ОЛЕГ ОЛЕГОВИЧ - организатор социальных концертов, 50 лет. Играет на гитаре, поет. Обожает Бродского.
ЗУЛЕЙХА - его жена, 33 года. Восточная красавица, домохозяйка.
СВЕТЛАНА СВЕТЛАЯ - певица, 40 лет. Исполняет старые песни о главном красивым голосом.
ЭРИК - ее муж, 40 лет. Сопровождает Светлану, носит рыжую бороду. Похож на викинга.
НАБОКИН - писатель, 59 лет. Пишет сценарии выступлений, выполняет мелкие поручения. Не женат.
ВЯЧЕСЛАВ - аккордеонист-реаниматолог, 45 лет. Клавишник с высшим медицинским образованием. Любит танцевать.
АВТООТВЕТЧИК: голос в телефоне.
Музыканты, актеры, старушки, деды
Время и место действия:
Закамск, социальный центр судоремонтного завода. Зима, наше время
АКТ ПЕРВЫЙ
Сцена 1
Помещение социального центра. Слева - на стульях два десятка старушек, три деда с медалями на пиджаках, на последнем ряду в углу - Набокин. Справа - небольшая импровизированная сцена, военно-морской андреевский флаг, рында, метровая фанерная модель бронекатера. На сцене - Олег, Светлана, Вячеслав с аккордеоном.
ОЛЕГ (взволнованно): А Родина у нас всего одна! А у нее нас много, очень много! И если на нее взглянуть со дна, то до нее нам дальше, чем до Бога! (звонит в рынду ). А сейчас несравненная Светлана Светлая исполнит для вас песню Евгения Жарковского "Прощайте, скалистые горы". Сопровождение - Вячеслав Горьковский. Прошу! (аплодисменты).
СВЕТЛАНА (поет): Прощайте, скалистые горы, на подвиг Отчизна зовет. Мы вышли в открытое море, уходим в далекий поход. А волны и рвутся и плачут и бьются о борт корабля. Остался в далеком тумане Рыбачий, родимая наша земля... (аплодисменты)
ОЛЕГ (звонит в рынду): А теперь я хочу поблагодарить вас за внимание. Наш концерт окончен. Спасибо!
СТАРУШКИ (хором): Спасибо, вам спасибо! Молодцы! Какие вы молодцы! (уходят)
ОЛЕГ: Спасибо! Какие мы молодцы!
СВЕТЛАНА: Олег Олегович, это все вы с Набокиным. Придумать такую историю. Вы гении!
ОЛЕГ: Без вас ничего бы не получилось. Вы - лучшие!
НАБОКИН: Настоящие гении - мертвые.
ОЛЕГ: Хочу сказать отдельное огромное спасибо Вячеславу. Он не только играет на всех представлениях - ему часто приходится оказывать первую медицинскую помощь зрителям. Так, на праздновании Дня подводника он вывел из комы капитана второго ранга, кавалера ордена боевого Красного Знамени Василия Коновалова, потопившего в годы войны восемь фашистских транспортов, и удерживал его в стабильном состоянии до прибытия "скорой". Слава - наша жизнь в твоих руках.
ВЯЧЕСЛАВ: Очень приятные слова.
ОЛЕГ: Я горжусь, что могу играть с вами. В воскресенье всех жду на репетицию. Прошу не опаздывать.
Все одеваются, уходят. Остаются Олег и Набокин
ОЛЕГ: Ну что, поехали. Поможешь инструменты загрузить? Ты не торопишься?
НАБОКИН: Нет, помогу конечно. Давай.
Выносят инструменты, штативы, пюпитры, пульты
Сцена 2
Белая "Приора" среди сугробов. В салоне Олег и Набокин
ОЛЕГ: Ты чего грустный?
НАБОКИН: Да, пальцы застыли. Железо на морозе.
ОЛЕГ: Сейчас я печку включу. Как тебе концерт?
НАБОКИН: Нормально.
ОЛЕГ: Нормально... Ну ты чо, Колька. Я хочу отклик услышать, а ты общими словами пытаешься отделаться. Скажи что-нибудь доброе.
НАБОКИН: Да нет, правда нормально. Публика всегда "Морские волны" хорошо принимала. В прошлый раз дамы плакали...
ОЛЕГ: Когда это было?
НАБОКИН: Да год назад, прошлой зимой, на старый Новый год.. Я еще руку у тебя в машине прищемил. - два пальца сломал. Три месяца писать не мог.
ОЛЕГ: Да, было дело. Сейчас-то как рука?
НАБОКОВ: Да нормально.
ОЛЕГ: Ладно, поехали. Сейчас еще на Водники заедем, Свете микрофон закинем со шнурами, а потом я тебя домой отвезу.
