Сознание возвращалось волной стучащей боли в висках. Несс лежала на какой-то вязкой от влаги, холодной земле, будто прошел дождь. На языке - привкус грязи, на зубах хрустели песчинки, мокрые листья прилипли к щеке. В горле першило.
Только она попыталась пошевелиться, приподняться, как тут же бок пронзило стрелой, что в глазах, совсем недавно открытых и еще не сфокусировавшихся как следует, потемнело. Несс застонала, и голос, вырвавшийся из её рта, был низким, хриплым и чужим.
"Что?.."
Мир плыл из-за слезящихся глаз, но вскоре Несс наконец смогла понять, что лежит, судя по всему, на дне неглубокого оврага - вокруг поднимались пологие склоны, поросшие травой, где-то на окраине взгляда чуть выше маячило предрассветное небо в облаках. Не похоже на недавнюю поляну с костром... Потянулась к виску, в попытке сжать пульсирующую голову, но движение далось с трудом, все силы будто утекли. Рука, уже занесенная в спасительном жесте, попавшись на глаза, замерла у лица.
Несс в отупении рассматривала собственную широкую ладонь. Перевернула ее тыльной стороной и длинные пальцы, покрытые темными волосками, испачканные землёй вперемешку с кровью из свежих ссадин, дрогнули. Всё еще не до конца понимая, что происходит, она приказала руке сжаться, разжаться - рука сделала.
"Это же не моя..."
Остатки сонной вялости мгновенно смылись волной паники. Игнорируя боль, Несс судорожно уселась на колени и уставилась на свое тело.
Первое что бросилось в глаза - отсутствие груди. Не сказать, чтобы она у нее была большая, но тем не менее, была, и не заметить ее было все же трудно. Но сейчас - абсолютно плоско, Несс даже пощупала для уверенности. На этой самой плоской груди - тёмно-зеленая, потрёпанная рубаха, с ужасно знакомой заплаткой на локте и медными застежками. Точно такую же рубаху она видела совсем недавно, когда тот человек... Хатри, как его называли другие мужики... прижимал её к земле. Взгляд скользнул ниже - по ногам, по темным штанам из грубой кожи и там, в паху... Абсолютно явственно ощущалось нечто чуждое, но лезть проверять не хотелось. Не могла она этого сделать - не то, чтобы боялась увидеть - боялась подтвердить. Вся суть ее отказывалась прикасаться к тому, чего быть у девушки не могло. Да и сама мысль о том, что там в принципе может быть что-то отличное от женского организма, казалась вздором.
Взгляд, блуждающий в панике, бессмысленно скользил по деталям чужого облика, цеплялся за что угодно, лишь бы найти объяснение. Остановился на обеих руках - теперь пристально, не веря. Несс еще раз покрутила правую кисть перед глазами. Вся в шрамах: мелких, крупных, тянущихся от пальцев вверх по руке, под рубаху. На внутренней стороне ладони - застарелые шрамы, словно не раз сжимали лезвие голой рукой, и нож въедался в плоть между пальцами. Ее вдруг затошнило и память ударила обрывками: тяжёлое дыхание, боль, запах дешёвого вина и пота, лицо над ней...
Несс прикрыла глаза и попыталась прислушаться к себе именно изнутри. Непривычный вес, разлитый по всему существу. Ширина в плечах, казавшаяся сейчас вроде и естественной, но как будто и нет...
С ужасом она провела ладонью по своему лицу. Щетина. Очень короткая, колючая щетина на щеках и подбородке. Ощупала скулы - слишком крупные для ее девичьих, нос - с легкой горбинкой. На глаза упала прядка грязных пепельных волос.
"Великая мать-защитница... Что происходит?"
Внезапно, при очередном немного более глубоком вдохе, в боку снова огненно прострелило, но из пересохшего горла вырвался лишь сдавленный, жалкий стон чужим голосом.
Несс сидела на дне оврага, перебирая незнакомыми пальцами край рубахи, и смотрела на свои чужие ноги в грязных сапогах, поддаваясь постепенному безжалостному осознанию, накрывающему её.
Она была в нём. Она была им. Хатри. Как бы абсурдно это ни звучало.
***
Боль в боку ощущалась живым существом, очухавшимся вместе со своим новоявленным хозяином и теперь напоминала о себе при каждом вдохе, каждом шевелении. Однако одновременно она была и единственным, что удерживало на плаву в этом море безумия, привязывало к той реальности, в которой девчонки Несс больше не существовало.
"Как это возможно? Это сон?"
Осторожно опустившись спиной обратно на холодную землю и уставившись в серое небо, она попыталась дышать мелкими, короткими глотками воздуха, чтобы лишний раз не тревожить зверя в ребрах. И этот зверь определенно подтверждал, что происходящее не было сном. Слезы текли по грязным щекам, размазывая солёными дорожками себе путь. Всхлипывания, которые Несс не могла сдержать, звучали пьяным бредом хриплого незнакомого мужчины.
