Волохов Александр
Любовь Его

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Молодой офисный работник Кирилл попадает в организацию под названием "Дом Любви", которая постепенно подчиняет его себе.
  Глава Первая
  Кирилл сидел в приемной, уткнувшись в надпись на пластиковой табличке "Тот, кто не рискует, не пьет шампанское", которую так любил его начальник. Воздух в помещении казался теплым, но тяжелым, пропитанным запахом жженого кофе и бумаги. В руках Кирилл крутил телефон, периодически включая и выключая экран впустую. В голове крутилось множество мыслей: "Зачем он меня вызвал?", "Сроки не нарушены", "Может из-за ссоры в нашем отделении?". Все они периодически возникали и исчезали. Но самую страшную "Меня уволят" Кирилл отгонял постоянно.
  Дверь кабинета вдруг распахнулась - слишком резко, будто кто-то открыл выбил ее ногой изнутри. Из кабинета начальника вышел коллега Кирилла Олег из соседнего отдела. Лощеный, самодовольный с идеально уложенными волосами и гладковыбритый в новом костюме-тройке.
  - О! Кирилл - протянул Олег, будто только сейчас заметив его. - Ты тоже к Волкову? Готовься, у него сегодня хорошее настроение...Я бы даже сказал очень хорошее.
  - Представляешь, меня наконец повысили, назначив куратором нового проекта. Сказали, что мой отдел один из лучших в компании, хотя, честно, мне казалось, что этим человеком будешь ты. Что ж - видимо так карты легли.
  Он улыбнулся вроде по-дружески, но Кирилл увидел в этой улыбке нечто злорадное.
  Олег пожал ему руку, попрощавшись, а затем быстро ушел, оставив после себя запах дорогого одеколона с осадком самодовольства.
  Кирилл напрягся еще сильнее, ожидая момента, когда его наконец пригласят в кабинет начальника. "Ожидание невыносимо. Если это то, о чем я думаю, то пусть сделают это быстро, тараном, чтобы я не успел это прочувствовать."
  Тут дверь вновь открылась, на этот раз тихо. Светловолосая секретарша вышла в приемную и с рабочей улыбкой посмотрела на Кирилла.
  - Виктор Михайлович ждет вас.
  Кирилл неуверенно встал и проследовал за секретаршей в кабинет.
  Помещение встретило его едким запахом сигарет и лимонной полироли. Волков стоял у окна и вглядывался в каменные джунгли, на которых постепенно опускался вечер. Идеально выглаженная белая рубашка с подвернутыми рукавами сидела на Волкове так, что подчеркивала его каждую жилу и мышцу. Проведя рукой по своей абсолютно лысой голове, он обернулся к Кириллу и дежурно произнес:
  - Кирилл Александрович, присаживайтесь. - Волков всегда обращался ко всем своим работникам по имени отчеству, в независимости от их ранга. Таким был его рабочее кредо. - Как вы себя чувствуете?
  Кирилл сам не понял, как оказался в кресле. Выдохнув, он произнес:
  - Все в порядке. Вы вызвали меня по поводу нового проекта? - Кирилл решил перейти в атаку, не дожидаясь, пока Волков сам начнет диалог.
  - Можно и так сказать, - быстро произнес начальник, сев в свое кожаное кресло напротив своего подчиненного. Он внимательно посмотрел на Кирилла, который в свою очередь пытался не пересекаться взглядом с начальником.
  - Знаете Кирилл Викторович, я всегда ценил вашу пунктуальность, ваш ответственный подход к любому делу. Это редкое качество в наше время бездельников. Но, понимаете, - он сделал паузу, пытаясь подобрать слова. - порой в компании возникают трудности.
  По телу Кирилла с головы до пят прошла дрожь. Он знал, что дальше скажет Волков.
  "Мы вынуждены уволить вас" - пронесло у него в голове.
  - Вы меня увольняете? - отрезал Кирилл.
  - Нет-нет, - Волков поднял ладонь, успокаивая своего подчиненного. - Никто не говорит об увольнении. Мы временно отпимизируем ваш отдел и перераспределяем некоторые функции. Возможно, вам придется некоторое время...отдохнуть, пока мы переосмысливаем формат.
  Волков говорил мягко и убедительно, но Кирилл понимал, что за всем этим скрывается лишь один факт - он больше не нужен.
  - Вы отличный специалист Кирилл Викторович. Я бы даже сказал один из лучших на моей памяти, но иногда системе требуется корректировка.
  Слово "корректировка" словно ударило Кирилла словно током. Такое слово обычно используют всякие технари для исправления математических ошибок. То есть сейчас он был сведен до уровня цифровой ошибки.
  В ответ на слова Кирилл просто кивнул. Он хотел встать с кресла постучать кулаком по столу, объясниться, доказать, что он нужен компании, но понял, что это все не имеет смысла. Волков уже принял решение и видел будущее компании без него.
  - Спасибо, что сообщили о вашем решении Виктор Михайлович, - выдавил из себя Кирилл и отправился к выходу из кабинета.
  Секретарша начальника вновь дежурно улыбнулась ему, но он не обратил на нее внимания. Он вышел, осторожно закрыв дверь и пошел по коридору здания, которое в миг превратилось для него в средоточие тьмы и вражды. Кириллу казалось, что всё начиная от стен и заканчивая ковром хочет его унизить, задушить и уничтожить.
  Поспешно выбравшись из здания, он сел на ближайшую скамью и просто уставился в землю.
  Глава Вторая
  Внезапно сорвался ветер, и Кирилл побрел домой, не понимая, что ему дальше делать со своей жизнью. Он связывал ее только с этой компанией, стал с ней единым целым и не представлял себя где-нибудь еще. Все его карьерные мечты строились на том, что он в итоге станет старшим менеджером, а там и исполнительным директором и поведет компанию по своему собственному, особенному пути. Но всему этому уже не суждено было сбыться.
  Вся городская суета казалась сейчас Кириллу чем-то далеким, какой-то муравьиной возней, к которой он не принадлежал, и которая вызывала у него только гнев и раздражение. Он шагал быстро, не разбирая дороги, пока случайно не столкнулся со странной парой - парень и девушка были в полностью белых одеждах, до нелепости чистых, на фоне грязного асфальта и обшарпанных домов. Они улыбались каждому прохожему, протягивая листовки и общаясь с ними с какой-то обезоруживающей мягкостью.
  - Добрый вечер! - весело и бодро обратилась к Кириллу девушка, когда он оказался рядом с ними. - Вы, кажется, устали? Приходите сегодня к нам собрание. У нас чай, музыка и общение. Мы создаем тепло без всяких обязательств.
  Парень рядом, улыбнувшись кивнул, подтверждая сказанное. Кирилл обратил внимание, что у него на груди был небольшой значок в виде солнца.
  Кирилл машинально взял листовку. На ней было белое поле с крупной печатной надписью "Дом любви. Он рядом. Он ждет тебя", и золотой круг с расходящимися в сторону лучами.
  - Спасибо, - пробормотал он, выдавив из себя улыбку и побрел дальше, сжав бумагу в ладони.
  Через несколько шагов он усмехнулся:
  "Очередные фанатики - подумал он, - Нью Эйдж, йога, медитации, открой себя и свое сердце миру и прочая хрень. Господи, как же люди ведутся на этот бред?
  Кирилл хотел выбросить бумагу, но почему-то не сделал этого, дойдя с ней до дома.
  В квартире никого не оказалось, хотя Кирилл был уверен, что Аня, его девушка, должна быть дома. Кирилл включил свет и отопление, чтобы как-то согреться после холодной прогулки и улегся на диван. Взгляд Кирилла упал на его с Аней совместную фотографию на полке, на которой они улыбались, прижимаясь друг к другу. Он долго смотрел на нее, вспоминая то беззаботное время без проблем на работе и в отношениях.
  Около часа Кирилл ждал ее, но девушки все еще не было. Тогда он взял телефон и отправил ей сообщение
  "Ань, ты скоро придешь? У меня был разговор с начальством и я, кажется, временно без работы. Хочу поговорить об этом."
  Ответ пришел не сразу. Сообщение висело в статусе "Отправлено" около двадцати минут.
  "Прости, Кирюш. Я сейчас очень занята. Сейчас была на ногтях, а потом встреча с подругами, которую мы давно запланировали. Помнишь я говорила тебе об этом?"
  "Да помню. Тебя долго не будет?"
  "Долго. Поговорим завтра утром."
  Кирилл ничего не ответил. Он подумал, что Аня напишет еще что-нибудь, хотя бы какие-нибудь слова поддержки, но чат молчал.
  Тогда Кирилл открыл чат со своим другом Максом. Они дружили с детства, затем отдалились по причинам жизни в разных городах, а затем снова сблизились. В последнее время Макс довольно часто стал возникать в жизни Кирилла. Чаще, чем даже в детстве.
  "Макс, ты не занят? Мне нужно выйти куда-нибудь в бар, выпить пива. Просто выдохнуть."
  Макс просмотрел сообщение, но долго не отвечал. Прошло пять минут, потом десять. Потом экран вспыхнул.
  "В целом, есть дела, но для тебя всегда готов выделить время. Давай на полчаса максимум, ок?
  Кирилл улыбнулся, кажется впервые за день, и набрал:
  "Хорошо. Полчаса вполне достаточно"
  Он положил телефон на стол и какое-то время лежал в тишине. За окном свистел ветер и гудели машины, где-то в подъезде хлопнула дверь, по трубам прошёл лёгкий стук - будто дом вздохнул.
  Когда Кирилл собрался выйти, на полу, у самого входа, он обнаружил ту смятую листовка с надписью "Дом Любви". Он поднял её, задумчиво развернул и посмотрел ещё раз.
  На обратной стороне кто-то от руки дописал: "Мы всегда рядом. Просто загляни".
  Он фыркнул и кинул бумагу в мусорное ведро.
  Глава Третья
  Бар, в котором Макси и Кирилл периодически встречались, находился в двух кварталах от квартиры последнего. Это было небольшое помещение с приглушенным светом, в котором всегда пахло старым деревом и хмелью. Кирилл пришел первым и занял первый попавшийся столик. За окном к ветру добавился моросящий дождь. Он заказал два бокала "Стаута", зная, что Макс будет пить тоже, что и он.
  Макс появился, как всегда, с небольшим опозданием, но уверенный, немного шумный и с тем выражением лица, которое бывает у людей, у которых все в порядке.
  - Здоров, Кирюха! - улыбнулся Макс, крепко пожав руку одной рукой и хлопнув по плечу другой. - Ну, рассказывай, что у тебя там?
  - Что... - Кирилл сделал глоток, - скорректировали меня на работе.
  - Да ладно? - Макс сразу понял, о чем речь - Все же было хорошо.
  - Мне тоже так казалось, но начальство посчитало иначе.
  Макс отпил половину стакана и громко поставив его произнес:
  - Слушай, ты же профи своего дела, это точно. Я уверен, ты быстро найдешь что-то новое, даже лучше. Не бери в голову. В жизни всякое бывает.
  Слова звучали дежурно. Кирилл чувствовал - Макс говорит из вежливости, чтобы заполнить паузу и не приходилось молчать.
  Они допили бокалы, поговорили о мелочах. Макс что-то шутил, вспоминал прошлое, но его взгляд постоянно скользил к экрану телефона, лежавшего на столе. Он то и дело включал его, читая оповещения, и будто извиняясь, отводил от них взгляд.
  - Тебе кто-то пишет? - спросил Кирилл, заметив поведения Макса.
  - А, да... - Макс чуть улыбнулся. - Это по работе. Пока ничего важного, но скоро надо будет уходить. Я же говорил, что встретимся на полчаса.
  - Да, я помню. - натужно улыбнулся Кирилл.
  Они заказали еще по одному стакану пива. Кирилл чувствовал усталость и неловкость - не от разговора, а от того, как всё казалось каким-то плоским. Между ним и Максом будто стояла стеклянная перегородка, сквозь которую он видел, как старый друг всё чаще улыбается в свой телефон.
  - Знаешь, я всё хотел спросить... - начал Кирилл. - Ты ведь последнее время часто пересекаешься с Аней? Она говорила, что ты помогал ей с ноутбуком, да?
  Макс поднял взгляд и на секунду будто замер.
  - Ну... да, пару раз заходил, помогал, там что-то с обновлением системы. Аня классная девчонка, конечно. А что? Вы с ней... у вас всё нормально?
  - Нормально, - выпалил Кирилл, прекрасно понимая, что это не так. - Просто интересуюсь.
  Они поговорили ещё минут десять, но Кирилл слушал Макса все меньше и меньше. Его слова стали тонуть в фоновом шуме других посетителей. Кирилл уходил в себя, замечая лишь, то, что его друг из раза в раз бросает взгляд на телефон и слегка улыбается - той улыбкой, что всегда появляется, когда человек читает сообщение от кого-то очень близкого.
  Потом Макс взглянул на время.
  - Кирюх, я пошел. Работа не ждет. Еще раз, все будет в порядке.
  Он снова хлопнул друга по плечу, оставил купюры на столе и выскочил из бара.
  Кирилл остался сидеть за столиком. Внутри стало назревать какое-то странное чувство - не подозрение, а скорее предчувствие. Он не хотел его проверять, но тело само понесло его к выходу.
