|
|
||
"Некоторые дороги не заканчиваются у края знакомого мира. Они только начинаются". | ||
После возвращения Эйрика наш дом словно обрёл прежнее дыхание.
Ветер по-прежнему приходил с моря, по утрам на камнях лежал иней, а над фьордом часто висел густой туман. Но теперь мне больше не нужно было всматриваться в горизонт, пытаясь различить среди волн очертания знакомого корабля.
Эйрик был дома.
Он снова занимался своими делами: чинил оружие, проверял снасти, работал у небольшого горна, который устроил неподалёку от дома. Иногда уходил в поселение, чтобы поговорить с людьми или помочь другим кузнецам. Но теперь он чаще возвращался раньше, чем прежде.
Мне нравилось наблюдать за ним.
В его движениях сохранялась привычная сила воина, однако дома он становился совсем другим. Мог долго сидеть у очага, задумчиво перебирая пальцами серебряный амулет, мог слушать мои рассказы о травах и снах, хотя некоторые из моих объяснений, кажется, считал слишком загадочными даже для вёльвы.
Он никогда не смеялся надо мной.
И иногда мне казалось, что именно это я ценила больше всего.
На его груди висел серебряный круглый амулет - Узел Возвращения. На его поверхности переплетались две окружности, соединённые сложным узором. В центре находился небольшой узел, а по краю шёл тонкий орнамент. На обратной стороне была вырезана руна Йера.
Эйрик носил его постоянно. Я знала, что для него это не просто украшение. В нём заключалось обещание возвращаться, даже если дорога окажется длиннее, чем он мог предположить.
За нашим домом начинался северный лес. Среди сосен, елей и каменистых холмов стоял старый дуб. Он рос на небольшом возвышении, откуда открывался вид на фьорд. Его ствол был настолько широк, что два человека едва могли обхватить его, взявшись за руки. Ветви уходили высоко в серое небо, а глубокие корни пробивались между гранитными валунами.
Я не знала, сколько ему лет. Возможно, он стоял здесь ещё до того, как появилось наше поселение. Возможно, под его кроной отдыхали люди, чьи имена давно исчезли из памяти живущих.
Мне нравилось приходить к нему одной.
Однажды, осматривая основание ствола, я заметила небольшую полость между корнями. Внутри лежал плоский камень с необычным знаком. Две линии пересекались, образуя подобие узла, а вокруг них были вырезаны небольшие окружности.
Я долго рассматривала его.
Знак напоминал мне Гебо, но в нём было что-то ещё. Что-то похожее на Йеру - круг, который не заканчивается, а возвращается к самому себе.
Вечером я рассказала об этом Эйрику.
Он выслушал меня, а потом предложил пойти к дубу вместе.
- Может быть, дерево хранит какую-нибудь старую историю, - сказал он.
- А если оно не хочет её рассказывать?
- Тогда придётся приходить чаще.
Я улыбнулась. Иногда его ответы были удивительно простыми.
На следующий день мы отправились туда вместе.
Эйрик шёл рядом, неся на плече небольшой топор. Я была в своём голубом платье с серебряной вышивкой, поверх которого накинула тёплый плащ. Ветер шевелил мои волосы, а под ногами хрустели сухие веточки.
Когда мы подошли к дубу, Эйрик положил ладонь на его шершавую кору.
- Старое дерево, - произнёс он. - Наверное, оно видело больше походов, чем я.
- И больше возвращений, - добавила я.
Он посмотрел на меня.
- Ты думаешь, оно помнит людей?
- Думаю, некоторые места хранят больше, чем нам кажется.
Мы остановились под широкой кроной. Между ветвями виднелось холодное небо, а вдали лежал фьорд, спокойный и серебристый в тусклом свете дня.
Эйрик повернулся ко мне.
Я посмотрела на него и протянула руки. Он принял их, и наши пальцы медленно переплелись.
Его ладони были тёплыми. На них остались следы работы с железом, старые шрамы и небольшие мозоли. Я провела большим пальцем по его костяшкам, а он осторожно сжал мои пальцы.
Мы долго смотрели друг на друга.
В его глазах было спокойствие, которое я нечасто видела у воинов. Рядом со мной ему не нужно было быть ярлом, командиром или кузнецом. Он мог просто стоять под старым деревом и держать мои руки.
- О чём ты думаешь? - спросил он.
Я немного помолчала.
- Иногда мне кажется, что однажды я усну под этим дубом и проснусь совсем в другом месте.
Эйрик не отпустил моих рук.
- В другом доме?
- Возможно. В другом городе. В другой стране. Может быть, там вообще не будет моря.
