Максим сидел за барной стойкой и катал по ней наклоненный стакан, на дне которого плескались остатки текилы. Он тупо смотрел на это бесполезное действие, не обращая внимания на оглушающую музыку. В его голове было хмельно и пусто.
- Вот ты где, - к нему подсел Вадик и продолжил заплетающимся языком, - мы тебя обыскались... Пойдем, а то Борисыч искать будет.
Максим не обратил на него внимания, все так же катая стакан.
-Макс!, - он пощелкал пальцами перед глазами Максима, - ты завис что ли? Пошли, там без нас скучают... Чё то ты мне не нравишься последнее время, скучный какой-то стал, думаешь о чем то всё время. Влюбился что ли?
- А тебе ты только веселиться,- процедил Макс, допивая текилу.
- О! Наконец то ты вернулся.
- Откуда?
- Из дум своих. Как там? Что нового?
- Где?
- В думах твоих,- заржал Вадим.
- Тебе это не надо, всё равно не поймешь.
- Да уж, в твою башку лучше не лезть, там такая бредятина, особенно когда в ней текила,- он постучал пальцем по голове Макса, - что лучше туды не соваться. Что, опять маячит смысл жизни, филосов недоделаный?
- А у тебя не маячит?
- А на хрена оно мне? Когда я захочу засрать себе мозг, обращусь к тебе.
Я живу сегодняшним днём... Не, ну чё тебя не устраивает? Ты топ-менеджер охренеть какой известной конторы. Наше синее пламя на эмблеме знает каждый школьник. Ты в день зарабатываешь столько, сколько какая нибудь вшивая продавщица пятерочки за год! У тебя квартира в центре, огромный дом с бассейном и с участком в 5 гектаров на новой Риге, машин сколько, я уже со счета сбился...
Достаток, здоровье, наслаждение... Ты у судьбы в любимчиках ходишь...
Ну чё тебе дураку не хватает?,- Вадим с жалостью посмотрел на Максима,- Самолёт? Бабу с тремя грудями?
- А дальше что?, - сказал Максим так же тупо смотря на пустой стакан.
- А дальше сплошное удовольствие,- улыбнулся Вадим, - живи и радуйся!
- Пить до потери пульса, жрать в три горла и любовью заниматься с пятью бабами сразу?
- Ну не только. Если есть бабло - всё остальное не проблема. Хоть в космос лети...
- А когда год назад у тебя отец умирал от рака, ты так же думал? Твоё бабло спасло его? Или как?
Вадим поник. Макс смотрел на него, ожидая ответа...Так же смотря вниз Вадим всхлипнул... И вдруг Максу стало жалко своего друга.
- Извини Вадь,- Макс обнял Вадима за шею,- не хотел тебя обидеть. Давай тяпнем за упокой его души.
Он сделал знак бармену и тот наполнил их стаканы. Не чокаясь выпили.
- Ладно, я до хаты,- Макс встал и одел пиджак,- Если Борисыч спросит про меня, соври что нибудь.
Он улыбнулся и потрепал Вадима по волосам:
-Не пей больше.
Вадим кивнул и в прощальном жесте поднял руку.
Максим вышел из ресторана в центре Москвы и сел в свой Гелендваген на огромных колесах, который возвышался над всеми шикарными авто, припарковаными у ресторана, как слон над антилопами.
Максим нажал на кнопку пуска двигателя. На экране монитора вспыхнула трёх лучевая звезда с надписью AMG и темно-серый немецкий монстр вздохнул всеми своими двенадцатью цилиндрами утробным низким гулом прямоточного глушителя. Глаза монстра вспыхнули холодным светом ксенона. Он медленно тронулся, выруливая на бульвар и заставляя завистливо оборачиваться мужскую братию.
Теплый майский вечер субботы опустился на Москву и беспечная публика уже заполнила почти все развлекательные заведения столицы, мимо которых не спеша ехал Максим.
Он ехал и думал над словами Вадима.
И правда, что он Максим всё ищет...
