В условиях включения режима выжидательного наблюдения со стороны сильных мира сего, яблочный дух несколько осмелел и вознамерился в очередной раз проникнуть в думские чертоги. Зачем ему захотелось туда попасть, честно говоря, не очень понятно. Ныне в думских коридорах, залах, да кабинетах обитает совершенной иной дух. Совсем не яблочный. Первый вряд ли смог бы ужиться в своих владениях с гнилостным запахом утопично-бессильных демократических мечтаний. На данном этапе общественного развития они однозначно обречены влачить жалкое существование. Печально, если яблочному духу сие невдомек. Яблочные похождения начались во времена, позволившие обнаружить, что страна больше не строит социалистическое будущее. Его человеческое лицо так и не появилось. Вместо него нарисовалась довольно страшненькая физиономия молодого российского капитализма. Она притягивала и шокировала одновременно. Это было время возникновения реальных партий, партийной борьбы. Из главных агрономов, вырастивших удивительный, сумевший дожить до наших дней политический фрукт, остался один. Нет уже с нами красавчика Болдырева, умницы Лукина. Некогда подававшая большие надежды сила стала духом, едва улавливаемым современниками. И тут случилось нечто. Антивоенно настроенному духу позволили претендовать на места, с которых должны идти совсем иные сигналы. Благодаря всей этой движухе, состоялась неожиданно теплая яблочная встреча с настроениями в обществе, которые ныне принято категорическим образом не замечать, не признавать, не озвучивать. Активизация духа для кого надо выявила весьма неприятную данность. Настроения, невзирая ни на что, живы. Более того. Черт возьми. Ими заражены не каких-то несколько жалких тысяч несчастных в своей духовно-нравственной, идеологической и политической слепоте социальных отщепенцев. Вероятно, настроений, которых как бы нет гораздо больше. Отвязно-жесткая медведевская критика жизненной позиции части молодежи показала, что наверху увидели что-то, что родило желание как можно быстрее закончить начинающий играть опасными красками эксперимент еще на начальном этапе его развития. В казавшемся совершенно безобидном яблочном духе опытные стоматологи, имеющие в своем распоряжении грамотно обработанные и применяемые судебные инструменты, разглядели остатки зубов. Обомлели. И решили их удалить. Возвращаясь на мгновение в достаточно зубастое прошлое, стоит отдать должное оставшемуся в живых идеологическому стержню яблочных путешествий, сотворившему на заре перемен программу перехода от плановой экономики на рыночные рельсы, получившей название "500 дней". Она предусматривала намного более мягкий переход к капиталистической экономике, нежели антинародные гайдаровские меры экономической шоковой терапии, которые не позволили населению на справедливой основе получить часть общественной собственности. Программу тогда задвинули. Думается, не случайно. Освободившаяся от партийного билета, а, следовательно, и идеологического контроля номенклатура категорически не захотела делиться с пиплами ресурсами, которые принесли ей вожделенно-офигенное качество жизни. Вспыхнувшие было в постгорбачевское время демократические настроения стали постепенно угасать. Яблоня теряла все больше яблок. Их стало совсем мало. Вероятнее всего, именно ее такую и захотелось показать обществу. В назидание. В предостережение. В упоении победой. Оказалось, что яблоня то еще жива. И в состоянии получить существенное питательное загранично-оппозиционное и отечественное одобрение для укрепления своей корневой системы и роста. Яблочным духом вдруг запахло сильнее. Но все это уже в прошлом. Быть может, так будет и лучше. Нужны ли нашей сегодняшней боевой реальности и суверенному будущему яблочные потуги поиграть в демократию? Вряд ли.