Мы - лабиринты
Un.
- Если бы мне сказали, что я потащусь на самое скучное мероприятие мира, - парень провел рукой по очень коротко стриженной голове. - Я бы запихнул этого парнишу в дурку.
Девушка рядом засмеялась, снова пытаясь слушать молодых ребят, которые, кажется, первый раз выступали перед публикой, потому что нещадно лажали. Остальному народу, рассевшемуся по немногочисленным трибунам в виде лестницы и газону, видимо было абсолютно все равно, что и кто играет с импровизированной сцены. Молодежь подпевала не в такт, если такт там вообще был, взрослые просто нежились в вечерней прохладе после жаркого дня, а другие, как и эти двое, перебрасывались фразами, словно играя в бадминтон.
- Еще какое-то время назад, ты бы запихнул в дурку каждого, кто сказал бы, что ты будешь со мной, - Вайнона с усмешкой повернулась к нему, крепче сжимая ладонь. - Так что знаешь, не зарекайся.
- Но здесь же стухнуть можно, - он толкнул велосипед какого-то парнишки, стоящий впереди него.
- Ной, не ной! - девушка рассмеялась так громко, что неумелый вокалист потерялся в словах и не попал в ноты.
- Неужели! Если бы он выл еще пару минут, - он снова пнул велосипед. - В моей голове очнулся бы спящий вулкан Лонг-Велли.
- Нужно было взять с собой Элвиса, он тебя успокаивает.
- Меня успокаивает стаканчик брэнди в местном пабе, - он притянул ее к себе, Вайнона только и успела, что уткнуться ему в шею. В жару это не самое верное решение, но сейчас солнце медленными шагами опускалось за туманный горизонт, а ветер вышел на прогулку.
- А вообще-то знаешь, Элвис был бы сейчас как раз кстати. Кому, как не Элвису, удастся растрясти эту провальную затею с уличным музыкальным баттлом? У него имечко слишком говорящее.
Он кивнул на поющих среднего возраста мужчин. Эти были, кстати, не дурны. Но остановить взыгравший адреналин в крови Ноя было под силу лишь одному человеку, а его здесь не было.
- Мне позвонить ему? Или может твоему...
- Только Элвису, - сразу же перебил Ной, наблюдая, как его девушка быстро нажимает на кнопки.
- Я узнаю ту Вайнону, которая голой станцевала на крыше машины только потому, что стоять в пробке было слишком скучно, - парень хрустнул пальцами, оглядывая людей.
- Если не заткнешься, я не покажу тебе кое-что... Алло, это ты? Давай к нам, есть идейка. Да, тебе понравится. Да, на сегодня я с вами. Господи, да, Элвис, я вернулась!
Она резко отключилась, закатывая глаза. Порой этот парень был так забавен и раздражителен одновременно, но это лишь потому, что он всегда оставался собой. Никто не понимал, как ему это удается, а он никогда не понимал, о чем все спрашивают.
- Ты не ослышался, хватит так на меня смотреть, - Вайнона откинулась на траву, как только бабуля с бледно-фиолетовыми волосами, сидящая позади, направилась к вагончику с газировкой.
- То есть сегодня ты не будешь орать, что все может плохо закончиться?
- Я беру выходной.
Девушка, не замечая, как Ной довольно улыбается, вертя между пальцами травинку, разглядывала апельсиновое небо, как будто раньше не замечала, что небо вообще существует. Да что говорить, раньше она вообще ни о чем не думала. Но однажды, так всегда бывает, что-то неожиданно трескается, план рушится и все, буквально все, идет наперекосяк. И эти сломанные карточные постройки, которые казались такими прочными, остаются на твоей совести. Со всеми расплавившимися фишками и не сыгранными ставками. И что оказалось еще более удивительным, совесть нельзя очистить каким-нибудь пятновыводителем, хлорка не берет твои страхи, а гнилые мыслишки не разъедает химией для жирных поверхностей, которую можно купить в любом хозяйственной отделе.
Вайнона даже не заметила, как Ной стянул свою черную майку и протянул ей:
- Не потеряй, она моя любимая, - он подмигнул ей, быстро целуя в голую коленку, хотя уже следил за кем-то, кто шел к ним. Девушка приподнялась, засовывая конец майки в задний карман шорт так, что она висела, словно эти платки у гангстеров. Она помахала Элвису в ответ, щурясь от последнего рьяного луча, который видимо ужасно не хотел прятаться и старался пожить хоть еще немного. Этому у него нужно поучиться.
Ной в очередной раз пихнул велосипед, и теперь уже несчастный полетел, прочесывая газон. Хозяин вещи подскочил, но на резкое "чего?!" Ноя ничего ответить не смог. Не сговариваясь, троица шла к сцене твердыми шагами, переступая ноги, сумки (а они порой летели в разные стороны: парни разгорячились/ вошли в раж/ разучились останавливаться в своих сумасшедших порывах), и выглядели они как банда, им не хватало лишь бит.
Deux.
"Почему я люблю утренний Париж, так это потому, что он дышит свежестью, а горячий стаканчик с кофе греет руку" - спасибо, ваш твит отправлен!
Парень задумчиво смотрел в экран, идя по городу. Как он и говорил, тот дышал прохладой. Погода тут была переменчива, как вай-фай в плохом районе, и если еще вчера могло палить солнце, сегодня дождь мог пожелать стать твоим лучшим другом. Тебе ему не помешать, ты ведь знаешь? Твои молитвы дождю до фени, он просто очень дружественная особа. Парень накинул капюшон толстовки на коротко стриженную голову и нажал "удалить твит". Что за глупая чушь лезла ему в голову, он и сам понять не мог. Вся эта любовная шелупонь, которой упиваются влюбленные мальчики-подростки, была не для него. Где-то внутри, куда он совсем не желал заглядывать, пожалуй, всему этому было отведено теплое местечко, но смотря трезвым взглядом, он понимал, насколько это откровенно глупо смотрится, когда он пишет такую сладкую ерунду. Парни, как он, не должны писать такие штуки, они даже думать не должны. Так он считал, приводя в уме все за и против, шагая в такт каждому пункту. На что брызги от луж сердились, разлетаясь в стороны.
Университет встретил его сонными студентами, разбредающимися по аудиториям. Все говорят, что универ сильно отличается от старшей школы, но когда внутри тебя ничего не меняется при их смене, то это все одно и то же. Парень пробирался к нужному кабинету, подумывая, что может быть стоило разбудить зануду, спящего в соседней комнате, но раз они не разговаривают, то пускай учится заводить будильник.
- Булочку ты мне опять не принес, так? - Вайнона оказалась перед ним, вжимаясь в его толстовку.
- Я брал с малиновым сиропом.
- Твои любимые?
- Не удержался. Ты ведь знаешь, голод моя самая слабая черта, - он привалился к стене, окидывая ее взглядом. Ее счастливый красный топ выглядывал из-под широкого свитера.
- Ты все еще носишь его?
Он делал вид, что разглядывает ноги проходящих мимо девушек, хотя искоса следил, как Вайнона рассеянно крутила фенечку на левом запястье.
- А я разве переставала? - ее голос казался тихим, но она тут же встрепенулась. - Ты слышал, что Элвис вытворил на фестивале?
- Сложно было не услышать, когда вы пьяные приперлись под мои окна и орали.
- Мы думали, ты сказал "на бис", - она почти рассмеялась, смотря, как он вспоминает их песни среди ночи и как в многоэтажке напротив поочередно появлялись желтые квадратики окон.
- Я сказал "заткнитесь", - он был не слишком выше нее, но все еще мог закинуть руку на шею и притянуть к себе, заставляя идти рядом.
- Ты был совсем не рад, что мы победили, - Вайнона толкнула его, заглядывая в аудиторию.
- А побег от полиции - это, я так понимаю, приз?
- Победа требует жертв, - девушка рассмеялась, и их тихий смех натыкался на стены коридора, падая на пол.
- А почему копы на вас взъелись? - он успел схватить ее за край свитера, когда она почти скрылась за дверью.
- Маленькие тайны - это большое спасение.
За ней захлопнулась дверь, а парень медленно брел по опустевшим коридорам. На лекции теперь совсем не хотелось, а в голове крутились тысячи воспоминаний, которые уже становились черно-белыми.
И его тихий голос плавно, словно бумажный кораблик по мелкому ручью, проскользил, выскальзывая в открытые окна:
- Ничто не стоит жертв. Разве ты не поняла?
Trois.
Ранним утром, когда еще даже консьержка глаза не продрала, чтобы покричать по поводу "чего вы тут шастаете?!" и бросать вдогонку "животных с улицы мне еще сюда притащите, ишь какие!", раздался настойчивый стук в дверь квартиры номер 26/4 по лестничному пролету слева.
- Ну продирайте же глаза, - Вайнона снова забарабанила в дверь, буркнув себе под нос. - Когда вы уже звонок почините, бездельники?
- Если у Вас там не новость о том, что Гималаи пропали с лица земли, клянусь богом, - послышался сонный голос и дверь, с поворотом ключа, распахнулась. - Вы об этом пожалеете...
- Даже если на мне мокрая майка и пижамные шорты?
Ной застыл, потому что ее одежда действительно была покрыта мокрыми пятнами, а ноги босые.
- Ты как прошла мимо этой "осторожно, злая собака"? Ее что, все-таки посадили на цепь?
- Телевизор орал так, что даже если в городе бомбанёт, она и ухом не поведет, - девушка протиснулась мимо него, закрывая за собой дверь и прижимаясь к нему. - Могу я одолжить твою футболку?
- Футболку нет, - они стояли в темноте коридора, тихо перешептываясь. Ной уткнулся в ее волосы, выдыхая. - Но все мои майки к твоим услугам.
Она молчала, собираясь с духом, чтобы так ничего и не сказать. Как бы ей ни хотелось пожаловаться ему, оно того не стоило. В очередной раз порывистого Ноя не стоит заставлять дергаться, он ведь совсем не умеет останавливаться.
- Снова через окно? - скорее утверждая, чем спрашивая, произнес парень, а Вайнона поблагодарила высшие силы двенадцать раз за то, что в комнате темно.
- Ну, надо сказать спасибо, что там хотя бы пожарная лестница есть и мне не приходится прыгать, - она выводила какие-то закорючки пальцами по его голой спине, стараясь дышать ровнее.
- Надо сказать спасибо, что в прошлый раз меня отговорили набить этому козлу морду, - слова вылетали, словно дротики, попадая прямо в центр мишени.
- Меня после этого выперли бы, даже не подумав отдать вещи, и я бы жила где-нибудь около супермаркета в коробке из-под стиральной машины.
- Ну, как отговорили? Связали, - как будто не слыша ее, продолжал он.
- Зато никто не пострадал, - Вайнона наконец оторвала щеку от его плеча.
- А ты? Ты страдаешь каждый раз, когда этот ублюдок напивается.
- Я всегда успеваю убежать.
Он схватил ее за майку:
- В этот раз дело было в ванной?
Ной прикрыл глаза, упираясь кулаком в стену. Все мышцы были напряжены, словно он был готов снести пол мира.
- Чертов душ упал, брызгая во все стороны, когда я выскакивала.
Вайнона знала, что сейчас нужно делать, чтобы успокоить его. Но она не могла. Не после того, как отчим снова ее чуть не избил. Или чуть не изнасиловал. Кто знает, что у него в голове на этот раз. Был и другой вариант, но этот вариант спокойненько спал в своей кровати и ничем не мог помочь.
- Ной, это все сущая ерунда, послушай, - но он явно не желал слушать. Кулак врезался в стену, а парень зажмурился, не видя, как подскочила девушка. Правда была в том, что дело было не в физической боли, от нее он уже давно научился принимать приветы.
- Иди на кухню. Живо.
Если бы все они знали, каких усилий стоило Ною вот так просто опустить руки. Но жизнь постепенно учит тому, что порой ты не можешь делать все, что тебе захочется. Это может кому-то навредить или причинить неудобства. Ты можешь сломать чью-то семью, жизнь, еще что-то хрупкое. Но он раздражался еще больше от того, что не может никак помочь человеку, ставшему таким близким ему, он готов был волосы на себе рвать. Ной думал о том, почему такие вопросы нельзя решить просто подбросив монетку. Он прислонился спиной к холодной стене коридора, прижимая сжатый кулак к груди и разминая пальцы. Никто, ни один человек не слушал бы никакие аргументы, если друг в беде. В реальной беде, в самой настоящей заднице. Тогда почему ей каждый раз удается заставить его остановиться? Разве может он сделать хуже, чем уже есть?
Всё это не на долго. Он поклялся себе, что это ненадолго. В конце концов, кто-то должен решать проблемы, когда люди сами не справляются. Пускай после этого "спасенные" будут орать и проклинать тебя за всё, что ты сделал, но ты будешь спокоен, что теперь они в порядке.
Стуки не были привычным делом в их семье, поэтому Ной по-свойски распахнул дверь в комнату, собираясь забрать нужные вещи или, по крайней мере, натянуть джинсы. "Прямо картина маслом" - пронеслось у него в голове, при виде практически копии себя с двумя девушками в постели.
- Это ещё что за нахер? - дверь ударилась о стену.
- И тебе доброго утра, братец, - парень ухмыльнулся, наблюдая, как девушки пытаются прикрыться. - Да ладно вам, вы только что обжимались в постели с точно таким же, не робейте.
- Не робейте, - утрировано передразнил Ной, проходя к шкафу. Его каждый раз дико выводило из себя, когда брат употреблял словечки из книжек. И каждый раз звучал один и тот же разговор:
"- Так никто не говорит, кончай с этим! - раздраженно бросал Ной.
- Да ни в жисть, - смеялся тот в ответ, смотря, как брата просто перекашивает."
Вайнона сидела на столешнице кухонного гарнитура, рассматривая записки на стареньком холодильнике, когда Ной прикрыл за собой дверь, приглушая звуки женского смеха и шуршания постельного белья.
- Наш Мистер Нахер опять бунтует против утверждения "ночь для сна"?
- Да он походу вообще не знает, что такое сон, - парень бросает ей майку.
- Вы все еще не разговариваете? - стягивая свою футболку, она успевает показать средний палец какому-то зеваке в окне дома напротив. Занавески в этой квартире не любят, как ей было сказано.
- Нет, - Ной рылся в холодильнике, поглядывая на нее. Он не знал, чем это называется, но ему все еще доставляло удовольствие смотреть на неё: в любом виде, - хотя времени прошло уже много, ему казалось, что он чувствует все так же, как в самом начале.
- Как дети, честное слово. Я уже говорила, но, - с паузами начала она, вертя его майку в руках и пытаясь определить лицевую сторону, но подошедший Ной прервал ее.
- Может, ну их, эти майки, а?
Quatre.
- Официант!
- Дорогой официант! - поддакнул Элвис, разваливаясь на стуле еще сильнее.
- Вы что устроили? - Вайнона вытирала руки о фартук, шикая на троицу за столом. - Ной, это что - сигарета?
- Ну, с виду да, но тебе стоит попробовать, - он затянулся под ее хмурым взглядом. Мистер Нахер рассматривал потолок, вытянув ноги в проход, а Элвис посмеивался, глядя на парочку.
- Затуши ее. Отдай сюда! Я сказала, хватит. Господи, тебя что уже вставило? - девушка затушила сигарету, поглядывая на прилавок, не заметил ли кто. - Ты что, не мог его остановить?
Мистер Нахер безразлично пожал плечами. Это прозвище накрепко к нему прилипло после того, как каждая его выходка непременно вызывала один и тот же вопрос "Что за нахер?".
- Кажется кто-то не в духе, - протянул Элвис, кивая на Вайнону, сносящую все на своем пути.
- Принеси мне киви! - спохватившись заорал Мистер Н. - У вас ведь есть киви?!
- Ну а как может не быть киви, - буркнул Ной, втихоря поднимая раздавленную сигарету и вертя ее в руках.
- Если нет, я тогда пошел в другое кафе! - продолжал тот. На него уже все посетители оборачивались.
- Прекращай выть.
- Мне сейчас послышалось? - он глянул на Элвиса.
- И долго вы собираетесь друг друга не замечать?
- А ты что ли еще один Обама? В два враждующих государства не лезь, - Ной высматривал свою девушку, которая должна была принести им еду. Хорошо было иметь своего человека в кафе, тебе всегда что-нибудь перепадает.
- Это хороший совет, Эл.
- Если темнокожий, сразу Обама, - закатил тот глаза. - А когда я вписываюсь за вас в какой-нибудь передряге, вы что-то не кричите, что я должен защищать права людей, которых мы...
- Взял свои слова назад, - Ной поднял руки, сдавая "оружие".
- Вот и ладненько, - он оперся о стол, собираясь так или иначе сдвинуть их "дело" с мертвой точки. Один семестр юридического факультета не должен был пропасть даром, даже если он его бросил. Ной сидел рядом с ним, Мистер Нахер напротив брата. - Так когда?
Оба молчали, один ковырял пальцем стол, другой делал вид, что не поглядывает, как Вайнона обслуживает столики.
- Что когда?
- Когда вы решите, что уже хватит этой нелепой молчанки и снова станете теми братьями, дружбе которых все по-тихому завидовали?
- Еще скажи, что нас сглазили, - фыркнул Мистер Н.
Все снова замолчали.
- Я надеюсь, этот ток между вами, потому что вы оба сейчас думаете над своим поведением. Да, Ной?
Тот пытался подкурить размятую сигарету.
- Почему все считают своим долгом поучать меня?! Ты вообще на чьей стороне?
- Я на стороне Вайноны, которая считает, что вы два придурка.
Нахер упорно разглядывал всё вокруг, только не друзей.
- И хватит пялиться на нее, - не обращая внимания на настойчивый взгляд Элвиса, бросил Ной.
- А то что? Она и мой друг тоже.
- Вы еще из-за Вай поссорьтесь, - парень опустил голову на руки.
- Ну да, конечно. Другие же друзья тебя не понимают, - осклабился Ной.
- Да потому что эти друзья только себя слышат! - и каждый из них под друзьями подразумевал Ноя.
- Не моя вина, что ты ведешь себя, как мамочка! Но я не такой, я не буду подтирать тебе сопельки, - выплюнул Ной.
- Вот. Просто. Заткнись. Иначе я тебе челюсть сломаю.
- Конечно, сломаешь, - парень встал, нависая над другим. - А потом будешь с ложечки кормить. Да, мамуля?
Элвис не отрывал головы от стола, прекрасно зная, что любые слова бесполезны. Не зря он бросил юрфак, точно не зря.
Поднос с едой ударился о стол. Ной быстрым движением руки Вайноны снова сидел на стуле, сжатый кулак Нахера лежал на столе, только чудом не оказавшись у цели.
- Ты помнишь, что это? - Вайнона схватила его правую руку, указывая на тату, разросшуюся посередине между локтем и запястьем.
- Дерево, - он сжимал и разжимал пальцы, не смотря на нее.
- Дерево чего? - она повернула его голову к себе, шикнув на Ноя, чтобы тот утихомирился. - Вспомни, ладно? Прямо сейчас.
С минуту они смотрели друг другу в глаза, потом девушка оторвалась, наклоняясь к уху своего парня, чтобы сказать что-то, и начала расставлять тарелки перед ними.
- Вот твое киви. Сам справишься?
Нахер улыбнулся, разрезая его пополам. Он отходил быстро, хотя слова брата еще долго будут крутиться в голове. Он будет думать об этом, придя домой, готовя чай, будет вспоминать, когда услышит, как тот придет домой, когда польется вода в душе. Но он будет молчать. Снова и снова. Как всегда.
Ной приложился к стакану с соком, точно как и брат прокручивая все брошенные фразы.
- Ему можно что угодно принести, он все сожрет, - засмеялся Элвис, накидываясь на шарлотку. Забавно, что от него всегда пахло яблоками, хотя сами яблоки он на дух не переносил.
Ной поперхнулся от смеха, но удержаться у него не получилось, и он забрызгал всех соком, смеясь. Брат приложил половинку киви к губам, собираясь, как и всегда, выгрызть мякоть: он ненавидел чистить фрукты.
- Ты что делаешь? - Вайнона вытиралась фартуком, посмеиваясь, смотря на парня с киви. - Такое чувство, что ты его сейчас целиком проглотишь.
- А я тут специально делаю все, чтобы ты попросила у меня майку, - протянул Ной, притягивая ее к себе.
- Такое чувство, что меня не существует... - Элвис активно жевал.
Вайнона обняла Ноя за шею, чувствуя, как он уткнулся лицом ей в живот. Она видела в его взгляде так много, там бушевало столько эмоций и жизни, что было невозможно устоять. Иногда он говорил такие нелепости, очень часто был не прав, но он мог горы свернуть, держа ее за руку. Он давал ей ту уверенность, которой в ней недоставало с последних лет старшей школы.
- Мне нужно сдать смену, я быстро, - Вай провела рукой по его голове.
- А мофно мфне ефё вафель?
- Господи, что за..
- Нахер? - одновременно выпалили Ной с Элвисом и тут же дали друг другу пять.
- Именно.
Вайнона прикрыла рот рукой, пытаясь сдержать улыбку, которая сама появлялась на лице. Мистер Н. сидел с половинкой киви во рту, улыбаясь, как придурок. Парни смеялись, как сумасшедшие, от чего сок из стаканов плескался на стол.
- Совсем обдолбались тут, - снимая фартук, она шла к стойке. - Я же затушила чертов косяк.
cinq.
===============================================
- Элвис? Ты чего трезвонишь в такую рань? - Минах (авось Мистер Нахер, поди разбери этих парней, кто есть кто) снова упал на подушку.
- Объяснять не время, дело жизни и смерти. Натягивай свою майку...
- Все в стирке, - пробурчал тот в простыню.
- Значит возьми у Ноя, мне тебя что, учить нужно?
- В шесть утра никому не позволено меня учить, только барышням, которые рядом сопят.
- Короче, адрес вышлю эсэмэской, дуй сюда. Хочешь, гони на велосипеде, хочешь, угони тачку - мне все равно, но ничего про неработающее метро я слышать не желаю.
- Когда-нибудь я обстригу все твои пышные волнистые патлы, - слушая гудки в трубке, пообещал Минах. Девушка рядом заворочалась, спрашивая что-то о том, почему он обозлился на ее волосы.
===============================================
- Это будет свидание?
- Ну... да, можно и так сказать. Очень важное свидание, - она пододвинулась ближе к нему, опуская взгляд на его губы.
- То есть, новый уровень? - он отодвинулся. - Я думал, в нашем случае новый уровень это свадьба Ты что, собираешься предложение мне сделать?
- Просто идём со мной, - Вайнона оттолкнула его, забираясь под одеяло. - Который час тебя уговариваю.
- Мне просто интересно, если мы с тобой уже... ну, мы вместе и, как это обычно бывает, мы...
- Господи, да завязывай ты уже.
- Я хочу знать, что за новый уровень.
- Это тайна, ясно? Тайна и всё. Или ты мне не доверяешь? - она положила голову ему на живот.
- У тебя что, есть дети?!
- Да, определенно. Я держу их в шкафу, - девушка закатила глаза.
- Откуда мне знать, может у тебя там Нарния, я никогда не проверял, - Ной покосился на шкаф.
- Так ты идёшь со мной или нет?
- Если мне не придётся потом спасаться бегством.
- Сотри эту ухмылку с лица, - Вайнона встала, одеваясь. - А насчёт бегства... не знаю, но надеюсь, ты достаточно адекватен, чтобы не сделать этого.
- Адекватен?
- И правда, глупо вышло, - тихо рассмеялась она. - А теперь живо в окно. И не шуми, они думают, что меня здесь нет.
===============================================
- Это что, массовое свидание, что ли? - Ной остановился, хватая её за руку.
- Можешь ты немножко потерпеть? - Вай потянула его ко входу, у которого стоял знакомый велосипед.
- Мне всё это не нравится, - упрямился Ной, но всё-таки шёл за ней.
Они поднялись по лестнице до упора, где под потолком была небольшая дверца на крышу. Лампочка горела только на первом этаже, здесь же царил полумрак. Вайнона заставила Ноя полезть первым, затем поднялась сама, но не полностью, оставшись стоять на лесенке.
- И что он тут делает? - раздался голос Минаха, пока Элвис бочком подбирался к выходу.
- Мне тоже интересно. Я, знаешь ли, надеялся на романтический ужин и секс на рассвете, - он обернулся к девушке.
- Я запишу это в блокнот твоих желаний. И не мне судить, вообще-то вы вольны заниматься, чем угодно.
- Мне нужно выйти, - буркнул Элвис. - Не люблю я всего этого.
- Куда это ты?
- И чего ты не любишь?
- Эй.
Девушка спустилась вниз, чтобы дать ему пройти. А когда парень оказался на лестнице, то сурово посмотрел на них.
- Простите, парни. Но это давно нужно было устроить.
- Что это?
- Чуваки, что за игры? - Минах двинулся к Элвису, но тот быстро захлопнул дверь, подпирая ее палкой, так услужливо податой Вайноной.
Парни тут же забарабанили в дверь, что-то крича.
- Давайте, - утыкаясь в щель на двери, прокричала девушка. - Вам некуда деваться. И вы не выйдете, пока не поговорите. Всё ясно?
- Вай, а ну не глупи! Открой немедленно, - простонал Ной, снова стукая кулаком.
- Не открою, пока не перестанете быть двумя упрямыми баранами. Прете и прете в ворота друг друга.
- О чём ты там говоришь? - проорал Минах.
- А ты вообще заткнись, не с тобой разговаривают.
- Да что вы говорите, правда что ли?
- Правда что ли, - перековеркал Ной.
- А нужно найти одни ворота и идти в них вместе, придурки! Вы что, не понимаете?! - заорала она. - Хватит ссориться!
- Это никогда не кончится, - простонал Элвис, усаживаясь на нижней ступеньке.
- А ты не мог хотя бы велосипед спрятать? Мой чуть не сорвался, - прошептала она, глядя на него сверху вниз.
- Вай, я же твой парень, ты не бросишь меня здесь, - Ной уперся лбом в дверь, пока Минах нарезал круги позади брата.
- Если понадобится, неделю там просидишь. Буду вам сух.пайки доставлять.
- А ты не боишься того, что будет, когда я выйду? - спокойным голосом спросил он, как будто заказывал яичницу на завтрак.
- Плохой знак, - прошептал Элвис.
- Давай-ка ты разбирайся с ними, - прошипела в ответ Вайнона, спускаясь.
- Почему я? Они там снова орать начали, - возмущался парень, приминая пышный ореол волос вокруг головы.
- Ты мужчина, ты разбирайся. По-мужски.
Она села на корточки на лестничной площадке, опустив голову на колени и прислушиваясь.
- Значит так, - Элвис оглянулся на Вай и повысил голос. - Вы взрослые мальчики, вот и решайте свои проблемы, как взрослые. А то как в драку лезть, так и они первые, а как поговорить друг с другом, так кишка тонка. - девушка одобрительно закивала. - Мы уходим. Вернёмся через пару часов с булочками.
- Мне с малиновым сиропом! - послышался приглушенный голос Минаха и мелкий камушек ударился о дверь с той стороны.
- Вайнона передаёт, что надеется не обнаружить две лепешки у подъезда. Без глупостей!
Он спустился, не став слушать угрозы Ноя запихнуть ему его "патлы" во все места и прочее и прочее. Ной был изобретателен. Например, он сказал, что соберёт все обожаемые Элвисом комбинезоны аля Марио, запакует всё в капсулу и отправит ракетой в Африку (он думал, что Элвис оттуда родом) и все его собратья погибнут от взрыва вонючих комбинезонов! "Ты что, хочешь так подставить своих этих... африканцев?!"
- Что? Я должен был признаться, что волнуюсь за них? - Вайнона удивленно смотрела на него, не открывая рта уже как несколько минут.
- Да я нет, ничего, я не против, - она усмехнулась.
- Да они ж прыгнуть могут, тебе ли не знать, - он пропустил её вперед, а сам съехал по перилам.
- Ты не боишься, что Ной сожжёт все твои комбинезоны? - она оглянулась на здание, когда они уходили. На краю никто не стоял - уже хорошо.
- Пусть сначала выберется оттуда, - усмехнулся Элвис, закидывая руку ей на плечи.
===============================================
Минах поднял какую-то палочку на пыльной крыше и вертел её между пальцев, пока Ной ходил туда-сюда. Можно было даже слышать, как он кричит и бесится внутри.
- Может перестанешь маячить? Уже в глазах рябит, - Минах прислонился спиной к высокому выступу у края крыши.
- Так посмотри на своё дерево спокойствия и мудрости, может поймаешь дзен, - раздраженно бросил брат, шаркая ногами и поднимая пыль.
- Вообще-то, дзен - это...
- Ой, да плевать мне.
- Опять лясы точишь, о чём не знаешь.
- Опять лезешь со своей книжной дребеденью, - он пнул пыль прямо на брата.
- Может в этом всё дело?
- Что?
- Ну, ты ничего не читаешь, откуда тебе знать, что люди разные. Ты вот трепешься о том, что тебя тревожит и я всегда тут как тут, рад помочь тебе. А я - нет. Я не стану тебе душу изливать, да ты и не рвёшься ведёрко подставить.
- Так в чём вопрос?
- Но это же не значит, что мне не нужна твоя поддержка.
- В тебе нытик просыпается?
- Ной здесь всё ещё ты, не я, - он усмехнулся, корябая что-то палочкой на полу.
- Хочешь вывести меня? Не выйдет.
- Да проще некуда.
- Я держу себя в руках, ясно? Мне не нужна помощь, мамуля.
- Тогда сядь рядом и не разгоняй воздух.
- И я читаю книги, - перебил его Ной, садясь рядом.
- Звёздные войны и Гарри Поттер не считается.
- Я не читал Мистера Круглые Очки, - запротивился Ной, получая палочкой по щеке.
- Я видел книги у тебя под кроватью, - заулыбался Минах, косясь на него.
- Нет, это не моё, - буркнул брат. - Вайнона... наверное... притащила.
- Жаль, что она тебе мозги не притащила...
Минах поймал хмурый взгляд Ноя. Он долго смотрел на него и думал, почему тот промолчал. Он никогда бы не промолчал. Так почему сейчас?
- А ты что думал, пошутили пару раз и всё, проблема решена? - тихо проговорил Минах, прикрывая глаза от восходящего солнца.
- А какая у нас проблема? Ты только наезжаешь, а потом отворачиваешься и молчишь неделями. Я не телепат, мыслей читать не умею.
- Тебе никогда не казалось, что тебя никто не понимает?
- Нет, - Ной медленно вертел ладонью, ловя пылинки, летающие в ещё слабых лучах. - У меня всегда был ты.
- Представь, что меня бы не было.
Ной странно покосился на него. Тишина казалась осязаемой, но уже не такой давящей, как прежде. В конце концов он покачал головой.
- Или если бы я не замечал, что ты тогда втихую потягиваешь брэнди из бутылки, когда вы с Вайноной поссорились. Или что я не углядел бы, как ты ходил сам не свой после того... Ну, после последнего года старшей школы, ты понял меня. Или если бы мне было плевать, что ты шугался всех, когда понял, что что-то чувствуешь к этой сумасшедшей, которую на дух не переносил. Помнишь?
- Я такой гавнюк, да?
- Да.
