Аттила, король гуннов и множества иных народов, вторгся в римские пределы в 452 году от Рождества Спасителя, пятого индикта, в консульство Споракия и Геркулана. Начало беде, как часто водится, положила женщина. Юста Грата Гонория, сестра императора западных римлян, понесла от некоего вельможи. Его казнили, а Гонорию сосватали за почтенного сенатора. Не желая того, она послала Аттиле письмо, предлагая гунну себя и владения брата.
Конечно, Атилла был варваром, но мудрым и искушенным. В юности он заложником жил в столице западной державы Равенне, овладел там письмом и чтением, изучал искусство правления. И теперь понял, что может стать императором. Он объявил, что Гонория сговорена за него, и если ее будут притеснять, он отомстит Риму.
Все же Гонорию замуж выдали, и тогда Атилла со своим свирепым войском набросился на Галлию, но был остановлен в тяжкой битве. На другой год гунны ворвались в Италию со стороны Паннонии, разорив множество городов. Среди пылающих вилл, предсмертных стонов мужчин и воплей насилуемых женщин, носился невысокий смуглый всадник - Аттила.
- Я бич Божий, ваше наказание! - восклицал он
Воистину так, ибо Рим погряз в пороках и грех пожирал его, как проказа.
Гунны встали у реки Минчио, намереваясь идти на столицу, а после - на Рим. Но тут в чаду и гомоне лагеря явилась странная процессия - почтенный старец на муле и пеший отрок, осенявший старца большим серебряным крестом. Они направился к шатру Аттилы. Никто не остановил их, лишь стражники у шатра подняли луки.
- Мир тебе, бич Бога, Которому я служу! - зычным голосом возгласил старец и Аттила вышел. Его седые распущенные волосы трепал ветер, узкие глаза вперились в гостя.
- Кто желает мира сыну войны? - недобро спросил он.
- Смиренный служитель Божий, - отвечал старец, которого позже назвали папа Лев Великий.
- Что тебе? - спросил гунн.
- Мира, - ответил папа.
- Я не мир несу! - расхохотался Аттила в лицо епископа Рима.
- Ты пришел наказать нас. Но когда раб наказан и бич напитается его кровью, Господин откладывает бич в сторону.
Аттила замолчал, вглядываясь в безмятежное лицо Льва, потом резко кивнул, приглашая того в шатер.
О чем несколько часов говорили великий воитель и великий святой - тайна навеки. Быть может, они вовсе молчали. Но когда папа уехал из лагеря на своем муле, под сенью креста, Аттила приказал отступать. А спустя год умер - захлебнувшись во сне собственной кровью. Господин отложил свой бич. На время.