Что ему неймётся? Вадим вон живет, не тужит. Не заморачивается он над смыслом бытия. Может так и надо жить? Так легче...Но в том то и дело, что что то не позволяет Максиму так существовать. Именно существовать, потому что назвать это жизнью это "что то" и не даёт. Оно постоянно твердит ему, что жизнь - это что то другое.... Светлое, осмысленное, радостное. Максим не знал, какое другое, просто чувствовал, что явно не такое, о котором говорил Вадим. Это "что то" уже порядком надоело Максиму, постоянно точит его мозг как червячок яблоко, заставляя иногда даже не спать ночью. И чем старше он становился, тем настойчивее точил червячок. Странно, но до того как Максим стал успешным, червячок никак себя не проявлял. Но раньше и Максим был другим. Раньше радости в его жизни было больше, чем сейчас, когда у него всё есть. Это был парадокс. Конечно, когда пришел первый успех, была эйфория, что всё можно купить!
И он покупал. Машины, квартиры, дома, отдых в любой стране, в какой захочешь, женщины, какие захочешь, еда, какую захочешь, всё что душа захочет... И он как Вадим думал тогда, вот оно счастье! Вот, ради чего надо жить! Пей, ешь, веселись душа, много добра у тебя на долгие годы... Но прошло какое то время и Максим понял, что счастье - это что то другое. Уже не радует то, от чего был щенячий восторг... Машины, дома, женщины, еда... Всё стало пресным... На работе и в быту он мастерски находил такие решения всех проблем, до которых никто не мог додуматься. За это его и ценили. За это он и получил негласную кличку мистер "No problem". Но в данном случае, мистер "No problem" молчал. Максим злился на самого себя, потому что впервые он не знал, что нужно делать, чтоб убрать эту тоску, которая всё чаще стала посещать его. Ни алкоголь, ни женщины, ни развлечения не глушили, а только усугубляли её проклятую.
И без того неважное настроение Максима сменилось откровенным унынием. И тут в его голову прокралась необычная мысль. А может покончить со всем этим. Может разогнаться хорошенько и направить машину прямиком в бетонную опору моста, что виднеется впереди... И проблема решена... Не будет точить его мозг, не будет бессонных ночей, будет покой и небытие...
Максим видел, что вдалеке встречная полоса замерла на светофоре и убедился, что никто кроме него не пострадает. Правая нога усилила нажим на педаль газа, мотор начал повышать тембр звука, а стрелка спидометра на электронном табло быстро поползла за отметку 100. Все восемьсот лошадиных сил легко разгоняли почти трехтонного монстра, все увеличивая и без того уже запредельную скорость... Мост быстро приближался. Еще мгновение и останется только качнуть руль вправо, закрыть глаза и не будет ни его, ни проблем... Вдруг из ниоткуда впереди появилась фигура молодой женщины в черном и выставила ладонь вперёд прямо перед машиной. Максим инстинктивно вильнул влево и дал по тормозам. Машину начало заносить. Как в замедленной съёмке Максим видит, что в заносе машина правым бортом касается женщины, но не сбивает её. Она проходит сквозь дверь и обшивку, продолжая смотреть на Максима умоляющими глазами...
Тем временем хваленая немецкая АБС стрекотала, пытаясь компенсировать занос, а система стабилизации крутила руль, чтобы выровнить корпус и не допустить опрокидывания летящего внедорожника. Но скорость была слишком высока. В заносе машина ударилась об бордюр колесами правой стороны и её подбросило. Сбив мачту освещения и сделав три-четыре сальто, она пролетела над ограждением набережной Москвы реки, даже не задев его, и рухнула в темную воду, подняв вверх кучу брызг...
***
Максим вдруг очутился на небольшом песчаном обрыве, спускающимся к слегка волнующемуся морю... Свежий теплый ветер трепал его волосы. Было светло, но солнца Максим не видел и не понимал откуда свет, тем более, что на небе ни облачка. Как здесь оказался? Он спустился к морю. Теплый песок ласкал его ступни, он нагнулся и взял в ладонь его пригоршню. Он такого песка еще не видел. Казалось, будто его свезли сюда со всех ювелирных мастерских всего мира. Чистое золото! Максим шел и смотрел на этот диковинный песок на ладони. Потом устремил взор вдаль на лазурные волны, неспешно омывающие этот золотой берег.