Ной подпёр рукой голову и смотрел на руку брата, на которой жила татуировка. Он снова ничего не ответил. Это было не в его стиле, но, наверное, ему есть куда меняться? Может быть, не для кого-то, а для самого себя? Может быть, чтобы ничего не терять, стоит пару раз наступить себе на горло?
- Вот в чём этот чертов дзен? - пробормотал он, смотря на брата, обводившего пальцем контур дерева.
- В чём же? - Минах даже не стал его поправлять, лишь слабо усмехнулся самому себе.
- Ты типа такой: да я был полным днищем, мне нужно идти к чёртовому свету, а тебе голос в голове: ты совершенно прав, сын мой, но сначала загляни в дурку, ты же слышишь голос в голове.
Они рассмеялись. То останавливались, то снова начинали смеяться. Это как будто дышать, когда долго находился под водой. Как будто ты дышал всю жизнь, а потом тебя долго топили, лишь изредка давая глоточек кислорода. А теперь ты свободен и волен дышать столько, сколько душе угодно, хоть пока не надоест. И ты никак не можешь остановиться, упиваясь большими глотками.
Они смотрели друг на друга и видели самих себя. И дело было не во внешности. Просто очень часто ты срастаешься с человеком, потому что отдаёшь ему всё: свои мысли, свои чувства, свою открытую душу, которую порой совсем не ценят. Маленькая разница была в том, что один брат всегда видел другого насквозь, а второй только учится. Не всем дано читать людей, даже самых близких. Порой, этому нужно учиться. И не год, и не два. Может быть, всю жизнь. Но если ты не останавливаешься, то точно придёшь к результату.
Они смотрели друг на друга и видели самих себя: братья были практически копиями и лишь в движениях и выражении глаз можно было узнать каждого. Они каждый раз смеялись, что незнакомцы различают их по ушам: у Ноя они были меньше, чем у Минаха. Такая глупость, которая порой спасала от путаницы, если только тату второго было прикрыто. У Минаха черты были чуть мягче, у Ноя каплю вытянутей и тоньше. Оба стрижены под машинку, чем только добавляли себе сходства. Они были словно двумя сторонами одной монеты: один приземленный, другой огонь; в одном играет спокойность, во втором плещется азарт; а драйв они поделили поровну, обозначив его ребром.
- Если эти домоседы не появятся здесь с минуты на минуту, меня не остановишь даже голой Вай, - Ной копался в замке двери той самой палочкой, которой брат запустил в него.
- О, умоляю, только без этого, - скривился Минах, перевешиваясь через бортик и смотря в переулки.
- Чего? Тебе бы тоже понравилось, - засмеялся Ной, и маленькая щепка переломилась.
Минах не стал оборачиваться, продолжая безразлично сканировать закоулки взглядом серо-зеленых глаз.
- Да, понравилась бы.
Six.
Вайнона сидела на пассажирском сидении лицом к двери, уткнув ноги в песок. Через опущенное окно распахнутой двери были видны парни, копающиеся у наломанных сухих веток, сложенных в круг из камней. Кажется, Ной запрыгнул на Элвиса со словами "как ты мог забыть розжиг?!", Минах пытался добыть огонь, растирая ветки друг о друга. Из колонок старенького фольксвагена раздавались песни Billie Joe Armstrong and Norah Jones, "потому что это кантри, а кантри как нельзя лучше подходит для дружеских посиделок у костра". Никого не волновало, что будет с Элвисом, если вдруг его отец успеет заметить пропажу.
- Три активнее! - Ной помогал брату, махая на него руками.
- Ты мне сейчас глаза выколишь своими пальцами, - Минах бросил палки Элвису, обернувшемуся к океану и смотрящему на волны. - У нас негласное правило: кто забыл розжиг - тот и трёт.
- Пойду спрошу у тех ребят неподалеку, может они чего предложат, - Ной отряхнул старенькие джинсы от песка и побрел, поднимая песок в воздух.
Минах провел рукой по голове, оглядываясь на Элвиса, усердно стучащего деревяшками. Вай сидела, качая головой в такт музыке. Он перевесился через проём окна в двери, улыбаясь.
- Ты ещё не съела здесь все запасы?
- Тебе немного оставила, - она усмехнулась.
- Я бы со скуки помер сидеть в машине всё время.
- Ну, я тут развлекаюсь, - девушка пошевелила пальцами ног, двигая песок. - Можете ещё два часа там покопаться.
Уже смеркалось, а огня всё не было. Он не знал, что ответить. Только с ней так бывало, что из головы вылетали все слова, даже если он тысячи раз произносил их в своей голове.
- Знаешь, меня будто тазиком по голове стукают, - протянул он, наблюдая, как подруга играет ступнями с песком. Ему казалось, она может сидеть так вечно, и обязательно крутить фенечку на левом запястье.
- В каком смысле?
- Каждый раз, когда я разговариваю с тобой.
- А тазик железный?
- Ну, - он задумался, ковыряя ногтем стекло, утопленное в двери. - Да, металический.
- То есть, это олицетворение? - уточнила она, делая музыку потише.
- Слушай, я не... - он снова запнулся.
- Ну, это как, мой тупой сарказм, - она подняла одну ладонь, изображая чашу. - Бьёт тебя по башке, как железный тазик. - она изобразила ещё одну чашу другой рукой, чтобы получились весы.
Он усмехнулся, смотря на неё. Когда-то она была такой всё время. Делала сумасшедшие вещи, заставляя поочередно поднимать с пола челюсть и глаза. И она каждый раз, оборачиваясь, предлагала блюдце, чтобы "глаза не испачкались о землю". Она могла кричать песни с крыши, чтобы все слышали, могла пробраться в зоопарк после закрытия и затягиваться травкой, сидя рядом с жирафами, могла украсть из магазина связку бананов, а потом вернуть: тут дело было лишь в факте, сможет или нет. Раньше она могла сидеть на стуле в позе лотоса в каком-нибудь уличном кафе, читая книгу, пока город медленно просыпался. Могла тихо рассказывать о историях из своей жизни, как будто ты единственный человек, которому она доверяется. Могла пить лимонад в парке, смотря, как ты делаешь колесо и падаешь, и смеяться так, что лимонад польётся из носа, а потом искупаться в городском озере, потому что "в пыльном городе слишком жарко". Раньше всё было как-то иначе. Минах вздохнул, отводя глаза. Жаль, что люди не могут оставаться собой всегда и несмотря ни на что.
- Нет, просто однажды чёртов тазик упал мне на голову, а теперь никак не желает слезть. Но если тебе угодно, твой сарказм может сесть сверху, - он улыбался, расслабленно протягивая слова. Они оба вздрогнули, когда водительская дверь открылась и в салоне появился Ной.
- Спички нужны. Ребята дали бумаги, сейчас наш костёр будет спасён, - он рылся в бардачке, оглядываясь на них. - А вы тут чего?
- Обсуждали любовь Мистера Нахер ко мне, - рассмеялась Вайнона, проводя рукой по голове Ноя и останавливаясь на шее. - Ну, вернее к моему сарказму и тазикам.
- Я даже почувствовал связь между этими словами, - усмехнулся тот, быстро целуя её висок и убегая, хлопнув дверью.
- Вот как он это делает: сначала скажет гадость, а потом целует и всё, я как будто перезагружаюсь?
- Не знаю, - протянул Минах, оборачиваясь к костру, около которого уже собрались какие-то ребята.
- Идём? - Вай оказалась рядом, обхватывая его за талию, - А то пропустим всё интересное.
===============================================
Когда костёр наконец воспламенел и стал отдавать тепло рассевшимся (а кто-то предпочитал стоять) вокруг него, практически стемнело. Но это мало кого волновало, потому что Ной выудил откуда-то бутылочку горячительного, а Элвис достал сосиски, так услужливо наколотые Вайноной на шпажки. Их, правда, оказалось не так много, но остальные притащили свои бутерброды с сыром и морковные палочки.
- А почему мы не додумались снять бумагу с упаковок с едой? - проворчал Элвис, подавая Вайноне сосиску. Они сидели на длинном бревне, которое ребята притащили с собой: с того места, где оно раньше обитало, по песку тянулся глубокий след.
- Мне было сказано сидеть в машине, пока "мужчины разбираются", - она протянула свою палочку к костру.
- Ты уже познакомилась с кем-то?
- Только с тем парнем, которому Ной сейчас что-то доказывает, - она усмехнулась.
- Омара не хотите? - парень, сидевший рядом на песке, осторожно посмотрел на неё.
- Элвис, хватит так косить глазами, - прошептала она другу и уже громче добавила, - Тут никто не ест омара.
- Меня не нужно есть, - рассмеялся тот, когда девушка приподняла брови.
- А если бы я не отказался от омара? - Элвис нюхал свой бутерброд. Он не очень-то любил плавленный сыр, но отдав свою сосиску подруге, выбирать не приходилось.
- Я был бы смущен, - парень на песке не переставал улыбаться, а от брекетов то и дело отскакивало сияние пламени. - Ещё никто из парней не хотел Омара.
- Мне нравится твоя кожа, - Вайнона дула на поджарившуюся еду.
Элвис немного ревностно на неё посмотрел, отвлекаясь от разглядывания чего-то "не такого" в своём бутерброде.
- Ты ходишь в солярий?
- Нет, - Омар немного удивленно потягивал что-то из стаканчика.
- Ты с этой компанией? - поинтересовался Элвис, протягивая ему свой бутерброд.
- Нет, - пробормотал тот, откусывая. - Я просто гулял по берегу.
Вай с Элвисом переглянулись, одними губами переговариваясь.
- Народ, народ! - послышался призывающий голос Ноя, и все разговоры стихли. - Такое дело: среди вас, вот где-то тут, сидит моя девушка...
Опьяненные парни и девушки заукали и заулюлюкали, одобрительно кивая. Сам Ной эмоционально махал руками, расплескивая содержимое своего стаканчика.
- Я хочу признаться, что никто кроме неё не греет так вкусно еду. И не заваривает чай. Этот чай может спасти мне жизнь, когда я просыпаюсь с перепоя, ребята! - на последнем слове он так повысил голос, как будто делился самым ценным секретом, как нужно выживать, проснувшись с похмельем.
- Напился, так веди себя прилично, - заржал Элвис.
- А, по-моему, мило, - с сарказмом протянула Вайнона, прикрывая лицо руками.
- Где мой брат?! Брат, братец, - он крутился из стороны в сторону, оглядывая собравшихся. Увидев его около какой-то девушки в топе, шепчущим на ухо, Ной потянул его за майку. - Ты должен помочь мне спеть!
- Мне нужно распеться, - возмутился Минах, слегка покачиваясь.
- Элвис, сделай что-нибудь! - прошипела Вай, пихая его в бок.
- Что?!
- Это твой? - Омар нагребал перед собой маленькие кучки песка, у него скопилось уже семь. Вай пожала плечами, снова пихая Элвиса.
- Тогда можешь просто закопать меня?
- Здесь впереди вода, просто заходи так глубоко, как сможешь, - фыркнул он.
- Ты не будешь петь! - Ной в пару глотков осушил стаканчик и выбросил его в костёр. - Мне нужна твоя нога.
- Мои рога? - Минах провёл рукой по голове, чуть оступаясь на нетвёрдых ногах.
- Нога! Давай сюда ногу, - Ной подхватил поданную ему ногу брата, пока тот цеплялся рукой за его шею, чтоб не упасть.
- Я надеюсь, этот чай спасёт всех нас завтра утром! - поорал он, затягивая какую-то песню и делая вид, что нога брата это гитара.
- Им только сцены не хватает, - протянул Омар, делая десятый холмик.
Минах прекрасно делал бэк-вокал, как он думал, подпевая на высоких тонах, пока Ной эпично задирал его ногу всё выше и быстро-быстро двигал своим воображаемым медиатором, а потом начинал новый куплет. Вай не знала, были ли все действительно так пьяны, но они даже подпевали. Не в такт, правда, и путаясь в словах, но все покачивались, поднимали стаканчики и в конце хлопали.
- Вайн..анаон..ноа. Вай! Иди сюда, - он скользил глазами по бревну, ища её, совсем забыв о брате, отпустив ногу которого, уронил на песок. Тот, пытаясь встать, всё время поскальзывался, и в итоге так и остался сидеть, глупо улыбаясь.
Девушка поднялась, пригладив темно-каштановые длинные волосы и перепутав челку. Она прижалась к Ною, чувствуя, как Минах обнимает её за ногу. Кто-то кричал о поцелуе, кто-то шутил о чём-то понятном только им самим, а взгляды жгли её.
- Обязательно было так напиваться, да? - прошептала она, целуя его чуть ниже уха.
- Это Вай, - держась за неё, проговорил Ной. - Вай не любит, когда я напиваюсь, потому что...
- Да, всем привет. А теперь танцевать, танцевать, ребята! - она кивнула Элвису и тот врубил музыку в машине. Все сразу же повставали, а костёр снова стал центром внимания.
Ночь только начиналась, а до рассвета ещё было слишком много времени. Здесь, среди этих молодых разгорячённых тел, гулял девиз: "Не спи, пока не отключишься, не стой в стороне, пока можешь танцевать, не отказывайся, пока можешь сказать "да"." И каждый старался неукоснительно следовать таким простым законам жизни. Это те самые законы чёртовой жизни, которым они могут подчиняться. И пока седина не тронет их волосы, они от этого не откажутся.
sept.
Медленно начинало светать, тускло оседая прохладой на неразбериху из тел, укутанных пледами, собственными одеждами и песком. Вайнона проснулась, смотря на чьи-то ступни, торчащие из машины. Ной тихо храпел рядом, уткнувшись ей в плечо. Какая-то ранняя пташка, проснувшаяся раньше всех, играла на губной гармошке. Кто-то заворочался у неё в ногах, а справа кто-то громко храпел.
Девушка осторожно вылезла из кокона пледа, в который её вчера всё кутал Ной. Вокруг как попало спали подростки, переплетаясь друг с другом, закидывая ноги, утыкаясь головами в животы друг друга, и другие места. Она бы подумала, что это Ной валяется там, укутанный шарфом белых волос, если бы не тату на руке парня. Вайнона аккуратно достала лежащую на приборной панели пачку сигарет, стараясь никого не разбудить, особенного того парня в заблеванной футболке с надписью "Всё к лучшему". Она так не думала. Заблевать машину отца Элвиса - точно не к лучшему. Благо, хоть двери все нараспашку, ветер гулял здесь, как свой. Она вернулась на плед, до этого заставив парня поджать свои торчащие ноги к груди, чтобы она могла закрыть заднюю дверь и облокотиться. Прикурив, она слушала игру гармошки. Парень точно так же сидел, облокотившись спиной о колесо машины, которую вчера подогнали сюда пришедшие ребята. Из распахнутой водительской двери сбоку от неё с сиденья свисали руки того чувака, у которого всё к лучшему.
Вдалеке, где-то над океаном, летали птицы, протяжно крича и плескаясь в воде, ловя рыбу. Ей казалось, что птицам хорошо. Что они самые счастливые. Впереди них только небесные просторы, верхушки деревьев всегда им рады, как ни бывают рады даже некоторые родители своим чадам. Они могут улететь куда угодно и так далеко, как пожелают. Птицы не теряют так, как люди. Птицы не страдают. Они лишь протяжно кричат, напоминая, что теряешь ты.
- Они поют тебе, что ты должен замереть и оглянуться назад, - Вай выпустила дым и песня гармошки прекратилась.
- А мне кажется иначе, - послышался хриплый голос. Парень с рыжими вихрями смотрел туда же, куда и она. Сначала девушка даже замерла, увидев его, он был словно яркой краской, брызнутой на песок. В Париже рыжие такая же редкость, как легкодоступное жильё.
-И как тебе кажется?
-Их песни о том, что ты не должен останавливаться. Только лети вперёд, и всё, - он приложил гармонь к губам, пробуя пару нот.
Девушка медленно курила, иногда поглядывая на своего парня. Она боялась, что он снова увидит её такой. А она быть ею не хотела. Это печально, когда ты не хочешь быть собой.
- Разве могут птицы летать задом-наперед?
- Я не встречала, - она подтянула колени к себе.
- И я не встречал, - протянул он. - Так может они никогда не возвращаются туда, где однажды оседали?
- С чего ты взял? - она медленно утопила окурок в холодном песке.
- Они не живут прошлым, - Тюбик-Рыжей-Краски пожал плечами. - И тебе не нужно.
Вайнона осеклась, бросая на него осторожный взгляд. Её рука сама нашла коротко стриженную голову Ноя. Её это успокаивало.
- У меня есть настоящее, - её голос относило бризом к берегам, а парень всё равно успевал ловить каждое её слово.
- И слишком гнетущее прошлое, раз твои птицы поют тебе о том, что нужно всё время оглядываться. Так ты будто заставляешь себя верить, что так и нужно, что ты не ошибаешься, каждый раз открывая старые двери.
- Выходит, ты всё бежишь вперёд, боясь оглядываться назад? - поинтересовалась она, прикуривая новую сигарету.
- Мне не на что оглядываться, - он улыбнулся, протирая свой инструмент о шорты.
- Но птицы поют тебе об этом, - Вай смотрела на окрасившееся в лавандовый небо. - Поют, что нужно дать драпу и не останавливаться.
- Мои птицы поют не мне.
Повисла тишина, когда каждый думал о сказанном. Такие разговоры вызывали у Вай непреодолимое желание забыть их. Они взрывали мысли, и не давали покоя ещё долго.
- А мои птицы напели мне, - Элвис приподнялся на локтях. - Что если тебе не дают спать, то нужно брать мачете в руки.
- Встал не с того локтя? - усмехнулась подруга.
- Сейчас меня интересует другое, - повысившимся голосом протянул он, медленно опуская взгляд на парня, спящего рядом с ним. В одном спальном мешке. - Это ещё что за..?!
От его крика подскочил сам парень.
- Почему. Я. Спал. С тобой?! - Элвис лихорадочно стал дергать молнию, а расстегнув достаточно, чтобы выскользнуть, кинулся оттуда так, словно спал с мокрицой (его самый страшный кошмар). - ТЫ КТО, МАТЬ ТВОЮ?!
- Омар Моро Кудури из Марок, - ошарашено, с легким арабским акцентом, ответил парень.
- Ах, это как большая креветка? - поинтересовался Тюбик-Рыжей-Краски, протягивая Омару гармошку. - Спасибо, что одолжил, друг.
- Нет, это как большой краб, - возразил Элвис, морщась от ощущения неловкости.
- Помнишь, ты вчера хотел Омара? Твоё желание исполнилось, - смех Вайноны прокатился под машинами, возвращаясь к ней в руки.
- Я был пьян!
- Алкоголь - ваш спонсор исполнения желаний, всегда рады помочь, - она изобразила улыбку из рекламы какого-нибудь банка.
- Без перерывов и выходных, - добавил рыжий паренек, поднимаясь и разминая ноги.
- Да идите вы, - буркнул Элвис, прижимая обеими руками пышные волосы к голове.
- Так ты марокканец?
- Так ты та девушка с волшебным чаем?
- Похоже, что так.
- Похоже, что так.
- Повторять фразы - этой твоё хобби или ты просто плохо знаешь французский?
- Задавать странные вопросы - это твоё хобби или Омар так тебе приглянулся, что ты не против прогуляться по пляжу?
- Я против, - протянул Ной, не открывая глаз.
- Сначала он спит со мной, потом одалживает кому-то свою гармошку, затем зовёт зататуированную девушку гулять по пляжу, но на самом деле он даже не из той компании, - бормочет Элвис, переступая через спящих и собираясь подкинуть веток в еле тлеющий костерок.
- Почему прогулки по пляжу? - Вайнона нежно гладит Ноя по голове, наблюдая за Омаром, который снова делал маленькие холмики из песка между чьей-то ногой и рукой другого.
- Опять эти вопросы.
- Это называется коммуникация в активном социуме.
- Они напоминают мне дом, - просто отвечает он, прикладываясь губами к инструменту. Никто из них не знал, что можно так играть на простой гармошке. Элвис сидел у костра, грея воду для чая и слушал. Вайнона снова подняла голову к небу и летала в лавандовых разводах и слушала. Ной не открывал глаз, наслаждаясь руками, которые не смог бы ни на что променять, и слушал. Минах чертыхнулся, понимая, что снова оказался в руках какой-то девушки, но лежал и слушал, не в силах остановиться. Тюбик-Рыжей-Краски сидел на капоте машины, подтянув ноги к подбородку и слушал, смотря на всех них.
И вы послушайте. Больше не будет дороги назад. Птицы не летают задом-наперёд, ведь так?
huit.
Парень сидел на пасмурной кухне, считая сколько раз капнула вода из крана. Минуты тянулись беспощадно медленно, особенно когда он думал, что Ной сейчас где-то с Вайноной. Там, где и всегда, в общем-то. В её постели. И его просто медленно жарило изнутри, как мясо на сковороде. Кажется, он уже покрылся золотистой корочкой. Ему казалось, что ещё немного и его можно будет спокойно съесть с кетчупом.
Когда они только познакомились в том баре, где Вай танцевала, он подумал, что такие люди пусты. Но она оказалась наполненнее, чем многие другие. Он не знал, но наверное, дружба начинается иначе. Не с поцелуя около мусорного бака у черного входа в клуб. Не с секса на столе и не с чёртовой сорванной кухонной полки. Не с утреннего разговора, каких у него ещё никогда не было, не с понимания, что этот человек понимает тебя, как никто другой. Всё это как-то должно быть иначе. И хотя всё в жизни учит тому, что она, эта чудная дружба, может начаться с чего угодно, с самого непредсказуемого, Минах не знал, жалеет ли он, что она не началась иначе.
Что было ясно, он больше не мог вытерпеть. Вай не отпускала его, как ни старайся. Да, тогда он ответил, что "всё ок", когда она сказала, что без Ноя ей уже не выжить. Когда все эти чёртовы треугольники сломались, когда кто-то будто решил изменить всё, чем была их жизнь, он сказал "всё ок". Но врать это не хорошо. А если ты соврал, можешь смело клеить стикер "лжец", потому что больше тебе не выбраться.
- Привет, чувак. Есть? - он держал телефон у уха плечом, поворачивая ключ в двери и бросая его в старую вазу, стоящую у входа снаружи, чтобы Ной мог войти: они всегда оставляли их там. Минах спускался по лестнице с сигаретой между губ, слушая что-то в трубке.
- Да, я понял. Слушай, плевать, что мы ушли. Да, плевать, потому что все еле выбрались из того дерьма, - он выпустил дым, слыша позади себя крики консьержки. - Просто да или нет? Я могу найти другого. Вот и чудно, где?
===============================================
"Если она не отпускает, то нужно найти что-то, что заставит забыть даже о том, кто ты." - спасибо, ваш твит отправлен.
Телефон сразу затрещал от оповещений о реблогах, ответах и добавлении в избранное. Парень думал лишь о том, какие все придурки, раз им нравится эта чушь. Он и сам не знал, почему пишет туда. Наверное, так он мог выговориться хоть куда-то: это делало немного легче.
Он поднимался на смотровую площадку около реки. Там всегда было много народу, все туристы тоже тащились туда, так что если нужно было найти не забитое битком, но людное место, это было лучшим вариантом, кроме центральных улиц города. Среди незнакомцев не так сильно казалось, что ты один. На какое-то время он заставлял себя забыть о грызущих мыслях. Он шёл, разглядывая людей, стоящих здесь или проходящих мимо.
Какой-то мужчина поправлял на девушке толстый шарф и Минах долго вглядывался в то, как тот смотрел на неё. Он оглянулся на них, когда те остались позади, и неожиданно врезался в кого-то, выпуская из рук телефон с баночкой. Перед ним со звуком удара о железный мост упала девушка, выпуская свою сумку из рук.
- Ушиблась? - он опустился перед ней, замечая растрепанные песочные волосы и растерянный взгляд.
- Нет, кажется, - тихо ответила та, поднимая его телефон, когда он схватил свою баночку прямо перед её носом. - Это что?
- Таблетки, - усмехнулся он.
-Только из аптеки?
- Ну да, можно и так сказать.
- Да, это заметно, что с тобой что-то не так, - протянула та.
- В каком смысле?
- Врезаешься в девушек в тот момент, когда они обходят тебя.
- Может это была судьбоносная встреча и дело вовсе не в моей хреновой координации, - он заулыбался, отряхивая её кофту сзади.
- Ладно, - девушка отступила, перекидывая спутанные волосы на одну сторону. - Пока. И не увлекайся этими штуками, они ещё никому не помогали.
Минах открыл рот, чтобы снова отшутиться, но она уже уходила в накрапывающий дождь. Иногда люди казались ему ещё страннее, чем был он сам.
neuf.
Он танцевал под музыку, играющую из уличных радио. Она разносилась повсюду. Это что-то типа смеси кантри с балладой, напоминающей времена с пыльным западом, мужчинами в ковбойских шляпах и ботинках с острыми носами. Лошади поднимают песок с жарких дорог, кто-то закидывается дешёвым виски в одном из десятков пабов на ранчо. И сейчас он видел на себе эти ботинки с острыми шпорами сзади, чтобы подгонять своего скакуна, он размахивал воображаемой верёвкой с петлёй, ловя ей прохожих и делал забавные па, о которых никто ничего не знал. Элвис же шёл позади и видел друга, который, кажется, всё больше слетал с катушек. Было в нём одновременно что-то от того парня из прошлого и какая-то странная черта от кого-то нового.
- Друг, может домой? - Элвис нагнал его, закидывая руку на плечи. - Мы бродим здесь уже четвертый час.
- Ещё не все видели мой танец, - возмутился Минах, подскакивая и делая пару движений, от который проходящие люди стали чуть быстрее двигаться.
Вайнона лежала с ним на кровати, и эта тишина, в которой они существовали, была самой прекрасной вещью на свете. В этой тишине можно было купаться, тихо-тихо плескаясь в редких смешках. Она держала над собой книгу, а он поглядывал, как тень падала ей на лицо, как она иногда улыбалась страницам. Потом она отрывалась, с хитрой улыбкой спрашивая: "ну что?", а парень лишь качал головой, делая вид, что тоже увлечен своей книгой.
Сейчас в его голове всё смешалось, не оставляя места здравому смыслу. Но, как это бывает, здравый смысл и воспоминания не были союзниками, что давало второму полную свободу. Перед его глазами, как фотокарточки покрытые сепией, повторялись вновь и вновь кадры, которые так хотелось забыть. Нет, они были так чудесны и сказочны, что их нужно бы хранить до самой старости, как драгоценность, но тебе ведь сложно смотреть на яркое пятно на обоях, где когда-то висела фоторамка? Это всегда сложно. Смотреть на напоминание, что чего-то у тебя нет.
Они поднимались по лестнице на их шестой этаж, поддерживая друг друга. Скорее, конечно, Элвис старался удержать Минаха на "гуляющих" ногах. Он всё время шикал, чтобы Элвис не шумел, но он и не шумел, а парень всё равно шикал, как будто забывал, что уже делал это только что.
В их маленькой съемной квартире была одна спальня, что-то вроде кладовки, в которой был постелен коврик, положено одеяло и навалена куча подушек, кухня и крохотная ванная. Только в основной комнате была кровать и правило было таково: у кого сегодня девушка, тот и ночует там. Другой же спит в подушечной кладовой, которую они обустроили кое-как. Погремев посудой на кухне от нечего делать, Минах поплёлся в спальню и замер в проёме двери, Элвис маячил позади.
Старые фотокарточки из его головы ожили, лёжа на кровати в полумраке с книгами. Он даже не знал точно, всё это реальность или таблетки настолько хороши. Обе головы повернулись к нему, он встретился взглядом с самим собой. У него мелькнуло в голове, что если те наверху решили его доконать, то они на верном пути. Не разбираясь в реальности происходящего и решая не претендовать на занятую кровать, он ввалился в соседнюю дверь.
Ной вопросительно кивнул головой стоящему в дверях Элвису, мол "что с ним?", но тот лишь пожал плечами. Вопросы имели свойство появляться, но редко на каждый из них можно отыскать ответ. Даже внутри самого себя.
dix.
- Научи меня этому, - прошептал Минах, проводя губами по её ключицам. - Научи.
- Чему? - девушка водила пальцами по его спине, тяжело дыша.
- Любить. Мне кажется, я что-то делаю не так.
- Да нет, ты всё делаешь правильно, - тихо рассмеялась та.
- Ты вообще любила?
- Не знаю, - она нашла его губы, выдыхая. - Все думают, что любят.
- И все ошибаются? - он оторвался от неё, разглядывая разметанные волосы по подушке, блестящие глаза.
- Не знаю, - слова слетали с её губ так легко. - Может быть, им просто нравится думать об этом.
===============================================
- Научи меня этому, - шептала она, утыкаясь ему в шею. - Научи.
- Чему? - Ной, даже до конца не договорив вопрос, прижался к её губам.
- Ты ни о чём не думаешь.
- Только о тебе, - он нашел её руку в простынях, переплетая пальцы.
- Как?
Она тихо застонала.
- Я не знаю. Может быть просто позволить себе это?
Дверь с противным скрипом открылась.
- Вас что, стучаться не учили? - Ной замер над Вайноной, упираясь взглядом в троицу, толкающуюся в дверях, отвоёвывая возможность зайти.
- Может быть теорему о частоте стука кулаком в дверь рассказывали на втором курсе? - протянул Элвис. - Я хрен знает, ушёл после первого семестра, ты в курсе.
- Это и мой дом тоже, - хмыкнул Минах, рассматривая их, особенно не стесняясь. - К тому же, чего я там не видел.
Ной сжал челюсти, но заметила это только Вай, Минах же предпочёл на это забить.
Девушка аккуратно перекатилась к стене, прижимая к груди простыню, чтобы Ной не стянул её, закидывая руки за голову и делая вид, что его ничего не напрягает. Пока все пялились на них, она села, упершись спиной в угол стены, натягивая простыню повыше.
- А этот что тут делает? - Ной кивнул на смуглого парня с брекетами.
- Представляешь, иду я такой по бульвару, - воодушевленно начал второй брат. - И слышу больно знакомую мелодию, под которую, кстати, еле отвязался тогда от той блондиночки. Зануда была жуткая, надо сказать. Так вот оборачиваюсь я, смотрю, стоит наша Креветка в панировке у фонтана, играет на гармошке да деньги в глиняный горшочек собирает...
- Какой ещё горшочек? - встревает Вай.
- Откуда мне знать? Просто кусок глины, я не мастер.
Минах пожал плечами, вопросительно глядя на Омара.
- Мой счастливый, - просто тянет тот, вертя в руках гармошку.
- Ну что делать, этот чувак считай жизнь нам тогда спас, вовремя закидав песком загоревшуюся траву, так что я позвал его к нам.
- И чего все так смотрят на меня? - всполошился Элвис, сидя на комоде братьев, перед этим свалив на пол гору вещей и книги, которые Вайнона с Ноем читали здесь.
- Может быть то, что он тогда забыл розжиг, было знаком?
- Ну плохо дело у меня с кострами, вы что теперь, всю жизнь мне припоминать будете?
- Для тебя - вечность и чуть больше, - усмехнулся Ной, вспоминая кое-кого. Друг в ответ потёр палец о джинсовые брюки комбинезона, как бы натирая его до блеска и показал ему этот средний сверкающий палец.
