6
Огонь
Оглохшая от бомб, ослепшая от пота,
На серых скатах круч, на выжженной гряде
Пятнадцать дней подряд лежит пластом пехота
В ста метрах от воды, мечтая о воде.
Деревья были здесь, но сталь скосила ветви,
Перерубила ствол; тяжелый, неживой,
Клубится серый дым, и трупный запах ветер
С немецкой стороны несёт над головой.
За Вислой синь и даль, но нет пути обратно,
На всей земле для нас другого места нет,
И ни к чему слова, а только выжить надо,
Хоть шестьдесят минут идут, как десять лет.
В зубах скрипит песок, плечо горит и млеет,
Как угли из костра, патроны жгут ладонь,
И раненый комбат,бинтом в песках белея,
Нам из последних сил хрипит: "Огонь!... Огонь!..."
Ты знаешь нас, комбат, -мы выдержим всё это,
Мы вытерпим и час, и день, и два, и пять,
Но в тот недальний день, когда придёт победа,
Дай выжившим поспать...дай нам поспать...
поспать!...
7
Клянемся!
Начальник склоняет колени.
Над грохотом боя, над нами
Врезайся в седые рассветы,
В седые лети облака
Гвардейское
Под Сталинградом
Осколком пробитое знамя -
Горящее красное сердце,
Душа и святыня полка.
Огонь закипает над полем,
И красных ракет оперенье
Пробилось над дымом,
И воздух
Снаряд на снижении рвёт.
Молчат молодые солдаты.
Начальник склоняет колени -
Клянемся,
Клянемся,
Клянемся
Нести это знамя вперёд!
1945 - 1969
== Для меня - оно в числе 100 "гениальных стихов" о той войне... И чтобы эти 100 стихов найти -нужно перекопать 700 тысяч стихов этой темы? И представить их мне для признания гениальными. А всё остальное о той войне -пустое словоблудие петушащихся окопников... ==
8
Самозавет
Не обольщаться. Не считать, что много
Успел. Как кукишем, собою в нос
Другим не тыкать людям. И дорогу-
Ту, впереди, -разведывать всерьёз.
Не зазнаваться. Не самовлюбляться,
Гнать эту дурь в три шеи со двора;
С наветом криводушного пера
Вступая в драку, шишек не бояться.
На чёртовы не попадаться зубы
Стяжательства и жадности дурной -
В два рта не есть, в три не рядиться шубы,
Когда порой не сносишь и одной.
Работу всласть менять на добрый отдых,
В любви и дружбе быть самим собой,
В час испытаний, в пору бед народных
Свою спокойно с общей слить судьбой.
Жить, действовать, над глупостью смеяться,
Приветствовать приход грядущих лет
И ничего на свете не бояться,
Поскольку все покинем этот свет!
== А сколько было писателей при жизни Н.Грибачева, которые были лакейными жополизами, особенно среди секретарей Союза писателей? И хамами одубелыми? ==
9
Размыщления в минуту затишья
1
Качает ветер мокрую траву,
Над головой опять снаряды стонут...
Как долго я среди войны живу,
Осколками и пулями не тронут!
Как много знал я горестных разлук,
Как много лиц мелькнуло мимо, мимо,
Как самостийно и неотвратимо
Превратностей моих смыкался круг!
Мне кажется, в другом всё веке было,
Когда над домом, что я звал своим,
Та, первая, фугаска в небе взвыла.
И кровь разбрызгала по мостовым,
Когда Смоленск, шатаясь от пожара,
Стал рушиться с холмов наискосок,
Толпа окаменела у вокзала,
Водопровод, как горло, пересох.
Дымились башни и ломались трубы,
С быков срываясь, падали мосты,
И Днепр шумел,
выбрасывая трупы
На синие катынские пески.
Мы, кажется, на миг оцепенели,
Как бы контуженные тяжело,-
Всё, что мы создали, всё, что имели,
Золой текло и в небо дымом шло.
Гостиницы, колонны клиник старых,
Музеи, церкви -всё дотла, дотла,
И плакали дома на тротуары
Расплавленными каплями стекла.
Есть, говорят, тот свет. И ад. И вроде
Там на жаровнях грешников казнят.
Не знаю. Может быть. Но нами пройден
В те дни земной -куда почище -ад!
Так кончились стихи, мечты, работа,
Семья и дом. И началась война,
Где смотрят в мир сквозь амбразуру дота
И пулей сердце ищут дотемна.
И вот уже пошло второе лето,
Как наш будильник -орудийный бас,
Рычащий из под жидкого рассвета.
И мы не те, что были в первый раз.
И зря старается поэт, который
От пуль и мин отгородился шторой,
Кадить войне сентиментальный дым -
Мы посмеёмся в блиндаже над ним.
Что знает он о нас? Каким прозреньем
Пробьётся сквозь размеренный режим
Туда, где мы от ярости звереем
И больше жизни дружбой дорожим?
