Аннотация: Написано для конкурса Укол Ужаса-5, вдохновившись предложенными конкурсными картинками (см.Иллюстрации)
...Это существо уже не было человеком. Но оно упорно не хотело с этим мириться. Человеческое сознание работало, однако в него всё больше врывалось сознание монстра. Хотелось закрыть глаза руками и погрузиться в спасительный сон. Но руки были стянуты, а глаза находили вокруг лишь темноту...
***
Вечерело. Лёгкий летний, но уже прохладный ветерок игриво растрёпывал иссиня-чёрные волосы девушки, прислонившейся к огромному валуну. Она сидела прямо на земле и прерывисто дышала. Увидев, как из-за деревьев на поляне показалась знакомая фигура святого отца, девушка попыталась приподняться, но тут же без сил опустилась на прежнее место, вновь положив голову на камень. Молодой коренастый мужчина прошёл поляну в десяток шагов. Свернул и аккуратно подложил свою накидку под голову девушки. А девушка тихонько застонала.
- Святой отец...
- Да?..
- Я хочу, чтобы Вы пообещали мне..
- Если это в моих силах...
- Но сначала... Сначала я хочу спросить. Вы же слышали о нахцерерах?
- Да, конечно. А почему ты спрашиваешь?
- А они... они существуют?
- Так говорят... Лично я не видел. Но всегда проверяю умершего перед погребением. Ну, по обычаю.
- Да-да... Надо закрыть глаза. Чтобы не забыли положить монетку в рот. Чтобы срезали метку с именем умершего. Чтобы... с-саван не дотрагивался до рта...
- Зачем это всё тебе? Ты чего-то боишься?
- Я хочу, чтобы ты... Вы мне пообещали...
- Тебе нельзя столько говорить. Ты слишком слаба.
Девушка грустно улыбнулась:
- А потом будет поздно.
- Ну что ты такое говоришь, надо верить, верить! Понимаешь?
- Я... верю.
Помолчав, она добавила:
- Знаешь, в своих снах я вижу себя высокой и стройной... с мечом... Я мщу, и кровь течёт по моим губам!
- Никому больше не рассказывай об этом! - вскричал он. - Это дьявольские сны!
- Я.. знаю... А что остаётся такой как я?..
- Пожалеть своё сердечко.
- Оно хочет отомстить. А как иначе?.. Поэтому знай, я не боюсь. Я отомщу сама. Пообещай, что после моей смерти ты сделаешь всё, чтобы я стала нахцерером.
Священник вздрогнул и отступил от девушки, выставив перед собой руки, словно защищаясь от услышанного.
- Пообещай... - уже шептала она. Не услышав ответ, девушка погрузилась в сон.
Священник встал и принялся медленно ходить рядом. Перебирал чётки, изредка поглядывая на спящую девушку и размышляя: "Бедное дитя! Сколько же она натерпелась! Родиться калекой. Мать, как могла, оберегала её. Красавица была мать, да тоже слаба здоровьем. Умерла так рано, упокой Господь её душу. Чужая была, пришлая. А отец - тот с рождения сторонился такой дочери, не замечал даже. А ещё старостой деревни избран... И старший брат тоже недалеко от него... Издевался над девочкой. И говорил я с ним, да вразумишь ли единственного сына старосты, ещё и при нынешнем к нам отношении. Не только в городах, уже и у нас, в деревнях - да в каждом доме - спорит люд, какой должна быть церковь. А слухи ходят - монастырь один разогнали уже... Так вот, и говорит он мне в ответ: "Пусть хлеб отрабатывает", "Такие всё равно долго не живут" да и намёки недвусмысленные... Словно сам дьявол в него вселился. Моя-то вера всегда при мне. А до каких мыслей и речей довёл бедняжку! В соседних деревнях, говорили, не раз находили нахцереров: если начинают друг за другом умирать члены семьи - точно надо искать и избавляться от твари. Но чтобы самой захотеть стать тварью... Может, не всё мне рассказывает?.. Бедняжка..."
***
Челюсти двигались сами собой и издавали ужасный скрежет. Затем скрежет превратился в причмокивание и заглатывание. Вначале монстр жевал саван, затем принялся за свои руки. И всё время призывал кого-то. Мысленно искал среди мира живых, чтобы отправить к мёртвым...
***
Лето готовилось выйти за порог, уступая место новой хозяйке - осени. Девушка до поры не напоминала святому отцу о разговоре. Но пришёл день, когда запыхавшись и не отдышавшись толком от бега, священник первым сообщил ей:
- Умер твой отец... Прямо во время сборов...
- Разве это отец, что отказался и взглянуть на меня после рождения? Остался ещё брат... Ты обещал мне.
Она пристально посмотрела на своего единственного друга и заковыляла к дому.
***
Их встречи не прекращались на том же месте у камня. А через месяц после смерти отца брат сильно избил её. Она еле-еле добралась до места встречи. Священник застал последние мгновения. Он опустился на колени и приподнял девушке голову. Глаза её широко открылись, а губы успели прошептать: "Нахце..." Священник закрыл ей глаза и долго не вставал с колен. Вспоминал их разговоры - о, теперь он понимал, как их будет не хватать - слабая сердцем, она имела ясный разум, свои суждения и ещё умела слушать... И её просьбу...
Позднее он с особой тщательностью проверил всё ли в порядке с телом и саваном:
- Ты должна спать спокойно...
***
"Убийца! А как ещё можно назвать этого нечеловека? Тварь. Он прожил на свете гораздо дольше бедняжки, ни в чём не испытывая нужды. Где же справедливость?"
Священник, как всегда, тщательно осматривал покойного и саван. И вдруг послышался звенящий звук. На полу вертелась монетка - такая как кладут в рот покойному.
- Значит... так?..
***
...Обглоданные в сотый раз кости рук. Немой призыв без ответа - ответить было некому. И прийти и избавить тварь от страданий тоже...
...Он не сразу узнал свою сестру в этой высокой, стройной, пугающе спокойной деве с мечом в руке. Только по знакомому выражению глаз, по цвету волос да по форме губ. И увиделась ему тонкая кровавая линия, спускавшаяся из уголка этих самых губ. Он протянул к сестре остатки обглоданных рук, моля прервать его муку, но она отвернулась и медленно пошла по дороге, ведущей в небо...