Ворон Ярослав. 14. Кольца над полями

Ворон Ярослав
14. Кольца над полями

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]

Links

Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками

Оставить комментарий © Copyright Ворон Ярослав Размещен: 26/08/2026, изменен: 26/08/2026. 547k. Статистика. Роман: Фэнтези Ковен Сплетения Скачать FB2		Ваша оценка:
Аннотация: Если есть магические кольца, то почему бы не существовать и магическим полям? Для этого магам и феям ковена Сплетения даже не обязательно поголовно становиться математиками - достаточно, чтобы они наконец-то вплотную занялись сельским хозяйством в квазипараллельной России, всё ещё умирающей во Второй мировой войне, но уже начавшей оживать. Но каким бы ни было магическое поле, с него будет собран и магический урожай - новые знания, новые артефакты и, конечно же, новые маги...

Кольца над полями (Ковен Сплетения - 14)

    Если есть магические кольца, то почему бы не существовать и магическим полям? Для этого магам и феям ковена Сплетения даже не обязательно поголовно становиться математиками - достаточно, чтобы они наконец-то вплотную занялись сельским хозяйством в квазипараллельной России, всё ещё умирающей во Второй мировой войне, но уже начавшей оживать. Но каким бы ни было магическое поле, с него будет собран и магический урожай - новые знания, новые артефакты и, конечно же, новые маги...

Пролог

    - Присаживайтесь, товарищ Стрелкова, - неторопливо произнёс Сталин. - Скажите, сколько примерно сестёр ордена Пути ещё может появиться в нашем мире?
    Ната ответила сразу же - наблюдения за структурой магического фона Параллели ковен вёл регулярно, и последнее такое наблюдение было проведено не далее как вчера:
    - Шесть плюс-минус одна, товарищ Сталин. Это в дополнение к двум девочкам, которые ещё не успели стать ученицами.
    - Ясно. Всего, таким образом, должно стать двадцать четыре? А у вас есть какие-нибудь соображения - как искать их в Советском Союзе? - Сталин слегка выделил голосом последние два слова.
    "Ну да, почти все они познакомились с нами именно потому, что были больны или ранены - с кем же ещё имеют дело целительницы?" - сообразила Ната. - "А поскольку фронт уже приблизился к довоенным границам, раненые девушки теперь будут в основном иностранками, а нужны-то в первую очередь наши, русские!"
    - Товарищ Сталин, скрытый дар обычно обнаруживается в присутствии чьей-нибудь активно применяемой магии, - сказала она. - Но это не обязательно должна быть именно целительская магия - годится и природная, и спасательская. Другое дело, что нам пока не до сельского хозяйства.
    - И всё же, товарищ Стрелкова, на данный момент оно становится столь же важным, как и обеспечение фронта. Рассмотрите вопрос о переброске магов-природников на село.
    - Рассмотрим, товарищ Сталин. Сейчас, я так понимаю, речь о севе озимых? Но нам понадобится содействие партийных органов и ведомства товарища Бенедиктова.
    - Разумеется. Обеспечим, а вы организуйте бригаду, и учтите - поля вам поручат трудные. Справитесь? - Сталин не сомневался, что маги справятся и с будущим урожаем, но ему было важно, чтобы это пообещала сама Лесная Сестра.

Глава 1. ЦАРЕВНЫ ЗМЕЙ И ТРИТОНОВ

7-10 февраля 2015

Нет в сущности другого наслаждения, как употреблять и чувствовать собственные силы, и величайшее страдание - это сознавать недостаток сил там, где в них есть нужда.

А. Шопенгауэр

    "Кац и Шац съедают кучку повидла за десять минут. Кац и Альбац съедают такую же кучку за двенадцать минут, а Шац и Альбац - за пятнадцать минут. За какое время они съедят кучку повидла все вместе?"
    - Щас решу, - усмехнулась Василиса, прочитав условие задачи, иллюстрированное тремя мышатами, державшими наперевес ложечки для повидла. - Нужно сложить производительности и составить систему уравнений, так? - занятие уже заканчивалось, и она позволила себе обозначить переменные не буквами, а стилизованными крысками. - Артур Анатольевич, а у этой задачи есть ленивое решение? Вы же сами говорили, что "математика - наука лентяев".
    - Разумеется, есть, - подтвердил Страж Вихрей. - Здесь же не требуется находить все три значения по отдельности, не так ли? Хотя и это можно - три неизвестных, и уравнений тоже три.
    - Я поняла. Только сумму? Общий знаменатель... шестьдесят, правильно? Получается одна четвёртая кучки в минуту. Чёрт, они же все по два раза вылезли!
    Артур невозмутимо пожал плечами:
    - И что? Общий множитель - за скобки.
    - А, понятно. Ответ - восемь минут.
    - Правильно. А, например, один Шац?
    - Сейчас... Двадцать четыре минуты, хотя... - девушка невесело рассмеялась. - Быстрее-быстрее! Потому что Кац и Альбац непременно будут подъедать.
    - Совершенно верно, коллега, - кивнул Артур. - Однако мы рассматривали случай, так сказать, "сферической лошади в вакууме". Минуточку, я напишу вам домашнее задание... Кофе будешь? - он перешёл на "ты", давая понять, что занятие окончено.
    - С удовольствием, а то я сегодня сонная какая-то. Как думаешь, я успею догнать остальную группу?
    - Не волнуйся, за девятый класс ты всё сдашь прекрасно, тем более что экзамены только через год. Но ты ведь не это хотела спросить, я правильно понимаю?
    Василиса смущённо спрятала глаза:
    - Угу. Скажи, а может быть, я смогу стать именно феей Огня? Феи Воздуха же есть, и тринадцатая фея Воды есть.
    - Отражённой Стихиалью, ты имеешь в виду? Знаешь, я уже думал на эту тему, - Страж Вихрей сделал небольшую паузу. - Действительно, дополнительную магию соответствующего уровня для тебя, похоже, собрала межмировая площадь в границах Тройной связи, потому что ни в одном из наших трёх основных миров её не осталось. Так что проблема здесь если и возникнет, то в первую очередь с твоей стороны - ты же не прочитала надпись на перстне Огня, а только разобрала, что в ней двадцать букв, так ведь?
    - Ну да. Подожди, но тогда же на мне не было "глаз василиска"!
    - Вот именно, и теперь они вполне могут сработать. Как бы проверить... Да, есть у меня одна мысль. Ты никуда не торопишься?
    - Вообще-то я хотела обед приготовить для мамы, она сегодня поздно вернётся. А что?
    - Предлагаю зайти к гному, ты же не была в его пещере? Потом вместе всё купим и приготовим, я хорошо готовлю.
    - Знаю, - улыбнулась девушка. - Ой, хочу к гному! Там же, наверное, целая пещера сокровищ?
    - К гному Мораотха, - уточнил Артур. - И позволь тебя отчасти разочаровать. Сокровищ-то в их пещерах даже не много, а очень много, а вот зеркал - ни одного!

* * *

    Вернувшись с помощью Даримы из Русаковской больницы, где она продолжала учить Алёну читать, Ядвига открыла было свой собственный учебник русского языка - всё же не родного, и к шестому класссу следовало непременно подтянуть его, - однако очень быстро поняла, что сосредоточиться абсолютно не в состоянии. Свирепо прошипев эмоциональное польское выражение, которое девочке из приличной семьи и знать-то не полагалось, она захлопнула книгу и начала расхаживать по комнате, пытаясь отвлечься от сонных зевков и дикого фантомного зуда, но в итоге всё же постучалась в спальню учениц:
    - Мирося?
    - Она в госпитале, - доложила Раечка. - Опять чешется, да?
    - Аха, - тяжело выдохнула Ядвига. - А вы что, не пошли в гости?
    - Мы никуда не пойдём, пока Мирося не долечится, - отрезала Бланка.
    - А потом все вместе, - подтвердила Майя, которой это коллективное решение, судя по выражению лица, тоже далось нелегко.
    Ядвига скрипнула зубами, пережидая приступ особо сильного зуда:
    - Девочки, а вы не можете помочь?
    - Нам артефакты только на работе дают, - недовольно буркнула Надя. - Говорят, маленькие ещё. Девчат, кто в обитель сходит?
    - А ученицы разве могут сами? - удивилась Ядвига.
    - В один конец. Туда переходим, а оттуда - полную фею надо ждать. Девчат, ну так что? Я бы сама сходила, но Дуся на занятиях.
    - Так Лида с Розой тоже, - напомнила Майя.
    Ждать в обители, однако, никому не пришлось, поскольку в этот момент из прихожей послышался звук трёхногого появления, и Раечка моментально выплеснулась за дверь:
    - Люсёна, не уходи!
    - Что такое? - отозвался женский голос. - Сейчас посмотрю, - в комнату вошла Мирослава и за ней - обладательница голоса.
    - Что, не получилось? - разочарованно нахмурилась Надя.
    - Получилось, но не всё сразу, - успокоила её женщина. - Мирося, извини, я покажу, а то девочки переживают, - она приподняла подол платья Мирославы. - Видите, нога почти до колена отросла? Раиса, Ана дома? Скажи ей, чтобы срочно сообразила для Мироси что-нибудь питательное, хотя бы яичницу.
    - Аха, - Раечка умчалась на кухню, и женщина повернулась к Ядвиге:
    - Пойдёмте в "Склиф", у меня всё равно артефакты не с собой. Вас как зовут? Меня - Людмила Евгеньевна, будем знакомы, - они уже стояли в комнате целительниц, очень похожую по обстановке на такую же в Русаковской больнице. - Именно "фантомный зуд", говорите?
    Девочка, прислушавшись к себе, наконец-то смогла сформулировать:
    - Нет, чешется как раз сама рука, это я просто привыкла, что пальцы болят, которых нет.
    - Я поняла. Давайте сначала, в самом деле, уберём все болевые ощущения, и я посмотрю, в чём дело, - Людмила Евгеньевна закатала рукав платья Ядвиги и размотала бинты. - Мгм. Такое впечатление, что вам уже открыли регенерацию - видите, кости растут? Потому и чешется.
    Ядвига с удивлением посмотрела на свою руку - под лоскутом кожи, закрывавшим культю, действительно бугрились торцы костей:
    - Но мне же ещё не начинали отращивать!
    - А вы сами не могли запустить этот процесс? У вас ведь, насколько я понимаю, тоже должен быть какой-то целительский дар.
    - Или Алёна постаралась, - сообразила девочка. - Ну кто её просил лезть раньше времени?
    - Алёна - это кто?.. Если у неё дар именно регенерации, это просто великолепно! Вы уж простите её, хорошо? Она же искренне старалась помочь.
    - Да понимаю я, - вздохнула Ядвига. - И что теперь?
    - Теперь, понятно, надо срочно заняться вашей рукой, раз регенерация уже запущена. Скорее всего, за один раз всё сделать не получится, но за два - точно. Подождите, я спрошу, кто из целительниц сегодня может, - Людмила Евгеньевна поднялась из-за стола и исчезла.

* * *

    Это был уже второй на сегодня гном, и Василиса недоуменно спросила:
    - Артур, а что ты хотел проверить?
    - Всю глубину твоего нравственного падения! - моментально перебил мастер. - В какое место ты засунула приветствие, я уж не говорю о грибах? А ещё дева Огня называется! Ладно ещё этот воздушный охламон, но ты-то?
    - Ох, извини, - спохватилась девушка. - Привет. А грибы...
    - У меня, вместе с приветизацией, - Страж Вихрей достал прямо из воздуха длинную снизку сушёных подберёзовиков - на самом деле, конечно, она до поры до времени была невидимой.
    Мастер предвкушающе облизал губы, и его голос стал чуть менее угрюмым:
    - А этому мораотхскому охламону небось белых поднесли... Итак?
    - Итак, сотвори же уникалию! - улыбнулся Артур. - Кольцо полной феи Огня.
    - Огонь третьего мира, значит? Потому что охламоны двух миров не справились, я так понимаю? Ну ещё бы! Да будет вам известно, что я кушал грибы ещё тогда, когда они под ними в прятки играли! Ну что встала-то, дева Огня? Язык из глаза вытащи, то есть глаз из уха, и ларец об это место, - гном повелительно хлопнул ладонью по столу.
    - Щас, - Василиса отцепила одну серьгу и осторожно поставила на стол небольшую шкатулку с кольцом и кулоном, которые ей только что сделали на Мораотхе. - А какой должен быть камень в кольце полной феи Огня?
    - Очевидно, полный Огонь. Такой белый, что аж чёрный! - язвительно фыркнул гном. - Сама вся чёрная-чёрная, а ещё спрашивает!
    - Да, точно. А чёрные рубины разве бывают?
    - А полные феи одного камня бывают? - парировал мастер. - Шерл тебе в руку, то есть на руку!
    - Чёрный турмалин, - пояснил Страж Вихрей. - Я так и думал, что именно шерл. Камень воистину непроглядный, и даже в своём немагическом виде весьма интересный.
    - Ну хоть что-то в воздушной башке удержалось... - гном уже сооружал золотую оправу для кольца, временами посматривая на лежавшие перед ним регалии ученицы Огня. - Хуже Воздуха только Вода - та вообще себя украсить не даёт... - из недр стола появился ящичек с камнями - действительно чёрными-чёрными, и мастер быстро выбрал один из них. - Вы это хотели проверить, не так ли? Ну, проверили, так что забирайте своё абсолютно чёрное тело!
    - Блин!.. - девушка возмущённо скривилась, заметив, что на выступе у одной из стен пещеры непонятно откуда возникло абсолютно чёрное платье.

* * *

    - Извини, Яся, больше сегодня не получится, - с виноватым видом сказала Гражина. - То есть мы-то могли бы регенерировать ещё немного, но дальше уже начинается сустав, а его нужно проходить по возможности одним разом. До послезавтра дотерпишь?
    Ядвига тихо улыбнулась, рассматривая свою руку, на которой теперь не хватало только кисти:
    - Дотерплю, конечно. Что, болеть будет?
    - Не столько болеть, сколько чесаться, как сегодня утром, но зуд тебе будут снимать. Может быть, переночуешь здесь? В этом доме живут целительницы, и вообще мир магический.
    - Так это что, не Земля?
    - И даже не наша Земля, - добавила Таня. - Мир называется Маалис, и так уж получилось, что мы живём здесь, хотя сами с Земли.
    - Не все, - уточнила Крилла. - Я, например, местная, и у нас есть несколько человек вообще из других миров.
    - В общем, ковен многомирный, как ваш Советский Союз! - рассмеялась Юстина. - Кстати, Россия Россией, а завтра мы приглашаем вас с Марианом на воскресный обед в Польше. В нашей Польше, в смысле.
    - Спасибо, панна Юстина, - смущённо поблагодарила Ядвига. - Но завтра же понедельник?
    - Нет, именно воскресенье. Сегодня у нас суббота, седьмое февраля две тысячи пятнадцатого года.
    - Так вы что, из будущего? - охнула девочка.
    - Да, из будущего, но уже не вашего, - спокойно подтвердила Юлия Владимировна, тоже принимавшая участие в исцелении. - Две Земли разошлись в начале двадцатого века, однако до недавнего времени ваша история практически совпадала с нашей.
    - А потом пришли вы, да? И всё изменили?
    - Не сказать чтобы абсолютно всё, но война уже идёт совершенно не так, как в нашей истории. Если хочешь, можешь почитать, что происходило у нас, только не пытайся охватить всё сразу.
    - И никому не рассказывать, правильно?
    - Разумеется. Про другие миры упоминать ещё можно, а вот про будущее - не надо, об этом у вас знают только сёстры ордена Пути, ну и Сталин, конечно. Сейчас-сейчас! - Юлия Владимировна сделала шаг к двери, в которую уже несколько минут попеременно заглядывали две девчушки лет трёх-четырёх.
    - Ладно, Яся, пойдём ужинать, - спохватилась Таня. - А то мои дочки, видишь, обижаются - мама обещала, что сегодня с ними будет, а сама всё в делах!

* * *

    "Всё как тогда, ровно десять месяцев назад", - подумала Алина, ставя на стол два кувшина с вином. - "Кроме нас самих. Да, мы изменились - все, а не только феи Воды".
    Ледяная Дева неторопливо расправила платье и села за стол, созерцая сбегавший по стене водопадик, - она специально появилась в чертогах Воды на полчаса раньше оговорённого собрания, чтобы поразмышлять в тишине. Приглушённый магический свет будто на самом деле переносил её под неглубокую воду, подсвеченную далёким солнцем, и Алина, зевнув, сняла диадему и умиротворённо опустила голову на руки: "Отдыха-аю... Царица повесила корону на гвоздик - сейчас она не владычица, а просто уставшая женщина... Хотя какая я "женщина"? Дева-воин - ныне и присно".
    "А ведь совсем скоро, между прочим, наши "трое в пятом мире" и с ними Маэнане первыми из всего ковена получат настоящее магическое образование", - вспомнила она. - "Сама-то я урывками учусь, а вот они - молодцы! Главное, сразу же и применили все свои умения. И на Тарлаоне скоро первый выпуск в Касамской академии..."
    - Линка, спишь? - послышался негромкий голос Ксении.
    Алина встряхнулась и приподняла голову:
    - Не-а... Просто отдыхаю.
    - Сейчас, подожди, - девушка села рядом и заскользила руками по её шее, сильно нажимая в некоторых местах. - Как маг я сейчас никакая, но оздоровительное целительство - это не только магия. Тебе лучше?
    - "Бодрее", ты хотела спросить? Ну да. Посмотри, я диадему ровно надела?.. Привет, - в течение следующих нескольких минут это слово звучало ещё не раз, потому что стали подходить остальные феи Воды - все в парадных платьях и диадемах.
    - Деуки, я вот что хотела обсудить, - начала Алина. - В Донбассе сейчас относительное затишье, хоть и похабнее некуда, да там ковен как таковой и не воевал - только Марина и ещё несколько человек. А по поводу Параллели какие у кого соображения на данный момент?
    - Ну, исходно мы планировали быть со Сталиным до конца войны, - ответила Маэнане. - Но теперь нас, в смысле целительниц, очень просят остаться ещё как минимум на пару лет.
    - И что вы в итоге решили? Останетесь?
    Девушка тяжело вздохнула:
    - Я - однозначно да. Диктатору в чужом мире, получается, нужна, а своей родине - нет! С этого года мне в Стафудии не то что работать нельзя, а полагается коричневую звезду на одежду нашивать.
    - Потому что детей нет, что ли?
    - Ну да. А вся детская одежда теперь продаётся с уже нашитыми звёздами, представляешь? Так что мне очень важно сдать на пурпурную ленту, потому что дорога домой окончательно закрыта.
    - Сдашь, не сомневайся, - улыбнулась Ксения. - Мы с Машом тоже с Параллели пока не уходим. Она, правда, одно время хотела в мединститут на Земле поступать, но потом передумала связывать свои планы с Землёй.
    - Ну ещё бы! - фыркнула Марина. - Это я в Питере укоренилась, а вы - птицы вольные. Непонятно только, что с "Болотными валькириями" дальше будет.
    - Им, по-хорошему, доучиться бы надо, - заметила Неллика. - Магия магией, а знание медицины развитого технического мира не помешает. Сами-то они что по этому поводу думают?
    - Вот да, это и есть самый важный вопрос, - встрепенулась Лариса. - На Параллели-то мы доведём дело до конца войны, но что с будущим ковена? Ясно же, что дети будут не только у Инны с Викой, а тассиренов освободится три экземпляра и ни одного больше.
    - Четыре, - поправила Светлана. - Только что выяснилось, что Василиску не понадобится, она станет отражённой стихиалью Огня. Между прочим, нехорошо выходит - сто сорок четыре человека, двойная завершённость. Это сто сорок три - одиннадцать раз по тринадцать, была бы полная магическая открытость.
    - Похоже на то, - согласилась Ленсине. - Но давайте, что ли, решать проблемы по мере их поступления? Всё равно нас сейчас, если не ошибаюсь, сто сорок, и никакие дети в ближайшие девять месяцев не грозят.
    - Приёмные - вполне могут, - возразила М"рика. - Да и про обычную нашу кооптацию я бы не забывала. Есть у меня некое смутное предчувствие - ближайшее пополнение будет отнюдь не потомством "Болотных валькирий".
    - А у меня вот какие соображения, - продолжила Марнхейд. - Во-первых, кто сказал, что обычному человеку нельзя дать магическую защиту? Во-вторых...
    - Во-вторых, не исключено, что дети магов и сами родятся магами! - перехватила Велине. - Феликс же маг?
    Амоле, до сего момента лишь внимательно слушавшая, озабоченно покачала головой:
    - Феликс - сын двух Стихиалей, то есть явление более чем исключительное. А так - магические способности по наследству не передаются, я специально изучала этот вопрос.
    - Моле, ты для себя, что ли, узнавала? - хихикнула Ксения.
    - Не без того, но, как ты понимаешь, чисто теоретически. Так что, как говорится, "в сухом остатке"? Четыре тассирена - и всё?
    - Это что касается резерва магии, да и то лишь ближайшего, - подытожила Алина. - М"рика, ты сказала - "предчувствие"? А у тебя нет предположения - чей-то Спутник или просто новый друг?.. Ясно. Что ж, будем ждать, но мы вообще-то ушли в сторону. На предмет Параллели что решаем?
    - Знаете, деуки, я бы присоединилась к целительницам, - предложила Амоле. - Как диверсантку меня никто не знает, а следовательно, я могу выйти из тени.
    Алина, коротко кивнув в знак согласия, обвела взглядом остальных фей Воды:
    - То есть, если я правильно поняла, мы продолжаем нашу помощь Советскому Союзу в полном объёме и советуем Сталину перекрасить Кремль в зелёный цвет?
    - А Кремль-то зачем перекрашивать? - удивилась Фарсимма.
    - Я так и знала, что по первому пункту возражений не будет, - ухмыльнулась Ледяная Дева. - Тогда открываем, что ли, вино и предаёмся женско-магической беседе, раз обо всём договорились?

* * *

    Ритуал посвящения и присоединения первой и единственной в ковене феи Огня тоже стал единственным в своём роде - Артур сразу предположил, что по смыслу в нём должны принимать участие не только все Стражи Драконов, но и три отражённые Стихиали трёх миров, коль скоро в их круг входит четвёртая. По итогам дебатов, развернувшихся главным образом между Оресильтой, Леонидом и тем же Артуром, таковыми стали Галина (два времени), Эметофль-Рунсате (два сознания, причём оба - женские) и стоявшая на границе Стихий Светлана, которая весьма кстати вернулась из чертогов Воды.
    - "Одна снимает шлем крылатый, другая - кованые латы, та меч берёт, та - пыльный щит..."[1] - вполголоса процитировала фея Воды, застёгивая на шее Василисы ожерелье с рубинами и шерлами. - То есть не снимает, а надевает, но всё равно же берёт для этого?
    - Ладно, давайте уже диадему, - буркнула девушка. - Поклялась ведь я-живая, что не надену больше платье!
    - Чем поклялась-то? Надеюсь, не глубинами Р"льеха?
    - Зеркалом магмы, блин! Нет, меня притягивает такой вид, но...
    - Но ты опасаешься, что затянет в чёрное зеркало? - закончила Эметофль-Рунсате, стоявшая с диадемой Огня в руках. - Я ведь тоже была мёртвой, так что прекрасно понимаю, - говорило, разумеется, сознание элеоманхской принцессы. - Всё, возложили мы на огненную деву!
    - Vitam falsam deleo vere! - произнёс подошедший Виктор, надевая на палец девушки завершающую регалию - кольцо с непроглядной черноты камнем.
    - Vitam falsam deleo vere! - гордо отчеканила Василиса, и Феликс повторил девиз в третий раз.
    - Может быть, улыбнёшься новой фее? - предложила Галина.
    - Попробую... Нет, только испортит образ, - в грозный вид владычицы Огня улыбка действительно не вписывалась, и Василиса позволила себе просто полюбоваться своими регалиями, попутно с удивлением отметив, что видит именно себя, а не отражение девочки, ушедшей в чёрное зеркало прошлым летом. "Это потому, что на мне сейчас не "глаза василиска", а полные регалии", - сообразила она. - "Впечатляет, конечно, однако малые нам всё же нравятся больше - и мне-живой, и мне-мёртвой. А платье... Ладно, буду иногда надевать, раз тоже магическое, но пусть оно останется единственным".
    - А главное-то! - спохватилась в этот момент Светлана. - Василиск, надо же проверить, что ты можешь появляться! К себе домой, например, - посвящение происходило в межмировой обители.
    - Точно, совсем забыла, - девушка сосредоточилась, представляя себе ещё не вполне привычную прихожую квартиры, где сейчас жили они с мамой, и вдруг обнаружила, что на самом деле оказалась в этой прихожей.
    - Уфф... - она наконец-то непроизвольно улыбнулась, ибо у неё получилось не только перейти в другой мир, но и не упасть с высоких каблуков.
    - Васёна, ты? - выглянула из комнаты Юлия Филипповна. - О Боже, ну и вид!
    - Мама, ну магиням полагается... - промямлила Василиса, чувствуя себя маленькой девочкой, которую застукали с маминой помадой.
    - Да знаю я, и девушкам очень нужно иногда наряжаться, но больно уж настоящее всё у тебя! Прикасаться-то не опасно? - женщина продолжала восхищённо разглядывать свою дочь.
    - Ко мне? Нет, не опасно, не бойся, - Василиса осторожно взяла Юлию Филипповну за руку. - Мама, а давай в обители появимся? Теперь я должна уметь переносить туда и кого-то другого, - через несколько секунд её попытки увенчались успехом, и прихожая ненадолго опустела.

* * *

    - Лина, я прекрасно понимаю, как тебе не хочется выходить на улицу в "буржуазной" России, да и вообще ты девочка стеснительная, - мягко сказала Даша. - Но ты же целительница, и тебя будут просить помочь и в других странах, и в других мирах, так что надо постепенно привыкать. Все ваши полные феи давно освоились в нашем мире, даже Дарима спокойно по улицам ходит, так что ничего сложного, поверь! Тем более что в домах у нас ты уже бывала.
    - Знаю, - потупилась Сталина. - Но мне как-то стыдно.
    - За что? Ничего плохого ты не делаешь, так ведь? Это просто психология - тебе-то почти всё новое, вот и кажется, что на тебя тоже все пристально смотрят. На самом деле твой вид не привлечёт абсолютно никакого внимания, а вот чтобы его не привлекло твоё поведение - прежде всего сама не уделяй никому излишнего внимания, как бы странно, на твой взгляд, человек ни выглядел.
    Сталина, вздохнув, опустила голову ещё ниже и призналась:
    - Да нет, за другое стыдно, понимаешь? Что у нас война, а я прогуливаюсь посреди всей этой буржуазной роскоши! А ведь люди и в вашем будущем ещё голодают, я же знаю.
    - Лина, ты, конечно, прости, но глупо же! Помогать людям нужно не аскетизмом, а делом, чем ты, кстати, и занимаешься. Думаешь, стало бы ленинградцам зимой лучше, если бы Артур с Полиной из солидарности тоже посадили себя на блокадный паёк, вместо того чтобы закупать в Америке продовольствие и переправлять его порталом в Ленинград?
    - Да понимаю я, только всё равно стыдно, - прошептала девочка.
    - Хорошо, а если вместо знакомства с Москвой двадцать первого века в виде прогулки попросить тебя помочь? У Вари сегодня день рожденья, сходишь с ней в магазин?
    - Покупки принести? Да, помогу, - Сталина приободрилась, почувствовав себя отчасти в своей стихии.
    - Спасибо. Переодевайся пока, я ей сейчас позвоню, - Даша кивнула на приготовленную для девочки зимнюю одежду - ботинки, куртку, тонкий свитер с юбкой, шапку с перчатками. - Извини, вещи Белкины, но она очень аккуратно носила.
    - Нарядное очень, и как новое, - привычно застеснялась Сталина.
    - Вот и надевай. К брюкам ты не привыкла, а у остальных наших девочек твоего возраста или немного старше на зиму только брюки и есть. Так, я звоню, - Лесная Сестра достала смартфон и коротко переговорила с Варей. - Ты оделась? Пойдём, - они перенеслись в ипотечную квартиру Германа.
    - Привет. Спасибо, Лина! - встретила их Варя, тоже собиравшаяся на выход. - Раз ты поможешь, сходим ещё и на продуктовый рынок, хорошо?

