- Мисс Уиверли, позвольте пригласить вас на танец.
- Простите, мистер Кэмтор, я подвернула ногу и не могу танцевать.
- Какое несчастье! Может, принести вам лимонад?
- Благодарю, я не хочу пить.
Молодой человек ретировался, и Эмма Уиверли облегченно перевела дух. Это уже третий кавалер, которому она отказала. Сколько еще будет тянуться этот вечер?
- Мисс Уиверли, не пройдетесь ли со мной?
- Конечно, леди Сеймич, - принужденно улыбнулась Эмма.
Отказать хозяйке дома было верхом грубости.
- Почему вы всем говорите, что подвернули ногу? Почему не общаетесь с кавалерами? Разве вы приехали в Сеймич-Мэнор не для того, чтобы найти себе мужа?
- Да, тетушка привезла меня именно для этого.
- А вы? Разве вы не желаете выйти замуж? Или ваше сердце уже кому-то отдано?
- Нет, мое сердце свободно, - пробормотала Эмма, с опаской озираясь вокруг.
- Тогда я ничего не понимаю!
- Ах, я не могу вам сказать.
- Дорогая Эмма, вы разрешите мне вас так называть? Все-таки мы дружны с вашей тетушкой.
- Конечно, леди Сеймич.
- Друзья зовут меня Кэтрин.
- Благодарю за честь, - смутилась Эмма. Хозяйка дома была, как минимум, вдвое старше.
- Тогда объясните мне, Эмма, что же происходит.
- Может, не стоит говорить о таких вещах на балу?
- Хорошо, моя дорогая. Давайте скроемся от толпы.
Леди Сеймич устремилась в оранжерею, расположенную в противоположном крыле особняка.
- Итак, Эмма, расскажите же мне все-все! - потребовала хозяйка дома.
- Понимаете, я испачкала перчатку чернилами, - Эмма разжала кулак, выставляя на всеобщее обозрение свою неприятность. - Горничной не удалось отчистить пятно, а другой пары у меня нет. Поэтому я и не танцую. И не пью лимонад. И стараюсь сидеть тихонько, как мышка. А завтра мне привезут новую пару.
- Милая моя, но почему ты ничего не сказала Генриетте? Она бы обязательно что-нибудь придумала.
- Я не могу сказать тетушке об этом.
- Не думаю, что Генриетта будет ругать вас за подобную оплошность. Это же просто перчатка!
- Да, но я испачкала ее чернилами.
- И что в этом такого?
- Я обещала тетушке, что на вашем приеме не буду писать, и все свое внимание уделю поиску мужа. Он мне очень нужен.
- Прости?!
- Нет, дело не в этом! - ахнула Эмма, решив, что ее собеседница подумала о чем-то неприличном. - Теперь, когда папа умер, на моем... вернее, тетушкином попечении оказались я и две мои малолетние сестры. Мне нужно поскорее выйти замуж. И желательно за состоятельного человека. Чтобы дать возможность сестрам выйти замуж по любви.
- А вы сами не хотите полюбить?
- Я...
- Ах, дорогая Эмма, любовь это прекрасное чувство. Оно окрыляет. Толкает на безумства. И дарует радость.
- Боюсь, мне не суждено познать радость любви, - вздохнула Эмма.
- Понятно, - поджала губы леди Сеймич. - Но вернемся к Генриетте. Почему вас так страшит ее гнев из-за обычного чернильного пятна?
- Понимаете...
- Ну же, милая, вы можете открыть мне правду.
- Вы никому не расскажете?
- Ваша тайна уйдет вместе со мной в могилу.
Было страшно признаваться в своем секрете, но все же Эмма выпалила на одном дыхании:
- Я пишу под псевдонимом леди Брев.
- Так это вы сочиняете эти дивные истории про исследовательницу гробниц, Мелиссандру Ла Рош?
- Про археолога, - поправила Эмма. Она всегда ратовала за точность формулировок, а уж что касается собственной любимой героини, то и подавно.
- Не важно! Так Генриетте не нравится ваше увлечение?
Эмма задумалась: тетушке оно определенно не нравилось, ведь если правда откроется, репутацию уже ничто не восстановит. Но и запретить тетя не могла, поскольку за истории платили весьма неплохо, и эти деньги позволяли продержаться их семейству на плаву.
- Тетя взяла с меня обещание, что я не буду писать на балу, но мне вдруг пришла идея, как Мелиссандре спастись от мумии, которая следует за ней по пятам...
- И как же?
- Мелиссандра расшифрует иероглифы у подножия статуи, и среди прочего будет информация о еще одном выходе.
- Ах, как интересно!
- И чтобы не забыть, я все же решила записать этот эпизод. Когда в дверь постучали, я начала убирать записи и в спешке пролила чернила. Немного попало на перчатки, лежащие на столе. Хорошо еще, что на платье не пострадало.
- Милая Эмма, не переживайте, я найду вам другую пару. И ничто уже не помешает вам насладиться этим замечательным вечером.
Когда леди Сеймич увела свою спутницу на поиски перчаток, из-за кустов вышел лорд Томас Кэрстон. Отряхнув одежду, он подумал, что идея крестной устроить загородную вечеринку для незамужних леди и холостяков Лондона не так ужасна, как он думал прежде. В свете только что услышанного определенно следует получше присмотреться к Эмме Уиверли. Оказывается, под личиной серой мышки скрывается самая настоящая авантюристка.
"В качестве свадебного путешествия мы обязательно отправимся по местам боевой славы Мелиссандры Ла Рош", - решил Томас.
Был один вопрос, который интересовал его, не в такой степени, как знакомство с мисс Уиверли, и все же. Знала ли крестная, что он тоже скрывается в оранжерее или это просто стечение обстоятельств?