Аннотация: В другие миры попадают по-разному. Туда может отвезти лифт после долгого невезучего дня. И там ты найдешь все,что захочешь. И всех, кого тебе недоставало, даже если ты об этом и не подозреваешь.
Глава 1. Когда везти не может
Лифты в их доме застревали не часто. Но Дарья лифтами не пользовалась из принципа. Принцип был - не читать идиотских надписей, которые потом вертятся в голове, как тупые слова очередной песенки про глазки-бровки-ручки. С тех пор, как в доме завелся стихоплет, лифт был стабильно размалеван "рекламой" типа "Не хочешь жить - пойди и скинься с крыши. Проверишь сам, вдруг правда есть повыше?" И это еще было вполне безобидным. Одно время Дарье даже нравились надписи, но постепенно они делались все злее. Однажды, очень вовремя, после разноса полученного "на ковре" у Дилыча - Крокодилыча для всего коллектива СтарСвязи - лифтовый рифмач посоветовал ей: "Котят подбирай и корми голубей, но хама-начальника кеглей убей". А ей и без того хотелось кого-нибудь прикончить, и лучше не кеглей, а расстрелять в упор. Потом воскресить и еще раз расстрелять... Очередной клиент остался в очередной раз недоволен качеством техподдержки; несмотря на то, что телефонные разговоры записывались, нахамил Дарье и бросил трубку. А потом достал откуда-то телефон Крокодилыча, в миру Самсона Диловича Цупко, и нажаловался. На себя, на свою тупость надо было жаловаться!
Лифт, которым Дарья не пользовалась, словно ждал ее возвращения с работы - стоял с открытыми дверями, хотя вроде бы такого не должно быть. Девушка притормозила; стоило остановиться, как усталость после дня работы легла на ее плечи стальными латами, заставила ощутить подкатывающую к горлу истерику. Надо было как можно скорее попасть домой, закрыть за собой дверь и, наконец, прореветься. Топать девять этажей вверх не осталось сил. Дарья шагнула в лифт. Нажала чистенькую, видимо, только что замененную кнопку с цифрой "9". Двери закрылись, лифт едва заметно качнулся и пополз вверх. Это скорее было похоже на то, как если бы Дарью взял в ладонь великан и начал поднимать на высоту своего роста. Ощутить хотя бы чуть-чуть благодарности от такой деликатности механизма мешали мысли.
Сегодня с утра Дарью поймала непруха. Или это она поймала Дарью. На выходе из дома ее тормознули иеговисты, на редкость нагло впаривавшие своего бога. Отбиваясь от них, потеряла время и не успела на свой автобус. Влетела в офис через три минуты после начала рабдня и почти врезалась в "любимого" начальника, Дилыча. И он даже ничего не сказал, только посмотрел эдак. А потом позвонил, не дал допить чай: "Как освободитесь, зайдите ко мне". Сердце ёкнуло, душа скукожилась до размеров пресловутого макового зерна... И в таком состоянии пришлось работать.
Через час она не выдержала и зашла к Дилычу. Через десять минут вырвалась оттуда, как из плена. Реальность оказалась еще страшнее: Крокодилыч не вопил, только мягко намекнул: "Ну что же вы, душенька..." - а потом встал со своего места и подошел вплотную. "Милая кофточка, - толстый, неприятного вида палец-колбаска тронул похожую на брошь пуговицу, вторая рука тем временем легла на талию. - Не хотите сегодня задержаться после работы?"
Дарья не хотела, но прямо послать начальника в террариум, где ему самое место, не отважилась. Просто отстранилась и вышла, не удержавшись и припечатав дверью.
Полдня думала: "Уволюсь". Вторую половину ловила взгляды коллег. Бабский коллектив все про всех знает, даже то, чего никогда не было. Лариса Сергеевна, которая гордилась количеством своих побед на личном фронте и то и дело демонстрировала подарки от поклонников, уж точно поняла все в меру своего зацикленного на мужиках ума. А Дарье даром не сдались никакие мужики, и точка. Почему финансово независимая девушка обязательно должна повесить себе на шею "добытчика, помощника"? "Где будет моя финансовая свобода завтра?" - мрачно подумала Дарья и с ужасом вспомнила: завтра снова идти на работу. Дилыч не отличался особой любвеобильностью, но настойчивостью - да. Он или получал свое, или...
Лифт дернулся и встал.
Дарья не сразу поверила, что это случилось с ней. Именно сегодня. Сейчас, когда она больше всего на свете нуждалась в покое. Что непруха настигла ее финальным ударом поддых. Девушка вдавила до упора кнопку вызова диспетчера. Тишина. Она саданула по ней кулаком, уже не сдерживаясь. Нет ответа.
- Да чтоб вас всех! - Дарья лягнула стенку лифта, ощутила облегчение и уже изо всей силы саданула по стене ногой, обутой в удобную спортивную туфлю.
И тут же наткнулась взглядом на творение стихогада: "Когда припрет - ори и бей копытом - быть колотящим лучше, чем побитым".
Девушка сдержалась и не пнула надпись... но через минуту увидела другую, почему-то до этого момента не замеченную: "Судьба скривила рожу, сказала: "Баста! Хватит!". Когда везти не может - возьмет да и покатит". И, наконец, не выдержала.
Собственный вопль оглушил Дарью, но зато выкрикнутое в тишину "Йа-а-а-а-а-а-а-а-аш!!", недолгое лишь потому, что на большее не хватило дыхание, помогло лучше пинка стенам. Реветь уже не хотелось, хотелось бороться с несправедливостью. А как с ней бороться, где инструкция по борьбе?