Что он тут делает? И куда идти?
Вдруг он почувствовал чьё то присутствие и обернулся. Около него стояла та самая молодая женщина на дороге. Она смотрела на Максима тем же печальным взглядом и молчала.
Максим хотел что то сказать, но она опередила его и сказала:
- Зачем?
Её голос раздавался эхом, как будто они находились в большом ангаре или тоннеле. И он знал, зачем она это спрашивает.
- Я не мог вынести эту тоску.
- Тоску...Если бы тебе удалось сделать, то что ты задумал, эта тоска увеличилась бы в миллионы раз и была бы вечная. Она была для тебя путеводителем. Ты должен был найти причину, но ты выбрал путь бегства от неё. Ты можешь остаться здесь, но она не уйдет от тебя. Ты можешь вернуться и попробовать разобраться в этом. Но запомни, не повторяй больше то, что удалось предотвратить.
Ее голос не был осуждающим, а скорее жалеющим его. Как мать утешает плачущего ребенка, разбившего себе коленку...Максим так и ощущал себя рядом с этой женщиной и чувствовал любовь и сострадание исходившие от неё... Его сердце сжалось. Захотелось провалиться сквозь землю от осознания своей вины перед этим взглядом, полным любви.
- Я попробую,- тихо сказал он.
Женщина улыбнулась и сказала:
- Не бойся, я буду рядом.
У Максима закружилась голова и он закрыл глаза.
Когда он их открыл, то оказался лежащим на больничной кровати.
Громко запищал какой прибор и через минуту вбежала медсестра.
- Как вы себя чувствуете, Максим Михайлович?
- Как будто меня танком переехали,- съострил Максим,- долго я тут валяюсь?
- Три дня уже.
- Сколько?!
- Точнее три с половиной.
- Весело...
- А еще веселее то, что у вас ни царапинки.
- А почему же тогда я... того... провалялся три дня?
-Здравствуйте Максим Михайлович, я профессор Преображенский.
- Из "Собачьего сердца"?,- зачем то ляпнул Максим.
- Почти,- улыбнулся профессор,- я рад, что не все еще забыли творение Мизаила Афанасьевича. Вы как себя чувствуете?
- Почти идеально. Голова только побаливает.
- Ну это пройдет, лежали долго.
- Доктор, а что со мной было?
-Видите ли Максим, нам не ловко это признать, но... мы не знаем.
- То есть как?!
- Вы попали в серьезную аварию, по идее мы должны были по частям вас собирать. Конечно удар смягчили подушки безопасности, в изобилии открывшиеся в салоне... Но вы не были пристегнуты ремнем безопасности и когда машину крутило, вы летали по салону как мячик для пинг-понга в трехлитровой банке. У вас должно быть как минимум перелом всех конечностей... Но на вас ни царапины, даже сотрясения мозга нет! И потом...,- профессор встал и начал ходить по палате,- после удара вы оказались в воде, она в мае конечно не ледяная, но вы должны были захлебнуться. Машина тяжелая и быстро пошла на дно, тем более, что лобовое стекло от удара об воду влетело в салон, что тоже не добавило бы вам здоровья. Пока вас достали, вы провели под водой около 15 минут. Создаётся такое впечатление, что в момент удара об бордюр вас удалили из салона, а потом, когда машина приводнилась, доставили назад в салон. Но опять же, у вас в легких не было воды. Чем вы дышали 15 минут не понятно, ведь сердце у вас не останавливалось. Загадок как вы видите предостаточно. И ответа ни у кого нет. За свою карьеру в медицине я с таким первый раз сталкиваюсь. Мистика прямо.
- Ясно. Когда меня выпишут?
- Физически вы здоровы. Но я бы честно говоря пару дней понаблюдал бы. Вдруг какая запоздалая реакция на стресс будет...
-Ладно, пару дней еще поваляюсь.
Профессор ушел.
-Да, забавный случай,- сказал кто то с кровати у окна.