АКТ ВТОРОЙ
Сцена 1
Двор, где живет Светлана. Старый двухэтажный дом, гаражи, сугробы, фонари. Вокруг ни души Олег достает смартфон, звонит
АВТООТВЕТЧИК: Абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети.
ОЛЕГ: Странно. Должна дома быть.
НАБОКИН: А квартиру не знаешь?
ОЛЕГ: Нет. Сказала, можно в подьезде коробку оставить. (бежит к одному подьезду, второму, дергает ручки) Закрыто.
НАБОКИН: Позвони еще.
АВТООТВЕТЧИК: Абонент не отвечает или находится вне зоны действия сети.
ОЛЕГ (смотрит наверх) А, вот на втором свет зажгли. Наверно там. (лепит снежки, кидает в окно, свет гаснет). Холодно. Черт, столько времени потеряли.
Звучит мелодия входящего звонка
ОЛЕГ: Алло.
ЗУЛЕЙХА: Ты где, моя любовь?
ОЛЕГ: Да тут, микрофон со шнурами на Водники завозили. Сейчас Набокина отвезу и домой.
ЗУЛЕЙХА: Хорошо, жду тебя. Я голубцы приготовила. Дети уже спят.
ОЛЕГ: Скоро буду. Целую.
НАБОКИН: Слушай, тебе потом возвращаться через весь город. Давай я такси вызову.
ОЛЕГ: (в сторону) Взял бы да вызвал, чего спрашивать. (вслух) Да нет, мне не сложно. Потом по Восточному обходу уйду.
НАБОКИН: Спасибо. Как у тебя тут сиденье отодвигается? Тесно.
ОЛЕГ: Там внизу рычаг дерни.
НАБОКОВ: Не вижу, где. (шарит рукой). А вот, нашел... Блядь!!!
Сцена 2
Кухня в доме Светланы и Эрика. Поздний ужин. Стол с тарелками, уютный ламповый свет
СВЕТЛАНА: Так устала, так устала, даже есть не могу.
ЭРИК: Ну, еще бы. Весь день на ногах.
СВЕТЛАНА: Кто-то звонит, дай телефон.
ЭРИК. Да отдыхай уже. Завтра перезвонишь. (выключает телефон). Двенадцатый час, ну что за люди.
СВЕТЛАНА: Ой, снежки кидают. Посмотри, кто там. Дети, наверно, балуются.
ЭРИК (смотрит в окно): Там Олег твой с писателем.
СВЕТЛАНА: Спустись, открой. Может дело важное.
ЭРИК: Какое еще дело. Ночь на дворе, завтра все дела.
СВЕТЛАНА: Но они ждут.
ЭРИК: Ничего, подождут и свалят. Вон мороз какой. В машину садятся. Пошли спать. (выключает свет)
СВЕТЛАНА: Пошли.
ЭПИЛОГ
Полутемная приемная травмпункта. На потолке изредка вспыхивает лампа дневного света. Дверь с надписью "Без вызова не входить". На скамье Олег и Набокин с наспех забинтованной рукой
ОЛЕГ: Ну как ты?
НАБОКИН: Нормально. Лучше уже.
ОЛЕГ: Ну-ка пошевели пальчиками. Не этими. Хорошо. (звонит телефон) Алло.
ЗУЛЕЙХА (укоризненно): Моя любовь, ты где? Я третий раз голубцы
разогреваю.
ОЛЕГ: Да, тут.. в больнице. Набокин вторую руку прищемил.
ЗУЛЕЙХА: Кошма-а-р! Все плохо?
ОЛЕГ: Да нет, сейчас его перевяжут, отвезу домой. Ты не жди меня, ложись.
ЗУЛЕЙХА (грустно): Нет, я тебя дождусь...
ОЛЕГ: Я скоро уже. Целую. (отключает).
Пауза. Оба молча смотрят на дверь, за которой слышны негромкие голоса врачей, четкие звуки металла о металл.
НАБОКИН: Слушай, давно хочу спросить: зачем тебе это все?
ОЛЕГ: Что именно?
НАБОКИН: Ну, все: концерты, репетиции, беготня. Денег особых не приносит, а сил и времени много отнимает. Ты ведь юрист?
ОЛЕГ: Юрист, юрист.
НАБОКИН: Ну вот, мог бы частной практикой заниматься, адвокатскую контору открыть. А так носишься по городу, людей собираешь, залы арендуешь, инструменты покупаешь на свои деньги. Семью неделями не видишь. И все ради того, чтобы тебе похлопали и сказали: молодец, давай еще.
ОЛЕГ (выдерживая паузу): Не знаю, как тебе ответить... Понимаешь... Импресарио - это судьба.