Встреча бывших одноклассников в кафе "У Эрика" была в самом разгаре. Застолье, которое после долгих согласований однокашники из далёкого прошлого не без труда организовали в пригороде Нетании. Праздное любопытство, ностальгия?.. Хозяин заведения даже закрыл кафе для посторонних, чтобы давние знакомые могли чувствовать себя расслабленно и вольготно. Тридцать лет с тех пор, - срок немалый, так что воскресный сабантуй скорее напоминал всеобщие смотрины (прожитые годы не пощадили никого) хотя тут и там наблюдалось исключение из правил. Кое-кто из выпускников изредка поддерживали связь, встречаясь на семейных торжествах и юбилеях, но хватало и тех, кого злой рок успел спровадить на погост, а некоторые разъехалась по миру поближе к детям и подальше от ближневосточных коллизий.
Время неподвластно ни людским прихотям, ни увещеваниям!
Оно избороздило лица морщинами, увеличив на размеры женские платья и мужской гардероб, что никоим образом не отразилось на всеобщем настроении. Каждый на зависть другому пытался выглядеть моложе и посвежей. Особенно женщины. Причёски, туалеты, макияж..., казалось, что с раннего утра они не выходили из салона красоты, пытаясь ухватить за призрачный шлейф давно отшумевшую молодость. Смех и гам дополнял экран телевизора у потолка, который транслировал очередной вотум недоверия правящей коалиции.
Толпы митингующих запрудила центральную магистраль города, а израильские "ажаны" с трудом сдерживали остервенелый напор человеческих тел.
-- Ближневосточный бардак! - пригубив из бокала, лениво бросил Гиора, который с приездом на землю обетованную переиначил привычное "Жора" на израильский аналог.
Поморщившись, он пытливым взглядом вперился в содержимое бокала:
-- Или я позабыл вкус нормального вермута, или Эрик вместо "Мартини" умудрился втюхать нам турецкую бормотуху!
Его собеседник глотнул вина, причмокнул, и в недоумении уставился на приятеля:
-- Всё в норме, -- парировал он, -- чуток резковат, но-о-о это в порядке вещей.
Столик в углу, облюбованный приятелями, занимал удобную позицию, с которой прекрасно был виден центр торжества, а мягкий полумрак навевал желание посудачить о жизненных буднях и мелких неурядицах. Они молча потягивали резковатый на вкус вермут, пока затянувшееся молчание не заставило Аркулю заёрзать на стуле; невесёлые думы нет-нет, а нарушали его подчёркнутое спокойствие:
-- У меня дела посерьёзней чем твой вермут!! -- взорвался бывший однокашник. -- Накрылась медкомиссия медным тазом!.. Не прошёл, -- он в один глоток осушил свой фужер. -- Хотел выправить инвалидность, а пролетел как фанера, -- угрюмо подытожил Аркуля.
На всплеск желчи "соратника" по школьной скамье, Гиора недоумённо пожал плечами, напоминая своим невозмутимым видом рассудительного филина:
-- И кто тебя надоумил в третий раз жениться? -- он ещё раз пригубил из бокала и вновь поморщился. -- Ты глянь на себя в зеркало. Твою пышущую здоровьем харю, - инвалидность не предусматривает.
Суровый вердикт однокашника в прошлом, наложил печать скорби на лице приятеля, словно его пригласили на поминки близкого родственника.
-- А я уж надеялся..., -- промямлил он, -- надбавка "за инвалидность" помогла б ещё кое-как лямку тянуть, а так...
Морщины на лбу Аркули стала глубже и отчётливей:
-- Лерочка-стерва всё же умудрилась раздеть догола! А здесь ещё и алименты за дочь...
-- Кто ж тебе виноват тестостероновый самец?! -- осадил приятеля Гиора, -- суёшь своё "недоразумение" куда попало, да ещё и жалуешься?.. -- Деньги кому-то из комиссии предлагал? Впрочем, кто у тебя возьмёт! -- он задержал взгляд на искривленном переносье собеседника. -- Видать боксёрские навыки тактику и стратегию в твою голову так и не вдолбили, -- напомнил он приятелю об увлечениях далёкой юности. - Вначале узнай кому из комиссии в "лапу сунуть", а там уж..., -- он с интересом уставился на широкий дисплей, наблюдая как рослые "ажаны" тащат к полицейскому автобусу не в меру строптивого юношу. -- Отбрыкался паря, -- ехидно усмехнулся он.
Его собеседник заёрзал на стуле:
-- Где бы здесь отлить? -- он повёл взглядом по сторонам отыскивая заветную табличку-указатель.
-- Прямо за стойкой и к подсобке по запаху, -- Гиора одним глотком прикончил содержимое бокала и вновь поморщился.
