Звонки в дверь вперемешку с грохотом. Я с трудом разлепил глаза. Так стучат только в случае начала войны. Но какая может быть война в два часа ночи? Специально лег попозже, чтобы выспаться перед встречей Рождества. Закрыл глаза. Может уйдут? Нет, грохот и звонки не ослабевали.
В дверной глазок увидел соседку Люську, в ночнушке и бигудях. Неужели опять кольцо?
-Люсь, ты чего? - я распахнул дверь.
-Влад, Серега пропал! - она отпихнула меня в сторону тяжеленным ящиком. Грохнула его на пол.
-Это тебе на праздник.
-Что это, Люсь?
-Тушенка.
-А чего ночью? До утра никак нельзя?
-Влад! Ты, что, не понял? Серега пропал, - она затопала в зал и всей своей пухлой массой задавила кресло. И разрыдалась.
Я не знал, что делать. То ли нести ей воду и успокаивать? То ли начинать расспросы? Зная ее переменчивое настроение, решил начать с разговора. Не переношу женские слезы. Как вспомню, как она тогда, с кольцом, визжала...
Люська с Серегой мои соседи по лестничной площадке. Он - прапор. Веселый, огненно-рыжий крепыш. Она - домохозяйка. Готовит классно. Как раз у них и собирались встретить праздник.
Я преподавал раньше в военном училище информатику, а Серега был начальником продсклада. Хорошие были времена! По-соседски продукты перепадали и мне. Люська излишки продавала в ДОСах. Домах офицерского состава. Их построили в спальном районе города километрах в трех от училища. Потом началась реформа армии. Всех разогнали.
Я устроился программистом в районную администрацию. Серега перешел служить начальником техсклада в автороту, которая осталась на территории бывшего училища.
А история с кольцом... Месяц назад Люська купила себе шикарное золотое кольцо. На радостях на ночь его не сняла. Палец и распух. Серега начал пилить кольцо надфилем. Когда Люська от боли потеряла сознание, он прибежал ко мне.
-Влад, выручай! Люська помирает! Нужны твои кусачки!
Он намекал на мой "шпионский" набор инструментов. Почему "шпионский"? Достался от немецкого шпиона-связиста, которого как-то в училище поймали. Взяли его, когда вскрывал железный шкаф с секретными документами в технической библиотеке. Десять лет дали. Мать его так и осталась жить в ДОСах. Работала технологом на заводе.
Мой кабинет был недалеко от библиотеки. Месяца через два после этого дела у меня отказала сигнализация двери. Полез за шкаф проверить, а сверху лежит брезентовый сверток с инструментами.
Все миниатюрные, но качество... Кусачки стальной дюбель враз перегрызают. Такая вот сталюка! И особая заточка. Как у чеченских кинжалов. Те тоже, как масло, толстенную книгу пробивают!
Как этот сверток особисты не углядели? Но раз им не нужны инструменты, мне пригодятся. Не раз меня эта крупповская сталь выручала. А уж золотое кольцо для нее - тьфу! В общем, перекусил я то кольцо. Люська очнулась и завизжала, увидев, как мы его изуродовали. Так завизжала...
Нет, надо ее срочно отвлечь разговорами.
-Люсь, рассказывай.
-А с чего начать? - слезы моментально высохли и она подняла к потолку свои голубые наивные глазки. Я знал, что там точно ничего не написано.
-Начни с подземелья. Серега опять лазил за продуктами?
-Да.
-Сколько принес?
-Уже четыре ящика с тушенкой. Один тебе велел отдать. Пошел за сгущенкой и пропал.
-А почему решила, что пропал?
-Так, в одиннадцать он ушел и нету. А уже два ночи. Всегда за час оборачивался.
Это подземелье Серега отыскал полгода назад. В своем складе передвигал железные шкафы с запчастями и под одним из них обнаружил заваренный люк. Срезал его болгаркой.
А внизу - огромный подземный пункт управления. Русский. Со складами, жилыми комнатами и служебными кабинетами. Километра три в длину. Все внизу сгнившее и проржавевшее. Кроме тушенки и сгущенки. Ими Люська и стала торговать. Чтобы кольца и цепочки золотые купить. Но, видно, Богу что-то не понравилось в ее бизнесе. Может, то, что Люська больше проедала, чем продавала?