- А что, скандал по поводу заблеванной машины уже окончен? Это даже на войну было не похоже, - возмутился Минах, особенно не скрываясь во взглядах на Вайнону. Он всё скользил взглядом по её руке, забитой тату, по бедру, выглядывающему из-под простыни, на котором тоже красовались татуировки. Раньше его это чертовски заводило.
- Что может сравниться с тем скандалом, когда он таки бросил универ? - встречая взгляд брата своего парня, Вай подняла брови.
- Да, планы у отца были грандиозные, - отреагировал Элвис. - Но хрен я состригу свои кусты ройбуша на голове ради глупого имиджа слуги закона.
- Кусты? Так вот как ты это называешь? - расхохотался Минах, от смеха съезжая по стене и прижимая и руки и ноги к животу.
- Ага, в твиттер это ещё напиши.
- Вот слушаю я вас, а сам думаю... - начал Ной, обводя взглядом то одного, то другого. - Какого же, мать вашу, гребанного хрена, вы сюда припёрлись?
- Вечно ты не рад гостям, - уныло протянул Минах, потирая глаза от слез, выступивших от смеха.
Омар с легкой улыбкой наблюдал за ними. Ему почему-то было очень легко находиться рядом с ними. Они могли ссориться, посылать друг друга в разные направления от одного и того же места, шутить, кидаться одеждой, раскиданной братьями по комнате, но было что-то такое в атмосфере, что если и можно её как-то обозвать, то только дружбой. Какой-то своей, разной, но дружбой. Даже в этой неловкости от голых ребят в постели, всё равно веяло чем-то своим, обыкновенным. Чем-то, к чему они уже привыкли.
- Я вот рада гостям, очень-очень, - протянула Вайнона, прикрывая глаза от челки, которая всё время путалась, а темные волосы беспорядочно разметались по плечам. - Как Ной третьей груди у меня на спине, серьезно. Только можно в следующий раз я встречу гостей в одежде?
Все парни заржали, закидывая головы. Минах даже немного побился ей о пол. Ной пытался сдержаться, от чего выглядел так комично, что после того, как он подмигнул девушке, она тоже рассмеялась.
- Хотя бы в лифчике. Пожалуйста, Минах.
- Раньше ты не была так стеснительна, - бросил он и получил подушкой прямо в лицо. - В следующий раз в тебя полетит что-то потяжелее, - серьезно прозвучал голос девушки с кровати.
- Книгой этой, что ли, которую Ной читал? - Элвис вертел в руках "Время смеётся последним" Дженнифер Иган.
- Я не читал, - он откинул простынь, вставая и отбирая книгу у друга. - Меня заставили.
- Посмотри, как "девушку с волшебным чаем" перекосило, - усмехнулся Омар, стараясь не смотреть на щеголяющего нагишом Ноя.
- Раньше ты не была так стеснительна, - повторил парень слова брата, поворачиваясь к ней.
- Господи, Ной... - она рассмеялась, смотря ему в лицо.
- Держи, - Минах бросил ему какие-то широкие джинсы. - А то всю улицу сейчас завлечёшь своими флюидами.
- Не читал, значит? - протянула Вай, смотря, как парень натягивает джинсы.
- Ты ещё верила в чудо, да, Вай? - бросил Элвис, подрываясь к двери от кинувшегося на него Ноя.
- Ну, прости. Как вы там говорите? Не пошло, - он захлопнул дверь за комично выбежавшим Элвисом с поднятыми руками.
- Теперь ты, Вайнона? - заигрывая, протянул Минах, бросая её валяющиеся около кровати рваные джинсы, через дырки в которых так хорошо проглядывались её рисунки на ногах.
- Не дождешься, - огрызнулся Ной, наклоняясь к её губам и аккуратно прижимаясь к ним своими.
- Я сделаю вид, что не заметила закладки на восьмидесятой странице, - прошептала она ему на ухо с нежной улыбкой.
- Сыграть вам? - растянувшись на полу, спросил Омар, отталкивая руку Минаха с маленькой таблеточкой на ладони.
- Не надо, - пушистая голова Элвиса появилась в приоткрытой двери. - А то у них по второму разу начнётся.
onze.
- Я вам говорю, они классные, - Минах полулежал на траве, закидывая в рот орешки.
- А я говорю - никаких девок, - протянул Ной, тыкая пальцами в шевелюру Элвиса, сидящего рядом. Она всем не давала покоя.
- Ты и против нас тоже? - с улыбкой протянула одна, сидящая рядом с другой, накрывшись с головой одним пледом от тянущего прохладой воздуха.
- Вот и этих тоже бы отсюда, - кивнул Ной.
- Минах, ты ж знаешь, как Вай относится к женским компаниям.
- И что? - он кинул в Элвиса орешком. - Мне теперь ни с кем не водиться, потому что у неё там непереносимость баб?
- С каких пор ты такой смелый? - Ной поглядывал на экран телефона. - Раньше глотку бы перегрыз, если бы кто-то просто косо глянул в её сторону.
- Вам ведь не нужна мамочка, - бросил брат, откидываясь на девушек, которые сразу стали активно стараться понравиться ему.
- А в папочку сыграть можешь? - они рассмеялись. Ной закатил глаза.
- Где ты таких просто находишь?
- Раньше тебе тоже такие нравились.
- Раньше ты таких на дух не переносил.
- А Вай чего тогда мне приглянулась?
- Раньше Вай не была...
- Ой, раньше, раньше, - Элвис зашелестел упаковкой луковых колечек. - Меня скоро тошнить начнет от ваших "раньше". По-моему, раньше давно осталось позади, а вы всё припоминаете.
- Раньше ты всё время сидел в сети, - бросил Минах, ловя орешек из рук девушки прямо ртом, вместе с её пальцем. Кажется, той это даже нравилось, а вторая решила, что может засунуть свои руки ему под футболку.
- Так это было раньше. Я уже не тот, вот о чём я вам тут толкую, - он косился на ту темненькую, с кучей серёжек в ушах.
- А теперь-то что? - уткнувшись в телефон, Ной тем не менее слушал их.
- Не знаю, - протянул тот. - Тогда, мне кажется, я что-то искал. Мне всё чего-то не хватало.
- Когда тебе чего-то не хватает в жизни, ты пытаешься это найти в другом месте: в сети, например. Это какой-то там синдром чего-то, я точно не помню. Просто ты неосознанно пытался восполнить пробел, - заговорила девушка в коротком топе: дует пронизывающий ветер, но выглядеть соблазнительно - дело принципа. - Что? Я учусь на отделении психоанализа.
- Вот так новость, - безразлично протянул Минах, отбирая у Элвиса колечки.
- Ну, а потом я нашёл кое-кого, и меня больше не тянет. Как будто даже лень писать кому-то. Зачем? У меня всё есть, - парень облизывал пальцы, пытаясь заглянуть в телефон Ноя, но тот мастерски уворачивался.
- Чатишься по ночам с какой-нибудь девчонкой-гиком?
Элвис в ответ пожал плечами.
- Ну, хватит вам тискаться, - проворчал Ной, кладя телефон на траву и махая на них руками. - Давай, убирай их отсюда. Ну, харе, ребят, я серьезно.
- И куда я их дену?
- Почему они говорят о нас так, будто мы животные? - протянула тихо темненькая другой.
- Я точно не знаю, но кажется, это что-то говорит о том, что они о нас думают.
- Какой смысл учиться на этом твоем отделении, если у тебя все не "точно"?
- Отправь их к Омару. Девочки, вам ведь нравятся загорелые парни?
- У него работа.
- Какая ещё работа?
- Со счастливым горшочком, - усмехнулся Минах, разглядывая склонившихся над ним девушек и свисающий с их голов бежевый плед.
К ним медленно шла Вайнона, из-за ветра её волосы разносило в разные стороны, но от этого она казалась лишь свободней. Как будто она даже пахла бризом, а крики птиц путались у неё в волосах.
- Ной, - протянула она, оглядывая всех сидящих, какие-то пачки на траве, телефоны, валяющийся рядом велосипед братьев и девушек.
- Я говорил тебе, - он поднялся к ней, убирая волосы с глаз. - Давай я приеду.
- Всё в порядке, ты же знаешь.
- Вай, почему ты красная? - Элвис оказался рядом, приобнимая её.
- А почему у тебя зрачки, как две луны?
- Да это Минах... - протянул он, бросая на друга взгляд. - Помощь нужна?
- Я разберусь, - он взял её за руку и потянул за собой, прочь.
- Если что, я на связи, - бросил Элвис, снова опускаясь на траву.
- Ной, ну постой, - девушка что-то быстро заговорила, забавно жестикулируя, пока Ной медленно, но стремительно шёл к выходу из парка. Их голоса ещё разносились среди деревьев, летали над травой, касаясь мелкой росы.
- И... - медленно протянула девушка с отделения "не точного" психоанализа. - Из-за чего она променяла тебя на него?
Минах с Элвисом переглянулись, снова смотря вслед уходящим друзьям. Порой, всё принимает странные формы, ситуация находит новый оборот, люди новые маски. А в нашем мире маски та ещё дрянь. Забавно, что еду и одежду мы вынуждены покупать, а маски раздают бесплатно. Хочешь - такую, хочешь - другую, а хочешь - хоть целых семь, на каждый день недели и ещё одну запасную, специально для родителей. Но как бы ты ни старался бежать, обязательно споткнешься. О свои же чувства, а если не чувства, так воспоминания. С чувствами-то ты можешь попрощаться, а вот воспоминания никуда не деть. И это - будет ещё одним твоим воспоминанием. Но ты, пожалуйста, сам реши, каким оно будет: счастливым или не очень.
douze.
Ной утопил палец в кнопке звонка, который стал противно и протяжно пищать. Он не убирал пальца, пока дверь не раскрылась, а на пороге не появился мужчина лет сорока, хотя по его виду и не скажешь. Он был весь растрёпан и неряшлив, в вымазанной чем-то растянутой старой майке, затёртых джинсах и босой.
- Чего надо?
- Парочка втыков, кажется, - твёрдо бросил Ной, сжимая кулаки.
- Ты этот что ли... с которым наша Вайнона кувыркается, да? Вас ещё тогда вместе из школы чуть не выперли после делов, что вы наворотили.
- А вот это уже не тот разговор, - парень втолкнул мужчину внутрь, переступая порог. - Я не буду ходить вокруг да около, понял? Если ещё раз ты приблизишь свою поганую морду к Вай, я тебе её так разворочу, что врачи не соберут. Даже самый квалифицированный пластический хирург тебе не поможет, это я обещаю.
Мужчина сначала споткнулся, не понимая, что происходит, затем взбрыкнул. Можно было видеть, как загорелась злость в его туманных глазах, как алкоголь, который почти никогда не выветривался из его крови, забурлил, поддерживая хозяина на великие свершения: драка в таком состоянии - явное свершение, так всем им кажется.
- Ты что, щенок, дверью ошибся? - он брызгал слюной, наклоняясь к парню. - В чужие дела не лезь, это мой дом, и не тебе указывать, что мне в нём делать.
- А вот это ты зря, - Ной окончательно сжал кулак. - Я повторю, вдруг до твоего вялого мозга слова не дошли: ещё раз Вайнона придёт ко мне в слезах, или ты попытаешься снова залезть на неё, я познакомлю тебя со своей битой и заявлением в полицию.
- Да кто тебе там поверит?! - он засмеялся, задыхаясь от кашля под конец. Ной смотрел на него со смесью отвращения и злости. Он уже точно знал, что ему сегодня не сдержаться: прости Вай, но такие ублюдки не должны просто так оставаться в сторонке. - Ты же сам уголовник. Я знаю все эти ваши делишки. Посмотрим, кому поверят!
- Что здесь происходит? - из комнаты выплыла женщина с тёмными тусклыми волосами, одетая в халат и тапочки, на звук потасовки. Но мужчина, словно не слыша её, продолжал.
- Кому? Кому?! Да Вайнона с десятками парней перетрахалась. Этой шлюхе также никто не поверит! - он снова засмеялся. Но длилось это не долго: Ной хорошенько размахнулся и врезал ему в челюсть. Мама Вай вскрикнула, кидаясь туда и метаясь вокруг, пытаясь как-то остановить всё происходящее. Мужчина замахал руками и барахтался, пытаясь встать. Потемневшие глаза Ноя пригвоздили его к грязному полу.
- Ты меня понял, мужик. Считай, это был аванс, - в довершение он, совершенно не задумываясь, пнул мужчину в пах, при новом вскрике женщины, прикрывающей рот руками.
- Всего хорошего, мадам Лемотрэ, - он чуть кивнул ей в знак прощания и вышел, аккуратно прикрыв дверь.
- Она уже давно не Лемотрэ, - донеслось оттуда, сквозь стоны.
Если бы только Вай знала, как долго он мечтал это сделать. Как он просыпался среди ночи, думая, а не нужна ли ей сейчас помощь, а не пристает ли этот ублюдок к ней снова. Он был поглощен этим. В таких случаях говорят "сердце было не на месте", и вот его уже давно было не там, где должно быть. Но теперь, только лишь одна слеза, один побег через окно, и его руки развязаны. Пускай его связывают, как в прошлый раз, приковывают наручниками к забору, да что угодно, однажды, он доберётся до него. И если ему придётся за содеянное заплатить, так тому и быть.
Он сидел на лестнице второго этажа, свет лампочек с нижнего и верхнего этажей сюда еле доходил. Он поднял какой-то бычок у мусорки ещё перед входом, а теперь отряхнув его, подкурил.
- Ной? - шаги Вайноны затихли эхом где-то под крышей. - Ты что здесь делаешь?
- Сегодня ночуешь у меня, - протянул он, смотря на неё снизу вверх.
- Ты что сделал? Ты... ты что, был у него? Я же просила тебя, Ной, - она схватила его руку, пытаясь разглядеть костяшки, которые были содраны и покраснели. - Господи, что мне теперь...
- Успокоиться и идти со мной, - парень встал, сжимая её руку.
- В следующий раз я сразу буду бить тревогу, когда ты выйдешь в туалет и не вернёшься.
- Я на пути к решению, ладно? Я не собираюсь ждать, когда этот... мужик, снова полезет к тебе. Или для тебя это всё шуточки?
Она молчала, осторожно проводя пальцем по его ладони.
- Ты сама понимаешь, что я прав. Тогда дай мне разобраться.
- Это моя семья, неужели ты не понимаешь? - тихо прошептала она. - Я не могу так просто взять и... Они семья.
- Если ты сама не можешь решить проблему, дай мне помочь. Я потому и прошу, Вай. Ты не справишься с ним, никогда он не....
- Я справлялась.
- Побегом? Удачным стечением обстоятельств и его медлительностью? Нет, это не входит в понятие "справлялась", - возразил он, вытягивая её из двора в темный Париж.
- Почему ты всё время лезешь?! - она выдернула свою руку, поворачиваясь к нему лицом. - Почему ты думаешь, что можешь вот так просто взять и решить всё за меня?! Почему ты считаешь, что у тебя есть право так со мной поступать?! Мне с ними жить, не тебе! А как мне теперь просто туда войти?! Что мне сказать, как смотреть в глаза?!
Она неистово теребила фенечку на запястье, с каждым словом повышая голос, который начинал дрожать. Она редко не могла справиться с эмоциями настолько, что позволяла слезам показать это, но кажется, это был особенный случай.
- Почему? - тихо спросил он, пропуская каких-то людей на тесном тротуаре. Свет фар проезжающих машин отблескивал в глазах Вай. - Ты, правда, спрашиваешь почему?
- Считаешь, это тебе сейчас послышалось?
- Нет, я просто думаю, как ты можешь так сглупить, чтобы спросить настолько нелепую вещь.
- Это вопрос?
- Нет, скорее констатация.
- Ты такой... - она развернулась, одергивая край свитера, будто он ей мешал. Снова и снова.
- Заботящийся? Волнующийся? Переживающий? Любящий? - по очередности произнес парень, нагоняя её.
- Самоуверенный.
- Если бы я таким не был, однажды я бы навещал тебя в больнице с порванными внутренними органами.
- Что?!
- Ты думаешь изнасилование - это приятно?!
- Придурок.
- На самом деле, не будь я самоуверенным, мы бы даже не сошлись.
- Мастер переводить темы, - она поднялась на бордюр, на носочках ступая по нему.
- Я просто тебя люблю.
Ванойна остановилась, показывая их знак. Парень подхватил её, держа на спине, а она обхватила его за плечи, прижимаясь лицом к его макушке.
- Я знаю.
- И что теперь? - тихо произнес он, получше обхватывая её ноги. Они частенько так гуляли по городу. И плевать было на все косые взгляды. - Будешь избегать меня до конца жизни?
- Ты думал, просто врезал моему "любимому" отчиму и всё, избавился от меня? Хитрый план.
- Я думал сработает, - усмехнулся он, и получил шлепок по груди.
- Больше никакой самодеятельности, - её голос был твёрд, как самые низкие породы в недрах земли.
- Этого обещать не могу. У меня уже есть другое обещание.
===============================================
- Бесите меня, - Минах скрылся в другой комнате, оставляя друзей сидеть на кухне, а брата бросив в замешательстве.
- С ним что-то не так, - Ной сверлил взглядом закрытую дверь комнаты.
- Чувак, конечно с ним что-то не так, он же на таблетках сидит, - Элвис удивленно посмотрел на друга.
- Каких ещё таблетках? - он закинул в раковину почти съеденное яблоко.
- Ты что, действительно не..? - поразился Элвис, перебивая самого себя. - Короче, он ест их вместо каши на завтрак, бутеров на обед и вообще вместо всего рациона.
- Если что, это гипербола. Конечно его потом голод атакует, и он сметает всё подряд, - заметил Омар. - Что? Так со всеми таблетками и травкой.
- Да в курсе я, - проворчал Ной. - Я что-то не понял, а чего он... А почему никто мне не сказал?!
- Это ты с ним живёшь, - протянул Элвис.
- Я же не слежу за ним!
- Более того, ты следишь за кое-кем другим, - друг слабо улыбнулся, рассматривая пол.
Они услышали странные звуки из комнаты, куда Вай отправилась за другом. Омар аккуратно заглянул внутрь: Минах прыгал на кровати, смеялся и рассказывал какие-то сумасшедшие истории. Вайнона же сидела в позе лотоса на полу перед кроватью, слушая и иногда задавая вопросы.
- Плохо дело, - констатировал он, делая пару шагов на кухню: двери спальни и кухни находились друг напротив друга, буквально в метре.
- С одной еле разобрался, теперь этот погряз, - Ной упёрся руками в раму окна, разглядывая тёмные улицы.
- Ты правда не замечал? - Элвис выхватил гармошку у Омара: тот практически никогда не выпускал её из рук.
- Кажется, я плохо старался быть хорошим братом.
- Ты был занят девушкой "с волшебным чаем", - пытаясь оправдать его, протянул парень, ловя своими брекетами слабый свет кухонной лампы.
- Почему ты её всё время так называешь? - Элвис пытался разглядеть что-то внутри гармошки.
- Он ведь и правда волшебный, забыл? Ты благодарил небеса за эту благодать.
- Я не набожный, - он скривился, когда Омар с хрустом откусил яблоко.
- Так кто-нибудь скажет мне, - Ной обернулся, замечая Вайнону, облокотившуюся о косяк кухонной двери. - Почему этот вечно ответственный и серьезный старший братец слетел с катушек?
Парни одновременно пожали плечами. Вайнона молчала.
treize.
- Почему это? - Минах сидел на краю фонтана, вытянув ноги и спрятав руки в карманах вязанного кардигана. Он вообще редко заставлял себя надевать его, но когда время было такое, что кроме кардигана тебя никто больше греть не мог, это было лучшим решением.
- Что "это"? - Омар пересчитывал монетки, высыпав их из горшочка на ладонь.
- Эта работа. Почему не разносчик пиццы, не клерк, не подсобник, в конце концов?
Омар на секунду замер, а потом, слегка пожав плечами, продолжил перебирать центы.
- Она мне нравится.
Он порой удивлялся, когда люди задают такие вопросы. Для него всё казалось простым и очевидным. Если ты любишь что-то - занимаешься этим. Если тебе нравятся люди - стараешься быть хорошим другом, если нет - уходишь, и не важно, что остаётся позади. Жизнь полна выборов: даже в выборе глазури для пончика есть эта неизбежная необходимость принимать какое-то решение: то есть, делать в ы б о р. Но если каждый раз тратить слишком много самого себя, однажды тебя не останется совсем, ты будешь обыкновенным обывателем. Любой выбор неизбежен, и не проще ли просто делать его, следуя своему сердцу? Ответ на этот вопрос для него также был очевиден. Философия е г о жизни была проста.
- Снова? Тебя же только отпустило, - закинув монеты обратно, Омар задумчиво попробовал пару нот, странно смотря на Минаха, который забросил таблетку в рот, снова пряча руки в карманах.
- Ну, всё логично.
- По моей логике, тебе должно это нравиться.
- Типа того, - он усмехнулся.
- Но это не так.
- С какой стороны посмотреть.
- Расскажешь? - Омар присел рядом.
- Серьезно хочешь послушать?
- Я вроде как... с вами. Но всё ещё ничего о вас не знаю.
- Кто хочет вываливать своё бельишко? - Минах вздохнул.
- Да все. Все любят говорить о себе.
- Я тоже о тебе ничего не знаю.
- Я хорошо вписываюсь в вашу компанию, да?
Парни улыбнулись друг другу. Но Минах, Омар заметил, уже был не здесь. Он морщился от мелких брызг фонтана, летящих сзади, смотрел под ноги людям, снующим туда-сюда по выложенной камнем площади. Они молчали какое-то время, пока Минах не поднялся.
- Я просто пытаюсь бегать.
Омар непонимающе смутился. То ли его французский был недостаточно хорош, чтобы понять смысл (физически не получается бегать и он пытается, или бегать до определенного места, или пытается убежать сейчас?), то ли то, что друг заговорил, стало для него неожиданностью.
- Куда?
- От кого, - усмехнулся Минах, медленно отступая задом. - От себя, конечно. Но знаешь, это ещё сложнее, чем бежать от врага.
- У меня два варианта, - Омар склонил голову набок, внимательно смотря на него. - Реши, нужно ли тебе то, от чего ты бежишь, и если да - тогда зачем бежать? Действуй. Не понимаю я этого, хотеть - и ничего не делать. А если нет, так и хрен с ним, закидываться-то тогда зачем? Все же предельно просто. Либо борись, либо отпусти. Бегать - пустой номер.
- Я расскажу всё, - он уже отошёл шагов на десять, находясь чуть в замешательстве от слов Омара, чуть в тумане от действия наркоты. - Но не сегодня.
- Дохлый номер, слышишь? - бросил парень вдогонку, но вопрос так и отлетел от спины уходящего друга.
Минах оглядывался по сторонам, рассматривая смазанные предметы, мутные лица прохожих и думал, что бегать - ещё какой номер, просто акробатический. Это может и слабость, но когда решение рвёт тебя на части, побег - единственный выход.
Хорошо, когда ты умеешь жить так, как живет этот смуглый парень с брекетами. Он не колеблется - просто знает, чего хочет. Да, может быть за его плечами тоже десятки тайн, но наверное, именно они научили его всему этому. А Минах так не умел. Ну, не было в нём чего-то, благодаря чему он мог бы с легкостью отсекать ненужное и не смотреть на то, что может принести своими действиями людям. Он всегда заботился об этом. В миг себя не переправишь - вот что он точно знал.
Он запрыгнул в полупустой автобус, растягиваясь на одном из сидений. Он разглядывал каждого по очереди, замечая в самом конце пшеничные спутанные волосы, прижатые большими наушниками. Лицо скрывалось за раскрытой газетой. Он долго смотрел, будто надеялся проделать дыру в бумаге. Его пальцы порхали по коленке, отбивая какой-то ритм. Когда пронеслись две остановки, а девушка продолжала скрывать свое лицо за газетой, он не выдержал, подсаживаясь. Она покосилась на него, громче, чем нужно, спрашивая:
- Опять ты?
Минах стянул с неё наушники.
- Узнала?
- Я тебя каждый день в универе вижу, конечно узнала, - она снова заговорила тихим голосом, какой он запомнил.
- Мы учимся вместе?
- Разные факультеты.
- А мне казалось, я первый раз видел тебя на том мосту, - протянул он.
- Всем так кажется, - заметила девушка.
- Так ты смотришь на меня каждый день? - он пододвинулся ближе к ней, с улыбкой, на что девушка плотнее прижалась к окну.
- Ну, после той нашей встречи ты редко стал появляться. И нет, я не ищу тебя там, просто ты... вроде известен, Мистер Нахер.
- Можно просто Минах, - он ждал от неё ответа, но девушка молчала. - Что читаешь?
- Да так, ищу кое-что, - она быстро свернула газету. - А ты всё ещё лечишься?
- Всё ещё болен, - усмехнулся он такому определению. - Но спортом занимаюсь - бегаю.
- Разъезжая на автобусе?
- Бегаю на автобусе, - усмехнулся парень.
- Ясно.
Девушка уставилась в окно на проезжающие мимо машины, ветер, поднимающий волосы людей в воздух, а пыль, сыплющуюся с сердец, разметая по дорогам.
- Значит, это всё-таки судьба.
- Нет никакой судьбы, - ответила она, не оборачиваясь.
- Как же, есть конечно. Ты встретила меня, даже когда я практически не появляюсь на лекциях.
- На меня это не действует, - девушка спокойно смотрела на Минаха, расслабленно сидящего рядом. - Ты всем это говоришь.
- Глупости, - он наблюдал за ней из-под полуприкрытых ресниц. Солнце светило, но так прохладно, что его можно бы прозвать ледяным светилом.
- Большая половина женской части потока уходила с тобой и возвращалась на следующий день. Что ты смотришь на меня? Все девушки об этом говорят: одни слушают, другие рассказывают, третьи планируют стать следующими из-за того, что рассказали вторые.
- И из какой группы ты?
- У меня своя группа, - девушка медленно водила большим пальцем по губам. Привычка, которая её всегда успокаивает.
- И кто в ней?
- Я.
- Ты? - Минах заинтересованно поднял брови.
- Да, просто я. Я не вожу дружбу с парнями, вокруг которых вьётся аура непостоянности, - она снова надела наушники.
- По-твоему, я не умею дружить с девушками? - возмутился он, снова стаскивая их с неё.
- Нет, не умеешь. А дружба в кровати меня не привлекает.
- Почему же?
- Я ревную.
- Будешь ревновать меня к другим? - он ухмыльнулся.
- Ревную кровать. Она должна быть полностью моей. Такая я собственница.
Он рассмеялся, смотря как она спокойно смотрит на него.
- Но я имел в виду, почему ты так веришь в то, что я не умею дружить.
- Аура непостоянности, помнишь?
- Какая-то аура решает, что я за человек?
Она лишь пожала плечами.
- Тогда предлагаю эксперимент.
- Мне лабораторных хватает.
- Даже не интересно, о чём я?
- Интересно, - девушка впервые за вечер слабо улыбнулась.
- Попробую тебе доказать, что ауры ошибаются.
- Дохлый номер.
- Почему мне второй раз за день это говорят? - спросил Минах у крыши автобуса. - Но я всё-таки попытаюсь.
- Ладно.
- Ладно?
- Пусть так, - она встала, покачиваясь идя к дверям.
- Когда начнём? - бросил он.
- Когда осыплются звёзды, - ответила она, смотря на него, сидящего в конце автобуса.
Он хотел что-то спросить, но дверь раскрылась, и она выбежала, успев лишь бросить, оглянувшись на него последний раз:
- Виржини.
Он не знал, бывает ли, что звёзды осыпаются. Он не знал, почему от неё так пахло мылом. Он не знал, "пусть так" - это согласие или отказ. Он не знал, зачем она вообще ему сдалась. Он не знал, как долго продержится, прежде чем она, как и все, почему-то решит отказаться от него. Отказы не прельщают, поэтому, знаете что? Отказывайте первыми. Он не знал, насколько это правильно, но именно так он действовал с прочими, следуя своей вере.
Ничего из этого он не знал.
Но он точно знал, что звездопад ему по силам.
quatorze.
"Читал я где-то, что лучший способ оставить прошлое, это бесконечно тонуть в настоящем. Даже будущее - сущий пустяк. Его ещё нет, а мы так о нём печёмся. Всё боимся чего-то не достичь, что-то упустить, накопить побольше денег на страховку машины, которой, снова, ещё нет. А в чём же тогда прелесть? Я не понимаю. Вот я всё время повторяю Вай, чтобы она перестала оглядываться. Она ведь постоянно там: в прошлом. И ей от этого худо (тут Ной бы снова передернул и запустил чем-нибудь увесистым, может быть книгой, которую он снова "не читает"). Так вот выходит, что из трёх зол, самая меньшая - это настоящее, но из оставшихся двух, лучше уж заботиться о будущем, чем постоянно возвращаться к прошлому, которое, ну никак, не изменить. Ещё никому не удавалось. Только если... Доктору Кто. Но я не об этом. Нужно заботиться о том, что тебе п о д в л а с т н о, а не жить ошибками, Вай. Ну... может быть и мне стоит об этом подумать?" - простите, лимит превышен на 786 знаков.
Минах закатил глаза, стирая весь твит. Увлекся что-то. Такими темпами нужно блог заводить. Мысль, конечно, здравая, вот только размышления больно банальные. Он убрал телефон в карман серого распахнутого пальто, выходя из канцелярского магазинчика около булочной, в которой всегда брал свои любимые пончики с малиновым сиропом. Это было что-то вроде утреннего ритуала, который нельзя было нарушать. Вайнона любила персиковые эклеры и вечно сетовала, что ещё немного, и все вкусности отложатся у неё на боках. Сначала появятся хомячьи щёки, а потом и брюшко этого же домашнего животного. В общем, она умела удачно себя сравнить. Ной обожал самый ядрёный лимонный чизкейк, наслаждаясь каждой кислинкой и запахом от цедры. Ещё больше он обожал смотреть, как все кривятся, смотря на него. Он ел мастерски, с улыбкой. Это было его излюбленным ритуалом. Если не провёл его, считай день прожит зря. Элвис обычно всегда жаловался, что ему снова ничего не взяли (просто потому что все знали, что он ненавидит яблочный пирог, а что он любит - нет), и подъедал у каждого понемногу. Загадка была в одном лишь Омаре, который ещё не столкнулся со скрупулезностью Минаха, с которой тот выбирал мини-завтрак для перекуса перед лекциями.
Минах заметил уже знакомые растрепанные волосы девушки, стоящей у доски с расписанием. Он остановился у неё за спиной и не дожидаясь, пока она обернётся, раскрыл ладонь над её головой.
- Это что за... - она от неожиданности втянула голову в плечи и обернулась. Её волосы были осыпаны десятками небольших серебряных звёзд. - Нахер.
- Приятно познакомиться, - парень чуть наклонил голову, как джентльмены в старых чёрно-белых кино.
- Что ты сделал? - Виржини в недоумении выбирала блестящие звёзды из волос.
- Теперь тебе не отвертеться. Только что ты стала очевидцем чудесного события: звёзды осыпались.
- Они не настоящие, - протянула девушка, рассматривая одну на ладони.