* * *

    Идя по улице вслед за Варей, Сталина с осторожным любопытством изучала альтернативное буржуазное будущее - дома как дома, и люди как люди, разве что необычно тепло для начала февраля да легковых машин очень много. Сам непривычный вид и домов, и машин особого удивления у неё не вызывал - ясно же, что через семьдесят с лишним лет техника должна выглядеть совсем по-другому. Что же касалось людей, то к их виду девочка привыкла заранее, постояв пару минут перед зеркалом, - сама она была одета примерно по той же моде.
    "Странно как-то - страна вроде буржуазная, а люди беззаботные какие-то, нет в них ни страха перед будущим, ни даже нашей суровости", - размышляла Сталина. - "Прямо как у Маяковского - "смердят покоем, жратвой, валютцей", хотя не капиталисты - обычные рабочие и служащие. Ну да, мирный город, к тому же столица... А может быть, с достижением определённого уровня общественной зажиточности социализм становится попросту не нужен?" - от внезапной "контрреволюционной" мысли у неё перехватило дыхание, и она застыла на месте.
    - Лина, что такое? - встревоженно обернулась Варя.
    - Да у меня дела в госпитале, а я тут прохлаждаюсь, - девочка всё-таки нашла уклончивый ответ, хоть ей и пришлось покраснеть.
    - Но ты ведь ещё и учишься, разве нет? А изучение иных миров - тоже учёба, - Варя, конечно, поняла, что Сталине не даёт покоя что-то другое, но допытываться не стала. - Кстати, мы пришли.
    - А откуда морская рыба и крупа в фабричной упаковке? - удивилась девочка, разглядев ассортимент ближайших торговых точек. - Мясо - это ещё понятно.
    - Оттуда же, откуда и мясо. Торговцы закупают у производителей, то есть это фактически не "рынок" в вашем понимании, а много мелких лавочек.
    - Ой, какая отсталость! А я-то думала...
    - Что в двадцать первом веке будут исключительно дворцеобразные магазины? - подхватила дама ордена Обители. - Ну да, в основном через них всё и идёт, но такие лавочки тоже нужны. Мы с тобой зайдём ещё в супермаркет, и ты увидишь - там другой ассортимент, всё уже расфасованное.
    - Как сосиски, которые у тебя в холодильнике? А здесь такие же, но на развес?
    - Да. Минуточку, - Варя остановилась у прилавка с рыбой и купила замороженную скумбрию. - Посолю к вечеру.
    - А успеет просолиться?
    - Магия же. Держи, ты рыбу понесёшь, а я мясо, - следующий ряд был чисто мясным.

* * *

    Отправляясь в гости в Польшу двадцать первого века, Ядвига решила одеться как "панночка" соответствующего времени - в джинсы и свитер, тем более что Юстина предложила попробовать именно это, присовокупив серебряные "гвоздики" из своих запасов. Оставалось только убрать забинтованную культю левой руки в аккуратный чехольчик, и через минуту Лесная Сестра перенесла девочку в квартиру Вацлава, где их встретили сам хозяин и Мариан:
    - Прошу! На обед, конечно, бигос, ну и десерт.
    "То, что можно есть одной рукой", - сообразила Ядвига. - "И приглашены, я смотрю, исключительно поляки - стол накрыт на четверых".
    - Яся, тебе, я так понимаю, не терпится узнать, что произошло с Польшей на нашей Земле? - начал Вацлав, когда они пообедали и перешли к кофе с птифурами. - Война в России откровенно затянулась, потому что у немцев вышло ещё одно удачное наступление в сорок втором году, и они дошли аж до Волги.
    - Я знаю, - кивнула девочка. - Германия капитулировала девятого мая сорок пятого?
    - Да, в ночь с восьмого на девятое. Из Польши, понятно, немцев окончательно прогнали лишь весной того же года, так что страна потеряла треть довоенного населения и была сильно разрушена.
    - Треть?!
    - К сожалению. Шесть миллионов погибших, и примерно столько же осталось на территориях, аннексированных Советским Союзом, причём из них тоже многие погибли. Сейчас наше население примерно такое же, что и в тридцать девятом, несмотря на то, что Сталин отдал нам часть Германии. В самом деле - сколько раз Россия с Германией делили Польшу, так почему бы для разнообразия не поделить с Польшей Германию?
    - Да-а? Но восточные земли, конечно же, не вернул?
    - Как ни странно, частично вернул, но не Слоним - всё, что восточнее Гродно и Бреста, так и осталось в Белоруссии. Этническим полякам было разрешено уехать в Польшу, а от нас в Советский Союз переселили оставшихся белорусов и украинцев. Евреи - ну ты понимаешь... - Вацлав виновато развёл руками.
    Девочка тяжело вздохнула, почему-то тоже чувствуя себя виноватой:
    - Знаю. В Слониме немцы перед отступлением вывезли оставшихся евреев за город и расстреляли.
    - Между прочим, айнзацкоманда, которая их расстреливала, через несколько дней попала в плен к Красной Армии, - ухмыльнулась Юстина. - Завтра всех офицеров и унтер-офицеров повесят.
    - Что, вот так сразу? Без суда?
    - По ускоренной процедуре. Есть приказ Ставки - за истребление мирного населения, неважно какой национальности, все руководители сего немедленно пойдут на виселицу.
    - И правильно, - добавил Вацлав. - Если затевать долгое разбирательство когда-нибудь после войны, то сейчас они так и будут продолжать истреблять и евреев, и поляков, и русских. Так что в вашей истории Сталин в итоге решил упырей не жалеть.
    - С себя бы начал! - буркнул Мариан. - Такой же ведь любитель массовых расстрелов.
    - Можно подумать, наш ковен прямо обожает Сталина! Но сейчас приходится сотрудничать с ним - чем быстрее закончится война у вас, тем меньше людей погибнет, в том числе поляков.
    - Да знаю я, но всё равно... Ладно, давай расскажем Ясе, что дальше было.
    - А дальше вся Восточная Европа попала в советскую сферу влияния, и в Польше начался социализм, хоть и не столь всепроникающий, как в Советском Союзе - церковь у нас не преследовали и крестьян насильно в колхозы не сгоняли. Но даже и такой социализм в итоге упёрся в тупик, особенно когда тот же Советский Союз перестал помогать.
    - А он что, помогал?
    - Да. Кредиты давал, нефть дешёвую, рынок сбыта обеспечивал, а потом вот надорвался! И сам от социализма отказался, и Восточную Европу бросил.
    - И Польша опять приняла, так сказать, естественную позу - под Британией, - поморщилась Лесная Сестра. - Теперь, правда, ещё и под Штатами.
    - А вы-то почему тогда сошлись с русскими? - удивилась Ядвига. - Потому что оказались магами?
    - Почему? - медленно переспросил Вацлав. - Нет, Россию как государство мы исторически не любим, но русские из ковена, во-первых, проявили себя настоящими друзьями. А во-вторых, к полякам все эти англосаксы и прочие "истинные арийцы" относятся на самом деле ничуть не лучше, чем к русским, и если, паче чаяния, они смогут "окончательно решить русский вопрос", то моментально возьмутся и за нас. Мы же в их уютно-радужной картине мира - как кость в горле!

* * *

    "Монахиня", - отстранённо констатировала Эльза. - "Хоть и в пышном убранстве, а всё равно - монахиня, никого у меня нет, кроме сестёр в зелёном! Мама, как недавно стало известно, умерла ещё в мае, а фюрер... Да, теперь мне устрашающе ясно - реальных живых немцев фюрер ненавидит, греет его лишь идеальная картинка, которую должен создавать идеальный же народ".
    - Pro domo sua, - машинально сказала она, почувствовав кольцо на правой руке.
    - Pro domo sua! - засвидетельствовала Аня. - Может быть, улыбнёшься новой фее?
    - Постараюсь, - у Эльзы действительно получилось от души улыбнуться, и она задержалась перед зеркалом, разглядывая себя в регалиях Лесной Сестры. - Можно попробовать перенести кого-нибудь в Москву? - посвящение десятой полной феи Параллели происходило на уральской подземной базе. - В обитель - только после полуночи, я помню.
    - Меня попробуешь? - моментально вылезла Раечка.
    - И меня! - эхом отозвалась замешкавшаяся на долю секунды Майя.
    - И оставь девочек в Москве, им уже спать пора, - добавила Лида. - А сама возвращайся, у нас есть полчаса до полуночи... Ну что, нормально получилось?
    - Не очень, - призналась быстро вернувшаяся немка. - Прямо на Ульяну свалились, она еле успела нас придержать, чтобы не упали.
    - Так ты в квартиру Ульяны с Любой их перенесла?
    - Ну да, я же там живу, так что не рискнула в менее привычное место. Да Люба их уже домой повела, с этим всё в порядке. Значит, завтра мне брать в ученицы Ядвигу?
    - Если мы её полностью долечим, - поправила Лемиата. - За один раз может не получиться, к тому же кости сначала очень мягкие отрастают. Для левой руки - ещё ничего страшного, а вот нога просто подогнулась бы.
    Лида недовольно нахмурилась:
    - Не напоминай, а? И так Мирося весь вечер плакала, а я чувствую себя предательницей какой-то! Но нельзя ей пока ступню отращивать, а то сразу наступать начнёт.
    - Наша недоработка, между прочим, - заметила Аня. - Минерализация костей, по идее, должна быть сразу нормальная, как у Мариана.
    - Да нет, всё вы правильно рассчитали, просто поторопились мы сильно. Ладно, пусть уж подождёт неделю, а вот с Ядвигой можно и рискнуть. Она сейчас где - на Маалисе?
    - Да, вернулась уже. Кстати, у вас нет никаких догадок насчёт её дара?
    Эльза виновато развела руками:
    - Откуда? Она ведь раньше ничего такого за собой не замечала, да и знаем мы её только несколько дней. Станет ученицей - тогда и начнём проверять.
    - Понятно. Мы тоже вчера ничего определённого не нашли, но Ядвига пока даже не ученица, так что это ещё ни о чём не говорит. Да, Леми, можно тебя попросить завтра после занятий заглянуть в дом ковена?
    - Поработать с минерализацией, когда вы Ядвиге всё отрастите? - поняла Лемиата. - Зайду, конечно, и к Миросе зайду.
    - Вот с Миросей - поосторожнее, - забеспокоилась Лида. - А то ещё ослабишь ей зубы и другие кости.
    - Не волнуйся, я всё отслеживаю. Ну что, Эльза, ты в обитель и сразу обратно? - стрелки часов, показывавших местное время, стояли ровно на двенадцати.

* * *

    Ната постучалась в гостевую комнату ближе к местному полудню:
    - Яся, ты готова?
    - Всегда готова! - отшутилась девочка. - Что, сегодня мне отрастят руку до конца?
    - Да, мы постараемся закончить уже сегодня, но если не получится, не обижайся, хорошо? Максимум придётся подождать ещё пару дней.
    - Да я понимаю, - с наигранным спокойствием кивнула Ядвига. - Мне делать то же самое, что и позавчера? Просто сунуть руку в раствор и ждать?
    - Конечно. И ещё постарайся почувствовать наши усилия и присоединиться к ним - тебе же нужно искать и свой собственный магический дар. Сейчас начнём, - Ната принялась раскладывать на столе артефакты.
    - Привет, - в комнату вошла Гражина, державшая большой контейнер с питательным раствором. - Наталь, а кто вторая пара? Нас же двоих не хватит.
    - Василиск и тётя Юля, они скоро подойдут. Ставь пока контейнер и подержи Ясе руку... Мгм. Регенерация продолжается, заново открывать не надо.
    - Да, не надо, - согласилась Гражина. - Но я тут подсчитала - без ускорения кисть отрастала бы месяца два, и сохранялась бы открытая рана, так что всё мы правильно делаем... Яся, позволь представить тебе Василису. Царевна огненных змей и змеев!
    - Рада знакомству, - машинально ответила Ядвига, которой на самом деле стало слегка не по себе: "Девушка всего-то года на два старше меня, но какие же у неё глаза - воплощённая скорбная ярость! Впрочем, у меня самой, наверное, теперь такие же".
    - А я тогда чья царевна? - неуклюже пошутила она, пытаясь замаскировать своё волнение.
    Василиса улыбнулась - вполне дружелюбно, хотя казавшиеся вторыми глазами крупные рубины у неё в ушах продолжали подрагивать с прежней хищностью:
    - Тритонов, ясное дело! Это ведь они отращивают хвосты и лапы? Ладно, давайте я подогрею среду. Кто с кем работает?
    - Сначала мы с тобой, ты на ускорении. Держи, - Ната протянула девушке один из целительских артефактов.

* * *

    Зарождавшийся орден Лесных Сестёр на Аумерне был фактически филиалом ковена, хоть никто и не стремился к этому специально, - так уж вышло, что становлению и всех семи полных фей и учениц, и будущей ученицы Савилы с самого начала плотно покровительствовали земляне. В первую очередь это касалось, пожалуй, Лемиаты - осознав себя целительницей, девушка цепко ухватилась за свой шанс вырваться из низов и притом оказалась весьма неглупой, поэтому за неполные полтора года научилась говорить и держаться как неплохо образованная землянка двадцатого века, и в госпиталях на Параллели её считали почти своей. Ей, правда, всё ещё недоставало хорошего вкуса, и дорвавшаяся до роскоши бывшая средневековая служанка постоянно обвешивалась массивным советским золотом: "Ну и что, а мне нравится!" Впрочем, в качестве целительницы "Леми Золотая Ручка", как сразу прозвали её медики и пациенты, проявила себя просто превосходно, поэтому шипели на неё, и то большей частью не вслух, лишь фанатичные комсомолки да иные пожилые санитарки, сделанные из того же навозного теста, что и приснопамятная "тётя Текля".
    "В своём репертуаре", - непроизвольно улыбнулась Ната, встречая постучавшуюся к ней аумернскую фею. - "Девчонка ведь, тонкая-звонкая, а серьги - необхватной матроне впору! Сама же, главное, и искала для неё такой антиквариат без камней - раз комфортно ей чувствовать тяжесть золота, пусть носит, её служению это никак не мешает".
    - Леми, ты обедала? - поинтересовалась она.
    - Нет, я только что с курсов, - ответила Лемиата. - Анка просила сегодня к вам зайти, а потом Мирославу посмотреть на Параллели. Вы Ядвиге руку отрастили уже?
    - Да, отрастили, внешне всё в порядке, но как её посмотришь - сразу обедать, хорошо? Ты же небось с утра ничего не ела.
    - Хорошо, но потом, всё потом! - Лемиата нетерпеливо равнулась в сторону гостевой комнаты, и Ната смогла догнать её лишь у самой цели:
    - Меня-то подожди! - она осторожно приоткрыла дверь. - Можно?
    - Угу, - хлюпнула носом Ядвига, которая, похоже, только что плакала, как и Василиса - девочки сидели чуть ли не в обнимку. - Привет, Леми.
    - Привет, дай руку посмотрю, - скороговоркой произнесла аумернская фея, проскальзывая в комнату. - Ну да, кости очень мягкие, я чувствую, - она сосредоточилась и начала поглаживать розовую кисть, воссозданную буквально полчаса назад. - Пару дней ничего этой рукой не делай, ладно? На посвящение-то пригласишь?
    - Конечно, - улыбнулась полька. - Пойдёмте к нам? Регалии мне должны быть готовы уже.
    - А туфли, а волосы тебе уложить? - напомнила Ната. - И кто-то, кажется, обещал сначала пообедать? Идите все трое на кухню, я буду минут через пятнадцать.

* * *

    Бархатный августовский вечер над Москвой так и не принёс успокоения, да и не мог принести, ибо ему не хватало самого главного - быть ещё и мирным вечером. Тревожно было абсолютно всем - уже не столько за страну, как год назад, сколько за своих близких и своё разорённое будущее, и вдвойне тревожились иномирные целительницы, прекрасно знавшие, какой путь предстоит пройти их друзьям по ту сторону войны, до самых глубин разломившей в русской душе двадцатый век.
    "А у Донбасса теперь не один, а два разлома", - вздохнула про себя Василиса. - "И края второй войне - не видно! Так, похоже, и лететь мне над нашей пропастью ангелом надежды - давно сгоревшей, но всё ещё горящей".
    - Василиск... - тихо позвала её Ядвига.
    - Да, извини, - девушка встрепенулась и взяла в руки уже открытую каменную шкатулку с регалиями.
    Эльза, поблагодарив мягким кивком, быстро обрядила свою ученицу и поднесла кольцо с зелёным камнем:
    - Pro domo sua!
    - Pro domo sua... Сейчас, простите, - у Ядвиги от волнения начали дрожать ноги, и Лиде пришлось поддержать её за руку, чтобы подвести к зеркалу. - Я выбрала! - полька наконец-то смогла улыбнуться. - Леми, у тебя ещё есть таблетки для Мироси?
    - Есть, конечно, - ответила Лемиата. - Но сегодня больше нельзя, не усвоятся.
    - Я почему-то чувствую, что сразу усвоятся, и все вещества будут доставлены в нужное место. Давай попробуем?
    - Хорошо, но по одной. А где она, кстати?
    - В спальне, - сказала Лида. - Нарочно ушла с посвящения, а то опять расплакалась бы.
    - Ладно, пошли к ней, - аумернская фея решительно направилась в спальню учениц, и Лида с Ядвигой потянулись за ней. - Мирося?
    - Угу, - машинально откликнулась Мирослава, лежавшая на своей кровати лицом в подушку.
    Лида села рядом и чуть тронула её за плечо:
    - Яся очень хотела помочь тебе, и теперь она это может. Выпей, пожалуйста, ещё несколько минеральных таблеток.
    - Правда? - девочка приподнялась на локте и с надеждой посмотрела на вошедшую последней Ядвигу.
    - Только жуй как следует и запивай, - Лемиата протянула ей большую таблетку и стакан с водой. - Яся?
    - Сейчас, - полька уже обматывала вокруг правой руки цепочку с кулоном - очень осторожно, не напрягая мягкие пальцы левой. Теперь надо сосредоточиться и представить себе, как проступающие капли собираются в ручеёк, несущий невидимые чешуйки глины к ноге Мирославы - к размытому руслу, теряющемуся в песке...
    - Яся, сядь, иначе упадёшь! - послышался голос Лиды. - Леми, что у тебя?
    - Есть из чего строить кости! - выдохнула Лемиата. - Она доставляет!

* * *

    Ксения осторожно подтянула шнуровку:
    - Всё, одевайся. Корсет уже не магический, так что теперь тебе сделают ламинаризатор, и ты сможешь работать с целительскими артефактами.
    - Спасибо, Кси, - улыбнулась Рийна. - А полное посвящение когда?
    - Как только начнёшь уверенно появляться, ты же знаешь. Но сейчас - не пробуй, сейчас ты поведёшь исцеление, не забыла?
    - Нет, - зябко поёжилась девушка. - Кси, а может быть, всё-таки ты?
    - Я подстрахую, да, но вести - тебе. Идём, - Ксения с удовлетворением отметила, что Рийна собралась совершенно не по-женски - за какую-то минуту: "Ну и шуточки у мироздания! "Горячая эстооонская девушка" - и не кто-нибудь, а ускорительница роста! Впрочем, весьма неплохая, должна справиться".
    - Действуй и не оглядывайся на меня, - твёрдо сказала она, перенеся Рийну в процедурную Русаковской больницы, где их ждали Юлий, Ядвига, Нериама и, конечно же, сама Мирослава. - Всё, я умолкаю.
    Рийна напряжённо выпрямилась, в который раз прогоняя в памяти последовательность действий:
    - Юлий, подогрей среду и держи её тёплой. Яся, размотай Миросе ногу и проверь, что регенерация открыта. Сможешь?
    - Смогу, мне же на моей собственной руке всё показывали, - нервно затараторила обычно не слишком многословная полька. - Нери, дай на всякий случай анестезию... Юлий, ты подогрел? Мирося, опускай ногу в раствор... Рийна, начинать?
    - Да, начинай, я подключусь сразу за тобой, - девушка прошептала по-эстонски короткую молитву и положила руки на контейнер.

* * *

    - Восстань, дева.
    "Где это я?" - уже просыпавшаяся Рийна вздрогнула и оторвала голову от подушки, пытаясь вернуться в реальность. - "Ах да, это же комната отдыха на уральской базе. Ой, а с Миросей-то что?"
    - Ммм... - голова была мутной, и сесть на кровати ей удалось лишь через несколько секунд. - Добрый день.
    - "Добрый вечер", ты хочешь сказать, - слегка улыбнулась Сурид. - В Москве четвёртый час до полуночи.
    - Восемь вечера? - охнула девушка. - А исцеление-то мы закончили? - на подходе к моменту засыпания память совершенно расплывалась, и Рийна никак не могла вспомнить, до чего точно был доведён их сегодняшний труд и куда подевался её кулон ученицы. "И как я заснула - тоже не помню", - осознала она. - "Но с этим хоть понятно - кто-то появил меня здесь".
    - Да. Начатое вами - завершено, и дева Мирослава ожидает тебя на посвящение в ученицы Пути, но прежде ты примешь венец истинной зеленодевы.
    - Ой!.. - Рийна бросила испуганный взгляд на разложенное на соседней кровати длинное зелёное платье, которое спросонья приняла за своё облачение ученицы - спала она, как обнаружилось, в одном корсете, укрытая тонким одеялом. - Что, прямо сейчас? Но разве я уже могу появляться?
    Сурид снова улыбнулась и протянула руку, побуждая девушку встать:
    - Сможешь. Ты стояла до конца, а значит - достойна.
    - Я вообще-то сидела, - смутилась Рийна. - Ой, извини, это в смысле "сражалась"? Язык не родной, вот и не поняла сначала.
    - Ладно уж, не буду столь торжественно вещать, а то для меня русский язык тоже не родной, - величавая хрёдмарская фея неожиданно рассмеялась. - Ты ползёшь наконец в помойку или как?
    - "Или как", конечно! - окончательно проснувшаяся девушка вскочила на ноги и, весело хохоча, помчалась форсировать водную преграду на пути к регалиям Лесной Сестры.

Глава 2. ТРИ НЕЗРИМЫХ АЛМАЗНЫХ КОПЬЯ

11-16 февраля 2015

Восславляю светлую Наталью,
Славлю жизнь с улыбкой и печалью,
Убегаю от сомнений прочь,
Славлю все цветы на одеяле,
Долгий стон, короткий сон Натальи,
Восславляю свадебную ночь.

П. Васильев

    День обещал быть относительно солнечным, но пока в предрассветных сумерках царила одна лишь бледная убывающая луна, и проснувшийся первым Михаил, обнаружив, что их общее одеяло снова оказалось на полу, поторопился было встать, чтобы укрыть Инну, однако та приоткрыла глаза:
    - Мишо-ок... Год какой?
    - Две тысячи пятнадцатый, одиннадцатое февраля, - Михаил ничуть не удивился вопросу - его женщина часто видела очень детальные сны, неотличимые от реальности, и после этого на всякий случай проверяла, что вернулась в то же самое пространство и время, разве что по другую сторону ночи. - А где ты странствовала?
    - Нигде-е... Здесь была, с малышо-ом... - Инна смущённо отвела глаза. - Помни мне спинку, я сейчас просну-усь...
    - Тебе снилось, что он уже есть? - понял кавалер ордена Обители.
    - Ага-а... Только имя забыла-а... - женщина вытянулась, подставляя спину, и Михаил поймал себя на мысли, что впервые за три года видит её полностью обнажённой - до этого Инна никогда не снимала цепочку с крестом, в одно из звеньев которой был вделан тассирен.
    - Хочешь сказать, что у нас всё получилось? - недоверчиво хмыкнул он.
    - По крайней мере, хочу надеяться. Времени сколько?
    - Пять минут восьмого.
    - Ммм... Цепочку мою подай, - Инна, слегка повозившись с непослушной застёжкой, вдруг резко вскочила и села на кровати:
    - Получилось, слышишь? У нас получилось!
    - Ты что, на самом деле это чувствуешь?
    - Ну да. Тассирен как-то по-другому ощущается, понимаешь?
    - Инка, ну ты же медик! - рассмеялся Михаил. - Даже я знаю, что у тебя сейчас максимум одноклеточное в трубе завелось.
    - И что? "Я женщина, я так чувствую!" Так, Мишок, мы с Михалычем в душ, а ты пожарь пока глазунью, м? Мне три.
    - "Михалыч", значит? А почему не "Михална"?
    - Я женщина, я так хочу-у! - наигранно возмутилась Инна. - Всё, готовься охотиться по ночам на маринованных мамонтов! - она показала язык и рванулась в ванную.

* * *

    "А ведь сёстры нашего мира как-то незаметно стали в ордене Пути своими", - осознала Зоя, беря из ларца кольцо с изумрудом и мысленно проговаривая девиз на магическом языке Лэраната. - "Не только нам помогают - уже и мы сами посвящаем сестёр в других мирах".
    - За дом свой! - тожественно произнесла она, дождавшись тех же слов от Пелемень. - Улыбнись новой фее!
    Новопосвящённая, торопливо мазнув улыбкой по отражению девушки в зеркале, повернулась к двум землянкам - второй была Анастасия:
    - Спасибо вам! Не будь у меня в последнее время столько настоящего служения, я бы не стала полной сестрой так скоро.
    - Пожалуй, да, - кивнула Селень, тоже улыбнувшись своей ученице. - Посему - продолжай! Твой дар очень редкий, и сейчас он очень нужен именно в том мире. Сёстры, прошу, - она пригласила всех к столику, накрытому на четверых. - Я понимаю, что у вас много дел, но надолго не задержу. Будет ли мне позволено присоединиться к вам в качестве целительницы, коль скоро вы сделали свои дары доступными для всех сестёр?
    - Будем благодарны, сестра Селень, - ответила Зоя. - Помощь нам действительно нужна, и не только пока идёт война, но и несколько лет после неё.
    - Я понимаю. Всё-таки очень хорошо, что феи ковена Сплетения в итоге смогли появляться в мирах, ещё не присоединившихся к Пути, а то помню я, с чего на Лэранате всё начиналось - только по регалиям и можно было возвращаться. Теперь-то да, Параллель тоже стала миром Пути, но для этого же надо было сначала проникнуть к вам?
    - Конечно. Причём исходно никто и не рассчитывал основать у нас орден Пути - просто пришли на помощь.
    - А сколько ещё, наверное, таких миров... - печально вздохнула Пелемень. - А мы не можем туда попасть, ибо ничего о них не знаем.
    - На самом деле можем, но случайным образом, - сказала Анастасия. - Причём чаще всего такие миры оказываются безлюдными или вообще безжизненными. Новый мир Пути - это или Странник нам открывает, или опять же случайный портал.
    - Ну да, Лэранат именно так и открылся. Подожди, а ваш Феликс - он разве не Странник? Он же маг Средоточия.
    - Вот именно что "подожди", потому что ему три года. Благодарю, сестра Селень! Прошу прощения, но нам с сестрой Зоей действительно пора.
    - Да, извините, что задержала, - Селень отставила свою чашку в сторону и поднялась из-за стола. - Сестра Анастасия, можно попросить вас провести меня на Параллель, а то я никогда там не бывала?

* * *

    - Белочка, скажите, а нельзя ли передавать врачу картинку, если можно так выразиться, "кинематографически"? - Спасокукоцкий решился наконец озвучить мысль, пришедшую ему в голову практически сразу же. - Нет, ваши новые возможности - это феноменальный шаг вперёд, но всё равно пока получается только одномоментный снимок и только в моей памяти. Если уж невозможно перенести это на плёнку, то дайте хоть рассмотреть патологию со всех сторон!
    - В принципе можно, - ответила Белка. - Но это доступно только очень опытным магам, которые умеют одновременно держать два потока сознания. А мне, если рядом нет Никиты, приходится поэтапно - сначала смотрю пациента, а потом беру ламинаризатор и переключаюсь на передающий артефакт.
    Хирург задумался, ловя смутную ускользающую идею:
    - То есть ламинаризаторы у вас - типа винтовок в армии? При минимальной подготовке можно сделать какого-никакого воина из любого новобранца?
    - Тогда уж "типа пищалей", - поправила целительница. - Их же надо было долго заряжать, чтобы выстрелить.
    - Да, похоже на то. Иными словами, порох вы выдумали, но нужен ещё и унитарный патрон? - весело подмигнул Спасокукоцкий. - Белочка, а что, если действительно сконструировать некое подобие кинематографа? Вы знаете, как он устроен?
    - Механический кинопроектор, в смысле? Да, конечно. Принцип ведь тот же - частая смена кадров?
    - Именно. Причём на время смены обтюратор перекрывает луч проектора.
    - И теоретически можно в эти моменты переключаться с передачи на сканирование? - подхватила Белка. - А что, это мысль! Правда, я пока не представляю, как её техномагически осуществить - я-то целительница, а тут нужен совет хорошего артефактора. Можно мы подумаем?

