Как живые
Отказаться от встречи с агентом Кроль я не мог, ибо обязан был ей последним повышением в должности и, соответственно, окладе. Она помогла изобличить маньяка, ворующего молодых парней и девушек. Последнее похищение Роб Менкель, ныне проходящий лечение в психушке, совершил на областном конкурсе красоты. Все три победительницы исчезли прямо из своих гримерных вместе с лентами и коронами. Всего за этим уродом числилось более сорока эпизодов пропаж людей.
Мое начальство, конечно, было довольно изобличением столь опасного преступника, кроме одного: ни одного похищенного так и не удалось найти. Менкель обстоятельно и подробно описал всех украденных и даже написал чистосердечное признание, где было все, кроме места захоронения трупов. А нет тела - нет и дела, поэтому вместо тюремного срока маньяка направили на поправку в клинику.
Агент Кроль назвала имя Менкеля по телефону, хотя встречу назначила совсем в другом областном центре. Меня это нервировало и интриговало одновременно, так как точно знал, что из психушки маньяк даже не пытался бежать.
Местом встречи оказался огромный выставочный зал областного музея изобразительного искусства. Я долго бродил среди картин и модернистских скульптур из утильсырья, пока нежный голосок за спиной не произнес: "Идите за мной".
Кроль привела меня в зал авангарда, где на постаментах и без, группами и поодиночке, располагались белоснежные скульптуры в различных красивых позах.
- Это они, - Кроль показала на скульптурную группу с экзотическим названием "Вервие".
Три обнаженные девушки, со сплетенными руками и ногами, возносились к самому потолку.
Приглядевшись, я понял, о чем говорила Кроль. Лица девушек как будто были скопированы с фото из дела о похищении победительниц конкурса красоты.
- Очень похожие лица, - пробормотал я, не оборачиваясь.
- Шеф, вы не поняли. Не похожие, это они и есть. Отдайте этот кусочек скульптуры на экспертизу, - я почувствовал, как в правый карман скользнула узкая девичья ладошка.
Первая мысль была антистрессовая, исключающая вторую, от которой можно очень сильно тронуться головой: "Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда!". Вторая мысль натужно ввинтилась в мозги, когда я пересчитал все статуи неизвестного пока мне скульптора в этом зале. Их было более сорока. Точно определить нельзя из-за того, что в некоторых композициях использовались только головы, руки и ноги.
Скульптора Ника Керимова удалось отыскать возле композиции "Супер-любовь", в которой юноша пронзал своим торсом тело возлюбленной. Керимов объяснял восхищенной толпе поклонников, сколько идей было заложено в этом творении.
Попугайный наряд скульптора очень ассоциировал с известным выражением: "Добро, в отличие от зла, не рядится в яркие одежды, чтобы выглядеть привлекательно".
Анализ кусочка скульптуры не просто ошеломлял - ошарашивал. Творения злого гения были просто идеально выполненными мумиями. Ник Керимов оказался бывшим врачом-патологоанатомом, который, экспериментируя с бальзамирующими жидкостями, изобрел, как он его назвал, гипсон. Этот препарат, введенный в тело человека, цементировал ткани так прочно, что их нельзя было разбить даже молотом.
Увидев, что трупы превращаются в идеальные скульптуры, Керимов решил прославиться, как гениальный творец. Он поставил дело на поток, договорившись со знакомым бандитом Робом Менкелем о поставке красивых тел.
После суда мумии из выставочного зала разобрали родственники. Многие захоронили, а некоторые установили на плиты в изголовии. Это, наверное, был единственный случай в мире, когда на могилах памятник в ужасающей точности соответствовал покойнику.
|
|
|
|