  Воздух снаружи был холодным и влажным, а багровые огни ночного города плавали в свежих лужах. Кирилл достал телефон и проверил чат с Аней. Последнее сообщение все то же: "Долго. Поговорим завтра утром"
  Он сделал несколько шагов в направлении дома, пока не увидел знакомую фигуру на другой стороне улицы. Женский силуэт стоял под вывеской кафе "Серенада", где Кирилл с Аней познакомились и часто проводили время.
  Вглядевшись в силуэт, он узнал ее. Аню. Она была в пальто, которое он подарил ей на Новый Год.
  "Что она тут делает?" пронеслась мысль в голове у Кирилла. Он уже собрался переходить дорогу, чтобы поговорить с Аней, как вдруг заметил приближающегося к ней мужчину с уверенной походкой, которую он ни с кем бы не спутал. Это был Макс.
  Они разговаривали. Сначала спокойно, потом Аня что-то сказала и рассмеялась. Макс наклонился ближе, коснулся её руки.
  Кирилл застыл, не веря увиденному. Сердце забилось громко, будто кто-то стучал изнутри грудной клетки.
  "Нет. Просто друзья. Просто встретились. У них дела..." - в панике думал он.
  Но потом Аня шагнула ближе. Макс провёл пальцами по её волосам и что-то сказал, а она подняла голову и ответила ему улыбкой. Той самой улыбкой, которая раньше принадлежала только Кириллу. А потом случилось самое страшное. Они поцеловались.
  Кирилл сделал шаг назад. Шум улицы будто исчез, остался только хриплый звук крови в ушах. Мир сузился до этой сцены: два силуэта под вывеской, утопающие в страстном поцелуе. Его лучший друг и его девушка.
  "Ах ты, гулящая шлюха" - в гневе произнес Кирилл.
  Он хотел перебежать на их сторону. Набросится на них. Избить Макса, проораться на Аню. В какой-то момент ему показалось, что тело автоматически несет его туда, к ним, но потом оно остановилось.
  Кирилл развернулся и побрел домой.
  Глава Четвертая
  На часах было четыре часа утра, когда Кирилл наконец вернулся в свою квартиру, которая казалось ему еще более пустой, чем прежде.
  Он включил свет в комнате и снял пальто, но остался в ботинках - сил не было даже разуться. Взгляд упал на фотографию на стене - они с Аней на берегу моря. Она держит его за руку, и они оба улыбаются. Счастливые и настоящие.
  Кирилл подошел к фотографии развернул ее лицом к стене.
  Экран телефона на столе вспыхивал каждые несколько секунд - уведомления из чатов, реклама, что-то от банка. Не то, чего он ждал. Он открыл переписку с Аней и долго смотрел на экран.
  Затем стал набирать сообщение:
  "Это значит так ты ходишь на ногти, да? Мы же с тобой договаривались - чтобы ни случилось, мы будем говорить друг другу правду..."
  Он стер. Написал снова:
  "Как долго вы вместе? Сколько вы скрывали это от меня?"
  Удалил и это. Несколько минут он сидел, уставившись в пустое окно чата. Казалось, если он нажмёт "отправить", всё станет окончательным.
  Но он так и не нажал.
  Гнев внутри него ходил по кругу, словно зверь, запертый в клетке. Хотелось разбить что-нибудь, но и на это не хватало сил. Он просто открыл шкаф и стал вытаскивать вещи Ани - платье, свитера, её кружевную рубашку, которую она носила дома. Каждая вещь пахла ею. Сначала он складывал их аккуратно, потом уже просто швырял в чемодан.
  Когда все было собрано, он закрыл чемодан и поставил его у двери. Он минуту стоял, глядя на него, а затем прошел в спальню и улегся на кровать.
  Оставшаяся часть ночи прошла без сна. Кирилл лежал, не закрывая глаз, слушая, как гудит холодильник и как в трубах медленно течёт вода. Несколько раз он поднимался, пил воду и возвращался обратно.
  Наконец он решил, что пытаться заснуть не имеет смысла. Он достал блокнот и ручку из комода, вышел на кухню и под тусклым светом стал писать быстро и агрессивно:
  "Аня.
  Я не знаю, зачем пишу это. Может, чтобы не орать. Может, чтобы не убить ни тебя, ни себя. Я видел вас с Максом. Не хочу знать, когда всё началось. Не хочу слушать оправданий. Просто забери вещи и не возвращайся. Я больше не хочу жить в комнате, где всё напоминает о тебе. Мы кончились. Наверное, уже давно, но я заметил это только сейчас. Не звони. Не пиши. Уходи молча."
  Он сложил лист напополам и оставил на кухонно столе, придавив пепельницей. Затем он встал, надел свое пальто и вышел наружу.
  На лестничной площадке стояла тишина. Весь дом еще спал. Кирилл ускоренным шагом спустился с 20-го этажа, будто бы пытаясь сбежать от случившегося.
  Выйдя на улицу, он почувствовал свежий холодный воздух. Вдали послышались людские голоса, рядом проехал первый трамвай, а Кирилл снова пошел, не зная куда.
  На перекрестке возле закрытого киоска с продуктами, он снова заметил знакомые фигуры в белом. Та же девушка, что приглашала его на собрание, улыбнулась ему, будто выжидая только его.
  "Они вообще не спят что-ли?" - пронеслась мысль в голове Кирилла.
  - Доброе утро, - сказала она бодро, но мягко. - Я помню вас и вижу, что вас что-то гложет. Пожалуйста, приходите сегодня к нам. Мы обсудим с вами все, что вас беспокоит и обязательно вам поможем. Обещаю.
  Кирилл ничего не ответил. Просто кивнул и взял листовку, которую протянула ему девушка.
  Глава Пятая
  Сидя в кафе и попивая свой любимый зеленый чай, Кирилл раскрыл листовку. Она была похожа на предыдущую, однако сейчас Кирилл сумел найти время встречи в Доме Любви. Сегодняшнее собрание начиналось в 19:00.
  "Дом Любви. Он рядом. Он ждет тебя" гласила надпись внизу. Вчера она казалась Кириллу глупостью. Сегодня - успокоением.
  Кирилл набрал в навигаторе адрес, указанный мелким шрифтом внизу, и отправился туда пешком, чтобы убить время.
  Дом оказался в старом квартале, за чередой узких переулков. На вид - бывшее административное здание советской постройки: двухэтажное, с облупившейся штукатуркой и выцветшей вывеской, где некогда значилось "Институт молодёжи". Теперь над входом висела аккуратная металлическая табличка золотым символом - кругом и расходящимися лучами.
  Кирилл пришел довольно рано. До собрания еще оставалось несколько часов. Это время он решил потратить на изучение информации о Доме Любви. Интернет-поиск выдал его первой же ссылкой. Минималистичный сайт тут же располагал к себе и был интуитивно понятен. Кирилл прошелся по всем вкладкам, и каждая из них убеждала его, что это место действительно помогает людям. На фотографиях были довольные люди. Гуманитарные миссии впечатляли, а по-отечески улыбающееся лицо главы Дома некоего Теодора располагало к себе.
  "Думаю ничего страшного не случится, если я схожу к ним пару раз" - подумал Кирилл, как бы убеждая себя.
  Вскоре у Дома стали появляться люди в белых одеждах. Дружелюбные и улыбающиеся они приветствовали друг друга и исчезали в светлых коридорах здания. Перед дверью всех встречал тот самый парень, который раздавал листовки с девушкой. Все в той же идеально чистой белой одежде с аккуратно уложенными волосами, он поприветствовал Кирилла самой искренней улыбкой, какую он видел за долгое время.
  - Рад видеть вас, - сказал он мягко и искренне, - Добро пожаловать домой. Меня зовут Самуил.
  Кирилл буркнул свое имя и неловко улыбнулся в ответ. Парень проводил его внутрь.
  Первое, что он почувствовал, - тепло. В прямом смысле: внутри было жарко, пахло корицей и ванилью, где-то тихо играла спокойная, чуть медитативная музыка.
  В прихожей - мягкий свет ламп, тёплые деревянные стены, несколько кресел, на которых сидели люди: кто-то читал, кто-то просто пил чай и улыбался в пространство, будто пребывал в абсолютном покое.
  Из соседней комнаты вышла уже знакомая Кириллу девушка все в том же белом платье.
  - Вы пришли, - сказала она с радостью, словно встретила старого знакомого. - Я так надеялась, что вы всё-таки решитесь. Меня зовут Марта.
  - Кирилл, - тихо ответил он.
  - Позвольте я покажу вам наш прекрасный Дом.
  Девушка пошла вперед, а Кирилл поспешно последовал за ней.
  Они прошли длинным коридором. На стенах висели фотографии: люди разных возрастов, улыбающиеся, обнимающиеся, будто из семейного альбома. Под каждой подпись - "Они проявили Свою Любовь".
  Марта говорила негромко, спокойно, почти убаюкивающе:
  - Здесь у нас зал встреч. Мы просто собираемся, общаемся, слушаем музыку, читаем, иногда смотрим старые фильмы. Каждый может прийти и просто быть собой. Без осуждения, без страха. Здесь мы в безопасности и свободны.
  Она открыла дверь в просторную комнату, где человек десять сидели на полу на мягких подушках. Кто-то пел под гитару, кто-то разливал чай из большой керамической чаши. Все улыбались. Кирилл чувствовал лёгкое смущение - будто вошёл туда, где царит чужая гармония.
  - Они кажутся счастливыми, да? - спросила Марта, уловив его взгляд. - Потому что здесь их никто на них не давит и не ломает. Здесь никто не говорит им, что они должны быть кем-то другим или делать то, чего не хотят.
  Кирилл кивнул. Ему вдруг захотелось просто сесть рядом и замолчать.
  - А теперь, - продолжила Марта, - пойдём, я познакомлю вас с Теодором. Он всегда рад новым людям.
  Они поднялись по лестнице на второй этаж. Там было тише. Из-под одной двери пробивался мягкий свет. Марта постучала дважды.
  - Войдите, - раздался низкий голос.
  Комната оказалась небольшой, но уютной. В углу горела свеча, на столе - стопка книг, рядом стояла старая лампа. У окна - высокий мужчина лет пятидесяти, с седыми волосами, уложенными назад и спокойным, почти прозрачным взглядом.
  - Кирилл, - представила Марта, - это Теодор.
  Мужчина обернулся и слегка улыбнулся.
  - Рад знакомству, Кирилл. Я давно чувствовал, что вы придёте.
  Он говорил тихо, уверенно, и в его голосе было что-то странное: ни давления, ни попытки угодить - только спокойная уверенность человека, который привык, что ему верят.
  - Люди приходят к нам за ответами, - продолжал он. - Иногда они не там, где мы ожидаем их найти. Здесь мы просто слушаем. Себя. Друг друга. Его. Любовь, которая проявляется через нас и позволяет нам найти ответы, которых мы жаждем получить. Он протянул Кириллу руку. Тёплую, тяжёлую, словно обжигающую.
  - Добро пожаловать домой, - повторил он. - Здесь вам больше не нужно быть одному. Пройдемте к собранию.
  Кирилл пожал ему руку.
  В тот миг он почувствовал лёгкость. Будто всё, что случилось с ним за последние сутки, на мгновение растворилось.
  Глава Шестая
  Собрание началось незаметно. Люди расселись на подушках, образовав круг. В комнате воцарилась мягкая, почти храмовая тишина. Воздух пах тёплым зелёным чаем и ладаном.
  Кирилл сел ближе к стене, стараясь не смотреть никому в глаза, но поймал себя на том, что его взгляд периодически останавливается на Марте.
  Она сидела напротив, и её лицо, освещённое дрожащим пламенем свечи, казалось почти неземным - спокойное, сосредоточенное, с лёгкой улыбкой. Движения мягкие, уверенные. Голос - ровный, чуть приглушённый, будто созданный для того, чтобы снимать тревогу. Кирилл смотрел на неё и впервые за долгое время чувствовал не тревогу, не боль, а странное, почти детское чувство доверия.
  - Мы здесь, чтобы отпустить всё, что нас тревожит, - произнесла Марта. - Всё, что мешает нам быть ближе к Нему. Просто дышите. Почувствуйте, как уходит тяжесть.
  Люди закрыли глаза. Кто-то тихо шептал слова, похожие на молитву, кто-то просто дышал. Кирилл сделал то же самое. Сначала это казалось нелепым - сидеть в кругу с незнакомцами и изображать покой. Но чем дольше он слушал Марту, тем сильнее ощущал, как тело становится лёгким, как будто его больше не сжимает изнутри тяжесть последних дней.
  Он не заметил, как впервые за долгое время позволил себе расслабиться.
  Потом началась практика любви, как называла её Марта.
  Люди по очереди делились своим сокровенным - кто-то говорил о своих страхах, кто-то о потере, кто-то просто молчал, а остальные слушали, не перебивая. Всякий раз, когда кто-то заканчивал, все произносили хором: "Пусть Любовь Его Спасет Тебя".
  Кирилла эта фраза напрягла. От неё пахло сектантством и фанатизмом, чего он всегда избегал.
  Когда дошла очередь до него, он не знал, что сказать.
  - Я... не знаю, зачем я здесь, - произнёс он, глядя в пол. - Просто... устал.
  Марта кивнула.
