...Они плакали и кричали, тыча друг в друга пальцами: "Это ты придумала!" "Нет, это ты!" Потом упали в объятья друг дружке и разрыдались совершенно. --
Ну и что это такое?
--
Ничего.
--
Нет, ну посмотри, повтор на повторе: "друг друга", плачут они то так, то рыдают...
--
Ну и что?
--
Как это - что?
--
Ну... ты сама просила.
--
Я?!...
--
Ты ещё первую половину не прочитала.
Тишина. Сосредоточенное сопение.
Ёжики плакали и кололись, но упорно продолжали есть кактус... --
И?
--
Вот.
--
Я ничего не понимаю. Это всё?
--
Ну да.
--
Но как же...
Молчание. Тихое шмыганье.
--
Ты очень красивая.
--
й?..
--
Я, когда увидел тебя там, под столетним дубом, я думал, что не смогу больше дышать, у меня так перехватило дыхание, представляешь, когда я увидел тебя, я понял, что вот сейчас ты уйдёшь с поляны, и я умру, понимаешь, я просто не успею понять, не смогу понять, как можно жить - и не видеть тебя, не увидеть тебя ещё раз, ты понимаешь, я не умею же говорить, я совсем не такой, как вы, я думал, что я могу - но я не успел научиться хорошо писать, а говорить я не умею, я что-то такое... я не знаю, когда я говорю, я сбиваюсь... видишь, я сбиваюсь и говорю не то, и мне стыдно, что всё не так, что я не такой, я не умею, и вот...
--
Но как же...
Всхлип. Другой. Ну вот, уже плачет.
--
Вот видишь, я говорил, я не умею говорить, я...
--
Но почему, (всхлип) почему ты не написал этого? (приглушённое рыдание)
--
Я не знаю... Я не умею ни писать, ни говорить, я вообще ничего... Я только вспомнил... одну шутку, и хотел... а вторую... я придумал сам, я никогда ничего - и вдруг - я сам придумал...
--
Но... я думала, ты напишешь мне... что-то для меня... (громкий плач)
--
Я и писал для тебя... ведь, я думал, что... ты просишь - что я что-то сумею, и я... я так хотел... Не плачь, пожалуйста... Не плачь...
Всхлипываний уже не слышно. Шорох. Покашливание.
--
Я... придумал ещё...
И - взрыв смеха. Отчаянный, самозабвенный, чуть нервный. Хохочут два голоса: звонкий, мелодичный женский и охрипший, словно пропитой, мужской. Никак не могут отсмеяться, не успокаиваются.
--
И... и что же?
--
Имя. Я придумал тебе имя.
Смех словно срезает косой.
--
Тинувиэль. Я буду звать тебя: мой Соловей.
--
(очень тихо) Берен...
Долгая, долгая тишина. Кажется, они целуются.
--
(задорный шёпот) А знаешь, Берен, я тоже знаю одну шутку про ёжиков...