В лифте была только инструкция по пользованию лифтом, в частности - пункт тринадцать - "Как вызвать диспетчера". Описан был это способ странно - словно вышел из-под пера автора любовных романов: "Плавно и нежно, одним кончиком пальца, нажмите на кнопку. Подождите ответа в тишине, постарайтесь не торопиться и не торопить. Слушайте свое дыхание. Деликатно отпустите кнопку через шесть секунд. Повторите, если нет результата".
Дарья перечитала пару раз, почти совсем успокоившись, и сделала, как велено. Плавно и нежно. Подержала, послушала свое дыхание, отпустила.
Результата, как и обещал тринадцатый пункт, не было.
- Ну ладно, - сказала она. - Так просто я не сдамся.
От второго нажатия палец слегка кольнуло - словно слабым разрядом тока.
- Да? - сказал мягкий голос из решетчатого динамика в панели с кнопками.
Дарья вздрогнула. Она не ждала ответа так быстро и не сразу собралась со словами:
- Слушайте... я тут застряла! Дом пять по улице Фестивальной! Лифт в первом подъезде!
- Это точно Фестивальная, а не Турнирная? - спросил собеседник. Странный вопрос, в городе, кажется, не было улицы с таким названием. И странный голос - не понять, мужской или женский. Но спорить узница лифта не стала.
- Точно! Вы меня вытащите отсюда?
- Вытащу, конечно, - уверил собеседник. - Только куда?
- Как это куда? - опешила Дарья. - Наружу! Домой!
- "Домой" и "наружу" - разные места, госпожа.
Госпожа? Дарья слегка удивилась. От местных и неместных операторов казенных служб и "сударыни" не дождешься, а тут - целая госпожа.
- Подумайте, - попросил голос, - и скажите точнее. Могут быть варианты.
- Да какие к бесам варианты?? - возмутилась девушка. - Я ехала домой и застряла в лифте. Хочу выбраться отсюда.
- К бесам? - уточнил собеседник. И, кажется, серьезно. Дарья опять начала закипать.
- Да хоть к ним, хоть к Иегове... - некстати вспомнились утренние доставучие фанатики.
- А кто вас интересует больше?
Девушка шумно вздохнула. Он что, издевается?
- Не кто, а что. Справедливость меня интересует. Все проблемы не должны валиться на одного человека! И если валятся, и если это работа бесов - я бы с радостью им рыла начистила. А если бога - то и ему... - Дарья подумала и закончила: - нимб порвала бы.
- А поговорить? - в голосе явно была улыбка, но едва заметная и не оскорбительная.
- Можно и поговорить, - согласилась Дарья. - Вы главное меня вытащите, а там и разговаривать можно. Хоть с богом, хоть с бесами.
- Принято, - ответил голос. Строже, суше, тише, словно собеседник получил все, что хотел, и удалялся.
Дарья испугалась.
- Эй! Стойте! - крикнула она. - А я?
В ответ лифт снова мягко тронулся - не вверх, а вниз. Но разницы не было - раз едет, значит куда-то да приедет, двери откроются... И больше ни-ког-да Дарья не сядет в эту адову коробку.
Взгляд упал на очередную надпись - на раздвижных дверях, в самом низу: "Можно быть богачом в Монако и принцем Польши. Много ты пожелал, однако, а вдруг дадут больше?"
- Да не надо мне никакого "больше", - проворчала Дарья. - Дайте мне мое - и все.
Лифт замер, двери открылись. Внутрь хлынул поток света, слишком яркого для подъезда. Девушка зажмурилась, но в спину подтолкнул страх, что двери снова закроются и она окажется там же, где была полчаса назад. Дарья шагнула вперед, не открывая глаз. Свет окутал ее, словно принял в объятия, а потом схлынул. Девушка разожмурилась.
Она стояла на краю дороги - не асфальтовой, не грунтовой, а выложенной квадратными каменными плитками... или брусками. С другой стороны дороги тянулась зелень полей с темной оторочкой леса ближе к горизонту. Справа... Дарья поморгала, не веря своим глазам. Стена. Высоченная. Две башни. А, нет, не две. Девушка повела взглядом дальше - почему-то стена словно появлялась из тумана, когда на нее смотришь - и насчитала шесть башен, а потом испугалась и перевела взгляд поближе. На ворота. Здоровенные. Деревянные. Распахнутые настежь, но перед воротами все равно толпа - кажется, не всех пропускают. "Всеми" а точнее, "всем" были какие-то странные... экипажи.
- Па-а-астарани-и-ись! - завопил кто-то едва не над самым ухом и Дарья отшатнулась.
Мимо на приличной скорости проехал один из "экипажей" - что-то вроде длинной телеги с тентом, но вместо лошади странная конструкция из металла - рычаги, колеса, ремни, большой бак, от которого на Дарью пыхнуло жаром. Больше ничего она рассмотреть не успела, телега пронеслась мимо, возница - в рубашке навыпуск, безрукавке с бисером и штанах в полосочку оглянулся на девушку, но ничего не сказал.
Дарья проводила "экипаж" взглядом до самых ворот. А там что-то звенело. Алебарды. Стражники.
- Да куда я попала? - возмутилась шепотом Дарья - голос почему-то подвел.
- Туда, куда хотела, - ответил голос из-за левого плеча.
Девушка обернулась.