Глава 90. Вакуумная уборка (или Как вычистить участок до блеска при помощи черной дыры)
Вы знаете, друзья мои, что такое настоящий мусорный коллапс? Это когда после зимы на участке обнаруживается столько старых веток, прошлогодних газет и неопознанных предметов, что проще сжечь всю дачу и построить новую на Марсе. Я посмотрел на кучу хлама и понял: сжигать - вредно для экологии. Нужно просто создать точку нулевого объема, куда мусор уйдет сам, повинуясь законам гравитационного всасывания.
В моих записях это значится как "Проект: Пылесос "Сингулярность"".
- Петрович, ты зачем старый шланг от стиральной машины к дырке в заборе приставил и в него через воронку сухой лед сыплешь? - Семёныч стоял, крепко держась за березу, потому что листья на ней уже начали вытягиваться в сторону моего прибора. - У тебя же сейчас всё затянет, включая мои калоши и твоего кота!
- Кот предупрежден, Семёныч, он в подполе на якоре сидит! - крикнул я, включая компрессор. - Я создаю локальный коллапс пространства. Весь мусор на моем участке сейчас признает себя лишним и самоликвидируется в область отрицательных величин!
Метод "Абсолютной чистоты" требовал самообладания:
Создание вектора тяги. Я использовал Улику No2 (Золотую ручку), чтобы нарисовать на входе в шланг математический символ бесконечности. Это создало непрерывный поток всасывания, который игнорировал массу и габариты предметов.
Информационная фильтрация. Чтобы случайно не засосать что-то нужное (например, Семёныча или лопату), я настроил Стеклянный глаз на распознавание слова "хлам". Вещи, обладающие полезностью, прибор игнорировал.
Утилизация. Всё, что попадало в шланг, сжималось до размеров атома и выбрасывалось в параллельный мир, где, как я надеюсь, из этого мусора строят прекрасные дворцы.
Тут началось невероятное. Старые ветки, ржавые консервные банки и даже прошлогодняя листва со свистом полетели в шланг. Участок очищался на глазах. Но тут мимо проходил сосед Козюлькин, который нес в руках стопку квитанций за свет.
- Петрович! - закричал Козюлькин, когда его бумажки начало вырывать из рук. - Ты что творишь?! У меня там расчеты!
- Твой мусор - твои проблемы, Козюлькин! - ответил я, но было поздно. Квитанции всосало в сингулярность, а следом за ними улетела и кепка соседа.
Когда я выключил прибор, участок сиял так, будто его вылизали языком гигантского кибер-кота. Ни соринки, ни пылинки. Только Семёныч висел на березе, болтая ногами в воздухе.
- Петрович... - прошептал он. - Ты бы хоть предупреждал. У меня из карманов все семечки высосало. И, кажется, даже несколько воспоминаний о плохой погоде.
- Зато посмотри, какая чистота, Семёныч! Теперь здесь можно проводить хирургические операции на открытом сердце или просто пить чай, не боясь пыли в чашке.
Я доказал: чистота - это не когда метут, а когда пространство отказывается принимать всё лишнее. Главное - вовремя заткнуть черную дыру старым валенком, чтобы она не начала поедать само мироздание.
Глава 91. Резиновая география (или Как сделать путь до магазина в три раза короче)
Вы знаете, друзья мои, что такое настоящая дорожная усталость? Это когда до сельмага идти полтора километра по жаре, а ваши ноги категорически не согласны с этим маршрутом. Я понял: расстояние - это не физическая величина, а психологическая. Если пространство между моим крыльцом и прилавком с хлебом "сжать" при помощи правильного натяжения, то можно дойти за три шага.
В папке это зафиксировано как "Эксперимент No905: Складная реальность".
- Петрович, ты зачем дорогу до магазина эспандером замеряешь и на асфальт кнопки канцелярские в шахматном порядке раскладываешь? - Семёныч недоуменно смотрел, как я привязываю один конец старой бельевой веревки к своей калитке, а другой - к велосипеду соседа, который ехал в сторону центра. - Хочешь на буксире прокатиться?
- Я создаю "Гармошку пространства", Семёныч! - ответил я, натягивая веревку так, что воздух вокруг неё начал вибрировать и идти складками. - Зачем идти по всей дороге, если можно сложить её в несколько слоев и перешагнуть через ненужные метры?
Технология "Пространственного дефицита" была основана на хитрости:
Ослабление связей. Я использовал Улику No1 (Стеклянный глаз), чтобы найти слабые места в гравитационном поле поселка. Именно там я "подрезал" реальность.
Сжатие. При помощи Золотой ручки (Улика No2) я переписал дорожные указатели. Вместо "1500 м" я написал "1,5 м". Пространство, привыкшее верить написанному, тут же съежилось от стыда за свою избыточность.
Фиксация рывка. Чтобы дорога не распрямилась обратно, пока я иду, я закрепил складки синей изолентой на обочинах.