  - Усталость - это начало. Когда мы устаём, мы наконец перестаём бежать.
  - Пусть Любовь Его Спасет Тебя, - ответил хор.
  И сейчас Кирилл почувствовал всю силу этих слов.
  После практики им предложили чай. Марта подошла к нему, поставила чашку на стол и тихо сказала:
  - Попробуйте. В этом чае содержатся успокоительные травы.
  Её пальцы на миг коснулись его. Это короткое, почти невинное прикосновение отозвалось странным и забытым теплом.
  - Спасибо, - ответил Кирилл, стараясь говорить ровно.
  - Вы сегодня сделали первый шаг. Не все решаются, - привычно улыбнулась Марта. - Вы смелый человек.
  Он хотел ответить, но не смог - слова застряли в горле. Она улыбалась не жалостливо, не как врач пациенту - в её взгляде было что-то человеческое, простое, но искреннее.
  Когда часы показали почти одиннадцать, люди начали расходиться. Марта провожала гостей до дверей, обнимала кого-то, кому-то просто кивала. Когда подошла к нему, сказала:
  - Следующее собрание - в пятницу, в это же время. Приходите.
  - Через два дня? - непроизвольно вырвалось у Кирилла.
  Марта засмеялась.
  - Вижу, вам очень понравилось, но время наедине также важно. Оно позволит вам проанализировать и уложить в голове всё, что произошло сегодня здесь.
  На улице уже похолодало. Кирилл шёл по тротуару медленно, не глядя по сторонам. Фонари освещали дорогу тусклыми пятнами, город будто растворился в сумраке. Он поймал себя на мысли, что впервые за долгое время ему не хочется быть одному.
  Домой он не вернулся, а решил снять гостиничный номер на пару дней.
  Глава Седьмая
  Следующее собрание Кирилл ждал, как ждут чего-то важного и долгожданного.
  Два дня без Дома растянулись мучительно медленно.
  Он пытался читать, гулял по улицам - но мысли всё равно возвращались туда, в тот зал с мягким светом, к запаху чая и к голосу Марты.
  Он ловил себя на том, что вспоминает, как она произносила его имя, как её пальцы случайно коснулись его руки, как она улыбалась, когда он благодарил за чай. Это была не влюблённость - пока ещё нет, - скорее тяга к теплу, которого ему так не хватало.
  Когда наконец настала пятница, Кирилл пришёл раньше всех.
  Внутри уже горели лампы, кто-то убирал стулья, кто-то ставил на столах свечи.
  Воздух был пропитан пряным запахом ванили и корицы. Всё было на своих местах, как будто с момента его последнего визита ничего не изменилось.
  Он заметил у входа знакомого юношу - Никиту, парня, что всегда улыбался и что-то записывал в блокнот. Сейчас он выглядел взволнованным, но довольным.
  Никита вошёл с улицы и сразу направился к Самуилу, сжимая в руке небольшой свёрток.
  - Всё сделал, брат, - сказал он тихо, но Кирилл расслышал.
  - Хорошо, - кивнул Самуил. - Он будет доволен.
  Парень кивнул и быстро скрылся за дверью.
  Кирилл остался стоять, задумавшись. "Что он сделал? Выполнил какое-то поручение?" - пронеслось у него в голове.
  Когда Марта появилась в дверях, Кирилл поймал себя на том, что рад видеть её сильнее, чем ожидал.
  - Вы пришли, - улыбнулась она, словно действительно ждала. - Рано даже.
  - Не смог усидеть на месте, - признался он.
  Марта мягко рассмеялась:
  - Это хороший знак. Значит, вы открываетесь.
  Она прошла мимо, и её плечо легко коснулось его - случайно или нет, Кирилл не понял, но от этого прикосновения по спине прошла легкая и приятная дрожь.
  Собрание в тот вечер проходило спокойно. Люди сидели в круге. На этот раз вечер вел Теодор, который говорил о свободе, о служении и о том, что "истинная любовь - это действие".
  Голос его был глубоким, внушительным, но не громким. Он говорил как человек, привыкший, что его слушают и вслушиваются.
  - Мы проявляем Его любовь не словами, - сказал Теодор, делая паузу. - А поступками. Каждое доброе дело, каждый жест милосердия - это проявление воли. Но воля без доверия не рождается.
  Кирилл слушал, и в этих словах находил нечто, чего ему не хватало - структуру, смысл.
  Всё вокруг обрело простоту: если любишь - действуй, не рассуждай.
  Марта сидела неподалёку и иногда ловила взгляд Кирилла. Когда Теодор замолкал, она чуть улыбалась - мягко, почти незаметно. Кирилл отвечал ей тем же, чувствуя, как между ними нарастает тихое и плавно притяжение.
  После собрания Кирилл помог убрать зал. Несколько человек уходили, кто-то благодарил Теодора. Самуил выносил посуду, а Никита сидел в углу и что-то записывал в блокнот.
  Марта подошла, держа в руках чашку с остатками чая.
  - Вы сегодня были другим, - сказала она. - Спокойнее.
  - Сегодня я просто спокойно слушал, - ответил Кирилл.
  - Это и есть путь, - улыбнулась она. - Слушать, чувствовать и действовать, когда настанет момент.
  - А что значит "действовать"? - спросил он, пытаясь скрыть любопытство. - Я видел, что здесь... кто-то выполняет поручения.
  Марта сделала паузу.
  -Мы все служим по мере своих сил, - сказала она мягко. - Помогаем тем, кто нуждается. Иногда выходим в город, иногда просто остаёмся здесь. Всё по зову сердца.
  - И мне подберут что-то? - спросил он.
  - Обязательно, - ответила она, и её голос стал почти шёпотом. - Но только когда Теодор почувствует, что вы готовы. Возвращайтесь завтра и вы будете на шаг ближе к этому.
  - А вы...будете? - спросил Кирилл, сам удивившись своему вопросу.
  - Конечно, - улыбнулась она, - я всегда здесь.
  Позже, в гостиничном номере, Кирилл долго не мог уснуть.
  Он лежал на кровати, глядя в потолок, и думал о том, как Марта смотрела на него. Как в её взгляде было что-то, что можно было принять и за заботу, и за нечто большее.
  Из мыслей Кирилла вытащил громкий звук оповещения с телефона, который он не брал в руки все эти дни. Это было сообщение от Ани. Уже не первое.
  "Кирилл, пожалуйста ответь мне. Я хочу тебя увидеть. Мне очень плохо. Пожалуйста, не молчи."
  Он прочитал, начал что-то печатать, а потом стер и отложил телефон в сторону.
  Теперь у него было место, где ему действительно хотелось быть.
  И человек, чьё присутствие делало этот мир снова выносимым.
  Когда он закрыл глаза, в темноте вновь вспыхнул образ Марты - её руки, мягкий голос, свет свечей на её лице.
  Он поймал себя на мысли, что ждёт следующего собрания с еще большим нетерпением, почти с жаждой.
  Глава Восьмая
  Прошло почти две недели с тех пор, как Кирилл переступил порог Дома. Теперь он знал всех его обитателей и все они стали для него новой семьей. В свою очередь он тоже стал для них членом общины. "Здравствуй, брат Кирилл" - приветствовали его в Доме, и он ловил себя на том, что ему приятно это "брат". Оно звучало тепло и искренне.
  Время внутри Дома, казалось, шло иначе. Здесь не было суеты, торопливости, телефонов и интернета. Люди говорили тихо, двигались неторопливо, будто бы наслаждаясь каждым мгновением времени. Каждый вечер проходил по одному ритуалу: дыхательные практики, розжиг свечей, диалоги с Теодором, чай и беседы. Все казалось гармоничным и уравновешенным. Кирилл ощущал, как его мысли упорядочиваются, а тело - будто принадлежит не только ему, но и чему-то большему.
  Особенно это ощущалось, когда он был рядом с Мартой.
  Она почти всегда была рядом - то в зале, то на кухне, где заваривала чай, то во дворе, где поливала цветы в кадках. С ней можно было поговорить о чем угодно, а она всегда слушала внимательно и не перебивала.
  Кирилл ощущал, что между ними есть взаимная симпатия.
  Он видел это во ее взглядах, в том, как она долго держит его руку, когда подает чашку, в том, как говорит обращается к нему.
  Иногда, когда собрания заканчивались поздно они оставались наедине друг с другом, гасили свечи и просто сидели, не говоря ни слова.
  Постоянное присутствие Кирилла не проходило незамеченным и для Теодора. Однажды, после особо долгого собрания, настоятель подозвал его к себе в комнату. Он стоял у стола и перебирал какие-то бумаги.
  - Кирилл, - произнес он, не поднимая головы. - Я наблюдаю за тобой. Ты меняешься.
  - Надеюсь, в лучшую сторону, - пошутил Кирилл.
  Теодор улыбнулся.
  - Любое изменение, - проявление Его воли. Но есть вещи, которые проверяются делом, а не словом. Готов ли ты к делу?
  - Зависит от того, что нужно сделать, - ответил Кирилл, заметно предвкушая задание.
  - Ничего сложного, - сказал Теодор. - Иногда помощь, - это просто присутствие. Ты поможешь одному из братьев.
  Кирилл кивнул, чувствуя, как радость бурлит внутри него.
  - Завтра утром поговори с Самуилом. Он объяснит, что нужно делать.
  - Хорошо! - выпалил Кирилл, уже не скрывая улыбки.
  Когда он спустился вниз, Марта ждала его в холле.
  - Теодор разговаривал с тобой? - спросила она.
  - Да. Завтра мне поручат первое задание. - радостно произнес Кирилл.
  - Я впервые вижу тебя таким радостным. Это прекрасно! - нежно произнесла она и шагнула Кириллу еще ближе. Кирилл почувствовал запах ее волос, - легкий, травяной, с ноткой цитруса. - Я рада, что Теодор заметил тебя. Это важно. Очень важно. Главное не бойся и помни - все, что происходит здесь - по Любви.
  Марта посмотрела ему прямо в глаза и осторожно поцеловала.
  Кирилл хотел что-то сказать, но не смог - слова утонули в эмоциях.
  Она коснулась пальцами его щеки и тихо сказала:
  - Увидимся завтра.
  Ночью Кирилл долго не мог уснуть.
  Он лежал в гостиничном номере, глядя в потолок, и пытался понять, что именно происходит с ним.
  Он чувствовал, что теперь Дом - не просто место. Это уже часть него. Как и Марта, девушка, которая, кажется, искренне любит его за то, какой он и есть и которой ничего не надо доказывать.
  Телефон снова завибрировал. Очередное оповещение о сообщении от Ани.
  "Я видела тебя у метро. Ты изменился. Пожалуйста ответь мне хоть что-нибудь."
  Просмотрев это, Кирилл просто заблокировал телефон.
  Мир, в котором жила Аня, казался ему чем-то тусклым, архаичным, пройденным этапом.
  Его новым миром становился Дом, в котором были ответы на все вопросы и всё имело смысл.
  И завтра у него появится первое дело - первый шаг доказать свою ценность новой семье.
  Глава Девятая
  Утром Кирилл вошел в дом в приподнятом настроение. Самуил ожидал его в приемной - улыбчивый, как всегда, но с каким-то деловым блеском в глазах.
  - Доброе утро, Кирилл. Настоятель сказал мне, что ты готов к своему первому заданию, - произнес он. - Есть одно небольшое поручение.
  - Да, я весь вечер и всю ночь об этом думал, - ответил Кирилл, не скрывая ощущения торжественности. - Что от меня требуется?
  - Мы собираем пожертвования для одной семьи. Человек из этой семьи был некогда нашим братом, но к несчастью, он покинул наш мир, отправившись в Его объятия. Его семья осталась без кормильца и оказалась в трудной ситуации. Мы поддерживаем их. - Самуил протянул конверт, перевязанный лентой. - Нужно передать это. И...забрать пакет от них. Всё просто.
  Кирилл утвердительно кивнул. Все звучало обыденно и даже благородно.
  - И где они живут?
  - На окраине города. Я запишу тебе адрес в навигатор. Только будь начеку: после ухода нашего брата, члены его семьи ведут себя немного...настороженно.
  - Что ты имеешь в виду?
  - Ничего особенного. Просто они могут тебе не открыть дверь или хлопнуть перед носом. Такое иногда случается, но ты не отчаивайся. Скажи им, кто ты и они все поймут. Все, удачи.
  После этого Самуил похлопал Кирилла по плечу и дал понять, что отправляться надо сейчас.
  - Погоди, Марта здесь? - спросил Кирилл перед уходом.
  - Она на кухне, - сказал Самуил, скрывшись за углом коридора ведущего на второй этаж.
  Кирилл заглянул на кухню. Марта стояла у стола, сортируя травы по банкам.
  - Я уже в деле, - сказал он, подходя к ней - Мне поручили задание.
  - Я знаю, - ответила она и подошла к Кириллу вплотную и поправила ворот его рубашки. На этот раз от нее пахло клубникой.
  - Я вижу, что ты немного волнуешься. Все пройдет хорошо. - сказала он спокойно, почти шепотом.
  - А что если что-то пойдет не так? Самуил сказал мне...
  - Ничего не идет так, если это по Любви, - она вновь провела рукой по его щеке.
  Уверенность Марты успокоила Кирилла. На этот раз он сам решил поцеловать ее, а затем, взяв конверт, вышел на улицу.