Он внимательно смотрел на меня, словно пытался понять, откуда пришли эти слова.
- Ты видишь это во сне?
- Не совсем. Скорее чувствую. Будто однажды мне придётся оставить этот берег и отправиться туда, где всё будет незнакомым. Там будут другие дома, другие дороги, другие люди. И, возможно, я даже не сразу пойму, что оказалась в другой жизни.
- А я? - спросил он.
В его голосе не было тревоги, но я почувствовала, как крепче сомкнулись его пальцы вокруг моих.
Я подняла голову.
- Я найду тебя.
Он молчал.
- Даже если там не будет нашего фьорда, даже если ты будешь выглядеть иначе и носить другое имя, я всё равно тебя узнаю. Может быть, не сразу пойму почему. Может быть, сначала мне приснится море или этот дуб. Но я найду тебя.
Эйрик долго смотрел на меня. Потом медленно поднёс мои руки к губам и поцеловал их.
- Тогда я тоже обещаю тебе кое-что, - произнёс он.
- Что?
- Если однажды проснусь в незнакомом мире, я буду искать тебя. Не стану ждать, пока судьба сама приведёт тебя ко мне. Я пойду по дорогам, буду спрашивать людей, изучать карты и пересекать моря, если они там ещё останутся.
Он улыбнулся.
- А если моря не будет, придётся искать другой путь.
Я рассмеялась, но почему-то почувствовала, как к горлу подступает комок.
Он осторожно притянул меня ближе.
- Не грусти, моя Луна. Пока мы здесь, у нас есть этот берег, этот дом и наше дерево.
Я положила голову ему на грудь. Под тканью одежды мерно билось его сердце. Серебряный Узел Возвращения коснулся моей щеки.
Мне хотелось запомнить всё: запах его плаща, тепло рук, тихий шум ветра в ветвях, далёкие крики морских птиц.
Я не знала, почему иногда будущее казалось мне таким близким. Но рядом с ним мне больше не хотелось бояться.
Эйрик коснулся губами моих волос, затем слегка отстранился и поцеловал меня в кончик носа.
- Ты опять думаешь о слишком далёких дорогах, - сказал он с улыбкой.
- А ты опять пытаешься меня отвлечь.
- Получается?
- Иногда.
Он рассмеялся и снова переплёл наши пальцы.
Мы ещё долго оставались под дубом.
Позже, когда солнце начало опускаться к морю, Эйрик заметил небольшую полость между корнями. Мы достали оттуда старый камень со знаком и положили рядом маленькую серебряную пластинку, на которой я вырезала две руны.
Гебо - союз двух свободных людей.
Йера - круг времени, возвращение и новый путь.
Я не знала, кто найдёт эту пластинку после нас. Возможно, её занесёт землёй, а дерево будет хранить её ещё сотни лет. Возможно, однажды кто-то обнаружит её и удивится странному сочетанию знаков.
Но мне хотелось оставить там наше обещание.
Когда мы возвращались домой, Эйрик шёл рядом и держал меня за руку. Ветер трепал его тёмные волосы, а над фьордом постепенно сгущались сумерки.
В тот вечер мне приснился дракон.
Он был огромным, тёмным, с серебристыми отблесками на чешуе. Я сидела у него на спине и летела над северным морем. Внизу расстилались ледяные воды, скалы и туманные берега.
Я не боялась.
Дракон нёс меня туда, где горизонт растворялся в незнакомом свете. Его крылья рассекали облака, а под нами появлялись очертания корабля.
Постепенно тело дракона изменилось. Крылья превратились в парус, чешуя - в тёмные доски, а длинный хвост стал кормой. Передо мной оказался драккар с резной головой зверя на носу.
На палубе стоял Эйрик.
На его груди серебром мерцал Узел Возвращения.
Он протянул мне руку.
Я спустилась к нему, и он обнял меня так, словно мы не расставались ни на один день.
- Ты нашла меня, - сказал он.
- Я обещала.
Он улыбнулся и поцеловал меня в нос.
А когда я проснулась, за окном ещё было темно. Эйрик спал рядом, положив руку поверх моей. Я осторожно повернулась к нему и долго смотрела на его лицо.
Я не знала, что означал этот сон. Не знала, сколько раз мне ещё предстоит увидеть его в других обликах и сколько незнакомых миров окажется между нами.
Но я помнила своё обещание.
Однажды я усну под старым дубом и проснусь там, где не будет моря.
И я найду его.
Потому что некоторые дороги не заканчиваются у края знакомого мира.
Они только начинаются.
|