Максим посмотрел туда и увидел пожилого мужчину. Как он его не заметил... Он лежал укрытый простыней до подбородка и задумчиво смотрел на потолок.
- Вы тоже такого еще не встречали?,- спросил Максим.
- В моей практике чего только не было, было и похлеще...
- Вы тоже доктор?
- В каком то роде. Только медики лечат тело, а мы душу.
- Вы психиатр?
- Упаси Боже!
- Тогда я теряюсь в догадках.
- Священник я,- вздохнул мужчина.
- О как!,- искренне изумился Максим.
- Да,- улыбнулся сосед по палате и слегка поклонился,- отец Михаил, к вашим услугам.
- Спасибо отец Михаил, но надеюсь в ближайшее время ваши услуги мне не понадобятся,- усмехнулся Максим.
- Я понимаю, о чем вы Максим. Но священник ведь не только отпевает. У него много обязанностей. Крестить, отпевать, венчать, освящать дома и машины далеко не весь перечень его занятий. Главное делание священника - литургия и таинства.
- А что вы скажете по поводу моего случая?
- Ну если вы мне расскажете всё по порядку, попробуем с вами разобраться. Ведь я знаю лишь то, что с вами случилась авария. Больше ничего.
Весь рассказ Максима об аварии, о женщине на дороге, про их диалог у моря с золотым песком отец Михаил молчал и размышлял. Наконец Максим закончил.
- Вы видели эту женщину до этого?,- спросил наконец отец Михаил.
- Нет, точно. Я бы запомнил.
- Можете мне передать ваши чувства во время общения с ней? Может волнение, тревога или страх...
- Да нет, что вы... наоборот, чувствовал тепло, любовь и .... стыд за своё малодушие.
- Почему вы приняли решение вернуться оттуда, а не остаться.
- Я всегда стараюсь просчитывать действия на ход или два вперёд, такова уж моя работа. Тоска мне и тут то порядком надоела, а уж там, где времени нет, жить с ней, мне совсем не улыбалось ...
- Откуда вы знаете, что там нет времени?
Максим растерялся:
-Не знаю. Я просто знал это. Это был не наш мир, это я знаю точно. Там вообще всё по другому. Природа, солнце, которого нет, песок золотой, эхо при разговоре... Мне там понравилось, но я знал, что мне нужно вернуться. Я не могу это точно передать словами. Это всё равно, что передать словами чувство любви... Ты это чувствуешь, но описать не можешь... Отец Михаил, у вас есть хоть какая то версия?
- Трудно сказать. На прелесть не похоже. Скорее всего ваш разговор был со светлым существом. В противном случае, зачем этой женщине вас удерживать от самоубийства, ведь сатана именно этого и желает. И потом, я не просто спросил вас о чувствах при разговоре...
При общении с темными сущностями, человек может испытывать возбуждение, страх, волнение, эйфорию.... Острые чувства...
- Нет нет, ничего подобного....
- Вот именно. Значит всё таки эта сущность светлая. Хотя и в этом случае надо быть на чеку. Сатана очень хитёр, и порой такие комбинации проворачивает, комар носа не подточит... Руководствоваться только чувствами тоже опасно, надо и разум подключать. По мнению Амвросия Оптинского, дар рассуждения, самый величайший дар человеку.
- Может это всё галлюцинация?
- Тогда всё просто. Забудьте и всё. Живите как жили.
- Боюсь, как жил, уже не смогу,- Максим задумчиво посмотрел в окно.
- Почему?
- Со мной что то произошло.
- Там, у моря?
- Нет, гораздо раньше... Я четко помню этот момент. Я зашёл в автосалон, забирать свою машину, о которой мечтал всю свою жизнь. Она стояла в шоу руме, сверкая темно-серым перламутром. Весь её облик олицетворял престиж, мечту любого мужика...Стоила она тогда целое состояние. Мне протянули ключи, я нажал на кнопку, прозвучал тихий приятный сигнал и хищные фары зажглись, приглашая присесть в свою мечту. Я открыл дверь, сел, завел двигатель и...ничего не почувствовал.