  Дорога к адресу заняла около часа. Покосившиеся дома, с полуразрушенными стенами, пустые грязные дворы и редкие неулыбчивые прохожие - вот, что встретило Кирилла на месте.
  Подойдя к нужном дому, он заметил как за ним наблюдает невысокая женщина в сером пальто. Как только Кирилл обратил на нее внимание, она развернулась и скрылась за дверью ближайшего дома.
  - Простите, это вам я должен передать сверток?
  Никто не ответил.
  - Меня прислали из Дома. Я от Теодора. Мне сказали, что я должен передать вам конверт.
  - Как тебя зовут, - донесся хриплый голос из-за двери.
  - Кирилл.
  Дверь открылась. Из-за нее появилась сморщенная рука. Кирилл вложил конверт в руку. После этого дверь закрылась.
  - Мне сказали, что вы также должны передать мне конверт.
  Кирилл услышал отдаляющиеся, а затем приближающиеся шаги. Дверь вновь открылась. На мгновение перед Кириллом предстала престарелая седая женщина, которая молча всучила конверт Кириллу. Он пытался что-то произнести, но дверь тут же закрылась снова.
  - Будь осторожен, сынок и береги себя, - произнесла женщина как Кириллу показалось с дрожью в голосе.
  Не зная, что ответить, Кирилл развернулся и пошел к автобусной остановке.
  Всю дорогу назад он думал, что этой фразой хотела сказать ему старуха. Возможно, и ничего. Возможно, к этому следовало относиться как просто к пожеланию, но то, как она ее произнесла, не давало Кириллу покоя.
  Выйдя из автобуса на вокзале, он все еще думал об этом, пока не увидел Аню. Она стояла у касс напротив и смотрела на него. Она достала телефон - видимо, собиралась звонить.
  Кирилл сразу отвернулся и ускорил шаг.
  Раздался звонок. Кирилл знал, что это она. Он не ответил.
  Телефон звенел и вибрировал долго, будто требуя возврата в прошлое, но Кирилл шел вперед, не останавливаясь и крепко сжимая сверток в руках.
  Пройдя уже довольно большое расстояние, он услышал женский голос зовущий его:
  - Кирилл! - доносилось до него - Подожди!
  Он обернулся. Аня стояла посреди улицы, растерянная и заплаканная. Он хотел развернуться и продолжить свой путь, но что-то заставило его подойти к ней.
  - Чего тебе надо от меня? - произнес он гневно.
  - Я видела, как ты выходишь из этого странного места. Что ты там делаешь?
  - Помогаю. - ответил он. - Людям помогаю. Как ты нашла меня?
  - Ты забыл отключить свой локатор. Кирилл, то куда ты ходишь - это секта. - говорила она, переходя на крик. - Я читала о них, ты не понимаешь...
  - Не смей! - оборвал он ее и сделал шаг назад. - Они приняли меня, когда вы меня бросили. Вы вдвоем!
  - Кирилл, я не хотела..
  - Нет, Аня. Ты хотела, и ты сделала это. Мне нужно было закончить эти отношения раньше, а не надеяться, что у нас что-то выйдет.
  - Я..мне очень жаль. Я поняла, что допустила ошибку.
  - Мне плевать.
  - Они используют тебя, Кирилл. Эти люди - она сжала кулаки и смотрела на него умоляющим взглядом. - Посмотри на себя. Ты же стал другим человеком.
  - Я стал лучше.
  После этого он развернулся и пошел по направлению к дому.
  Сзади послышалось:
  - Я все равно не оставлю тебя!
  Но ему было все равно.
  Марта была первой, кто встретил Кирилла по его возвращению в Дом.
  - Все получилось? - спросила она.
  - Да. Передал и забрал.
  - Покажи.
  Он протянул сверток. Марта аккуратно положила его на стол.
  - Хорошо, - она погладила его по руке. - Ты справился. Скоро ты станешь одним из нас официально, Кирилл.
  Кирилл почувствовал, как хочет раствориться в ней, стать ее частью.
  - Я...я не хочу уходить отсюда, - произнес он.
  - И не нужно - ответила она. - Дом всегда здесь.
  Она посмотрела на него с нежностью, и они сплелись в страстном поцелуе, а затем перебрались в спальную комнату. Кирилл вошел в нее страстно и жестко, испытывая гнев и эйфорию одновременно.
  Глава Десятая
  Прошла еще неделя. За это время жизнь Кирилла почти полностью переместилась в Дом. Он приходил туда утром и вскоре вообще перестал уходить, оставаясь на ночевку.
  Его отношения с Мартой становились все крепче. Они наслаждались друг другом каждую минуту их совместного пребывания. Иногда они подолгу сидели на втором этаже у старой лампы, обсуждая книги или слушая, как за окном шумит ночной ветер. Иногда Марта клала голову ему на плечо и молчала, и это молчание было для Кирилла теплее любых слов.
  В один из таких вечеров, прислонившись к его плечу головой она произнесла:
  - Я рад, что ты появился в моей жизни и в жизни нашего дома. Он улыбается тебе. Ты нужен Ему. А самое главное, ты нужен мне.
  Эти слова Кириллу были важнее всего на свете.
  Он был нужен.
  Кому-то нужен.
  Впервые за долгое время.
  Следующее задание поступило Кириллу неожиданно.
  В один из вечеров Самуил позвал его в кабинет Теодора.
  Дверь была приоткрыта, и оттуда исходил теплый свет свечей. Теодор стоял у окна, задумчиво вглядываясь в тускло освещенный двор.
  - Входи, брат Кирилл, - произнес он, не поворачиваясь.
  Кирилл шагнул внутрь.
  Марта стояла рядом с настоятелем, руки её были сложены перед собой. Она была покойной и сосредоточенной, как всегда, когда речь шла о чём-то важном.
  - Ты хорошо проявил себя, - похвалил Кирилла настоятель. - Смирение, терпение, готовность протянуть руку. Но ты должен понимать: путь служения - это не всегда помощь, иногда это испытание.
  У Кирилла заколотилось сердце.
  - Сегодня нам вновь требуется твое действие, - холодно произнес Теодор, - И оно потребует не только доверия, но и беспрекословной верности.
  Марта шагнула к нему и взяла его за руку, видя, что Кирилл волнуется.
  - Мы не будем требовать от тебя чего-то невозможного, - продолжал Теодор. - Но важно понять, готов ли ты принимать решения от Его имени.
  - Что от меня требуется? - выпалил Кирилл.
  Теодор посмотрел ему прямо в глаза. Его взгляд был странным, - мягким и одновременно тяжелым.
  - Один человек должен быть предупрежден. Он причиняет вред тем, кто нуждается в защите. - сказал Теодор. - Мы говорили с ним, мы пытались достучаться, но все бесполезно. Теперь нужно предпринять другой способ убеждения.
  - Другой способ? - переспросил Кирилл, тревожась еще больше. Марта ухватила его еще крепче.
  - Да, - ответил Теодор. - Некоторые слова должны подкрепляться действиями. Тебе нужно будет убедиться, что этот человек все понял.
  Самуил подошел ближе и вручил Кириллу какой-то брелок, а также конверт.
  - В конверте то, что должно его убедить прекратить свои разрушительные действия, а брелок...пусть он просто будет у тебя. Возможно пригодится. - медленно произнес Теодор.
  - Кто этот человек? - сразу перешел к делу Кирилл.
  - Наш бывший брат. Он отвернулся от нас, от Любви Его и теперь пытается сбить других братьев с пути. От тебя требуется лишь донести Его намерение.
  - Мне что-то нужно будет сказать?
  - Он все поймет без слов, - привычно улыбнулся Теодор.
  У нужного дома Кирилл оказался в половину одиннадцатого ночи. Высотка казалось заброшенной, хотя в нескольких квартирах виднелся свет. Лифт в ней был поврежден и Кириллу пришлось подниматься на восьмой этаж пешком.
  Адрес в записке: квартира 82.
  Он подошел и постучал.
  - Чего надо? - послышался грубый мужской голос.
  - Я...из Дома, - сказал Кирилл. - От Теодора.
  После этого на миг воцарилась тишина. Шаги за дверью сделались тяжелыми и глухими. Замок щелкнул.
  Дверь открылась ровно настолько, чтобы Кирилл увидел глаз - уставший, красный и недоверчивый.
  - Ты кто такой? - спросил мужчина.
  - Кирилл...Мне поручили поговорить с вами.
  - Поговорить? - Мужчина хрипло рассмеялся. - Значит, теперь они уже и мальчишек присылают?
  Он распахнул дверь шире.
  Перед Кириллом предстал грузный, крепкий мужчина лет пятидесяти, ссутуленный и пьющий из бутылки. Комната за ним была полутемной заваленной вещами.
  - Заходи уж, раз пришел, - буркнул он, - Раз так надо вашему старцу. И дверь закрой.
  Кирилл вошел. Сердце у него билось пуще прежнего. В нос врезался резкий запах горелого хлеба и протухших яиц.
  - Ну? - спросил, опускаясь на старое кресло. - Чего ему от меня нужно? Сколько можно?
  Кирилл вздохнул и сказал:
  - Теодор...хочет, чтобы вы перестали вмешиваться в наши дела. И перестали вредить тем, кто идет по нашему пути.
  Мужчина, фыркнув насупился:
  - "По пути"...Полная чушь. Я прожил с ними десять лет! ДЕСЯТЬ! - он ударил кулаком по столу. - А потом понял, кто они на самом деле.
  Он ткнул пальцем в Кирилла.
  - Ты еще зеленый. Они тебя только заманили. Ты даже не понимаешь, куда вляпался.
  - Я понимаю, - сказал твердо Кирилл, хотя внутри все сжалось.
  - Не понимаешь, - мужчина резко вскочил. - Они забрали у меня мою жизнь! И если ты думаешь, что я стану держать рот закрытым, то ты сильно ошибаешься.
  Он сделал шаг к Кириллу. Тяжелый и резкий.
  И у Кирилла будто переклинило. Он вспомнил про брелок и выставил его перед мужчиной. Из брелка вылезло маленькое, но острое лезвие.
  - Остановитесь! - твердо сказал он. - Для своего же блага.
  Мужчина еще сильнее свел свои брови и покраснел.
  - Ты мне угрожаешь, пацан? Да кем ты себя возомнил!
  Он сделал резкий шаг вправо и схватил Кирилла за воротник рубашки.
  И в этот миг Кирилл машинально крепко сжал брелок в руке и ударил им мужчине в бок.
  Это было неожиданно.
  Он не хотел бить так сильно.
  Но это усмирило мужчину.
  Он пошатнулся. Из-под его белой майки показались красные пятна.
  - Я...я не хотел. Вы меня вынудили! - перешел на крик Кирилл и подбежал к мужчине. - Позвольте я вызову вам скорую.
  - Пошел отсюда к чертовой матери! - гаркнул мужчина, держась за бок.
  - Простите меня!
  - Я СКАЗАЛ ПОШЕЛ ВОН!
  Кирилл выскочил в коридор, захлопнув дверь.
  Бегом преодолевая лестничные пролеты, Кирилл спустился вниз и убежал от злополучного дома. Пробежав пару кварталов, он наконец остановился и почувствовал, что весь дрожит. Затем у него возникла тошнота.
  Кирилл задумался. А ведь он мог ударить еще сильнее. Сильнее...и не остановиться.
  Эта мысль испугала его. Настолько, что впервые за несколько недель, он не хотел возвращаться в Дом. На секунду ему захотелось сделать то, чего он не делал давно: просто идти куда глаза глядят. Исчезнуть. Забиться в угол. Позвонить в полицию и сказать, что совершил что-то ужасное. Позвонить кому угодно - Ане, тому мужчине, самому себе, прошлому, будущему.
  Но ноги сами повели его к Дому.
  Внутри было тихо. На столах, как обычно, горели свечи. В коридоре стоял Самуил, - будто зная, когда вернется Кирилл.
  - Брат, - сказал он тихо и приобнял его - Идем. Настоятель ждет.
  Кирилл хотел сказать: "Я не знаю, что сказать", "Я сделал что-то ужасное", "Я не уверен, что поступил правильно".
  Но он не смог произнести ни слова.
  Его привели в комнату Теодора, который перебирал бумаги. Вслед за Кириллом и Самуилом в комнату также вошла Марта.
  Увидев состояние Кирилла, она подошла и схватила его за руку.
  - Я здесь, милый. Все хорошо. Ты сделал то, что должен был. Ради Дома и ради нас.
  Кирилл закрыл глаза. На мгновение ему стало легче.
  Теодор перевел взгляд на Кирилла.
  - Как все прошло? - спросил он Кирилла, прекрасно понимая его состояние.
  - Я... - голос Кирилла дрогнул. - Я ударил его брелком. Сильно. Я не должен был...
  - Борьба со страхом, - спутник преобразования, - сказал он медленно. - И ты сумел перебороть его. Постоял за всех нас и проявил Его волю.
  - Но я не хотел этого делать! - выкрикнул Кирилл.
  Теодор встал и подошел к нему ближе.
  - Он был опасен, - спокойно ответил Теодор, - Он причинял вред твоим братьям и сестрам, тем, кого ты любишь и ценишь. Он мог причинить вред и тебе.