- Ну, было бы немного странно, если бы я ссыпал на тебя парочку десятков каменных глыб размером с Землю, - парень помог ей отряхнуть звёзды на пол холла университета.
- Зато это было бы честно.
- Дело не в честности, а в изобретательности.
- Просто признайся, что осыпать настоящие звёзды тебе не по силам, - девушка слабо улыбнулась, ещё раз проводя пальцем по списку предметов и номерам аудиторий.
- А это обязательное качество для всех твоих друзей?
- Если я отвечу "да", ты перестанешь таскаться за мной? - парень шёл рядом с ней, держа руки в карманах.
- Сколько из них прошло испытание? - не отставал он.
- Ни один. Именно поэтому у меня нет друзей.
- Шевальер! Наконец я Вас застал! - послышался голос преподавателя по ведущему предмету его факультета Культурологии и литературы.
- Черт, попал, - с натянутой улыбкой проговорил Минах, старательно делая вид, что не слышит учителя, и отступая к выходу.
- Я покажу тебе, насколько всё просто, - спокойно произнесла девушка, оглядываясь на него.
- Чёрный или зелёный? - прокричал он, смотря, как она собирает спутанный хвост на макушке.
- Что?
- Чай!
- Кардамон, - он прочитал по губам.
- На двадцать третьей ступеньке, - улыбаясь от того, как она застенчиво отвернулась, Минах успел выбежать до того, как профессор настиг его.
===============================================
- С твоим братом всё в порядке?
Девушка появилась рядом с Минахом, сидящим на двадцать третьей ступеньке перед зданием универа. Он передал ей стаканчик с красным чаем.
- Ты моргнула два раза, я подумал, что это число пакетиков сахара, - он пожал плечами. - А что с Ноем не так?
- Кричал что-то в телефон, - Виржини пожала плечами точь-в-точь как парень. - Та девушка, с тату, пыталась его успокоить, обнимала всё время.
- Наверное, опять ссорятся по поводу отчима, - он глотнул из своего стаканчика.
- Ну, чего ты сидишь? Я собиралась показать тебе кое-что.
- Обычно я слышу это в другой обстановке, - Минах нагнал её.
- Потом поделишься со мной, какая тебе больше пришлась по душе.
- Могу поделиться даже любимой книгой. А это важно?
- Мне так кажется.
- А в ауре не написано, что я выберу?
Девушка молчала, потихоньку потягивая свой чай.
Выйдя из метро на конечной станции, они поймали автобус, на котором ехали минут сорок, и вышли около старого заброшенного завода. Идя переулками, они вышли к месту, которое одновременно можно было назвать пустырём и полем. Глаз не мог охватить неровное пространство, покрытое зелёно-жёлтой травой и цветущими дикими растениями. А где трава проигрывала, виднелись проплешины песка, который победил. Во всем мире кто-то проигрывает, а кто-то побеждает, даже среди природы на полях.
- Вот, это моё любимое место, - она села прямо на песок около небольшого песочного холма, обвитого какими-то плетущими цветы кустами. Он частично осыпался, и за ним было так удобно прятаться.
- Как ты его нашла? - Минах с каким-то ребяческим восторгом озирался по сторонам.
- Раньше жила тут неподалёку.
Время близилось к закату, но девушка даже не думала уходить.
- Когда нащупаешься этой травы, садись. Нам ещё долго ждать.
- А чего мы ждём? - он оторвал один цветочек на небольшой веточке.
- Я покажу тебе, что значит "осыпаются звёзды".
Минах сел рядом, вертя в руках растение. Закат медленно опускался, сея теплую оранжевую вуаль на поле. Эта вуаль осторожно касалась высоких сапог девушки, пока её лицо было скрыто в тени.
- Если бы хоть один догадался, ты была бы счастливее?
- Возможно.
- Я хочу знать больше, - протянул он, растягиваясь на песке.
- Все погрязли в своих гаджетах, - она бросила на него взгляд, проверяя, как он отреагировал. - Говорят только о каких-то материальных выгодах или сексе. Мыслить узко сейчас в моде.
- А ты, значит, совсем не такая?
Она пожала плечами, откапывая пальцем корень чего-то растущего здесь.
- Такая же, наверное. Только в туалет с телефоном не хожу и соц.сети каждые двадцать секунд не проверяю. Но никто, знаешь, ещё не придумал ничего интересного, что можно ответить на мои "звёзды". Я уже не говорю о действиях.
- Никто?
- Я выгляжу чудачкой.
- Конечно, ты же писаешь без телефона! Кто так делает?
Он рассмеялся, смотря как она медленно наливается краской и становится малиновой. Минах ждал, что она ответит что-нибудь, но кажется, она была из тех, кто больше молчит и слушает, чем говорит. Он аккуратно вынул звезду у неё из волос, которая провела там весь день: счастливая.
- Звёзды любят тебя, - парень положил её девушке на коленку.
- А что насчет тебя, Минах?
- Раньше со звёздами не сталкивался.
Виржини покачала головой.
- Оставим их для ночи.
- Я Минах, и я умею пошло шутить. Могу прямо сейчас, хочешь? - он точно не знал, что это за "что насчет тебя, Минах?", поэтому действовал, как обычно.
- Так не пойдёт.
- Не хочешь, - протянул он.
- Почему никто не знает твоего настоящего имени? - она села поудобнее, рассматривая его профиль. Девушка попыталась представить, как бы парень выглядел с густой шевелюрой, но у неё ничего не вышло. Практически бритая голова так ему шла, что больше было ничего не нужно.
- Не хочется быть голубем, - он пожал плечами. Так часто он ещё никогда не пожимал плечами. День сегодня, что ли, такой. Он думал, что да. И девушка - такая.
- Голубь - это не так уж плохо, - протянула Виржини в ответ, пока парень задирал рукав своего пальто, чтобы была видна тату и указал на какое-то место в листве дерева. Девушка наклонилась, замечая, как одна из ветвей тату в кроне дерева странным образом складывается в "Иона".
- Ной и Иона? - тихий голос окутал его, пока он прятал руку. - Как в Библии?
- Да, наша мама больно любит библейские имена. Она вроде бы не любит голубей, но, видимо, очень хотела, чтобы я умел летать, - он закатил глаза.
- И гадить на людей, - добавила Виржини.
- А вот это сейчас было грубо, - усмехнулся парень, кидая в неё сорванным цветочком, который всё время крутил в руках.
- Плата за все твои неуместные шуточки.
- Могу утешить.
- Вот опять, - она медленно обрывала лепестки у цветка.
- Это не шутка, - он рассмеялся, вопреки своим словами, и притянул её к себе. - Иди сюда.
- Нет уж, спасибо, - девушка села обратно.
- Ну ладно, это мне нужно утешительное объятие.
- Всё равно нет, - она ударила его по рукам, снова потянувшимся к ней. - А где родители сейчас?
- Живут себе, завели попугая.
- Всё-таки у них есть страсть к пернатым, - осторожно улыбнулась Виржини, смотря на то, как впереди солнечный свет становится всё бледнее и бледнее, а небо покрывается зелеными прожилками. В этом месте всё было как-то по другому. Даже твои собственные мысли превращались в поток чего-то гармоничного, присущего только тебе. Размышлять здесь было особенно приятно.
- Даже они заменили меня попугаем, какая умора, - как-то не весело усмехнулся Минах.
- Так вы живёте не с ними?
- Нет, - он потёр глаза. - Последнее время мы как-то не очень ладим.
- Разногласия?
- Старшая школа, - с третьей попытки Виржини не стала отталкивать его, просто уткнувшись в пальто и слушая. - У кого она проходила гладко?
Она ещё что-то спрашивала, но он не был слишком разговорчив, в конце концов и Виржини просто стала обыкновенной собой. Они наблюдали, как темнело небо, а потом ждали звездопада.
На самом деле, всё действительно было очень просто. Только, к несчастью, единицы замечают эту простоту. Единицы не придумывают ложных сложностей. Жизнь была бы куда легче, но, не ясно хорошо это или плохо, лёгкие пути не дано видеть всем.
quinze.
Раздался протяжный звонок. По пути к двери Вайнона ещё раз попыталась закрыть кран посильнее, чтобы вода не капала так раздражительно. Но как и в прошлые восемь раз, это не помогло.
- Омар? - девушка вытирала руки полотенцем, удивленно смотря на посетителя.
- Девушка с волш... - он выглядел чуть менее удивленным, держа в руках пачку с замороженными куриными нагетсами.
- Вайнона, - перебила она, пропуская его.
- А парни где?
Вай закрыла за ним дверь, и он последовал за ней на кухню. Девушка снова принялась резать клубнику, поглядывая, как Омар засовывает коробку в холодильник.
- Не знаю, они мне не сказали. Вернее, Минах ушёл чуть пораньше, весь позитивный, снова в компании своих расширенных зрачков. Просто кошмар какой-то, - она потёрла лоб тыльной стороной ладони, в которой держала нож.
- Ной всё ещё бесится?
- Ты же его знаешь, - бросила она и осеклась. - Ну, по крайней мере, догадываешься.
- Не знал, что ты ещё тут.
Парень оседлал старый деревянный стул, кладя руки на спинку. Вайнона как обычно была в своих рванных свободных джинсах, и Омар осторожно скользил взглядом по её ногам, пытаясь рассмотреть татуировки.
- Ной не отпускает. Всё придумывает какие-то предлоги, чтобы я не ушла домой. То ему поддержка нужна, то он спать без меня не может, то нужно, чтобы я ему рассказала про эпоху Ренессанса для реферата, то вот, рассказал про любимый клубничный пирог, который ему в детстве готовила мама, - она звонко отрезала хвостик ягоды.
- Мама это хорошо, - протянул Омар.
Вайнона ничего не ответила. Когда парню наскучило наблюдать за тем, как двигается нож в руках девушки, он поставил чайник на двухкомфорочную плиту, набрав в него воды.
- Я не буду проклят, если сделаю нам чай?
- Нет, - она смутилась. - Почему бы?
- Это твоя прерогатива, обычно.
- Ах, девушка с волшебным чаем, - она улыбнулась ему. - Знаешь, я может хочу забыть о том цирке, а ты всё время напоминаешь.
- Хочешь?
- Вообще-то нет. Это было забавно. Особенно песни Рики Мартина.
- В любом случае я теперь твоё пожизненное напоминание, - он сверкнул брекетами.
- Если я с такой жизнью долго протяну, - девушка звонко облизала пальцы и ссыпала порезанную клубнику в чашку.
- Если не протянешь, братья тебя воскресят и заставят протянуть ещё немного, - они рассмеялись под звук вскипевшего чайника.
- Так ты марокканец?
- Да.
- И как там, в Марокко?
- Солнечно, пустынно и много оливок, - он закидывал пакетики в кружки.
- Чем-то напоминает пустыню?
- Есть такое.
- Так откуда же у вас пляжи? Я помню, как ты бродил прямо у накатывающих волн и вспоминал дом.
- У нас есть океан, - он озадаченно посмотрел на Вай, которая даже перестала резать. - Хочешь спросить, почему тогда я здесь?
- Ты ведь из тех, кто если хочет быть в каком-то месте, всегда в нём будет.
- Это да, - Омар поставил перед ней кружку, от которой шёл пар. - Но другие могут не хотеть, чтобы ты был в этом месте.
- Дилемма, да? - Вай слабо улыбнулась ему.
- Лучше расскажи мне о вас, а я могу тебе помочь.
Он забрал у неё из рук пачку с мукой, пока она аккуратно водила вымазанным в ней пальцем по экрану телефона, проверяя рецепт.
- О ком "о вас"? Достань, пожалуйста, масло. Вот чёрт, оно должно быть комнатной температуры, - она отложила телефон в сторону, трогая фенечку на запястье.
- О всех вас, - Омар рылся в холодильнике, прижимая пачку к себе. - Как вы познакомились?
- О, это та ещё история, - девушка крутила в руках круглую длинную вазу. - Может не надо?
- Если не хочешь - не надо, - он с улыбкой передал ей масло.
- Тогда стоило сделать что-нибудь покрепче чая, - Вай усмехнулась, отставляя вазу в сторону и принимаясь замешивать тесто.
- Зачем тебе ваза? - Омар ссыпал муку в миску, пока девушка не остановила его.
- Какая ваза? А, эта. Это моя скалка.
- Что?
- В этом доме нет ничего другого, не палкой колбасы же мне раскатывать тесто.
Омар молча согласился, закивав, мол "действительно, не колбасой же".
- К тому же, колбасы у нас нет, - добавила Вай, усмехнувшись. - Ну что, приготовил свои сверкающие пятки?
- Чего? - Омар замер, не донеся кружку до рта.
- Я хочу, чтобы когда ты убегал от нас после рассказанной истории, это было эффектно.
seize.
- Как твои камушки Сваровски? Уже вкрутил в ступни?
Вай стояла у окна с сигаретой во рту, поставив коленку на подоконник. Она не оборачивалась, чтобы не видеть Омара, сидящего на стуле спинкой вперёд, остывший чай и маленький горящий фитилёк в духовке.
- Будь так, меня бы уже здесь не было. Так это всё?
- В целом, - она выбросила сигарету в форточку, наконец оборачиваясь. Казалось, что ей зябко и поэтому девушка обхватила себя руками.
- То есть вся ваша компашка толкала дурь, да и сама не брезговала. Ной вечно вляпывался в передряги, бил витрины и вечно светился на камерах перед магазинами, когда убегал, натянув капюшон.
- Только Мистер Нахер мог его утихомирить. Никому это было не под силу. Даже мне. Впрочем, я и сейчас в этом не слишком сильна.
- Вы избили препода математики, - продолжал он загибать пальцы.
- Ну, фактически меня там не было, но косвенно да, я вломила ему по первое число.
- Но вы так и не отправили ту запись в полицию?
- Нет, только анонимный донос. Надеюсь, теперь этого гада на порог любой школы не пустят. А у Ноя и так условка, у Минаха несколько сотен часов общественных работ, мы не могли подставиться.
- А ты?
- Братишки постарались, - девушка смотрела прямо на него. Сложно было поверить, что после этого парень всё ещё сидит тут. Да, она не рассказала все подробности, которые, пожалуй, были самыми важными во всём этом, но уже то, что даже общие черты не заставили его испугаться и скрыться за дверью, было большим подарком. - Как будто меня и не было.
- Значит, вы были плохими ребятами, - протянул Омар.
- Да уж, не слишком хорошими.
- А я не против повеселиться с вами на тех самых вечеринках, - он заулыбался, пристраиваясь рядом с ней около окна.
- Старшеклассники и сейчас, наверное, такие устраивают. Много выпивки, наркота, только что без шприцов, голые подростки, музыка и разврат. Ной обязательно бы что-то разгромил и с кем-нибудь подрался, Минах бы поджог дерево, совершенно случайно, не смейся! Это было не смешно. Но он так напился, что затушил косяк о ствол, в который до этого попала бутылка с ромом, когда какие-то идиоты соревновались в метании на дальние расстояния. Через окно.
Они рассмеялись, хотя история была малоприятной. Вайнона была благодарна, что Омар не спрашивал более того, что она рассказала, хотя он понимал, что тайны как были, так и остались. Он видел это в её глазах, а девушка в его, что он об этом знает.
Дружба - странная штука. Порой начинается с постели, порой с обыкновенного столкновения на мосту, а порой даже не с посиделок у костра и странных вопросов. Иногда ты просто рассказываешь что-то и видишь, что он всё понимает и ему больше не нужно. Что он видит в тебе то, что ты есть, и не придумывает большего. И ты понимаешь, что претворяться не требуется. А быть собой с кем-то - это самое важное. Быть собой и позволять другому оставаться им самим - это и есть дружба. Может быть, только начало её. Может. Но с тем, что это не может быть ничем иным, поспорить нельзя.
- Не уверен, что такой Ной и Минах найдутся на каждую компанию.
- Авторская работа, единственный экземпляр, - со знанием знатока Вай подняла указательный палец. - Вернее, дизайн у них, конечно, один и тот же, но механизмы индивидуальны.
Когда они снова перестали смеяться, а Вайнона заглянула в духовку, проверяя пирог, Омар спросил:
- А можно только один вопрос?
- Валяй, - девушка тыкала концом ножика в тесто.
- Зачем вам было становиться подельниками этих наркош?
- Потому что мы этого хотели? - ответила она с вопросом в голосе, оборачиваясь к нему с поднятыми бровями, и как бы намекая на его "философию жизни".
- Я серьезно, - он сложил руки на груди, облокотившись о подоконник, старался выглядеть серьезно, но улыбка не желала покидать его губы.
- Деньги. Всё просто. Зачем ещё подростки могут полезть в такую передрягу? Ты как знаешь, мы не рождены в Пасси*.
- Оно и к лучшему, - Омар нащупал гармошку в кармане.
- Ты недолюбливаешь аристократов, политиков и прочих шишек?
- Это уже моя история. А Элвис разве не из тех краёв?
- Почётный член, - многозначительно улыбнулась Вай. - Но душой парнишка наш, сложно не заметить, правда?
- Никогда бы не подумал, что он оттуда.
- А никто и не думает. Он и рад.
- У людей всегда всё так сложно, - он скривился. - Как вы живёте? Я порой совсем не понимаю. Не понимаю, что вами движет, чего вы хотите, куда стремитесь. А если хотите, чего не стремитесь в ту сторону? Или не уходите оттуда, где быть вовсе не желаете?
- Не пытайся понять. Никто не пытается, и тебе не надо. У каждого целые берега камней внутри: подводных и тех, что на поверхности. Все мы таскаем свои булыжники туда-сюда, пытаясь их как-то облегчить, спрятать, разбить. И только ты сам знаешь что к чему.
- Да, в чужих берегах мне точно никогда не разобраться.
- А со своими что?
- Как и у всех, - он слабо улыбнулся. - Таскаю.
*Пасси (Passy) - административный шестнадцатый округ Парижа, где проживают самые обеспеченные парижане.
dix-sept.
- Ты что, теперь всегда за мной ходить будешь? - ворчала Виржини, поднимая на него глаза. Её ноги окружила маленькая стайка котят, как только она вышла из мастерской
- Я не следил за тобой, - возмутился Минах, отдирая одного котенка от её ботинка и прижимая к себе. - Я здесь танцую.
- Где здесь?
- Ну, здесь, - он кивнул на всю площадь, переходящую в бульвар. - Везде.
Девушка промолчала, отвлекаясь на пушистые комочки и подталкивая их к коробке, которую они приспособили для них. Минах сюсюкал с серым котенком, но вовсе не собирался отставать от Виржини.
- А ты что делала? - он вместе с котёнком оглянулся на зажатый магазинчик между цветочным и обувной лавкой.
- Работаю.
- Чувствую, красочного рассказа, как и обычно, ждать не стоит, - протянул парень, а девушка слабо пожала плечами. - Продаёте мыло?
- Не только продаём, но и варим.
- Занимательно.
Девушка скривилась.
- Никто не говорит "занимательно".
Парень скривился в ответ.
- Ной номер два, женская версия.
- И с волосами, - тихо протянула та, наблюдая, как котёнок карабкается по его серому свитеру с горловиной прямо к губам, надеясь потереться. Этот кот всегда был странноват, вечно лезет к лицу, словно человек, хочет обнять, поцеловать.
- Я бы хотел стать девушкой. Не, не навсегда.
- Чего? Ты всегда, когда обдолбанный, несёшь такую чушь?
- Я просто меньше думаю и больше говорю.
- Оно и заметно. Так почему?
- Говорят, в постели...
- Ой, ладно, можешь не отвечать, - она влетела в какую-то булочную, а парень остался ждать снаружи.
"Коты лучше людей, я вам говорю. Они тёплые и добрые. И всегда понимают." - Спасибо, ваш твит отправлен.
Колокольчик у входа звякнул, и Виржини появилась с двумя бумажными пакетиками в руках.
- У меня назрел философский вопрос, - она достала из одного рогалик с маком, передавая Минаху.
- Почему я выбрал кота под цвет своего свитера? Ну, я просто слишком педантичен, от этого никуда не деться.
- Как интересно, - равнодушно пробубнила Виржини, жуя крендель с ежевичным вареньем. - Но всё-таки мне не даёт покоя, что могло сдвинуться в твоих мозгах, чтобы тебя так понесло по бабам? Нет, я понимаю, это может быть в самой сущности, но этот ответ меня не вдохновляет.
- Не вдохновляет на что? - Минах пытался заставить котенка на руках съесть кусочек рогалика, но тот воротил мордочкой.
- Диссертацию пишу на тему: "Почему они ходят налево?".
Минах фыркнул, делая вид, что поверил, энергично закивав.
- Я не знаю, что тебе ответить.
Девушка молчала, доедая свой крендель. Её не так просто было заставить выйти в открытый диалог, а отвернуть от этой идеи и того легче, чем спичку переломить, но вздохнув, она решила снова попытаться, хотя разговоры - не самая её сильная черта.
- Что ты там ищешь?
Парень удивленно посмотрел на неё, отвлекаясь от кота.
- Он не ест, - Минах непонимающе покосился на комочек шерсти, прижатой к груди.
- Попробуй молоко или сосиски. Но я имела в виду, в девушках. Что ты ищешь, перебирая стольких?
- Одну-единственную, - усмехнулся он.
- Правда?
- Нет.
- Хватит юлить, Иона.
- Хватить называть меня голубем, - он толкнул её.
- Тогда зачем?
- Секс?
- Логично. Но нет. Что ещё?
- Да ничего. Ничего мне от них больше не нужно.
- Тогда всё слишком печально.
- А по-твоему по бабам ходят от радости?
- Ну, не знаю. Я вот иногда грущу, но к девушкам что-то не тянет, - она тихонько усмехнулась, но Минах всё равно заметил.
- А шуточки-то моего уровня. Опустилась? - он хитро улыбнулся.
- Ты этого не слышал.
- Ты этого не слышал, - повторил он котёнку.
Она снова замолчала, шагая и смотря под ноги, не переступая лужи после недавно прошедшего дождя. Капли разлетались в стороны, попадали на джинсы рядом идущего Минаха, но ему было всё равно.
- Это меня отвлекает. На какое-то время я забываю, что чувствую, а тяжесть внутри пропадает. Вот и всё.
- Ясно.
- И это всё?
- Ну да, - девушка посмотрела на него, снова наступив прямо в лужу. - Я не полезу в карман за словом. Ты всегда можешь рассказать, если хочешь. Но выспрашивать я не стану. Попыталась и поняла, что нет, не для меня это, лезть в душу.
- Я люблю, - он пожал плечами, задирая край свитера, чтобы укутать котёнка. - И она не со мной. Ни физически, ни духовно.
- Я думала, ты боец, - она многозначительно подняла брови, поправляя конец его свитера на голове кота.
- Сложно бороться, когда даже если ты победишь, всё равно проиграешь. Разбитое сердце брата - не та победа, которой я хочу.
Она резко осталась позади, а потом нагнала его.
- Тогда забудь.
- А по-твоему, выходит?
Она опустила глаза, понимая, что многочисленные девушки, это миллионы попыток, которые провалились. Шансы, которые он даёт себе, и которые с треском крошатся с каждым новым утром, потому что ничего внутри не меняется. Ни одно чувство не дрогнуло. Ему даже казалось, что планета может остановиться, а в нём всё равно ничего не изменится.
- Это как навязчивая идея, которая танцует у тебя в мозгу без продыха.
- В мозгу?
- Ну, и ещё в двух органах, - засмеялся он.
- Умеешь ты всё опошлить, - она закатила глаза.
- Ты привыкнешь.
- Надеюсь, что нет.
Виржини замерла не физически, а словно во внутреннем её мире всё поставили на замедленное действие, когда она услышала звук перекатывающихся таблеток в банке. Минах остановился у фонаря, который ещё не горел, и откручивал крышку. Виржини не нужно было много времени, чтобы решить, да или нет. Она просто подскочила, выхватывая у него банку.
- И это тоже из-за неё?
- Отдай, это не твоя забота, - он пытался забрать своё, но девушка ловко уворачивалась, пока он не схватил её поднятую вверх руку и не прижался к ней. Больше двинуться она не могла. Котёнок пискнул между ними, парень в мгновение ока вырвал банку из рук и отошёл от Виржини, закидывая одну в рот, а остальное убирая.
- Знаешь, если бы они помогали, ты бы сейчас не рассказывал мне, как тяжела твоя жизнь.
- Меня отпустило. Сейчас подействует, и я снова стану весельчаком. Вот увидишь.
- Да никому не нужен слетевший с катушек Иона!
- Минах, - поправил он, спокойно гладя кота.
- Мистер Нахер должен быть самим собой. Занудой, приставучим заучкой и кто ты там ещё обычно.
- Всем плевать, какой я. А мне легче так.
- У тебя руки дрожат.
- Это от холода.
- Тебя всё время морозит.
- Слишком легко одеваюсь.
- Красные глаза? - как на игре, кто быстрее нажмёт на кнопку и ответит первым, Минах решил не сдавать позиций. А Виржини ждала, на каком из вопросов он сдастся.
- Мало сплю.
- Агрессивность?
- Какая ещё агрессия?!
- Ты мне чуть руку не сломал, забирая свою баночку.
- Мне она нужнее.
- Давай, - она замолчала, прижимая большой палец к губам и сомневаясь.
- Я согласен, - рассмеялся Минах.
- Давай я помогу тебе её забыть?
- Как? - он всё ещё посмеивался.
- Ещё не придумала, - тихо протянула она.
- Это глупая затея.
- Глупая, а как же. Куда умнее наркотой закидываться, да?
Парень молчал. Может оно и не плохо, что он рассказал ей. Минах не знал, зачем вообще стал говорить с Виржини об этом. Он не был любителем жаловаться. Только, может, если самому себе, но кто не грешит? Впрочем, знал или не знал, это спорный вопрос.
Зачем обманывать себя? Каждый ищет понимания. Без понимания и мир не светел и жизнь не чудна. Кто-то говорит, что ищет любовь, дружбу, семью, любимую работу, но за всем этим кроется понимание. И, быть может, капелька знания, что тебя оценили.
- Отвлекаться нужно чем-то другим, а не таблетками. Вот во что я верю, - тихо протянула она, проводя рукой по шерстке котенка, когда они остановились.
Она больше не хотела с ним идти. В одиночестве есть прелесть, к тому же ей нужно было подумать. Виржини не привыкла находиться в обществе более двух минут, пока стоит в очереди за обедом, а этот заноза так и цепляется теперь к ней после каждой лекции. И хотя она не была слишком уж против, её одиночество вопило во всю глотку. В какой-то момент тебе просто хочется, чтобы все вокруг исчезли и ты осталась одна, сама с собой и своим мирком, придуманным в голове.
- Они следят за тобой, - она указала пальцем в тёмное небо и пошла прочь, оставив его одного.
Они с серым смотрели ей вслед, пока не пришлось щуриться, чтобы рассмотреть очертания.
- Ну что, по домам? - Минах опустил взгляд на котёнка в руках. - Надеюсь, ты не слишком ко мне привязался.
Он осмотрелся по сторонам: люди сновали по тротуарам, пересекали улицы, машины спешили довезти своих владельцев по домам. Но парень замер, смотря на мужчину в тёмном пальто, сидящем на лавочке на набережной Сены. Он как-то растерянно смотрел вперёд, на воду, на катера, идущие по реке, в его взгляде сквозила отрешенность и что-то ещё, понятное только ему самому.
Парень медленно пошёл к нему, присаживаясь рядом. Они вместе долго молчали, рассматривая блики на поверхности воды, а потом Минах обернулся к нему: на вид лет тридцать, но в темноте точнее не скажешь, - и протянув котенка, усадил к нему на колени. Тот удивленно посмотрел на малыша.
- Это Понимание. Он теперь всегда будет с вами, - парень аккуратно улыбнулся, когда мужчина неторопливо опустил руку на урчащего кота.
Минах поднялся, последний раз бросив взгляд на маленького старого друга и побрёл прочь, думая о том, что другие друзья ждут его где-то. А умение отпускать должно стать новым его фаворитом. Должно.
dix-huit.
БогатыйБедняк: Я здесь
Keep your head up: Скучал?
БогатыйБедняк: Ещё спрашиваешь? Конечно
Keep your head up: Что у вас происходит? Всё в порядке?
БогатыйБедняк: Не считая Минаха, погрязшего в себе и не желающего рассказывать, в чём дело, Омара, вечно играющего на своей гармошке, Ноя, который рвет и мечет (а я говорю, добром это не кончится), то да, всё как обычно. О, и тебе бы стоило попробовать пироги Вай.
Error.
Элвис пробежался пальцами по клавиатуре, но сеть не появилась, только вылезло предупреждение, что интернет отключён.
- Это ещё что за... - он оттолкнул ноутбук, вылетая за дверь.
В холле играла медленная музыка, а в приёмной, которую всегда именовали залом, хотя там не было ничего связанного с этим уютным и домашним местом, сидел его отец в окружении пары дам и ещё каких-то мужчин в костюмах. Все держали в руках бокалы, в которых вертелись пузырьки.
- О, а вот и мой наследник, - гордо протянул отец Элвиса, оглядывая его с ног до головы, но парень мог бы поклясться, если бы не его великолепное умение контролироваться себя, он бы отвращёно скривился от вида излюбленного сыном комбинезона. - Да, не удивляйтесь, он любит заниматься садом.
- Да, яблоневый сад. Ты же знаешь, я обожаю яблоки, - протянул Элвис, беря один бокал с подноса.
- Значит, ты уже знаешь о моём решении?
- Огородить меня от внешнего мира посредством отключения интернета?
Вся эта премудрая речь непроизвольно слетала с языка парня, исключая любые "чувак", "да ты гонишь", "типа" и "короче". Не зря над ним с детства потели преподаватели, нанятые отцом. Но, к несчастью, дольше девятнадцати лет эта красочная облачная сказка не продлилась, и Элвис в миг выбрался из хрустального и светлого будущего, в которое его так вталкивал отец, особенно не спрашивая мнения.
- Вы же знаете, - обратился он к невозмутимым собеседникам, сидящим рядом. - Что эта паучья сеть делает с детьми. Развращает, позволяет думать, что они вольны, как волки. Волками и становятся.
- А родители, значит, думают, что клетка всё исправит? Дикие животные, как ты говоришь, отец, в миг не становятся ласковыми и покладистыми домашними питомцами, будучи загнаны в клетки.
Какой-то мужчина справа от отца парня, чуть подняв брови, посмотрел на того, ожидая реакции.
- Если клетка - это единственный способ управлять диким животным, как ты говоришь, сын, то этот же способ становится лучшим.
- Это ещё одна ваша блистательная бизнес идея? - Элвис залпом осушил бокал, безразлично оглядывая собравшихся.
-А у тебя есть, что добавить?
- О, я могу внести многие коррективы, - он воодушевленно сложил вместе ладони. - Но прежде всего, отец, не мог бы ты, ну так, на минуточку, оставить меня в покое? Я лишь хочу капельку, всего одну, свежего воздуха. А если ты вдруг ещё не осознал, что грубая сила это не тот рычаг, который стоит жать, чтобы подействовать на меня, то, может быть, брошенный университет напомнит тебе об этом?
- Больной никогда не признается, что он болен, - протянул отец одному из собеседников.