* * *

    Лармас Армитун сразу понял, о чём идёт речь:
    - Фленкет вам нужен, что ли? - он азартно ухмыльнулся. - У нас раньше такими камешками начинающие ученики развлекались, и я в том числе. Если его с чем-нибудь светящимся объединить, то получался мигающий артефакт, ну и "рычалки" некоторые делали.
    - А какая у таких артефактов была частота колебаний? - спросила Оресильта.
    - В зависимости от размера фленкета. У самых маленьких кусочков - примерно сорок волн в вашу секунду.
    - То есть можно подобрать такой размер, чтобы было, скажем, ровно двадцать четыре, я правильно понимаю?
    - Да, это будет такой вот кристаллик, - Армитун наклонился и поднял с земли мутный продолговатый камешек длиной где-то в сантиметр. - То есть это, понятно, не фленкет, я просто размер показываю.
    - А с блокиратором магии его объединять никто не пробовал? - нетерпеливо выпалила Белка.
    - Да с чем угодно, но это были опять же эксперименты и не более того - если нужны именно импульсы, то гораздо проще взять за основу соответствующий постоянный артефакт, зачем, как вы выражаетесь, "огород городить"?.. Ого! Прерыватель, чтобы параллельно задействовать магию артефакта и свой дар Лесной Сестры? У нас, как вы знаете, подобных фей нет, так что в этом направлении никто не думал, но мысль интересная.
    - А я, пожалуй, наберусь наглости и спрошу ещё вот что, - сообразил Артур. - Реально ли подобрать два одинаковых фленкета, чтобы они колебались в точности в противофазе? Тогда ведь кавалеры и дамы ордена Обители смогут пользоваться сразу двумя целительскими артефактами, разве не так?
    - Ну ты даёшь! - улыбнулся Армитун. - Хотя почему бы и нет? Итак, вы хотите поэкспериментировать с фленкетами? Их у меня не так чтобы в достатке, но дам, с одним лишь условием - камни не распиливать, можете только немного подшлифовать, если надо.
    - Большое спасибо, - Страж Вихрей машинально поблагодарил, хотя его мысли уже унеслись весьма далеко от Тамийна - он нащупал способ дать Савиле "два незримых алмазных копья"[2], не лишая её уникального магического дара.

* * *

    Войдя в кабинет к магистру Иреомалю, Ксения чуть было не скорчила недовольную гримасу, ибо присутствовал, кроме самого мага-целителя, ещё и магистр Турукант - "главред" Эльтионской академии, что расшифровывалось как "главный вредина". Вредность преподавателя артефакторики с факультета универсальной магии действительно была легендарной, и даже он сам говорил о себе: "Вообще-то я белый и пушистый... как хорошо проросшая плесень".
    - Добрый вечер, - приветливо кивнул Иреомаль.
    - Добрый, - присоединился Турукант. - Целительница, значит? Ну что ж, целительство, как выяснилось, может далеко не всё. В отличие от артефакторики, - ехидно добавил он.
    - Вынужден согласиться с коллегой, - развёл руками маг-целитель. - Данный случай на самом деле лежит далеко за пределами наших возможностей, ибо нельзя создать чувство, если оно в рассматриваемом организме исходно вообще не предусматривалось. Как, кстати, успехи пациентки?
    - Читает понемногу и осматривается вокруг, когда есть кому передавать ей зрительную картинку через артефакт, - изложила Ксения. - Но воспринимает эту картинку как градации тепла и холода, причём цветá, похоже, каким-то образом различает. Мы показали ей таблицы для проверки цветовосприятия и попросили не принять образ, а передать его, и на том, что она передала, я увидела только оттенки серого, а Савила сказала, что один и тот же оттенок может быть "низким" и "высоким", ну и все цифры на этих таблицах правильно разглядела.
    - Другими словами, пациентка всё же ориентируется с помощью искусственного зрения?
    - Да, и весьма неплохо. Если удастся сконструировать для неё передающий артефакт, не требующий присутствия поводыря, то она освоится довольно быстро.
    - Удалось, - ухмыльнулся артефактор. - Я же говорил - артефакторика может всё, глаз даю! - он с торжественным видом извлёк из кармана прозрачную коробочку с каким-то сплюснутым шариком - серебристо-зелёным, с чёрным кружком в центре. - Оптический рецептор, можете цеплять к вашему передающему артефакту. С расширенным диапазоном, между прочим, - захватывает ближний инфракрас и немножко ультрафиолет.
    - Ой, спасибо! А почему... а, ну да. То есть глаз у Савилы может быть только один?
    - Конечно, это же ручной артефакт, а вы что думали? Тем более что в другой руке ей придётся держать ламинаризатор - она ведь, как мне сказал коллега Иреомаль, сестра ордена Пути с выраженным даром? Заодно и в любую самую глубокую задницу сможет заглянуть.
    Ксения возмущённо фыркнула:
    - Ну магистр!.. Скажите, а что, в глазницу нельзя будет вставить?
    - Да хоть в глазницу, хоть в... диадему, например. Ещё вопросы есть?
    - Есть, - сообразила фея Воды. - Из чего сделан ваш оптический рецептор? Нам может потребоваться точно такой же по виду, пусть даже не функциональный.
    - Да хоть краской намалюйте! - отмахнулся Турукант. - Побрякушки - это уже женский вопрос, а женщина - это вы, так что вам и карты в руки.

* * *

    Отправляясь к гному, имело смысл дать ему лежащий на поверхности повод для обличений - коль скоро без придирок всё равно не обойдётся, пусть уж они будут просто дежурными, не так ли? Во исполнение этого замысла Ксении и Лемиате даже не пришлось ничего специально делать - достаточно было, напротив, ничего не делать, то есть заявиться к аумернскому мастеру прямо с Айлеана, и тот среагировал вполне предсказуемо:
    - Сестра Лемиата, в каком ты виде? Я для чего тебе магические регалии создавал - чтобы ты таскала в ушах непереваренные куски золота и фею Воды?
    - Зато мы грибы принесли! - парировала Лесная Сестра, выставляя перед собой, как щит, тяжёлую корзину с вёшенками.
    - Ну ладно, а регалии всё равно об это место! - мастер убрал корзину под стол и свирепо посмотрел на Ксению. - Что заявилась-то? Без уважения, к тому же?
    Фея Воды выставила на стол коробочку с полученным от Туруканта артефактом:
    - Сделаешь глаза? Ты обещал, помнишь?
    - Обещал, если мне не изменяет память, сестре Белле, а ты здесь при чём? - гном принялся с интересом разглядывать зрачок и радужку будущего глаза. - У вас только один такой артефактный орган?
    - Один, воспринимать сразу с двух однотипных артефактов у девочки не получится. Тем более что потребуется ещё и ламинаризатор, так что сделай пока точно такую же по виду штуку. И ещё Леми хотела наконец заказать ей ученические регалии.
    - Надо думать, хитрые? - ухмыльнулся мастер. - Тоже глаза какого-нибудь змея?
    - Было бы неплохо, - кивнула вернувшаяся Лемиата. - Так что тебе потребуется?
    - Чтобы мне вразумительно объяснили, что вам требуется! - свирепо буркнул гном. - Впрочем, ждать этого от феи, которая оскорбляет каменную нравственность штанами и плохим золотом, было бы слишком наивно.
    - Тогда послушай фею, оскорбляющую одними лишь штанами, - перехватила Ксения. - На входе будут слепки с глазниц и два грубо обточенных составных артефакта...
    - На выходе, надо полагать, нужны два точно подогнанных глаза? Всего-то?
    - Ну да, - подтвердила Лесная Сестра. - Но сначала нужно сделать для Савилы регалии ученицы.
    - Сначала надо срочно ликвидировать это золотое безобразие! - фыркнул мастер. - Сестра Лемиата, тебя всё равно не переделаешь, поэтому переделывать придётся твои регалии. Стой на месте, в таком виде я тебя не отпущу! И пообещай, что никогда не будешь надевать подобные, с позволения сказать, "украшения".
    Лемиата захлопала глазами и обиженно всхлипнула:
    - Ну мне нра-авится...
    - Раз нравится - сделаю в том же стиле, но стильно! Фея Воды, а ты куда? Поддержи подругу - сказку ей какую расскажи, что ли, и блох в голове поищи, пока она ждать будет, - мастер занялся новыми золотыми оправами, больше не обращая внимания на девушек.

* * *

    - Ты не бросишь меня беременную? - прошептала Вика.
    - А ты меня бездомного не бросишь? - улыбнулся в ответ Николай.
    - Прости, - смутилась "Болотная валькирия". - Древний женский страх, сам понимаешь. И потом, я слишком привыкла, что мой удел - довольствоваться объедками от жизни и не оскорблять сословие Здоровых Людей даже своим присутствием, а уж о том, чтобы жить, как они, и помыслить-то не полагалось! Ну да, Иван справился, но он исходно человек протестный, ему проще было, а я всё оглядываюсь: "Ой, а мне можно?" Помнишь, как я тебя стеснялась сначала? Хотя очень-очень люблю... - Вика прижалась к Николаю, дрожа всем телом. - И за руль сесть боюсь, и татушку прячу, и, стыдно сказать, украшений и то стесняюсь, до сих пор без серёжек хожу, а к колечку этому - чуть ли не полгода привыкала...
    - Но в вещах настоящих ты не боишься - ты просто делаешь дело, - веско возразил мужчина.
    Вика вздохнула, расстёгивая дрожащими пальцами цепочку с тассиреном:
    - Ну да, там я как-то забываю, что на меня "люди смотрят". А когда просто так по улице иду - смотрят! Как-то мне с коляской будет? Хотя, с другой стороны, вырастить любимого человека - тоже настоящее дело.
    - Ещё бы на красивую девушку не смотрели! - Николай чуть приобнял её за шею, готовясь перевести в горизонталь - они уже сидели на кровати. - А ты с коляской не гуляй, ты со слингом гуляй, да?
    - Муррр... Погладь мне руку, чешется ещё... - "Болотная валькирия" с виноватым видом посмотрела на свою татуировку. - Знаешь, мне потом так стыдно стало, что я упиралась! Фисе, главное, вообще не надо было, это же моей дочке тассирена не хватало, но Фиса сразу согласилась, а я...
    Николай недоверчиво покачал головой:
    - Ты точно знаешь, что будет девочка?
    - Чувствую, - улыбка Вики стала совсем неотмирной. - Принцессу нам с тобой подарю, а ей - папу с мамой и магическую жизнь. Беатой назовём, хорошо?
    - Хорошо, но давай хоть изготовим сначала! - рассмеялся Николай. - Ногти у тебя, допустим, профессионально короткие, а игривые покусывания где? Кто говорил: "Не называй меня Викусиком, я Укусик"?
    - Аминь, щас укушу-у!.. Ох... Я правда красивая?
    - Ты прекрасна, любовь моя...

* * *

    Чуть задержавшаяся Люся со скорбным видом села за стол:
    - Всё, удалила я ей глаза. То есть "глазами", конечно, это назвать нельзя - одни мутные белки были, но всё равно очень жалко девочку.
    - Да, не сможем мы дать Савиле живые глаза, - печально вздохнула Белка. - Хоть в оптическом диапазоне ориентироваться будет - и то уже чудо!
    - И не только в оптическом, но и слегка за его пределами, - добавила Ксения. - Давайте, что ли, окончательно утрясём конструкцию артефактов? Сильта, что скажешь?
    - Мы с учителем уже всё обдумали, - начала Оресильта. - Савила, если я не ошибаюсь, правша, поэтому воспринимающий артефакт ей тоже надо ставить справа. Схема уже отработанная - оптический рецептор, который тебе в академии сделали, в прозрачном кристалле от Никиты, потом драконий камень и кристалл от Лены. В левой глазнице - ламинаризатор с косметической радужкой. Оттенки, правда, получатся немного разные, но издалека не будет заметно, что глаза искусственные.
    - Ну да, драконий камень как раз похож на белки глаз, если особо не присматриваться, - согласилась Ледяная Дева. - А как она будет переключаться со зрения на свой целительский дар?
    - Или усилием мысли, или можно дополнительно поставить фленкеты. Но лучше всё-таки независимое отключение - так Савила сможет и другими целительскими артефактами пользоваться.
    - Вряд ли, - поморщилась Люся. - Для этого видеть надо, причём природным образом. Может быть, не будем пытаться объять необъятное? Дар плюс хорошее соответствующее образование - это уже серьёзная целительница, к тому же у неё и без магии очень чуткие руки.
    - Подожди, а передача диагностической картины? - спохватилась Белка. - Без этого половина дара теряется, по себе знаю.
    Оресильта обескураженно развела руками:
    - К сожалению, третьей глазницы у людей не бывает. Хотя если пропустить между глазницами перемычку...
    - Сильта, ты что? Там же не сплошная кость, вся система пазух нарушится!
    - Прости, я плохо знаю анатомию. Между прочим, как-то закрепить артефакты всё равно придётся, чтобы точно никогда не выпали.
    - Тонкая перемычка под кожей или небольшие выступы в кость, так ещё можно. А "третий глаз"... - Белка задумалась, напряжённо прикусив губу. - В два миллиметра толщины получится уложить?
    - Углубление в лобной кости? - поняла фея Воздуха. - На пределе, но для эпизодически используемого передатчика теоретически возможно. Однако это уже выходит нехилый такой составной артефакт, смотрите, - она достала из кармана блокнот с карандашом и начала вычерчивать схему.
    - Угу, - на стол легла тень ещё от от одной головы. - Что, всё так сложно? А "режимы" - это как?
    - Привет, Леми, - машинально кивнула Оресильта. - Садись, я сейчас дорисую и всё объясню. Как там Савила?
    - Да плакала, что ты спрашиваешь? - буркнула вернувшаяся Лемиата. - Я её, правда, успокоила немного и регалии показала, спит уже. Кстати, а моими-то обновлёнными регалиями почему никто не восхищается?
    - Знаешь, я, пожалуй, восхищусь! - засмеялась Люся. - Хоть и массивные, но на тебе смотрятся очень даже симпатично. Сильта, что там у тебя?
    - Вот, готово, - фея Воздуха выдвинула на середину стола законченный рисунок. - Леми, ты спрашивала, что такое "режимы"? Это я так коротко подписала пакетные переключатели режимов. Каждый из трёх артефактов может быть в одном из трёх состояний, но понятно, что реально понадобится только несколько комбинаций, так что не надо тратить силы на независимое включение - достаточно подать ментальный импульс на соответствующий пакетник.
    - А Савила в них не запутается?
    - Нет, она же маг, пусть пока и неопытный. Будет чувствовать над головой что-то типа светящихся кнопок и мысленно нажимать. Спит - всё отключено, кроме магического дара, который всегда с ней. Проснулась - включила зрение. Смотрит пациента - задействовала через фленкет передающий артефакт, чтобы врачу картинку показать. Ну и на всякий случай ещё режимы "дар плюс зрение" и "только передача", хотя трёх основных ей в принципе хватит.
    - А режим "только ламинаризатор" добавить реально? - поинтересовалась Ксения.
    - Конечно. Так и сделаем - вдруг всё-таки потребуется? В общем, главные артефакты, фленкеты, пакетники, магические связи - всё на мне. Слепки и установка - это, понятно, Люсёна, а гном отшлифует и соберёт. Да, Леми, заказывать же ты будешь? Попроси его сделать все соединительные перемычки с центральной жилой из контрастного материала, чтобы мне было проще создавать связи.
    Лемиата обиженно надула губы:
    - Да я уже сама сообразила, зачем напоминать? Ладно, завтра жду вас всех на посвящение Савилы. Слушайте, можно кому-нибудь на хвост упасть? Хочу помыться по-развитому и поспать как следует.
    - Пошли ко мне, - поднялась фея Воздуха. - В Фассане сейчас не очень поздно, так что мы ещё и поужинаем нормально.

* * *

    Микаберидзе шёл медленно, примеряясь к осторожным шагам Мирославы, всё ещё опиравшейся на одну трость, и Сталине даже стало сильно неловко - целого майора госбезопасности оторвали от дел, чтобы всего-то девочек в школу записать! Вслух, разумеется, она ничего не сказала, прекрасно понимая, что родители Ядвиги и Мирославы всё равно не в Москве - кому тогда устраивать дела непосредственных подчинённых Верховного главнокомандующего, как не его же личному порученцу?
    - Пойдёмте, нас ждут, - майор посмотрел на часы, и все четверо, постучавшись, вошли в кабинет. - Добрый день, товарищ Плыкин[3].
    - Добрый день, товарищи, - поднялся из-за стола пожилой директор школы. - Прошу садиться. Что, Демьянова, новеньких привела?
    - Да, Терентий Иванович, - кивнула Сталина. - Пшалковская и Остапчук, тоже из наших. Документы у товарища Микаберидзе.
    - Можно? - директор взял протянутый майором конверт и быстро перелистал документы. - Девочки, а вы потянете? Вы же, как здесь написано, жили на оккупированных территориях и много пропустили.
    - Должны, - нервно улыбнулась Ядвига. - Мы очень много занимаемся, чтобы догнать.
    - Ну что ж, занимайтесь! Мирослава, а ты во второй "А" пойдёшь, правильно? Вас уже четыре второклассницы, получается. Но ты ведь не октябрёнок?
    - Нет, - смутилась девочка. - Я не успела в школу пойти, только здесь пойду. А меня примут? Девчата сказали, что рекомендуют.
    - Раз рекомендуют - значит, примем! Почти звёздочка выходит, только без пятой девочки. Ты знаешь, что с этого года обучение в Москве полураздельное?
    - Парни и девчата в разных классах, да? А почему у нас пятой не будет?
    - Ты же понимаешь, - развёл руками Терентий Иванович. - Да так часто бывает - например, шесть звёздочек и ещё три ученика, то есть седьмая звёздочка неполная.
    - А если во втором "А" окажется ещё одна целительница? - с серьёзным видом спросила Мирослава.
    - Мирося, шутишь? - весело подмигнул Микаберидзе. - Хотя, знаешь, есть такое выражение: "Женщины шутят всерьёз".

* * *

    - Ти-рас-поль, - Надя с удовольствием покатала на языке название города, втыкая в карту красный флажок, линия которых подступила к очередной синей ленточке. - А про Одессу ничего не говорили?
    - Нет, пока ничего, - сказала Майя. - Волковыск какой-то освободили ещё, это где?
    Подруга радостно схватила ещё один флажок:
    - Да вот же, в Белоруссии! - она с силой ткнула в карту. - Вот Слоним, откуда Яся, а Волковыск - западнее.
    - Ага, вижу, - Майя прищурилась и наклонилась ближе. - А дальше опять река? Как она называется?
    - Россь. Слушай, ты хорошо видишь? Слишком близко к глазам всё подносишь, я заметила.
    - Хорошо. Нам же проверяли зрение, помнишь?
    - Галя говорила, что как раз в семь-восемь лет оно может начать портиться, - возразила Надя. - Попроси, чтобы ещё раз проверила, ладно?
    - Ладно, как в госпитале будем - попрошу... Что, наши вернулись? - девочки наперегонки рванулись в прихожую. - Здравствуйте, Шалва Георгиевич!
    - Здравствуйте, красавицы! - улыбнулся Микаберидзе. - Записали Ясю с Миросей в школу, первого сентября все вместе пойдёте. Держите, это вам на всех, - он осторожно поставил на пол сумку с учебниками и тетрадями.
    - Ой, спасибо! - подскочили девочки. - Новые, да?
    - Канэчно, красавицы! Разбирайте, а у меня дела, - майор, ещё раз улыбнувшись всем на прощанье, зашагал по лестнице вниз.
    - А нам с Ясей форму выдали, вот! - похвасталась Мирослава. - Осталось только ранцы купить.
    - Ранцы вам Наталия Сергеевна обещала, - с некоторым недовольством в голосе придержала её Сталина. - Ладно, я к себе, только учебники свои возьму.
    - Нет-нет, Лина, сейчас мы будем обедать! - запротестовала Ана Лопес, тоже вышедшая в прихожую. - А то ты сразу сядешь за книги и опять не поешь по-человечески. Девочки, руки мыть!

* * *

    - Что ты чувствуешь? - нетерпеливо спросила Лемиата, едва Савила произнесла вслед за ней девиз. - Стихия Земли приняла тебя?
    Девочка застыла, прислушиваясь к себе:
    - Да, - сказала она наконец. - Я чувствую её.
    - Улыбнись новой фее! - Лемиата вложила в руки своей ученицы ламинаризатор и временный артефакт - оптический рецептор на одноразовом кристалле от Никиты - и мягко повернула её за плечо.
    - Да помню я, где здесь зеркало, - смущённо улыбнулась Савила. - Ой! - сразу отшатнулась она, подняв артефакт на уровень шеи и увидев своё отражение. - У меня теперь всегда будут закрытые глаза?
    - Нет, я же говорила, - приобняла её Белка. - Тебе вставят глаза, очень похожие на настоящие, и ты будешь видеть, как сейчас, то есть даже лучше, чем зрячие. Скажи, ты видишь, кто стоит слева от тебя? Только не поворачивай артефакт в ту сторону.
    - Вижу, но очень мутно. Там Ксения, она мне большой палец показывает.
    - Прекрасно! Сави, твои серьги - это "змеиные глаза", они будут позволять немного смотреть по бокам, но только в дополнение к основному артефакту. Положи его на стол, не бойся.
    - Ничего не видно... - с ужасом прошептала девочка.
    - А так? - спросил подошедший Никита, положив руку ей на голову.
    - Видно твоими глазами, а вбок - нет.
    - Значит, всё работает именно так, как и должно. Сейчас Люсёна сделает тебе слепки с глазниц, и через пару дней гном выточит глаза.
    - Ой, а это больно?
    - Слепки - нет, но на всякий случай Леми подстрахует, - сказала Люся. - Ляг, пожалуйста, на стол, мы с него всё убрали... Раскрой веки и держи так, - целительница извлекла тампоны и осмотрела пустые глазницы с ввинченными в кость золотыми гнёздами. - Мгм. Леми, дай мягкую анестезию... Кси, подержи веки зажимами, - она тщательно протёрла тампоном правую глазницу и взяла дозатор со слепочной массой. - Сави, не двигай головой, я выравниваю... Всё, попробуй закрыть глаз - как ощущается?
    Савила несколько раз моргнула веками:
    - Как раньше, только давит.
    - А сами веки? Не царапает?
    - Нет, глина гладкая.
    - Хорошо. Белка, приведи, пожалуйста, кого-нибудь из Шести отражений - пусть вытащит слепки минут через пять, - Люся перешла к другой глазнице. - Сави, поморгай обеими глазами, только не напрягайся... Точно всё хорошо? Тогда полежи ещё немного - сейчас слепки затвердеют, и мы их вытащим.
    - Аха, - облегчённо выдохнула Савила. - А вставлять глаза - больно?
    - Нет, ты будешь спать. А когда проснёшься, "третий глаз" под кожей некоторое время может немного болеть, но потом пройдёт.
    - "Третий глаз" - это чтобы целитель видел моими пальцами?
    - Да, именно так. Привет, Янка.
    - Привет, - кивнула возникшая рядом Яна. - Дайте я тоже проверю, что ровно получилось. "Подымите ей веки: не вижу!"[4]
    - Ну Янка! - возмутилась целительница. - Тебя что, Лань покусала? Зачем таким замогильным голосом? Девочка и так боится.
    - Извини, Сави. Открой, пожалуйста, глаза... Да нет, всё почти идеально. Кстати, масса затвердела, я по оттенку вижу. Тащить?
    - Ой! - вздрогнула девочка.
    - Ох, прости! Сейчас второй вытащу, не бойся, - Яна аккуратно положила оба слепка в заранее приготовленные коробочки с марлей. - Леми, Эльмира вам торт испекла, у неё как раз день рожденья сегодня. Через полчаса принесёт, как хорошо сиропом пропитается.
    Лемиата в предвкушении облизала губы:
    - Торт? Ммм... Ты как, присоединяешься?
    - Мы в "Склифе", она их несколько сделала. Этот, сказала, на вас восьмерых. Мерлиту вытащишь ненадолго? Остальные ваши скоро подойдут, я передала уже.
    - Торт - это такая медовая коврижка? - поинтересовалась Савила, которой Люся уже заложила в глазницы смоченные каким-то ароматным раствором тампоны и теперь помогала слезть со стола.
    - Типа того, только вкуснее, - снова облизнулась Лемиата. - А у тебя когда день рожденья, не знаешь? У меня вот совсем недавно был, пятнадцать лет.
    - Иланта узнавала, - вспомнила Ксения. - Двадцать восьмой день жатника, девять солнечных лет назад. Леми, сейчас ведь и есть жатник?
    - Ну да, двенадцатый день. Ммм! Надо будет тоже отметить, - сладкое бывшей служанке раньше приходилось есть весьма нечасто, и "диетизм безуглеводного толка" она отнюдь не исповедовала.

* * *

    Аня встревоженно подняла голову от своих записей:
    - Привет, Наталь, что случилось?
    - Привет. Ничего страшного, скорее "занудное", - поспешила успокоить её Ната, которая в последнее время появлялась на Тарлаоне очень редко. - Меня вызвал Сталин и попросил, чтобы мы занялись севом озимой пшеницы.
    - Ну да, в Нечерноземье он на Параллели должен начаться со дня на день. Что, по всей стране?
    - Желательно. То есть плотно поработать абсолютно со всеми полями - это, понятно, "трансцендентно", тут нужно просто создать несколько высоколетучих групп природников - посмотреть там, почву слегка подправить и тому подобное. Но десятка два опытных полей надо взять в работу именно плотно, как мы в своё время хозяйство Паланира поднимали.
    - Полный агромагический пакет, то есть? Семена, удобрения, улучшение почвы и посевного материала и так далее?
    - Конечно. Ты как, организуешь пару таких бригад? Магия магией, а присутствие обычного агронома тоже важно.
    - Агронома по-любому придётся привлекать ещё и местного, который знает конкретное поле. Они, кстати, намечены уже?
    - Не все, но два поля определены точно - в Курской области и в Белоруссии. Украину, похоже, Сталин решил развивать не в первую очередь.
    - Надо думать! - язвительно хохотнула Аня. - По-хорошему если, такой раздутой Украины, как у нас, вообще быть не должно, но тут уж как исходно договаривались - никаких советов Сталину не даём, только голые факты. Наталь, ты не в курсе - на "объекте семьсот три" семенное зерно сейчас есть? Какого сорта?.. Тогда я бы начала с Курской области, сорт как раз для тех регионов. Завтра днём, с высочайшего позволения, и отправимся.
    - Хорошо, я оповещу затронутых товарищей, - улыбнулась Первая сестра. - В каком составе отправитесь?
    - Нам же сначала надо будет просто посмотреть поле, так ведь? Значит, Юстина, Лаура и я. Иномирянок пока не задействуем, а Абисола уже потом подключится, когда сеять начнём.