  Теодор говорил медленно и четко. Каждое слово золотом отливалось у Кирилла в голове.
  - Ты стал проводником Его воли.
  Кирилл чувствовал, как он закипает, но тут его стало постепенно отпускать.
  Он выдохнул и почувствовал легкость. В моменте он поймал себя на мысли, что действительно, его поступком можно гордиться.
  Теодор положил свою длинную ладонь ему на плечо и по-отечески похлопал ею.
  - Иди отдохни, - сказал он, - Ты сделал то, что не всякий мог бы сделать. Ты доказал преданность Дому.
  Марта повела Кирилла за собой.
  - Идем, - шепнула она. - Тебе нужно тепло.
  Он позволил ей увлечь себя прочь.
  В голове всё ещё звенел голос мужчины, его крик, хрип, проклятия - но постепенно эти звуки растворялись в тишине Дома, в дыхании Марты, в тепле ее рук, в мягком свете свечей.
  Она легла вместе с ним, окутав его объятьями.
  - Ты сильный, - прошептала она. - И ты мой.
  Кирилл крепко зажмурил глаза.
  Он почувствовал, как что-то внутри него ломается, но одновременно - смывается и растворяется.
  И впервые за весь вечер он перестал чувствовать вину.
  Осталась только усталость.
  И Дом.
  Его Дом.
  Глава Одиннадцатая
  Жизнь до Дома становилась для Кирилла все более размытым воспоминанием, похожим на давний сон.
  Он думал о том, кем был - и чувствовал отвращение.
  Зачем он работал на той должности?
  Зачем терпел отношения, где его не ценили?
  Зачем он вообще жил той жизнью, которая постоянно его ломала?
  Теперь же все было иначе.
  Теперь у него была ценящая семья.
  И главное - у него была цель.
  Через два дня после возвращения с Кирилла "от бывшего брата" община начала относиться к нему с особым уважением. Не открыто - но довольно заметно.
  Марта смотрела на него с гордостью.
  Молодые ребята, новенькие, смотрели на него с восхищением и даже завистью, словно он прошел через, что и пока не дано.
  Самуил стал чаще советоваться с ним по вопросам практик.
  А Теодор все чаще смотрел на него c отеческой гордростью.
  На третий день он вновь позвал его, но не в кабинет, а в комнату под лестницей, где обычно проводились разговоры с сомневающимися членами Дома.
  - Кирилл - произнес Теодор, складывая руки на груди. - Я хочу предложить тебе роль, которой удостаиваются немногие. Те, кто слышат Его тоньше.
  Кирилл почувствовал, как в груди разливается тепло - окутывающее и сладкое.
  - Я готов, - ответил он автоматически.
  Теодор улыбнулся краями губ.
  - В Доме появился человек, который...не желает принимать любовь так, как должен. Он отравляет всех своей нерешительностью. Разрушает гармонию. Мы пытались найти к нему путь, но он закрыт.
  - Кто это? - спросил Кирилл.
  - Новичок. Имя - Стас. Молодой мужчина тридцати двух лет. Пришел пару недель назад. Он задает неверные вопросы и пугает братьев и сестер, распространяя сомнения.
  Теодор почесал макушку.
  - Твоя задача - поговорить с ним. Доходчиво. Он должен понять, что сомнения - это гниль, разъедающая тело общины.
  Теодор слегка наклонил голову.
  - Ты умен. Ты найдешь слова. Если слов будет мало - ты найдешь другое средство. Главное - он должен перестать уводить людей с пути.
  Самуил передал Кириллу небольшой кожаный мешочек.
  Кирилл взял мешочек. Его пальцы слегка дрогнули.
  - Это...безопасно?
  Теодор с удивлением посмотрел на Кирилла, не ожидая подобного вопроса от него.
  - Конечно. Мы используем это много лет. В мешочке зелье из успокаивающих трав. Наведи ему чаю и добавь их туда. Он станет мягче, покладистее. Разговор будет проще.
  Самуил добавил.
  - Ты не причинишь ему вреда. Ты всего лишь направишь его на истинный путь.
  Кирилл кивнул и вышел из комнаты.
  Сомнения вновь терзали его, но на этот раз они были гораздо слабее, чем в прошлый раз
  Стас сидел во внутреннем дворике, попивая чай с другими новенькими, когда Кирилл подошел к нему. Отчужденность и настороженность в его взгляде были заметны сразу.
  - Можно с тобой поговорить? - спокойно спросил Кирилл.
  Стас поднял голову и нахмурился.
  - Да, конечно.
  Остальные отошли в сторону.
  - Еще чаю? - спросил он у Стаса.
  - Не откажусь.
  Кирилл поставил чашку чая и вместе с ним добавил в нее специальные травы.
  - Ты в доме уже заметное время, - почти шепотом говорил Кирилл. - И уже успел многое увидеть. Многое у тебя могло вызвать сомнения...и это вполне нормально. Но только если ты не делишься этими сомнениями с другими.
  Стас посмотрел на него пристально.
  - Кирилл, я никому не хочу вреда. Просто...мне кажется, здесь что-то не так. Люди боятся говорить. Боятся уйти. И...
  - Стас, - перебил его Кирилл, - Это потому, что ты не понимаешь, как работает Любовь. Иногда Любовь - это боль. Иногда - вынужденная строгость, иногда - страдание, а иногда - молчание.
  Стас сделал глоток чая и через несколько мгновений побледнел, будто почувствовав вкус чего-то лишнего.
  - Ты чего туда... - он замолчал, схватившись за стол.
  Кирилл наклонился ближе к Стасу.
  - Слушай внимательно. Ты либо принимаешь Его волю, либо уходишь без лишних слов. Но если ты попытаешься увести кого-то еще...ты совершишь греховное дело.
  Глаза Стаса стали метаться, дыхание участилось.
  - Я...Я..Что ты сделал со мной, Кирилл?
  - Тихо. Дыши. Это просто поможет тебе быть честным со всеми нами.
  Кирилл говорил складно и убедительно, словно в него вселился Теодор.
  Он не испытывал страха, не чувствовал стыда.
  Он видел перед собой человека, который мешает Дому. Угрозу Семье, Марте и ему самому.
  И он должен был исправить это.
  Стас ослабел и опустился на стул, тяжело дыша.
  - Ты все понял? - холодно спросил Кирилл.
  - ...да - еле слышно ответил Стас. - Я...постараюсь...
  Кирилл хлопнул Стаса по плечу, испытывая странное удовлетворение.
  Он вышел из комнаты и поймал взгляд Марты, которое все это время следила за ним.
  Ее глаза сияли одобрением. Она страстно поцеловала его и Кирилл ответил взаимностью.
  Глава Двенадцатая
  Прошло еще пару дней. В Доме редко бывали праздники, но в тот вечер Кириллу казалось, что он наполнен праздничным настроением. У всех вокруг было приподнятое настроение, а окна на втором этаже светились мягким золотом, как перед началом какой-то церемонии.
  Самуил нашел Кирилла в кухне, когда он готовил себе чай.
  - Настоятель зовет, - произнес он.
  Кирилл почувствовал в голосе Самуила нечто новое - какие-то нотки почтения и отношения как к равному.
  - Сейчас?
  - Сейчас.
  Кирилл проследовал за Самуилом, который привел его к желто-красной двери. Кирилл поймал себя на мысли, что никогда не видел эту дверь или просто не замечал ее. Открыв ее, Самуил пригласил Кирилла пройти первым, а сам зашел за ним.
  Комната оказалось не похожей ни на одну в Доме. Ее потолок был низкий, стены выкрашены в белый цвет с золотистыми разводами. В углу стояли три свечи, каждая разной высоты. Их пламя колыхалось при малейшем движении воздуха. В центре комнаты находился круг, сделанный из белого песка.
  У круга стояли Теодор и Марта.
  Они ждали его.
  - Брат Кирилл, время пришло, - произнес Теодор и его голос тал будто ниже.
  Кирилл с тревогой посмотрел на наставника, а затем перевел взгляд на Марту, которая улыбалась ему своей любящей улыбкой. Его мгновенно отпустило.
  - Сегодня ты вступаешь в круг тех, кто несет Его волю больше других - продолжил Теодор
  - Ты доказал свою преданность нашему делу, - сказала Марта, - И теперь Дом готов открыть тебе то, что скрыто от остальных.
  Кирилл почувствовал, как все его тело охватывает дрожь. Ему одновременно было страшно, ведь он не знал, что будет дальше, и спокойно, потому что он понимал, что справиться с любыми сложностями благодаря поддержке любящих людей.
  - Встань в центр, - сказал Теодор.
  Кирилл шагнул вперед. Песок хрустнул под ногами.
  Марта зажгла крупную свечу и протянула ее Теодору. Тот опустил руку над песком и провел линию по кругу, разделив его пополам.
  - С этого дня ты не просто брата. Ты - обладатель Истинного Имени, - тихо произнес он. - Имя - это основа. Имя - это путь, заготовленный Им.
  Он положил ладонь на голову Кирилла.
  - Отныне твое новое имя - Левий. Тот, кого слушают. Тот, кто идет впереди.
  Кирилл-Левий закрыл глаза.
  Имя показалось родным, как будто его всегда так звали.
  Теодор продолжил:
  - Пришла пора также раскрыть тебе Истинную миссию Дома. Ту, которую достойны услышать только избранные.
  Теодор стал ходить вокруг Кирилла.
  - Мир погружен во тьму и люди бродят по ней, не понимая куда идти. Чтобы выбраться из нее они выбирают ложь, боль и пустоту - орудия, созданные Дьяволом для порабощения человечества. Мы же есть начало нового пути. Мы - свет. Мы - огонь. И огонь этот должен распространяться постоянно. Его нужно нести тем, кто погряз в мраке. Это - наша задача. Это - Его воля.
  Кирилл слушал, затаив дыхание.
  - Но тьма не исчезнет, если мы просто осветим ее своим светом, - продолжал Теодор, - Она должна быть уничтожена, сожжена изнутри. И ты, Левий, станешь одним из тех, кто поможет нам ее уничтожить. Раз и навсегда.
  Кирилл ощутил головокружение. Пол под ногами будто стал ходить.
  Его одолело странное чувство - смесь тревоги и восторга.
  В этот момент к нему подошла Марта и обвила его руками.
  - Мы сделаем это вместе.
  Марта не отпускала его, и Кирилл чувствовал, как ее дыхание выравнивает его собственное. Сердце все еще билось слишком быстро, но тревога постепенно уступала место покою, почти привычному ощущению правильности и естественности происходящего.
  Теодор все это время стоял напротив них и продолжал свою речь.
  - Завтра мы сделаем первый шаг к реализации нашего грандиозного плана и ты, Левий, станешь неотъемлемой частью его реализации. Вы с Самуилом и несколькими братьями, также продемонстрировавшим свою преданность отправитесь загород, на старую заброшенную фабрику. Там состоится встреча. Сделка, если использовать мирское слово. Нам должны передать важные инструменты для воплощения задуманного.
  Теодор внимательно следил за Кириллом, наблюдая за его реакцией. Кирилл же внимал каждому слову наставника.
  - План уже в процессе. Ты чувствуешь это, Левий. Дом растет, пламя разгорается. Но любой огонь нуждается в топливе. Без него оно погаснет, так и не исполнив своего предназначения.
  Сомнения пытались прокрасться в голову Кириллу, однако размеренный голос Теодора не позволял им это делать.
  Наставник подошел к Кириллу и положил ему руку на грудь, там, где билось сердце.
  - Ты уже доказал, что способен переступить через старые страхи и неуверенность. Завтра ты докажешь, что готов нести ответственность.
  Перед глазами на мгновение вспыхнуло лицо мужчины из квартиры. Кровь на майке. Крик.
  Но следом - тёплый свет свечей, руки Марты, спокойный голос Теодора.
  - Я сделаю все, что требуется, - твердо произнес Кирилл.
  - Хорошо. Вы отправитесь утром на рассвете. На месте вас будут ждать контактные лица.
  Теодор направился к выходу, но остановился у двери и произнес.
  - И еще одно, Левий.
  Кирилл развернулся к своему учителю.
  - То, что случится завтра, должно остаться внутри круга. Не все наши братья и сестры сейчас готовы к истине, потому что бояться ее. Но мы их приготовим. А пока все это должно оставаться в тайне. А теперь идите спать и спокойной вам ночи. Да хранит вас Любовь Его!
  Теодор вышел, а следом за ними последовали Самуил и Марта с Кириллом.
  Марта поглаживала руку Кирилла пока они направлялись к спальной комнате, но у Кирилла в голове крутилась одна и та же мысль - он не пытается представить, что именно Дом собирается получить и это одновременно пугает и приносит странное облегчение.
  Глава Тринадцатая
  Они выехали с первыми лучами Солнца.
  В микроавтобусе было тихо.
  Кроме Кирилла внутри находились Самуил и еще четверо братьев. Все в простой темной одежде, без лишних деталей. Никто не разговаривал. Лишь двигатель монотонно гудел, убаюкивая и одновременно давя на виски.
  Кирилл сидел у окна. За стеклом медленно проплывали окраины города, затем - промзоны, склады, ржавые заборы, пустыри. Чем дальше они ехали, тем реже встречались машины.
  - Самуил, - нарушил тишину Кирилл. - Ты знаешь, что именно нас там ждет?
