Братья-близнецы учились в разных институтах и уже заканчивали их. Матвею предстояло стать инженером, а Егору юристом. Иногородние, они снимали однокомнатную квартиру на двоих. Самая дешёвая - на окраине - съедала одну стипендию, а вторая не позволяла умереть с голоду. Денег постоянно не хватало.
Матвей опять паял что-то. Единственный стол был завален деталями, обрывками проводов и какими-то блоками. Егору не нравилось это, но приходилось мириться: брат подрабатывал ремонтом радиоаппаратуры и существенно пополнял скудный совместный бюджет.
- Делал бы сразу вечный двигатель, - пошутил он.
- Вали в свою конуру, раз не нравится, - огрызнулся старший брат, родившийся на пять минут раньше близнеца.
Матвей имел в виду кухню. Егору давно пришлось перебраться туда, чтобы не мешать будущему инженеру, и чтобы он не мешал ему. Там хватило места софе и даже телевизору, который жильцы почти не включали.
- Не злись.
- И тебе не хворать раздражением, когда узнаешь, чем я занимаюсь.
Егор почувствовал неладное. Конечно, Матвей в последнее время заработал достаточно, чтобы отдохнуть, но если что-то взбрело ему в голову, то про заработки можно забыть. Его самого иногда мучила совесть, и шёл тогда разгружать вагоны с овощами или фруктами. Наедался сам и приносил немного брату, но получал за работу копейки. Зато потом пластом лежал на софе и дремал на лекциях. Такая овчинка не стоила выделки.
- И чем увлёкся на этот раз?
Матвей ответил не сразу, а Егор не торопил специально: ему, мол, всё равно. Но мысли заметались. Научными проблемами брат занимался в институте. Там есть условия и выделяют время, когда привлекают к работе талантливых студентов. Брата заинтересовало явно что-то другое.
Телевизор родственники включали лишь для прослушивания новостей, но в последнее время в них часто упоминали о предстоящем апокалипсисе, указывали близкую дату, нагнетая напряжённость. Кто-то смеялся над журналистами и телеведущими, а кто-то искренне тревожился.
Матвей, наконец, прервал затянувшееся молчание и подтвердил гипотезу брата:
- В институт пришла бумага разобраться, насколько обоснованны неблагоприятные прогнозы для землян. И не только в наш, похоже. А как такое сделать, если всё обычный трёп? Решил машину времени изготовить и сгонять в будущее.
- Тебе поручили? Смеёшься?
- У нас до такого не догадаются. Даже думать о путешествии во времени запретили, дескать, жить нужно в настоящем и не баламутить людей. И что? Стой там и иди сюда, получается!
- Было такое в 2012 году. Также пугали концом света, но ничего не произошло.
- Почти, - не согласился Матвей.
- Как тебя понимать? - удивился Егор.
- Апокалипсиса тогда не случилось, но в Японию цунами нагрянуло, землетрясение было, и атомная электростанция выбросила радиоактивную гадость. В Северной Америке Нью-Йорк затопило, а до этого в океане торнадо промчался. В Европе зимой наводнения случились, и даже в России юг залило. Светопреставления не было, но не для всех. Многих стихия погубила. Не бывает дыма без огня!
- И?
- И в упоминаемый год что-нибудь накатит, поверь. Вопрос только, сколько людей погибнет? В Нью-Йорке приготовились к затоплению, и жертв почти не было. В обычное время от бандитов и в авариях больше людей погибало. Когда-нибудь количество перейдёт в качество, и апокалипсис всё же случится.
- И ты....
- Решил сгонять в будущее и проверить.
- Уж лучше бы действительно вечный двигатель делал.
- Всему своё время, - ответил Матвей, прекратив на время работать. Что-то заставило его задуматься.
- Ну да, теперь язвенникам пить и курить можно, и пищу острую кастрюлями поглощать, ведь медицина не стоит на месте. Тоже наука, как-никак!
- Зря издеваешься. Я согласен, что перпетуум мобиле невозможен в земных условиях, но космос подчиняется другим законам, не планетарным. Вопрос скорее в другом: как энергию доставить на землю?
Егор понял, что разбудил в брате дремлющие мысли и испугался, что тот вообще забудет о хлебе насущном.
- Чёрт с ним, с вечным двигателем, когда в завтра заглянем?