* * *

    Земля была откровенно плохая - Юстина поняла это без всякой магии, и почти сразу же Аня, став довольно грустной, что ей было вообще-то не свойственно, выпустила комок почвы, который разминала в руке, и выпрямилась:
    - Фёдор Ермолаевич, вы ведь планировали оставить это поле под паром?
    - Ну да, - недовольно признался председатель колхоза. - Совсем не родит уже, может, хоть так отдохнёт?
    - Анна Олеговна, да что вы его слушаете? - взвился уполномоченный из райкома партии. - Стране хлеб нужен, какое "под паром"? Нас с вами товарищ Сталин для того и прислал, чтобы урожай был!
    "Ну да, "чтобы корова меньше ела и больше давала молока, её надо меньше кормить и больше доить", по-другому эти чиновники не мыслят", - нахмурилась полька. - "Похоже, Сталин Сталиным, а в райкоме наш эксперимент восприняли просто как очередную начальственную блажь - не случайно же придали нам самого дебильного "давай-давай", а не человека поумнее, который начал бы искать результативное решение".
    Аня тем временем спокойно ответила:
    - Никита Львович, на самом деле с нашей помощью это реально, но нужно внести довольно много удобрений. Перед посевом - в основном калийные и фосфорные, потом...
    - Да с удобрениями любой дурак вырастит! - перебил уполномоченный. - Где я вам их возьму - сам, что ли, срать сяду?
    - Ну, допустим, не "любой", - усмехнулась Лаура.
    "Вы, например, - точно нет", - Юстина машинально продолжила мысль подруги, но озвучивать её не стала - они появились в этом колхозе именно для решения агротехнической задачи, а не с целью "поставить на место" зарвавшегося понукателя. - "Но Анка абсолютно права - без удобрений здесь не обойтись, это общий принцип природной магии - она должна дополнять природу, а не подменять её".
    - А какая была урожайность на этом поле? - спросила она у председателя колхоза.
    - Пшеницы-то? Да пудов сорок с десятины, - отозвался тот. - Семь центнеров с гектара, то есть.
    "Даже для этого климата и этого времени - ощутимо меньше среднего", - озабоченно прикинула Юстина. - "На нашей Земле было бы не меньше двадцати, так что к такому урожаю и надо стремиться, а с учётом магической поддержки - где-то к тридцати".
    - Ещё такой вопрос - какая площадь поля? - осведомилась Аня.
    - По кадастру - девяносто семь гектаров, - сказал председатель.
    - Ясно. Итак, совсем без удобрений не получится, но их в стране действительно не хватает, поэтому давайте остановимся на упрощённом варианте - половинная норма в три приёма, плюс наше содействие. Удобрения и сортовое зерно на посев - тоже с нас, будут в течение трёх-четырёх дней.
    Председатель устало вздохнул - он, по-видимому, не особо проникся навязанной инициативой:
    - Урожайность-то в итоге какая должна быть?
    - Примерно пятнадцать, - Аня незаметно подмигнула Лауре и крепко сжала руку Юстины, уже собравшейся было возразить.
    - Под знаменем великого Ленина, под руководством великого Сталина - вперёд к победе коммунизма! - незамедлительно закукарекал уполномоченный. - Колхоз "Советский Октябрь" имени тринадцатой годовщины Седьмого ноября берёт на себя повышенные социалистические обязательства - добиться урожая с опытного поля в восемнадцать центнеров с гектара!

* * *

    - Признательна, - Алина улыбнулась внешне прохладно, но старинных друзей это обмануть не могло - и Ната, и Артур с Виктором прекрасно видели её радость. - Круг замкнулся, и сегодня нас снова четверо, не так ли?
    - И снова в бездне вод, и Вода помнит всё! - изрёк Артур, ставя в центр стола стеклянную вазу с букетом белоснежных гвоздик.
    - Линка, поздравляю! - тепло обнялась с подругой Ната.
    - Присоединяюсь, - подмигнул Виктор. - Я бы тоже облапил, но у меня, понимаешь, жена ревнивая.
    - Что-о? - картинно возмутилась Лесная Сестра. - Это я-то ревнивая? Всё, твоя женщина в неизбывной обиде! - она попыталась надуться, но сразу испустила весёлый хохот и залихватски махнула рукой. - Короче, с тебя сегодня неизбывная ночь! Тьфу ты, "незабываемая", я хотела сказать.
    - Бездна, иже вкруг нас, покорнейше благодарит, - озорно прищурилась Ледяная Дева, пригласившая друзей именно в свой кабинет в "De profundis". - Прошу. Я заказала ужин из ресторана, но полный символизм, как выяснилось, недостижим - ресторана "Mezzo cammin"[5] в Москве нет.
    - И не надо, ибо подобный символизм стал бы совершенно не свойственным тебе кокетством, - серьёзно сказал Страж Вихрей. - Это мне теперь каждый день рожденья - "надо же, проскрипел ещё год!" А тебе всего-то тридцать пять, не так ли?
    Виктор шутливо пихнул друга локтем в бок:
    - Зато кое-кому другому, я смотрю, кокетство очень даже присуще, хоть он и мужчина!
    - А что не так? Осколки на меня, как мы убедились, вполне себе действуют, и яды, наверное, тоже.
    - Вот да, кстати, - Ната открыла свою сумочку и достала ламинаризатор и артефакт от Маахш. - Сейчас проверю, - она провела руками над стоявшими на столе блюдами. - Нет, всё в порядке.
    - И всё-таки, Артюха! - продолжил Страж Драконов. - Я так понимаю, лети этот осколок тебе не в руку, а в голову, - тебя бы просто выбросило в обитель. А так-то, конечно, мы не бессмертны в смысле "не можем умереть".
    - Зато прекрасно "можем не умереть", - усмехнулась Ледяная Дева. - Хотя, честно говоря, мне не хочется вспоминать, что я почти бессмертна. И потом, тридцать пять прожитых лет - всё равно навсегда со мной и навсегда позади.
    - Как же я тебя понимаю... - вздохнула Ната. - Ладно, мы же приняли служение Стихиалей добровольно и осознанно, так ведь? Давайте, что ли, просто порадуемся, что мы по-прежнему вместе?
    - А давайте! - Виктор взял штопор и принялся открывать вино. - Между прочим, зерно ковена тоже было посеяно в феврале. Помнишь, Артюха?
    - Не соглашусь, - заметила Алина. - Чем тогда хуже моё знакомство с Натой? А ему, чтобы вы знали, уже пятнадцать лет, а не тринадцать.
    - Не-а! - рассмеялась Лесная Сестра. - Первая встреча ковена - наша с Белкой, вот её-то я точно знаю с самого начала земной жизни. Так что первый тост, естественно, за юбиляршу, а второй - за наших детей и учеников!

* * *

    Покурить трое друзей вышли на улицу - в кабинете Алина никогда не дымила, тем более что сегодня была приглашена некурящая подруга. Сравнительно тёплый февраль располагал к неспешному перекуру, и Артур, посмотрев на подсвеченное московскими огнями низкое небо с крестом воссозданного не так давно храма, сказал:
    - А ведь после войны и та Москва постепенно расцветёт. Взорванный храм Сталин, конечно, заново отстраивать не будет, но что-то монументальное точно на этом месте построит. Ну да, "последнюю республику" в состав Союза принимать не придётся, однако у Параллели появилась другая надежда.
    - Именно, - отозвалась Ледяная Дева. - Даже успей Советский Союз ударить по Германии первым - захватил бы максимум Европу, а ведь есть ещё и "наглосуксь", которая, может быть, и не всемогуща, но точно иммунна к социалистическим идеям. Так что кончилось бы всё не "последней республикой", а просто удвоенным числом присосавшихся к России "углодий" - ещё и всяких французов с итальянцами на шею посадили бы, а они привыкли кушать вдвойне хорошо, это тебе не Восточная Европа.
    - Ну да, всё так, - согласился Виктор. - Сам-то Советский Союз, конечно, не был бы настолько разрушен, но и нахлебников стало бы больше, а всё остальное-то не изменилось бы - ни климат, ни технологии, ни площади. Это, если что, к вопросу о хлебе. В нашей истории сразу после войны неурожай в стране был, а Сталин - чехам всё зерно, на халяву! Это послушным-то немецким пёсикам!
    - Коммунист, что ж ты хочешь? Как бы коммунисты с нацистами и наглами друг на друга волком ни смотрели, они всегда были едины в том, что русским - в последнюю очередь! Кому в первую и во вторую - тут, понятно, разногласия, "но то такое".
    - Всё же некий здоровый прагматизм в нём есть, - заметил Артур, когда все трое уже входили обратно в кабинет. - Думаю, постарается теперь разыграть карту "мягкой силы" через народное процветание, благо мы для этого сделали очень много.
    Алина недоверчиво мотнула головой:
    - Вряд ли. Сталин прежде всего имперец, то есть на первом месте у него - силовое и идеологическое влияние. А сочетать силу с хорошим уровнем жизни для Советского Союза было невозможно, потому что он, в отличие от Штатов, жил за свой счёт. Как говорится, "можно сделать быстро, качественно и дёшево - выбирайте два из трёх".
    - Аминь, подружище! - поддержал Страж Вихрей. - Почему, думаешь, у нас сейчас многие с такой ревнивой неприязнью относятся к претензиям России на влияние в мире? Да потому, что влияние это всегда было не прибыльным, а, наоборот, затратным, и тратиться власти заставляли именно русский народ - какой же ещё?
    - А вам не кажется, что сейчас параллельный Советский Союз живёт не только за свой счёт? - подключилась Ната, слышавшая конец разговора.
    - Очень даже кажется, - усмехнулась Алина. - Ну так а я о чём? Но всё равно никакие опережающие технологии и никакие социальные гарантии не спасут ту страну в её нынешнем виде, если людям не дадут иметь ничего своего! Касается, между прочим, главным образом элит - кто в итоге страну по карманам распихал, да ещё настолько спешно, что половина мимо карманов просыпалась? Да, жили, по сравнению с простым народом, очень жирно, но ведь даже кремлёвский паёк был не более чем пайкой! С одной стороны - опять же всё не своё, а государственное, а с другой - капитал страны не ценили, раз не свой, ресурсами швырялись только так. Чего бы, в самом деле, не пошвыряться, когда ответственности - абсолютно никакой, максимум на другую должность переведут, причём тоже высокую?
    - Сталина на них уже не было, в общем! - хохотнул Страж Драконов.
    - Если хочешь, да! Раз все экономические предохранители они отключили, то есть лично разориться не могли, значит, единственное, что оставалось, - диктатор с топором. На Сталина потому несоразмерно много грязи и вылили, что он прессовал прежде всего знать, как и Иван Грозный. Простых людей, конечно, тоже не жалел, но кто из властюков их берёг - хоть в России, хоть не в России? Так что в народной крови можно хоть с головой купаться - только памятник ещё выше поставят, а боярам массово головы рубить - ни-ни! Ключевое слово - "массово", боярские бошки всем монархам, конечно, подавали на стол, но исключительно как деликатес.
    - С третьей же стороны - кому охота постоянно жить под топором, причём даже не за реальную вину, а просто потому, что тебя посчитали ненужным или "органам" надо выполнить план по жертвоприношениям? - продолжил Артур. - Сталин, конечно, избавлялся и от потенциальных заговорщиков, и от "неблагонадёжных", но прежде всего - от ненужных. Так что ничего удивительного, что сразу после его смерти знать немедленно самораспустилась как рыцарский орден с постоянным поиском еретиков и стала чем-то типа обычного дворянства и жречества, от слова "жрать".
    - Ну да, не случайно же подмечено: "Только массовые расстрелы спасут Родину", - вспомнила Лесная Сестра. - Шутки шутками, но если под "Родиной" понимать непременно социалистический строй, то да, так оно и есть. Потом, правда, начали вместо крови питать социализм нефтью, но надолго не хватило - страна-то огромная и амбициозная, не эмират какой-нибудь. Знаете, мне кажется, что даже если бы и удалось превратить на какое-то время все капстраны в соцстраны, то тоже не навсегда - капитализм просто-напросто заново пророс бы изнутри.
    - Что, между нами, сейчас в Северной Корее потихоньку и началось. Вот как, спрашивается, пройти между крайностями? Или экспансия производства и потребления за счёт всякой мусорной хрени, "покупай-покупай", или, наоборот, всё, что сверх корки хлеба и спального места в бараке, - неохотная уступка.
    Ната лишь зло поморщилась:
    - А никак! Но первое тому Советскому Союзу сейчас настолько не грозит, что перед нами этот вопрос не стоит и не встанет - дай-то Бог хоть немного накормить и окультурить эту хтонь! На Аумерне, конечно, в чём-то гораздо хуже, но от средневекового мира другого и не ждёшь, а тут - наш век, из которого мы все родом.
    - Вот да, насчёт Аумерна, - вновь вступила Ледяная Дева. - Раз уж так получилось, что мы растим орден Пути в этом мире под своим крылом, то, может быть, подумаем, как магически приравнять его сестёр к феям ковена? А то Леми, например, уже стала до такой степени своей, что даже не ассоциируется со словом "иномирянка".
    - Ты имеешь в виду возможность переносить по мирам других людей и запрашивать артефакты перевода? Вот не знаю. А не может как-то сработать то, что Первая сестра Аумерна - одна из Девяти?
    - Думаю, этот вопрос прояснится тогда, когда Аумерн присоединится к Пути, - задумчиво произнёс Страж Вихрей. - А вот на Параллели орден Пути и без нас прекрасно справляется и растёт.
    - А ты что, находишь это удивительным? - хмыкнула Алина. - Они же не кто-нибудь, а советские девушки из поколения, стремившегося в небо! Как ни относись к тридцатым годам, но поколение той молодёжи было поистине феноменальным.
    - Ага, особенно кровавые молоденькие лейтенантики из НКВД, - скептически протянул Виктор. - Я, понятно, не Авдеева с Микаберидзе имею в виду - эти как раз в чиновничьи кабинеты попали меньше года назад, а до того реальных бандитов ловили, а не показания выбивали на лубянском конвейере.
    - Да нет, пёсиков, для которых этот кровавый конвейер - такая же чиновничья служба, как и любая другая, всегда полно - только свистни! Они, по большому счёту, даже не "злодеи" - они просто никто, именно что "пёсики", а не люди. А вот таких крылатых покорителей звёзд, как тогда, наверное, больше и не будет в нашем мире. Родная земля наконец-то живёт, а не выживает, но птицы мечты над ней уже не парят... - Ледяная Дева вновь непроизвольно потянулась за сигаретой.
    - Ну почему же? - усмехнулся Артур. - Не далее как в метре от меня - сразу две крылатые девы, да ещё и огненный воин в придачу! Причём, что характерно, ваша крылатость не требует непременных человеческих жертвоприношений, не так ли?

* * *

    "Напоминает какие-то электронные блоки", - улыбнулась Люся, осторожно рассматривая два артефакта, тоже смотревшие на неё зелёными глазами. Благодаря золотой подложке белки казались золотистыми, причём гном искусно подобрал оттенки золота, замаскировав различие магических камней в оптическом рецепторе и в ламинаризаторе, и оба глаза выглядели совершенно одинаково.
    Первым делом, разумеется, целительница проверила, что артефакты работают, как и было задумано, - она взяла их в руки, направив зрачки на страницу лежавшей перед ней книги, и закрыла свои собственные глаза. Есть! Текст возник в её сознании именно таким, каким Люся только что запечатлела его в памяти, однако оттенки вокруг стали немного другими. "Ну да, здесь же расширенный диапазон длин волн", - вспомнила она.
    Глаза для Савилы в итоге решено было сделать съёмными - разумеется, с расчётом на мага-телекинетика, и целительница, взяв лупу, ещё раз изучила крошечный разъём с двумя серебристыми иголочками: "Одна магическая связь, понятно, для фленкета, вторая - для самого артефакта. "Третий глаз" и управляющие кристаллы гном с Оресильтой, правда, ещё доделывают, ну так и я освобожусь только к завтрашнему вечеру". Оставалось лишь последнее и самое важное на сегодня - примерка непосредственно на пациентке.
    Она решительно поднялась и заглянула в спальню - артефакты Лемиата доставила в лесной домик фей на Аумерне:
    - Девочки, вы готовы? Пойдёмте проверим.
    - Пошли, Сави! - немедленно подорвалась Лемиата, хватая свою ученицу за руку. - Садись и не бойся, больно не будет.
    - Лучше лёжа, - поправила Нина. - То есть не в положении головы дело, а в максимальной неподвижности.
    - Аха, - Лемиата помогла Савиле лечь на стол. - Веки подержать зажимами?
    - Да, подержи, - Люся извлекла из левой глазницы тампон и внимательно рассмотрела под лупой три имплантированных крепёжных гнезда - нет, всё хорошо, золото заподлицо с костью. - Сави, у тебя ничего не болит?
    - Нет, - ответила девочка. - Только распирает немного возле глаз.
    - Очень хорошо! Не шевелись, пожалуйста. Нина, ставь сначала левый, это ламинаризатор. Шпеньки по сторонам должны попасть точно в гнёзда, видишь?
    - Вижу, - юная магиня сосредоточилась, поднеся артефакт к лицу Савилы. - Уфф!..
    - Сави, ты как? - встревоженно выпалила Лемиата.
    Девочка удивлённо заморгала:
    - А почему ничего не видно?
    - Видеть ты будешь другим глазом. Не больно?
    - Нет, просто тяжесть в глазу.
    - Хорошо, а мою руку пощупай - прозреваешь?
    - Аха. Как раньше, только не так тепло.
    - Всё правильно, - объяснила Люся. - Твой магический дар сейчас работает попеременно с артефактом, чтобы ты могла видеть, поэтому картинка чуть тусклее. Пока режим только один - "дар плюс зрение", но завтра или послезавтра ты сможешь управлять всеми тремя глазами.
    - Что, правда?
    - Глаз даю! Кстати, и даём, не шевелись. Нина?..
    - Ой, я вижу! - Савила удивлённо распахнула свои новые глаза - молочно-золотистые, с живым рисунком тонких алых прожилок. - Встать можно?
    Лемиата, восторженно улыбаясь, подала ей руку:
    - Конечно! Вставай и смотрись в зеркало, но не кувыркайся и головой сильно не мотай, а то с одной стороны они не закреплены, и импланты ещё не прижились окончательно.
    - Угу, - девочка, не дослушав, вскочила и подбежала к зеркалу. - А можно их не вынимать? Ну пожалуйста!

* * *

    - Белочка, это великолепно! - признался Спасокукоцкий. - Я будто вижу вашим магическим зрением всё, что внутри пациента! Спасибо вам!
    - Если честно, идея ваша, - смутилась целительница. - Мы только нашли нужные кристаллы и усовершенствовали наши артефакты. Кстати, опять же благодаря вам одной слепой девочке не пришлось выбирать между зрением и магическим даром, и скоро она тоже будет работать с вами.
    - Вот так, значит? Что ж, я очень рад! А что у неё за дар и почему без такого прерывателя ей пришлось бы выбирать?
    - Дар - примерно как у меня, она чувствует, что происходит у человека внутри, только пальцами, а не глазами. А прерыватель ей нужен потому, что слепота врождённая, причём зрительные нервы вообще отсутствуют, и соответствующий отдел мозга не сформировался именно как зрительный. Единственным выходом было дать ей подобный передатчик образов с оптическим рецептором, чтобы она могла воспринимать свет. Ну да, заметно, что глаза искусственные, но девочка хотя бы стала видеть.
    - Чтобы не было заметно, можно носить зеркальные очки, - посоветовал хирург. - В вашем мире такие делают? А то у нас, наверное, только в Америке купишь.
    - Делают, конечно, так что непременно купим ей, спасибо за совет. Единственное - она пока не может передавать картинку, как я, для этого нужно имплантировать ещё один артефакт.
    - Именно "имплантировать"?.. Я понял, - вздохнул Спасокукоцкий, выслушав короткое объяснение Белки. - Что ж, надеюсь, вы с ней хорошо представляете, на что идёте. Девочка откуда - наша, советская?
    - Нет, она из того же мира, что и Лемиата. Вы же знакомы с Лемиатой?
    Хирург непроизвольно улыбнулся:
    - С Леми Золотой Ручкой? Конечно. Хорошая девушка, и целителем, наверное, станет серьёзным.
    - Станет, не сомневайтесь! Ну вот, а Савилу нам её отец привёл в ученицы - мир средневековый, так что сами понимаете, каково в нём слепому. Разумеется, обычной девочке мы бы тоже вернули зрение, но раз у неё оказался магический дар, нужно было сберечь и его.
    - Естественно, - кивнул хирург. - Белочка, а знаете, что мне подумалось? Вы ведь можете попадать в подобные неразвитые миры, где дети, особенно девочки, часто становятся, простите, обузой, даже если они здоровые? Что, если предложить таким ненужным детям переселиться в Советский Союз? Сами понимаете, какие у нас потери, да и вообще населения очень не хватает, а страна хоть и небогатая, но детей примет как своих.
    Белка задумчиво уставилась в окно:
    - Сейчас соображу... Ну да, я могу вспомнить пару таких миров. Другое дело, что на сегодняшний день вам нужны прежде всего не дети, а уже выросшие молодые мужчины, но этот вопрос надо обсуждать со Сталиным. Сам он, насколько мне известно, перед нами подобную задачу ещё не ставил.

* * *

    Ксения спокойно протянула руку:
    - Артефакт, - оперировала именно она, поскольку единственная из всех целительниц, не считая Маэнане, могла абсолютно точно запомнить правильное положение разъёмов в глазницах. - Белк, закрывай костью пакетники, - шесть кристалликов располагались в углублениях выше и ниже передающего артефакта - по три в каждом ряду.
    - Уфф... - тяжело выдохнула Белка, когда над воссозданной поверхностью лобной кости остался слегка выступать лишь чуть вытянутый в длину каменный овал. - Прижимай разъёмы.
    - Держу, - фея Воды плотно прижала дырчатую заднюю поверхность золотого разъёма к еле намеченному углублению внутри глазницы.
    - Всё, отпускай. Ася, харвит, - Белка прорастила кость внутрь полости в золоте и медленно выпила поднесённый Анастасией порошок тарлаонского корня в тёплой воде. - Кси, прижимай второй... Готово.
    - Ася, приживляй кожу, - продолжила Ксения. - У тебя всё? - она протёрла спиртовой салфеткой красные рубцы на лбу и переносице Савилы. - Люсёна, выводим из сна?
    - Дайте я тоже посмотрю, - поднялась Люся, занявшая сегодня место анестезиолога - магическая анестезия для этой операции не годилась, поскольку пациентку следовало именно ввести в глубокий сон. - Мгм. Болеть, конечно, первое время будет, но терпимо, а рубцы я через пару дней уберу.
    - Теперь что, моя очередь? - подошла Нина. - Сейчас... Уфф... - совмещение разъёмов оказалось для неё не самой простой задачей. - Сильта?
    Оресильта поднесла к лицу пациентки напряжённые ладони с магическими кольцами:
    - Связи в порядке, установлен первый режим, то есть всё отключено, кроме природного дара. Вадим?
    - Щас поцелую, - отозвался юноша.
    - Я тебе поцелую! - прыснула немного отдохнувшая Белка. - Заклинание прочитай, и хватит с тебя.
    - Так я же не сказал, кого именно! - Вадим подскочил к девушке и чмокнул её в губы.
    - Вадим, ты... целитель или кто? - Белка отстранилась, но с хорошо ощущавшимся запаздыванием. - Исцеление же сначала закончить надо!
    - Да, конечно. Сейчас уберу снотворную химию... Сави, ты спишь?
    - Сплю-ю... - девочка широко зевнула и открыла глаза. - Нууу... Опять ничего не видно, и всё болит.
    - Боль я тебе сниму, - сказала Анастасия. - А какие-нибудь кнопки над головой ты видишь?
    - Аха. Яркий огонёк и рядом тусклые.
    - Тогда мысленно потянись к тому огоньку, что сейчас справа от яркого, и нажми на него. Получается?
    - Попробую... Ой, я всё вижу-у!

* * *

    - В этом доме все свои, и все знают, что глаза у тебя искусственные, так что зеркальные очки тебе могут понадобиться только в других мирах, - сказала Ната, появившись вместе с Савилой в холле дома ковена. - Поживёшь с нами, хорошо? Тебе же учиться надо.
    - Хорошо, сестра Наталия, - смущённо кивнула девочка. - А целительством я буду заниматься?
    - Непременно, не сомневайся! Ты очень нужна в том мире, где идёт большая война, только долечись сначала сама. Вообще-то у Лесных Сестёр шрамы и так исчезают, но это ждать надо, поэтому завтра тобой займётся Люсёна, а сегодня я покажу тебе комнату и со всеми познакомлю, - они вошли в дверь на втором этаже. - Сави, это моя дочь Динара.
    - Привет, Сави, - улыбнулась черноволосая девочка - одного возраста с Савилой, но уже в длинном платье полной феи Земли. - Мама, можно я сама всё покажу?
    - Да, покажи, а потом переодевайтесь и спускайтесь на кухню, - Ната исчезла, и Динара распахнула один из шкафов:
    - Всё твоё, примеряй.
    Савила, тем не менее, поступила абсолютно не по-женски - настолько сильно ей хотелось есть:
    - Можно это? - она ткнула в первую попавшуюся блузку и, с некоторым внутренним содроганием, в джинсы.
    - Можно, конечно! - засмеялась Динара. - Все ваши у нас в гостях начинают с того, что влезают в штаны. Пойдём, что ли, обедать?

* * *

    Светловолосая оторва, отзывавшаяся на имя Лань, показала Савиле на другой стол:
    - Волга впадает в Каспийское море. Лошади кушают овёс и сено.[6] Девочки лепят пельмени и вареники. Присоединяешься? Леми говорила, ты хорошо умеешь, а у нас как раз кулинарное заседание клуба "Кому за восемь".
    - Нет, я только начиняла и защипывала, - объяснила новая ученица ордена Пути. - Раскатать тоже могу, если тесто кто-нибудь замесит, но руки сильно устают.
    - Тесто нам Александр замесил, - откликнулась Динара, снимая с огромной миски полотенце. - Лань, посмотри, мама фарш приготовила?
    - Щас, - светловолосая извлекла из холодного ларя другую миску - прямоугольную, с крышкой, оформленной в виде предвыборной рекламы: "Наш кандидат - Наталия Стрелкова. Цивилизация. Богатство. Пельмени". - Ага, и посолила даже, - под крышкой, кроме фарша, оказалась бумажка: "Соль внесена". - Дирхам, творожную начинку сделаешь?
    - Да, а вы пока пельмени начинайте. Жорж, раскатаешь?
    - Ага, - кивнул единственный в компании парень - примерно того же возраста, что и девочки. - Кругами под пельменницу?
    - Конечно. Пельмени "Сотовые"! - хохотнула темнокожая Тамми, виду которой Савила ничуть не удивилась - будучи до недавнего времени слепой, она не замечала, что у всех аумернцев кожа светлая. - Оль, доставай обе пельменницы.
    Последняя девочка клуба "Кому за восемь" полезла в стоявший у дальней стены шкафчик и вытащила два металлических круга с шестиугольной сеткой отверстий, действительно напоминавшие пчелиные соты:
    - Держи. Сави, что ты плачешь? Хотя да, я всё понимаю.
    Савила смущённо уставилась в пол:
    - Извините. Никак не могу поверить, что я стала самой обычной девочкой.
    - И не верь! Наоборот, самой необычной! - рассмеялась Лань. - Ты же маг.
    "Да нет, всё-таки обычной", - молча подумала Савила. - "Какая разница, живые у меня глаза или каменные, если слёзы - всё равно живые?"

Глава 3. КУРСКАЯ МАГИЧЕСКАЯ АНОМАЛИЯ

18-21 февраля 2015

Дорогу должно выбрать нам сейчас:
У ложа твоего огонь погас,
В кромешном мраке затерялся дом,
Ворвалась буря внутрь, бушует в нём,
Строенье потрясает до основ.
Неужто ты не слышишь громкий зов
Твоей страны, плывущей в никуда?
Везде царит последняя беда.