За полгода Серега облазил все подземелье и даже нарисовал его схему. Оказалось, что оно имеет второй выход! В здании разрушенной метеостанции рядом с ДОСами. Серега срезал сварку на двери в подвале и через нее таскал ящики. Однажды и меня взял с собой. Чтобы больше за раз принести. Я ему поклялся, что никому не скажу о складах, пока продукты там не кончатся.
-И не звонил с одиннадцати часов?
-Нет. Там такая глубина, что сотовый не работает. Влад, ну сходи за ним. Может, он ногу подвернул. Или сломал. Помоги. - Люська опять начала всхлипывать.
Я задумался. Позвонить в милицию? Ночью? Перед Рождеством? И рассказать про подземелье. Точно в трезвяк упекут! Или суток на пятнадцать за хулиганство.
Нет. Надо идти. Вытащил брезентовый сверток, взял фонарь. Надел лыжный костюм и меховые полусапожки. Люська следила за моими сборами.
-На, вот, схема его, - она протянула листок бумаги. Знала она, что я пойду.
Легкий снежок и пара градусов мороза. Прекрасная новогодняя погода. А я, как дурак, лезу от всей этой красоты в темное, вонючее подземелье!
Спустился в подвал метеостанции. Железная дверь была приоткрыта. Длинный спуск вниз по каменным ступеням. Тишина и темнота.
Посветил на схему. Склады в правом ответвлении. В левом - служебные кабинеты. Пошел вправо. Туннель постепенно расширялся. А вот и огромные сдвижные двери складов. Как на грузовых вагонах. Почти все открыты.
На схеме крестиком помечены восьмая и девятая двери. Номера на них проржавели, но видно хорошо. Восьмой склад полупустой. Много Серега уже тушенки перетаскал. А вот девятый со сгущенкой был совсем пустым. Я прислушался. Тишина такая, что хочется вытащить пробки из ушей.
Сел на порог и задумался. Люська говорила, что пошел за сгущенкой. А склад пустой. Значит, он искал другой склад!
Осмотр всех оставшихся хранилищ занял почти полчаса. Посмотрел на свой сотовый телефон. Уже четыре ночи. Сети не было. А надо бы Люське доложиться. Волнуется ведь.
Склады были забиты прелой военной формой, сгнившими и погрызенными крысами сапогами, запчастями к связной аппаратуре и оружием. Несколько ящиков с автоматами ППШ были вскрыты. На стене я увидел дыры от пуль. Не утерпел Серега. Пострелял немного. У стены стояла вскрытая цинка с патронами. Полупустая.
Ни в одном складе никого не было. Я побрел в левое крыло. Руки уже гудели от тяжеленных дверей. Давненько не занимался я такими физическими упражнениями. Аж вспотел. Чтобы не простыть, выбрал из середины тюка солдатскую шинель получше и набросил на плечи.
Перед поворотом остановился. На схеме стоял восклицательный знак и две буквы "ГР".
Серега рассказывал, что в левом крыле полно растяжек с гранатами. Я стал светить фонариком. Нигде проволочек не было видно. Я осторожно пошел вперед. И на третьем шаге услышал справа щелчок выдернутой чеки. Черт! Скрытая нажимная растяжка!
В голове была теперь только одна мысль:"Четыре секунды". Я рванул вперед. Взрывная волна кинула меня на пол метров через десять. Уши заложило от грохота.
Я сидел и выковыривал из ушей землю. Тишина стала еще пронзительней.
Все. Дорога назад и к складам перекрыта. Я осветил проход. До потолка сплошная стена из глины вперемешку с камнями.
Пошел до следующего поворота. Теперь у меня был опыт. Я знал, что растяжка находится на втором шаге от угла. Нажимные растяжки не извлекаются. Сделал шаг и прыгнул. Потом пробежал десять метров и упал. Тишина. Есть!
До основного левого туннеля я сделал еще четыре прыжка. Все удачно. Настроение поднялось. А вот и первые двери. Но уже не сдвижные, а поворотные. Служебные кабинеты.
И за первой же дверью увидел лежащего на полу Серегу. Дырка во лбу и лужа крови не оставляли никаких надежд. Я выглянул в коридор и прислушался. Тишина. А ведь кто-то его застрелил! И совсем недавно.
Черт, ну почему я не взял с собой хоть один автомат? Их же там лежали сотни. И сотни цинок с патронами.
Хотя, кто мог предполагать, что кто-то еще знает о подземелье? Ведь за полгода Серега здесь никого не встретил. Люк и двери на входах были заварены. Неужели существует третий вход?