Машина как машина. Чуть ли не до слез я повторял себе: Вот! Вот твоя мечта! Она твоя! Радуйся! Это же мечта, которая сбылась! Где, где радость?!..... Когда момент обладания мечтой, не вызывает никаких чувств, именно тогда и поселяется эта тоска...Именно тогда ты понимаешь, что все потраченые силы и время были впустую, всё это время ты шёл не туда. Ты ошибся дорОгой. С того момента я больше не испытывал радости. Ее место заняла тоска.
Максим замолчал.
- Что вы думаете делать, Максим?,- произнес тихо отец Михаил.
- Не знаю,- так же тихо ответил Максим,- надо искать другую дорогу, где то я свернул не туда...
- Душа наша по природе ненасыщаемая. Все блага не только нашего мира, но и всей вселенной, не могут насытить душу человека. Нужен неиссякаемый, вечный источник благ... Только он может помочь ей.
- Разве такой существует?
- Существует.
- И где он?
- Везде, - и отец Михаил расплылся в улыбке,- только Его надо найти. Вы крещеный?
- Не знаю.
- Как то это можно узнать?
- Может маму спросить...
- Самые близкие люди наверняка знают.
- У нас не церковная семья.
- Бывает.
- А это обязательное условие?
- Но в Бога то вы верите?
- Приходится верить, раз такое произошло со мной.
- Это может быть игра воображения. Нужна именно вера. Представьте, что вы в пустыне. Воды нет. И тут вам говорят, что на очень высокой горе есть бьющий источник с чистой водой. Вам очень хочется пить, но гора далеко, очень крутая и высокая.
Вы полезете?
- Полезу. Говорят же, есть источник.
- А может врут? Как проверить?
- Если информатор внушает доверия, авторитетный. А так, только лезть и самому убедиться.
- Правильно. Вы верите в этот момент, что этот источник существует?
- Выходит да, верю. Иначе не полез бы.
- Лезть или нет, каждый решает сам.
Но тот, кто решит лезть, получает веру и надежду на этот источник. Так и мы, православные верующие, лезем вверх, потому что верим и надеемся. Тем более, что церковь наша информатор провереный и опытный. Только Бог, как вечный источник благ насыщает Собой человека, питает его божественной энергией не только в вечности, но и здесь на Земле. Об этом не понаслышке знает монашество. Оно опытным путем доказало это. Но доказательство это приобретается человеком самостоятельно. Как уже сказано, опытным путем. Ты не узнаешь вкус апельсина, если не попробуешь его. Для этого люди и идут в монастырь.
- То есть, что бы найти Бога, надо идти в монастырь?
- В идеале да. Но можно это сделать и в миру.
- Как?
- Жить по христиански. Стараться исполнять заповеди, регулярно исповедоваться, причащаться, ведь причастие - это соединение с самим Богом, т.е. мы становимся богоподобными. Бог поселяется в нас и начинает процесс нашей очистки от греха. А грех, это смерть.
- Но ведь человек всё равно умирает, даже если он святой...
- Умирает не человек, а его тело. Только часть его. Сам же человек, его дела, сознание, мысли, желания переходят вместе с ним в вечность.
Хотите вновь почувствовать радость? Настоящую...
- Конечно хочу.
- Тогда,- он достал ручку и начал что то писать на клочке бумажки,- вот вам адрес.
- Там живёт радость?
- Для вас да,- и он протянул бумажку Максиму, - как отсюда выйдете, езжайте прямиком туда.
- Хорошо, отец Михаил, спасибо. А...вы то как здесь в травмотологии оказались?
Отец Михаил приоткрыл одеяло, показывая ногу в гипсе:
-Паникадило, то есть люстру, в храме чистил к празднику. Голова закружилась, упал со стемянки. Очнулся. Гипс.
И он весело засмеялся.
Тут дверь в палату открылась и вошел Вадим.
- Макс привет!, - Вадим принес два внушительных пакета.
- Ну не я же по Москве летаю через ограды. Смотрел свои пируэты?
- Нет.
- Смотри,- Вадим сел на кровать Максима и достал смартфон.