-- Назад пойдёшь, захвати из бара как его..., -- он в нетерпении защёлкал пальцами, -- "Мартини", вот! Я хочу этому "Мартини" в глаза глянуть... и-и сэндвичи не забудь! -- крикнул он вдогонку приятелю.
Когда бывший однокашник вернулся к столику с бутылкой вина, Гиора тщательно изучил выцветшую этикетку, но не обнаружив ничего подозрительного, угрюмо констатировал:
-- Пожалуй итальянский, хотя на сегодняшний день и доллары подделывают - банк не различит!
-- Я уже подумывал в супермаркет устроиться, сумки на входе проверять, вновь затянул свою "заупокойную" Аркуля. -- Но в эту жару?.. -- он отрешённо замотал головой, -- но только подумаю - тут же в пот бросает!
Гиора, с интересом созерцавший на дисплее израильский "Тяни-Толкай" между беснующейся толпой и конной полицией, нехотя оторвал глаза от экрана.
-- Не нуди, у самого дыра в бюджете! Предложили косметологом в ритуал устроиться, -- намекнул он о своём двадцатилетнем стаже гримёра. -- Вроде бы и бабки неплохие и график всем на зависть, но клиентура..., -- его тщедушное тело передёрнуло как от удара электрическим током. -- Меня от покойников на риголетто тянет и мысли нехорошие в голову лезут.
-- Глянь-глянь на рыжую! -- Гиора ткнул пальцем в экран. - Бегает, беснуется, подначивает, а полиция хоть бы хны! Я-те говорю она у них за главную бандершу..., еврейский поп Гапон!
Кадр на экране сменила карета скорой помощи в ореоле сине-красных огней и лежащей навзничь фигуре у бордюра. Гримёр в прошлом с воодушевлением вскочил со стула и выбросил кулак вверх.
-- Но пасаран!!.. всё же угодила рыжая стерва под лошадиное копыто.
Он вдруг замолк, словно пытаясь ухватить ускользающую мысль; его отчуждённый взгляд стал настороженным, осмысленным, а лисьи глазки превратились в узкие щёлочки. -- Будет им инвалид.
Выбитый из колеи Аркуля повернул голову назад, где подогретые спиртным однокашники зазвенели бокалами в очередной здравице.
-- Где инвалид?.. -- он запнулся и в недоумении глянул на приятеля. -- Ты мне брось своими одесскими кроссвордами мозги грузить!
Но Гиору прорвало. Мысли, которые исподволь вызревали в глубине сознания, вдруг переплелись в диковинный ребус:
-- Демонстрация?.. Даже Господь бог исправляет свои ошибки... это шанс, твой единственный шанс!
Уловив неподдельное замешательство в глазах собеседника, Гиора чуть умерил свой пыл, дабы наглядней изложить созревший в голове план:
-- Выходишь с митингующими в первых рядах, -- он кивнул на экран, -- и тут же валишься на полицейского волоча его за с собой на асфальт. Втупил!?.. - он потянулся за бокалом. -- Кровь! Крики! Стоны!..
-- Чьи стоны?
От столь явной неосозанности заурядной идеи, Гиора нетерпеливо заёрзал на стуле:
-- Твои недоумок! С твоей комплекцией ты любого на асфальт уложишь!
Гиора замысловато водил руками как дирижёр при исполнении душещипательной фуги, или демонстрируя навыки шулера, пытающегося завладеть вниманием жертвы.
-- Представляешь?.. Голубое безмятежное небо, убаюкивающие пальмы с кипарисами, и тут на тебе!!.. Кровь, крики... мне лишь останется запечатлеть на камеру это побоище при Ватерлоо и выложить в своём блоге. А-а.., как там твоя медкомиссия?.. прошу расписаться и принять во внимание как наглядный аргумент.
Аркуля, до которого наконец стали доходить детали незатейливого плана, вдруг насторожился:
-- А тебе с какого перепугу в этом болоте мараться!?
-- Трудные времена..., -- Гиора неловко отодвинул бокал, брызнув вермутом на бутерброды. -- За последний год в моём блоге лишь тысяча подписчиков прибавилось, -- он вытер салфеткой бордовую лужицу на столе. -- И чёрт знает, чем народ интересуется!? Туристические поездки? Природа? Цены в универсаме?.. стараюсь, выкладываю, но всё мимо! Может мордобой публику всколыхнёт? Повалит народ, подтянется.