Вряд ли. Вернее всего, кто-то просто проследил за таскающим ящики прапором. И этот кто-то точно из ДОСов! В город Люська с продуктами не таскалась. Продавала только хорошим знакомым. Все равно у кого-то из зависти язык оказался длиннее, чем надо. Да и реализовать полвагона сгущенки втихаря невозможно. Знали многие. Но заинтересовался кто-то один. Вот он и убил Серегу.
Почему? И кто?
На первый вопрос ответить легче. Чтобы начать самому приторговывать. Убрал конкурента и все твое!
Черт! А Люська? Ведь она теперь - лишний свидетель! Ей немедленно надо прятаться. Она теперь следующая. Так, Серегу трогать все равно нельзя. Это теперь дело следователей.
Первое - надо срочно спрятать Люську. Второе - сообщить об убийстве. Скрыть тайну подземелья теперь все равно не удастся.
Я посветил на Серегу. Прикрыл ему глаза. В правом сжатом кулаке торчал кончик бумаги.
С трудом разжал и вытащил скомканный листок.
Это был второй план подземелья. Я присел на железный табурет у стола и положил перед собой оба плана. Меня интересовали отличия. Если Серега искал склады, он должен был их пометить.
И пометки были. Четыре новых квадратика за комнатой Командного Пункта. И надпись: "НБЗ!!!". Три восклицательных знака поставлены не зря. Что значат буквы "НБЗ"?
Все равно это по пути к выходному люку на техскладе, надо заглянуть. Я пошел к помещению КП. Это был огромный зал со множеством перегородок. Квадратики нарисованы прямо за центральным пультом. Я начал искать вход.
Было уже шесть часов утра, когда я догадался, что вход находится не в стене, а в двери КП.
Двери были двойные. Между ними - коридорчик, отделанный деревом. Вот за левой деревянной сдвижной панелью и был вход. Узкий тоннель после трех поворотов привел в длинный коридор с четырьмя дверями.
Наученный горьким опытом, я тщательно обследовал каждый поворот. Все мины были на проволочных растяжках. С ними я справился легко. Просто откусил стальные тросики и сунул в карман шинели.
Высунул голову в коридор. И тут же выключил фонарик. Я услышал скрип каменной крошки, которой здесь был усеян весь пол.
Меня затрясло. Убийца в коридоре! Длинно заскрипела сдвигаемая дверь. Я осторожно выглянул. Так и есть! В коридоре - четыре открытых сдвижных двери. У самого выхода в коридор - небольшой столик с непонятными ржавыми приборами. Из дальней двери свет от включенного внутри фонаря падал на противоположную стену.
Мысли бежали уже галопом, вскачь. И одна глупее другой. Убить! Отомстить за Серегу!
Не то. Убийца вооружен, а у меня - голые руки. Достал тросик от растяжки. А если задушить? Нет, не успею. Закрыть дверь! А вот это дело!
Медлить нельзя. Вдоль стены, где осыпавшаяся со стен земля прикрыла каменную крошку, я в полутьме прокрался к двери напротив. Посветил внутрь фонарем. В проходе лежала зимняя спортивная куртка.
Решение созрело мгновенно. Без нее убийца не полезет на мороз. Значит, надо дождаться, когда он войдет в эту дверь и закрыть ее.
Опять перепрыгнул коридор и спрятался за угол.
Заскрипели шаги. В узкую щель мне виден только край стола в коридоре. Шаги все ближе. Над столиком появились руки, кладущие автомат. Ну, конечно. С ним же неудобно одевать куртку. Я напрягся. Убийца направился к комнате с курткой.
Как только скрип прекратился, я выглянул в коридор.
Теперь все должна решить быстрота и сноровка.
Взял тросик от растяжки в левую руку.
Всем корпусом навалился на дверь, держа правой рукой запор. Удар, щелчок запора и трос в отверстие. Замотать два, три раза. Все!!!
Заглянул в соседнюю комнату и все понял.
Помещение три на три метра и такой же высоты было забито ящиками с тротилом. Только узенький проход посредине. С полметра шириной. И в остальных - то же самое. Мама родная! Да тут два вагона взрывчатки. Вместо спального района после взрыва будет братская могила на сто тысяч человек!
Я достал схему и снова стал ее изучать. Теперь, когда убийца в ловушке, можно спокойно идти к выходу. Беспокоили меня только непонятные три буквы: "НБЗ!!!". Что они могут обозначать? А, ладно, следователи разберутся. Я пошел к коридорчику.