- Тебе есть, чем гордиться, - Элвис обернулся на выходе, улыбаясь, а сарказм так и тянулся липкими нитями от него к отцу. - Вырастил такого сына.
- И смени, наконец, гардероб, - с каменным лицом бросил отец в ответ, снова включаясь в беседу с собравшимися.
- Никогда.
===============================================
- Последний кусок мой, - проорал Ной из душа.
- Какой кусок? - с набитым ртом прокричал в ответ Минах, запихивая оставшиеся кусочки на тарелке прямо в рот, помогая себе вилкой.
- Ах, ты, свинья, - протянул Ной, влетая на кухню в одном полотенце, а по его шее текли капли воды. Минах стоял по струнке, пряча за спиной тарелку.
- Тут ничего не было, - удивленно протянул он, спиной пододвигаясь к раковине всё ближе.
- Хоть бы рот вытер, - закатил глаза брат.
- Вы хоть знаете сколько времени? - сонная Вайнона появилась на кухне, с растрепанными волосами и следом от подушки на лице. - Орёте, как коты мартовские.
- Одиннадцать.
- Спасибо, что разбудил пораньше, Ной, - проходя мимо него, она легко чмокнула парня в плечо.
- Он съел мой кусок, - пожаловался тот, следуя за ней, и когда она сонно замерла над чайником, он пристроился сзади, обнимая её.
- Сделаю, - она зевнула. - Ещё. Только мне нужен марокканский советник.
- Может быть вы уже зажжёте конфорку? - раздраженно протянул Минах, отпихивая их в сторону.
Вай по обыкновению залезла на кухонный гарнитур, потирая лицо.
- Чай с молоком, пожалуйста, - усмехнулся Минах, когда Ной поплёлся одеваться.
- Я скоро буду ненавидеть эту фразу.
- Зарабатывать танцами было приятнее, согласись.
- Печально, но да, - она снова зевнула, и Минах тоже прикрыл ладонью рот.
- А наше знакомство помнишь?
Она усмехнулась:
- Сложно забыть.
- Да, а были времена, когда и нам втроём было повеселее, чем сейчас.
- Об этом сейчас странно думать, - Вай смотрела в окно.
- О чём? - Ной проскользил к дымящему чайку, натягивая майку.
- Мистер Нахер вспоминает ошибки молодости, - улыбнулась Вайнона, спрыгивая со стола и доставая из холодильника упаковку яиц и какие-то овощи.
- Это те, где мы втроём грешили?
- Грешили, - фыркнул Минах. - Ты как Дин из Сверхъестественного.
- А ты что, скучаешь по этому? - Ной залил молока в кружки, а потом решил хлебнуть его прямо из пакета.
- А тебя чего так перекосило? Не скучаешь по этому? - второй брат пристроился рядом с Вай, забирая у неё нож и нарезая помидоры.
- Вот даже не думай об этом, - проворчал тот.
- Семейным человеком заделался.
Вай то закатывала глаза, слушая их, то улыбалась, то посмеивалась тихо, скрываясь за растрепанными ото сна тёмными волосами, чтобы парни не заметили. Она скучала по этому, пока они были в ссоре, да и примирившись не слишком часто были вместе. Казалось, было что-то, что не давало им сойтись, как это было раньше. Она точно знала, что школьные события изменили что-то в каждом из них. И хотя говорят, что оканчивая школу и выходя в новую жизнь, каждый подросток меняется, но то, как изменились они, не было обычным стечением привычных обстоятельств. Это вам не закалка от нервотрёпки от сдачи экзаменов, или сложный выбор идти учиться или нет, а если идти, то куда. Это не просто решение, кем быть тебе дальше. Это перелом, который определил, к е м они будут. Это не предложение повзрослеть или переосмыслить что-то, это конкретный такой удар по голове, который заставляет осознать, что всё уже произошло без их согласия. Но, боже, как она скучала по братским перепалкам. Эти моменты даже пахли чем-то ушедшим, но до боли приятным.
Девушка перемешала завтрак в сковороде, возвращаясь из своих мыслей к их разговору.
- Давай-давай, проваливай. Мы позовём, когда будет готово, - Ной вытолкал брата за дверь, а тот напоследок закатил глаза.
Парень снова оказался позади неё, обвивая руками талию.
- Ты ведь не думаешь, что он правда хотел бы туда вернуться? - протянул Ной, уткнувшись ей в макушку.
- К нам прежним? Не знаю.
- Я бы больше не смог делить тебя с кем-то.
Она усмехнулась, оборачиваясь к нему.
- Надо выключить, иначе точно подгорит.
- Точно, - выдохнул он ей в губы, нащупывая кнопку и нажимая.
- Все бы хотели вернуться. Хотя бы на минуточку, - она оторвалась, заглядывая ему в глаза.
- Я знаю.
dix-neuf.
(Meghan Trainor - Title)
If you want my love
He gotta do what he does
If you want these sweet like sugar Gucci lips
He gotta give it
- разносилось мелодично и игриво из телефона, лежащего на столе. Вайнона с Ноем, смеясь, кружились по кухне. В тот момент, когда Вай почти врезалась в стол, Ной тянул её за вытянутую руку обратно к себе, обхватывая и энергично качая из стороны в сторону. Они поставили на повтор, и потому их веселье могло никогда не заканчиваться.
Иногда, устав от всего, они выгоняли из квартиры всех, даже Минаха, Вай запаливала пучок белого шалфея, веря, что это очищает пространство от негатива и от грусти без повода. Они включали какую-нибудь песню на телефоне и танцевали без остановки, подпевая невпопад и путаясь в словах, когда не знали текста, и произносили неправильно, если песня была не французской, и смеялись так громко и задорно, когда смотрели, как кто-то из них поёт самую глупую околесицу в мире, и подпевали с того момента именно так. Потому что ничего не бывает лучше общих шуток. Пускай и они - самые глупые в мире.
I know you think I'm cool
But I am one of the boys
No, don't be scared that I'm gon' tie you down
I need a little more
- разносилось из громкоговорителей по площади Дофина. Минах с Виржини кружились, поскальзываясь на камнях, какими вымощена дорога здесь. Парень хохотал, кружа девушку, а она чуть улыбалась, как и всегда.
- Ты меня уронишь! - прокричала она, прикрывая рот рукой и стараясь унять улыбку, которая становилась всё безумней.
- Ты никогда не упадёшь!
Прохожие улыбались этим двум безумным, хотя и обходили стороной. Кто-то снимал их на телефон издалека, кто-то посмеивался, всё оглядываясь в последний-ещёодинразочек раз, толкая какую-нибудь дверь на площади и выпуская запах свежего хлеба/только что подрезанных фиалок/кожи, из которой делают обувь/полиграфии от новеньких книг.
- Ты сумасшедший, - тянула она, поддаваясь в его энергичных руках, и танцуя так, как в жизни ещё не танцевала: безумно, не думая о том, что делает, не планируя движений. - Совсем сумасшедший.
- Ты спрашивала, где я танцую? - она врезалась в него, когда парень притянул к себе. - Здесь. Вот так. Всегда.
- Ты спрашивал, как я буду отвлекать тебя? - Виржини оттолкнулась, запрыгивая на бордюр и отпуская его руку. Она расставила локти в стороны и стала двигаться. Танцевала так, будто в старых пленочных кинолентах танцевали мужчины с тростью, держа её в обоих руках. Минах смеялся, как безумный, но не открывал взгляда ни на миг. - Здесь. Вот так. Всегда.
Say I'm a special kind of woman
I'm loving what you got, but I'm hating what you doing
Gotta understand that I'm looking for a man who can get up on a bike, look mom, no hands
- Не понимаю, почему всё забыли эту площадь, - протянул Минах, когда девушка подскочила к нему, заставляя делать так же, как она.
- Те старички шептались про то, что объявился новый Жиль Барри, и привёл с собой девушку. Я слышала, - она опустила голову, следя за тем, как двигает ногами. И отвлеклась, когда услышала (снова и в который раз?) смех парня.
- Не знаешь, кто это? - она в ответ покачала головой. - Говорю же, неоправданно потерявшее свою популярность место. Этот чувак был комедиантом и куралесил здесь когда-то, как и другие. А ещё наркоту толкал.
- И что, это прямо про тебя?
- Давняя история, - улыбнулся он. - Ты должна мне ещё много танцев.
- А ты мне новые ноги, - Виржини тихо рассмеялась, повисая на нём.
- Давай, не время отдыхать!
И они снова закружились, спотыкаясь о камни. Спотыкаясь о слова. Спотыкаясь о чувства. Они вечно спотыкались. И вечно будут спотыкаться.
Baby don't call me your friend
If I hear that word again
You might never get a chance to see me naked in your bed
- разносилось из стереосистемы и колонок по всему дому, которые были к ней подключены. Элвис танцевал, обхватив руками подушку, снося всё на своём пути, даже какую-то дорогущую вазу, которая полетела вниз, перекидываясь через перила. Он закрыл глаза и скакал по комнатам, представляя, что в его руках не наволочка, набитая перьями, а кое-кто, только его, о ком никто не знает.
Какой-то мужчина в тёмном костюме и белой рубашке заметил кружащегося парня, в своём любимом широком комбинезоне, с белозубой улыбкой, которая казалась ещё ярче, на фоне кожи цвета горького шоколада, и пышный круглый ореол волос лишь добавлял ему забавности и детской наивности. Он был ребенком, которому не дают вырасти. Или думают, что не дают. Ведь Элвисы никогда не сдаются, да? Неспроста его так прозвали. Мужчина закатил глаза, тихо выходя с улыбкой на губах и качая головой.
And I know girls ain't hard to find
But if you think you wanna try
Then consider this an invitation to kiss my ass goodbye
- разносилось из радио чьей-то машины, стоящей около набегающих волн с распахнутыми дверьми. Колёса её были утоплены в песке и обвиты травой. Омар танцевал с кем-то вокруг костра, ловя отблески огня своими брекитами, пока ночь ещё не совсем накрыла пляж своим сверкающим покрывалом с кучей заплаток.
Давай, давай. Прыгай. Лови. Не падай. Всегда вставай, тебя ждёт что-то впереди, непременно.
Он поднимал ступнями песок, улыбался так, что болели щёки, и он думал, что жить прошлым - это самое провальное, что можно сделать с собой. Раз в недели две он позволял себе, ветреным вечером, почувствовать сквозняк чего-то ушедшего. Но если ты знаешь, что решения нет, то будь так. Танцуй! Ищи то, что заставит тебя навсегда перестать жалеть об утерянном.
Танцуй.
Это выход. С миллионами дверей.
vingt.
- Быстро ты сегодня выдохся, форму теряешь? - Минах в прыжке перевернул скейт и затормозил у брата, сидящего на тротуаре.
- Говорила мама в детстве, кушай Ной кашу, но нет, - он развёл руками.
- Ты всегда был занозой, - он взял бутылку с водой, осушая её.
- А ты занудой, - Ной упёрся ладонями в асфальт, откидывая голову назад.
- Я старший, и я не был занудой. Просто хоть кому-то же нужно было быть ответственным.
Ной рассмеялся.
- И поэтому тебе всегда попадало.
- Да просто...
- Что просто? - усмехнулся Ной.
- Да просто мама тебя больше любит, - Минах скривился, ловя рукой край скейта.
- Чего это?
- Видите ли, она рожала тебя на три часа меньше, - парень усмехнулся. - Уверен, всё дело в этом.
- Давай решать споры по-взрослому, - Ной поднялся. - Кто быстрее доедет до перекрёстка, сделав подлёт на тех перилах, помнишь? Тот и прав, идёт?
- Меньше разглагольствуй, - бросил Минах, отталкиваясь.
- Разглагольствуй, - услышал он в спину передёргивание Ноя.
Каждый находил в этом что-то своё: мчать вперёд, будто нигде и никто тебя не ждёт или лететь куда-то, будто там самое важное место и самый важный человек. Они и сами порой путались, кто и что выбирает. Им бы только гнать по дорогам, наслаждаться ветром, шумящим в ушах. Сейчас всё налаживалось между ними, ведь не может быть, чтобы люди, которых связывает больше, чем дружба, больше, чем родственные узы, вот так потеряли друг в друга в этом сером, одиноком мире.
Однажды Минах сказал, что этот мир таков, каким ты его видишь. Ведь он - не серый и не радужный, не добрый и не злой, не подставляющий подножки и не бросающий в тебя камнями сетования, заражая. Он лишь тот, каким ты хочешь, чтобы он был. Тот, какими глазами ты на него смотришь: влюбленными али обозленными? Тогда Минах был счастлив. А сейчас и забыл, что однажды сказал настолько правильную, мудрую вещь. Может, это были слова только что сделанной татуировки Дерева Мудрости. Кто знает? Но настали времена, когда, пожалуй, всем им стоит вспомнить об этих словах.
Когда на тебя наваливается груз, как тебе кажется, невыносимый, ты склонен думать, что этот чёртов мир обрушивает на тебя неприятности, что он хочет тебя разбить. Так склонны думать все мы. Но и мы забываем, что всё, чего бы нам не давалось, мы в силах преодолеть. А порой наши проблемы и не проблемы вовсе, а лишь надуманное и преувеличенное временное затруднение. Просто поменяй линзы в своём взоре и ты увидишь, сколько путей тебе откроется. И сколько ты раньше не замечал.
Парни смеялись, сидя на асфальте и шипели, потирая ушибленные места. Каждый так желал прийти первым, что на финишной прямой они не удержались и столкнулись, так и не узнав, кто же коснулся перекрестка первым.
- Ты специально врезался в меня, я был впереди, - протянул Ной, толкая брата.
- Да ты на пятки мне наступал, и чтобы не ударить в грязь лицом, решил подсечь, - рассмеялся тот, дуя на оцарапанный локоть.
- Это что, Элвис? Эй, Эл! Элвис! - прокричал Ной, складывая ладони рупором.
- Куда это он?
- Не знаю, - протянул Ной, смотря, как друг влезает в автобус, устраиваясь на заднем сидении. - У него есть родственники за городом?
- Какие родственники? - возразил Минах, делая вид, будто брат сморозил самую глупую штуку.
- Откуда мне знать? - огрызнулся тот, поднимаясь. - Отрывай зад от асфальта, сейчас народ сбежится посмотреть, как тебе маленькому больно.
- Это ты у нас младшенький.
- Но это ты...
- И ты вечно ноешь, Ной.
- Я не ною!
- Ноешь-ноешь, о, послушай. Ну, стой!
- Отстань, доставала занудная.
- Это же смешно, смотри, что придумал. Какая потеха!
- Хрень, как обычно, а не "потеха".
- Гляди...
- Нет.
- А я всё равно расскажу. Вот если взять, например, ковчег, и ты...
vingt et un.
Некоторых моментов мы бы предпочли не видеть. Некоторые - и вовсе забыть навеки вечные. А другие - пожалуй, чтобы вообще не происходили. Но истина в том, что ни одно из этих наших желаний даже не имеет права на существование. И в чём же дело? - спросите вы. Но здесь всё просто: цепкая и липкая паутина жизни такова, что оборви ты одну ниточку и за ней последуют десятки; оборви ты одну ниточку, и однажды не будет сплетена новая; оборви ты одну ниточку, и ты потеряешь то, что могло бы быть твоим. Могло бы. Условный залог здесь важная штука: ты никогда не знаешь, стало бы оно твоим или нет. Да или нет. Да.Или.Нет. Даилинет. Но: оборви ты одну ниточку, и ты никогда не узнаешь ответа.
- Много времени с самой собой и вуаля, логические цепочки стали моим коньком, - она умелым движением отрезала кусочек мыла равный точно ста граммам от одного большого.
- Просто потому что ты запиралась в комнате и пряталась от внешнего мира? - Минах опёрся локтями о прилавок, практически лёжа на нём.
- Нет, дурень, потому что я много думала. Думать, кстати, полезно, ты знал? - она слабо усмехнулась, привычными движениями заворачивая нарезанные кусочки мыла в крафтовую бумагу и перевязывая бечевками.
- Ну, слышал что-то такое.
- Лучше подай во-он ту плитку, видишь? Да нет же, не с розами, в ней ещё овсяные хлопья. Левее. Левее. Да левее, что ты тычешь пальцем в одну и ту же?!
- Каша в мыле?! - бурчал он, по миллиметру сдвигаясь влево.
- Овсянка хорошо увлажняет и обладает омолаживающими свойствами, - как ребенку объясняла она парню, когда он наконец достал нужный брусок.
- Зачем я вообще сюда пришёл? Я ведь не знал, что у вас тут рабство ещё не отменили.
Минах слонялся по небольшой лавке, где сейчас Виржини оставили за главную, и принюхивался к каждой плиточке, пытаясь найти отличия, но уже спустя минут пятнадцать у него стала кружиться голова от всех этих запахов и казалось, что они либо все одинаково пахнут, либо одинаково воняют. Точно он сказать не мог.
- Вот именно. Уже в сотый раз таскаешься сюда. Неужели так интересно наблюдать, - бормотала Виржини.
Если взглянуть на него непритязательным взглядом, различия в самом парне найти будет не так просто, но Виржини сразу заметила, как у него дрожат пальцы, как он то и дело перебирает пальцы одной руки другой, это было похоже на мелкий невроз, который не давал ему покоя. Он то теребил край своего серого свитера, то чесал за ухом, то снова мял руки. Шутить и отпускать едкие замечания он не разучился, к глубокому сожалению Виржини, но даже эта липовая маска на сей раз не смогла перекрыть всего остального.
- Иона, алло? Банан будешь?
Она дождалась, когда он обратит на неё внимание и повертела бананом. Парень улыбнулся, беря и рассеянно вертя его в руках, медленно чистя и откусывая малюсенькие кусочки. Он витал в каких-то в своих, зернистых и тучных, облаках.
- Ты даже не поправишь меня? - удивленно протянула девушка, складывая упакованные кусочки мыла в деревянный ящичек и отставляя в сторону. Минах никак не реагировал, снова переключившись с банана на пальцы, которые, как казалось, он хотел вывихнуть, выдернуть и сотворить с ними нечто неопределенное.
- Куда ты положила мой рюкзак? - в пространство за окном пробормотал парень, но даже не заметил ответа.
- Алло, Минах? Приём-приём, как слышно?
Он обернулся, фыркая от смеха, потому что девушка стояла с бананом у уха, как бы вызывая его. Он приложил свой надкусанный к своему уху и ответил:
- Сигнал временами пропадает, но я на связи. Как слышно, приём?
- У вас что-то случилось, капитан? Приём.
- Мне нужен мой рюкзак. Как слышно меня?
- Слышно, как будто мы в одной комнате. А рюкзак в подсобке, мне принести его?
- Пожалуйста, - парень снова повис на прилавке.
- У меня есть одно условие, - Виржини появилась с его тёмно-синим тряпочным рюкзаком в одной руке. - Ты будешь предельно честен, отвечая на мои каверзные вопросы.
- Если это не затянется надолго.
- Скажите, как удачно я справилась с задачей отвлечь Вас от несносной девчонки Вайноны? - она поднесла банан к его губам, словно микрофон.
- Пожалуй лучше, чем я предполагал, - чуть задумавшись, ответил парень. - А теперь верни.
- Постойте, но результаты есть?
- Есть, но, быть может, они не слишком достаточны?
- Ну, вы меня разочаровываете, - она бросила рюкзак на стул.
И как только он оказался там, Минах подлетел к нему, пытаясь достать что-то, но его руки отчаянно дрожали и ничего не выходило. Рюкзак трясся в его руках, в итоге всё содержимое оказалось рассыпано по полу. Виржини подумалось, что если ей сейчас никто не подставит ладони около подбородка, её глаза выпадут прямо на пол. Здесь бы должна появиться Вай со своим предложением блюдечка, как она это раньше делала. Но Вай здесь не было, был лишь Минах, как обезумевший ползавший по полу в поисках чего-то, а найдя свою заветную баночку, он трясущимися руками открыл её попытки с шестой, рьяно вертя из стороны в сторону, но ни на пол, ни на ездящую из стороны в сторону ладонь ничего не упало. Тогда он перевернул её над своим ртом, раскрыв дрожащие губы, но - ничего. Виржини чуть шарахнулась в сторону, когда он поднялся с телефоном у уха. Кричал что-то в трубку, переспрашивал, где и как забрать, угрожал, что если человек на другом конце откажется, ему не поздоровится, а потом дико смеялся, в перерывах бросая что-то насчет того, что это семейное, но он ручается, что его гнев опаснее.
- Ты что, так и не перестал глотать эту дрянь? - тихо прошептала Виржини, но Минах и не услышал, и не захотел, и не ответил, хотя нельзя сказать, чтобы он совсем не чувствовал и не знал того, что на уме и сердце девушки. - Ты же обещал.
Затем, так и бросив вещи на полу вместе с рюкзаком, он подхватил лишь потертый бумажник, подскочил к Виржини, крепко на мгновение стискивая её в кольце рук, целуя в макушку (от чего девушка, надо признать, была готова потерять свой второй, ещё держащейся в глазнице, глаз), бросил ей "До скорого" и скрылся за дверью.
- Говорила я тебе, ну не связывайся ты с этим парнем, ауры не врут. Что за идиотка, - шептала она, дыша так, будто её окунули в ванную со льдами Арктики. Она медленно осела на пол, скрываясь за прилавком и моля высшие силы, чтобы никому сейчас не приспичило зайти за парой кусочков мыла.
===============================================
Виржини стояла перед дверью на шестом этаже, еле отвязавшись от надоедливой консьержки. Подействовало лишь то, что начинался новый выпуск реалити-шоу, про который девушка так удачно "бросила невзначай". Синий рюкзак мёртвым грузом висел на плече. Она нажала на звонок, задержав дыхание.
На пороге её встретил точно такой же парень, как тот, что совсем недавно выбежал из её мастерской. Но было в этом нечто иное, что точно различало их. Сейчас Минах не был бы похож ни с одной из своих копий, если бы таковые ещё существовали.
- Минах дома?
- А что, ты одна из... ну, этих. С которыми у него шуры-муры, - ухмыльнулся Ной.
- Нет, но у меня к тебе дело.
- Уже ко мне? Приятно, когда выбирают тебя из двух. Хочешь попробовать все варианты?
- Я тебе сейчас попробую, - послышался женский голос из квартиры.
- О, Боги, даже шуточки одни те же, - протянула Виржини, тяжело вздыхая. - Могу я пройти?
- Валяй, - он отошёл в сторону, пропуская её. - Я Ной.
Девушка подняла брови.
- Как в Библии, только по пустыне не бродил, - засмеялся парень.
Они все собрались на кухне. Вай сидела на столешнице, Ной устроился у окна, Омар сидел на стуле, спинкой вперёд, вертя в руках гармошку. Виржини засмотрелась на записки на холодильнике, в основном написанные женским почерком, но разной рукой. Всякие "перезвони мне", "ты потрясающий" и "зайди ко мне, когда остепенишься".
- Он что их, коллекционирует?
- Хобби, - пожал плечами Ной, усмехаясь. Вайнона подозрительно косилась на девушку. - Если ты не одна из этих, значит та, с кем он там дценится в тайне от нас?
Виржини смутилась, непонимающе косясь на него: то ли это опять пошлый намёк, то ли шутка у них такая, поди попробуй разбери этих братьев.
- Дцен, если что, - это...
- Всё понятно, - отреза Ной. - Нашёл себе душеньку родную.
Девушка выдохнула, отбрасывая все лишние предисловия, и так от страха десять минут мнётся, аж самой не по себе.
- Только что у твоего брата была ломка. Я не профи в этих делах, но иначе никак не назвать. Он чуть сумку не разодрал в клочья в поисках своей заветной баночки, а потом убежал куда-то.
- И ты только сейчас пришла?! - огрызнулась Вай, поворачивая голову к девушке, прислонившейся к холодильнику.
- Ну прости, меня саму откачивать нужно было.
- Совсем парень расклеился, - протянул Омар, смотря куда-то в пространство.
- Из-за кого бы, поди интересно, - бросила Виржини тихо.
- Не знаю, это к тебе он бегает постоянно, - Вайнона подобрала волосы тонкой резинкой с запястья, и принялась крутить фенечку.
- Но это же ты его близкий друг, как же тебе не знать, что с ним происходит?
- Много ты знаешь, - скривилась она.
- Конечно, - спокойно протянула Виржини и добавила. - Не достаточно.
- Ной, - начала Вай. - ты чего молчишь? Ной?
- Где-то я это уже видела, - прошептала Виржини, взволнованно смотря, как Вайнона быстро сокращает расстояние между ними, беря его лицо в свои ладони.
- Я же предупреждал этого ублюдка, если он не прекратит продавать братцу отраву...
- Откуда у него вообще деньги? - очнулся Омар, натыкаясь взглядом на Вай, прижимающую холодные ладони к щекам парня, и успокаивающе смотрящую в глаза.
- Будь проклята чёртова пицца и велосипеды. Никогда их не любил, - низким голосом протянул Ной.
- Мы справимся со всем, слышишь? Выдохни. Ной, выдохни, я прошу тебя.
- Этот. Нахер. Чуть. Коньки. Не отбросил. Я разучился дышать, мать вашу!
Парень вырвался из хватки Вайноны, переворачивая на своём пути стул, вылетел и через секунду хлопнула входная дверь.
Омар поднялся, собираясь идти следом. Вайнона бросила взгляд на девушку с растрёпанными волосами и синим рюкзаком за плечами. Они втроём по очереди пересеклись взглядами. А затем в тишине Вай протянула руку, Виржини передала ей вещи Минаха, Омар тихо вышел, а нежданная посетительница последовала за ним.
Некоторых моментов мы бы предпочли не видеть. Некоторые - и вовсе забыть навеки вечные. А другие - пожалуй, чтобы вообще не происходили. Но в праве ли м ы судить те законы, по которым существует вся наша жизнь? Может быть, истина в том, что происходящее обязано было произойти. Может быть, истина в том, что такая штука, как судьба, никогда не ошибается. Может быть, истина в том, что вещи, о которых тебе хочется забыть, нужно помнить всю свою жизнь, потому что именно они вызывают в тебе те мысли и эмоции, которые приведут тебя к важному, без чего твоя жизнь не была бы полной. Может быть, истина в том, что в такие моменты ты понимаешь, что именно боишься потерять, а что пустой звук в глухом переулке твоего сердца.
Может быть.
vingt-deux.
- Ноя загребли, - влетевшая в квартиру Вайнона нависла над Минахом, сидящим за столом и дующим на горячий чай.
Парень со стуком поставил кружку на стол, разливая содержимое.
- Когда? Что он опять разбил?
- Ты что, не понимаешь?! - заорала она. - Он за тобой пошёл. Этот чёртов наркоша обещал ему не продавать тебе таблетки, но ты - последняя задница, всё равно глотал их, как конфетки m&m's.
Минах не нашёлся, что ответить, а девушка уже скрылась в комнате, перерывая там все вещи, пока не нашла баночку, в которой гремели таблетки.
- Это всё из-за них, - она подлетела к раковине, высыпая содержимое. - Неужели нельзя взять себя в руки и перестать губить себя и всех вокруг?
- Какой участок? - тихо произнес Минах.
- И что ты собираешься делать? - горько усмехнулась она. - После того случая, даже за обыкновенную потасовку его могут закрыть.
- Это же обычная драка, за это не судят. Нужен залог.
Вайнона открыла кран на полную, смывая всё "добро".
- Всё так просто, да? Для тебя.
- Нихрена не просто. Только сидеть и рыдать я, увольте, не могу.
- Позвонишь родителям? Ты же небось все деньги на эту дрянь спустил.
- Родителям? Хорошая шутка. Не время для издевательств, Вай.
- Я найду, что смогу, - она дрожащей рукой убрала волосы с глаз. - Элвис сказал, что последнее отдаст, но больше... он сейчас не в самых лучших отношениях с отцом.
- Я всё решу, - бросил Минах, выходя из кухни.
- Только один вопрос: - девушка спокойно посмотрела на него, когда он обернулся. - Оно того стоило?
- Зачем ты спрашиваешь, если знаешь ответ?
===============================================
- Ну, как ты, друг?
- Как идиот, который попался на обычной драке, - протянул Ной, сидя на полу, прислонившись спиной к стене.
- На тебе лица нет. Но это же не в первой, так?
- Не стану спрашивать, откуда ты знаешь.
- Тогда не стану отвечать, - улыбнулся Омар. - Меня пустили ненадолго, это ведь ещё не запрещено.
- Когда нас разделяет клетка, я всё больше чувствую себя преступником, - вздохнул Ной, потирая глаза. - Это как перечитывать страницы из прошлого.
- Знаю, там пришлось хлебнуть.
- Когда мы решили выйти из игры, потому что... знаешь, шуточки закончились. Одно дело баловаться самим, другое быть кем-то, кто травит других. Да и этот математик прижал нас, потому что Фрэнси, влюбленная идиотка, всё ему выложила.
- Фрэнси? - Омар тоже сел прямо на пол перед решёткой.
- Забытые имена. Да и не моя это, знаешь, история. Не мне её глаголить, как говорит Минах.
- Значит, математик вас всё-таки сдал?
- Смеёшься? Нет, конечно. Не с теми связался, - усмехнулся Ной, складывая руки на коленях и устраивая голову поверх.
- Тогда за что у тебя условка?
- Ты же не думаешь, что нас бы так просто отпустили, да? Из той банды.
- И как они собирались вас заставить? О, сейчас ты скажешь, что есть много способов и всё такое, - протянул парень, на что Ной слегка рассмеялся, ведь он действительно собирался это ответить.
С Омаром было легко. В его взгляде не читалось осуждение или презрение. Он просто слушал, не забывая о том, что ты, в первую очередь, его друг, а прошлое, во вторую очередь, было в прошлом.
- Но они выбрали один очень действенный: биты, ножи и палки. Как тебе? - улыбнулся парень, словно спрашивал, нравится ли ему этот цвет стен.
- По правде сказать, я не любитель БДСМ, - усмехнулся Омар, доставая гармошку и полируя её о штаны.
- Это должно было быть фразой брата.
- А Вайнона пошла туда с вами, если я правильно помню? Как ты ей позволил?
- Ей тогда никто не мог ничего запретить. Тогда Вай была... другой. Мы ведь все тогда были другими. То, каким каждый вышел из этой ситуации, забавная штука. В какой-то степени, у каждого произошло что-то, что сумело его сломить и не оставить и следа от того человека, каким он был.
- А я не могу сказать, что вижу сломленных людей, - пожал плечами Омар, странно вглядываясь в черты лица друга.
- Что-то внутри уже никогда не поправить, - Ной провёл рукой по голове. - Вай была безбашенной и вечно лезла на рожон, даже если знала, что может проиграть.
- Она говорила, что была "сумасшедшей и порывистой", - усмехнулся парень.
- Ну, пусть так. Тот раз исключением не стал. И я... знаешь, когда я увидел, что один чувак летит на неё с ножом, я почему-то не смог этого допустить.
- Значит, за поножовщину?
- Точно, друг.
- Но я не понимаю, что дало трещину в тебе? То, что ты понял, что Вайнона дорога тебе? Но это вроде бы не назовёшь трагедией, особенно учитывая, что сейчас между вами.
- Я слышал, что вроде этот парень умер.
- Умер?