Р. Тагор[7]

    Алёна шла по улице, почти не смотря вперёд, а только по сторонам и вверх - ух ты, какие высокие дома! Будь маленькая белорусская селяночка одна, она бы упала уже не раз, однако Авдеев и Роза осторожно держали её за руки, давая возможность без помех рассматривать город, и до ожидавшей их машины все дошли без приключений.
    - Извини, Алёнка, не полагается нам на метро, - улыбнулся майор госбезопасности, открывая перед девочкой заднюю дверь легковушки. - Да и ближайшая к дому станция сейчас закрыта[8], - Лесные Сёстры и их ученицы жили почти напротив "Склифа". - Так что в окно смотри, десять минут - и ты дома!
    - Аха, - Алёна восторженно распахнула глаза и завертела головой - в машине она тоже ехала первый раз в жизни. - Я c Раей жить буду? А Яся и Мирося где?
    - Мирослава - в соседней комнате, а Ядвига - над вами, их в такую же квартиру переселили, только этажом выше. Да ты сейчас всё увидишь... Ну вот, приехали. Потяни за эту ручку.
    - Угу, - девочка вылезла на асфальт перед подъездом, страшно гордясь тем, что сама открыла дверь машины, и задрала голову к верхним этажам.
    - Да нет, нам не на самую верхотуру, - подмигнул Авдеев. - Третий этаж, - они не торопясь поднялись к квартире.
    - Привет, Алёнка! Пойдём комнату покажу, у нас своя будет! - сразу выскочила неугомонная Раечка.
    - Минуточку, Раиса! - строго сказала Роза. - "С улицы пришёл домой - первым делом руки мой". Ты ведь целительница, не забывай!

* * *

    Аня прекрасно понимала, что колхозники "Советского Октября" отнесутся к удвоению будущего урожая, мягко говоря, без энтузиазма, поскольку для них это будет означать лишь больше труда, а зерно, сколько бы его ни было, всё равно отправится в пресловутые "закрома Родины": "Да, плохо это - не иметь заморских колоний! Сталин, похоже, был попросту обречён на "внутреннюю колонизацию" крестьян самой метрополии - больше неоткуда было взять сверхдешёвые ресурсы для индустриализации". Тем самым, следовало пробудить в людях личную заинтересованнность, и она ещё в первый день, пока райкомовский "давай-давай" нахлёстывал колхозников языком, прошлась по домам с "мягкой силой", добавив к своему природному обаянию швейные иголки и прочие нужные в селе мелочи, а заодно и поработав кое-какими целительскими артефактами. "Мягкая сила" принесла некоторый успех - колхозники, включая председателя, стали принимать Лесных Сестёр гораздо радушнее, тем более что "давай-давай" с ними уже не появлялся, и удобрения внесли на совесть - именно так, как их проинструктировали.
    - Ну что, Фёдор Ермолаевич? - фея ещё раз оглядела проборонованное поле. - Сегодня к ночи на станцию доставят зерно, вы готовы к севу? Нужно успеть за один день.
    - Да знаю я, что послезавтра дожди зарядят, - отмахнулся председатель колхоза. - Коль трактор не сломается - успеем. Устинья Мартыновна завтра будет?
    Аня непроизвольно прыснула:
    - Юстина-то? Нет, только мы с Абисолой, и потом уж я через две недели появлюсь, как взойдёт всё. Постоянно присутствовать в вашем колхозе, сами понимаете, возможности нет - у нас десять таких полей по всему Союзу. Да, кстати! Вам заодно с зерном и форму новую для школьников отгрузили, у вас же семилетка в селе?
    - Это что, всех детей из деревень сгонять на выдачу? - поморщился Фёдор Ермолаевич. - Кому и пять вёрст до школы идти.
    - Ну, как лучше организовать - решайте сами с директором школы, но я бы советовала тех, кому далеко, раньше времени не вызывать. Как придут первого сентября, так и выдадите. Зато завтра целая фея выдаёт, то есть я!

* * *

    - Добрый вечер, товарищ Стрелкова, - неторопливо, как всегда, произнёс Верховный главнокомандующий. - Что у вас за предложение?
    - Товарищ Сталин, по мере того, как страна восстанавливается, нужно восполнять и человеческие потери, - ответила Ната. - На самом деле мы давно вынашивали эту мысль - что, если переселять в Советский Союз детей из других миров, которые на родине оказались никому не нужны? Миры ведь бывают настолько неразвитые, что любой неурожай в них приводит к массовому голоду, и люди вымирают.
    - Именно "детей"? - спокойно уточнил Сталин.
    - Да, именно маленьких детей. Я понимаю, что сейчас нужны прежде всего молодые мужчины, но завоз иноплеменных взрослых, особенно мужчин, - вещь опасная, поскольку это люди с уже сложившимся мировоззрением. Возникнут криминальные диаспоры и всё такое.
    - Знаю, в сводках товарища Кресовой об этом упоминается. А почему непременно из других миров? На Земле тоже есть места, где из-за перенаселения всё время голод.
    - Потому что подобные места, как правило, принадлежат "союзничкам", и они начнут мутить воду, причём, скорее всего, даже не сейчас, а когда эти дети вырастут: "Вы не русские, вы насильно русифицированные бенгальцы! Требуйте автономии, требуйте возвращения на историческую родину!" Бенгальцы - это просто для примера, можно подставить любой другой народ.
    - Так оно и есть, вы правы. Но бенгальцы тоже годятся, если всех понемногу.
    - Ну да, и главное - не создавать компактные поселения, а равномерно распределять по стране, чтобы было максимум по два-три человека из одного народа в одном детдоме или в приёмных семьях в одной местности. Между прочим, у нас распространён, в числе прочего, формат "семейного детского дома" - не интернат на сотню воспитанников, а семейная пара берёт на воспитание порядка десяти малышей.
    - За примером, я так понимаю, далеко ходить не надо? - улыбнулся Верховный. - Нет, сейчас это невозможно - сирот и так слишком много, а вы предлагаете ещё... сколько, кстати?
    - В принципе - сколько надо. Миров много, и в них попадаются такие бедственные места, где гарантированно поесть хотя бы раз в день - уже счастье! Не говоря уже о рабстве или вообще несовместимых с жизнью пороках общества, типа стремления к поголовному уничтожению какого-то народа. Так что детьми от года до трёх можно будет восполнить хотя бы то поколение, которое из-за войны просто не родилось. Другое дело, что в нём сохранится перекос в сторону женщин, потому что в неразвитых обществах "лишние" дети - это в первую очередь девочки. Товарищ Сталин, а может быть, раздать таких девочек одиноким горожанкам? Пусть у них будут хотя бы дети - сейчас женщина уже может вырастить одного-двух детей без мужа, а девочкам вдвойне важно расти в семье.
    Верховный добродушно усмехнулся:
    - Товарищ Стрелкова, советская женщина может всё! Даже, как вы знаете, стать феей.
    - Если ей в этом помочь, - подхватила Лесная Сестра. - Это я к тому, что всё же первоочередная задача - сохранить тех детей, что уже родились до войны и в сорок первом, а то на селе очень большая смертность. Рожать-то селянки и так рожали, им не иномирных детей надо помочь вырастить, а своих.
    - Вот и делайте всё для этого, товарищ Стрелкова, - Сталин почти отмахнулся, тогда как предложение о переселении детей из иных миров было выслушано им весьма заинтересованно, и Ната, заметив это, вздохнула про себя: "Ну да, большевик, что ж ты хочешь? Крестьяне для него - класс подозрительный, так что ничего удивительного, что он ухватился за идею частично заменить русский народ на выращенный в питомниках советский. Хоть не на инокультурных мигрантов, и то слава Богу!"

* * *

    В сёлах девочкам не выдавали туфли - женщины, конечно, везде оставались женщинами, но красивые туфельки были бы преданы земле после первых же осенних дождей, поэтому школьникам полагались сапоги и галоши. С парнями всё происходило быстро - директор школы и пожилой учитель, в своё время служивший каптёром в царской армии, выхватывали одну-две пары примерно подходящих по размеру сапог и тужурку с брюками, помогали примерить, если подходил младшеклассник, и вручали солдатский вещмешок с нехитрой канцелярией и тремя рубашками - "годен!" Для девочек завезли, казалось бы, примерно то же самое, однако Аня и молоденькая учительница не могли отказать им в женской магии пожирания времени с помощью хорошо известного артефакта, и дело стронулось с полумёртвой точки лишь с неожиданным появлением Наты с каким-то пакетом.
    - Что у вас тут? - сразу спросила она, с улыбкой посмотрев на двух девчушек, пытавшихся одновременно заколдоваться единственным зеркалом. - Вы Татьяна Фроловна, правильно? Держите, это вам, примерьте пока, а мы с Анкой школьницами займёмся... Ну конечно же, полагается, а вы что думали - ученики в новой форме, а учителя - в обносках каких-то? - Ната выпроводила учительницу с пакетом в соседний класс и повернулась к школьницам. - Девчата, вы выбрали? Тогда следующих-то пустите, имейте совесть! - она взяла два вещмешка и две плоские коробки из тонкого картона, в которые упаковывались парадные блузки, и вручила их девочкам.
    - Спасибо, - смущённо покраснели те. - Это нам от товарища Сталина, да?
    - Да, и с напутствием. Придёте домой - увидите, - Ната знала, что эта партия блузок шилась в Узбекистане, и местный партийный бай, желая засвидетельствовать своё верноподданничество, распорядился вложить в коробки портреты Сталина с его же словами, обращёнными к школьникам, в чём Верховный никакой крамолы не усмотрел. - И зовите уже следующих, хорошо?.. Здравствуйте. Фамилии ваши скажите?
    - Пуховитовы они, шестой класс и четвёртый, - перехватила Аня, ставя две галочки в списке школьников. - Маме вашей как, лучше?
    - Угу, - потупилась старшая сестра, на лице которой уже начало застывать выражение исконного крестьянского фатализма. - Я потом ещё делала, как вы.
    Аня пришла в полное изумление:
    - "Как я"? Но у вас же не было магического кристалла!
    - Ну... я почувствовала, как вы волшебную воду из головы пускали, и попробовала так же... - девочка сжалась, ожидая всех земных и небесных кар, но вдруг подняла голову и взглянула на фей со светлой радостью - последней радостью своего умиравшего детства. - Анна Олеговна, а я...
    - Сможете ли вы стать такой, как мы, я правильно поняла? - закончила Ната, снимая одно из своих колец. - Руку дайте, не бойтесь... Вам что-нибудь видно?
    - Буквы видно, как в немецкой книжке, - испуганно выдохнула девочка.
    - Здóрово! - восхищённо улыбнулась Аня. - Давайте я заодно и вас проверю... Ничего не видите? Жалко, - она ласково погладила по голове младшую сестру, уже начавшую всхлипывать. - Не плачьте, вы что? Вам мы тоже поможем встать на крыло.
    - Ладно, Анка, выдавай "вещевое удовольствие", а то мы отвлеклись, - напомнила Ната. - Зовут вас как?
    - Домна, - голос старшей всё ещё дрожал. - Сестру - Марфа.
    - Ох, простите, сама-то не сказала! Меня - Наталия Сергеевна. Марфе, значит, сейчас всё выдадут для школы, а вам я предлагаю действительно пойти к нам в ученицы. Если, конечно, вы хотите.
    Стать одной из фей в зелёном, под руками которых всё цветёт и колосится? Одной из тех, про кого с таким благоговением рассказывал односельчанин дядя Пахом, приезжавший на несколько дней в отпуск после госпиталя? И самой в люди выбиться, никогда больше не голодать, и сестру, наверное, вытащить, и братьев, и мамку... Да как можно не хотеть-то?! Только печальные что-то глаза у Сергеевны этой...
    - Наталия Сергеевна, а я справлюсь? - прошептала Домна.
    - Справитесь, не сомневайтесь! Но я обязана предупредить - дети у нас могут быть только приёмные. Замуж-то можно - я, как видите, замужем, - Ната показала обручальное кольцо.
    - Хочу, - упрямо кивнула девочка, сразу решив, что если она сможет вырваться из колхоза в город, то и замуж не пойдёт - не выдадут же её насильно! - Меня запишут в какой-то волшебный интернат?
    - Можно и так сказать, но учиться в школе вы всё равно будете. Подождите здесь, пока мы закончим, хорошо? Потом я отведу вас к нашим.
    - Девчат, ну как?.. - вернувшаяся наконец Татьяна Фроловна заметно стеснялась - её новый заграничный костюм приличествовал никак не сельской учительнице, и она прекрасно понимала это. - Что случилось?
    - Ученица нам случилась! - весело рассмеялась Аня. - "Курская магическая аномалия", понимаешь!

* * *

    - Конечно, в идеале у любого человека, а тем более у феи, должен быть свой дом, но сейчас мы все на войне, - сказала старшая целительница Зоя, распахивая перед Домной дверь комнаты, где за столом сидели две девочки примерно того же возраста. - Привет, знакомьтесь. Это Домна, новая ученица Дуси.
    - А сама Дуся небось ещё не знает, - хихикнула одна из девочек - миниатюрная, с монгольским разрезом глаз. - Привет, меня зовут Дарима. Я из Бурятии.
    - Бурятия - это в Сибири? - вспомнила курянка.
    - Да, около Байкала. А ты откуда?
    - Курские мы, - Домна назвала село.
    - Ядвига, - представилась вторая девочка. - Из Польши, которая теперь Белоруссия. Город Слоним. Зоя, а кровать для Домны есть?
    - Сейчас мою принесём, я не собирала ещё, - спохватилась старшая целительница. - Домна, эту квартиру нам дали совсем недавно, так что мы не успели толком обжиться, у меня вон даже кровать стоит разобранная. Пошли, - она провела курянку в соседнюю комнату и показала на прислонённые к стене детали каркаса. - Неси к себе, только не всё сразу, а я матрац притащу... Привет, Дуся! А тебе ученица новая!
    - Привет! - улыбнулась внезапно возникшая рядом девушка - в военной форме с медицинскими эмблемами, как и Зоя. - Знаю, Анка мне уже доложила. Ты Домна, правильно? Я Евдокия. Тоже с колхоза буду, только костромская. Зоя, мы на базу, там и поедим заодно, - Евдокия взяла девочку за руку, и они неожиданно оказались в странной комнате без окон, похожей на кухоньку.
    - Зови меня просто Дуся и на "ты", - снова улыбнулась она. - Давай поедим сначала, Ната говорила, что поставила к нашему приходу. Ага, есть! - за дверцей какого-то шкафчика, откуда потянуло жаром, стояли два обливных керамических горшочка. - Отойди, я на стол переставлю... Ну вот, мой руки и садись, - раковина с краном в комнате тоже присутствовала. - Тебе Анка рассказывала, кто мы такие и чем занимаемся?
    - Анна Олеговна-то? - смутилась Домна. - Да, говорила, что вы раненых лечите и колхозникам помогаете, да я и сама знаю.
    - Не только. Можем, например, шахтёров из-под завала вытащить, как я тебя сюда перенесла. Это, кстати, наша подземная база, она на Урале.
    - А я смогу?
    - Конечно, только не сразу. "Появляться", как мы говорим, у тебя начнёт получаться постепенно, так что учись! В школу пойдёшь в Москве, завтра тебя запишут в один класс с нашими шестиклассницами.
    - С Даримой и Ядвигой?
    - Да, и ещё со Сталиной, она в том же доме живёт, только в другой квартире. Лет тебе сколько - двенадцать?
    - Ага. Я двадцать девятого июня родилась, когда первую домну заложили в Магнитогорске[9], потому Домной и назвали.
    - Ну да, я поняла, - некоторое время они молча ели тушёные с мясом овощи, пока Дуся наконец не сказала:
    - Мне на работу пора, ты не побоишься здесь одна остаться? То есть в ученицы тебя будут принимать в Москве, но чуть позже, а пока пойдём покажу, где мыться. Вот мыло, вот мочалка, а этим волосы промой как следует, не стесняйся. Потом халат набрось и выходи, как раз Ната платье принесёт и всё такое.
    - Хорошо, - Домна сообразила, что это тоже в некотором смысле проверка - не испугается ли будущая фея незнакомой обстановки? - Помыться и подождать здесь Наталию Сергеевну, правильно?
    - Да, к одиннадцати она точно будет. Время местное, в Москве на два часа меньше, - стрелки на настенных часах подбирались к половине одиннадцатого.

* * *

    Появившись с большой сумкой покупок на уральской базе, Ната поняла, что всё-таки немного опоздала - девочка в купальном халате уже сидела за столом в комнате отдыха, уперевшись взглядом в часы. "Ну да, хоть и без пяти ещё, но можно было и раньше", - поморщилась фея.
    - Привет, Домна. Ты что, испугалась, что тебя оставили неизвестно где? Прости, пожалуйста, - она заметила, что девочка плачет.
    - Здравствуйте, Наталия Сергеевна. Нет, не испугалась, - было хорошо заметно, что Домне очень хочется радоваться, но она именно что боится этого чувства. - Я выбралась из колхоза, да? Совсем выбралась?
    - Совсем, Домнушка... - фея подошла к девочке, выученно вставшей при появлении "старших", и мягко обняла её. - На самом деле, что бы потом ни писали про времена Сталина, после войны молодёжь уехать из колхоза в город вполне могла - в вуз, например, можно было поступить.
    - "Времена Сталина"? - с ужасом отшатнулась Домна. - Наталия Сергеевна, вы что, из?..
    - Из будущего, ты правильно догадалась, - спокойно подтвердила Ната. - Две тысячи пятнадцатый год, но это уже не ваше будущее - у вас оно будет своим. Однако в нашей истории тоже была Отечественная война.
    - Я поняла! - сообразила девочка. - Вы изменили наше будущее, да? В нашем мире оно теперь другое, не такое, как у вас? А какое?
    Фея загадочно усмехнулась:
    - Не знаю, и никто не может этого знать, потому что вашего будущего ещё нет - оно творится прямо сейчас. А что происходило на нашей параллельной Земле - ты постепенно узнаешь. Коммунизм, понятно, не построили - в масштабах всей страны он невозможен, но живём, по вашим меркам, зажиточно.
    - А можно посмотреть? - теперь перед Натой стояла просто любопытная двенадцатилетняя девчонка.
    - Можно, конечно, но стань хотя бы ученицей, а ещё лучше - полной феей. Тогда ты сможешь сама переходить не только на параллельную Землю, но и в другие миры.
    - Да-а? А миров много?
    - Тех, где мы можем появляться, - больше двух тысяч, но я была не во всех. Не всё сразу, хорошо? Одевайся пока, скоро уже посвящение, - фея разложила на одной из кроватей зелёное платье ученицы ордена Пути.

* * *

    - Заморские колонии, значит? - недовольно покачала головой Алина. - Испанию, как ты знаешь, в основном халявное золото из них и погубило. Важны не просто колонии, а колонии вовремя, то есть в период индустриализации.
    - Ну да, - вздохнула Аня. - Опять наглам повезло, как всегда! За счёт Индии ведь поднялись в викторианскую эпоху.
    - Индия и американские колонии - это только продолжение, сначала из своих же английских крестьян всё выжали. Просто успели проскочить первыми и давно, вот и кривятся теперь на Сталина и на бельгийцев с их зверствами в Конго. Хотя какое там "давно"! На Параллели они как раз сейчас устраивают в Бенгалии такой же голод, как в Советском Союзе был в начале тридцатых, и тем же способом - вывозят весь рис.
    - А зачем? - спросила Василиса, тоже напросившаяся с Аней на Тарлаон - она хотела посмотреть нефтехимическую лабораторию Алины. - Вроде бы основная индустриализация в Наглии уже произошла.
    - В том числе затем, чтобы японцам не достался, - ухмыльнулась Ледяная Дева. - В Бенгалии много риса дополнительно было из Бирмы[10], как она в то время называлась, а её совсем недавно японцы захватили - тут наша история практически не отличается. Зерна, тем самым, меньше, а едоков, наоборот, больше, поскольку, понятно, беженцы из той же Бирмы. Заодно и лодки все конфисковали - не дай Бог японцы воспользуются! А тут ещё и тайфуны, и прочее, ну и сама война - армия большая, тоже кормить надо. Нет, теоретически, естественно, продовольствие было, но так подорожало, что людям стало выгоднее помирать.
    - Ну Линка-а! - поморщилась Лесная Сестра. - Это что, такой капиталистический юмор?
    - Юмор в том, что сами наглы не видели в этом абсолютно никакого юмора, - Алина с нарочитым спокойствием полезла в карман за вейпом - курить в лаборатории было слишком опасно. - "Не вписался в рынок" - значит, сам виноват, а что колониальные власти отбирали всё отнюдь не по-рыночному - "это другое, понимать надо". Зато никаких комсомольских активистов, которые аж последних кур в колхоз гребли, чтобы выслужиться!
    - А почему они по карточкам рис не выдавали? - удивилась фея Огня. - Потому что наглы, да? Вот же уроды! Потрясти бы их самих за всё хорошее!
    Ледяная Дева невозмутимо затянулась:
    - Пункт первый: все восстания против наглов, то есть, если совсем точно, против "старых денег", приводят лишь к тому, что восставшие собирают сломанными руками выбитые зубы и продают их даже не за стеклянные бусы, а за пластмассовые, как Советский Союз в нашей истории. Пункт второй: если кажется, что какое-то восстание оказалось успешным, смотри пункт первый. Поясняю: все эти формальные независимости наглы предоставили лишь после того, как выстроили более совершенную и менее затратную систему власти - не над территориями, а над финансами и умами. Смысл теперь захватывать географическую Наглию, когда из неё не вытрясешь почти никаких осязаемых ресурсов?
    - Ты хочешь сказать, что все якобы отданные наглами конфетки - это просто пустые обёртки, которым тщательно придали вид настоящих конфет?
    - Аминь, подружище! Заодно и обёртки эти в итоге тебе выбрасывать, а у них - никакого мусора!
    - Заметь, Василиск, наглы, конечно, нелюдь, но комиссары, которые до последнего зёрнышка всё выскребали, - кто были, разве наглы? - добавила Аня. - Русские с примесью русских же евреев, так что ещё неизвестно, кто хуже - бездушный капиталист или такой вот душевный-предушевный фанатик "светлого будущего".
    - Что хуже - голова властюка или его рука с палкой? - пожала плечами Алина. - Большевизм ведь тоже в значительной степени наглы выпестовали - и эксперимент чтобы на ком-то другом поставить, и геополитических конкурентов снова под горку сбросить.
    - Блин, ну почему они такие успешные? - вырвалось у Василисы.
    - Очевидно, потому, что в силу географии первыми заняли господствующую над цивилизацией высоту, не так ли? Огромные острова с мягким климатом - во-первых, природная защита, а во-вторых, морская торговля, поэтому "старые деньги" со всей Европы в итоге и избрали своей главной базой Наглию. Куда, по-твоему, все эти венецианские интриганы перебрались? Да всё туда же.
    - И что, ничего нельзя сделать?
    - Почему же? Проникнуть в прошлое и исправить геологическую ошибку, пока она не стала геополитической, то есть засыпать Ла-Манш.
    Василиса истерично расхохоталась:
    - Как раз задача... для хохлов!.. А может быть... они Ла-Манш... и выкопали?
    - Ну, с учётом их дури я бы не удивилась, - хмыкнула Ледяная Дева. - Действительно ведь невозможно было хуже нагадить всему человечеству! Так в какую эпоху идём?
    - Линка, ты что, серьёзно?! - изумилась Лесная Сестра. - Даже если и получится, то мы после этого точно окажемся непонятно в каком параллельном мире!
    - Если честно, только это меня и останавливает. А вот в Бенгалию, в смысле на Параллели, можно и наведаться.
    - А туда-то зачем?
    - Затем, что она почему-то всплывает у нас второй раз за последние полтора дня, а это о чём-то да говорит, согласись? То Ната именно бенгальцев как пример привела, причём в разговоре не с кем-нибудь, а с самим Сталиным, то я вспомнила. Тем самым, Бенгалия перешла из категории "случайное упоминание" в категорию "предчувствие Воды".
    - Алина, а меня возьмёшь? - умоляюще посмотрела фея Огня.
    - И меня! - подхватилась Аня. - Линка, а ты помнишь, чем у нас всегда кончаются подобного рода экспедиции? Точнее, кем?
    - И что? Хочешь сказать, что надо не только заказать в обители кристаллы для перевода, но и взять артефакты русского языка? Так они у меня всегда с собой.
    - Да нет, я просто вот что подумала - вдруг нам придётся выводить оттуда сразу несколько человек? Ты же говоришь, там голод начинается?
    Ледяная Дева озорно усмехнулась:
    - Я поняла. Порталом, который "оцеживает комара, а верблюда поглощает"[11]? Вот ты источницу оного и притащи, чтобы секретным магам в госпиталях не светиться!

* * *

    Бенгалия, разумеется, "имела конечные размеры", причём весьма приличные, поэтому присоединившийся к экспедиции Артур, недолго думая, ткнул в какую-то точку на Северном тропике:
    - Давайте, что ли, сюда? А там уже будем корректировать. Линка, что скажешь?
    - Скажу, что сама предложила бы то же самое, - ответила Ледяная Дева. - Ну что, всю бумагу из карманов выкладываем и переобуваемся в резиновые шлёпанцы?.. Ага, идём, - пять магов, один за другим, оказались по колено в воде под стеной сплошного дождя.
    - Ох! - сразу вздрогнула Василиса. - Здесь что, всегда такая погода?
    - Сезон дождей, наверное, - сказала Матанми. - Там, где я жила, он тоже есть.
    - Да, всё правильно, - кивнула Алина. - Это называется "муссонный климат". В Бенгалии такие дожди где-то с июня по октябрь, но, понятно, не весь день напролёт.
    Артур тем временем всмотрелся вдаль, прислушиваясь к разбушевавшейся стихии:
    - Такие, да не такие! - заключил он наконец. - Сейчас не просто муссон, а циклон. Правда, он уже слабеет и уходит. Ну что, поднимаемся выше? А то крокодилы тут кусачие.
    - Главное, бегемоты не водятся, - возразила африканка. - Хотя на самом деле самый опасный зверь - это человек, да?
    - В принципе да, но на втором месте - малярийный комар, а они здесь тоже должны иметься. Ладно, идём в ту сторону.
    - Я помогу, а вы с Василиском сами появляйтесь, - Ледяная Дева взяла за руки Матанми и Аню и перенесла их на более высокое место, почти не покрытое водой. - Между прочим, селение, - в сотне метров от них сквозь дождь проглядывали силуэты хижин.

* * *

    - Как выглядит социалистический внутренний колониализм - этого я, слава Богу, в таких подробностях не видел, но лицо капиталистического внешнего - вот оно, - отстранённо произнёс Артур, разглядывая два тела - женщина и маленький мальчик умерли, скорее всего, от голода, однако нельзя было исключить и какую-то болезнь типа холеры. - Тамми, зараза какая-нибудь есть?
    - Здесь она везде есть, - деловито сообщила африканка. - А зачем капитализм людей голодом морит? Ему же покупатели нужны и работники.
    - Популяция покупателей, а не каждый конкретный человек. И смотря что выгоднее - отобрать всё сейчас или "инвестировать", то есть отобрать не всё, в расчёте на то, что человек выживет и потом принесёт прибыль. В данном случае, как видишь, последнее посчитали невыгодным.
    - Это как с нашим селением, когда нас в Америку продали? Выгоднее было заставить работать за пайку, чем нанять за деньги, а мы бы у капиталистов на эти деньги что-то покупали?
    - Именно. Рынок сбыта плантаторам и так обеспечивала метрополия - зачем ещё и рабам платить? Не только неграм, кстати, - белые тоже временами в рабство попадали.
    - А социалистическое соревнование у рабов в Америке было? - неожиданно спросила Матанми.
    Страж Вихрей непроизвольно рассмеялся, несмотря на то, что обстановка в крайней хижине селения к тому не располагала:
    - Не додумались, а зря! Было бы эффективно, наверное, - собирает хозяин негритянский митинг и речь толкает: "Берите пример с брата Мозеса!" И медальку на шею Мозесу этому: "Лучший рубщик тростника на плантации". Ладно, пошли дальше, - Артур и Матанми вышли из хижины под поливший с новой силой дождь.
    - Что там? - вскинулась ждавшая на улице Василиса.
    - "Двухсотые", двое. А Алина с Аней где?
    - Пошли в ту хижину. Что, никого?
    - Никого, - подтвердила подошедшая Ледяная Дева. - Ищем дальше? Хотя, похоже, нашли уже, - от воды к хижинам, пошатываясь и зачем-то прижимая руки к груди, поднималась фигурка в ярком сари.