-Стой, глупец! - женский голос из-за железной двери пригвоздил меня к полу. Женщина! Убийца - женщина?
-Никуда ты отсюда не уйдешь! Открой немедленно!
-Почему? Я знаю выход. А вот ты точно до прихода следователя никуда не уйдешь!
-Значит, тогда мы погибнем вместе. Но уйти я тебе не позволю. Откроешь?
-Что я - дурак? Скажи лучше, за что Серегу убила, гадина?
- Он сам напросился на пулю. Нечего было лезть сюда, на Командный Пункт. Таскал бы себе свою тушенку. Я же ему не мешала. А он полез, куда не надо. Вот и получил. Открой по-хорошему.
-Как это?
-Или вместе выйдем отсюда или просто вместе взлетим на небеса. И уже скоро. Не веришь?
-Нет.
-Тогда прислони ухо к двери и послушай.
Я прислонил. В звенящей тишине подземелья явственно слышалось мерное тиканье часов.
-И что это значит?
-Это значит, что часы взрывного механизма запущены. И ни я, ни ты остановить их уже не сможем. Они спрятаны внутри ящика со взрывчаткой. Достать их оттуда и остановить никто не сможет. Это неизвлекаемый боевой заряд. НБЗ. Слышал про такой?
Я затряс головой. Так вот о чем предупреждал Серега на схеме! Только не это! Конечно, я читал об этом дьявольском изобретении.
Взрыв НБЗ неизбежен, если запустить часы. Он поэтому и назван "неизвлекаемым".
По лицу потекли ручейки холодного пота. Надо немедленно уходить. Еще есть время предупредить всех!
-Ты куда, стой! Ах, так ты мне не веришь!
Я услышал дальний взрыв.
-Что ты сделала?
-Просто взорвала управляемый по радио заряд. На втором выходе. На первом ты сам подорвал. Я думала, ты подох там. Но ты выбрал себе другую смерть. Вместе с половиной города. Сегодня. Ровно в двенадцать часов.
Вот теперь все прояснилось. Я выбежал в туннель. Так и есть! Выход был завален. Все. Мышеловка захлопнулась. Сколько осталось до взрыва?
Еще семь часов.
Нужно копать!
Я посмотрел на схему. В сторону училища растяжек не было. Да и взрыв мне показался слабее, чем первый. Буду пробиваться туда. Страшно захотелось пить.
Обошел несколько помещений. Возле жилых комнат увидел пожарный гидрант, бочку с песком и пожарный щит. С трудом ломом сдвинул заржавевший вентиль. Из трубы хлынула затхлая вода. С речным запахом. Явно трубопровод протянут от реки. Минут через пять вода пошла почище. Набрал в найденную на КП флягу. Снял со щита лопату и побрел к завалу. Руки у меня еще не отошли от таскания дверей. А теперь надо будет перекидать несколько тонн земли. Я с грустью смотрел на перемешанную с камнями глиняную гору. Если бы не Люська, сидел бы я сейчас с рюмочкой коньяка и посасывал дольку лимона. А куски тающего во рту торта запивал бы шампанским!
Мечты, мечты! Где ваша сладость? Ушли мечты - осталась гадость!
Притом очень много тонн гадости!
Захотелось еще хоть разок глотнуть морозного чистого воздуха. Полюбоваться на порхающие снежинки. Посидеть в мягком кресле перед телевизором. С бокалом горячего терпкого чая!
Грустно вздохнув, привязал к плечу фонарик и поднял первую тяжеленную лопату.
Через два часа груда земли позади меня поднялась почти до потолка. Фонарик сдох через час. И я понял, что так дальше копать бесполезно. Нужно было землю относить дальше в коридор.
До взрыва оставалось пять часа.
Когда я не смог поднять в очередной раз лопату даже без земли, то понял - не успеть! Завал слишком большой, чтобы одному его разобрать. Я на ощупь вернулся в комнату со взрывчаткой. Сел у стены на пол.
-Вернулся? Говорила же тебе - выпусти! Теперь помрем вдвоем. Нет, не вдвоем - наверху еще полгорода улетит на небо, - она захохотала. Что-то дьявольское звучало в этом хохоте.
В нем слышалось вампирское наслаждение кровью. И мне опять мучительно захотелось убить это дьявольское порождение зла в женском обличье.
Но как? Измученный, я сейчас не справлюсь даже с ребенком. Понимал это. Но желание убить росло и крепло.