- Умер.
Они помолчали. Омар рассматривал что-то на гармошке, сквозь сжатые пальцы, Ной уткнулся лицом в руки, которыми обхватил голову.
- Но это же была самозащита.
- Разве это оправдание? - глухо послышалось оттуда.
- Ты ведь не хотел его убить, так? Ты хотел защитить Вай. Это совсем разное.
- Приятель, простого понимания мало, потому что тот зверь, который живёт внутри каждого из нас, не принимает такие аргументы. Он вообще никакие не принимает. И рвёт тебя и рвёт, пока не сдастся на какое-то время, а потом по новой. И хоть ты десятки раз себе повтори, что ты не виноват и это было необходимостью, эта тварь не знает языка и не понимает слов.
- Питается чувствами, да?
- Ну, вроде того.
Ной нашёл точку, какую точно так же всё время сверлил взглядом в прошлом месте. С виду он был спокоен, лишь напряжённые мышцы рук могли выдать его, но мысли, как ничто иное умеют зажигательно танцевать самбу на самый больных точках.
Да, пускай суд признал, что это убийство в целях самозащиты. Пускай ты несовершеннолетний и выкрутился вообще бог знает каким чудом (Элвис бы никогда не признался, что совершить чудо не так уж и сложно). Пускай это было самым страшным, когда родители отказываются принимать тебя и брата обратно, хотя должны бы быть самыми первыми, кто придёт на помощь. Пускай. Но то, с какими пытками ты сталкиваешься внутри самого себя, нельзя сравнить с самыми долгими годами тюремного заключения и самыми громкими предательствами близких. И ты, поверь мне, никогда ни о чём не забудешь.
- А где тот, кого ты отметелил вчера?
- Драпу дал, - протянул тот. - А я замешкал. Не бегал уже сколько, а от воя сирен так вообще в ступоре стоял, наблюдая картинки той потасовки перед глазами. Жуть. Век бы ещё этого не видеть.
- Попробовать запереть воспоминания - та ещё провальная затея, - Омар обернулся на звук поворачивающегося ключа в двери. - Какие планы?
- Один, и очень правильный. Я в это верю.
- Вера - чудная штука. Она не подводит, - напоследок улыбнулся Омар, выходя.
Ной с тихой улыбкой сжимал в руке гармошку. Порой, такие жесты говорят куда ярче всяких слов.
Он вспоминал всех их, когда они бросили всё и уехали куда глаза глядят, только бы скрыться на пару дней от подростковых тягот. Небо было голубое-голубое, словно вышитое белыми атласными нитками, да так воздушно, что хотелось долго дуть на облака и увидеть, как они разлетаются мелкими семенами одуванчика. Солнце играло в глазах каждого, но свои собственные игры. Они остановились где-то в лесу, когда ехать дальше уже не представлялось возможным. Капот нагревался медленно, но всё больше казалось, что не солнце виновник сие процесса, а сами ребята, устроившиеся на нём. Они смеялись, то дико, то тихо, словно шутки эти не были для всего остального мира. Мирно разговаривали, рассказывая истории и мечтая, кем могли бы стать, если бы им была дана другая, совсем "не их" жизнь. Парни подтрунивали друг над другом, а девушки хохотали с того, как каждый пытался защититься нелепыми фразами. Минах тогда защекотал Вайнону до одури, а потом они лежали, обнимаясь, а с другой стороны девушка держала за руку Ноя. И им было так хорошо. Они были проблемными, глупыми подростками, которым ещё предстояло нахлебаться плодов собственных ошибок, но они были так счастливы просто находиться рядом друг с другом. Вечно доставать Элвиса, отстегивая лямки комбинезона, из-за чего он никогда не ходил, как это было модно, со спущенной одной из них, потому что он точно знал, что никто из друзей не упустит шанса воспользоваться этим. Или Фрэнсис, которую обливали водой, из раза в раз повторяя: "Ну вот, теперь всё как надо", и только видя её, можно было понять, что именно они имели в виду.
Тогда всё казалось проще. Они могли передавать косяк по кругу, напевая каждый следующую строчку какой-нибудь выбранной наугад песни Arctic Monkeys, а потом сидеть в парке, делая анализы заданной литературы для тучного, но до умопомрачения увлекающего своими занятиями учителя Литературоведения. Ты просто знал, куда двигаться. А если бы забыл, тебя бы схватили за руку и потащили за собой. Сейчас нельзя быть уверенным, что тебя потянут в нужную сторону, ведь у каждого проложена своя дорога, потому что они - уже не дети. И в этом вся беда.
vingt-trois.
- Сдала меня, значит? - усмехнулся Минах, тихонько обращаясь к Виржини.
Они оккупировали кухню братьев, ожидая Ноя. Омар отстукивал пальцами какой-то ритм, за неимением своего обыкновенного инструмента, Вайнона блуждающим взглядом осматривала улицы за окном, держа дымящуюся кружку в руках, а Минах с Виржини устроились в углу. Парень немного раскачивался на стуле. Раньше так всегда делал Ной, а брат его ругал, "потому что порча имущества - дело наказуемое, ты понял меня?" Но сейчас он сам того не замечая, копировал брата. Элвис слонялся туда-сюда по кухне, пока не пристроился к Вай, тихо с ней перешептываясь. Точно так же, как те двое.
- Я не люблю ходить на похороны, извини, - тихо ответила та, бросая взгляд на Вай. - Зачем я здесь? Мне не по себе.
- Я бы не умер, - возразил парень, отталкиваясь ногами и отклоняясь назад.
- Кому ты заливаешь, Иона?
- Подумаешь, сорвался чуток, - буркнул Минах, со стуком возвращая стул в обычное положение и вставая, чтобы взять их кружки.
- А у меня появилась одна идея, - Виржини аккуратно взяла в ладони горячую кружку.
- По поводу?
- Темноволосому и татуированному.
- Ты всё ещё не сдалась? - он улыбнулся, пока она маленькими глоточками пила, чуть обжигая язык, а потом втягивала в себя воздух.
- Ну, ты же ещё не сдался, - она снова бросила взгляд на Вайнону, которая что-то быстро шептала Элвису. - Так смотришь на неё...
- А мне казалось, что я сдался. Развалился, можно сказать.
- В борьбе может и да, но в любви - нет.
- Это одно и то же, когда дело касается любви, - парень внимательно смотрел на её спутанные волосы, которые двигались, когда она вертела головой, на спокойное лицо, как будто ничего не могло вывести её из себя.
- Зависит от точки зрения.
- И что за идея?
- Скейт.
- Научить тебя? - удивился он.
- Думаешь, не выйдет?
Он пожал плечами:
- Зато повеселимся.
Элвис закинул руку на плечи Вай, приобнимая её.
- Ладно тебе, ты же не собираешься теперь вечно бегать от девушек.
- Собиралась, - протянула та, кладя голову ему на плечо. - Зачем он её сюда притащил?
- Она хорошая. Так кажется.
- Это как вечно трезвонивший звоночек, - простонала Вайнона еле слышно.
- Ты не можешь вечно от этого бегать. Собираешься или нет - не важно, так нельзя.
- А как можно? Где это писано, Элвис? Все могут только говорить, как надо и как не надо, но кто сказал, что это - правильно? Кто устанавливает рамки? - чуть повысила голос Вайнона, водя пальцем по стеклу.
Парень молчал, размышляя.
- Мы сами, - послышался тихий и спокойный голос Виржини.
Вай бросила на неё взгляд, когда очень хотелось бросить что-то потяжелее. Она и сама не переносила то, что вызывают в ней любые девушки. Доверять им и вовсе казалось огромной ошибкой, которая принесет массу новых трещин. Ту, большую и никак не желающую затянуться, из которой всё ещё сочилось сомнение, негодование и боль, никак было не заткнуть. Она пыталась закрыть щель десятками разных тряпок, как затыкают дыры в протекающей трубе, но то, что рвалось наружу, сжигало их дотла. А нахождение в одной комнате с какой-нибудь девушкой, особенно разговор с ней - воспламенял эти тряпки в два раза быстрее.
- Тогда всё рухнет.
- Тебя это тоже касается, - шепнула Виржини Минаху. - Ты сам загоняешь себя в рамки. Позволь себе выйти.
- Рухнет? - повторил Омар, смотря в спины Элвиса и Вайноны, стоящих у окна.
- Если каждый будет придумывать свои рамки, что будет с людьми? Каждый сам за себя, каждый думает о себе.
- Не правда, - тихо сказала Виржини куда-то в пространство.
- Считаешь, не будет существовать ни дружбы, ни любви, ни семьи? - спросил Омар, подходя к вопросу с философией.
- Что не правда? - бросила она девушке, словно давая подачу.
- Просто ищи людей, с которыми твои собственные рамки совпадают, - Виржини пожала плечами, а брошенный Вайноной невидимый мячик, ударившись о стену, упал на пол.
- Вот как? - усмехнулся Минах. - Значит, ваши рамки не совпадали и дело было не в "звёздах"?
- Каких ещё "звёздах"? - Элвис заинтересованно наблюдал за ними.
- "Звёзды" как... проверка, насколько наши рамки схожи, - Виржини смотрела на Минаха, совсем легко улыбаясь.
- У тебя нет друзей? - Вай подняла брови.
- Какие "звёзды"? - тихо спросил у неё Элвис, но она лишь отмахнулась.
Виржини снова пожала плечами.
- Считаешь, Вай, это странно - не иметь друзей? - Омар с хрустом откусил палочку козинак, которую нашёл в случайно открытом ящике, а Минах лишь махнул рукой, мол делай, что хочешь.
- Не знаю, - протянула та. - Может быть.
- А кто написал, что это странно?
Она с кривой улыбкой обернулась, садясь на подоконник, Элвис пошёл к холодильнику.
- Это лишь мои рамки, да?
- Не знаю, тебе решать.
- А я так смотрю, меня никто не ждёт, - с улыбкой Ной появился в дверях.
Вайнона сразу оказалась в его руках.
- О, - он многозначительно задвигал бровями, смотря на Минаха, качающегося на стуле и Виржини, сидящую тут же. - Вы дзенитесь, да?
Минах рассмеялся, вставая и по-братски обнимая Ноя.
- Я раскрою тебе все тайны, если ты скажешь, что ты им сказал, - Минах прислонился к столу, пока Ной обнимал парней и молча передал гармошку Омару.
- Будь ты копом, кто был бы тебе важнее: продавец наркоты или парень, устроивший драку? Пришлось попотеть, но в итоге они признали, что я прав.
- Но у тебя же уcловка, - с сомнением протянул брат.
- В этом и была сложность, - Ной заглянул в холодильник. - Вай, ты не сделала пирог?
- Будешь вести себя хорошо, мы с Омаром это устроим, да?
- Омар всегда рад, - улыбнулся тот, прижимаясь к гармошке.
vingt-quatre.
- Хорошо исполняешь, - усмехнулся парень, поправляя пушистые волосы руками, чтобы стояли попышнее.
- Я знал, что невозможно не любить игру гармошки.
Омар блаженно погладил карман, где лежал инструмент. Парни расслабленно таскались по городу без особой цели.
- Прости, друг, но я это Минаху.
- А что я исполняю? - тот накинул капюшон на голову.
- Безразличность. Но вообще-то, актер из тебя никудышный.
- Много ты понимаешь, - Минах улыбался.
- Вы про что? - Омар поглядывал то на одного, то на другого.
- А знаешь, что я думаю? Ты и сам уже не слишком веришь в свои чувства.
- Верю, ещё как, - протянул Минах упрямо.
- Твоё дело. Только мне кажется, что у тебя мысли совсем о других вещах.
- Если быть точным: "о других "людях"", - вставил Омар. Пусть его вопрос так и остался без ответа, он кажется начинал понимать.
- Да-да. Ты просто привык, что любишь Вай. Но если начистоту? Ты что, боишься того, что будет после? Лучше любить кого-то одного и страдать, чем попытать удачу снова?
- А вдруг Вайнона - это не твоё?
- А она и не моё, - усмехнулся Минах. Это было похоже на тяжелую артиллерию: друзья больше не хотели, да и не могли молчать. Ты даёшь другу шанс на то, чтобы он выкарабкался сам, чтобы разобрался в себе и нашёл правильные ходы. Но когда он этого не делает и мечется вслепую, и не признаёт, что выход-то вот он, рядом, и только отворачивается, тогда настаёт время дружеских пинков, смачных таких, отрезвляющих.
- Ты понял меня, - толкнул его в плечо Омар.
- Я был с Вай, и это было так, словно она - то самое пресловутое моё.
- Был? - бросил Омар.
- Слушай, если ты для неё не "то самое её", тогда и она не может быть твоей, это как пить дать. Закон любви таков: если ты не нужен, то это явное доказательство факта "не твоё".
- Я думал, ты был на юридическом, а не на факультете Любовных отношений и Философии родственных душ, - Минах рассмеялся, наваливаясь на Элвиса сзади.
- У меня открылись новые способности, - он пытался стащить друга с себя.
- Я чувствую здесь неоднозначность, - Омар улыбался всеми брекитами.
- Я ничего вам не скажу!
Минах отлепился от друга, посмеиваясь и поправляя на себе одежду и потирая ушибленные Элвисом места.
- И ты был с Вайноной? Она что вас, перепутала однажды с перепоя? - немного удивленно рассмеялся Омар.
- Я вижу, вам тут есть, что обсудить, - протянул Элвис, бросая на Минаха странные взгляды. - Мне как раз пора, автобус отходит через сорок минут.
- Тайны, значит? От нас, от своей семьи? - по-актёрски жалостливо протянул парень в капюшоне, цепляясь за друга.
- Ты ещё не готов, - рассмеялся тот, и рванул с места, лишь издалека махнув им рукой.
- Мне не нравится твоё молчание, - Минах посмотрел на притихшего Омара.
- Жду, когда ты соберёшься с силами, - по-доброму улыбнулся тот.
- Сейчас не самый лучший момент для таких историй.
- Никогда не наступит лучший момент.
Парень задумчиво молчал, идя рядом с другом. Незаметно перебирал пальцами в карманах толстовки.
Ему иногда так хотелось, чтобы его не замечали. Не видели, не задавали вопросов. Просто потому что так было легче. Он был не из тех, кому могло полегчать после разговора о тревожащих мыслях. Для Минаха это было бы слишком просто. И более того, больше ему хотелось самому ничего не замечать. Жить, словно закрыв глаза ладонями, и даже в просветы между пальцами не заглядывать. Каждому порой хочется быть невидимым со всех сторон.
Но противоречие существовало в нём, как двухфазная сыворотка, которую нужно взболтнуть, чтобы всё перемешалось. Так его порой взбалтывали, и он расстраивался от того, что даже брат не замечает того, что должен был. Ему было достаточно сказать: "со мной правда всё в порядке", - и сделать естественное выражение лица: он тебе верил, доверял. Ной точно знал, что тот бы рассказал ему, случись что, как это делал он сам. Но выходило так, что не каждый умел просто сесть и сказать, мол прости брат, вот такая вот штука приключилась, я не знаю, что делать и дохну от терзаний и неразделенной любви. Минах так бы хотел, чтобы не пришлось ничего объяснять, и Ной бы сам всё понял. Но как было на деле? Минах не мог просто взять и вывалить всё это на него. Не мог и всё. Заставить терзаться брата точно так же? Да ни за что.
- Мы познакомились с ней в баре. Она там танцевала.
- Не буду делать вид, что удивлён.
- Я влюбился не сразу, или просто не понимал, что влюблен. Они с Ноем так вздорили, ты бы видел. Просто не выносили друг друга, - он как-то поёжился. - В то время мы уже с ней... были вместе, в том самом смысле, понимаешь? Нам было интересно вдвоём, не говоря уже о сексе. Так вообще бывает? Я думал, что нет. Все были не такими, а за ней можно было наблюдать часами и обсудить любую вещь на свете, заняться любовью, а после пить чай на кухне и разговаривать о ерунде, переходящей во что-то стоящее и важное. В ней было всё.
- Было?
- Для меня - было, для Ноя - есть, - Минах улыбнулся, доставая из кармана джинсов мелочь и расплачиваясь за два хот-дога у уличного лотка.
- А затем что?
- Знаешь, какая на неприязни может родиться страсть?
- Читал где-то, - он взял свою сосиску.
- Однажды их стычки взорвали пространство. Я не буду вдаваться в подробности, лишь скажу, что втроём спать было не хуже, чем только с ней вдвоём. Чего только не было.
Омар подавился, закашлявшись. Минах стучал по его спине, саркастично улыбаясь.
- Ты просил всю историю.
- Почему не выдают брошюрки с кратким содержанием? Чтобы люди хотя бы знали, к чему готовиться.
- Слушай, мы были подростками, которые творили, что хотели. В те годы всем хочется попробовать всё, и это ощущается как-то иначе, чем сейчас. Да, я покраснел, можешь смеяться сколько влезет, - пробурчал Минах, жуя свой хот-дог. - Тогда это не казалось таким омерзительным, как сейчас.
- Я рад слышать, - фыркая, ответил Омар, протягивая ему свой хот-дог. - Будешь? А то мне что-то перехотелось.
- Ешь и не выпендривайся, - оттолкнул его руку друг.
- А дальше что?
- Нам всем было замечательно. Мне казалось, было как-то счастливо. А потом все эти заварушки, разборки, полиция. Потери. Все сломались. Не будь у нас каждого из остальных, мы бы не справились. В одиночку это представляется совсем непереносимым.
- Почему все твердят, что сломаны? Да, провалы не проходят даром, но вы выбрались. Разве это не шанс двигаться дальше и переступать все грабли, раскиданные специально для вас?
- После той драки Вайнона пришла ко мне и сказала, что без Ноя не видит своей жизни. Что поняла: без него она не протянет. Она так убивалась, когда он был в полиции. Да и из-за меня, наверное, тоже. Но я же друг, - он с развёл руками, грустно улыбаясь. - Внутри которого что-то пошло не так. Я сказал: "Всё окей."
- Но всё было не окей?
- Словно ты знаешь, чего хочешь, но никак не можешь дотянуться. А тебе ещё над ухом: "нельзя, нельзя", - и пальцем качают.
- Говорят ведь, что только потеряв, осознаешь, что оно тебе было очень нужно.
- Я выгляжу сопляком, - протянул Минах, выбрасывая в мусорку салфетку, в которой был хот-дог.
- Нет, ты выглядишь хорошим братом. И другом.
- Этого мне ещё никто не говорил.
- Вай рассказывала, что вы всегда были очень близкими друзьями.
- Я долгое время после этого был всё таким же, только что не спал с ней. Сложно делать вид, что тебе безразлично, - он смотрел под ноги. - Как видишь, на долго меня не хватило.
- И она не видела, что ты любил её?
- Видела, наверное. Я не знаю, - он пожал плечами, как всегда это делала Виржини. - Почему "любил"?
- Я не такой мастер в этом, как Элвис, но мне кажется, что он прав.
- Отходняк у меня от этих таблеток жуткий, а тут вы со своими нравоучениями, - Минах легко улыбался.
- Просто подумай над этим. Может, Вайнона была права, когда сказала, что ты со всем справлялся, словно какой-то чувак на 253 странице какой-то там книги.
Минах усмехнулся. Три раза подряд.
- Не думал, что она это помнит.
- Не усугубляй всё хорошими воспоминаниями, - Омар хлопнул его по плечу. - Можно насобирать новых, ещё лучше и... правильнее.
vingt-cinq.
"Если ошибаться, так ошибаться по полной. Если верить, так верить до конца." - спасибо, ваш твит отправлен.
- Собралась? - Минах засунул телефон в карман джинсов, поднимая на неё глаза. - Слушай, я не уверен, что гипноз действует на скейт.
- Помолчи, - прошептала она, не отрывая взгляда от доски.
Её обувь валялась где-то на дороге: так ей казалось, что она чувствует землю, а та отдает ей свою энергию, и у неё всё получится. Париж решил, что сегодня самое время для солнца. Самое время для чего-то... нового? Да, точно. Солнце хорошее предзнаменование.
- Ну что, показать тебе ещё разок? - он подошёл к ней, проводя рукой по голове и мягко улыбнулся.
Даже Минах сегодня снял свои толстовки, свитера и кардиганы с пальто. По честному, каждый из друзей думал, что ему стало лучше. Тут уж дело не может быть только в солнце. Но оно, право, к чему-то.
- Обещай, что поймаешь? - она заулыбалась, ставя ногу на доску.
- Я всегда рад девушкам, падающим в мои объятия, - парень рассмеялся, отходя метров на десять и наблюдая, как Виржини в предвкушении вытирает влажные ладошки о джинсы и отталкивается.
- Я предпочитаю падающие звёзды.
Это краткое мгновение, которое казалось ей вечностью, не сможет забыть ни она сама, ни он, который замер, словно неожиданно для него загорелись все эти её звёзды на полуденном небе. Минах смотрел, чуть подавшись вперёд, как её растрепанные волосы отнесло назад, как она моргает, словно в замедленной съемке, и он почти физически чувствует эти тени от ресниц на её щеках. Впервые он подумал о том, какие эти щеки на ощупь. Впервые он поверил, что эти ресницы могут ловить солнечные лучи, будто в капкан, и держать их блеск долго-долго, затем отдавая золото.
Просто... она показалась такой странной. Ему хотелось смеяться, смотря на неё. Но, впрочем, так было всегда. Тихие люди таят в себе конверты, которые ты вскрываешь постепенно, узнавая что-то новое только если они тебе позволят. Только если на конверте будет написано т в о ё имя.
В его голове не мелькали громкие фразы о том, "какая она красивая" или "почему я не замечал этого раньше". Он не влюбился мгновенно, словно увидев её впервые, не вспыхнул, словно спичка, обмакнутая в бензин. Только лишь заглянул за кадр. Мы всегда любим смотреть главные сцены, говорить ведущие реплики и слышать правильно подобранные ответы. Но так ведь не бывает. "Так не бывает" - напишет он позже и увидит: "спасибо, ваш твит отправлен". Почему же мы не желаем смотреть закадровые сцены? Как-то это совсем не сказочно: бегающие актёры от гримерки до гримерки, быстрые перекусы и тихое бормотание сценария, в попытках выучить его. Так всё это просто, слишком реально. Нам страшно видеть настоящие лица. А вдруг... Ну вот вдруг, нам не понравится увиденное? Вдруг разочарование - это то, что нас ждёт за кулисами?
И вот она поднимает глаза от проносящегося под скейтом асфальта и врезается в него.
- Ты чего? - воскликнул он, сгребая её в охапку до того, как она упадёт.
- Как тормозить ты не показывал, - она еле улыбнулась. Иногда он думал, а умеет ли она вообще улыбаться так сильно, как будто это её лучший момент в жизни?
Он помнил лишь единственный раз, когда только подувший ветер стёр с её лица ту сумасшедшую улыбку. Они танцевали и, наверное, Виржини забылась. Просто забылась, что улыбка - это её оружие и его нужно беречь. Для случая.
- Ты странная, - протянул Минах.
- Только дошло?
- Вообще-то нет, просто решил поделиться мыслями, - он усмехнулся, отпуская её и отходя в сторону.
- Так-то лучше, - она стукнула пяткой по краю скейта и тот подскочил, а она неловко поймала его: Виржини видела, как Минах проделывал это десятки раз. - Не хочу, чтобы ты сбежал. Мне нужна ещё парочка уроков, а потом...
- На все четыре стороны?
- Потом я придумаю ещё что-нибудь, - та пожала плечами и отвернулась, но он видел, как мелко они тряслись от тихого смеха.
- А знаешь...
Она ждала, снова гипнотизируя скейт, но парень молчал. Она не видела, что он делает, только слышала звук набираемого текста в телефоне.
- Что?
- Раньше, я много не замечал.
- А сейчас что же, прозрел?
Она бросила на него взгляд и снова вскочила на доску, оттолкнулась и понеслась, а он видел только, как пляшут её волосы и как измазанная пылью ступня то и дело касалась дороги.
- Да нет же... Постой! - он бросился следом. - Ты же не умеешь тормозить!
- А я не собираюсь останавливаться! - прокричала девушка и её странно тихий крик отнесло назад вместе с порывами ветра.
===============================================
Они ввалились в квартиру братьев: Минах смеялся, скрывая за смехом маленькую тревогу, Виржини аккуратно улыбалась, иногда толкая его и говоря, чтобы он заткнулся. По правде говоря, это не работало. Да и что с Минахом работало? Даже он сам до конца не знал.
- Снова, - буркнула Вайнона, отворачиваясь к раковине и продолжая мыть кружки.
- Привет, - Минах подскочил к ней, обнимая со спины. - У нас не найдется какой-нибудь штуки, чтобы обработать ссадины?
- Это мой дом или твой? - с улыбкой протянула Вайнона, брызгая на него водой, чтобы он отошёл.
- Этот дом такой же мой, как и твой.
- Посмотри в коробке, которая стоит на подоконнике в спальне.
- В какой именно? - с опаской протянул он, возвращаясь.
Виржини снова устроилась на стуле, подтащив его к углу комнаты. Так ей было спокойнее, а братья были не против, что она всегда так делала.
- Из-под ботинок Ноя, темно-коричневые, помнишь?
Она обернулась, в четвертый раз бросив попытку закрыть кран, чтобы он перестал капать, и вытирала руки полотенцем. Гримаса на лице парня сказала всё за него, и Вай, закатив глаза, сама отправилась в комнату, Минах потащился за ней. Спустя пару минут, он с победным кличем вскидывая темно-бордовую коробку над головой, появился на кухне.
- А я говорил тебе, ты не умеешь тормозить, - он схватился за сидение стула, подтаскивая её к проходу, чтобы было удобно устроиться у её ног. Вайнона тоже тихо вернулась на кухню, по обыкновению залезая на кухонную тумбочку и смотря на них.
- Асфальт не против, - Виржини пожала плечами. - И дерево тоже.
- И бордюр, - усмехнулся он, выуживая какую-то баночку с жидкостью, название которой Вайнона бросила мимоходом. - А вот люди были не слишком-то рады.
- Как жаль, что ты не супер-герой, и не смог всех спасти, как обычно, да?
- Язвительность тебе не идёт, давай сюда свои ладони, - парень открутил крышку и перевернув бутылёк, стал капать жидкостью на содранные руки девушки, не обращая внимания на тихо бурчащую Вай.
- Господи, дай я, - она спрыгнула со своего места. - Просто отойди. Да отойди же ты, иди лучше чай сделай.
Она села, поджав под себя одну ногу и покопавшись в коробке нашла вату, и смочив её жидкостью, принялась обрабатывать ранки. Виржини притихла, недоверчиво смотря на неё.
- Если тебе неприятно, я могу и сама это сделать, - тихо протянула она.
- Мне не неприятно.
- По твоему лицу не скажешь.
Минах настороженно покосился на них.
Вайнона молчала, меняя вату и переключаясь на другую руку.
- Я тебе не враг, - ещё тише прошептала Виржини, неотрывно смотря сверху-вниз на девушку. Ей на глаза падала чёлка, которую уже нужно было бы подровнять, и она то и дело откидывала её в сторону.
- У меня нет врагов.
- В твоих рамках, похоже, пунктик.
- Ты... ничего не знаешь обо мне, - она встала, выбрасывая вату в мусорное ведро.
- Вай, - Минах притянул её к себе за плечи.
- Пунктики хреновая штука, она права. Хочешь, я дам тебе потрогать моё дерево? Оно поможет тебе всё понять.
- А тебе помогло? - она с сарказмом подняла на него глаза.
- Ты всегда призывала, чтобы я обращался к нему. Сказать, сколько раз оно выручало меня? Множество.
- Множество? - Виржини переводила взгляд с него на девушку, обнимающую его одной рукой.
- Был только один промах, но я работаю над этим, ты же знаешь.
- Мы обе знаем, - Вайнона слабо улыбнулась, отходя от него. А взявшись за ручку двери, продолжила. - Передай Ною, что у меня вечерняя смена. Пускай не ждёт меня.
- Замётано, - бросил он в закрытую дверь. - Ну что, теперь по каркаде и больше никаких скейтов?
- Ты так плохо меня знаешь? - она подняла брови.
- Что? Ты же любишь каркаде!
- А ещё я не бросаю начатое, - она дула на чай в кружке, поставленной перед ней на стол, и не касалась её руками, держа растопыренные пальцы на коленях.
- Я смотрю наш треугольник тебя прямо зацепил, - с сарказмом протянул парень.
- И Ной, и ты, и... да вы что, смеётесь?
- Какой ты ханжа. У тебя что, подростковых экспериментов не было?
- Это я-то ханжа? Это вы...
- Ой, ну ладно тебе!
Они смеялись и толкали друг друга, идя по городу, на который опускали фиолетовую дымку. Дороги становились серее и прохладнее, люди настороженнее и отрешенней, кошки не так часто появлялись на пути.
Ошибались те, кто читал проповеди, будто жизнь - та ещё сволочь. Она делает всё, как надо. Она знает правила. А если ты не смог что-то пережить, это лишь твоя слабость и ты решил, что не дойдёшь до конца. Ты мог. Каждый может. И то, насколько много ты можешь, решаешь сам. Жизнь резка, порой груба и бросается в тебя самыми бранными словами, но она никогда не подкинет тебе подлянку, вылезти из которой ты не в силах.
Она берёт свои ладони, холодные и влажные, и закрывает тебе глаза. Это проверка, насколько хорошо ты знаешь сам себя, насколько быстро ты сможешь найти выход внутри своего лабиринта, перетаскать свои камни на нужное место. И ошибаются те, кто думают, что она забудет свои ладони на глазах. Однажды, когда ты будешь готов, она уберёт их. И тут уж, друг, ты не оплошай.
vingt-six.
Виржини и Минах сидели на полу в спальне напротив друг друга, держа карты в руках. Повсюду валялись какие-то подушки, бумажки, две колоды карт, разбросанные по всей комнате, в них не доставало то валета, то шестёрки. Парень учил подругу играть в покер, это было ещё одной её идеей. На кон ничего не ставили, и дело было не в двужественности поединка, а в том, что Виржини боялась проиграть.
- Ещё разок: чем стрит флеш отличается от флеш? - она заглянула в свои карты.
- И там и там по пять карт, в первом случае - последовательные карты одной масти, во втором - просто одной масти, - он смотрел, как она вперила взгляд в свои ладони. - Короче, важно чтобы все были либо чёрненькие, либо красненькие, а там уж смотри на значки.
- Можешь издеваться сколько угодно, - парень смеялся с неё.
- Забавно, я никогда не думал, что можно ещё и мастей не знать.
- Не так-то это просто, все эти твои.. фертили запомнить сразу.
- Не фертили, а комбинации.
- Мне нужно попить, - она скинула карты в сторону и встала. - Захватить тебе что-нибудь от занудства?
- Люблю, когда ты так ехидно улыбаешься, - самодовольно протянул парень, откидываясь назад и упираясь спиной в кровать.
Девушка закатила глаза, прикрывая за собой дверь. Но только она ступила на кухню, как сразу заметила Вайнону на своём обычном месте на тумбе, она вертела какую-то верёвочку в руках и выглядела немного грустно. Грустнее, чем обычно, когда Минах приводит Виржини домой. Девушка сразу же резко развернулась, ещё на пороге, чтобы выйти.
