Дайте мне нотной бумаги.
Я буду писать рапсодию
Для альта и фортепиано.
Пожалуйста, дайте чернильницу,
Я мал еще ростом, и чтобы достать ее,
Мне приходится залезать на стул и тянуться через столешницу.
Да, я еще плохо умею держать смычок,
И кляксы ползут из-под моего пера,
Но я видел во сне.
Во сне ко мне явилась мелодия,
Она порхала и касалась моих щек оперенными крыльями,
Я хотел поймать ее и спрятать за пазуху,
Чтобы она билась там, теплая и встревоженная,
И каждый изгиб ее крыльев выплескивался на линии нотного стана,
Ее лебединая шея изгибалась подобно ключу фа.
Я побежал за ней, но она опустилась на воду
И покачивалась там неспешно, поднимаясь и опускаясь на волнующем арпеджиато волн.
И когда она растаяла в синеве горизонта, я проснулся.
Вы мне не верите.
Боитесь, что я разолью чернила и испорчу четверть линованного листа.
Но вы
Каллиграфическим почерком
Будете писать на этой бумаге скучные контрапункты!
Вы не видели снов и не мечтали держать в руках горячую, трепещущую, рвущуюся ввысь и тянущую за собой белоснежную музу.
В обрывки ваших контрапунктов
Я буду заворачивать свой завтрак.
А потом я возьму свой альт и открою крышку рояля.
Я буду писать рапсодию.
Пожалуйста,
Дайте мне нотной бумаги.