Я сделал первый шаг - и оказался у колодца, который обычно стоит в середине пути. Второй шаг - и я уже чувствую запах свежего хлеба у дверей магазина. Третий шаг - и я внутри.
- Петрович?! - Продавщица Люся выронила весы. - Ты же только что в окно мелькал у своего дома! Ты что, телепортировался?
- Нет, Люся, я просто убрал лишнюю воду из маршрута! - ответил я, покупая буханку.
Но когда я возвращался, веревка лопнула. Пространство с диким звуком "Бдыщ!" распрямилось обратно. Меня подбросило в воздух и приземлило точно в мои кусты смородины. Семёныч подбежал ко мне, отряхивая ветки.
- Петрович, ты как? - спросил он. - Я видел, как дорога под тобой гармошкой сложилась, а потом как даст тебе под зад! Хлеб-то цел?
- Цел, Семёныч. Но на будущее: при растяжке пространства нужно использовать более надежные тросы. Бельевая веревка не держит энергию трех километров пути.
Я доказал: расстояние - это всего лишь вопрос лени пространства. Если его хорошенько припугнуть физикой, оно само сократится до размеров вашей прихожей.
Глава 92. Антигравитационная поленница (или Как укладывать дрова в воздухе)
Вы знаете, друзья мои, что такое настоящая дровяная неразбериха? Это когда вы привезли машину березовых чурок, и они занимают половину двора, мешая ходить, думать и созерцать закат. Складывать их в обычную поленницу - скучно, к тому же они гниют снизу. Я понял: дрова не должны лежать на земле. Они должны парить в воздухе аккуратным кубом, подчиняясь только моей воле и небольшому магнитному полю.
Улика No4 (Тень сарая) послужила чертежом для этого невесомого хранилища.
- Петрович, ты зачем дрова в воздухе подвесил и вокруг них хороводы с бубном водишь? - Семёныч стоял, задрав голову и глядя на три куба березы, которые висели в двух метрах над землей, медленно вращаясь. - Они же упадут и нас обоих в блин раскатают!
- Они не упадут, Семёныч, они находятся в состоянии "левитационного упора"! - ответил я, подправляя положение одного полена при помощи Стеклянного глаза. - Я создал под ними зону повышенной плотности эфира. Теперь это не просто дрова, это облако потенциального тепла!
Метод "Воздушного складирования" включал:
Магнитизация коры. Я натер каждое полено Золотой ручкой (Улика No2), придав им одинаковый электрический заряд. По законам физики они начали отталкиваться друг от друга, создавая идеальную вентиляцию.
Эффект "Подушки". Я подложил под поленницу старый коврик, на котором раньше спал мой кот. Кот за годы сна на нем так наэлектризовал шерсть, что коврик стал излучать мощное поле антипритяжения.
Автоматическая подача. Я настроил систему так, что стоило мне подумать о печке, как самое сухое полено само отделялось от стаи и плавно летело в сторону дома.
- Петрович... - прошептал Семёныч. - А если я под ними пройду, меня не пришибет?
- Проходи смело, Семёныч, только не чихай громко, а то акустическая волна может нарушить баланс, и ты окажешься внутри дровяного саркофага.
Всё шло идеально, пока мимо не пролетел воробей. Он сел на верхнее полено, и его мизерный вес стал той самой соломинкой, сломавшей спину верблюду (или, в данном случае, эфиру). Поленница начала медленно оседать, но не вниз, а... вширь. Дрова заполнили всё пространство двора тонким слоем в одно полено.
- Петрович! - орал Семёныч, стоя на цыпочках на единственном свободном пятачке земли. - Ты теперь весь двор замостил березой! Как мы ходить-то будем?
- Зато посмотри, Семёныч, как удобно! - ответил я. - Теперь у нас везде - теплый пол! И дрова всегда под рукой, в какой бы точке двора ты ни находился.
Я доказал: порядок - это не когда всё лежит на месте, а когда место подстраивается под то, что на нем лежит. А антигравитация - она как характер моей бывшей жены: капризная, но если найти подход, можно горы ворочать...
*****
Послесловие автора
Двадцать пять тетрадей. Кто бы мог подумать, что обычная дачная беседка может вместить в себя столько нарушений законов термодинамики!
Мы подошли к финалу этой части хроник. Петрович временно ушел в глухую оборону - чинит генератор сингулярности и отпаивает Семёныча валидолом после экспериментов с резиновой географией. На участке воцарилась подозрительная, почти идеальная тишина. А как мы знаем, если у Петровича тихо - значит, он замышляет что-то масштабом не меньше изменения наклона земной оси.
Я хочу сказать огромное спасибо всем, кто прошел этот путь вместе с нами, фиксировал улики и не боялся гравитационного душа.
История Петровича держится на вашем интересе. Если вы чувствуете, что вам не хватает запаха озона и безумной инженерной мысли - пишите, делитесь мыслями и голосуйте комментариями. Стоит ли мне открывать 26-ю тетрадь, или оставим вселенную в относительном покое? Слово за вами, товарищи соавторы!