- Я не стану на тебя кидаться, - бросила Вай немного хриплым голосом.
- Знаю, как иногда хочется побыть одной, - она чуть замялась, но потом медленно прошла к раковине, набирая себе воды.
- Не люблю всепонимающих девушек, - скривилась Вайнона, сжимая в кулаке верёвочку.
- Плохо, что тебя могут понять?
- Это вызывает доверие, - тихо протянула та, поднимая ноги. - А доверие склонно быть обманутым.
Были слышны только глубокие глотки Виржини, а на мокром стакане остался отпечаток её ладони. Она смотрела на него какое-то время.
- Мне не нужно твоё доверие, - в конце концов она пожала плечами. - Но я могу быть слушателем. У меня это лучше получается, чем говорить.
Вайнона усмехнулась.
- Не стоит, мне не нужны слушатели.
Виржини постояла какое-то время, а затем вышла. Но игра в карты не задалась. Не теперь. Ей казалось, что всё как-то неправильно.
- Скажи, мы все такие? - тихо спросила она парня, пропуская мимо ушей всё, что он говорил и о чём спрашивал.
- Ты совсем не слушаешь, да? - он слабо улыбнулся, бросая свои карты в кучу между ними и сгребая всё вместе.
- Часто ты врёшь?
- С чего ты вдруг... - он посмотрел на неё, но натолкнувшись на спокойное сосредоточенное лицо Виржини, он понял, что она уже где-то внутри себя. С шутками надо чуть повременить. - Не знаю, чем измеряется частота... Пожалуй, больше, чем следовало бы.
- Ты врёшь о том, что тебе не нужна поддержка, когда она нужна?
- Фраза "Я в порядке" стоит первой в моём рейтинге часто-повторяемых, - он усмехнулся, подразумевая, "да". Она уже научилась понимать.
- Тогда... - она замолчала, снова задумываясь о чём-то.
- А ты, девочка звёзд? Ты врёшь?
- Мне нужно поговорить с Вай, ладно? - она встала. - Не выходи отсюда.
- Я начинаю переживать.
- Потасуй свои карты, развлекись. Придумай новый фертиль, для меня.
Он так и остался смотреть в закрытую дверь, пока девушка на секунду не заглянула, будто забыла что-то.
- Я совру только если это спасёт чью-то жизнь, - произнесла она, снова исчезая.
- Какая ты врушка, - с улыбкой протянул Минах, растягиваясь на полу и тасуя карты.
Вайнона так и сидела на тумбе, подтянув к себе ноги. Она упиралась в край только пятками, и смотрела на пальцы ног, которыми шевелила.
- Вы там не травку курите? Обычно сушняк после неё тот ещё.
- Да... нет. Нет.
Девушка подтащила стук к своему углу, устраиваясь там и молчала. Спустя минут восемь, которые в присутствии кого-то казались просто чередой вечностей, Вайнона не выдержала.
- Ты так и будешь здесь сидеть?
- Знаешь, о чём я спросила Минаха несколько минут назад?
- Что-нибудь вроде: почему холодный ветер дует с юга, ведь юг - это тёплое место?
- Почти, - своей аккуратной улыбкой поделилась та. - Как часто ты врёшь о том, что тебе не нужна поддержка?
- Запрещённый вопрос.
- Удар прямо в рамку. Ладно. Как ты заставляешь себя верить, что можешь справиться со всем сама?
- И снова. Слышишь этот треск?
- Однажды твоя рамка развалится, и что тогда?
- Соорудим новую. Знаешь, я такая мастерица, - с долей сарказма усмехнулась Вайнона.
- Почему ты сняла свою фенечку?
Вайнона резко замолчала, смотря на сжатый кулак.
- Ной со своими зубами... Или чем там, в порыве страсти.
- Почему не завяжешь заново?
- Это не...
- Не моё дело, да. Так почему?
- Может, пора выбросить его.
Виржини дала ей время, чтобы добавить слов, ведь сама знала, как это порой требуется - просто минутка времени. Но не вышло. Она просто тихонько протянула:
- Может быть самое время.
Вайнона тяжело сглатывала, в тусклом свете лампы её глаза слабо блестели, но слёзы не пролились ни разу. Под звуки капающего крана она рассматривала свою порванную фенечку, поднеся близко к глазам. Она вся была в оттенках морского: темно-синий, светлый, пастельный и голубовато лазурный, небесный.
- Как глупо, выбросить целый океан в помойное ведро.
- Можем прогуляться до Сены. Океан соединится с рекой.
Вай слабо улыбнулась: ни один из парней не сказал бы такого. Она подняла на девушку глаза.
- Она была моим океаном.
- Твоим штилем или штормом?
- Обоими, - Вай накрутила фенечку на большой палец левой ноги. - И дело даже не в цвете волос. Она была стихией.
- Все мы стихии, в той или иное степени. Кто-то больше, кто-то меньше.
- Это был мой личный океан. Таких океанов я не встречала больше. И у меня есть вопрос из разряда тех, какими ты бросаешь в Минаха, чтобы застать врасплох: почему океаны неожиданно выходят из берегов, а потом пересыхают? Пересыхают и всё, будто его никогда там не было. Но я-то вижу это углубление в земле, где его не хватает. Они совсем не думают, что люди без воды могут погибнуть?
- Что им дела до людей, - помолчав, ответила Виржини, неотрывно смотря на палец, обмотанный фенечкой, и представляя синеволосую девушку, в которой бушевал океан.
- У тебя нет ответа, - грустно улыбнулась та. - И ни у кого нет.
- А у океана?
- Шипит что-то, волны передают, но языка мне не понять. Камушки подкидывает, но где мне...
- Нет, у твоего личного океана?
- Как спросить у того, кого нет?
- Мне жаль...
- Мне тоже. Минах не рассказывал тебе о прошлом?
- Самую малость.
- Фрэнсис была для меня всем, - она спрыгнула, так и оставив фенечку на пальце, раскрыла плед, лежащий на одном из стульев и закутавшись в него, села.
- Целым океаном.
- Да, - она замолчала на мгновение. - Когда она влюбилась в этого учителя... Знаешь, математику никто не понимал, но все любили ходить на занятия только ради этого симпатяги. Она говорила, что он - её капитан, что она никак не решится взять штурвал, стоит себе на берегу. Но океаны ведь не могут долго оставаться на суше, они не созданы для этого. Как не созданы морепродукты для Ноя, - она рассмеялась. - В конце концов, она нырнула. Вдохнула и прыгнула.
Виржини внимательно слушала, всматриваясь в выражение глаз девушки: они словно светились, когда она в очередной раз говорила "мой океан".
- Но ведь все знают, даже неучи, что романы с учителями - это очень-очень плохо. Когда ты подросток, все запреты кажутся тебе пустяком, переступить который раз плюнуть. А потом этот... математик узнал, что мы тогда были замешаны в одном деле, знаешь, плохом деле, гордиться тут нечем. Фрэнсис, доверчивый океан. Такой открытый к тем, кого любит. Это его беда. Самая страшная беда. Она всё выложила ему в простой надежде на поддержку или ещё что-то, но математик словно... она сказала, он выпустил штурвал и покинул судно. Мой океан остался без своего капитана. Простая капитуляция и столько боли, кто бы мог подумать.
Слышно было, как Минах в соседней комнате напевает что-то, и Вай тихо засмеялась, говоря что-то о том, что он никогда не умел брать эту ноту и менял слова местами.
- Он нас прижал, по-крупному. Если бы капитан нас сдал, мы бы скорее всего сейчас все выглядывали на солнечный свет сквозь решетку. Но братья не сдаются. Иногда забывают об этом, но всё равно не сдаются. Парни поговорили с ним в компании рукоприкладства и пригрозили каким-то видео с Фрэнсис. Я до сих пор не знаю, что там было: они не признаются. Но явно что-то нехорошее, потому что благодаря этому видео этот гад больше никогда не появится на пороге никакой школы. Хорошие люди не творят таких дел.
- Минах говорил, что этим же видео он угрожал самой Фрэнсис. Что он покажет это её родителям.
- Блеф. Ему от этого больше вреда, чем пользы. За Фрэнсис братья хорошо с ним расправились. Но я уже говорила о доверчивости моего океана. Доверчивость то, что обязательно будет разрушено. Разрушили доверие океана, и океан разрушил моё.
- Твой шторм.
- Который всё поглотил к чертям, - Вайнона зачесала челку назад руками и прижала их к голове. - Она пыталась покончить с собой, после всего этого. А потом исчезла. Я не знаю, жив мой океан где-то или уже нет. Больше нет моего океана вовсе. Так может... к черту это?
Девушка наклонилась, беря фенечку в руки. Она посмотрела на спокойную Виржини, с растрёпанными волосами, в её вечно сменяющихся футболках с цитатами из любимых книг. Она молча смотрела на Вай, пока та ждала ответа.
- Всё?
- Что?
- Ты уже поняла, что хотела бы услышать от меня? - она улыбнулась.
- Честно говоря, в моей голове повторяются только что сказанные фразы.
- Никто не подскажет тебе решение лучше, чем ты сама. Не обманывайся. Может быть, ты не найдёшь больше океана. Нигде и ни в ком, - она пожала плечами. - Не слишком обнадёживающе, но такова правда. Но чем тебе плохи озёра? Водопады? Водоёмы и лагуны? Лагуны - какая красота, согласись.
- Никогда не видела лагун, - улыбнулась в ответ Вайнона, кладя фенечку на середину стола между ними.
- Если океан тебе не принадлежит, перестань на него оглядываться. Он не заполнится от твоего взгляда, но ты живёшь надеждой, что однажды, обернувшись, ты увидишь полные берега и шумящие волны. Позволь себе просто... ну, знаешь, видеть озёрца. Они - это лучше, чем ничего. А порой, куда чище многолюдных океанов, которые своими штормами уносят за собой, не давая возможности вздохнуть.
- Ведро, это всё-таки не лучший способ прощания, да?
- Моё предложение прогуляться до Сены всегда в силе, - спокойно ответила Виржини, возвращаясь к Минаху и тому, как спокойно стало на душе. Проходить мимо всегда было для неё пыткой. Но сегодня - не один из этих дней.
vingt-sept.
Парень сидел на четвёртой ступени лестницы во дворе чёрного хода их дома. Сигарета медленно тлела в его пальцах, поднимая дым в тёмное небо. Ною приходилось ещё пару раз появиться в участке, чтобы окончательно закрыть дело, и ему всё казалось, что он что-то упускает. Если Минах всегда чувствовал, что сделал всё возможное для брата, то этому всё больше казалось, что он делает что-то не так, недостаточно. Самобичеванию он поддавался редко, просто ему казалось, что толка в этом мало: тех, кто хочет тебя добить уйма, и если внести ещё и себя в этот список, то можно сразу играть в ящик или, если всё не так плохо, в палату номер 17 местной психиатрической. Но если уж поддавался, то всерьёз. Он мог часами сидеть и думать о том, что делает и как, впрочем о всём том, что так или иначе беспокоит каждого из нас.
Вайнона незаметно появилась с зажжённой толстой свечёй в руках, накидывая плед Ною на плечи. Он мягко улыбнулся ей, надеясь, что она почувствует. Девушка села рядом с ним.
Они в тишине нашли руки друг друга, смотря в ночное небо, окаймленное крышами домов. Ной быстро сдался, понимая, что в небе ему ничего не найти, и смотрел на лицо Вай в свете колыхающегося пламени.
Она была его светом в темноте, он точно знал. Это пришло ему в голову не так давно, когда он в очередной раз позволил себе уйти в свой мир, который частенько пустовал. Он заполнял его братом, девушкой, друзьями. На прочие премудрости, так любимые Минахом, у него не было времени.
Когда он терялся, то точно знал, куда двигаться. К её протянутой руке, вечным возгласам "Ной! Ной!", в попытках успокоить. Что же это, если не свет?
- Я вижу, что ты что-то знаешь и не говоришь мне, - он накрыл её частью пледа, притягивая к себе.
- По поводу?
- Я не знаю, просто чувствую. Мои мысли о брате, так может не зря моя чуйка сработала именно сейчас?
- Нет ничего, что тебе бы следовало знать. Всё образумится, я знаю. Помаленьку. С ним всё будет в порядке.
- Я ему нужен, но он никогда не попросит, - он медленно втянул воздух и выдохнул.
- Когда-нибудь, когда мы будем сидеть в парке, а наши дети будут бегать вокруг, мы все посмеёмся над этим.
- Ты мой свет, знаешь об этом? - он скинул чёлку с глаз Вайноны.
- Знаю. С того самого дня, когда мы первый раз повздорили.
- Правда? - самодовольно улыбнулся парень.
- Вообще-то нет, - она рассмеялась. - Ты был таким... напыщенным.
- А ты заносчивой. И всё время меня цепляла.
- Потому что ты нёс чушь или вел себя, как придурок.
- Любовь с первого взгляда, да? - усмехнулся парень.
- Да.
Ной залез в подсобку, которая была их ещё одной спальней. Минах сидел там, ковыряясь в телефоне. Брат пристроился рядом.
- Как дела?
- С десяти часов утра после нашего разговора ничего не изменилось, - Минах улыбнулся. - А ты?
- Я нужен тебе?
- Конечно нужен.
- Нет, прямо сейчас. Не хочу никаких "я в порядке". Хочу быть рядом, когда это нужно.
Минах спокойно смотрел на него, пока тишину не нарушил звук оповещений в его телефоне.
- Я знаю, что всё это... - он слабо взмахнул руками, подразумевая все события, произошедшие с братом. - Неспроста. И я должен был раньше прийти к тебе. Вот так. Просто.
- Я бы ничего не сказал, - протянул тот.
- Привязал бы к стулу, разговорил. Что угодно. Нужно было тебя опоить, - они рассмеялись. - Хватить скулить, сейчас Вай подумает, что я тебя бью. Как обычно.
Они снова рассмеялись.
- Так я могу рассчитывать на... твоё доверие? Немного поздно, но...
- Ной, - он замялся, смотря в ждущие, светлые глаза брата. - Я не... Я не могу.
- Поздно.
- Нет, не в том дело. Просто это... знаешь, уже не важно.
- Я знаю, в чём дело, - заулыбался Ной, хлопая его по ноге; они сидели совсем близко к друг другу. - Это всё твоя Жижи. Справилась с моей обязанностью лучше меня самого.
- Она смешная, - улыбнулся парень в ответ, вспоминая дневную прогулку на лодке, и как она, плюнув на возможность перевернуться, развалилась на своём сидении, подставляя лицо и впервые оголенные плечи слабому солнцу; растрёпанные волосы даже казались очаровательными, особенно в сочетании со слабой улыбкой.
- Просто... ты помогай мне иногда, ладно? Ты знаешь, я не силён в угадывании, просто у тебя плохое настроение или ты подавлен. Я пытаюсь, правда. Но у меня что-то ничего не выходит. У меня даже справочника нет, как это делается. Будь моим учебником, хорошо?
- Хорошо. Буду учебником.
- Посвящаю тебя в новый титул - брата-учебника, - торжество проговорил Ной.
- Вообще... "присваиваю тебе...".
- Брата-учебника-зануды, - пихнул его тот.
- Буду твоим светом в темноте.
- Не, свет у меня уже есть, - протянул Ной, мягкой улыбаясь.
vingt-huit.
- Долго ты ещё будешь сбегать? - Ной закрыл за собой дверь.
Вай застыла, стягивая вторую штанину так, словно собиралась вместе с ней оторвать ногу.
- Даже в душе мне нет покоя, - протянула она наконец, бросая смятые джинсы на раковину. Тюбик зубной пасты закачался и упал. Они в тишине смотрели на это. - Я не бегаю, Ной.
- Воспользовалась моим отсутствием, чтобы снова переехать к родителям?
- Долго так не могло продолжаться, ты же сам это понимаешь, - она стояла в белье и кофте, поворачивая барашек; из душа полилась вода.
- Со мной так скучно, да? - он отлепился от двери, подходя к девушке так близко, чтобы прикоснуться рукой к её щеке, аккуратно спускаясь по шее на плечо.
- Вовсе нет, - прошептала она в ответ, не двигаясь.
- Не подпускаешь меня к себе.
- Сейчас не лучшее время... для этого.
Он наклонился к её губам, осторожно касаясь. Парень аккуратно толкнул её под душ, переступая бортик следом. Её одежда сразу же стала мокрой, а с них катилась тёплая вода. Вайнона закрыла глаза, сглатывая и прерывисто дыша.
- Может, ну их, эти майки? - шёпотом спросил Ной, целуя её.
- На мне футболка с длинными рукавами, - в ответ протянула она, отрываясь от его губ.
- Не порть момент, это же наша фраза! - он игриво возмутился, пытаясь стянуть с неё кофту. Девушка обвила его руками, словно забыла всё, почему бегала от него. Они прижимались к друг другу, словно десятки лет не виделись. Словно чем больше сейчас было расстояние между ними, тем больнее. "Майка" оказался на полу, по Ною бежали ручейки, делая джинсы всё темнее и темнее от воды, пока Вайнона не добралась до них и они не оказались там же, где её одежда.
- Ной, щекотно, - тихо рассмеялась она, когда парень провёл кончиками пальцев по её спине. Это было её секретным местом.
- Ещё разок, - он снова провел пальцами, слушая её тихий смех.
И когда вода показалась горячее, чем обычно, они оторвались друг друга, а Ной касался ладонями её ног, которые были словно чьим-то холстом, опускаясь перед ней, чтобы снять всю оставшуюся одежду. Он поцеловал сначала одну тату на одном бедре, затем на другом, спускаясь к коленке, потому что картинка на правой ноге тянулась к нему аж с поясницы.
Вайнона опустила ладони на его голову, и Ной поднял на неё глаза, замирая. На теле девушки красовались то здесь, то там синяки всех оттенков.
vingt-neuf.
- Ной! Ной, да постой ты, - Вайнона бросилась за ним, прыгая на одной ноге в попытках натянуть джинсы на мокрые ноги.
- И ты собиралась скрывать от меня... чтобы я никогда не узнал...
- Ребята, держите его! - проорала она, слыша дикий грохот на кухне и сталкиваясь в дверях с Минахом, Омаром и Элвисом.
- Ты чего...
-... творишь?!
- Я тебе говорил, что порча имущества дело наказуемое!
Их деревянный стол валялся вверх-дном, а Ной то пинал ногой стул, то пытался отломать ножку стола, приговаривая, что именно эту штуку засунет одному козлу... В общем, всё в стиле Ноя, который находится не в слишком удачном расположении духа.
- Да харе, прекращай ты уже, - в потугах одолеть брата кряхтел Минах. Парни тут же бросились к ним, пытаясь помочь.
- Эй, - окликнула их девушка, бросая какую-то майку. - Ловите.
Элвис неловко поймал её, непонимающе осматривая, пока Ной брыкался.
- Как этим можно кого-то связать?!
- Там не было ничего дру... Ладно.
Она чертыхалась, пытаясь найти что-то более пригодное, а потом влетела в кухню, бросая свои порванные колготки, которые когда-то завалились за кровать.
- Вот так, сиди смирно. Что на него нашло? - Минах обернулся к Вай.
- То есть никто не знает, да? - едко протянул Ной, пытаясь выпутать руки из крепко завязанных колготок на каких-то не то трубах, не то батареи у стены.
- Выйдите, - она сложила руки на груди, упираясь взглядом в своего парня. - Живо. Пожалуйста.
- Кричи, если что, - Элвис коснулся её, проходя мимо.
- И что ты устроил? - заговорила Вай, как только за ними закрылась дверь.
- Он тебя избил, и ты молчишь?! Ты что, совсем мозги потеряла?! Зачем ты вообще туда пошла?!
- Ты был в полиции, а это - моя семья! Мне что, теперь от них бегать всю жизнь?! Я и так много от чего бегу, но это... уже слишком.
- И как тебе приём? - саркастично выплюнул Ной, дергая руки за спиной, но ничего не выходило.
- Не бывает всё просто. Да, есть проблемы, но...
- У нас одна проблема. И это они!
- Я знала. Знала, что так будет.
- Конечно, знала. Любой любящий тебя человек отреагировал бы так же, видя, что ты вся в отеках.
- Ты был прав, доволен?! Да, я дура, которая верит, что всё ещё может наладиться. Ты же верил, что Минах придёт в форму, так чем я отличаюсь?
- Я не верил, - протянул он. - Лишь хотел, это да. Но я не верил.
- А я верю. Во много что верю, и это совсем не плохо, - она села перед ним, касаясь руками лица парня.
- И где ты ночевала, после всего этого?
- Окно, - одними губами прошептала она, вглядываясь в его серо-голубые глаз, напоминающие ей грозовое небо, тучное, дождливое, так похожее на самого Ноя.
- Ну почему ты не вернулась ко мне, - хрипло прошептал он, наклоняя голову, чтобы плотнее прижаться щекой к её ладони.
- Всё было бы, как сейчас. Я надеялась переждать, а потом... - Вайнона прикрыла глаза, умолкая. - Я хочу просто уйти. Не нужно никаких хлопков дверью, мести, скандалов, драк и слёз. Не нужно драк, Ной, ладно?
- Давай уедем, а? От этого всего.
Улыбка тронула её губы.
- Это значит "да"?
- Это значит "да" во всех смыслах.
- От этого всего, - прошептала она, легко касаясь его губ. - Далеко?
- Далеко.
Дверь со скрипом медленно открылась, и появилась пушистая голова Элвиса.
- Далеко-далеко? "Мы будем вместе всегда", - сладенько протянул он, сбрасывая невидимую слезу. - "Я буду любить тебя до самой смерти". Я сейчас сдохну, ребят.
Взрыв всеобщего хохота был похож на разрыв гранаты.
- Ты что, подслушивал? - возмутился Ной, снова дергая руками. - Никто не должен был этого слышать. Эй, а-ну развяжите меня!
- И вы? - усмехнулась Вай входящим следом за Элвисом парней.
- Мы? Не-ет, ты что. Это ниже нашего достоинства, - в притворном возмущении размахивал руками Минах, вставая у кухонных тумбочек, на одной и которых обычно сидит Вайнона.
- Вы должны взять меня с собой, - словно его озарило, воскликнул темнокожий парень в комбинезоне, вертя в руках маленький мячик.
- Мы не берём с собой тех, кто ночами чатится с кем-то и потом ничего не рассказывает. Нет, знаешь, недоверчивым тут не место.
- Ты рассказал ему? - Элвис размахнулся, делая обманный бросок, от которого Минах прикрылся под смех остальных.
- Не говорил!
- Ой, да выложил всё, как на духу.
- Ну что ты за... больше ничего тебе не скажу, - проворчал Минах, сдерживая улыбку.
- Не буду с тобой разговаривать, пока не поделишься, в чём дело, - пригрозил Ной, стреляя взглядом в друга.
- Снова тайны. Когда же это уже закончится? - усмехнулся Омар, сидя на подоконнике.
- Я просто сказал, что у тебя там страстные переписки, и всё, - Минах поймал мячик, летящий в него.
- "Страстные"? Да ты вообще представляешь, о чём говоришь?! - засмеялся Ной. - У него и девушки то толком никогда не было. Представляю, чего ты там вытворяешь!
- У меня были девушки, - воскликнул Элвис, отбирая у Минаха мячик и целясь им в Ноя.
- Попадёшь в меня, и тебе не выжить, - пригрозила Вай, смотря на парня в комбинезоне. - Но ведь, и правда, были.
- Ну ладно, ладно. Я бы поднял руки, да вот не могу, прости, - парень откинулся назад.
- У меня есть лучший повод для шуток, - усмехнулся Минах, отходя в сторону от Элвиса, который кинулся на него. - Его ник "Богатый Бедняк", и кто-нибудь вообще может мне объяснить, что это за фигня такая?
Трое из них смеялись, не совсем понятно от чего. То ли с ника Элвиса, то ли с того, как они пытались побороть друг друга.
- Хватить ржать надо мной. Если бы у тебя был ник, это было бы: "Сыграй_Элвиса_На_Моей_Ноге", - усмехнулся Элвис, тяжело дыша, и отползая в сторону и прикладываясь спиной к шкафчику.
Все снова рассмеялись, включая самого Минаха, который валялся на полу. Он всегда выступал в роли ручной гитары Ноя, на всяких вечеринках. Раньше это выступление было гвоздём любой программы.
- Ты не видел моего ника в твиттере?
- Так вот почему я не мог тебя найти!
- Я надеюсь, ты там лишнего не попысываешь? - отдышавшись, протянул Ной.
- Если хочу, пописываю, - усмехнулся брат, поглядывая на Омара. Кажется, его "философия жизни" стала ещё одной их общей шуткой.
- Давай рассказывай про свою девушку, тихушник, - парень со связанными руками снова переключился на Элвиса.
- Вы не будете в восторге.
- Она что, толстая? - с сарказмом протянул тот, усмехаясь.
- Ной, - Вайнона стукнула его по колену.
- Что?!
- Нет, чувак, я не про это, - Элвис отвернулся, набирая воды в стакан.
- Когда-нибудь тебе всё равно нужно будет поделиться с ними, Эл, - Минах ободряюще посмотрел на него.
- Оглянись назад. Чего только не было, но мы всё равно вместе, - Ной на мгновение стал серьёзным.
- Как романтично.
- Ты будешь рассказывать или нет?! - снова возмутился парень. - Или не поедешь с нами!
- Мы уже что, группу набираем? - воскликнула Вай, переводя взгляд с Элвиса на связанного парня.
- Погоди, это хороший рычаг давления, - усмехнулся тот.
- Могу сыграть что-нибудь, чтобы они от тебя отстали, - улыбнулся Омар, демонстрируя брекиты.
- Ну вот, группа поддержки подтягивается. Тебе что, самому не интересно?
- Интересно.
Элвис обернулся, со стаканом в руке.
- У меня нет девушки, - произнёс он, смотря на Ноя. - У меня есть парень.
trente.
Ной непонимающе перевёл взгляд на сидящую рядом Вайнону, потирая запястья. Она чуть удивленно пожала печами в ответ. Увидев это, Минах чуть усмехнулся.
- Зря ты развязала ему руки, - Омар весело сверкнул брекетами.
- У меня какой-то странный шум в ушах. Повтори-ка, - Ной снова уставился на друга.
- У менять есть парень, - Элвис отпил воды.
- Прямо какие-то помехи. Искажение непосильное, - он тыкал пальцем в ухо.
- У меня есть парень.
- А можно ещё разо...
- Ты что, издеваешься надо мной?
Ной замолчал, смотря перед собой. Вайнона аккуратно перебралась на подоконник, пытаясь кончиком большого пальца на ноге коснуться стоящего там горшочка с цветком. Тишина медленно растекалась по комнате, прыгая по стенам, делая бомбочку в стакане с водой в руке Элвиса.
Минах рассматривал всех по-очереди, пытаясь понять, что каждый из них думает. Казалось, Вайнона была спокойна и сказала бы: "Мне все равно. Какое это имеет значение?", - и просто ждала чьей-нибудь реакции или взрывала Ноя. Любой его реакции. Чего-нибудь. Омар с чуть удивленными видом рассматривал профиль Элвиса. Ной всё не двигался, с напряженным видом уставившись в одну точку.
С грохотом цветок разбился на осколки, когда Вайнона таки дотянулась до него, случайно столкнув. Ной тут же вскочил, словно ужаленный, на что Элвис с испуга плеснул ему водой в лицо.
- Вот кому нужно руки связывать, - воскликнул Ной, тыча в него.
- Твой удар правой я ещё помню, так что...
- Будто вода меня бы остановила, - усмехнулся он. - С чего мне тебя бить?
- Я тут ещё в шоке от твоего "непосильное", - протянул Минах, устраиваясь рядом с Вайноной, Он поднял её вытянутые ноги, сел и положил их себе на колени.
- Просто больше я с тобой в одной палатке спать не буду, - продолжал Ной, показав брату средний палец.
Омар кинул ему маленькое кухонное полотенце.
- Ты меня не привлекаешь, - засмеялся Элвис.
- Только не говори, что это твоя "школьная история", - Омар залез в перевернутый стол, устраиваясь там.
- Ты сообразителен.
- Я думала, зависания в сети с того времени прекратились, - Вайнона ждала рассказа, но, наверное, ни один из них его не дождётся.
- Просто когда находишь то, что искал, поиски больше не нужны. Или я не прав?
Она посмотрела на Ноя.
- Прав.
- И, на самом деле, я не собираюсь ехать с вами, - он улыбнулся.
- Твой отец..?
- Конечно, не знает. И это всё неправильно... Мне не нужно то, что он предлагает, я ещё больше убеждён, что тот мир - не для меня. И, - он посмотрел на Омара. - Я не хочу там быть - и не буду. Нужно научиться уходить.
- Уедешь? - Ной пристально смотрел на него.
- Скорее всего. Буду просто сбежавшим сыном.
- Люблю бунтовщиков. Хотя привык называть их "людьми, которые делают то, что велит им сердце", - улыбнулся Омар, выуживая из кармана гармошку и чуть опасливо добавляя. - Люблю не в том смысле.
- Мы поняли, - засмеялся Минах.
- Но ты нас познакомишь? - Вайнона раскрыла объятия, и Элвис, сделав вид, словно он мишка, забавно пошёл ей в руки, смешно махая своими. Неловко переступая осколки разбитого цветочного горшка, он всё-таки дошёл.
- Ждал, кто же спросит первым, - усмехнулся он, обнимая её.
- Но у меня тут один вопрос: что такое "Богатый Бедняк"?
- Деньги не дадут тебе тёплой семьи и душевной гармонии. Я богат, но я беден. Понимаешь?
- Грустно как-то, - протянул Ной где-то сзади, чертыхаясь на разлетевшиеся осколки по всей кухне. Она была небольшой, так что эти мелкие красавцы решили украсить собой её всю.
- Но теперь я делаю так, - он щёлкает пальцами. - И всё становится наоборот. Никаких денег, но залежи ценностей внутри.
- Радостно как-то, - воскликнул Ной, подражая самому себе, и все рассмеялись.
- Это именно та история, из-за которой ты... Вай, как ты это говорила? - Омар оглянулся на девушку, пихающую ногами Минаха, пока тот пытался пощекотать ей ступни.
- Треснул? Сломался?
- Да, точно. Это странноватое "сломался".
- Ну, знаешь, всё это было как-то не легко. Я боролся сам с собой.
- Все мы боролись с собой, - заметил старший брат, отвлекаясь от пяток Вай.
- Пожалуй, - согласился Омар, невольно смеясь с того, как верещит девушка и зверствует Минах.
- Значит, - протянул Ной, успевая схватить Вайнону в полете с подоконника. - Среди нас осталась только одна не рассказанная история?
Все посмотрели на парня с гармошкой.
- Теперь моя очередь, да?
trente et un.
В голове парня пронёсся горячий ветер, запах пыли, смешанный с виноградными плантациями, окутал маленькую кухонку, где он сейчас сидел, держась руками за ножки перевёрнутого стола.
- У родителей есть небольшие плантации, но есть и те, у кого они больше. Я влюбился в одну девушку, и она оказалась из тех, чьи родители считают, что такие, как я - это не лучший вариант. Когда мы всем рассказали, что собираемся пожениться, ни одна из сторон не была в восторге. Мой отец считает их заносчивыми и... В общем, ей запретили со мной видеться, а моя семья отказалась от меня. "Ты принес там такой позор", - протянул он, закатывая глаза. - Я уехал. Слышал, её всё-аки на ком-то женили.