  Самуил ответил не сразу. Он смотрел прямо перед собой, будто дорога требовала его полного внимания.
  - Знаю ровно столько, сколько нужно - ответил он. - Остальное - не наше дело.
  - Но ты ведь...выезжал на такие дела прежде?
  Самуил едва заметно кивнул.
  - Выезжал.
  - И всегда все проходило...спокойно?
  Самуил хмыкнул.
  - Спокойствие - понятие относительно, брат Левий. Иногда Любовь проявляется не так, как нам хотелось бы. Но я верю Теодору. Этого достаточно.
  Он повернул голову к Кириллу и посмотрел на него внимательно, почти изучающе.
  - Ты ведь тоже веришь.
  Это был не вопрос.
  - Конечно, - уверенно ответил Кирилл.
  Это было правдой. По крайней мере - сейчас.
  Больше они не разговаривали.
  Дорого заняла немного больше часа. Микроавтобус свернул с шоссе на разбитую проселочную дорогу, ведущую к старой промзоне. Вдали показались темные очертания зданий - низкие, вытянутые, словно вросшие в землю.
  Фабрика, которая был местом встречи, выглядела давно заброшенной: выбитые окна, облупившиеся стены, провалившаяся крыша одного из цехов. Территория была огорожена покосившимся, местами поваленным, забором.
  Микроавтобус остановился у бокового въезда.
  - Уже ждут, - сказал Самуил и заглушил двигатель.
  Они вышли.
  Холодный ветер ударил в лицо. Кирилл поежился и огляделся. Где-то неподалеку скрипел металл - ветер качал ржавую открепившуюся конструкцию.
  Тут из тени показались люди.
  Их было пятеро. Одеты они были просто: темные куртки и брюки, солнцезащитные очки. У двоих были сигареты в руках.
  Кирилл сразу понял, что это были люди из околокриминальных или прямо криминальных кругов.
  - Вы вовремя, - сказал один из них, судя по всему, главарь, сплевывая на землю, - Долго стоять не будем.
  Самуил шагнул вперед.
  - Вы все привезли?
  - Как договаривались.
  Главарь кивнул в сторону открытого грузовика, стоявшего у стены цеха. Двери его были распахнуты.
  Трое его подчиненных вынесли деревянные и металлические ящики из грузовика и поставили их перед Самуилом. Самуил повернулся к одному из братьев и повелел ему вскрыть эти ящики, а затем обратился к Кириллу.
  - В багажнике у нас лежит три сумки. Принеси их сюда, пожалуйста.
  Кирилл направился к багажнику и достал оттуда три большие, черные и тяжелые сумки.
  Он отнес их туда, где лежали уже вскрытые ящики. В них лежали бронежилеты, плотные перчатки, куртки. В нескольких ящиках Кирилл увидел автоматы и гранаты. Внутри него что-то неприятно сжалось.
  - Это все? - спросил Самуил.
  - Все как заказывали, - ответил мужчина.
  Кирилл посмотрел на Самуила
  - Это...те самые инструменты? - тихо спросил он.
  Самуил ответил, не глядя на него.
  - Это то, что нужно для реализации пути. Не думай об этом слишком много. Мы делаем то, что должны.
  Мужчины проверили сумки, переглянулись и отнесли их к грузовику. Самуил приказал братьям уложить ящики в микроавтобус. Братья Дома работали молча, слажено, словно делали это не в первый раз. Никто не говорил лишнего, не переглядывался. Все происходило быстро и буднично.
  Один из криминальных, проходя мимо Кирилла, задержал на нем взгляд.
  - Первый раз? - усмехнулся он.
  Кирилл ничего не ответил.
  - Привыкай, - добавил тот. - Дальше будет легче.
  Самуил приказал всем вернуться в микроавтобус. Кирилл, возвращаясь на свое место услышал, как главар, прощаясь с Самуилом говорит ему:
  - Передай своему, что если понадобится что-то еще, он знает, где нас найти.
  Он похлопал Самуила по плечу и вернулся к своему грузовику.
  Они уехали также быстро, как и появились.
  Когда микроавтобус снова тронулся с места, Кирилл почувствовал, как его ладони стали влажными. Он смотрел на ящики и больше не мог притворяться, что не понимает, к чему идет дело.
  - Что и где мы собираемся делать? - с дрожью в голосе спросил он у Самуила.
  - Всему свое время, - спокойно ответил Самуил, не переводя взгляда на Кирилла.
  - Я хочу знать сейчас! - неожиданно повысил голос Кирилл.
  Он ощутил на себе взгляд братьев, явно не ожидавших подобного. Самуил опешил не менее всех остальных, но не стал зацикливать на этом внимание.
  - Теодор скажет, когда все случится. Самому же Теодору подскажет Он.
  - Мне кажется ты специально от меня что-то скрываешь! - продолжал говорить громко Кирилл.
  - Левий, помни, что в нашем деле главное спокойствие. Я знаю про все это не больше, чем ты.
  Внезапно для самого себя Кириллу стало тяжело дышать. Он открыл окно машины и стал жадно вдыхать воздух, но этого было мало. Он хотел выпрыгнуть из машины, убежать. Страх предстоящего оказался сильнее его любви Дому.
  Всю оставшуюся дорогу они проехали в тишине. Кирилл пытался успокоить себя, а Самуил это замечал.
  Когда они наконец добрались до дома, Самуил приказал братьям и Кириллу отнести ящики в подвал. Кирилл нехотя подчинился Самуилу.
  Вернувшись в дом, все братья предстали перед Теодором, который похвалил их за выполненную задачу. Кириллу хотелось задать много вопросов Теодору, убедиться в или наоборот разубедиться в собственных опасениях, однако он решил промолчать.
  Глава Четырнадцатая
  В последующие три недели разговоров о предстоящем было немного, но было много действий и заданий, некоторые из которых Кирилл курировал лично, наблюдая за новичками. Все эти с виду небольшие и безобидные поручения, были так или иначе связаны с тем, что задумал Теодор. Кирилл понимал это и с каждым днем все больше и больше сомневался в правильности того, что говорит Теодор. Он довольно охладел к Марте, а на Самуила даже реагировал агрессивно.
  В какой-то из дней. Кирилл почувствовал, что утомился и решил отправиться на прогулку в одиночестве. Большими шагами он ушел прочь от Дома и вновь, как и в тот злополучный день его увольнения и расставания, шел куда глаза глядят.
  - Я не смогу это сделать. Не смогу. Это преступление. Они готовят преступление. Я не преступник. Я всего лишь хочу покоя и счастья. Я не хочу вредить людям. Не хочу.
  Он сам не ожидал того, что скажет это. Но мысли вырвались наружу. Его ситуация казалось безвыходной. Вернуться к прошлой жизни он не мог, да и не хотел, а новая жизнь, как оказалось, требует от него ужасного поступка.
  - Мне нужно уехать. Да. Мне точно нужно уехать. В другой город, лучше страну. Я же копил деньги. У меня должны были они остаться.
  Воодушевленный этой мыслью, Кирилл побежал к банку.
  Он ввел свои данные в банкомат и ужаснулся.
  Счет был заблокирован за подозрительную активность.
  - Не может быть. Но кто?
  Он пытался вспомнить, что он такого делал, что его счет заблокировали. А потом до него дошло, что становясь членом Дома, он подробно расписывал свои данные в анкете.
  "Они получили доступ к счету и изменили данные" - в шоке подумал Кирилл.
  Разочарованный он пошел дальше по улице. Дрожащими руками он достал телефон.
  - Я об этом пожалею.
  Он набрал сообщение:
  "Аня, ты здесь?"
  Ответ прилетел мгновенно.
  "Да. Что случилось, Кирилл?"
  "Нам надо встретиться."
  "Ты ушел от этих ужасных людей?"
  "Обсудим все при встрече и давай поскорее."
  "Хорошо. Давай встретимся в нашем кафе."
  "Нет, прошу. Только не там"
  "Я рассталась с Максом. У нас ничего не вышло. Я хочу попросить у тебя прощения."
  После этого сообщения Кирилл ненадолго застыл. Он перебирал несколько вариантов ответа. Писал и стирал их, но в итоге остановился на одном.
  "Мне все равно. Давай просто встретимся. Надо поговорить. Я скинул локацию, где я буду. Ты когда сможешь?"
  "Буду через полчаса."
  "Жду."
  Кирилл старался не останавливаться на одном месте. Он был убежден, что Теодор отправит кого-нибудь следить за ним. Скорее всего Самуила.
  Через полчаса Аня пришла к назначенному месту, в сквер. Кирилл нашел ее сразу.
  - Привет! - Аня попыталась обнять его, но Кирилл увернулся.
  - Привет, - ответил он и кивнул головой. - Давай присядем.
  Они заняли свободную деревяную лавку.
  - О чем ты хотел поговорить?
  - Эти люди, с которыми я общаюсь. Мне с ними хорошо, понимаешь. Мне с ними спокойно. Они спасли меня от того, что случилось со мной в тот день. Я доверяю им. Вернее думал, что доверяю до сегодняшнего дня.
  - Кирюш, это же секта. Самая настоящая секта. Я пыталась тебе сказать это тогда, но ты не захотел меня слушать.
  - Возможно ты права, но не суть. Недавно меня повысили. Я превратился из рядового брата в приближенного, а это значит, что мне стали доверять больше и тайн, и заданий. Недавно я отправился на первое такое задание. Мы ездили на сделку, на которой приобрели ящики с бронежилетами и оружием.
  - Что?
  - Они планируют совершить немыслимое. И я тоже должен в этом чувствовать.
  - Не говори глупостей. Не должен. Давай позвоним в полицию. Они мигом их накроют.
  Аня достала телефон и стала набирать 112.
  - Тебе же не поверят. Да и нельзя в полицию звонить.
  - Почему?
  - Я...не хочу подвергать их опасности.
  - Чего? Кирилл, ты себя слышишь? Они готовы убить сотни или тысячи людей.
  - Возможно и не будет такого. Возможно нужно просто проредить ряды. Убрать главаря Теодора.
  - Нет, Кирилл. Эта секта должна быть прикрыта окончательно.
  - Я думаю, они следят за мной. Они могут прийти и устранить меня. Я сам почти такое сделал.
  - Оставайся у меня.
  От предложенного по Кириллу пробежал дрожь.
  - Нет, - отрезал он, изменившись в голосе. - После того, что ты сделала. Нет. Я скорее к себе пойду, но там они наверняка меня найдут.
  - Кирилл, ну прости меня. Я готова бесконечно просить у тебя прощения за содеянное. Я не хотела. Просто, когда мне было совсем плохо, он оказался рядом. И..
  - Хватит! Не хочу больше слышать этого. К тебе я не пойду.
  - Прошу, прости меня.
  - Они заблокировали мне счет. Одолжи мне денег. - холодно произнес Кирилл.
  Аня полезла в свою сумочку и протянула несколько банкнот Кириллу.
  - Спасибо. Я когда-нибудь тебе верну их. До встречи!
  Он поспешно встал и отправился к выходу из сквера.
  - Кирилл!
  Он обернулся.
  - Береги себя, прошу. Я всегда на связи.
  В ответ он просто кивнул головой.
  Выйдя из сквера, он не оглядывался, но спиной чувствовал пространство за собой - словно кто-то наблюдает за ним и выжидает.
  Он свернул с центральной улицы во двор, потом еще в один, потом вышел к трамвайным путям. Шел зигзагами, стараясь не повторять маршруты, которыми он обычно ходил. В голове пульсировала одна мысль:
  "Только бы уйти. Только не назад."
  Он проверил телефон. Связь была. Никаких новых сообщений.
  Это пугало сильнее, чем если бы они были.
  Кирилл зашел в круглосуточный магазин, купил бутылку воды и зажигалку с сигаретами, хотя в последний раз он курил еще в подростковом возрасте. Вышел, закурил. Руки дрожали так, что он едва не уронил зажигалку.
  - Спокойно, - бормотал он себе, - Возьми себя в руки. Надо всего лишь переждать ночь, а утром уехать на первом автобусе или поезде.
  Он посмотрел сколько у него осталось денег. Их хватило бы на билет.
  Тут завибрировал телефон.
  Кирилл увидел сообщение от неизвестного номера:
  "Левий, ты устал. Возвращайся домой."
  Кирилла охватила паника.
  - Нет, нет, нет...
  Не зная, что делать он набрал номер Ани.
  - Кирилл? - ее голос был встревоженным.
  - Аня... - выдохнул он. - Я не могу вернуться к себе домой. Они знают, где я живу. Можно я приеду к тебе?
  Он сам не верил тому, что говорит.
  - Конечно, приезжай. Я уже дома.
  - Я приеду, но телефон выключу, чтобы они не смогли меня отследить. Жди меня в течение часа.
  Он сбросил вызов и выключил телефон.
  К подъезду Ани он добрался почти бегом. Несколько раз ему казалось, что за ним едет машина - он ускорял шаг, останавливался, но каждый раз улица оказывалась пустой.
  Он громко постучал в дверь.
  Аня открыла дверь сразу.
  - Боже... - ужаснулась она, увидев его лицо. - Ты весь побледнел.