* * *

    Девушка, конечно, удивилась, увидев незнакомых людей, но сил на то, чтобы испугаться, у неё, было похоже, попросту не оставалась - она брела прежним курсом, будто не обращая внимания на магов, и теперь стало понятно, что судорожно прижатые к груди руки держат платок, в который завёрнуто что-то мокрое и продолговатое - скорее всего, небольшая рыбка. Как бы то ни было, незнакомка могла наконец прояснить ситуацию, и Артур, сжав в кулаке голубоватый кристалл для перевода, вышел навстречу:
    - Добрый день, госпожа. Живые в селе остались или вы последняя?
    - Добрый день, - прошелестел ответ. - Вы... люди? Ради Аллаха, помогите! Там дедушка и пять малышей, - девушка продолжала идти вперёд, по-видимому, опасаясь, что, остановившись для разговора, потом уже не сможет тронуться с места.
    - Покажите, куда идти, - подошла Аня. - В самый дальний дом? Сейчас, не бойтесь, - Лесная Сестра приобняла незнакомку за талию и появилась с ней возле выглядевшего зажиточнее остальных дома на небольшом возвышении, попутно не совсем кстати вспомнив, что слово "бунгало" пошло как раз от таких домов в Бенгалии. - Все в этом доме?
    - Да, - незнакомка открыла дверь, и за ней гуськом потянулись маги. - Дедушка, прости, я поймала только одну... - слово прозвучало без перевода - очевидно, это было название какой-то местной рыбы.
    Старик, сидевший с полузакрытыми глазами у стены, неохотно поднял голову:
    - Детям раздели и себе... Кто вы? - промелькнувшая в его глазах неприязнь при виде европейцев быстро ушла от обаятельной улыбки Ани.
    - Добрый день, уважаемый, - теперь говорила Лесная Сестра. - Мы - маги. Что у вас случилось?
    - Почти все ушли... - голос старика всё время прерывался, но Аня понимала его. - Ушли умирать в город, а их дети остались умирать дома... А двое последних мужчин спрятали от сагибов лодку и уплыли ловить рыбу... и не вернулись. Вода... уходит?
    - Нет, дедушка, - скорбно вздохнула незнакомка, уже выпотрошившая рыбку и разделившая её между пятью малышами, тоже привалившимися к стене, - всем было где-то от трёх до шести лет. - Но обязательно спадёт, и наши люди вернутся и принесут рис! Сагиб, вы поможете нам продержаться?
    - Конечно, - кивнул Артур. - У вас есть возможность готовить? Сейчас дадим вам рис с чечевицей и рыбу. Только не называйте меня "сагибом", прошу!
    - Среди европейцев есть только один народ, который этого не любит, - голос старика потеплел, и он радостно улыбнулся. - Товарищи, возьмите наших детей в Советский Союз! Даже если вы сейчас принесёте им еду, в Британской Индии у них нет будущего.
    - Вы ведь можете, я верю! - подхватила девушка. - Как-то же вы появились здесь, хотя селение отрезано от всей земли высокой водой!
    - Можем, - подтвердила Алина. - Но как к этому отнесутся их родители?
    - Если живы, отпустят, - старик говорил властным голосом, с полной уверенностью в своих словах. - К тому же двое из них - всё равно сироты.
    - Линка, нам действительно придётся забирать их, - тихо сказала Аня, успевшая немного осмотреть малышей. - Слишком истощены, просто накормить уже недостаточно - их надо лечить.
    Ледяная Дева, еле заметно моргнув в знак согласия, вновь обратилась к старику:
    - А вы-то? Вы ведь старейшина, правильно?
    - Да, - гордо выпрямился тот. - И я останусь на родной земле.
    - Дедушка!.. - ахнула незнакомка. - Тогда я тоже с тобой!
    - Нет, Таслима, - непреклонно возразил старик. - Ты ведь мечтала летать и дотянуться до звёзд? Иди же с теми, кто вот-вот дотянется!
    - Почтенный... - начал Страж Вихрей, вопросительно посмотрев на девушку, и та, поняв, прошептала: "Джамал". - Почтенный Джамал, благодарим за честь и доверие. Также просим принять от нас некоторую помощь, чтобы Таслима была спокойна за вас.
    - Благодарю, - с достоинством отозвался старейшина. - Немного риса и чечевицы - больше мне ничего не нужно.
    - Сейчас я принесу. Тамми, открывай, что ли, портал на базу?
    - Открываю, - Матанми вытянула вперёд напряжённые руки, и в двух метрах перед ней возникло узкое зеркало непроглядного тумана в сине-фиолетовой рамке. - Артур, ты протиснешься?
    - С малышом? Постараюсь, - Страж Вихрей осторожно поднял на руки мальчика лет пяти и шагнул в портал.
    - Быстрее! - заторопилась Лесная Сестра. - Василиск, бери младшую девочку, а я возьму ту, что постарше. Линка, придерживай Таслиму, чтобы не упала!
    Алина, задумчиво проводив глазами прошедших на ту сторону Аню и Василису, наклонилась к двум оставшимся маленьким мальчикам и бережно подала одного из них Таслиме:
    - Продержись только два шага, дальше тебя встретят. Почтенный Джамал, не прощаемся, - Ледяная Дева подхватила последнего малыша и внезапно застыла на месте, загадочно улыбаясь, хотя Таслима давно уже смело ступила вперёд, - она вдруг почувствовала со всей ясностью, кем станет эта благородная девушка.

* * *

    Ната появилась как раз тогда, когда Домна уже успела вернуться из школы и примеряла перед зеркалом красивую новую форму:
    - Что, записали в шестой класс? Поздравляю! Домнушка, нужна твоя помощь как целительницы, можно тебя на полчаса?
    - Сейчас, Наталь Сергеевна, - засуетилась девочка. - Только у меня халата нет.
    - Халат тебе уже приготовили. Кольцо бери, и пойдём, - фея взяла Домну за руку и перенесла её на уральскую базу, где сегодня царило оживление - на кроватях лежали несколько малышей, над которыми хлопотали Аня и девушка лет шестнадцати, очень похожая на Нату. Ещё одна девушка - смугловатая, в странной яркой одежде - сидела за столом, тщательно выскребая ложечкой сваренное всмятку яйцо, и фея, положив перед ней тонкую пластинку, по виду каменную, перешла к делу:
    - Домнушка, твой дар ведь - правильно настраивать обмен веществ? Дети из Индии, они долго голодали, поэтому в организме всё сбилось. Малышами, как видишь, занимается Сима, но она уже устала, а ты посмотри, пожалуйста, Таслиму.
    - Таслима - это я, - улыбнулась девушка, отодвигая от себя обломки пластинки - её, оказывается, надо было разломить. - Что... мне... нужно... делать? - русские слова она подбирала довольно медленно и говорила с сильным акцентом.
    - Ты поела? Тогда ложись на свободную кровать, тебя тоже посмотрит целительница. Домнушка, держи халат, это твой. Сядь рядом, надень кольцо и медленно веди руками вдоль спины, - Ната показала движение. - Если почувствуешь какой-то непорядок, постарайся исправить.
    Домна нервно выдохнула и присела на кровать, от волнения чуть не промахнувшись мимо:
    - Как будто грязь по всему телу. Мыть?
    - Помой, конечно, раз ты чувствуешь, что "грязно". Таслима, это не физическая грязь, это целительница так видит последствия вашего голода, а водой ты тоже помоешься... Домнушка, устала?
    - Аха. Всё, что ли?
    - Да, отдыхай, и обязательно выпей чаю с вареньем. Сима, налей Домне чаю и сама тоже присоединяйся, заодно и познакомитесь. Малыши как?
    - Теперь, можно сказать, "просто голодные", - отозвалась Аня. - Еда им сейчас будет, только к рису не рыба, а индейка тушёная. Птицу же мусульмане едят?
    - По большим праздникам, - печально усмехнулась Таслима. - Премного благодарю! А дальше что с нами будет?
    - Ничего плохого, не бойся. Да, кстати! Руку дай, - Аня подошла к девушке и надела ей на палец своё кольцо Лесной Сестры. - Ты что-нибудь видишь? Надпись, в смысле?
    Таслима удивлённо повертела руку с кольцом перед глазами:
    - Нет, не вижу. А где написано?
    - Внутри. Прости, но магического дара у тебя нет. Жалко, конечно.
    - А иначе я могла бы стать пери, как вы? - догадалась девушка. - Да, действительно жалко. А детей ты так будешь проверять?
    - Я только девочек могу. Переводи, пожалуйста, а то мы им ещё язык не дали, - Аня помогла Таслиме встать и подошла вместе с ней к старшей из бенгальских девочек - шестилетней Камале.

* * *

    - Так я и знала! - озорно рассмеялась Алина. - Чтобы такая необычная вылазка - да без добычи? Я, правда, сначала предполагала, что это окажется Таслима, но под конец почувствовала, что она по-другому прославится.
    - Ну и как же? - заинтригованно спросила Ната.
    - Как говорится, "не скажу, а то не сбудется". Но тут зависит ещё и от Сталина, - Ледяная Дева сердито нахмурилась. - Придётся просить для нас аудиенцию, потому что девочка действительно стремится в небо.
    - Вот не любим мы его, а всё равно душой с ним, - покачала головой Лесная Сестра. - В первую очередь, конечно, с Россией, как бы она ни называлась, и с нашими подругами, но и со Сталиным - тоже.
    - А что удивительного-то? Он, конечно, чудовище, но дал нам возможность делать настоящее дело воистину всемирного масштаба. Почему, думаешь, и Ландау с Королёвым впряглись в работу, хотя Сталин их в тюрьму бросил и чуть не расстрелял, и много кто ещё? Да по той же причине - они истинно люди мечты и дела, не находишь? Заодно мы и для простого народа последствия всей этой имперской политики смягчаем - тоже ведь дело! Вот что хочешь, но в подлинной Империи народ не должен перебиваться с хлеба на квас.
    Ната насмешливо взглянула на подругу:
    - Ты это мне говоришь?
    - Действительно, что это я?.. Как, кстати, продвигается облачение школьников?
    - В Москве и в Ленинграде раздали уже, в городах и крупных сёлах сейчас раздают, а вот с Белоруссией хуже. Где фрицы ещё, где фронт близко, а где попросту школы нет, так что учебный год с первого сентября - только в восточных регионах. На Украине и в Новороссии тоже не везде с первого, но всё левобережье Днепра охвачено.
    - А с бенгальскими детьми что в итоге? Таслимой, понятно, я займусь, но вот малыши - это не ко мне.
    - Вот именно! "К тебе" - только приводить их со всего света, - Лесная Сестра всё-таки не удержалась от небольшой шпильки. - Камалу, понятно, Роза в ученицы берёт, но не сегодня. Завтра - ещё может быть, пусть хоть немного освоится и отъестся. Трое самых маленьких - пока в Русаковской от дистрофии лечатся, а потом, скорее всего, их по семьям разберут. Остаётся самый старший парень, Шахриар его зовут. Вот с ним непонятно - во-первых, пять лет ему, то есть хорошо всё помнит, а во-вторых, смуглый очень.
    - А ведь есть ещё и "в-третьих", не так ли? - теперь многозначительный взгляд перешёл к Ледяной Деве.
    - Как ты догадалась? Ну да, он признался, что хочет колдуном стать, как Артур, - подмигнула Ната. - Следовательно?
    - Следовательно, предчувствие Воды в очередной раз сработало! - развеселилась Алина. - Оно, правда, не моё было, а М"рики, но Вода есть Вода!

* * *

    "Нет, с этой женщиной и её детьми - можно пару секунд и посмеяться", - Сталин на самом деле на несколько мгновений отпустил себя и неслышно хохотнул, перехватив озабоченный взгляд Лесной Сестры на её приёмную дочь и машинальное движение женщины к сумочке - наверняка за расчёской. - "Причёска у этой озорницы, чего уж там, действительно непослушная, но в остальном - до чего же красиво и притом строго и возвышенно, державно!" - последнее относилось ко всем шести феминам, вошедшим в кабинет.
    - Здравствуйте, товарищи! - с удовольствием улыбнулся Верховный, беря со стола указ. - Совершенно секретно... Наградить орденом Трудового Красного Знамени, - пауза. - Мага Земли Стрелкову Наталию Сергеевну.
    - Служу Советскому Союзу! - торжественно произнесла Ната.
    - Ну вот, для советских школьников красивую форму разработали, а сами - в костюмах! - шутливо нахмурился Сталин. - Ваш текущий отчёт по опытным полям я тоже изучил, но сегодня - награждение, вы полностью заслужили!.. Наградить орденом "Знак Почёта", - он снова выдержал паузу. - Мага Земли Фаткуллину Динару Ильясовну.
    - Служу Советскому Союзу! - отчеканила Динара.
    - Спасибо тебе за наших здоровых детей! - Верховный прикрепил орден к пиджаку девочки, успевшей избавить уже не один десяток детей не только от астмы, но и от куда более опасных аутоиммунных заболеваний. - Мага Земли Цаплину Серафиму Денисовну... Знаете, товарищ Цаплина, мне тут школьницы даже письма пишут - просят наградить автора новой формы, так что партия и правительство идут навстречу пожеланиям советского народа... Мага Власову Меланию Федотовну... Поздравляю со вторым орденом! Так держать, Мелания!.. Мага Магнуссон Эмилию Карловну... Товарищ Магнуссон, вы шведская подданная?
    - Товарищ Сталин, шведом был мой покойный отец, - объяснила Эмилия. - Сама я русская и гражданка России, хотя шведского гражданства меня тоже не лишили.
    - Ясно. Мага Платонову Яну Андреевну, - Сталин дошёл до последней в списке фамилии.
    - Служу Советскому Союзу! - чётко отозвалась девушка.
    - Поздравляю и вас, товарищ Платонова! Скажите, а почему вы тогда не доложили, что на вас напали в госпитале?
    Яна слегка улыбнулась:
    - Товарищ Сталин, ну разве бытовая ссора между двумя женщинами - это уровень Верховного главнокомандующего? А завхоза и так арестовали за хищения.
    - Тем не менее, поскольку дело касалось магов-целителей, меня всё равно сразу оповестили по линии товарища Берии. Однако я вас прекрасно понимаю, - Верховный сделал паузу и посмотрел на часы. - Товарищи, прошу ненадолго задержаться - сейчас прибудет фотокорреспондент из "Огонька". Страна должна знать своих героинь, тем более таких красивых!

* * *

    Инна появилась с приличным опозданием, но всё равно неожиданно для увлёкшегося работой Михаила:
    - Ну как, ммм? - на пиджаке "Болотной валькирии" тускло блестел "Знак Почёта".
    - Поздравляю, о Великий Инка! - Михаил поспешно встал из-за ноутбука и обнял её. - Вас, я так понимаю, всех четырёх наградили?
    - Ага, "Знаком четырёх"! - прыснула Инна. - Извини, что задержалась, у Сталина были какие-то срочные дела, потом Нату с девочками награждали, а потом ещё Дуся новую ученицу представляла. Ты же знаешь Дусю?
    - Знаю, конечно, что ты спрашиваешь? Я иногда дежурю в госпиталях, так что с теми целительницами немного знаком.
    - Уфф... - Инна чуть обмякла и поторопилась присесть на кровать. - Вот казалось бы, никакой власти над нами у Сталина нет, и вызывал он сегодня на награждение, а не дело какое-нибудь поручить, а всё равно тяжело рядом - будто всю империю на плечах держишь вместе с ним! Кстати, он просил передать, что инженеров тоже не забудет.
    - Да уж представляю... - вздохнул Михаил. - Мы как раз сводку по панельным домам заканчиваем. И как их в народе назовут на Параллели, хотел бы я знать? Явно не "хрущобы".
    "Болотная валькирия" внезапно расхохоталась:
    - Именно так и назову-ут!.. Хрущёв-то там... первый секретарь Запорожского горкома... то есть ему первому и поручат!.. Сталин уже решил, что начнёт с Запорожья, потому что город очень сильно разрушен.
    - Фигасе!.. - теперь смеялись уже оба, пока Инна наконец не отстранилась:
    - Мишо-ок... Твоя женщина хочет в театр, как насчёт воскресенья? А то потом когда ещё получится вечернее платье с бриллиантами выгулять... - она мягко положила руку Михаила к себе на живот. - А вот сейчас - переодевайся в цивильное, образец перед тобой. Ко мне на ужин пойдём, а ты что думал? Надо же и папе с мамой представиться по случаю награждения!

* * *

    "Казалось бы, здесь и волшебно, и дружелюбно..." - чуть разочарованно подумала проснувшаяся Таслима. - "Но небо - только во сне".
    Что ж, надо прорываться - к небу, к звёздам, которые она только что держала в руках! За дедушку и малышей теперь можно не беспокоиться, а вот ей самой предстоит трудный путь - путь труда. "И начнётся этот путь с того, что я встану и приведу себя в порядок, благо голодная апатия уже почти ушла", - тихо улыбнулась она. Светящиеся цифры на часах показывали шесть утра - как ей объяснили вчера, по местному времени, и рядом цифры поменьше отмечали дату: "23.08". Двадцать третье августа тысяча девятьсот сорок второго года.
    Соседняя кровать тем временем зашевелилась, и оттуда приподнялась голова Анны:
    - Привет! Ну что, встаём?
    - Да, - Таслима чуть было не добавила "госпожа", лишь в последний момент придержав себя. - Ты не знаешь, где моё сари?
    - В соседней комнате сохнет, то есть высохло уже. Слушай, а может быть, платье наденешь? Не будешь же ты в Советском Союзе ходить по улицам в сари?
    - Да, действительно, - согласилась девушка. - А это что, учебники? - на столе лежала стопка книг.
    - Ага-а... - Анна уже протягивала ей извлечённое из шкафа платье. - Тебе нужно будет к следующей весне окончить семилетку, помнишь?
    "Окончу. И буду учиться дальше. И дотянусь до звёзд - не во сне, а наяву!" - девушка грациозно поднялась и сделала свой следующий шаг в небо.

Глава 4. ФАЗЕНДЫ И ФАВЕЛЫ

22 февраля - 1 марта 2015

Но всё же, сердце, не спеши и не стенай -
За тучами всё светит солнце, прозревай!
Твоя судьба - судьба всеобщая людей,
И будет в твоей жизни ещё полно дождей,
И будут мрачные такие дни.

Г. Лонгфелло[12]

    - Добрый день, товарищ Демьянова.
    - Добрый день, товарищ Сталин, - машинально ответила девочка, лишь после этого запоздало ужаснувшись, что Верховный главнокомандующий в первый раз обращается к ней полностью официально. Хотя, с другой стороны, какая она "девочка"? Почти девушка - и телом, и главное, делом! Полная сестра ордена Пути, с самим Спасокукоцким работает - именно работает! - и самому Юдину помогает... "И блузка топырится уже", - Сталина покраснела, поймав себя на неприличном "бабстве".
    - Товарищ Демьянова, один крупный американский промышленник попросил помощи целительниц, - неторопливо произнёс Сталин, будто не заметив её смущения. - Как вы полагаете - стоит ли оказать эту помощь? - он, как всегда, нажал на слово "вы".
    - Да, товарищ Сталин, - кивнула Сталина. - Я не знаю, кто он такой и насколько нужен Советскому Союзу, но сёстры ордена Пути не отказывают в таких просьбах.
    - Нужен, товарищ Демьянова. Тем самым, помощь советских целительниц будет, что называется, "мягкой силой". Промышленника зовут Кристофер Льюис, у него злокачественная опухоль желудка. Кто ещё вам понадобится?
    - С исцелением я в принципе могу справиться и сама, разве что, может быть, не за один раз. Но да, желательно присуствие опытной целительницы. Могу я попросить Ма... товарища Талаеву?
    - Можете. Передайте ей, что сегодня в девятнадцать ноль-ноль товарищ Малиновский доставит вас с ней на место. Все рабочие моменты - на ваше усмотрение.
    "А ведь товарищ Сталин ещё до нашего разговора решил поручить мне это исцеление, и Артуру, наверное, заранее всё поручил", - поняла девочка. - "Но хотел, чтобы и я добровольно подтвердила его решение".

* * *

    Камала всё ещё сильно робела, чуть ли не каждый раз спрашивая разрешение, чтобы притронуться к какому-нибудь предмету обстановки, и Лида подумала вслух:
    - Может быть, не сегодня? Пусть девочка сначала освоится как следует.
    - Нет, лучше не ждать, - возразила Дарима - Роза в итоге предложила взять Камалу в ученицы именно ей: "Как раз удачно подходит по возрасту, вот и станешь метрессой. Тем более что привела её к нам всё равно не я, так что мы с тобой в равном положении". - Наоборот, пусть привыкает, что она - такая же дева в зелёном, как и все мы, тогда и посмелее станет.
    - Полагаешь? Тогда действуй. Девчата, что такое?
    - Одессу освободили! - выпалила влетевшая в комнату Бланка.
    - И Гродно, - появившаяся вслед за подругой Надя незамедлительно бросилась к своей карте. - Ну Бланка-а! Руки прочь от Одессы!
    - А почему всё время ты отмечаешь? Дай и мне флажок поставить!
    - Ладно, ставь Гродно, но Одессу я сама, - уступила Надя.
    - А Одесса - это где? - несмело спросила Камала.
    - Смотри, - Бланка подтащила маленькую бенгалку к карте и показала только что поставленный Надей флажок.
    - А синее - это море, да?
    - Да, вот же написано: "Чёрное море".
    - А Бенгалия где?
    - На этой карте её не видно, надо на всемирной показывать. Дарима, атлас дашь?
    - Дам, но после посвящения, - улыбнулась бурятка. - Камала, переодевайся в зелёное.
    - А можно мне ларец? - подскочила незаметно просочившаяся в комнату Раечка.
    - Нет, ларец будет держать Таслима, сейчас Лида её приведёт.
    - Нууу...
    Дарима строго посмотрела на девочку:
    - Без обид, Раиса. Именно Таслима спасла и Камалу, и остальных детей, когда им было совершенно нечего есть. Твоя очередь - следующая.
    - Так это ещё когда-а будет...
    - Когда-нибудь да будет! Надеюсь, на посвящении Майи в полные феи ты уже сможешь удержать в руках ларец с её парадными регалиями.
    - А раньше - никак?
    - Раньше - только если придёт новая ученица, но здесь, как ты понимаешь, обещать ничего нельзя. Камала, ты готова? Пошли, - Дарима взяла девочку за руку и повела её в спальню, где на стене висело большое зеркало.

* * *

    "Надо же - всё-таки просят за кого-то!" - удивить Верховного главнокомандующего было практически невозможно, но на сей раз Алине это удалось. - "Всегда ведь, если хотели оказать кому-то покровительство, справлялись сами, да и сейчас мальчика из того же селения, желавшего "стать волшебником", просто-напросто взяли к себе. Неужели эта бенгальская девчонка настолько важна для всей страны?"
    - Товарищ Лаврова, обоснуйте, - с нарочитой неторопливостью произнёс Сталин. - Что у вас за предчувствия в отношении товарища Рахман? Тем более, как вы говорите, ей только четырнадцать лет, да и то в ноябре.
    Алина невозмутимо ответила, кем она видит Таслиму:
    - Товарищ Сталин, это большей частью именно предчувствия, но логика тоже присутствует. У девушки прекрасные физические данные и хорошие способности, плюс к тому она, не побоюсь этого слова, очень благородный человек.
    - Даже так? Ну хорошо, но откуда вам известно о планах начать подобную программу именно с прицелом на ближайшее десятилетие? В вашем Советском Союзе это произошло гораздо позже, не так ли?
    - Чистая логика, товарищ Сталин. Проблема номер один на данный момент решена лишь наполовину, и усилий только Петлякова[13] и Туполева для полного её решения недостаточно, потому что по этой линии мы сравняться с американцами не сможем. Значит, необходим и Королёв, а это значит, что будет развиваться и другое его направление - хотя бы потому, что пропагандистский эффект здесь мощнее всех атомных бомб.
    - Разумеется, - усмехнулся Верховный. - Да, примерно так оно и обстоит, и политически товарищ Рахман - кандидатура вполне подходящая. Что ж, поручим её товарищу Малининой. У вас она известна? - Сталин заметил промелькнувшее на лице Алины напряжение.
    - Не исключено, что под другой фамилией. Как её имя-отчество?
    - Марина Михайловна.
    - Да, очень хорошо известна, но как Раскова[14], по мужу. "Дочь полка", значит? Действительно, лучше не придумаешь!

* * *

    Артур появился на уральской базе без пятнадцати семь по московскому времени - переноситься в Америку они договорились именно отсюда:
    - Дамы, как вы тут? Я только что от Льюиса, он ждёт нас. Лина, насколько хорошо ты знаешь английский язык? Русский мы ему давать не будем - ни к чему лишнего человека посвящать в нашу магию.
    - В школе учу, но говорить на медицинские темы, наверное, не смогу, - честно призналась Сталина. - Найдётся кому переводить?
    - Найдётся, конечно, но лучше возьми, - Страж Вихрей протянул девочке тонкую каменную пластинку. - Диалект, правда, не штатовский, и никакого страноведения этот артефакт не даёт - только чистый язык, но понимать друг друга будете хорошо.
    - Спасибо. Маша, регалии надеваем полные или малые? - Сталина перешла на полученный только что язык, чтобы проверить себя.
    - Лучше малые, - Маша тоже ответила по-английски. - Сверхусилий от нас сегодня не потребуется - не надо пытаться ликвидировать всё за один раз, иначе только навредим пациенту. А просто ради сказочности - для маленькой девочки я, конечно, нарядилась бы, но тут человек уже поживший и очень богатый, драгоценностей на дамах небось навидался предостаточно. Если только для самих себя, но ты даже кольца надевать не любишь.
    Девочка недовольно поморщилась:
    - Я вообще украшения не люблю, ты же знаешь. Это всё пережитки прошлого, что женщины хотят иметь золото, - зачем оно при социализме? И Ксения не любит, хоть она и не социалистическая девушка.
    - Следовательно, дело не в социализме, а в самой девушке, не так ли? - улыбнулась Маша. - Ладно, нам пора, бери свой кулон.
    - Да, пора, - кивнул Артур, посмотрев на часы. - Маша, дай мне на всякий случай кольцо и появляйтесь вслед за мной.

* * *

    Для Сталины это была первая, так сказать, "загранкомандировка" - раньше она исчезала из России только в Россию же, хоть и иной реальности. Однако Америка встретила её сразу изнутри - не особо отличавшейся от "государственных дач" советских руководителей обстановкой какого-то особняка, да и сам пациент не имел ни рогов, ни копыт - просто человек, причём явно нездоровый, и девочка быстро успокоилась, осознав себя в привычной стихии.
    - Доброе утро, - машинально поздоровалась она, вслед за этим сразу замявшись - что же в этой непонятной Америке полагается говорить дальше?
    - Доброе утро, дамы, - привстал сидевший в кресле пациент. - Кристофер Льюис, к вашим услугам.
    - Мистер Льюис, позвольте представить наших целительниц, - улыбнулся Страж Вихрей. - Мария Талаева, Сталина Демьянова.
    - Мило встретить вас, - Льюис отозвался обычным английским выражением, и Сталина чуть было не хихикнула, в первое мгновение восприняв "Nice to meet you" дословно и лишь затем сообразив, что это означает "Приятно познакомиться". - Я так понимаю, моя история болезни вам не понадобится?
    - Не понадобится, мистер Льюис, - подтвердила Маша, открывая свою сумку. - Сейчас я посмотрю вас, чтобы точно не пропустить никаких патологий. Вы не могли бы лечь на диван?.. Спасибо, - она взяла ламинаризатор и артефакт от Белки и повела руками вдоль длинного худого тела. - Лина, ты тоже смотри независимо от меня. Что ты обнаружила?
    Девочка напряжённо вгляделась в пациента:
    - Большое пятно в желудке и россыпь пятнышек в печени, - целительницы, в отличие от врачей советской школы, принципиально не скрывали ничего от пациентов, поэтому и Сталина, и Маша говорили по-английски.
    - Да, всё так - опухоль желудка и несколько небольших метастазов. Кроме того, я заметила старую травму колена, которая наверняка беспокоит, но это уже потом - жизни она не угрожает. Итак, с чего бы ты начала?
    - В данном случае - с желудка, - сообразила Сталина. - После нашей работы пациенту потребуется хорошо поесть, поэтому важно максимально устранить в первую очередь патологии именно желудка и кишечника.
    - Тогда приступай, я буду отслеживать и сниму боль. Артур, подстрахуешь?.. Стоп, ты же сейчас просто свалишься! Мистер Льюис, нам нужно будет появиться у вас ещё два раза. Вы не могли бы принять нас дня через три?
    - Конечно, миссис Талаева, - пациент уже сидел на диване, неверяще прислушиваясь к своим ощущениям. - Двадцать седьмого августа, в это же время?
    - Да, если вам так удобно. Прошу прощения, это кофе? - Маша показала на стоявший на столике поднос.
    - Да, мистер Малиновский предупредил, что вам после исцеления нужен сладкий кофе. Мне-то можно?
    - Можно, но лучше со сливками.
    - Сливки, как видите, тоже есть. Прошу, - Льюис медленно поднялся на ноги и пригласил магов к кофейному столику.