От столь бурных полётов фантазии Аркуля закашлялся, подавившись бутербродом, а приятель уловив, что его обозрение не внесло особой ясности в "единственный шанс", недовольно пробурчал
-- Следи за ситуацией. Приводим тебя в божеский вид эм-м..., то есть месяц-другой не бриться. Впрочем, -- скользнул он оценивающим взглядом по "ленинскому лбу" приятеля, -- шевелюру отрастить не выйдет, но не беда, выбреем тебя под нуляк! Да-а..., и поменьше водных процедур, от тебя должно смердеть застарелым потом и нестираными носками, для ближайшего окружения, - ни то бомж, ни то городской сумасшедший. К этому-у..., -- он задумчиво поднял глаза на потолок, -- хоругвь! Обязательно хоругвь!
Гиора утробно гукнул, что в сочетании с дьявольскими огоньками в карих глазках означало пик озорства и креативного мышления.
-- У меня на антресолях римская хоругвь завалялась, -- разъяснил он, -- по случаю из реквизита спёр. Там ни то харя Юлия Цезаря, ни то ещё какой-то Меркурий. Ополоснём известью и в "Голубь мира" раскрасим, -- он на мгновенье задумался, пялясь на дисплей телевизора. - Но-о..., если тебе нравится иное, то сотворим нечто эдакое с изюминкой. Плеснём на холст всеми цветами радуги в стиле: садо-мазо-гомо-лесб, популярнейшая тема на сегодняшний день.
В ответ Аркуля невразумительно замычал, а его лицо полыхнуло багрянцем листвы в межсезонье.
-- Куда-а-а!? -- прохрипел приятель.
-- Да ты не петушись! Они такие же люди как и мы, только с личностью пока не определились, -- попытался вывернуться Гиора, -- сбой на генетическом уровне.
Приметив как ладони собеседника сжались в увесистые кулаки он пошёл на попятную:
-- Всё-всё, понял! Гомо-лесб отменяем и организовываем мероприятие сугубо по традиционному сценарию. Подходящий балахон я для тебя найду, -- продолжил он, -- а на голову - бейсболку, мы под неё кровь сунем.
Приметив ошалелый взгляд приятеля, он поспешил объяснить:
-- Ничего страшного, "бычий консервант", имитация. Только не забудь себя вовремя ладошкой по темени хлопнуть, чтобы по морде растеклось.
Между тем Аркуля осушил до дна бокал "Мартини" и с трудом ворочая мозгами, попытался заново взвесить свой "единственный шанс".
-- А с мытьём зачем? - жалобно промычал он.
-- Чтоб народ по сторонам разбегался и в кадр не лез.
Уловив огонёк недоверия в глазах приятеля, Гиора зло зашипел:
-- Поезжай в Иерусалим и зайди в "Абима", можешь и в хайфский драматический заглянуть, там и спроси: "Кто такой Гиора Кремер!?"
-- Какой ещё драматический?
-- Ты заедь и узнай! ...И будь то работник сцены или самый захудалый актёришка, тебе непременно скажут: "Гиора Кремер - гримёр от бога!"
-- Мальчики! - послышался голос Тамары, -- что вы там на отшибе прячетесь? Эрик сейчас музыку подключит.
Аркуля принял стойку гончей на старте, на что Гиора взмахом руки даровал свободу будущему таланту актёрского искусства.
Кандидат на инвалидность, окинув недвусмысленным взглядом хорошо сохранившуюся фигуру бывшей однокашницы и тихо охнул:
-- Глянь что творится у неё..., больше тридцати ей и не дашь!
-- Под тридцать ей было, - лет тридцать назад, -- сухо отрубил Гиора. -- Краска-лосьоны. Пудра-крем. Я тебе как профессионал головой отвечаю!
-- Не скажи-и..., -- Аркуля похотливо осклабился. -- Для таких как наша Томочка макияж и вовсе лишнее.
-- Чудак-человек, -- Гиора вытер ладони влажной салфеткой, -- макияж всегда к месту: время, - душу лечит, а вот лицо калечит! -- с апломбом подытожил он.
"Смол ток" о жизненных невзгодах вплоть до заключений о сохранности округлых форм прекрасной половины человечества, нарушила грузная неопрятная особа в мятом канотье на свалявшихся локонах. Это была одна из тех представительниц женской породы, которые ищут разжиться бокалом пива или бесплатно перекусить на подвернувшемся фуршете.
-- Женщина!! - рявкнул Жора, -- кафе не работает, у нас здесь частное мероприятие.
На что удостоился незатейливым жестом кисти, где фигурировал вытянутый вверх средний палец с облезшим лаком на сломанном ногте.
Жорины глазки блеснули дьявольским огоньком, а лицо оскалилось в издевательской ухмылке.
-- Заблуждаешься кукла. У меня и толще и подлинней. Эй Эрик, -- крикнул он к стойке, -- вышвырни на улицу этот свиной окорок!