- Завтра и начнём, - серьёзно ответил брат, - но пока в прошлое. Когда получится, в будущее сгоняем. Сложнее, конечно, но тоже возможно. Ради этого и творю, со школы думал об этом, мечтал.
- Почему не сразу?
- Самый простой способ путешествия в будущее давно придуман. Введи человека в анабиоз, и всё. Разбудят деда внуки, когда ровесниками его станут, и вся недолга. А как возвращаться? Если удастся из прошлого вернуться, то и из будущего не проблема.
- И в прошлом можно завалиться спать на полстолетия....
- Можно, но прибудешь в чужое будущее, а не своё прошлое. Всё не так просто, Егор, - перебил Матвей. - Ты мне мешаешь!
Егор не услышал брата, потому что задумался, но скоро взгляд его просветлел.
- А ты прав, как правы все иллюзионисты мира. Когда знаешь лишь исходные данные и результат, только тогда фокус поражает. Ухожу, не буду мешать.
Утром Егор сразу прошёл в комнату, чтобы разбудить брата. Тот крутился возле стула, стоящего на невысоком пьедестале и, судя по всему, спать не ложился.
- Работает вроде бы, - сказал Матвей вместо приветствия. - Но не понятно, побывал предмет в прошлом или нет? Живой организм отправлять нужно!
- А чем здесь воняет? - удивился брат.
- Рыбой! - усмехнулся Матвей. - Купил полведра, пока ты спал, и кота приволок с улицы. В ванной комнате сидит.
- Несчастный молодую прабабку навестит?
- Не только сыр, но и рыба бесплатной не бывает. Удостовериться нужно, что установка работает, прежде чем тебя в прошлое отправлять.
- Меня?
- И хлеб с маслом бесплатно не дают. Не меня же!? Я здесь должен быть, если что пойдёт не так.
Кот даже не дёрнулся, когда впервые отправился в путешествие. Визуально он не покидал помещение, но в прошлом находился около недели. Вернувшись через долю секунды, животное растерзало две рыбёшки за пару минут. Этого времени хватило Матвею, чтобы перенастроить прибор. Зверёк вновь побывал где-то и вернулся. И опять с жадностью накинулся на рыбу.
Такое повторялось неоднократно, пока ведро не оказалось пустым. Кот жалобно мяукал, чувствуя запах рыбы, но было не до него: пришло время делать выводы.
- Если не знать подноготной, какой вывод можно сделать? - спросил Матвей Егора и сам же ответил: - За полчаса зверёк сожрал чуть ли не ведро рыбы, но почему-то лишь похудел. Вывод однозначный: набранные здесь калории он растратил в прошлом! Можно смело продолжить эксперимент, но уже с человеком. Ты готов, Егор?
Брат засуетился, стал искать что-то, что вроде бы понадобилось, но Матвей повторил вопрос.
Егор молча подошёл к стулу, вытер остатки кошачьего пиршества тряпкой и сел. Он осторожно положил ветошь на стол, ничего не сказал, но видно было, что взволнован.
- Да ладно, - попытался успокоить его брат, - всего-то долю секунды тебя не будет. А там за неделю столько впечатлений наберёшься, что на всю жизнь хватит.
- Целую неделю?
- Всего неделю! А я угощу тебя потом пивом с креветками. Отметим событие, будь уверен.
Егор хотел успокоиться, но не получалось. Это было заметно.
- Всего на семь лет назад отсылаю, - давал последние наставления брат. - Счастливое число. Не пропадёшь. И вот тебе последние наши деньги. Ни в чём себе не отказывай.
Матвей засунул в карман рубашки брата сложенную сторублёвую купюру и отвернулся к прибору, чтобы тот не успел возразить. Рука потянулась к кнопке пуска. В последний момент изобретатель увидел кота, обнюхивающего тряпку, и тот увидел его и испугался, рванулся в сторону. Животное задело провода, оголённые контакты соприкоснулись, и искры побежали по системе как огни по ёлочной гирлянде, пока не прозвучал хлопок - взорвался один из конденсаторов. Аппаратура сработала, но не так, как надо. Выбило пробки, и комната погрузилась в утренний полумрак. В нём не оказалось младшего брата.
"Чёрт, чёрт, чёрт!" - выругался Матвей. Он проклинал кота, забравшегося на стол, и ругал себя, что не изолировал оголённые провода, не "причесал" устройство.