* * *

    "Хороша у меня дочь!" - невольно залюбовалась Ирина Николаевна. - "И красавица, и образование - дай Бог каждому, хоть и не слишком денежное. Что ж ты одна-то до сих пор? По моему горькому пути ведь пойдёшь потом - за бабника схватишься, лишь бы влюбиться успеть! Ну да, беременность тебе не грозит, но разочарование может постигнуть и фею, а оно - куда страшнее и безнадёжнее".
    "И близкие подруги под стать - все одинокие", - женщина с улыбкой проводила взглядом нарядную Гражину, "подиумным шагом" отправившуюся открывать дверь. Так и есть - София и Лилия, а Валентина с Людмилой обещали подойти чуть позже.
    - Поздравляем! - весело защебетали в прихожей, и Гражина провела подруг в комнату, где был уже почти накрыт стол:
    - Садитесь пока в кресла. Ожидать гостей полагается не в столовой, а в гостиной, даже если это одна и та же комната. Лиль, что с твоим вороным? - конями за три с половиной года обзавёлся почти весь ковен, и Лилия оставалась одной из немногих, которых так и не выбрала ни одна лошадь.
    - Опять "не мой", представляешь? - вздохнула посвящённая Воды. - Купил, значит, Геннадий четырёх жеребят, причём два из них - вороные, ну точно среди них мой должен был оказаться! Так нет же - один сразу за Верой пошёл, а другой, как ни странно, за Людой.
    - Да-а? Ну и что Люда?
    - Да тоже обиделась, что ездить пока нельзя, но с Партизаном своим, похоже, подружилась. Через год сядет на него, куда торопиться?
    - А Вера жеребца Крейсером назвала, - хихикнула София. - Дурные примеры, понимаешь, заразительны, тем более от сестры! Не надо было мне своей золотинке имя Аврора давать.
    Лилия недовольно махнула рукой:
    - Шутки шутками, а получается, что во всём ордене Обители только у меня лошади нет. Даже Василиску гнедого жеребчика подогнали, а мне - всё на палочке скакать, как маленькой!
    - У нас с Сильтой тоже нет, - напомнила Гражина. - И у Эльмиры с Ланью совсем недавно появились.
    - Ну да, и Тройная связь ещё безлошадная, и половина детей. Эх, а мне так хотелось с Серебряными Всадницами в рейд пойти! Я, в конце концов, женщина Воды или кто?
    - Им сейчас не до экспедиций в новые миры, ты же знаешь. Ната, правда, обсуждала со Сталиным переселение малышей из тех миров, где они никому не нужны, но это по линии ордена Пути.
    - Ну уж нет, Вода - тоже не хрен собачий! - возмутилась Лилия. - Так что подниму этот вопрос на следующем "аквариуме".
    Гражина коротко хохотнула:
    - А у фей Земли, выходит, "террариум"? Не торопись, всё равно у вас получится только в выходные, Марина же работает. И Света пока не может, то есть лошадь её, - в это время в дверь снова позвонили, и Лесная Сестра помчалась встречать гостей.

* * *

    "Потомки, конечно, народ неблагодарный, но вот за это - точно спасибо скажут", - хмыкнул Верховный, решительно накладывая резолюцию на приговор Ульриху[15]. - "В самом деле, с чего вдруг Ежов расстрелян, а этот - до недавнего времени продолжал оставаться на высоком посту? Непорядок получается", - реальной причиной скоростного спуска упивавшегося кровью опарыша из высокого кабинета в расстрельный подвал стало, разумеется, то, что он начал активно добиваться ещё большей власти, пытаясь создать отдельный Главный военный суд - понятно, с собой любимым во главе, однако в приговоре мотивы выглядели более благородными: "Осуществлял вредительскую деятельность в отношении советской научно-инженерной школы и обороноспособности страны, вынося необоснованные приговоры конструкторам вооружения".
    "Чуть не оставили Советский Союз без первенства в космосе!" - гневно выдохнул Сталин, раскуривая папиросу. - "Да, не зря кое-кто не побоялся поручиться передо мной за Королёва - "незаменимых", в смысле на своей должности, у нас действительно нет и быть не может, а вот уникальные, как выяснилось, есть".
    Продолжая дымить, Верховный неторопливыми шагами подошёл к окну: "Итак, летим в космос! Человечество мечтало об этом веками, а осуществит - Советский Союз под руководством товарища Сталина! С теми знаниями и технологиями, что нам передали маги с той Земли, это наверняка получится лет на десять раньше", - он задумчиво усмехнулся, подняв взгляд к видневшимся на ясном августовском небе звёздам.

* * *

    "Аквариум", на котором хотела высказаться Лилия, в итоге собрался без неё - только тринадцать Ледяных Дев ковена, без остальных женщин Воды, поэтому вопрос подняла Лариса:
    - Деуки, вы, наверное, знаете, что Лесные Сёстры предложили восполнить демографический провал на Параллели малышами из других миров? Лилия предлагает нам тоже присоединиться, но я бы добавила - "точечно". Массовым переселением из неблагополучных миров Пути пусть орден Пути и займётся, а мы поищем в других местах.
    - В каких? - коротко спросила Амоле. - Милон"ф, то есть Стафудию, прошу не рассматривать. Да, там появилось много малышей, нужных не как дети, а как справки о детности, но хотя бы в этом качестве они всё-таки нужны своим матерям.
    - Естественно. Оттуда имело бы смысл забрать кое-какую крылатую молодёжь, но только не к товарищу Сталину, - усмехнулась Марина. - На словах-то он любит энтузиастов и первопроходцев, а на деле...
    - А на деле - сам же многих и скормил чинушам из НКВД, - кивнула Светлана. - Кроме того, его режим, скажем так, чувствителен к иностранному происхождению.
    - Одним словом, он фактически и уничтожил среду, воспроизводившую такую крылатую молодёжь, - согласилась Ксения. - Да, сейчас на Параллели её много, но это продукт ещё того времени, что было до Сталина, а у верноподданных фаталистов крылья не вырастают.
    - Ладно, всё равно для эмансипации там пока слишком мало ресурсов, - сказала Алина. - Этим, как вы знаете, мы тоже занимаемся, но сейчас разговор не о том. Пару миллионов малышей, допустим, орден Пути обеспечит, а учителей и воспитателей где взять для них? Решать такой вопрос по-советски, то есть массовым призывом, - значит гарантированно погубить их.
    Лариса раздражённо махнула рукой:
    - Что, собственно говоря, в нашем мире и произошло, и это ещё никого не принуждали становиться учителем! Если кто злой, что в армию загребли, так там хоть противник есть - бери и срывай на нём злость, а у училки кто противником будет? Очевидно, ученики, не так ли?
    - Ну и что ты предлагаешь? - печально посмотрела на неё хорошо осведомлённая о советских реалиях Маэнане.
    - Во-первых, как можно больше иномирных детей нужно раздать одиноким горожанкам, тут Ната права. Опять же - никоим образом не по разнарядке и без всяких дополнительных пособий, то есть такие дети должны быть полностью приравнены к родным. Погиб, допустим, сын на войне, а рожать уже поздно - бери одного-двух приёмных, если хочешь.
    - Это и так понятно, а во-вторых? - поторопила М"рика.
    - А во-вторых, нам нужно искать прежде всего не малышей, а людей, которые смогли бы заняться ими. Ну да, отбор потребуется штучный и очень тщательный, но мы феи Воды или кто?
    - Мимо, - неодобрительно покачала головой Ленсине. - Где генеральная линия партии, да? Нет, кроме шуток - воспитатель должен быть человеком именно той культуры, в которой и для которой он растит детей. Это надо или долго учить и адаптировать, на что, очевидно, сейчас на Параллели времени нет, или ставить таких женщин просто нянечками в помощь советским воспитательницам.
    - Всё правильно, именно последнее я и имела в виду. Ну и будущих магов, естественно, поищем.
    - Ну и как мы будем их проверять одними лишь кольцами Воды? - возразила Неллика. - Это надо в сильно расширенном составе появляться.
    - Деуки, а где, кстати, появляться будем? - спохватилась Марнхейд. - И всколькером?
    Велине приподняла руку, прося слова:
    - Я как раз вот что подумала - может быть, опять залезем в иное надпространство? В мирах Пути и без нас есть кому искать.
    - Да, и я бы предложила на всякий случай присоединиться кому-нибудь из Окрылённых, - добавила Светлана. - К сожалению, пока придётся без меня, потому что Симба, так сказать, "в декрете".
    - А язык тогда у кого брать? - напомнила Фарсимма.
    - На ходу, разве нельзя? Переводные амулеты возьмите и артефакты от Эмилии, а вместо денег - серебряные слитки.
    - Деньги могут и не понадобиться, а вот время - точно, - заметила Алина. - Скоро на Земле уже март, то есть через неделю в России три выходных, к тому же девятого марта земной полдень, в смысле питерский, более-менее совпадёт с тарлаонским. В Эльтионской академии что в этот день?
    - Учимся, - поморщилась М"рика. - А я не хочу пропускать, мне и так учиться трудно - совсем старуха, двадцать шесть лет скоро! Так что лучше вы появляйтесь канонической четвёркой, как в самый первый раз, а меня или Сине потом приведёте, если будет нужно. Зачем сразу большой отряд собирать? Три-пять Серебряных Всадниц - по-моему, оптимально.
    - Вот именно, - подвела итог Лариса. - Так что, я договариваюсь с магами Воздуха насчёт следующих выходных? А то первому в неизвестный мир всё равно Воздуху идти.

* * *

    Несмотря на то, что Хсе-Даань знала очень много миров Пути, а в некоторых и подолгу жила, она не могла припомнить, чтобы в каком-то из них происходили катаклизмы, заставлявшие людей массово отказываться от маленьких детей: "Ну да, ими сплошь и рядом особо не дорожат, трястись над каждым младенцем не будут, однако и намеренно избавляются от них не тысячами и тем более не десятками тысяч, а на Параллели нужны даже не десятки, а сотни тысяч". Пренебрегать такими маленькими ручейками, разумеется, всё равно не стоило, и они с Леренной, обойдя все знакомые миры, попросили Лесных Сестёр искать малышей до трёх лет.
    - Знаешь, Ренни, меня не покидает чувство, что мы, как говорится, "ищем под фонарём", - призналась Хсе-Даань, когда феи вернулись в дом ковена на Маалисе. - В мирах Пути, конечно, бывает всякое, но абсолютно лишние малыши сотнями тысяч - это нужно, чтобы люди совсем потеряли и разум, и совесть.
    - Ну да, самый кошмарный в этом отношении мир - как раз Параллель, - согласилась тарлаонка. - Но там не разгуляешься - и по политическим причинам, и потому, что дети нужны главным образом европейского вида. Слушай, а если, в самом деле, поискать не "под фонарём", а "под тусклой лампочкой"? Есть же миры почти забытые, и как раз по причине своих паскудных порядков.
    - В которых нашего ордена фактически нет, только Скорбные сёстры дежурят? Помню я про них, но это очень осторожно надо, а то изгонят власти Скорбную сестру - и мир вообще потеряет Путь.
    - Кстати, в такие миры мы ведь теперь тоже можем попадать, и уж там-то можно не осторожничать! И на Нумфагаре, и на Ур-Анете, и...
    - И на Меротании, например, - подхватила Хсе-Даань. - Это мир по другую от вас сторону Сенаорна, ты о нём вряд ли слышала.
    - Да, первый раз слышу. Что, потерял Путь?
    - Да, и сравнительно недавно. Гнусное место, Лесным Сёстрам там делать нечего, но именно оттуда, если удастся договориться, можно будет постоянно получать малышей, причём мальчиков. Это уж мы с Рафсантой сами, хорошо? Одна из сестёр Меротании сложила с себя регалии, но остальные семь, насколько мне известно, существуют на Маалисе. А вам с Б"даной я бы советовала присмотреться к Алх"менпу.
    - А там что?
    - Мир магический и очень расистский, но при этом не так уж редко рождаются дети с наглухо отсутствующей магией. Как ты понимаешь, не говоря уже о том, какое в обществе отношение к таким детям и их родителям, жить там обычному человеку - всё равно что слепоглухому, всё ведь на магов рассчитано.
    - И это мир Пути? Надо же!..
    - Да нет, самих, так сказать, "инвалидов по магии" никто не истребляет и не бросает на произвол судьбы - живут в так называемых "технических интернатах". А что до родителей, то в любом обществе, в силу человеческой паскудности, неминуемо есть спрос на самоутверждение за счёт тех или иных изгоев, и никакое государство не в состоянии заставить людей перестать клевать их - разве что не слишком грубо нарушать законы. Ты же, наверное, знаешь притчу про аристократа на необитаемом острове?
    - Который три дома построил? - вспомнила Леренна. - "Это мой дом, в этот клуб я хожу, а в этот - не хожу"?
    - Вот-вот! Алх"менпцы, между прочим, очень красивые, особенно женщины, и с хорошим интеллектом, так что в любом техническом мире придутся вполне ко двору.
    Леренна задумалась, прикидывая что-то в уме:
    - Скажи, а у тебя нет на примете такого мира, где можно набрать много малышей прямо сейчас? Допустим, большой голод или что-то в этом роде?
    - А вот это надо спросить у ша"альских сестёр, которые ведут летописи, - сообразила Хсе-Даань. - Они же регулярно навещают Скорбных сестёр, так что должны быть в курсе недавних бедствий.

* * *

    - Ох, сёстры, как же вы вовремя! - всплеснула руками молодая женщина, встретившая трёх иномирянок в своём маленьком домике. - Беда у нас, а я же на Умклорце одна осталась, не могу на Ша"але появиться!
    - Приветствую, сестра Дхуркм, - невозмутимо поклонилась Амоделана-Мелорта. - Позволь представить: сестра Наталия, сестра Ульяна. Мне переводить или ты возьмёшь их язык?
    - Да ты что? - снова ахнула Дхуркм. - Теперь мы можем моментально освоить любой язык? Возьму, конечно! - она торопливо схватила каменную пластинку и разломила её. - Приветствую. Вы из каких миров? - русский язык в её исполнении звучал с кошмарным акцентом, но вполне понимаемо.
    - С Земли, - лапидарно ответила Ульяна. - Сестра Дхуркм, так что у вас за беда?
    - Голод у нас, второй год подряд неурожай везде! - начала рассказывать женщина. - Солнце совсем бледное стало, не растёт ничего, и даже рыбы мало.
    Ната встрепенулась и подняла руку:
    - Прошу прощения, можно на небо посмотреть? И скажи ещё такую вещь - у вас перед началом неурожая не было крупных извержений вулканов?
    - Было, было! Как раз два года назад, в конце сезона урожая. Огненные горы в Нрсаанке почти целый месяц горный пепел испускали, купцы оттуда говорили, что всё море пеплом засыпало. Сестра Нталхл (Ульяна, хоть обращались и не к ней, слегка смутилась, сообразив, что и сама наверняка сильно исказила иномирное имя), так это всё из-за огненных гор, что ли, случилось? А небо поправится, не знаешь? Сейчас темно уже, но оно и днём всё время грязное какое-то.
    - Поправится, - уверенно кивнула Ната. - В нашем мире такое тоже бывало, но максимум через пару лет всё должно прийти в норму.
    - Только сеять уже будет некому и нечего... - безнадёжно вздохнула Дхуркм. - У нас хоть вольные торговые города, на рыбе кое-как держимся. Купцы сначала думали, что и остатки зерна к нам повезут продавать, но все, наоборот, купить хотят, а везти начали в основном роскошь всякую. Да и торговля, понятно, тоже захирела, для бедноты никакой подённой работы нет, а та, что есть, - за такие мелкие медяки, на которые самому-то не поесть, не то что детей накормить! Уже разговоры пошли насчёт того, чтобы в рабство продаваться, представляете? Свободные люди - в рабство!
    - Ничего удивительного. Свобода хороша для жизни, а для выживания человеку неимущему как раз лучше быть рабом, - философски заметила Амоделана-Мелорта. - Рабов же небось кормят?
    Дхуркм язвительно усмехнулась:
    - Если есть чем, не так ли? Сейчас, как вы понимаете, нечем, так что продаться-то, может, кто и продался бы, но купит-то кто? Наоборот, освобождают! Позавчера вот подошли ночью к берегу два корабля с рабами из того же Нрсаанка, высадили всех прямо на мелководье - и всё, свободные люди стали! Это ещё в Нрсаанке запрещается намеренно убивать рабов, а в других рабовладениях давно бы уже на мясо забили.
    - У вас тут что, людоедство? - ужаснулась Ульяна.
    - Не "у нас", а "может возникать везде, где люди поставлены на грань голодной смерти", разве нет?
    - Ну да, - девушка покраснела и опустила глаза. - То есть этих рабов на самом деле не "освободили", а просто выгнали, чтобы не кормить? - торопливо добавила она, отгоняя постыдные воспоминания о том, что в её родной стране совсем недавно тоже ели трупы. - А маленькие дети у них есть? У меня на родине идёт большая война, мы побеждаем, но нужно восполнить потери населения.
    - Есть, но при чём тут дети? - удивилась Дхуркм. - На войне ведь нужны не дети, а наёмники.
    - Уля, дай я объясню, а то здесь, по нашим меркам, Средневековье, - Ната решительно перехватила разговор и коротко рассказала об урбанизации и демографическом переходе, упомянув и о последствиях Второй мировой войны.
    - Ясно, - задумалась женщина. - То есть мне, конечно, непривычно слышать, что где-то может быть недостаток людей, потому что всегда и везде не хватало, напротив, еды для них, но раз ты говоришь... Нужны одни дети, без родителей?
    - Да, - подтвердила Ната, незаметно наступив на ногу Ульяне. - Дети до трёх лет, на усыновление. Взрослые - только в порядке очень редкого исключения. Может быть, это и жестоко, но массово завозить в страну сформировавшихся людей совершенно иной культуры - слишком опасно.
    Девушка, однако, всё же возразила:
    - Разве два корабля - это "массово"? Сколько всего этих рабов?
    - Где-то сотни две, считая детей, - Дхуркм бросила взгляд на свечу с делениями, заменявшую в её мире часы. - Сейчас должен подойти один парень, я просила его отнести им немного еды и всё разузнать. Сестра Улханхн, а детей из припортовых трущоб вы не возьмёте? За несколько больших мер зерна вам их преспокойно отдадут.
    - Большая мера - это сколько?
    - Да вот, - в углу стояла плетёная корзина без ручки. - У вас есть возможность доставить сюда зерно из других миров? Золото в обмен на него я дам.
    - Есть, - сразу сказала Ната, вспомнив, что последний урожай на Тарлаоне выдался просто великолепным. - Знаю я один мир - зерна там прошлой осенью собрали много, а золото в большой цене. Девчата, подождёте меня? Я пойду скажу тарлаонским сёстрам, чтобы насчёт зерна договаривались, и Милли с Дмитрием приведу - нам же потребуется местный язык?

* * *

    Свежее американское утро чувствовалось по-настоящему безмятежным - страна, конечно, воевала, но где-то далеко, хозяин особняка был человеком не просто зажиточным, а очень богатым, и даже грозившая ему скорой смертью неизлечимая болезнь, не делающая различий между богатыми и бедными, стараниями целительниц оказалась очень даже излечимой. Это был третий и последний визит Сталины и Маши к Льюису - уже без Артура, и промышленник, широко улыбнувшись, с чувством изрёк:
    - Миссис Талаева, мисс Демьянова, позвольте выразить вам мою самую искреннюю благодарность! Я бы оплатил лечение, но вы же не берёте денег? Нет, врачи, которые бесплатно лечат бедняков, встречаются довольно часто, я сам знаю нескольких таких, но чтобы не брать платы с тех, кто в состоянии заплатить, - этого, простите, я понять не могу.
    - Не берём ни с кого, иначе какие же мы феи? - подмигнула Маша. - Нижайше просим вас принять сие просто как природный факт.
    - Принимаю, - снова улыбнулся Льюис. - Прошу, - столик был уже привычно накрыт к утреннему кофе.
    - Спасибо, - нервно поблагодарила Сталина, откровенно не находившая себе места от неловкости - папа на фронте, мама с сестрой чуть ли не ночуют в госпиталях, а она попивает кофе в гостях у самого настоящего капиталиста! - Мистер Льюис, как вы себя чувствуете?
    - Благодарю, прекрасно! Ничего не болит, только некоторая слабость, да и то если сравнивать с состоянием десятилетней давности.
    - Насчёт слабости не беспокойтесь, ваш организм просто расходует много сил на восстановление, - сказала Маша, пригубив кофе и поставив чашку на столик. - Рекомендации по диете на первое время я вам написала ещё в прошлый раз, так что где-то через неделю это должно пройти. Простите, можно вопрос? То есть я вижу, что это вы давно хотите задать нам какой-то вопрос, но почему-то никак не решаетесь. Что вас интересует?
    - Да, так и есть, - кивнул промышленник. - Миссис Талаева, прошу прощения, каким способом сшиты ваши платья? Я, как вы знаете, произвожу оборудование для лёгкой промышленности, поэтому сразу заметил, что на них совершенно не видно швов.
    - Всё правильно, никаких швов на платьях полных фей и не бывает, потому что они магические - всегда сидят по фигуре и не изнашиваются. Нет-нет, фабрикантам одежды разорение не грозит! У каждой из нас только одно такое платье, а вся остальная одежда и обувь - самая обычная.
    - Ну какая же "обычная", если она заграничная, а то и вообще из других миров? - возразила Сталина. - Особенно чулки эти без подвязок... Ой! - девочка смутилась и густо покраснела.
    - Кстати, да, - невозмутимо подхватила Маша. - Мистер Льюис, вы не хотите купить у Советского Союза патент на такие чулки? С себя я, понятно, снимать не буду, просто нарисую, - она достала из сумочки блокнот и набросала схему колготок.
    Льюису хватило одного взгляда, чтобы уяснить для себя идею:
    - Это да, это изобретение! Я уже понимаю, как устроена машина, которая делает подобного рода чулки. Правда, материала на них потребуется гораздо больше... Кстати, а какой материал?
    - Тот же нейлон, посмотрите, - Маша слегка приподняла подол длинного платья и показала обтянутую тонкими колготками ногу. - Я в курсе, что сейчас из-за войны женщины лишены этого и в Штатах, и тем более в Европе, а в Советском Союзе они даже не успели узнать, что такое нейлон[16], но патент мы всё равно взяли - в смысле не на само волокно, а на чулки.
    - Лучше бы мы и до сих пор не знали, - недовольно заметила Сталина. - А то по всей стране чуть ли не голод, а на нас иномирную валюту тратят! - в целях конспирации всевозможные женские мелочи, которых на Параллели ещё не было, приобретались для советских девушек не на Земле, а на Рласитте - техническое развитие этого мира соответствовало примерно началу семидесятых годов двадцатого века.
    - Лина, ну сколько можно стесняться и стыдиться? - укоризненно вздохнула Маша. - Ты ведь не только благородная целительская рука страны, но и её лицо, не забывай!
    - Вот именно, - поддержал Льюис. - Поверьте, мисс Демьянова, если вы будете всем своим видом утверждать, что Советский Союз - это непеременно... э-э... vatnik, то только дополнительно оттолкнёте людей от вашей страны. Лично я искренне полагаю, что нужно не избегать удобных и красивых вещей, а, напротив, стремиться к тому, чтобы они стали доступны если не всем, то большинству.
    - Мистер Льюис, вы хотите сказать - чтобы все покупали эти вещи у вас? - не удержалась девочка.
    - Разумеется, - усмехнулся промышленник. - Я, в конце концов, предприниматель или кто?

* * *

    "Мир умирает..." - тоскливо вздохнула Тцанкн, задержав взгляд на ночном море. - "Совсем старый, не светится и не греет, и даже море стало тусклым. Впрочем, смерти мира я не увижу - мы все, понятно, умрём ещё раньше, буквально завтра".
    Созерцать море, тем не менее, ей было некогда - "освобождённые" женщины помоложе, ушедшие на ночной промысел, предусмотрительно избавились от возможной конкурентки, скинув на неё своих малышей, и девушку с вечера преследовали шесть пар голодных глаз. "Вроде спят", - Тцанкн осторожно скосила глаза на пятерых детей, уложенных прямо на прибрежный песок и накрытых её плащом. - "Все, кроме одной, но это та самая "одна", которая всё равно что десять".
    Двухлетняя Млфинхн, как бы в подтверждение, снова дёрнула её за рубаху:
    - А когда придут Несущие свет?
    - Что-что?! - изумилась Тцанкн. - Откуда ты знаешь про Несущих свет? - она и сама слышала не более чем обрывки смутных легенд, не говоря уже о том, что интересы малышки, как и всех детей, уже второй день вертелись исключительно вокруг "когда мы будем есть" и "когда придёт мама".
    - Я их видела, - сказала Млфинхн. - Прошлой ночью. Было как будто солнце, только светлое, и они пришли. Они в зелёном ходят, да?
    - Да, про них рассказывают, что в зелёном, - машинально подтвердила девушка, снова горько вздохнув при этом: "Дети уже и не знают, какое оно - настоящее солнце! И никогда не узнáют..." - Но это был сон, понимаешь? Всего лишь сон.
    - Неправда! - Млфинхн надулась, готовясь заплакать. - Маму я тоже во сне видела, а она и на самом деле есть!
    Тцанкн поспешила отвлечь её, испугавшись, что от плача немедленно проснутся и остальные дети:
    - И что они тебе сказали?
    - Что у нас будет тёплое солнце, - малышка была сама серьёзность.
    - В Бесплотном мире, может, и будет, - безнадёжно отмахнулась Тцанкн. - А в этой жизни не то что солнца - хозяев у нас и тех больше нет! Если здесь никто не купит, пропадём... - она не выдержала и расплакалась сама - очень тихо, чтобы никого не разбудить: "Нам, конечно, сказали, что в вольном городе Ксалг вообще нет рабов, но так ведь не бывает! Кто тогда кормит всех этих людей, если не хозяева?"
    - Иду-ут! - закричала в этот момент Млфинхн.
    - Тише ты! - машинально шикнула девушка, одновременно тоже разглядев в неверном свете бурой луны пять силуэтов, из которых, однако, узнаваемым ей показался только один - возвращался кто-то из их женщин, в сопровождении пешего всадника и трёх незнакомок в странновато выглядевшей одежде.
    - Зелёное... - потрясённо прошептала малышка. - Вы Несущие свет, да?
    - Можно и так сказать! - улыбнулась одна из незнакомок, действительно одетых в длинные зелёные платья, - она говорила с сильным акцентом, медленно подбирая слова местного диалекта, изрядно отличавшегося от языка Нрсаанка. - Как раз к вам шли, а по пути ещё Нрзагл вашу встретили. А откуда ты нас знаешь?
    Млфинхн испуганно отступила, прячась за подол длинной рубахи Тцанкн:
    - Я вас во сне видела... - призналась она, попутно соображая - начинать реветь уже сейчас или ещё подождать? - Теперь солнце станет тёплым, и нас будут кормить?
    - Да-а? - ахнула незнакомка. - Так ты, получается, тоже станешь Несущей свет?
    - Разве Несущей свет можно стать?! - Тцанкн непроизвольно попятилась и чуть не упала прямо на малышку, продолжавшую цепляться за её подол.
    - Можно, - спокойно подтвердил всадник - только теперь, по голосу, девушка запоздало поняла, что всадница, но сил удивляться у неё уже не было. - Дар, конечно, очень редкий, однако не невозможный. Но давайте, что ли, к делу? Сколько вас тут?