  Он не ответил и тяжело дыша вошел внутрь. Он сел на край дивана и уставился в пол, пытаясь успокоиться, а затем просто молча лег, повернувшись к стене. Он мгновенно впал в сон, но иногда просыпался. В одно из таких пробуждений, он увидел, что Аня лежит рядом с ним и слегка обнимает. Ему было одновременно противно и приятно.
  Окончательно он проснулся рано утром. Встав с кровати, он вышел на кухню и налил себе стакан воды. Аня проснулась следом за ним.
  - Мы должны остановить их. - сказал он наконец, вернувшись в комнату. - Мы не должны допустить того, что они планируют.
  Он стал расхаживать по комнате.
  - Все будет хорошо, - Аня подошла Кириллу и взяла его за руку. - Я рядом. Мы пойдем в полицию, к психологам, куда угодно. Главное помни, что ты не один.
  Эти слова стали для него каким-то катализатором. Он вспомнил Марту, которая периодически говорила ему похожие вещи. Кирилл замолчал и задумался. Он вырвал свою руку из руки марты и вновь стал расхаживать по комнате, а затем сел на край кровати и произнес.
  - Ты понимаешь, я отказался от прежней жизни?
  - О чем ты?
  - О ритуале. Я поклялся, что не вернусь к прежней жизни. Кирилла больше нет. Есть только Левий.
  - Не неси ерунды. - испуганно произнесла Аня. - Ты ушел от них. Ты больше не связан клятвами.
  - Они заставят меня заплатить за это, и ты тоже пострадаешь. Я...я должен вернуться.
  - Я тебя никуда не пущу!
  - У меня там есть девушка, которая ждет меня.
  Аня немного изменилась в лице и сделав паузу произнесла.
  - Ты должен понимать, что ее любовь неискренна. Она любит тебя, потому что ты стал частью Дома. Ей промыли мозги, как почти сделали это с тобой. Я..
  В этот момент в дверь позвонили.
  - Это они, - медленно произнес Кирилл, опустив голову.
  - Не будем им открывать. - сказала Аня.
  Кирилл промолчал.
  Звонок повторился. Затем послышался стук. Тяжелый и уверенный.
  - Анна Сергеевна? - из-за двери раздался спокойный мужской голос. Это был Самуил. - Мы знаем, что вы дома и хотим забрать у вас нашего брата. Он переживает сложный период и ему требуется наша помощь.
  Аня посмотрела на Кирилла. Он сидел, уткнувшись в пол.
  - Уходите. Иначе я вызову полицию.
  - Нам не нужны проблемы и вам тоже. Мы просто хотим забрать Левия.
  - Он никуда не пойдет. Вы довели его до этого состояния. Я знаю, все, что вы задумали.
  - И что же вам он рассказал?
  Тут он почувствовал руку Кирилла на своем плече.
  - Аня... - сказал он тихо. На нем не было лица. - Я с ними поговорю.
  - Нет! - схватила она его за руку. - Кирилл, пожалуйста!
  - Ты не понимаешь, - сказал он с тоном смирения в голосе, - Они все равно не отстанут.
  Он подошел к двери и открыл ее сам.
  На лестничной площадке стоял Самуил и еще двое братьев.
  - Брат, - сказал Самуил с теплой улыбкой, - Мы переживали.
  - Мне...мне нужно было подумать.
  - Конечно, - кивнул Самуил, - Именно поэтому мы пришли к тебе.
  Он посмотрел на Аню.
  - Благодарим вас за заботу. Мы забираем его домой.
  - Он никуда не пойдет! - выкрикнула Аня, - Вы не имеете права!
  Самуил выдохнул.
  - Анна, - сказал он мягко, - Вы уже сделали достаточно. Не мешайте ему исцелиться.
  - Нет!
  Она ломанулась в кухню и выбежала оттуда с большим кухонным ножом.
  - Или вы оставите его здесь или я займусь вами.
  Братья не ожидали такого поворота событий, как и Самуил. Кирилл заметил, как на его обычно невозмутимом лице, появился страх.
  - Не делайте глупостей! - Самуил в напряжении опустил руки по швам.
  - Глупостями тут занимаетесь только вы.
  - Аня, - спокойно произнес Кирилл. - Я решил. Я еду с ними.
  - Кирилл, Кирюшенька...ну послушай себя. Это же опасные, чокнутые люди.
  - Решение принято, - настойчиво говорил Кирилл. - Спасибо за тебе за помощь, да и вообще за все, что было у нас в жизни.
  Она бросила нож и хлопнула дверью.
  Кирилл услышал, как Аня разрыдалась и его сердце сжалось от боли.
  Они спустились к машине. Кирилла усадили на заднее сиденье.
  В машине было тихо.
  Кирилл смотрел в окно, наблюдая за полетом перелетных птиц. В ответ на него смотрело незнакомое, усталое лицо.
  Когда они подъехали к Дому, он почувствовал, как внутри поднимается волна стыда и облегчения одновременно.
  В приемной их уже ждали.
  Теодор стоя у лестницы наверх. Рядом с ним - Марта.
  Она подошла к Кириллу сразу, обняла его крепко, почти болезненно.
  - Ты напугал нас, - прошептала она, - Но теперь все хорошо. Ты наконец дома.
  Теодор смотрел на Кирилла внимательно. Без гнева и упрека.
  - Ты стал сомневаться, - сказал он спокойно. - Это нормально, но для обычных братьев. В твоем же случае сомнение - болезнь. А болезни лечат.
  Он повернулся к Самуилу.
  - Отведите Левия в нижнюю комнату. Приступим к восстановлению через несколько часов.
  У Кирилла не было сил как-то воспротивиться этому. Он слишком устал.
  Марта поцеловала его в лоб.
  - Потерпи, - сказала она нежно. - Это из Любви.
  Когда дверь за ним закрылась, и свет стал тусклым, Кирилл понял, что теперь его сломают окончательно.
  Глава Пятнадцатая
  Кирилл не знал сколько времени прошло с того момента, как за ним закрылась дверь. Здесь не было окон, только тусклая лампа под потолком и слабый запах сырости, смешанный с чем-то травяным - знакомым, домашним, как чай Марты, но это домашнее больше не создавало того уюта, что раньше.
  Несколько раз братья рангом по ниже приносили ему еду и чаи и молча оставляли их, игнорируя вопросы Кирилла о том, почему к нему не заходит никто из старших и сколько ему еще здесь находится.
  Одиночество сводило его с ума. Он пытался собраться с силами, мобилизовать себя, не сломаться, но его мысли постоянно расползались, а затем накатывались волнами тревоги. То в голову лезло лицо Ани - ее слезы, нож в руке, крик. То вспыхивал грузовик у фабрики и ящики. То снова и снова возвращались слова Теодора: "Болезнь лечат".
  Когда дверь очередной раз открылась, к нему в комнату прошел Самуил. Спокойный и невозмутимый как обычно.
  - Как ты? - спросил он.
  Измученный Кирилл нервно усмехнулся и тихо произнес.
  - Как будто я изменил себе, - сказал он.
  Самуил сел напротив него, положив ладони на колени.
  - Ты устал, Левий. Ты напуган. Это нормально.
  - Вы хотите убить людей. Ты считаешь это нормальным?
  Самуил не повел и мышцей на лице.
  - Ты видел форму, - сказал он спокойно, - Но ты не видишь за ней смысла. Потому тебе и страшно.
  - Смысл? - Кирилл кое как повысил голос. - Какой смысл в том, чтобы...
  Он не договорил. Слова застряли в горле. Кирилл не хотел их произносить, потому что тем самым они могли стать реальнее. А он не хотел, чтобы реальность имела подобные очертания.
  Самуил встал.
  - Сейчас мы вернем тебе ясность, - мягко произнес он.
  Он открыл маленькую металлическую дверцу в стене. Внутри было что-то похожее на нишу, где уже стоял поднос с чашкой и маленькой миской.
  - Выпей. А потом мы снова поговорим.
  Кирилл посмотрел на чашку. От нее шел слабый запах трав - сладковатый и плотный.
  - А если я откажусь?
  - Тогда ты не выйдешь отсюда еще долго, - холодно произнес Самуил. - Хочешь на свободу - пей.
  Кирилл хотел что-то сказать в качестве протеста, но не нашел подходящих слов. Он понимал, что его судьба полностью в руках этих людей.
  Кирилл выпил и почти сразу почувствовал, как тревога, агрессия и разные мысли постепенно расползаются в голове, сменяясь ватным спокойствием.
  Самуил наклонился и тихо сказал.
  - Ты не сделал ничего плохого. Ты испугался, усомнился. Но мы вернем тебя на пусть истины.
  Дверь закрылась.
  И Кирилл провалился в глубокий сон.
  Когда он проснулся, он чувствовал себя легче, свободнее. Даже комната перестала давить на него.
  Второй визит был не похож на первый. На этот раз с Самуилом пришла и Марта.
  Войдя в комнату, она села рядом с Кириллом и взяла его за руку так крепко, будто боялась, что он исчезнет.
  Ты ушел, - прошептала она. - И мне было холодно без тебя.
  Кирилл с трудностью проглотил слюну.
  - Я..испугался.
  - Я знаю, - сказала Марта. - Но страх - это то, чем питается тьма. Она всегда шепчет нам, что мы одни. Что мы должны спасать только себя.
  Она наклонилась к нему еще ближе.
  - Но ты ведь не один. Ты со мной.
  Слова попали в точку. Кирилл ощутил облегчение. Он не сделал ничего плохого. Всего лишь ошибся.
  Самуил стоял в стороне, будто бы наслаждаясь тем, как Кирилл постепенно возвращается к ним.
  - Настоятель Теодор ждет тебя, - произнес он. - Но для начала ты должен вспомнить кто ты?
  - Я Левий, - почти автоматически произнес Кирилл.
  Марта улыбнулась и взглянула на Самуила. Тот с едва заметным удовлетворением посмотрел на нее.
  - Верно. А кто такой Кирилл? - продолжил Самуил.
  Кирилл хотел сказать, что это тоже он, но не смог. В голове всплыли образ уволенного, брошенного парня и ощущения предательства, пустоты и непреодолимого одиночества.
  Он сжал кулаки.
  - Тот, кем я был прежде. Он был слабым.
  Самуил кивнул, словно услышав единственно верный ответ.
  - Он был один. И поэтому им легко было управлять. Рутинная работа, неверная женщина и ее предательство. Все это - рычаги тьмы.
  Марта поцеловала Кирилла в шею и тихо произнесла:
  - А теперь ты другой. Ты Левий. Ты рядом с Ним и со всеми нами.
  Кирилл закрыл глаза и внезапно ощутил прилив гнева. Но злился он не на Дом или Теодора, а на себя прежнего. На свою слабость. На то, что он снова позволил Ане влезть в его жизнь, дернуть за ниточку.
  - Она... - сказал он хрипло. - Она пыталась сбить меня с пути.
  - Она пыталась вернуть тебя туда, где ты был никем, - спокойно ответил Самуил. В старую клетку. Она не хотела спасти тебя. Она хотела забрать обратно то, что потеряла.
  Эта мысль казалось приятной Кириллу. Ему больше не нужно было разбираться, кто прав. Ему нужно было просто выбрать сторону и выбор этот был очевиден.
  Кирилл провел в комнате еще два дня. Последние сомнения угасали в нем, как тлеющие угли. Теперь он понимал, что искренне любит Дом и готов следовать делу настоятеля.
  Вечером второго дня к нему вновь пришел Самуил и сказал, что Теодор хочет его видеть. Он выпустил Кирилла из комнаты, но отправил его не в комнату Теодора наверху, а в зал собраний. Там сидели люди. Не все - только те, кого Кирилл видел чаще всего: братья и сестры, которым доверяли. У всех лица серьезные и собранные.
  Теодор появился не сразу. Он вошел, когда в комнате наступила абсолютная тишина.
  Он посмотрел на Кирилла.
  - Левий, - произнес он, - ты усомнился.
  Кирилл напрягся, но не отвел от него взгляда.
  - Ты оступился, - продолжал Теодор, - Попытался вернуться в мир, который тебя разрушал. Это - ошибка. Но любая ошибка исправима. И мы ее почти исправили. Остался лишь небольшой штрих.
  Теодор подошел к Кириллу.
  - Ты видел инструменты и испугался их.
  - Да, - спокойно произнес Кирилл.
  - А теперь скажи, - Теодор слегка наклонил голову, - ты испугался инструментов...или того, что ты достоин их держать?
  Кирилл почувствовал, как внутри будто что-то щелкнуло.
  Как будто вопрос был не про вещи, а про его ценность.
  И он вдруг понял:
  Если он снова даст слабину - его вернут в комнату. Во тьму и одиночество.
  - Я... - сказал он, и голос его дрогнул, - Я испугался себя.
  Теодор улыбнулся по-отечески ласково.
  - Вот. Это и есть правда.
  Марта стояла в стороне, но Кирилл видел её взгляд. Словно она ждала, когда он окончательно станет тем, что из него лепили.
  - Слушай все, - сказал Теодор, обращаясь к кругу. - Момент истины приближается. Скоро мы приступим к реализации нашего деяния. Не потому, что мы хотим разрушения. А потому, что мир сам просит очищения. Он стонет в болезненной агонии под гнетом тьмы, которая стала еще больше и самоуверенней.
  Он сделал паузу.
