Умер Шимон Перес- израильский Черчиль.
В Израиле Его недолюбливали многие. По разным причинам.
Но Он, как библейский царь Саул, возвышался прежде всего над своими коллегами-политиками широтой и глубиной мышления, энциклопедической образованностью и
способностями.
Он был сионистом, но первым из израильских политиков понял, что не военное превосходство, а мир с соседями обеспечит Израилю будущее.
Да, он ошибался. Да, был хитрым политиком, мастером политической интриги.
Но в то же время, лучшим, что есть в Израиле, эта страна обязана Шимону Пересу.
Он приехал в Палестину подростком, в четырнадцать лет.
Спустя шестнадцать лет Он уже был министром вооружений в первом правительстве Израиля.
Знаменитая израильская авиационная промышленность - его детище. Как и ядерный реактор Израиля.
У арабов как Израиля, так и в соседних странах, к Пересу был большой счёт.
Только на моей памяти - бомбардировки южного Ливана во время предвыборной кампании Переса в 1996 году.
Но это был, пожалуй, единственный израильский политик, с которым готовы были говорить и друзья, и недруги.
Он был личностью. Причём такого масштаба, что впору сказать: сегодня Израиль понёс невосполнимую потерю..
В Израиле Его недолюбливали многие. По разным причинам.
Но Он, как библейский царь Саул, возвышался прежде всего над своими коллегами-политиками широтой и глубиной мышления, энциклопедической образованностью и
способностями.
Он был сионистом, но первым из израильских политиков понял, что не военное превосходство, а мир с соседями обеспечит Израилю будущее.
Да, он ошибался. Да, был хитрым политиком, мастером политической интриги.
Но в то же время, лучшим, что есть в Израиле, эта страна обязана Шимону Пересу.
Он приехал в Палестину подростком, в четырнадцать лет.
Спустя шестнадцать лет Он уже был министром вооружений в первом правительстве Израиля.
Знаменитая израильская авиационная промышленность - его детище. Как и ядерный реактор Израиля.
У арабов как Израиля, так и в соседних странах, к Пересу был большой счёт.
Только на моей памяти - бомбардировки южного Ливана во время предвыборной кампании Переса в 1996 году.
Но это был, пожалуй, единственный израильский политик, с которым готовы были говорить и друзья, и недруги.
Он был личностью. Причём такого масштаба, что впору сказать: сегодня Израиль понёс невосполнимую потерю.