Изобретателю предстояло восстановить всё и исправить положение. И не факт, что получится, он понимал это.
Вдруг заныла сломанная когда-то нога. Лет семь назад они с братом попали в аварию на маршрутке, и сейчас нервное потрясение напомнило об этом. Тогда брат вытащил его из лежащей на боку машины, перевязал и потом помогал другим.
"Егорка, я сделаю всё возможное, - вдруг зашептали губы Матвея, а правая рука поднялась к лицу и смахнула набежавшие слёзы. - В лепёшку разобьюсь, но верну тебя домой!"
Близнецы подходили к школе, когда Егор вдруг схватил брата за руку.
- Не пойдём сегодня на занятия! - сказал он и остановился.
- Почему это? - удивился Матвей.
- Физичка придёт злая из-за чего-то и поставит пять двоек за "красивые глаза".
- Ерунда.
- Для тебя? Да! А я не люблю точные науки, предпочитаю гуманитарные. Одна пара мне достанется.
- Не первая и не последняя.
- Но эта повлияет на оценку за четверть, а та на годовую. Во время поступления в институт средний балл аттестата станет для меня определяющим, и я не поступлю из-за этого.
- Да нет проблем, Егор, ради твоего спокойствия можем и завтра прогулять.
Матвей не поверил брату, не обрадовался и не огорчился - ему было всё равно. Он любил его и ради него мог пойти на большее.
И всё же один раз Егор сделал старшему брату так больно, что прощение давалось с трудом.
Матвею нравилась девчонка из параллельного класса. Нравилась настолько, что пелена закрыла глаза, и он не видел в ней недостатков. Видел Егор, как оказалось.
- Красивая девушка и неглупая - это всё, что нужно для жены? - спросил младший брат, когда понял, чем заняты мысли Матвея.
- И стройная к тому же, если мы говорим об одной. В моём возрасте не женятся.
- Хорошо хоть это понимаешь. Но если поливать росток, он превратится в дерево. Ты уверен, что плоды получатся съедобные?
- Заткнись, филолог!
Братья часто изъяснялись просто и доходчиво, такое не могло их поссорить.
- Во-первых, я стану юристом, а во-вторых, у меня сильно развито предчувствие.
- А в-третьих, меня трудно убедить словоблудием, - последнее слово старший брат оставил за собой.
Тогда разговор прервался. Матвей забыл о нём, но не брат. Через месяц Егор дал ему прослушать диктофон.
Женский голос, не оставляющий сомнений в личности говорящей, сказал кому-то: "И ты считаешь правильным штопать носки любимому мужу?"
Ответила незнакомка, участвующая в разговоре: "Любимому? Конечно!"
Раздались шаги, понятно было, что кто-то выходит из помещения. Но скоро пассия Матвея продолжила разговор: "Выходить замуж нужно за обеспеченного мужчину. Старого? Пусть! Это плата за негу. А нежиться можно и с любовником, - девушка сказала и тут же поправилась: - с любовниками. Если природа наградила тебя внешностью, нужно пользоваться даром".
Матвей сам выключил диктофон и прошептал:
- Не хочу дальше слушать. Достаточно. Мне ударить тебя или сказать спасибо?
- Ударь, если согласен с услышанным!
- Умеешь убеждать, юрист. Как....
- Разговор записан в физкультурной раздевалке. Барахла в твоих ящиках достаточно. Мало понимаю в нём, но выбрать нужное и подключить сумел.
- Хирургов, сделавших больно, благодарят, когда операция помогла. Не жди реверансов, сам ещё не понимаю. Как догадался, ведь не знал её?
- Предчувствие.
- Хватит ерунду молоть. Объяснись!
Егор задумался, он и сам многого не понимал. Вдруг подумалось, что сообща с братом смогут разобраться.
- Помнишь, как мы пошли первого сентября в первый класс? Не трудись, напомню. Несли по букету. Мама в школу отвела. Солнышко светило, птички пели. Многое вспомнить можно, если напрячься. А у меня такое происходит с будущим. Вижу смутную картинку без резкости и сосредотачиваюсь на ней. Очертания проявляются. Не всегда и не во всех случаях, но бывает. Спонтанно всё как-то и необъяснимо. Точно знаю, что оба поступим в институты. Но потрудиться придётся, поверь. Получишь ты нобелевку или нет, не скажу. Редко проявляется то, о чём думаю. Девица твоя за "папика" выйдет. Ты бы потом с ума сходил, а сейчас увлечение пройдёт как насморк. Дождусь я от тебя благодарности?