  - И Чтобы никто из вас не дрогнул, вы должны быть чистыми изнутри.
  Кирилл почувствовал, как в зале напряжение становится ощутимым физически. Кто-то сжал ладони. Кто-то закрыл глаза. Кто-то тихо стал шептать молитву.
  Теодор поднял руку. Все вновь сосредоточились на нем.
  - С сегодняшнего дня вы соблюдаете тишину вне Дома. Никаких излишних контактов вне его. Только концентрация на нашей миссии. С завтрашнего дня начнутся медитации, практики и тренировки. Вы будете учиться быть единым телом. Одной волей. Одним огнем. Да прибудет с нами Любовь Его!
  - Да прибудет с нами Любовь Его! - повторили все, включая Кирилла.
  - И помните, - добавил Теодор. - Мы милосердны ко всем, кто признает, что он встал на ложный путь и готов меняться.
  Сказав это, он украдкой взглянул на Кирилла и вышел из зала.
  Кирилл понял. Он окончательно стал частью Дома, а Дом стал частью его.
  
  Глава Шестнадцатая
  Следующий месяц весь прошел в тренировках. Дом готовился к реализации своего плана. За все это время Кирилла практически не выпускали из здания, а если он и выходил оттуда, то к нему приставляли наблюдателя.
  Несколько раз у дома появлялись полицейские наряды, однако Теодору всегда удавалось отделываться от них разными способами.
  Утро судного дня наступило ярким рассветом. Кирилл проснулся раньше всех. Он лежал в тишине, наблюдая за безоблачным небом и слушая как где-то в доме скрипят половицы, как по трубам проходит вода, как кто-то молится шепотом. Кирилла одолевало тревожное ожидание, как перед экзаменом в школе. Но он понимал, что главное столкнуться с причиной тревоги лоб в лоб и все, как рукой снимет.
  В назначенное время сбора, он вышел в коридор. Там уже стояли братья и сестры в черных одеждах. Их было пару десятков, но это были не все члены Дома, лишь самые опытные.
  Они молча взглянули на Кирилла.
  Молчал и Самуил. Он кивнул Кириллу и показал рукой следовать за ним вниз. Внизу, в подвале стояли подготовленные сумки и ящики. Кирилл старался не смотреть на них долго, чтобы не искушать себя возможными сомнениями, которых он опасался. Ведь сомнение - это болезнь, как говорил Теодор.
  Вместе с Самуилом и несколькими братьями они вынесли сумки наверх. Там же у выхода его ждала Марта, одетая в черный спортивный костюм. Она подошла к Кириллу и провела рукой по его одежде, разгладив складки, словно они собирались на прогулку.
  - Ты дрожишь, - прошептала она.
  - Нет, - сказал Кирилл, хотя знал, что он лжет.
  - Мы справимся, - сказала Марта и положила ему ладонь на грудь, - Слушай не голову. Слушай свое сердце, любовь. Любовь не рассуждает.
  Она поцеловала его. Кирилл поцеловал ее в ответ, но сделал это довольно холодно.
  Марта ощутила это, но не придала значения. Взяв за руку Кирилла, она повела его за собой во двор, где их уже ждали два совершенно новых микроавтобуса.
  Все расселись по местам и двинулись к цели.
  Целью членов Дома был захват нескольких важных городских точек, а затем выполнение их требований. Требование было ровно одно - городские власти, отдают власть в руки Теодора, дабы тот начал свое великое освободительное шествие по стране, но Теодор прекрасно понимал, что его требования выполнять никто не будет, поэтому единственным способом достичь нужной цели было серьезное запугивание.
  Кириллу и Марте предназначалось захватить узловую станцию метро и парализовать движение поездов.
  Из микроавтобуса они вышли не все вместе, а парами с интервалами. Все это выглядело довольно спокойно и буднично, словно группа людей приехала по делам. Кирилл нес сумку так, будто в ней обычные вещи, но ее тяжесть периодически тянула его плечо вниз, однако он все равно шел, стараясь не зацикливаться на этом.
  В голове у него возникали слова Теодора:
  "Мы не разрушители. Мы очищение. Мы не зло. Мы огонь, который освобождает"
  На месте было тепло, тесно и шумно. Люди говорили, смеялись, ссорились, утыкались в телефоны, покупали кофе, ругались на очереди в кассы. Такой привычный мир. И от этого Кириллу стало почти тошно: он видел, насколько эти люди уверены, что их день закончится обычно.
  Кирилл поймал себя на мысли, что уже не воспринимает происходящее как выбор. Это было как следование судьбе. Как "дело", которое давно началось - ещё тогда, в приёмной у начальника, когда он отгонял мысль об увольнении. Ещё тогда, когда Аня отписалась "поговорим завтра". Ещё тогда, когда он впервые услышал: "Дом любви. Он рядом. Он ждёт тебя".
  Войдя в вестибюль Марта приказала членам Дома занять свои места. По ее сигналу они должны были вооружиться и взять людей в заложники, а полицейских внутри обезоружить.
  Как только все оказались на местах, Марта подняла руку. Это и было сигналом. Процесс пошел.
  Сумки расчехлились. В руках братьев и сестер Дома оказались те самые инструменты. Кирилл с несколькими братьями быстро разобрались с охранниками, отняв у них оружие, связав и уложив на пол. Далее она отправила нескольких членов Дома включая Кирилла вниз по эскалатору.
  Внизу они проделали тоже самое. Разобравшись с охраной, они согнали несколько десятков людей, стоявших на перронах в один круг, чтобы их легче было контролировать.
  Поезда больше не приезжали. Движение были парализовано, как и планировалось.
  У людей, оказавшихся в кругу, началась паника. Кто-то плакал, кто-то молчал, уставившись в одну точку. Несколько человек задавали похожие вопросы: "Кто вы?", "Что вам надо?" "Зачем мы вам нужны?" "Мы выживем?", и получали на них односложные ответы, но чаще всего один: "На все Его воля".
  Пару человек попытались вырваться из круга, но Кирилл мгновенно вернул их обратно, наведя на них оружие. Его руки дрожали, а лицо подергивалось, но тщательно пытался это скрыть.
  Именно в этот момент Кирилл увидел там знакомое лицо.
  Аня.
  Она смотрела по сторонам с испуганным лицом, но как будто сквозь всех окружающих ее людей. Кирилла она тоже не замечала.
  Увидев ее, Кирилл впал в ступор. Он видел, как ей страшно. И через призму ее страха, он заметил, как страшно всем остальным.
  Его переклинило.
  "Неужели я готов навредить всем этим невинным людям?" - задал он себе вопрос в голове.
  - Аня, - он подошел к кругу, вытянул оттуда и отвел в сторону.
  - К..Кирилл. Что...Зачем ты...Зачем вы это делаете? - на ее глазах стали наворачиваться слезы.
  - Мы...мы хотим спасти всех. Избавить вас от тьмы очищением.
  - Что ты такое говоришь? Ты слышишь себя? - ее голос дрожал.
  - Так говорил Теодор. И я ему верю.
  - Это же полнейший бред. Как же ты этого не понимаешь?! Я должна был в тот день отбить тебя у них. Должна была.
  Кирилл нахмурился.
  - Ты всегда хотела, чтобы я поступал по-твоему, а не так как хочется мне.
  - Тебе хочется запугивать людей?
  Он промолчал.
  - Кирилл, любимый мой. Прошу тебя. Давай уйдем отсюда. Просто уйдем. Как только ты уйдешь, остальные поступят также. Мы начнем все заново, я и ты. Мы уедем, куда угодно. Прошу тебя, давай просто уйдем.
  Ее слова были простые. Человеческие. В них не было никакого мессианства, спасения и прочего. Только настоящее желание жить.
  Кирилл почувствовал, как на него накатывается паника. Осознание происходящего и страх стали проникать в него все сильнее.
  Уйти.
  Сейчас.
  Пока не поздно.
  Он посмотрел на свои руки. На ремень сумки. Вновь на людей вокруг.
  - Ты же выше этого, Кирилл, - умоляя говорила Аня. - Ты же не такой...ты хороший.
  Эти слова были для него последним шансом вернуться к прежней жизни.
  В нем началась внутренняя борьба. Нужно было либо выбрать Дом, где его ценили, замечали, любили, но все это для одной цели. Либо прежнюю жизнь, которая плюнула ему в лицо, а теперь под личиной обновления, пыталась вернуть его обратно.
  В этот момент в вестибюль спустилась Марта.
  - Братья, сестры. Теодор сказал свою речь. Мы ждем ответа от мэра в течение пятнадцати минут. Если наши требования не исполнят, то вы знаете, что делать дальше.
  Она взглянула на Кирилла любящим взглядом, но Кирилл считал кое-что еще. Никогда прежде он не видел подобного на ее лице.
  Марта как будто бы прощалась с ним.
  Кирилл снял с себя бронежилет.
  - Нет, не делай этого Кирюша, - взмолилась Аня.
  - Надень, - сказал он, протягивая ей жилет.
  - Что? - опешила она.
  - Я сказал, надень. - настойчиво продолжал он.
  Аня послушно и неуклюже одела бронежилет на себя.
  - Уходи через тоннель.
  - Нет.
  - Уходи, если хочешь жить.
  - Без тебя не уйду.
  - Аня, прошу тебя. Я не смогу вернуться к прежней жизни. Они...Они сломали меня.
  - Шанс изменить свою жизнь есть всегда, Кирилл. Идем со мной. Я умоляю тебя.
  - Нет. Мне жаль, что у нас с тобой не вышло все так, как хотелось бы. Прощай.
  - Но...
  - Хватит. Молю.
  Она посмотрела на него с отчаянием на лице, а потом крепко обняла и спустилась на рельсы.
  - Мэр отказал! - крикнул кто-то из братьев.
  Дальше всё пошло быстро.
  Не как в кино, где ты успеваешь подумать, понять, остановить.
  Быстро - как падает стакан со стола: ты видишь, что он падает, но уже не можешь вернуть его обратно.
  Кирилл не помнил лиц. Не помнил звуков. Не помнил даже собственных рук.
  Он помнил только одно: ощущение, что он делает то, что должен.
  Что он - часть механизма.
  Что его личная боль превращается в чужую беду, и от этого становится легче. Пугающе легче.
  Мир на мгновение дрогнул.
  Потом - ещё раз.
  Кто-то закричал.
  Кто-то побежал.
  Кто-то упал.
  Кирилл оглянулся.
  Ани уже не было.
  А это было самое главное.
  Затем Кирилл увидел, как к нему спускается с порезом на половину лица и несколько раненных братьев и сестер.
  И тут наступила тишина.
  Но тишина эта продлилась недолго.
  Сначала Кирилл услышал звук. Глухой, нарастающий, как дыхание огромного зверя. Потом - резкий хлопок. Не один. Несколько. С разных сторон. Будто сам воздух начал разрываться.
  Марта оглянулась.
  - Что это? - прошептала она за все время неуверенно.
  Где-то совсем близко вспыхнул ослепительный свет, и в ту же секунду пространство словно схлопнулось. Кирилла отбросило в сторону. Он ударился о стену, почувствовал резкую боль в плече и вкус крови во рту. Мир распался на обрывки: крики, звон, сирены, треск, пыль.
  Он лежал на холодном асфальте и не сразу понял, что больше не видит и не слышит Марты.
  Попытался приподняться - не смог. Тело не слушалось. В ушах стоял гул, как будто перед ним обрушилось огромное здание.
  Сквозь дым и он увидел людей в форме. Их было много. Они кричали, отдавали команды, бежали, перекрывали пространство. Кто-то тянул раненых. Кто-то падал. Кто-то больше не двигался.
  Кирилл понял: всё пошло не так.
  Не по плану.
  Не по Любви.
  Он попытался позвать Марту, но вместо голоса вырвался хрип. Горло жгло. Глаза слезились от дыма.
  Однако он сумел разглядеть ее. Она лежала неподвижно, с открытыми глазами, в которых уже не было ни спокойствия, ни уверенности, ни любви. Просто пустота.
  Кирилл хотел отвернуться, но не смог.
  "Дома больше нет" - пронеслось у него в голове.
  В этот момент, кто-то закричал, что тут есть выживший, но Кирилл уже едва мог разбирать речь. Он чувствовал, как уходит тепло. Как тело становится тяжелым, будто его медленно вдавливают в землю.
  Кирилл не знал, сколько прошло времени.
  Может, секунды.
  Может, вечность.
  Мысли приходили обрывками.
  Вспомнил Аню и их совместную жизнь
  Вспомнил свою работу и день увольнения.
  Вспомнил запах чая.
  Вспомнил своё имя.
  Кирилл.
  Он понял, что лежит неподвижно. Что тело больше не болит - вообще. Что страха тоже нет.
  Только странная ясность.
  "Если Дом - это Любовь,
  то почему в ней так много смерти?"
  Ответа не последовало.
  Потому что вопросы больше были не нужны.
  Где-то далеко продолжали выть сирены. Город жил, спасал, считал погибших. В новостях потом скажут сухо и безлико: группа радикальных лиц, трагедия, жертвы, следствие установит.
  Имена не будут важны.
  Ни Теодор.
  Ни Самуил.
  Ни Марта.
  Ни Кирилл.
  Дом, который обещал избавить от одиночества,
  оказался местом, где никто не выжил.
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"