Он покапался в телефоне и показал видео Максиму:
- Это видео с городской камеры наблюдения.
На экране темно-серый Гелендваген несется по дороге. Затем перед мостом резко сворачивает влево, его заносит, машина ударяется об бордюр и кувырком летит в реку. Через некоторое время на дороге остановились несколько машин и люди побежали к ограждению.
Максим сосредоточенно смотрел в экран.
- Её нет на видео,- сказал он.
- Кого нет?,- не понял Вадим
- Женщины.
- Что за женщина? Ты с ней был в машине?
- Нет. Она встала перед машиной, в тот момент как я... Ладно, Вадь, забудь.
- Ну чё произошло то, что ты так летел? На пожар что ли?
- Вадь, я ехал.
- Нет, Макс, ты низко летел. Гаишники говорят около двухсот шёл... Ты сбрендил? Куда торопился то?
- Никуда не торопился, дурак был, да ещё под текилой...
- Оно и видно, что дурак. Хорошо не убился и не покалечил никого. Гелик видел?,- и Вадим показал фото,- в хлам!
- Да и хрен с ним.
- Такую няшку загубил, на запчасти теперь только, восстановлению не подлежит.
- Ну и забирай.
- Ты бы лучше мне его до аварии отдал, сказал бы, так и так Вадь, хочу убиться, а машину тебе отдать, дай мне ствол, застрелюсь, а сам возьми это чудо техники. Я бы тебе "помог",- и и Вадим засмеялся, - да, жалко Гелик...
***
Через два дня Максим вышел на работу. Коллеги наперебой спрашивали его об аварии. Максим говорил, что колесо лопнуло, вот и занесло. Отшучивался, пытаясь не раздувать это. Постепенно все забыли этот случай на радость Максиму.
В кафе он встретил Вадима.
- Как чувствуешь себя, летчик?,- спросил Вадим.
- Да нормально всё, Вадь. Не заморачивайся. Я тут собираюсь в одно место съездить, давай со мной?
- Это куда? В Нарнию?
- Нет, тут не далеко. 600 км всего. В новгородской области.
- Хрена се, недалеко! И чё там?
- Там живёт радость.
- Слушай, у меня психиатр один знакомый есть, чудеса творит. Давай свожу тебя?
- Вадь, я серьёзно.
- Так и я серьёзно. У тебя кукушка до аварии то не совсем здоровая была, а после неё вообще уехала и адреса не оставила...
- Не хочешь, я один поеду. Дело добровольное.
- Нет уж, больной, за вами уход и глаз нужен. Твоя кукушка в присмотре нуждается. А то еще что нибудь взбрендит тебе в черепушку, захочешь еще полетать в речку. А так, может меня пожалеешь. Когда едем?
- В субботу и тронемся пораньше, часов в пять. Путь не близкий.
- Ну ты совсем с дуба рухнул?! В 5 утра в субботу встать?!
- Нет Вадя, в 5 утра уже выехать надо.
- У меня слова кончились! Щас мат начнется!
- Тут общественное место. Нельзя.
- Хрен с тобой, изверг!
- Не проспишь?
- Проспишь с тобой! Ты ж трезвонить будешь. Подыму свою филейную часть как нибудь домкратом. Надеюсь это того стоит...
- Дай ка подумать... Может на Бегемоте?... Нет, слишком большой. Тогда... на Ласточке.... нет, тоже не то, жесткая подвеска слишком, а там не дороги, а направления...
- Как на счёт Кабрика. Сейчас тепло, открытый верх самое оно. И подвеска мягкая как пух...
- Точно! Только чур я за рулём.
- Да ты сонный еще будешь.
- Вот как раз и проснусь!
- Только не пей ничего спиртного вечером, а то точно не проснешься.
- Ради Кабрика всё что угодно!
***
В раннее субботнее утро у сталинского дома на проспекте Мира стоял синий Ford Torino GT Convertible с откидным верхом с Максимом за рулём. Он прокладывал их с Вадимом маршрут. Прибытие в конечную точку Яндекс обещал к обеду. Максим посмотрел на часы. Было 5:03. О уже хотел звонить Вадиму и узнать поднял ли тот свою филейную часть, как дверь подъезда открылась.
