистка-дочь, что дрыхнет постоянно, забыв о том, что мать ее рожала! Бессонные ночи, слезы в подушку, декалитры валерьянки - все отпечаталось в ногах! Болят они! Болит душа! Широкая - одна на всю семью! Никто, никто из всех домашних, не даст ни крошки Тоше! Никто, кроме матери семейства. Ибо сердоболие ее...
- Да не готовила я еще! - отмахнулась Анина мама. - Все спектакли твои зря. Возьми в холодильнике себе что-нибудь.
- Не могу я взять в холодильнике. - уныло протянул Тошка. - Известно ведь: женщины достают еду из холодильника и угощают ею. Мы стоим и нудим в ожидании завтрака. На этом держится мир! Нельзя нарушать устоев.
- Отстань! - отмахнулась Анина мама - Либо возьми в холодильнике, либо жди завтрака. И не устраивай спектаклей!
- Ай-ай-ай! Как живот сватило! Еды!! Немножечко еды!! - застонал Тошка упав на пол. - Ну Бога ради...
- Не верю! - Станиславский тихонько ойкнул в могиле от зависти к Аниной маме - Смените репертуар!
- Что за крики с утра? - появился Анин папа в халате - Ежеутреннее шоу "Доброе утро, семья" в исполнении этого уничтожителя еды? Привет, Антон. Скрутило живот, небось с голодухи?
- Я умираю, седовласый. - поднял Тошка скорбное лицо. - Не принесешь ли ты из холодильника умирающему немного еды? Да, да. Ветчины будет достаточно.
- Я бы с радостью. - ехидно парировал Анин папа. - Но, во-первых, ты слишком много жрешь. А во-вторых, женщины достают еду из холодильника, а я не женщина! Я не могу нарушать устоев. Сходи Аню попроси.
- Я уползаю.. - обессиленно протянул Тошка. - Я уползаю в спальню к Ане. Быть может там печенье есть... Что не доела она ночью... Я к деве юной в спальню вхож - завидуй мне, о старый скупердяй! Вперед, Антон! На поиски печенья!
Тошка на четвереньках пополз в сторону Аниной спальни.
- Актера в доме не хватало! - начал было Анин папа ямбом, но спохватился вовремя, - Тьфу. Так можно разучиться говорить!
- Глаголом разучиться жечь.. Так будет красивее - захихикала Анина мама.
- Тошкаааа! - закричала в коридоре Аня. - Мама, он умер!!
- Спектакль наверное новый! - не поверила мама...
Тошка лежал в коридоре, уставившись незрячими глазами в потолок. Рядом плакала Аня.
- Хмм. Действительно умер. - ощупав грудь Антона сказал Анин папа.
- Ты смотри как.. - прошептала Анина мама
- Вам что - трудно было его накормить! - закричала Аня. - Кусок хлеба с маслом зажали?!
- Не ори! - строго сказал папа. - Это твой тамагоччи! Кто должен был его кормить, а? Вчера его не кормила ни разу! Кто тебе виноват, а?
- Я вчера занята была! У меня дела были! - оправдывалась Аня. - А вам трудно было? Я ж его восемь месяцев кормила... Совсем уже взрослый был!
- Начнешь заново. - пожал плечами папа. - Сейчас...
- Я не буду на это смотреть! - скривилась Аня.
- Унеси его, а? - попросила мама
Папа нажал пальцем где-то за ухом Антошки и отнес его на диван в гостиной. Там он посмотрел на сморщившегося Антошку и пробормотал:
- Сам ты скупердяй!
- Папа, завтракать! - крикнула из кухни Аня....
Они уже почти заканчивали завтрак, когда из гостиной, нетвердо держась на ногах, вышел карапуз, на вид полутора лет от силы.
- Антошка!! - закричала Аня. - Маааленький!
- Хорошенький какой, а... - восхитилась Анина мама.
Карапуз оглядел семью, улыбнулся, погладил себя по животу и сказал:
- Ням-ням!
- Началось... - пробурчал под нос старый скупердяй, Анин папа.