"Все, тихо. Дыши. Глубокий вдох... ладно не глубокий, просто медленный..."
Чуть подуспокоившись, она заставила себя поднять тяжелую, непослушную руку. Пальцы, грубые и чужие, дрожа, расстегнули пряжку портупеи, та свалилась куда-то за спину, но Несс даже не обратила внимания. Задрала рубаху. Под тканью зияло огромное, страшное пятно багрово-синего цвета и захватывало бок от нижних ребер до таза. Кожа была горячей на ощупь, отечной. При малейшем нажатии мир плыл перед глазами, и в горле вставал ком.
"Сломано ребро. Или не одно. Или не только оно."
Паника снова накатила, холодная и липкая. Она умрет здесь, в этом теле, в этом овраге и ее даже не будут искать. Хотя, возможно, какое-то время будут искать ее - то есть, ее настоящую - а найдут лишь избитое, поруганное тело какой-то девчонки, которую все уже забыли... Это если её настоящее тело все ещё там, на поляне, и если деревенские вообще будут искать беглянку, что маловероятно.
"Не хочу умирать тут. Это просто какой-то бред, просто очень реалистичный сон..." - словно щелкнуло внутри.
Сжав зубы, она перекатилась на здоровый бок, с трудом встав на четвереньки. Голова тут же закружилась. Рука провалилась в грязь по запястье, когда Несс попыталась подняться, оперевшись на нее. С трудом, ей все же удалось осмотреться, но не привести себя в вертикальное положение. Овраг. Неглубокий, но сырой и холодный, видимо, недавно был дождь... Подняться по скользкому склону с такой травмой будет пыткой.
Взгляд упал на сломанную ветку неподалеку, примерно по длине руки, довольно толстую и прямую. Можно использовать ее как костыль.
Двигаясь со скоростью улитки, избитый мужчина потащил непослушное тело к палке. Каждый камень, каждая неровность под ним отзывалась агонией в боку. Дотянувшись до ветки, он, чуть ли не рыча от боли, сумел опереться на нее, и, не давая себе думать, попытался подняться на ноги, превозмогая слепящую боль. Дыша коротко и прерывисто, сквозь стиснутые зубы, он с горем пополам вскарабкался по склону оврага, хватаясь за корни и камни, попутно опираясь на самодельную трость.
Верх оврага встретил его промозглым ветром и плывущей равниной. Рассвет только-только начинал размывать горизонт. Жалкий проселочный тракт и бесконечная, обрамляющая его мокрая трава да редкие деревья, и где-то вдалеке лес... Нет, погодите. Чуть поодаль виднелось несколько строений. Вывеска, что ли, или кажется?... Таверна, трактир? И хозяйственные постройки. Чей-то незнакомый хутор... Осмотревшись, он снова рухнул на колени, весь в поту, сотрясаясь от истощения.
Спустя какое-то время Несс все же заставила себя подняться и поплестись дальше, бессмысленно зажимая рану рукой, к ближайшему подобию укрытия - старому, полуразвалившемуся сараю на краю поля. Дверь висела на одной петле. Внутри пахло плесенью, сгнившим сеном и мышами. У стен валялись какие-то не то ящики, не то рассохшиеся сундуки. На один из них она опустилась и прислонилась спиной к скрипнувшей деревянной стене.
До одури хотелось пить - горло словно драло наждачкой, язык прилипал к нёбу, даже слюна не проглатывалась, потому что ее толком и не было. Полубессознательно рука Несс потянулась к неприметной фляжке, прицепленной к поясу. В каком-то мутном осознании, ничего не контролируя, она одним движением отцепила ее, откинула крышку и поднесла к губам, уже предвкушая глоток живительной влаги...
В нос ударил резкий, знакомый запах, от которого ее тут же скрутила резкая тошнота. Так пахло от мужиков в деревне, когда они напивались и потом творили непотребное, так пахло и от Хатри, перегаром, прямо на нее, вчера... "Что тут, вино? Или просто сивуха?" - непонятно зачем вдохнув еще раз, Несс с трудом подавила рвотный позыв и фляга выпала из трясущейся руки, расплескав содержимое на землю.
"Ну и что ты будешь делать? - спросил тихий, усталый голос, похожий на её собственный, но лишённый всякой надежды. - Наверное, ты умерла в том лесу после всего, наверное тебя уже кто-то прирезал из тех мужиков... Ты мертва и сейчас лежишь у костра. А это... это что? Кто это?
- Я жива, - попыталась возразить она, но это прозвучало как детский лепет.
- Не ты жива, а его тело. Ты в нём подобно червю в яблоке, отгрызла его сознание и забралась внутрь. Или может тебя впихнули сюда? Или это посмертные видения умирающего сознания? Ты даже не знаешь и скоро просто умрёшь здесь еще раз, в этой шкуре, за его грехи. Ладно, - не затыкался ее внутренний голос, - давай ещё раз. Ты - это ты. Но тело-то не твоё. Ты сейчас в теле мужика, который над тобой надругался. Хатри, вроде бы? Как тебе такое?"
