|
|
||
Не обязательно. Сами прикиньте- какой смысл так делать "для отвода глаз"?
Логика событий указывает на другое. Вероятно, произошло следующее.
После обнаружения поисковой командой, прибывшей на место падения испытываемого "изделия" для сбора его обломков, трупов погибших туристов, обязательно должна была быть вызвана следственная группа прокуратуры, закрепленной за "почтовым ящиком", проводившим испытания (следователь этой спецпрокуратуры и эксперт СМЛ МО СССР). Эта следственная группа должна была произвести осмотр места происшествия и осмотры трупов на месте происшествия (составление протоколов, изъятие вещдоков, кино или фотосъемка места происшествия). Эти протоколы и прочие материалы должны находиться в уголовном деле, о котором сообщил Е. Окишев.
Детальный осмотр трупов, находящихся в глубоком снегу, крайне затруднителен. Поэтому обычно после фиксации в протоколе осмотра места происшествия местоположения трупов, их переносят в более удобное для детального осмотра место.
В снегу должны были оказаться трупы Тибо, Золотарева и Дубининой: их должна была раскидать взрывная волна в том месте, где она их достала.
Труп Колеватова должен был находиться где-то в район кедра. Зиновьевым была собрана информация о том, что в районе кедра солдатами, принимавшими участие в поисках, была найдена записная книжка Колеватова. И в этой записной книжке была выполненная Колеватовым запись о причине происшествия- о произошедшем взрыве. Эту записную книжку солдаты передали своему командиру, после чего сведений об этой записной книжке больше не было. Вероятно, труп Колеватова тоже оказался в снегу, и осматривать труп на месте его нахождения было затруднительно.
По всей видимости, возле источника воды было оборудовано "рабочее место". Были нарублены для настила жерди, их покрыли брезентом, сделали костер для обогрева. Юдину некоторые студенты, участвовавшие в поисках, сообщили, что они видели в районе ручья остатки костра, для приготовления которого были использованы пила и топор.
Вероятно, на это "рабочее место" для детальных осмотров перенесли из мест их нахождения эти 4 трупа. А после осмотров сложили их там, где осматривали. Потому они и оказались на том месте, где были впоследствии обнаружены. Перемещение трупов после их осмотров на прежние места их нахождения никто не производит. Трупы после их осмотров на месте происшествия должны доставляться в судебно- медицинский морг для проведения судебно- медицинских экспертиз. Но здесь, как видно, на соответствующем уровне гос.власти (вероятно, в Отделе административных органов ЦК КПСС, куда поступила докладная записка Бардина и Шулешко, имевшая гриф секретности) было принято решение оставить трупы на месте происшествия. Сделано это было для того, чтобы погибшая группа была обнаружена студентами УПИ в результате официальных поисков, и чтобы у них сложилось мнение, что причиной гибели группы Дятлова стал "несчастный случай при туризме".
Здесь следует также отметить весьма существенное обстоятельство, которое в дятловедении обычно оставляют без внимания.
В Ивделе в конце февраля- в марте 1959 года в Ивдель не ездили. Чуркина была в Ивделе в мае, вместе с Возрожденным, принимала участие в СМЭ трупов Колеватова, Тибо, Золотарева и Дубининой. И было это уже после того, как Чуркина в апреле провела экспертизу палатки, доставленной Ивановым в Свердловскую НИКЛ 3 апреля 1959 года. О дате получения Чуркиной материалов для экспертизы палатки (3 апреля 1959 года) имеется отметка в наблюдательном производстве по экспертизе палатки (No 199 за 1959 год), и до 3 апреля 1959 года ЧУРКИНА к палатке группы Дятлова НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ НЕ ИМЕЛА.
То есть доказано, что в Ивделе палатку группы Дятлова исследовала женщина- эксперт, и это была НЕ Чуркина, и вообще -эксперт НЕ из Свердловска.
По имеющимся признакам это была эксперт одной из СМЛ МО СССР. Причем СМЛ 126, дислоцировавшаяся в Свердловске, исключается: там не было женщин-экспертов, специализировавшихся на судебной трасологии. Вероятно, это была эксперт одной из центральных военных СМЛ.
Эксперты военных СМЛ обычно имеют несколько смежных экспертных специальностей: например, судебно-медицинские эксперты военных СМЛ обычно имеют подготовку для проведения также судебно- трасологических и судебно- баллистических экспертиз.
Установление факта исследования палатки экспертом в Ивделе, до поступления палатки в Свердловскую НИКЛ 3 апреля 1959 года, причем экспертом не из Свердловска, имеет важное доказательственное значения для подтверждения факта существования уголовного дела, о котором сообщил Окишев, и факт существования которого в дятловедении категорически отрицается.
Совершенно верно.
Вот что любопытно: то, что это была не Чуркина, очень хорошо поняла тогда даже Почемучка с "Тайны.Ли". И она также понимала, что в Свердловске в то время было всего две женщины, которые были экспертами-трасологами. Это Михайлова и Чуркина. В умении добывать информацию Почемучке отказать нельзя, она умеет это делать. И она тогда стала выяснять у меня, курила ли Михайлова?- попыталась всунуть вместо Чуркиной Михайлову. Потому что если это была не Чуркина и не Михайлова- ситуация складывалась катастрофическая для целого ряда придуманных дятловедами "теорий". И факт существования уголовного дела, о котором сообщил Окишев, приобретал реальные очертания.
Но Михайлова тоже не курила. Имел я тогда приятность несколько огорчить Почемучку: не Михайлова это была. Почемучка, похоже, поняла, что дальше копаться в этом вопросе- это рубить сук, на котором висишь, и прекратила публично выяснять этот вопрос. Но "для себя" ведь поняла, что получается, если эта женщина- эксперт- не Чуркина и не Михайлова.
Потому крайне не выгодно дятловедам поднимать вопрос о женщине- эксперте, которую видел Новокрещенов, и которая исследовала повреждения на палатке, растянутой в Ленинской комнате.
|