Мучительно захотелось пить. Пошел к гидранту. Вентиль крутился теперь легче. В пылающее лицо плеснула струя прохладной воды. Закрыл вентиль и сел у стены.
В голове стали тикать часы. Все громче и громче.
До взрыва оставалось четыре часа.
Часы в голове продолжали тикать. Часы - это зло.
Подставил голову под струю воды. Решил умирать рядом с водой. Вода - это добро.
Часы - зло! Вода - добро!
Я повторил эту фразу, наверное, тысячу раз!
А ведь добро и зло несовместимы!
После этой простой истины сразу пришло облегчение. Я понял, как добром устранить зло!
В первой же жилой комнате стащил с лежака истлевший матрас и понес его к ненавистной двери. Достал из заветного свертка отвертку и стал клочьями тряпья шпаклевать железные двери.
- Эй, парень, ты что там скребешь? Отвечай немедленно!
-Скоро узнаешь!
Через час все было готово. Я размотал прорезиненные пожарные шланги от гидранта. Наконечник всунул в вентиляцию у потолка и на полную открыл вентиль.
Старые шланги сначала сильно протекали, но по мере набухания от воды, струйки из их стенок становились все тоньше и тоньше.
По капающей из шпаклевки воде следил, как ее уровень медленно поднимается внутри помещения. Угрозы и крики изнутри вскоре прекратились.
Я услышал плеск сбрасываемых ящиков.
Эта тварь решила добраться до часов и взорвать себя раньше времени!
А я теперь не могу больше ничего сделать, кроме как ждать.
И слушать. Шум воды и тиканье часов. И еще плеск сбрасываемых убийцей ящиков.
И вдруг грохот и сдавленный хрип.
Я понял, что случилось. Очередная стопа тяжеленных ящиков обрушилась на убийцу и придавила ее.
А вскоре и тиканье часов прекратилось.
Добро и зло несовместимы. Часы не могут ходить в воде!
Рождество я встретил добрым глотком воды.
И тут же заснул. Спокойным сном. Взрыва не будет.
Проснулся в полной темноте. От холода. По ногам бежал холодный ручеек. Я закрыл вентиль и пошел к завалу. Теперь, чтобы сохранить силы, работал по полчаса.
Заснул в девять вечера. В проходе между ящиками с тротилом.
Разбудили меня рано утром громкие голоса из коридора. Там было полно людей в погонах.
Солдаты таскали из соседнего помещения ящики с тротилом. Я глянул на свою шинель. А ведь это выход! План созрел мгновенно. Зачем кому-то что-то объяснять, когда есть возможность спокойно уйти?
С ящиком на плече я пристроился за очередным солдатиком. На выходе из метеостанции меня посчитали. Вернее, мой ящик. На солдат уставший сапер даже не глядел. В утреннем полумраке я увидел несколько грузовых крытых машин и оцепление рядом с ними. Носы машин высовывались за оцепление. Мне - туда. Сбросив ящик в кузов, я нырнул под машину. Стянул с себя шинель и выполз уже с другой стороны оцепления. В спортивном костюме. Медленно побрел в сторону ДОСов.
Никто меня не окликнул. Ну, и слава богу!
Потом Люська мне рассказала, что сразу же пошла за мной к метеостанции. Услышала взрыв и побежала сдаваться. Поверили ей только в военкомате. Подняли саперов и те обнаружили свежий завал. Тогда зашевелились и все остальные.
Во всей этой истории я отделался пока очень легко. Даже не простыл. Вчера похоронили Серегу.
Сижу перед окном и смотрю на легкий снежок за окном. Сижу и жду звонка в дверь. На коленях разложен сверток со шпионскими инструментами. Кусачек не хватает. А на них - мои отпечатки пальцев...
Как хорошо дышится! Интересно - сколько мне дадут?
Днем к соседнему дому подъезжала машина с мигалками. Всезнающие бабульки сказали, что делали обыск на квартире у Оболенской, матери прапора, немецкого шпиона. Пропала она куда-то. Бабушки предположили, что за границу умотала.
Значит, правильно я догадался, что выследил Серегу кто-то из наших ДОСов. Бывший инженер-технолог, она сразу сообразила, как ей отомстить за сына.
Она - тоже зло. Жизнь - добро. Смерть - зло.
А добро должно побеждать зло. Жаль, что не все в этом уверены...
nbsp; Я понял, что случилось. Очередная стопа тяжеленных ящиков обрушилась на убийцу и придавила ее.