Вадим вышел медленно, с закрытыми глазами.
- Глаза открой, а то споткнешься, нос себе разобьешь...,- улыбаясь крикнул Максим.
- Изверг,- тихо простонал Вадим подходя, - в пять утра, в субботу, изверг...
- Открой хоть один глазик, смотри, что тебе дядя привез,- сказал елейно Максим как трехлетнему ребенку.
Вадим открыл один глаз и улыбнулся.
- Кабрик..... мой сладенький...
- Ты проснулся, или я поведу?
- Хрен тебе, ты наказан за мой ранний подъём. Сядешь на пассажирском.
Максим пересел. Вадим сел за руль, погладил его и нажал на газ. Семилитровый Cobra Jet откликнулся густым басом и по корпусу машины прошла благородная дрожь.
- Мощь! Вот за это я его и люблю.
- Не увлекайся. Он прожорлив, прям как ты, газанул - ведро бензина. А там куда мы едем, заправка далеко не на каждом углу. На всякий случай я взял пару канистр в багажник. Вперёд, гардемарин!
- Яволь, майн хер! Наш девиз: В самую рань, в дикую срань!
Форд неспешно вырулил на проспект и покатил в сторону области.
***
Всю дорогу парни весело разговаривали, шутили и дурачились. Широкие колеса форда отмеряли километры, мотор утробно шептал, а ветер трепал волосы пассажирам американской классики...
Как и обещал Яндекс, в обед они прибыли на место.
"Тёсово- Нетыльский детский дом" сообщала обшарпаная надпись.
- Это здесь радость живёт?,- спросил Вадим,- Слушай, Сусанин-герой, ты ничего не напутал? Что то мне подсказывает, что радостью тут не пахнет от слова совсем.
Они вышли из машины и направились ко входу. Вошли внутрь. Здание явно нуждалось в ремонте. Краска слоями слезала со стен, линолеум кое где стерся до основания, а в некоторых местах его не было совсем. Потолок украшали проплешины оставшейся побелки. Они прошли дальше и увидели длинный коридор со множеством дверей. В коридоре было многолюдно. Дети разных возрастов ходили по нему, заглядывали в двери, кто то из маленьких сидел на полу и катал машинку с отломаным колесом. Кто то смотрел в окно. Но всех объединяло одно - пустой взгляд и тоска в глазах. Малыши заметили пришельцев и стали подходить. Скоро около них собрались почти все воспитанники. Детские глазки смотрели с интересом и надеждой.
- Так, ребята, что стоим?,- подошла молодая женщина,- простите, вам кого?
- Я точно не знаю,- начал Максим,- меня направил к вам один священник...
- Ааа...отец Михаил наверное?
- Да-да, он,- закивал Максим.
- А по какому поводу?
Дети продолжали с интересом смотреть на мужчин.
- Он сказал.... что здесь живёт.... радость.
- Пойдемте ко мне в кабинет, а то тут много любопытных ушей,- сказала женщина.
Они прошли дальше и в конце коридора зашли в кабинет. Максим обернулся, дети так же стояли и смотрели на них.
- Простите, я забыла представиться,- она робко улыбнулась,- Ирина Олеговна, воспитатель.
- Очень приятно, я Максим, а это мой друг Вадим.
- Радость иногда посещает нас, когда приемные родители забирают кого нибудь отсюда, но в основном, это дом боли. Детской боли. Мне говорили, что работая здесь нужно быть холодной и равнодушной к этой боли, иначе сгоришь быстрее спички. Я работаю уже пять лет здесь и так и не научилась быть ни холодной, ни равнодушной. Но пока Бог милует, не сгорела ещё,- и она слегка улыбнулась.
- Простите Ирина, может отец Михаил и направил меня к вам, что бы помочь чем нибудь? Я вижу, что всё тут в плохом состоянии, условия жуткие...
- Да, конечно мы нуждаемся во многом, у нас есть и больные дети, им нужны лекарства, оборудование...