Это была единственная серьёзная размолвка между братьями, и скоро она забылась.
Через месяц братья отправились в центр города. Мать отложила в магазине шубу, денег не хватило, чтобы расплатиться, и им предстояло сделать это за неё.
Микроавтобус стоял на остановке, можно было успеть, но Егор придержал брата.
- На этом не поедем! - сообщил он безапелляционным тоном.
Матвей не согласился и потащил младшего близнеца. Маршрутка не уезжала и словно ждала их. Усилия оказались напрасными: Егор упёрся, и им пришлось долго дожидаться другого транспорта.
- Спасибо друг, ты настоящая собака! - проворчал Матвей после десяти минут ожидания. - У меня ведь есть кое-какие планы на вечер! Какого чёрта бунт устроил?
- Сам не знаю. Засосало под ложечкой, и даже времени подумать не было.
Всю дорогу братья молчали, пока их микроавтобус не выехал на перекрёсток. Все пассажиры, не сговариваясь, прильнули к окнам, заглянули в них и они. Такая же маршрутка, на которой ехали братья, лежала на боку. Рядом стояли грузовик с развороченным капотом и машина "скорой помощи". Толпа зевак закрывала видимость, но вдруг расступилась, пропуская врачей. Нутро белого с красными полосами автомобиля проглотило носилки с телом, и машина уехала.
Сзади раздался гудок, и микроавтобус с братьями ускорился. Дальнейшее выполнение поручения матери прошло в полном молчании. Они даже дома ничего не сказали, когда вернулись. Мать видела напряжённые лица сыновей, но, получив шубу, тотчас умчалась к зеркалу.
- Всё нормально? - раздался уже из зала крик женщины.
- А то! - откликнулся почему-то Матвей. - Нас пытались убить, но Егор не позволил.
- Балабол! Младший брат на порядок серьёзней тебя. Он поступит в институт, уверена. А ты?
- А меня возьмут за светлую голову вне конкурса, - огрызнулся старший сын.
Его слова окажутся пророческими, потому что в радиоэлектронной аппаратуре старшеклассник разбирался лучше многих инженеров. Абитуриента примут в институт после собеседования, когда докажет, что поступает в ВУЗ из-за диплома, а знания у него имеются в изобилии.
Студенты-первокурсники сняли однокомнатную квартиру на окраине города. Денег дома взяли лишь на первое время.
"Мама, нас прокормит Матвей, - обрадовал Егор родителей и брата перед отъездом на учёбу. - Он трудоголик, хотя сам не знает об этом".
И действительно братья больше не обращались за деньгами даже на каникулах. Жизнь молодых людей наладилась. Два понятия определили их дальнейшую жизнь: семестр и сессия. Если во время сессии забывали про всё, кроме экзаменов, то во время семестра частенько игнорировали учёбу. Они быстро поняли, когда и что можно пропустить.
Матвей зарабатывал деньги ремонтом радиоаппаратуры, но иногда творил что-нибудь для себя и продавал электронные игрушки собственного изготовления, когда кто-либо доставал просьбами.
Егор пытался заработать, разгружая вагоны с продуктами, но скоро понял, что сил на учёбу после этого не хватает. Матвей больше времени проводил за столом, но был физически явно крепче брата.
Однажды довольный старший брат влетел в квартиру, бросил на стол два листочка и сообщил:
- На футбол билеты купил. Хоть один раз вживую посмотрим, как футболисты ЦСКА и спартаковцы за одним мячом гоняются.
Егор обрадовался, схватил билеты и сразу сник.
- Мы не пойдём, Матвей!
- Опять что-то вспомнил? Мы уже давно не первокурсники, взрослые можно сказать люди, неужели и сейчас не сможем разобраться?
- В чём?
- В очередном дерьме! Вспомни хоть раз что-нибудь хорошее!
Егор обиделся. Это внесло разлад, но и помогло: они не пошли на футбол. А следующим утром братья узнали, что фанаты устроили после матча потасовку, и есть жертвы.