- И всё? Вся история в паре предложений? - воскликнул Ной, фыркая.
- Я не привык расписывать всё в красках, как вы это любите.
- Но как же твоё "делать то, что велит сердце"? - Вайнона отгребла осколки на полу и села рядом с ним.
- Я сделал.
- Уехать - это то, что велит сердце? - Ной снова нарушил спокойный разговор своим возгласом.
- Сделать всё правильно. Чего бы я добился? Чтобы и её семья от неё отказалась?
Элвис молчал, задумчиво рассматривая шкафчики в тусклом свете лампочки.
- Может быть, ей был нужен ты, а не семья. Может быть, она именно этого хотела. А ты драпу дал, друг.
- Семья - это больше, чем... - он нахмурился, подбирая слово. - ...оливка, которую можно просто переступить.
- Слышал, Ной? - Вайнона с улыбкой посмотрела на него.
- Будь мама жива, всё было бы иначе. Так мне кажется. Но я ведь исхожу из того, что есть. А сердце мне не позволило ещё больше портить ей жизнь.
- Чертов герой, - протянул Ной, пиная маленький кусочек горшочка. - Кому нужно это благородство? Эта жертвенность?
- Тем, кого ты любишь? Тут нужно делать скидку своему эгоизму.
- Какая она? - спросил Минах, впервые подав голос с начала истории.
- Пахнет кориандром и солнцем.
- Хватит ваших соплей, - простонал Ной.
- А ты что, не знаешь, как пахнет "девушка с чаем"?
- Нет.
- Серьезно?
- Нет, шутки шучу. Конечно, серьезно! Я что, по-вашему, хожу и нюхаю её?
Девушка закатила глаза. Ной усмехнулся, наклоняясь над ней и утыкаясь лицом в волосы, рассыпанные по её плечам, шее и спине.
- Как этот красный чай твоей Виржини.
- Нет, чуть иначе, - заметил Омар.
- Это гибискус, умник, - усмехнулся Минах.
Ной засунул руку в карман джинсов, поискал там что-то и вытащил средний палец, показывая его брату.
- А Виржини чем пахнет? - Вайнона с хитрой улыбкой посмотрела на Минаха.
- Мылом, - он улыбнулся в ответ.
- Ну, нет, это все знают.
- Спокойствием.
- Как может пахнуть спокойствие?! - Ной захлопнул холодильник, держа в руках тарелку, с кусочком пирога. Минах потёр руки, вставая. - Ну-у, нет, это теперь точно мой, ты до него не доберёшься!
- Спокойствие не для тебя, но ты должен знать, как пахнет, например, единение.
- Легко. Как вечера после дождливого дня, - он пожал плечами. - Это просто. Разве нет?
Каждый ищет с в о й "запах". Не каждый находит, но многие пытаются. Некоторые его нашли, как, например, Ной в улыбке Вайноны что-то лёгкое, как Минах в Виржини неосязаемое и трепетное, молчаливое, как Элвис в парне, который призывает своим ником держать голову на плечах, что-то родственное с привкусом горького миндаля, как Омар в своей любимой кардамон и солнце, заставляющие дать ей ещё один шанс на то, чего он дать не смог. И миллионы, миллионы в каждой точке мира ищут то, что заставит их сердца дрогнуть. На секунду, на миллиметр. Но дрогнуть, и больше никогда не отпустить.
trente-deux.
Если ты закроешь глаза, что ты увидишь? Сколько ответов ты найдёшь? И во сколько тупиков ты упрёшься? Так выходит, что внутри нас лабиринты: колючие, зелёные, пугающие. Может светить солнце, а может лить дождь, из-за которого ничего не видно, но страх перед тем, что ты не знаешь, куда повернуть, абсолютно одинаков. Мы все чёртовы лабиринты.
- Что ты видишь, когда закрываешь глаза? - Минах накрыл ладонями глаза Виржини, пока Элвис, Ной и Вайнона отошли за билетами. Омар улыбался, как всегда демонстрируя брекеты.
- Темноту или свет?
- Нет, что именно?
Она тихо усмехнулась, ничего не отвечая.
- Эй, - парень обошел её, скрещивая руки на груди. - Это не честно, я тебе рассказал!
- Ты заменяешь ему твиттер, - усмехнулся марокканец.
- Не завидуй, лучше заведи себе тоже.
Тучи медленно набегали на лазурное небо. Оно казалось слишком светлым и ясным, и каждый раз, когда так кажется, тучи решают эту проблему по-своему. Перед Виржини стояла собственная туча в виде Минаха в своём тёмно-сером свитере.
- Я буду читать тебя, - добавила девушка, выглянув на Омара из-за плеча друга.
- Следовать за собой, читают на тамблере.
- Буду знать.
- Закрыть тебе глаза снова? - он улыбнулся.
- Я всё равно тебе не расскажу, и убери свои руки, Иона.
- Когда я в последний раз это слышал?! - подошедший Ной, обернулся к позади идущей Вайноне, улыбающейся так сильно, как уже давно не бывало.
- Ты подставила меня, - зашипел Минах. - Слава господу, что вы уезжаете. Я бы не перенес этих шуточек.
- Ты легко отделался.
- Вай, что ты видишь, когда закрываешь глаза? - парень старался поскорее перевести тему.
- А я знаю, - протянул Омар.
- Даже я не знаю!
- Я тоже знаю, - протянул Ной, притягивая её к себе. - Меня.
- Она от тебя и в жизни устает, ты что, смеёшься?
- Пляжи с камнями, да? - перебил их Омар, выжидательно смотря на девушку. Она неосознанно потёрла пустое запястье.
- Камней почти не осталось. Теперь я чувствую бриз, - она улыбнулась.
- Океана? - тихо спросила Виржини, смотря на девушку, стоящую в обнимку с парнем около автобуса. Элвис вдалеке стоял у телефонного автомата, улыбаясь и ковыряя носком ботинка землю.
- Моря.
- Значит, мой лабиринт это не самое ужасное, что может быть?
- Сначала лабиринты, потом камни... - протянул Омар, даже не замечая, насколько прав.
- Мы все лабиринты, с камнями или без, - Виржини обвила его руку своими, облокачиваясь. - Лабиринт - это ты сам, а я не знаю никого, у кого не было бы самого себя.
- Я видел пустыню, - протянул Ной, словно приходя в себя.
- Там никого не было?
- Никого.
- А потом?
- Не знаю, потом как будто попал в лабиринт, из которого нашёл выход. Правда, иногда я снова туда попадаю.
Мы все - чёртовы лабиринты. Ты можешь блуждать там месяцами, сидеть, прислонившись спиной к зелёной стене и ждать, когда компас свалится тебе в руки. Но знаешь что? Этого никогда не случится. Ты можешь просидеть там всю жизнь, молиться богу, плакать и пытаться ногтями и зубами прорваться сквозь листья, но скорее всего, ты нарвёшься лишь на ещё один тупик.
- Не грустно вам тут оставаться? - Элвис прилепился к Вайноне, обнимающей Ноя, бросая вопрос всем остальным.
- Не знаю, кто теперь будет готовить мне, - простонал Минах, подмигивая Вайноне и косо поглядывая на Виржини.
- Омар хорошо готовит, - сказал сам Омар, смеясь и смотря, как парень играет бровями, уже в открытую повернувшись к Виржини.
- Но ты ведь будешь к нам приезжать? - Минах спросил темнокожего Элвиса таким голосом, что ответ "нет" мог бы убить его. Он понимал, что брату с подругой такой вопрос задавать будет глупой затеей.
- Лучше спроси, увидим ли мы этих двоих ещё когда-нибудь?
- Я буду слать открытки, - Вайнона, наконец, вырвалась от парней, подтягивая Омара к Минаху с Виржини и обнимая всех разом. - И это вообще не прощание.
- Ты просто помни, что в один прекрасный день мы все заявимся к вам, с походными рюкзаками за спиной, обросшие щетиной и грязные.
- Может быть, это мы заявимся к тебе, а у вас там уже с этой тихоней детский сад.
- Если ты шутишь обо мне, это хороший знак, - протянула Виржини, где-то в кольце рук и тел.
- Если я обнимаю тебя, вот это хороший знак.
- А нас кто-нибудь обнимет? - хором затянули Ной с Элвисом.
Порой не понятно, как оттуда выбраться самому, что уж говорить о тех, кто сумел разобраться там и прийти к тебе, потерянному, голодному и испуганному. Не верь, что так со всеми бывает. Таких единицы, и скорее всего, ты - ни один из них. Тебе придётся бороться в одиночку. Но знаешь, в чём твоё преимущество? Ты знаешь своего врага: он - это ты сам. Твои лабиринты построены тобой. Ты только соберись, признайся себе в том, что признать боишься. И не смотри. Просто иди. Закрой глаза и иди в том месте, которое видишь, только закрыв глаза. Вот весь секрет.
- Напиши мне потом, как выбрался из своего лабиринта, ладно? - обнимая Элвиса, тихо бросил Минах, и троица вошла в один автобус. С пересадками, каждый доедет до нужного места, а кто-то, пожалуй, так и не остановится. Но кто знает? Никогда нельзя быть до конца уверенным в том, что касается молодых и влюбленных. Молодых и живых. Не просто дышащих, не просто протоптывающих асфальты городов, не просто существующих.
Это не одна из тех историй, которые заканчиваются счастливым концом, не одна и из тех, что заставляют пролить слёзы. Можно сказать больше, у этой истории вообще нет начала и конца, как это бывает в нашей жизни. Мы не делим её на то, откуда можно записать и на чём закончить. Мы живём и это всё, что мы можем предложить этому миру.
Когда они стояли рядом: Минах, Виржини, Омар, - и смотрели на автобус, становящийся всё крохотнее , они думали лишь о том, что ни одна из историй так и не была закончена. Ты не можешь поставить на стоп то, что произошло когда-то. Ты не можешь поставить на паузу то, что происходит сейчас. Ты лишь продолжаешь двигаться вперёд и учишься не делать тех ошибок, которые сделал когда-то. Ты лишь пытаешься. И всю жизнь мы будем пытаться. Если ты не пытаешься - ты не живёшь, но мы ведь говорим о молодых и влюбленных, молодых и живых, верно?
Все наши истории остаются с нами. Но лишь мы сами решаем, чем они для нас станут: уроком, воспоминанием или обидой; грузом, наградой или сигналом к действию; океаном, непрекращающимся самобичеванием или дружбой, которую не сломить никакими преградами.
- Ты была права, - тихо протянул Минах, обнимая Виржини со спины и казалось, что она была окутана одной из тех туч на небе. - Я не умею дружить с девушками.
- Почему? - её голос тихо тянулся вслед за уходящими автобусами, как тянется шлейф чувств тех людей, которые уезжают в нём.
- Вечно в них влюбляюсь.
Ветер порывами поднимал мелкую пыль к самому небу, и ни один из них точно не мог сказать, желали бы они, чтобы этот ветер унёс что-то из их сердец или весь смысл в том, чтобы уметь хранить всё ушедшее безропотно и смиренно, потому что это - часть тебя.
fin de l'histoire
бонус от 24.09.14.
"Если бы каждый из нас верил в чудеса хотя бы на 3% из 100, я могу десятку дать, они бы случались. Почему-то все мы думаем, что вера - это лишь пустое слово. Ну, лишь одно слово из множества других. Но согласитесь, это то же самое, что сказать, будто булочка с малиновым джемом такая же, как все прочие. (Сейчас я приставил дуло к каждой голове, которая считает, что это действительно так.)
Вай всегда говорила, что "верит". Во всё. В меня, в Ноя, в то, что не бывает непреодолимых препятствий. Она вообще выдумщица, каких поискать. Но что я точно усвоил, так это то, что вера - всё-таки очень важная штука.
Видели бы вы, какой здесь сейчас поливает дождь. Жуть просто, жуть. Такое даже Франции не снилось в самые мокрые моменты. А Ной с Вайноной, как дети, пытаются поймать капли. Если бы они были осязаемы, могу поспорить, они бы соревновались, кто больше поймает их в своё ведерко. Я не могу перестать им улыбаться.
Сейчас всё спокойно. Когда-то я думал, что забыть человека - не простая задача. Что нужно с головой падать во что-то, заставляющее тебя потерять способность мыслить на какое-то время. А потом снова и снова. Я думал, что это к чему-то приведёт.
Я знаю, вы сейчас сидите и думаете: "какой же он дурак". Может. Может быть так. Но дело всё в том, что я ошибался лишь на половину. И моя ошибка сейчас тихо спит, сложившись пополам на заднем сидении автобуса и уткнувшись лицом в мой свитер. У нас тут экстренная остановка из-за ливня, а ей хоть бы что. Я вижу кусочек надписи её нового тату на боку у рёбер, потому что широкая футболка задралась. Она не признаётся, что там написано. Просто ни в какую! Но зовёт меня упрямым. Давайте, втайне, признаемся друг другу, кто из нас двоих здесь упрямый. Это ведь не я до сих пор отказываюсь: спать в одном мешке, называть меня как-нибудь ласково, кроме чёртового "Иона" и поделиться, что именно сыплю в пакетик для запекания к куриным крылышкам, из-за чего они такие вкусные. В общем, у неё накопилась от меня куча секретов. Но я не отчаиваюсь, ведь... кто знает, кем бы я сейчас был, не повстречай эту "девушку со звёздами". Мне кажется, это абсолютно не важно, что ты платишь за то, что твой человек рядом с тобой.
Но знаете, в чём суть? Знаете, почему я действительно был дураком? Я не знал, что люди, лучше всего прочего, могут заставить тебя потерять голову, и не нужно никаких вспомогательных средств, в виде наркоты. Люди - лучшее лекарство. Даже если болезнь - это другой человек.
Ещё до того, как мы, наконец, встретились с Ноем и Вайноной где-то на 148 километре трассы с какими-то буквами (ребята пытались объяснить, что они значат, но я всё прослушал), я осознал пару важных пунктов, без которых я, наверное, не смогу идти дальше. И чтобы однажды я не забыл, как это важно, их нужно непременно записать:
- ты должен во что-то верить: без неё ты потерянный парень с дрожащими руками;
- а если кто-то верит в тебя - ты не можешь сдаться;
- на самом деле, ты никогда не можешь сдаться, лучше это запомнить;
- нужно падать с головой не в таблетки, а в людей: уж они-то точно смогут сотворить чудо;
- чудо существует, если только ты позволишь себе в этом признаться;
- нужно уметь отпускать: иначе ты навсегда останешься заперт внутри собственного лабиринта;
- всегда держи глаза открытыми: тогда ты точно ничего не упустишь;
- быть любопытным - здорово: однажды ты обернёшься на какую-нибудь парочку и вдруг, кто знает, столкнёшься с кем-нибудь важным;
Только что брат с Вай обрызгали всех в автобусе, заставляя проснуться даже Виржини. Пристроились рядом, мокрые насквозь, но довольные. Вайнона елозит мокрыми ладонями по лицу Виржини, "ведь нужно умываться после сна, таковы правила". Только что я стёр десятки строк непонятных сочетаний букв, которые нажал, ударяясь об нетбук от смеха.
Знаете, почему никогда не стоит давать своим друзьям читать твой блог? Потому что они а) будут ржать б) всегда найдут, что тут можно "подправить" в) самые смекалистые из них даже найдут, чем дополнить твои псевдо-умные изречения.
Но, наверное, Вай права в том, что иногда у тебя получается выкарабкаться из какого-то дерьма только благодаря тому, что в тебя кто-то верит. Ты может и не знаешь об этом, но с силой веры поспорить нельзя. Сила веры обратно-пропорциональна возможностям. Так она сказала. Я в математике не силён и вообще не знаю, что всё это значит, но ясно одно: твоя удача порой зависит от того, насколько сильно в тебя верят. А если этих сумасшедших двое? Девушки, они, знаете, если верят, то судорожно и до победного конца, пусть никогда в этом не признаются. Но они - иные, вера - это их, и если вобьют себе что-то в голову, то как с ними поспоришь? А космос, он ведь не глухой, он всё слышит. И он точно знает, что ни одна вера не должна быть обманута. "
тэги: путешествия, друзья, пвсевдо-философия жизни, булочки, любовь, как дети, звёзды и лабиринты, вера, если ной это читает я его убьют
- опубликовать сейчас.
бонус от 26-28.09.2014
[Бонус между эпизодами за 28 и 29 августа 2014г.]
- Толкай, толкай! - орал Минах, сидя в коробке из-под джина, пока Ной упирался руками в неё, пытаясь дотолкать брата с разгоном прямо в воду, но от смеха всё время падал, поскальзываясь на песке.
- Помогай мне, стремись к воде! - он снова приложился к коробке с напором, но от смеха Минаха и сам снова расхохотался.
Ночь у океана ощущалась иначе. Она словно была невесомой, мягко обступающей тебя, неторопливой. Это совсем не то, что в городе. Уменьшившиеся щупальца пламени мелодично танцевали под музыку, доносившуюся из машины. Кто-то продолжал сонно двигаться, кто-то просто стоял обнявшись, другие разговаривали, устроившись у костра, все были с теми, с кем им хотелось быть. Ночью ты можешь себе это позволить, а наутро сказать, что был пьян, и все тебе поверят. Это сработает.
- Правда или действие? - парень прижал пышные волосы обеими руками к голове.
Парень рядом сделал пару глотков из бутылки, кладя её обратно на определенное место между ними, помеченное крестиком на песке.
- Правда.
- Вот так сразу, и не страшно?
- Нет.
- Ты всегда односложно отвечаешь?
- На первых порах, - он улыбнулся. - Омар не привык к лирическим отступлениям. Вы, французы, это так любите.
- И где же твой страх? - Элвис прищурился.
- С незнакомцами проще, - парень с брекетами всматривался вдаль, где горизонт сливался с водой, иногда мерцая в свете костра. Даль казалась волшебной, будто кто-то делал маленькое чудо и на горизонте являлась искорка, а потом ещё и ещё. Было приятно верить, что кто-то делает добро просто так. Чудо, в сущности, это так просто.
- Вопрос: что привело тебя сюда? И учти, я понимаю, когда люди врут, - Элвис сделал жест, означающий "я слежу за тобой". - Только правда с максимумом лирически отступлений. Ты во Франции, так что играй по нашим правилам.
- На берег?
- Да нет же, в жизни. Ко всему тому, что ты сейчас имеешь, - Элвис хорошенько приложился к бутылке.
Парень заулыбался, молча какое-то время.
- Любовь, - он снова умолк, но до того, как Элвис напомнил ему о правилах, продолжил, делая много пауз между фразами. - Каждый день, только рассвет трогал небо, мы расставались так, будто это последний наш день. Она любила игру губной гармошки, а я не мог думать, что однажды рассветы буду встречать без неё. Я позволял ей затеряться среди плантаций, а потом ловил, как будто умру, если не поймаю. Правда или действие?
- Чёрт с тобой, правда.
- Ты здесь, потому что хочешь или потому что нужно?
- Оба.
- А как же правила - максимум лирических отступлений? - Омар не отрывал взгляда от Элвиса, скидывающего лямку своего комбинезона.
- Я скажу так, я хочу быть здесь, потому что здесь - большая часть меня. Все они, - он кивнул в сторону орущего Минаха, который перевернулся лицом в мокрый песок и барахтался в накрывшей его тут же волне, Ноя, ловящего уплывающую коробку с грацией в дребезги напившегося человека, Вайнону, хохочущую поодаль от них, она даже перестала закапывать свои ноги в песок, наблюдая за братьями влюбленными, чуть хмельными, глазами. - И остаётся капля "нужности", потому что недостающей части меня здесь нет.
- И они об этом знают? - Омар доброжелательно улыбнулся, как бы показывая "я тебя не сдам, даже если завтра ты не вспомнишь моего имени".
- Это уже следующий вопрос, - Элвис первый перехватил бутылку, делая несколько больших глотков, и утерев губы кулаком, передал её парню. - Моя очередь. Почему ты здесь, если бы хотел встречать рассветы со своей ненаглядной?
- А если я хочу выбрать действие?
- Придется тебе голышом станцевать у костра. Моя любимая часть! - парень воодушевленно сложил руки вместе.
- Вопрос так вопрос. Ты наверняка слышал, что если бояться чего-то очень сильно, это непременно произойдет.
Он дождался, пока Элвис кивнёт, и продолжил:
- Однажды на рассвете мы расстались, как обычно, словно это наш последний день. Жаль, что на тот раз это оказалось правдой.
Омар замолчал, рассматривая что-то в воде, слушая отдалённый смех, плеск волн, людей, падающих на песок, крики.
- Это не ответ.
- Мне нужно было исчезнуть: и для неё, и для себя. Я здесь, потому что людям нужен второй шанс. Разве нет?
- Нужен. Но тебе он тоже был нужен там, с ней, а ты его взял?
- Мой шанс - это второе дело. Вот её шанс - это важно. Её шанс весомее, светлее. Я не мог его отобрать.
- Игры в благородство, словно мы в XVIII веке.
- Так знают твои друзья, что у тебя есть своя "ненаглядная"?
- Нет.
- Хорошо.
- Я говорю: "они не готовы". Но вообще-то, я сам не готов. У меня ладони потеют, как у первоклашки на первом выходе к доске, как только я подумаю рот открыть.
- Я тоже был не готов. Но мы же не можем всё время чего-то ждать. Мы не можем вечно давать себе время подумать, решить, всё взвесить, прийти в себя. Никогда времени не будет достаточно.
- Это его слабая сторона. Чертова дурная черта характера.
- Ты понимаешь, - он приложился к бутылке, но она уже была пуста.
- Правда или действие?
Они играли так всю ночь, даже перебравшись через тела, спящие около машин. Залезли, пьяные, в какой-то спальник, и всё выбирали "правду". Наверное, их игру стоило назвать "Правда или правда", ведь к действиям, кроме дикого стриптиза Элвиса на капоте машины и порывистого поцелуя Омара с какой-то девушкой, дабы тот "забыл свою Таль, пора тебе перестать таскаться на чертовы пляжи, пора тебе встречать рассветы с кем-то, кому не нужны шансы, ведь они и так его, пора развеяться", эта игра не имела никакого отношения. Ну и, пожалуй, того самого сна, обнявшись, в спальном мешке, который тоже стал последствием "действий". Когда один выбрал действие, а другой сказал: "а вот слабо залезть в один мешок?", слыша ответ: "а вот тебе слабо?!". Видимо, ни одному слабо не было. И плевать, что на следующее утро никто ничего не вспомнит, плевать, что они снова будут чужими людьми, о которых ничего не знают, которым словно и не приоткрывали дверцы своих сердец. Бутылочка горячительного порой творит чудеса. Да такие, о которых, печально, но совсем не вспомнить на утро.
Иногда нужно находить в себе силы сделать рывок и не жалеть о нём, потому что так было правильно. Ты оторвался, и ты теперь не балласт на чьей-то душе, пусть теперь тысяча балластов на твоей собственной. Есть те души, которые тебе важнее, тут уж ничего не поделаешь. И ты говоришь себе: "я сделал это, потому что хотел", и так тебе легче. Теперь ты делаешь то, что хочешь. Это правильная философия жизни. Больше ты не будешь следовать чьей-то вере, которая не схожа с твоей. Только ты. Только тебе решать, что сделать, уйти или остаться, быть с человеком или не быть. Ты должен жить сердцем, а не умом. Это именно тот урок, который парнишка с брекетами вынес из своего прошлого, плотно захлопнув за собой дверь. Больше, он точно знает, он так жить не будет. "Ты сделал всё правильно" - ещё одна вещь, в которой он уверен, несмотря на колющую боль внутри.
- Я играю на гармошке в тайной надежде, что она это услышит и поймёт: это для неё, - прошептал он в ответ на невнятный вопрос Элвиса.
И лишь изредка, он позволяет себе вспомнить, как тогда пахло оливками, как пекло солнце и каковы были рассветы, когда рядом была Таль. Он знал, точно таких рассветов у него уже никогда не будет. Тысячи других, не менее прекрасных, но таких - нет. Они за закрытой дверью, в прошлом, где ветер поднимал жаркую пыль. И где он ещё не был парнем, который, непременно, делает только то, что велит его сердце. Парнем, который не знал, что из двух велений нужно попытать то, которое сильнее.
Хотя как знать, может быть именно покинуть Таль для лучшей её жизни было тем самым сильным желанием. Может быть, уже тогда Омар не ошибался. Ведь, кто знает? Мы можем только гадать, но подчас лабиринты наших сердец не хранят односложных ответов.
бонус от 1.10.2014
- Кого ты пытаешься надуть? - Элвис затянулся, выдыхая дым вместе со смехом и передавая косяк другу.
Солнце, казалось, было со всех сторон, оно хотело заполнить собой всё и не дать никому даже шанса пуститься в грустные миры своего разума.
- Хочешь верь, хочешь нет, но я смогу! Минута под водой, да это раз плюнуть!
- Так говорит только человек, который никогда не пробовал задерживать дыхание, когда вокруг только солёная вода, - поднял Минах указательный палец, приваливаясь к Вайноне, которая что-то шептала девушке с синими волосами, а та тихо посмеивалась. Он отвлек её, притягивая и целуя, и дым окутал их, переходя в её рот.
- Да это просто вы ни на что не годные! - Ной отобрал самокрутку у брата, с вызовом смотря на всех.
- Вы ещё соревнования устройте, - усмехнулась Фрэнсис, ярко улыбаясь. - Я, как обычно, зря сейчас это сказала, да?
- Да, - Вай расхохоталась, смотря как братья подмигивают друг другу, а Элвис прижимает руками волосы к голове с видом человека, обречённого на муки.
- Подержи это, только не позволяй себе с ним лишнего, ладно? - заговорщически протянул Ной, наклоняясь над Фржнсис и передавая ей косяк, и напоследок целуя в коленку, так, мимоходом. Свободные джинсы с него почти спадали, но он кажется совсем не волновался, проводя рукой по голове, из-за чего мышцы на спине напряглись.
- Не засматривайтесь, девочки, - он обернулся, подмигивая синеволосой и кидая чуть саркастичный поцелуй другой. Вайнона раздраженно закатила глаза, в конце ещё и цокая, мол "что ещё за придурок такой?".
Минах уже танцевал что-то в прибывающих волнах, эротично стаскивая с себя промокшую майку, Элвис смеялся и хлопал в ладоши, крича что-то вроде "да, да, давай ещё!", когда Ной подбежал к ним, присоединяясь к танцам, должным привлечь девушек, хотя все понимали, насколько комично смотрятся. Но они продолжали строить из себя самцов, эротично елозя телами по песку, пока девушки хохотали.
- На кого ставишь? - спросила Фрэнсис, смотря, как парни по очереди уходили под воду, а другие считали секунды, а затем о чём-то спорили.
- Точно не на парня из ковчега, - скривилась та.
- Ой, да брось ты.
- Что?
- Сама всё знаешь, что мне тебе объяснять, - синеволосая двусмысленно улыбнулась, роясь в своём рюкзаке.
- Ну, в постели он ничего так, это да.
- И почему все говорят, что это меня нужно водой поливать? - изумилась та, обращаясь к небу.
- Потому что ты океан, что тут непонятного, - Вайнона потянулась к её волосам.
- Но это тебе нужно мозги промыть иногда, ты же совсем их солью забила.
- С ним даже поговорить не о чем, вечно строит из себя самого умного, при том приправляя всё килограммом "я самый сексуальный и привлекательный", - ворчала Вай, снова откидываясь на траву, которая словно срасталась с песком, объединяясь в единое целое, и прислушиваясь к приглушённым крикам парней: диким возгласам Ноя, которого мог угомонить только брат, что тот и делал, попеременно смеясь и падая в воду, Элвис всё возмущался что на э т о т раз у него точно получится, а все его провалы - заслуга парней, которые его смешат своими заискивающими движениями тел под водой. Он-то всё видит! Но они, кажется, и так об этом знали, перемигиваясь и специально вытворяя разные движения, скрытые наполовину водой.
Подруга снисходительно улыбнулась, поворачиваясь к ней с чем-то, зажатым в кулак.
-У меня для тебя кое-что есть, - она разжала его, и оттуда выпала синяя фенечка.
- Кусочек океана, - улыбнулась Вайнона, подставляя руку. - Теперь мой океан всегда будет со мной, да?
- Да, - улыбнулась в ответ Фрэнсис, крепко завязывая браслет, веря, что это навсегда. На деле, он и продержался "всегда". Жаль только, что каждое "всегда" когда-то заканчивается. - Только ты иногда прислушивайся, что тебе шепчет твой океан, ладно?
Вайнона покачала головой, словно в раздумьях, и рассмеялась, увидев подругу с руками, упёртыми в бока, и угрюмым взглядом, который она так любила делать, будто говоря "не глупи!".
- Только иногда.
- А знаешь,.. - начало было девушка с синими волосами, но к ним с визгами подбежал Минах, держа на спине Элвиса, а Ной бежал сзади, поскальзываясь, падая, вставая и падая снова. Скорее, все они поскальзывались не от воды и скользкого песка, а смеха, который зарождался где-то в глубине, и никак не мог вырваться наружу, потому что они задыхались. Невозможно смеяться без остановки, и наверное, сейчас нужна та самая передышка, но разве эти ребята могут останавливаться?
Они брызгали водой на девушек, махающих на них. Вайнона с Фрэнсис бросились в стороны, а парни открыли на них охоту. Проигравших не будет, только мокрые, веселые и незнающие преград победители. Победитель есть в каждом из них, но его ещё предстояло воспитать. Это не исключение, это правило. Правило, которому подчиняются все, им лишь нужно набраться стойкости. И воздуха. Воздуха, чтобы дышать, словно у тебя впереди ещё сотни милей, а не сотни их позади. Дышать, словно "позади" не существует, словно есть только "впереди". Слышите? Так нужно.
И перед тем, как парни со всех сторон нагнали их, Фрэнсис налетела на Вай, обхватывая её так крепко, как могла, и прошептала фразу, которую не могла оставить незаконченной:
- А знаешь, прислушивайся к себе, вот это важно. Океаны могут ошибаться.
И Вай видела в её светло-голубых глазах то ли океаны, действительно атлантические океаны, то ли небо, то ли атлантический океан, в котором отражается небо. Последнее она любила больше всего. Это ей казалось правдой, которую не переспоришь. Одной из её пресловутых вер.
- Океаны не ошибаются.
Успела ответить девушка, и Элвис повалил её прямо в прибой, который окутал их белой пеной, заставляя капли, которые поселились на их телах, блестеть в палящем ревнивом солнце. Фрэнсис визжала и смеялась где-то рядом, в прибое этого дня, в прибое ощущения, что такие мгновения запоминаются навсегда. Что такие "всегда" никогда не заканчиваются.
- Мой океан! - прокричала Вайнона, вырываясь, и раскрыв объятия побежала к Фрэнсис, песок разлетался в стороны под ногами, а Минах пытался её перехватить, отталкивая Ноя.
В одно она верить точно не желала: у океанов не бывает вечного "всегда", - но они, право, никогда не ошибаются. Ведь они... наши... океаны. Да?