"Олег хранит стихи Оксаны
в подсобке в ящике для клемм
чтобы читать в обед вздыхая
да и жена тут не найдёт" -
- Катерина Васильевна отвлеклась от чтения комментариев в своем блоге (сегодня был какой-то флэшмоб-междусобойчик, и все присылали ей смешные короткие стишки) и посмотрела на часы - оставалось всего десять минут до обеда. Но тут в дверь кабинета робко постучали. "Да-да, заходите!" - ободряющим голосом крикнула Катерина Васильевна, тихонечко про себя вздохнув - кофе и умопомрачительно вкусные пирожки с картошкой из соседней с их поликлиникой кулинарии определённо откладывались.
Дверь немножко приоткрылась и в кабинет, стесняясь, протиснулся щупловатый высокий юноша в очках лет двадцати пяти на вид, со смешной негустой бородкой ("Монгольский тип оволосения, - привычно подумала Катерина, - вот бедненький! Хотел, наверное, окладистую "бороду лесоруба" отрастить, как сейчас модно, но не выйдет...") и оранжевым рюкзаком.
- Здравствуйте! Проходите сюда, садитесь. А что ж вы ребенка-то не привели? Вам для садика запись в карточку, наверное, нужна?
- Здравствуйте, Катерина Васильевна! - молодой человек смущённо улыбнулся, неожиданно просияв обаятельнейшими ямочками на щеках. - Вы меня, наверно, не помните? Я Олег.
(тут Катерина непроизвольно хихикнула и тут же сделала вид, что просто закашлялась)
- Я не с ребёнком, просто на племянника талончик к детскому психологу взял. Я сам для себя к вам пришел на консультацию, можно? Мы к вам с отцом как-то приходили в одиннадцатом классе, насчет профориентации. Папа не хотел, чтоб я на филфак поступал, всё в строительный институт продавливал идти...
Катерина действительно вспомнила этот забавный случай из практики. Она даже как-то описала его в своём блоге, заменив филолога-Олега на Альбину-балерину, а отца-строителя на маму-управляющую банком. Папа, бодрый еще мужчина строгой старой закалки, как оказалось, не столько боялся непонятной и непрактичной филологии, сколько переживал за совсем другую ориентацию сына, не профессиональную... Уж больно зависающий все время в интернете и вечно что-то пишущий субтильный Олег не отвечал его представлениям о том, как должен выглядеть и чем должен увлекаться нормальный пацан его возраста.
Катерине Васильевне вроде бы тогда удалось успокоить Олежкиного папу, красочно объяснив, что нигде больше не найти так много красивых и умных девушек, как на филфаке. Поэтому скатиться там в неправильную ориентацию нет ну совершенно никаких шансов.
- Да, конечно, Олег, прекрасно вас с папой помню! Ну как у вас всё сложилось? Удалось поступить, куда хотели?
- Да, спасибо вам огромное! Я папу тогда по вашему совету на предэкзаменационную консультацию с собой позвал. Он посмотрел, какие там девочки в аудитории собрались, и сказал потом, что понял, каким сам был дураком, что сюда учиться в своё время не пошёл, ведь отлично же сочинения в школе всегда писал. Правда, я все равно отчислился после третьего курса... Но это были отличные три года!
- Рада за вас, Олег! Ну а сейчас-то вас что ко мне привело? Еще раз тесты на профориентацию пройти хотите? - улыбнулась Катерина Васильевна.
- Ну что вы, - усмехнулся в ответ Олег, - я своё призвание давно нашёл. Собственно, вот... Я вам хотел подарить!
Он торопливо достал из оранжевого рюкзака и протянул ей увесистую темно-зелёную книжку с золотистой вязью славянского орнамента на обложке и яркой картинкой по центру. Катерина Васильевна близоруко прищурилась: ого, а ведь этого румяного златоволосого богатыря с хипповской тесёмочкой на лбу и льнущую к нему всеми аппетитными формами селянку в полупрозрачной вышитой рубахе она уже видела сегодня на рекламном постере в вагоне метро! Золотыми "славянскими" буквами на обложке было написано "Никита Афанасьев. Путь к Ярилину холму. Книга первая".
- Это мой псевдоним, ну, понимаете - "Никита Афанасьев" - "Афанасий Никитин" наоборот, такая отсылка... Я книги пишу в жанре эро-славянского фэнтези. Это первая часть моего цикла про Блудояра, тиражом сто тысяч экземпляров вышла недавно.
- Блудо.. кого? Ой, простите, Олег, это же очень круто! Спасибо! Обязательно почитаю.
- О, ну Блудояр - это имя героя. Что-то вроде "увлеченный путешественник" по-современному. Раньше слово "блуд", "блудить" и "бл|онн|д" (с юсом малым) не были ругательными, это только с христианством переиначили. И в этом моя фишка: одновременно имя еще и несёт в себе коннотацию "на блуд ярый", там его любовные приключения тоже описываются... Он такой древнеславянский Индиана Джонс у меня получился, критики говорят.
- Так вы заехали, чтобы вашу книгу мне подарить? Как мило, правда... Мне бывшие пациенты цветы дарили, конфеты, а вот эро-славянскую фэнтези - в первый раз! - Катерина украдкой посмотрела на часы: призрак кофе и пирожков с картошкой отлетал всё дальше...