Где властвует один закон над всеми:
"Погибни, но не отступай!" Где мы
В июне по окопам нашим сели
И, может быть, не выйдем до зимы?
Воздвигнув в сердце памятники павшим,
Испытаны железом и огнём,
Мы лучше сами о себе расскажем,
Когда до срока в землю не сойдём!
2
А я почти и был там: под Москвой
Кончался день, холодный и сухой,
Сияньем золота жнивье слепило,
И -грохот бомб. И торфом завалило
Меня над мелкой, в ивняке, рекой.
Что ощутил тогда я? Резкий визг,
Переходящий в басовитость рыка.
Толчок. И я над пропастью повис,
И сорвался, и пал в неё без вскрика.
Отрыли. Кровь из носа. Кровь из горла.
Трезвон ста колоколен у виска.
А между тем на склоны поля голого
Их из подлеска вырвались войска.
В крестах, как будто бы под самый остов
Снялись, срастились тысячи погостов,
Шли танки. Били. Лязгали. Ползли
В огнях, в фонтанах дыма и земли.
10
Горела Верея. Горел Боровск.
Над скирдами выкидывалось пламя.
И чад, закручиваясь в небо рос
И начинал казаться облаками.
И "юнкерсы" горящие, как гвозди,
Вбивались в луг. И женщина одна
В конце села нас укорила горстью
Землицы с древнего Бородина.
И чудилось: за редким перелеском,
Артиллериста русского двойник,
Опять в крови и копоти Раевский
К ревущему орудию приник,
И в картузе, помятом непогодой,
Благодаря за ратные труды,
Кутузов стариковскою походкой
Обходит поредевшие ряды.
И старый с новым совмещался веком,
И с кровью кровь грядущему в заклад,
Пока по желтым к листопаду веткам
Не сполз свекольный, с ветерком, закат.
Бой затихал. Валила с ног усталость.
Глаза слезились. Жажда губы жгла.
Из пятерых нас в этот день осталось
Лишь двое. Но Москва жила. Жила!
11
3
Идут года... Смотрю вокруг -всё меньше
Моих друзей, соратников моих.
Тех не сыскать, а этих нет в живых.
И по следам сражений отшумевших
Я, как по святцам, вспоминаю их.
При свете звёзд одних мы хоронили,
В горящем танке видели других.
Снимите шапки над могилой их -
Они любили жизнь и вас любили!
И пусть не мрамор воплотил их лица,
Не тихий склеп пошел им под жильё -
Их кровью будущее причастится,
И яростью, и мужеством её.
И мы, ещё идущие в строю,
От своего не уклонимся долга...
О, поколение моё, как много
На долю бедствий выпало твою!
Пять войн -пять волн железа и огня
Тебе в лицо открытое хлестали.
Не раз клялось ты мщенью на металле,
Погибших у дороги хороня.
Не потому ли ярости твоей
И жизнелюбью не было предела?
На хрупких крыльях к звёздам ты летело,
Парило над пучинами морей,
И проходило тёмные трущобы,
И постигало в битвах и учёбе
И ход червя, и вечный бег планет,
И по окопам умирало, чтобы
На ста веках запечатлеть свой след.
Не мещанином, жалким и убогим,
В чьём сердце плесень а в квартире тьма,
Мы жили так, как жить дано не многим-
Всей силой страсти, всей игрой ума.
На площадях парадами шумели,
На вечных льдах взвивали дым костра.
Как мы ласкать и целовать умели,
Как ненависть и как любовь остра!
И даже в час, когда, теряя силы,
Перестают минувшим дорожить,
Мы поднимались на краю могилы,
Чтоб миг ещё дышать, бороться, жить.
И если мой уже визжит осколок
Или свинец отправился в полёт-
Не надо лиц и мыслей невесёлых:
Пусть я упал -через меня вперёд!
Иди, спеши, мой сверстник беспокойный,
А я в последний раз хочу взглянуть
Тебе вослед, как всё свершивший воин,
Добру и счастью расчищавший путь.
Я жизнь люблю, я в дружбе с белым светом,
Но если срок мой близок, я об этом
Прошу: в грядущем топоте атак
Да будет так!
Да совершится так!
4
Качает ветер мокрую траву,
Над головой опять снаряды стонут.
Осколками и пулями не тронут,
Я всё ещё среди войны живу.
И вновь, когда луну, как лампу вечную,
Засветит ночь у леса за спиной,
Грядущему вручая правду вещую,
Минувшее беседует со мной.
1948 -1969
12
О разлуке
Я знаю, в горький час разлуки,
Когда ни слов, ни слёз из глаз,
Взаимно поданные руки
Со многим примиряют нас.
И всё ж, когда уже за дверью
Последний шаг замолк давно,
Я всё равно ещё не верю,
Я не смиряюсь всё равно.
И всё душа какой-то частью,
Уже других забот полна,
Теплом печали и участья
К твоей душе прикреплена.
1956