Несс закрыла глаза. Сил спорить не было. Но голос ждал ответа.
- Никак, - прошептала она вслух. - Никак мне такое. Это просто... бред.
"Бред, - согласился голос. - А ты попробуй ущипнуть себя. Сильно. Давай, вот прямо сейчас".
Она послушно ущипнула себя за предплечье - сильно, до боли. Боль была настоящей. Рука была настоящей. Шрамы на ней были настоящими.
"Ну что? Проснулась?"
- Нет, - выдавила она.
"Значит, это не сон. Значит, это реальность. И в этой реальности ты - Хатри. Поздравляю. Как теперь жить будем?"
Диалог с самой собой утешения не принес и нужно было что-то делать, иначе так и правда можно снова помереть. Даже если это сон, такой реалистичный сон, что будет если она умрет тут?
Так, стоп. Там ведь был трактир, правда? Он не выглядел заброшенным. Нужно было встать и идти...
Несс вдруг обнаружила, что сквозь грубую ткань рубахи, растекаясь по боку влажным, алым пятном, которое становилось все больше с каждым ее шагом, сочится кровь. Наверное, напряжение последних минут еще больше разбередило рану, возобновив кровотечение. Голова закружилась сильнее, в ушах послышался нарастающий звон и темные пятна поплыли перед глазами.
"Нет, нельзя терять сознание... Не сейчас, иначе упаду и..."
Она упрямо двигалась вперед, почти не видя дороги, руководствуясь лишь инстинктом и тёплым светом, что горел в окнах придорожного трактира, что маячил впереди, размытый предрассветной дымкой. Несс никогда толком не бывала в трактирах - зачем? В их деревушке такого не было и только когда тетка Марта выезжала в ближайший город на рынок и брала ее с собой в качестве девочки на побегушках - тогда они, бывало, заходили в местную едальню к какому-то теткиному знакомому по делам. И вот сейчас, эти воспоминания всплыли надеждой - свет, еда, люди, а значит - помощь. Спасение!
Двери распахнулись перед ней, впустив волну теплого воздуха вперемешку с пивным духом. Обессилев, она пошатнулась на пороге, ослепленная теплым светом, и рухнула на колени, едва успев схватиться за косяк. На мгновение в трактире воцарилась тишина, разговоры замерли... Все обернулись на нового гостя.
А потом тишину разорвал хриплый, смутно узнаваемый голос из угла:
- Ого, поглядите-ка! Я уж надеялся, вороны скотину доклевали, ан нет!
Избитый мужчина, застрявший у порога, приподнял голову. Взгляд, затуманенный болью и страхом, скользнул по лицам: мрачно усмехающийся Грим, расплывающийся в улыбке Яшка, следом еще пару знакомых рож - тех, что были там, у костра на поляне... Те глядели на него с хищным любопытством и мозг, отказывающийся верить в такое невезение, на секунду включился, попытавшись обработать ситуацию.
"Они... они здесь... Почему они здесь? Кто... они? Я их что, знаю?"
Несс помнила их обрывками, с момента ее злосчастной встречи с разбойниками, ее память будто стерла половину произошедшего. Но почему тогда эти рожи кажутся смутно знакомыми? То ли потому, что она видела их вчера у того же самого костра в окружении Хатри, то ли потому, что это были отзвуки его памяти?...
- Очухался, гад ползучий? - Яшка медленно поднялся, опираясь на стол. - Ребра целы? Не добили мы тебя видать, пожалели...
Он лениво шагнул к разбойнику, за ним тут же потянулись и остальные.
Несс попыталась отползти, но тело не слушалось. Она прижалась спиной к дверному косяку, пытаясь что-то сказать, объяснить, попросить о помощи, но из горла вырвался лишь сиплый звук, абсолютно чуждый ее слуху. Голос Хатри.
- Пж... помогите... - жалко просипела она. "Помогите... Кому именно? Мне? Ему? Нам?" - с ехидцей прошипел ее собственный внутренний голос.
Яшка фыркнул.
- Помочь? Мы тебе сейчас так поможем, что твои кости по всей Махтирии искать будут.
Он остановился в двух шагах, глядя на Несс сверху вниз. Глаза его блестели от предвкушения забавы.
Несс отчаянно метнула взгляд по сторонам, ища спасения, но встречала лишь равнодушные или злорадные лица. Никто не вступится за Хатри. Никто.
Яшка склонился, дыхнув прямо в лицо перегаром и злобой.
- Ну что, змеюка? Где наши колечки, золотишко? А, уже у нас же. Запамятовал, не серчай! Или ты еще чего припрятал, вернуть хочешь?
Все эти вещи Грим и его подельники забрали сразу же, но они видели, что Хатри сам не свой, и им будто хотелось еще разок поиздеваться над ним. Рука Яшки потянулась к вороту рубахи, но в тот же миг сознание померкло от чьего-то удара сапогом прямо в рану. Темнота уносила прочь и ужас, и боль, оставив Несс напоследок лишь радостный хохот над головой.