- Надо заняться статистикой. Вспомнить все твои прогнозы и записать, - сказал Матвей. Он понял, что был неправ и своеобразно извинился. - Может, найдём связь? Окучим, как говорится, грядку и будем ждать урожай!?
- Не надо, - Егор понял брата и принял извинения. - Такое происходит всё реже и реже. Думаешь, мне приятно это?
- А знаешь, ты натолкнул меня на мысль. Сооружу ка я машину времени и сгоняю в будущее. Так получится лучше, чем видеть какие-то пятна-намёки. Даже после предсказаний Нострадамуса чёрт ногу сломает, пока поймёшь что-либо, если поймёшь. И его катраны трактуют лучше задним числом. Заодно и про апокалипсис выведаю. Раскудахтались пророки, осажу попутно.
- Каша из бесперспективных проектов малокалорийна. С голоду не помрём?
- Не хлебом единым жив человек.
- Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Когда не получится, сильно не расстраивайся.
- Время покажет.
Целый год после этого братья жили в согласии. Егор стал чаще работать на вокзале, а когда становилось совсем худо, Матвей переключался на заработки. Жилось при этом беднее, но почему-то веселее.
Однажды старший брат сообщил утром, что готов приступить к испытаниям прибора. Устройство может переносить лишь в прошлое, но лиха беда - начало. Не за горами и путешествие в будущее. Различные предметы уже побывали в прошлом, но по ним не узнать результата. Животное отправлять нужно!
Матвей работал всю ночь и ждал хотя бы одобрения, но Егор стал принюхиваться.
- Рыбы купил, пока ты спал, - упредил вопрос Матвей, - и кота принёс. В ванной сидит. Зверь будет лопать при нас, а желудок опустошать в прошлом. За десять минут сожрёт ведро рыбы и не треснет. Это подтверждением моей теории будет. Так "разговорить" кота ещё додуматься нужно.
Егор принёс зверька, усадил на стул, стоящий на небольшом пьедестале, и положил рядом пару рыбин. Рыба таяла на глазах, а младший брат мрачнел. Матвей заметил.
- Ну что ещё? Только не говори, что опять какую-нибудь гадость увидел.
- Нет ничего впереди, Матвей. Раньше были пятна. Далёкие и близкие, размывчатые. Со временем приближались и частично вырисовывались. Нет больше их.
- Выздоровел?
- Да! Нет! Я бы сказал по-другому: не вижу завтрашний день! Составь анаграмму из моего имени.
Матвею понадобилось две секунды, чтобы ответить.
- Горе?
- Именно. Тебя так нужно было назвать, а не меня. Или бирки в роддоме поменяли? Верил мне раньше, поверь и сейчас: я никогда и никому не сделаю плохо.
Егор погладил кота, собрал инструменты со стола, убедился, что прибор включён и бросил их на кучу проводов. Оголённые контакты закоротились, и искры побежали по системе как огни по ёлочной гирлянде, пока не прозвучал хлопок - взорвался один из конденсаторов. Выбило пробки, и комната погрузилась в утренний полумрак.
- Твою мать.... - застонал сзади брат.
- Вот и всё, - откликнулся Егор. - У меня был единственный шанс, и я им воспользовался. Матвей, ты же не хочешь, чтобы я зациклился во времени? Или погиб? Вот теперь могу точно сказать: я выздоровел. Ответил на твой вопрос?
Слова младшего брата дошли до сознания Матвея, и он улыбнулся.
- Ты не горе, а я старший брат. И я рад, что помог тебе выздороветь. Раз последствия от работы машины непредсказуемы, что ж, займусь вечным двигателем.
Егор облегчённо вздохнул и сменил тему разговора:
- Читал я где-то, что на планете такой двигатель невозможен, а на орбите работают уже не планетарные законы - космические.
- Мне что, летающую тарелку сначала сделать?
- Тебе решать. А пока определиться нужно, чем наполнить свои - столовые. Пора возвращаться на землю.
Егор сказал так, потому что позавидовал коту, который самостоятельно достал из ведра новую рыбу и уже сытый начал играть с ней.
Кот не мог знать, что одновременно решилась и его беспокойное существование, и жить теперь он будет в этой квартире. Хозяева будут делиться с ним даже крошками, пока вновь не понадобится бесстрашный испытатель для очередного последнего слова техники.