- Ох, простите, я увлекся что-то... Я ваш блог всегда читаю, очень восхищаюсь, как вы пишете! И помню, как вы мне тогда помогли. Вот и подумал, может, сейчас тоже что-то посоветуете... У меня продажи пошли очень хорошие, реклама активная. И меня на этой волне в один женский журнал позвали колонку постоянную у них вести. Первое задание - текст к восьмому марта. Гонорар - за одну колонку как за два месяца работы над книгой!
Но я только одним своим стилем умею писать, оказывается, а для колонки это не годится. Вы почитайте фрагмент, сами увидите... Может, есть какие-то способы по-другому начать сочинять? Какие-нибудь психологические приемы?
Катерина открыла наугад зелёный томик и прочла:
"Милонега жарко обожгла стоявшего у околицы Блудояра озорным взглядом русальих смагардовых очей и снова скромно потупилась. Глянула сызнова искоса из-под стрельчатых ресниц, промолвила тягуче:
- Здрав буди, Блудояре! А не восшествуешь ли ко мне в горницу, испросить совета твоего мудрого хочу... Прислал мне муж с торга тканей шелковых да оксамитовых с птицами райскими да лилиями заморскими. А я баба тёмная и не знаю, из какой сарафан шить, а из какой исподнее - как бы не осоромиться! Ты, Блудояре, сведущ в диковинах заморских, помоги выбрать?
Милонега поправила коромысло и так изогнулась сильным пышным станом, обтянув сарафаном налитые упругие перси, что чресла его охватил ярилин огонь..."
- Да, такое в женских журналах не печатают, пожалуй... - согласилась Катерина, непроизвольно поёжившись.
- Я отослал им текст о том, что Восьмое Марта - бесовская европейская затея. А исконная русская традиция была праздновать по весне, через три седмицы после Ярилина дня, праздник богини Лады. Все замужние женщины в этот день, нарядившись красиво, старались напечь пирогов послаще, расстегайчиков с мясом, кулебяк всяких слоёных - и угощали ими мужчин своего селения. И если у какой-то хозяюшки пироги невкусные выходили или наряд был самый неказистый, муж её мог из дома выгнать обратно к отцу-матери, чтоб готовить научили, или вообще насовсем... Но мне из редакции текст вернули с припиской, что это не их формат, да и стиль бы посовременнее...
- А что, правда такая традиция была? - поразилась Катерина Васильевна, пытаясь не акцентироваться на расстегайчиках. В голове у неё крутилось:
Олег принёс Зухре тюльпанчик
с надеждою на расстегай
но вместо кухонного рабства
в кафе увёл её Вадим
- Да всё равно ведь никто из читателей про традиции ничего не знает... Ну не у славян была, а у аборигенов австралийских. И совсем наоборот - плохих мужей, не добывших в лесу опоссума, из дома выгоняли... Да какая разница! - беспечно махнул рукой Олег. - Вы мне лучше посоветуйте, Катерина Васильевна, как мне под другим углом на тексты взглянуть... Вы всегда так лихо умеете проблему с ног на голову переворачивать и нестандартный выход находите!
Катерина Васильевна хотела было сказать, что это не к ней надо, а к литературному коучу, например, а она детский психолог, но тут у неё мелькнула идея:
- Олег, а вы попробуйте про все, что вас зацепит, сочинять стишки-пирожки! Вот пришли вы, например, ко мне на прием, а потом садитесь и пишите...хмм...что-то типа такого:
просил я у врача лекарство
от скуки, тлена и хандры
а врач расплакался и молча
в пробирки чистый спирт налил
- Ух ты, Катерина Васильевна, а это интересный метод! Так у меня, наверное, должен шаблон в голове сломаться, да? Глядишь, и для колонки что-то подберется. Спасибо вам большое! Я попробую!
Юный писатель наконец вежливо попрощался с Катериной Васильевной и, воодушевленный, убежал, гугля на ходу в смартфоне матчасть про написание стишков-пирожков.
Первый пирожок Олег сочинил сразу, как только вышел на улицу и угодил кроссовком в огромную грязную лужу, в которой красиво отражалось мартовское небо с быстро бегущими облаками:
Люблю тебя, Зухра, как любит
Рай побежденный Люцифер,
Нежней, чем дохлую лошадку -
Бодлер.
"А, чёрт, это же не пирожок, а порошок! - тут же одернул сам себя не зря изучивший матчасть автор. - Ну тогда пусть вот так...".
И пирожки запеклись один за другим:
река времен в своем стремленьи
уносит Лейлу и Зухру
одна лишь Наденька осталась
и греет сыну молоко
к бермудам черным я подтяжки
надел и думал что хорош
но щелкнула хлыстом Изольда
сказав "чур фюрер - это я!"
с работы отпросился раньше
день Валентинов отмечать
Теперь сижу в пустой квартире
чай таракану в блюдце лью
продайте мне опять симкарту
нет две а лучше даже три
и я создам еще три фейка
которых нет в твоем чс
........................................
Да. Кажется, у читательниц популярного женского журнала все-таки были шансы получить интересную колонку.