Свадьба. В церкви просторно, гостей немного. Последнее время многие предпочитают ЗАГСы, в церквях женятся лишь люди состоятельные, такие могут позволить себе не только смокинги от Армани, но и пластические операции для жен. Впрочем, на этот раз гости одеты скромно, видно, что молодожены принадлежат к самому среднему классу. Не пошикуешь.
Тем дороже Кириллу их желание сочетаться узами брака в церкви.
-Согласен ли ты, Владислав, взять в жены рабу Божью Марию? - торжественно произносит Кирилл, приходской священник.
-Д-да, - заикаясь, произносит жених. Он пьян от любви, в его глазах лишь Она.
-Согласна ли ты, Мария, взять в мужья раба Божьего Владислава?
-Да, - залившись румянцем от волнения, смущенно отвечает невеста. Она счастлива - счастлива Им.
-Если есть в этом зале кто-нибудь, кто знает причину, - с улыбкой продолжает Кирилл, - по которой эти двое не могут быть вместе, то пусть назовет ее или замолчит навсегда, - он смотрит в зал, скользит по лицам - невольные улыбки умиления, слезы радости. Все молчат - желают молодоженам сладкого медового месяца, долгой - до самой золотой свадьбы - совместной жизни, кучу детей и еще больше внуков.
Молчит также и Кирилл, хотя знает, что жених - будущий безработный и пьяница. Кирилл знает - он будет бить жену, будет выносить вещи из квартиры и продавать их на ближайшем рынке. Невестка, робкая и до конца преданная, будет мучаться всю жизнь. Когда ее красота растает - где-то между кухней и ванной, жених начнет загуливать ночами... А она так и не покинет его.
Кирилл знает, но молчит.
-Властью данной мне Богом и церковью объявляю вас, Владислав и Мария, мужем и женой. Скрепите ваш союз первым супружеским поцелуем.
Откуда знает?.. Этот вопрос Кирилл задает ежедневно - обращаясь с молитвой к Богу.
-Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли.
Впрочем, последнее время все реже и реже. Пути Господни неисповедимы, и умом пытаться познать Его вопреки воле Его - все равно, что пытаться вычерпать Тихий Океан ладонями. На все вопросы ответы будут даны в свое время. И время это еще не пришло.
-...и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого
Вновь свадьба. На этот раз в церкви яблоку некуда упасть. Гости поблескивают грузными золотыми ожерельями и бриллиантовыми сережками, скользят в дорогих мехами. Снаружи - прямо у самого церковного крыльца - ожидают арендованные лимузины. Под стать гостям и молодожены.
-Ага, - властно и небрежно, словно на стол переговоров, бросает жених.
-Oui, - томно, по-фрацузски, словно прохаживаясь по подиуму, пускает воздушный поцелуй невеста.
-Если есть в этом зале кто-нибудь, кто знает причину, - смиренно продолжает Кирилл, - по которой эти двое не могут быть вместе, то пусть назовет ее или замолчит навсегда.
Кирилл молчит. Несмотря на то, что по вине невестки-аферистки, закутившей роман с директором конкурирующей фирмы, компания жениха рухнет, а у бывшего владельца останется крупная сумма в долгах и известие о разводе. Бедняга так и не выкарабкается. Кирилл молчит.
-Скрепите ваш союз первым супружеским поцелуем.
"Понимание" пришло к Кириллу совсем недавно. Он тогда едва-едва разменял четвертый десяток: он уже отдал пятнадцать лет во служение Господу и планировал отдать последние - сколько б ему не было отмеряно - года. Пришло повышение в звании - до приходского священника, как раз тогда это и произошло. Теперь он знал. Стоило ему взглянуть кому-нибудь в глаза, как перед Кириллом - и прошлое, и настоящее, и будущее - словно на ладони.
Кирилл посчитал сей дар за благословление Господне и попытался использовать дар во благо людям - он хотел предупреждать их об опасностях, указывать верную дорогу. Но ничего не вышло - что бы ни посоветовал Кирилл, все выходило лишь хуже - много грехов пришлось замолить прежде, чем он твердо решил держать дар в себе. Видимо, Господь не желал, чтобы смертные ведали о уготованной им судьбе.
Тяжко Кириллу было видеть как люди слепо шагают прямо в объятья несчастья, лишений, а иногда и смерти. Но тяжелее всего было скреплять брачные союзы, либо обреченные, либо обрекающие - жениха и невесту на взаимные мучения.
-Согласен ли ты, Виктор, взять в жену рабу Божью Ольгу?
Жених. Он работает в известной редакции, на роду написано стать писателем, прославиться, войти в сонм классиков. Он - талант, каких поискать.
-Согласна ли ты, Ольга, взять в мужья раба Божьего Виктора?
Невеста. Она... нет, она вовсе не девушка с улицы, не стриптизерша и не проститутка, даже напротив - из приличной семьи, воспитанная, закончила медицинский. И все вроде бы должно быть хорошо. Но через год у них родится девочка - с некоторыми умственными отклонениями. На нее уйдут и деньги, и свободное время, и юношеский энтузиазм. Уйдет все, останется лишь чувство долга. И страдания.
-Властью данной мне Богом и церковью объявляю вас, Виктор и Ольга, мужем и женой. Скрепите ваш союз первым супружеским поцелуем.
Кирилл знает, но молчит.
Но почему?.. к чему обрекать людей на все эти страдания? Человек рождается во грехе - всю жизнь нести ему сей крест. И крест этот - страдания родителей. Счастье, которым они пожертвовали ради чуда рождения. И от того еще тяжелее ноша человеческая.
Но почему он, Кирилл, должен знать об этом?.. Знать во всех подробностях, во всех красках!
Свадьба. Залы церкви почти пусты. Немногочисленные гости обряжены в рясы, остальные - в потертые, сшитые еще в советскую эпоху костюмы и платья.
-Согласен ли ты, Кирилл, взять в жены рабу Божью Татьяну?
-Да, - твердо, решительно.
-Согласна ли ты, Татьяна, взять в мужья раба Божьего Кирилла?
-Да.
-Если есть в этом зале кто-нибудь, кто знает причину по которой эти двое не могут быть вместе, то пусть назовет ее или замолчит навсегда.
Кирилл знает. Но молчит.
Чтобы Она никогда не узнала...