* * *

    Их действительно оказалось чуть больше двухсот - точно никто сказать не мог, поскольку бывшие рабы исходно принадлежали нескольким разным хозяевам, нанявшим в складчину два корабля, и на импровизированном сходе, собравшемся в стороне от спавших людей, присутствовали делегаты далеко не от всех групп. Марина поставила на песок тусклый магический светильник и пригласила:
    - Становимся вокруг поплотнее, чтобы ниоткуда видно не было. Мы, конечно, ничего плохого не делаем, но мало ли... Малфин, сядь, пожалуйста, сюда и займись леденцом, то есть только слушай, не перебивай, - она положила рядом со светильником свою куртку и усадила на неё малышку, вручив ей большой леденец на палочке. - Кто из вас чем занимался?
    - Мхлант выращивали, госпожа Мринхн, - осторожно ответил мужчина средних лет, представившийся Рнкомцем. - Но у нашего хозяина все сады лавой залило и пеплом засыпало.
    - Мхлант - это фрукт такой?
    - Ягода. Очень сладкая, из неё вино делают. Может быть, купите нас? Мы и семена взяли.
    - Вы же теперь свободные люди, не так ли? - усмехнулась Леренна. - Предлагаю вам переселиться в наш мир, только наши князья вас не "купят", а просто дадут землю, и можете выращивать что хотите, - тарлаонка уже прикинула, что для ягод из Нрсаанка в принципе должно подойти приморье Сатилона и Месинтара. - Пятина князю, остальной урожай - в вашем распоряжении.
    - Самим продавать, что ли? - сообразил садовник. - А кормить-то будут? Если даже мы прямо сейчас мхлант посадим, то когда ещё ягоды вырастут... А как не купят потом?
    - А при социализме, между прочим, у колхозников нет проблем со сбытом своей продукции, - машинально напомнила Ульяна. - Государство гарантированно возьмёт весь урожай.
    - О да, проблема у них только с получением за урожай нормальных денег, на которые можно купить нужные товары, - язвительно заметила фея Воды. - Государство же всё именно "возьмёт", то есть заберёт по символическим ценам, которые само же и устанавливает, не так ли?
    - Может быть, нас тогда этот самый... социализм купит? - снова встрепенулся Рнкомц. - Оно как-то привычнее - мы работаем, хозяин нас кормит, и не надо никаких денег.
    - Решайте сами, - нахмурилась тарлаонка. - Привычнее так привычнее, но социализм, вполне вероятно, будет рассматривать вас просто как абстрактные "рабочие руки", тем более что стране сестры Ульяны сейчас не до сладких ягод - там большая война. Вас, кстати, сколько, в смысле садовников?
    - Пять семей, госпожа Лренн. И ещё четыре семьи другого владетеля, они тоже растили мхлант.
    - Вот и определитесь, кто куда хочет. "Кормить", как ты выражаешься, вас первое время будут и там, и там, но учтите - это два разных мира, то есть если вы разойдётесь, то видеться друг с другом уже не сможете.
    - Лера, а почему ты не говоришь, что в Советском Союзе дети колхозников бесплатно в школе учатся? - возмутилась Ульяна, проводив взглядом садовника, отправившегося совещаться со своими товарищами. - А что сейчас все прикреплены к колхозам и к заводам и обязаны работать там, где скажут, - так война же, мы фактически мобилизованные все!
    - Уля, ну ты же прекрасно знаешь, что началось всё это ещё до войны, - покачала головой Ната. - А полноправными советскими гражданами, между прочим, колхозники на нашей Земле стали только через тридцать лет после неё.
    - Что, серьёзно?! - прежняя комсомолка Ульяна Громова, разумеется, попросту отмахнулась бы: "Значит, так было надо для восстановления народного хозяйства", но сестра ордена Пути Ульяна, хоть и оставалась искренней комсомолкой, видела не одну лишь морковку коммунизма впереди. - Я думала, сразу после Победы.
    Ната печально вздохнула:
    - К сожалению, серьёзно, Уля. Вообще говоря, "просто жить" до середины шестидесятых годов, когда в Западной Сибири открыли нефть, в нашем Советском Союзе было почти невозможно - обычных людей держали в чёрном теле, это только начальство и тех, кто летал, снабжали более-менее нормально, да и то относительно.
    - Как нас, знаю... - смутилась девушка. - Так ведь не было же ничего! У вас там, конечно, стало принято винить во всём социализм, но Рийна рассказывала, как эстонцы жили до советской власти - тоже, мягко говоря, не роскошно. Ну так теперь, с вашей помощью, всё будет гораздо лучше, разве нет? Страна же так сильно не разрушена, и потери не такие огромные.
    - И не только это... Ох, простите! - Ната виновато улыбнулась, спохватившись, что Лесные Сёстры увлеклись разговором на русском языке, который они ещё не давали никому из бывших рабов. - Это мы говорили о родной стране сестры Ульяны. У вас, я смотрю, много маленьких детей, а круглых сирот среди них случайно нет?
    - Госпожа Нталхл, вы скупаете сирот? - встревожилась Тцанкн. - Зачем они вам?
    - Затем, что на моей родине война, - буркнула Ульяна. - Очень большие потери в том поколении, у которого как раз и должны сейчас рождаться дети, поэтому малышей мало, а люди нам очень нужны.
    - Для работы? - уточнила Нрзагл. - А что за работа?
    - Всякая. Ты, кстати, кто по профессии?
    - За хозяйкой старой ухаживала, а теперь не нужна никому, пошла вот продаваться - не купили! Всех в дома любви разобрали, хоть голодать не будут, а мне - от ворот поворот! - со злостью выплюнула женщина. - Так и сказали: "Девственность только свежая хороша, а в двадцать четыре давно пора такой развратницей быть, чтобы у мёртвого поднимать!.." Ох! - Нрзагл залилась краской, вспомнив, что рядом сидит двухлетняя девочка, но та, похоже, уже дремала, благо от леденца в её руке сохранилась только тщательно вылизанная палочка.
    - Подожди, так остальные что, не вернутся?! - воскликнула Тцанкн. - То есть я осталась с шестью чужими детьми на руках, которых мне совершенно нечем кормить?
    - Я правильно понимаю, что это дети отставных хозяйских наложниц? - внезапно "вышла из спячки" Марина, давно уже ничего не говорившая, а только слушавшая.
    Тцанкн, со слезами на глазах, мелко закивала:
    - Д-да, госпожа Мринхн. Я тоже моему хозяину нравилась, потому меня хозяйка и выгнала на улицу. А Пнхлогм хозяин сам прогнал, ну, мать её, - она показала на задремавшую малышку. - Остальные дети - от других владетелей, я их матерей только на корабле в первый раз увидела.
    - Хм... - фея Воды, внимательно посмотрев на девушку, неожиданно расплылась в тёплой улыбке. - А ведь ты любишь малышей и очень хорошо ладишь с ними, не случайно же их оставили именно тебе! Короче, социализм покупает и тебя, и всех шестерых детей. Продаёшь?

* * *

    К великому неудовольствию Ульяны, все садовники в итоге решили переселиться на Тарлаон, прельстившись не столько даже статусом свободных крестьян - непривычной для них свободы они всё ещё боялись, - сколько гарантированной возможностью заниматься своим делом: "Госпожа Улханхн, так война же у вас! Правильно госпожа Лренн сказала - не вино вам сейчас нужно и не сушёные сладкие ягоды. А семена мхланта, если правитель ваш повелит, дадим". К садовникам присоединились средней руки ремесленники, которые вряд ли нашли бы себе нишу в век нефти и электричества, и старые слуги, пожелавшие дожить свой век среди соотечественников, и в сторону будущих тарлаонцев, после недолгих раздумий, отошла и Нрзагл: "В Советском Союзе я точно одна останусь, раз большинство мужчин война унесла". Бывшие рабы уходили досыпать эту беспокойную ночь надежд, ожидая утреннего появления Полины и Матанми, и с Лесными Сёстрами в конце концов остались лишь Тцанкн, которую уже начали называть Таней, и шесть малышей - два мальчика и четыре девочки.
    - Так наш мир умрёт? - печально спросила девушка, подняв глаза к хмурому рассветному небу. - У нас-то теперь действительно будет солнце, а у Умклорца?
    - Будет! - улыбнулась Ната. - Оно и сейчас светит, просто не может пробиться к вам сквозь всю эту пыль, которую вулкан накидал. В следующем году небо должно очиститься, и летом опять станет тепло.
    - Мы бы не дожили... - вздохнула Тцанкн. - А в Советском Союзе тепло?
    - Вообще-то страна холодная, но лето там бывает каждый год. Держи, кстати, язык - просто разломи эту пластинку и немного подожди. И давай наконец проверим тебя на магические способности, - Ната перешла на русский язык и начала снимать кольцо с хризолитом. - Ты меня понимаешь?
    - Понимаю, - удивлённо выдохнула девушка, разглядывая золотисто-зелёный самоцвет на руке. - Что... мне... нужно... сделать?
    - Присмотрись к себе внутренним взглядом - видишь ли ты слова?
    - Нет, ничего не вижу, я не умею читать.
    - Во-первых, по-русски уже умеешь, а во-вторых, для того, чтобы просто увидеть надпись, понимать её не обязательно, согласись?
    - Ну да. Так что, я не стану Несущей свет?
    - К сожалению, нет. Зато грамотной уже стала! - весело подмигнула Первая сестра. - Писать, правда, придётся учиться самой. Уля, ну что с девочкой?
    - Наша! - победно вскинула кулак подошедшая Ульяна. - Становиться ученицей ей, конечно, рано, но девиз на моём кольце прозревает.
    - А может быть, уже и не рано, - заметила Леренна, на руках у которой уютно устроилась Млфинхн. - Девочка, похоже, способная, освоится быстро. Ну что, куда переходим с малышами - на уральскую базу на Параллели?
    - Лучше на "объект семьсот три", - сообразила Ната. - Пусть в новом мире хоть сразу солнце увидят!

* * *

    Почтенный Хзрнирц, старшина Купеческой ложи вольного города Ксалг, огладил бороду - как ему, наверное, казалось, степенно, но на самом деле весьма нервно:
    - Сестра Дхуркм, Купеческая ложа просит Несущих свет восстановить своё полное присутствие на Умклорце. Да, я знаю, кто ты такая...
    "Не так уж трудно сообразить, коль скоро в пятьдесят с лишним лет я выгляжу едва на тридцать", - усмехнулась про себя фея.
    - ...Мы глубоко сожалеем, что по нашей недальновидности вам пришлось уйти в другие миры. На каких условиях возможно ваше возвращение?
    Дхуркм выдержала некоторую паузу, собираясь с мыслями:
    - Господин Хзрнирц, практически во всех мирах нам нужно от властей, по большому счёту, лишь одно - Несущие свет должны иметь реально защищаемые права свободного горожанина. Поскольку же вольный город Ксалг не предоставляет таких прав беглым рабыням, говорить о полном воссоздании ордена Пути на Умклорце было бы преждевременно. Вернуться могут разве что сестра Мхлигн и Первая сестра Фарвалль, да и то исключительно потому, что теперь в Ксалге женщины могут самостоятельно владеть и распоряжаться имуществом. Надеюсь, Фарвалль будет позволено купить дом и считаться полноправной горожанкой Ксалга?
    - Будет, - с облегчением кивнул старшина Купеческой ложи. - Честно говоря, именно такого ответа я и ожидал, и это нас более чем устраивает. Ты ведь не говорила сёстрам других миров о нашей беде только потому, что единственная оставшаяся на дежурстве Несущая свет не может покидать свой мир? Другого объяснения у меня нет.
    - Да, всё так. Насколько я понимаю, Купеческая ложа не беспокоила меня по той же самой причине?
    - Разумеется, сестра Дхуркм. Но сейчас тебя вновь посетили сёстры вашего ордена, и я прошу передать с ними просьбу о помощи. Они всё ещё на Умклорце?
    - Да, они готовят переселение в другой мир этих бывших рабов, которых три дня назад сгрузили к нам на берег. И заберут голодающих младенцев из портовых трущоб - за зерно, конечно.
    - У Несущих свет появилась возможность перемещать между мирами людей и крупные грузы? - моментально оживился Хзрнирц. - Это же полностью меняет дело! Вы не могли бы устроить нам встречу с зерноторговцами из других миров? И скажи ещё, если знаешь, - когда примерно очистится небо? В то, что "солнце умерло", я не верю - ясно же, что как светило оно, так и светит, просто вулкан этот проклятый выбросил слишком много пепла.
    - Так и есть, - подтвердила фея. - Одна из наших сестёр сказала, что в её мире тоже бывали такие катастрофы и что этот год, как и прошлый, будет без урожая, но к следующей весне всё прояснится. А насчёт поставок мы как раз обсуждали. Вы готовы платить по ценам двухлетней давности, но золотом?
    - Именно золотом, не серебром?
    - Да, обычными золотыми монетами, а ещё лучше - слитками.
    - Готовы, конечно. Сколько и какого зерна вы можете поставить?.. Немного, но всё-таки лучше, чем вообще ничего. Доставите кораблями в порт?
    - Нет, повозками в главный амбар Купеческой ложи. Корабль через межмировой портал не пройдёт.
    - То есть нам нужно подготовить внутренний двор амбара для приёма зерна?.. Что такое? - старшина Купеческой ложи повернулся к постучавшему в кабинет условным стуком помощнику.
    - Господин Хзрнирц, бунт! - встревоженно поклонился тот. - Перед Дворцом Процветания собралась беднота, люди требуют хлеба!

* * *

    Толпа пока была настроена не очень агрессивно, но полыхнуть могло в любой момент - обрекла людей на голод, конечно, природа, однако с природы не спросишь, а богачи, у которых есть зерно, - вот они, в своём дворце засели! То, что выступление случилось именно этим утром, тоже можно было легко объяснить - рабы, будь они неладны! "Освобождённые" рабы из Нрсаанка, ставшие последней каплей - и как конкуренты на съёжившемся рынке труда, и как объекты зависти, поскольку до недавнего времени их кормили хоть и всё более скудно, но гарантированно, и...
    - Господин Хзрнирц, а ведь этот бузотёр, похоже, не из Ксалга, - вполголоса сказала Дхуркм, вышедшая на балкон над площадью вместе со старшиной Купеческой ложи.
    - Вот именно, - поморщился тот. - Понаосвобождали тут! У себя, понятно, не стали в чистое поле выбрасывать - нам спихнули! - заводивший толпу молодой мужчина действительно отличался от остальной бедноты и одеждой, и относительно сытым видом. - Сестра Дхуркм, ты же говорила, что вы переселяете их в другой мир?
    - Ну да, но некоторые, как видишь, успели сами пристроиться, - усмехнулась фея. - Несколько женщин - в дома любви, ну и этот вот, а может, и не он один. Тоже небось хозяйский любимчик был, а то и любовник. Я сейчас появлю кого-нибудь из нрсаанкцев - может быть, узнáют?
    - Подожди, - возразил Хзрнирц. - С этим гораздо лучше справится тайная стража. Вот, уже разузнали кое-что, - на балконе незаметно возник человек средних лет, примечательный, как сразу отметила про себя Дхуркм, именно своей совершеннейшей непримечательностью. - Господин Гргунц, какая обстановка?
    - Если одним словом, то беднота разделилась, - тихим голосом начал человек. - Одни остались в прибрежном посаде в надежде на то, что им помогут Несущие свет, а другие - вот они. Собственно, в их среде подобные идеи ходили уже давно, просто вожака не было, чтобы окончательно оформил эти идеи и повёл за собой.
    - Но теперь, я смотрю, появился?
    - Похоже, да, - поморщился Гргунц. - Зовут его Фхламц, и он, естественно, не в полях спину гнул, потому и лезет из кожи вон - рассчитывает, наверное, что на него обратят внимание и снова возьмут в привилегированные слуги, в том числе и затем, чтобы народ не мутил. Сестра Дхуркм, вам надо поспешить! Мои люди, конечно, могут запустить в толпе слухи, что в посаде сегодня раздают зерно, но если это не будет подкреплено хотя бы частичной правдой, то завтра или послезавтра люди соберутся снова, и второй раз они уже не поверят непонятно чьим обещаниям.
    Фея загадочно улыбнулась:
    - Собственно, уже! Когда меня вызвали в Купеческую ложу, у нас были приготовлены и мешки с зерном, и прочее, то есть всякие бобы и масло.
    - Даже так? - удивился Хзрнирц. - Что ж, я вижу, вы верны себе - даже при таком голоде не ограничиваетесь чисто хлебом.
    - Да, и сейчас я обращусь к народу, только выглядеть надо соответствующе, подождите немного, - Дхуркм исчезла, и мужчины осторожно подошли к парапету балкона, под которым всё сильнее распалялась толпа.
    - Горожане Ксалга! - влезший на какую-то бочку Фхламц уже заходил на второй круг. - Люди Нрсаанка давно завоевали крышу над головой и ежедневную миску похлёбки, тогда как вам захватившие власть торговцы не дают ни работы, ни жилья, ни хлеба! Требуйте рабовладения, требуйте подлинно хозяйской заботы, как заботятся о рабах в Нрсаанке! Да, наших хозяев тоже ослепил дух торговли, но это - всего лишь временные трудности! Долой голодную тьму свободы! Кров, труд, хлеб!
    - Кров! Труд! Хлеб! - вразнобой взревела толпа. - Долой свободу!
    - Посмотрите на себя! - продолжал распаляться оратор. - Вы живёте без всякой цели, а могли бы трудиться... на благо Ксалга! - он задрал голову к балкону, взывая к молча слушавшему Хзрнирцу. - Добьёмся мы рабовладенья своею собственной рукой!
    - Раб-ство! Раб-ство! - подхватили остальные собравшиеся на площади.
    - Ну где же, наконец, Несущая свет... - недовольно вздохнул старшина Купеческой ложи.
    - Женщина... - губы Гргунца тронуло некое подобие улыбки. - Хотя нет, появилась уже.
    - Я здесь, - Дхуркм медленно выплыла на балкон, давая возможность людям внизу рассмотреть её полные регалии, и подняла руку, прося внимания, но разошедшийся Фхламц не сразу заметил фею, приняв наступившую восхищённую тишину на свой счёт:
    - Да здравствует рабовладельческий строй - светлое будущее всего человечества! - прокричал он очередной призыв.

* * *

    - Дети на секретном объекте?! - ужаснулся Кравченко. - Наталия Сергеевна, ну почему у вас такое несерьёзное отношение к секретности?
    - Илья Тарасович, поверьте, там, где это реально необходимо, мы храним тайны очень тщательно - и свои, и чужие, - устало улыбнулась Ната. - Здесь же, во-первых, нет никаких дополнительных опасностей, если иметь в виду не весь склад с железнодорожными путями, а только этот домик, а во-вторых - ну что могут запомнить годовалые малыши, которые и попали-то сразу сюда? Сейчас целительницы их посмотрят под ясным небом, и будем решать, что делать дальше.
    - Ну ладно, но очень ненадолго! Нам же, помимо секретности, ещё и делом надо заниматься, а не за детьми смотреть. Сколько их?
    - Пятеро, - Млфинхн, как будущая ученица ордена Пути, была уже отправлена в Москву, и туда же, к Ане Лопес, временно пристроили и Тцанкн. - Только на полчаса, больше нам не понадобится. Я сейчас, - Ната быстро вернулась с первым малышом, и вслед за тем Ксения и Белка привели остальных - ещё одного мальчика и трёх девочек, отличавшихся от мальчиков лишь наспех прилаженными к коротким волосам бантиками.
    - Что у вас тут? - заглянул ночевавший на "объекте семьсот три" Микаберидзе. - Вах! Откуда дети?
    - Из иного мира, вестимо! - шутливо отозвалась Белка. - Ни отцам, ни матерям оказались не нужны, а в том мире ещё и большой голод, вот мы и забрали их к вам.
    - Вот так, да? - майор озабоченно посмотрел на малышей, и в этот момент одна из девочек с неподдельным интересом затопала в его сторону.
    Микаберидзе моментально заулыбался и осторожно протянул руки навстречу:
    - Вах, красавица! Михо моему сестрёнкой, значит, будешь? - его сыну тоже недавно исполнился год. - Зовут-то как нашу дочку? - тихо спросил он, повернувшись к феям.
    - Шалва Георгиевич, вы серьёзно? - изумилась Ксения. - Удочеряете?
    - Канэчно, красавица! Так какое имя?
    - У её народа такие имена, что нам с вами сразу и не выговорить! - рассмеялась фея Воды. - Всё равно придётся русское имя давать, ну или грузинское. Хтринкн её зовут, то есть даже не совсем так, но точно произнести я не могу.
    - Вах! Екатерина, значит? - нашёлся майор, подхватывая девочку на руки. - Милая наша Като!

* * *

    "И этот вонючий хаос у них называется "посадом"? Фавелы, как есть фавелы!" - брезгливо поморщилась Лариса. - "Даже хуже - в фавелах хотя бы солнце, а здесь хоть и субтропики, но - были, теперь разве что через год оживут. Одно только хорошо - Фхламца, как он и хотел, подобрала всё-таки одна вдовушка, будет теперь язык по назначению использовать".
    Фея Воды встала рядом с Оресильтой за импровизированный полукруглый барьер и скосила глаза вниз - да, всё в порядке, мешочков с машем и чечевицей и литровых бутылок тёмного стекла с подсолнечным маслом для начала достаточно. В качестве местной феи к ним присоединилась срочно вернувшаяся с Ша"аля в родной мир сестра Мхлигн, Роман приготовился раздавать двадцатикилограммовые мешки с мукой, а Серафима и Безымянная сестра - переносить малышей на Параллель. За вторым таким же барьером стояли Алина, Коотен и сестра Дхуркм, которым помогали Виктор, Б"дана и Амоделана-Мелорта.
    - Имя? - Дхуркм уже говорила с первыми подошедшими бедняками - измождённой женщиной неопределённого возраста, державшей на руках младенца, и подростком лет четырнадцати.
    - Фнелхл я, - голос женщины был совершенно безжизненным - даже без оттенка мимолётного облегчения. - Кончается сыночек мой, может, хоть у вас выживет? - речь шла, понятно, о младенце.
    - Да, давайте его сюда, - отозвалась Алина, успевшая убедиться, что женщина не обманывает - это действительно её сын, он серьёзно болен, и его отец в курсе дела.
    - Когда родился, как зовут? - вступил Коотен, попутно касаясь мыслей младенца - нет ли сильного слабоумия? - Десять месяцев, так и запишем, - он черкнул на бумажке приблизительное звучание имени и примерную дату по времени Параллели и передал записку Б"дане вместе с самим младенцем.
    - Муку унесёшь? - взявшийся за мешок Виктор имел все основания усомниться, ибо подросток выглядел довольно хлипким.
    - Унесу, - набычился тот. - Еда же для нас!
    Дхуркм тем временем уложила два мешочка и бутылку масла в заплечную суму женщины:
    - Не сомневайся, твой сын будет жить. Да пребудет с вами свет!..
    - ...Имя? - дежурно осведомилась Лариса часа через два или три - она уже не вела счёт времени, краем сознания отслеживая одну лишь выдаваемую провизию.
    - Лмернц, - растерянно выдохнул молодой мужчина, неумело прижимавший к себе надрывавшегося криком младенца - совсем крошечного. - Умерла, значит, жена моя...
    - "Не врёт", - машинально отметила про себя фея Воды, считав последнюю память незадачливого отца. - "Из последних сил родила девочку и умерла, сегодня ночью. Вот какого Ктулху, спрашивается, вы детей делаете, когда в мире совершенно жрать нечего?"
    - Не беспокойся, вырастим, - устало буркнула она. - Сима...
    - Нет, - послышался спокойный голос Романа.
    - Ничего, что не маг? - зачем-то спросила Лариса, мгновенно поняв, чтó означает это "нет".
    - Что значит "не маг"? - озорно улыбнулся Страж Драконов. - Весь мой опыт буквально вопит, что в нашем ковене и кастрюля станет магом!

* * *

    - Рома, кто это?! - ахнула Аня. - Ты что, в подоле принёс?
    - Ага! - подмигнул Роман. - Одно неловкое движение - и ты мать!
    - Дай сюда, ну как ты держишь? - засуетилась Лесная Сестра, растерявшаяся лишь на мгновение. - Ой, ты же голодная, да? Сейчас мама покормит... Рома, ну что ты встал столбом? Ищи у меня в сумке артефакт от Тани, мог бы и сам сообразить!
    - Сейчас найду. А откуда ты знаешь, что это девочка?
    - "Яжемать", я так чувствую! - Аня, счастливо смеясь, осторожно положила малышку на кровать и сбросила блузку, которая при этом спланировала со стула на пол, но Лесной Сестре было совершенно не до того. - Всё, активируй на меня артефакт... Сейчас-сейчас! - она мягко пригладила девочку, продолжавшую недовольно кричать, и села кормить её. - Рома, как ты нашёл нашу Малютку И? Где - это понятно.
    - Ну да, на Умклорце. Родилась сегодня ночью, но её мать умерла, и девочку принесли нам в числе прочих малышей. А почему "Малютка И"?
    Лесная Сестра привычно тряхнула тонкими золотыми кольцами в ушах:
    - Не зна-аю! "Малютка И" - и всё. Должно же быть такое китайское имя? Лейла как-то рассказывала, что по-китайски "и" - это как по-латыни "ratio", то есть столь же всеобъемлющее слово. "Смысл", "значение", "понимание", "справедливость" и много чего ещё.
    - Да уж, в самый раз для дочери феи! - согласился маг Огня. - А по документам, наверное, Ия? Она же хоть и инопланетянка, но русская.
    - Ага-а... Ещё одна русская марсианочка, м? Только у Матильды имя было уже, а...
    - А у Малютки И - не было, Лариса специально спрашивала, - подхватил Роман. - Но теперь есть, не так ли?
    - И имя есть, и папа с мамой, а остальное-то где? - Аня нахмурилась и обвела рукой комнату их московской квартиры. - Где лежбище для цивилизованной девы, где упаковка для оной же, где, в конце концов, документы? Давно, главное, девочку очень хотела, и ты тоже, а в итоге всё равно получилось внезапнее некуда, как у нас всегда и бывает... - Лесная Сестра растерянно всхлипнула, прижав к груди наевшуюся малышку. - Ну что стоишь? Беги за приданым, и скажи спасибо, что хотя бы от беременных капризов откосил!
    Маг Огня деловито подобрался, соображая, у кого из женщин ковена можно срочно разжиться пелёнками:
    - Магазины-то в Москве по воскресеньям работают, но всё новое полагается сначала постирать, так что Даше звонить надо.
    - Да, и Серго не забудь сказать, чтобы на Умклорце появился вместо тебя. Не Лара же мешки таскать будет!.. Ну что?
    - Пелёнки, сказала, через пять минут принесёт, а остальное Алексей в течение часа нам соберёт, - доложил Роман, коротко переговорив с Дашей.
    - Ага-а... Последи, пожалуйста, за Малюткой И, чтобы не упала, я облачусь, - Лесная Сестра решительно встала и исчезла - ларец с регалиями она держала на Тарлаоне.
    "Всё как тем летом, девять лет назад, когда в наш мир пришла Динара и вернулась Оля..." - задумался маг Огня, созерцая новорождённую дочь. - "Вот и моя любимая фея нашла свою обретённую! Да, феи - именно обретают".
    - Всё в порядке? - Аня уже вернулась с ларцом и торопливо надевала полные регалии, косясь одним глазом на заснувшую девочку. - Достань мне коробку с парадными туфлями, - она торжественно взяла малышку на руки и подошла к окну в пасмурный мартовский день. - Нууу... Хоть бы на минутку солнце выглянуло!
    - А ты-то на что? - напомнил Роман. - Ты, в конце концов, фея или кто? Лесных Сестёр, чтобы ты знала, на том же Умклорце называют не как-нибудь, а "Несущими свет".
    - Точно! - Аня солнечно рассмеялась, протягивая девочку притихшему зимнему небу. - Слышите, Стихии? Слышишь, дочь моя? Феи в зелёном дарят тебе новый родной мир, именем Земля, и всё Шестимирье, и все миры Пути!

Глава 5. ДЕВИЧЬИ ПРИБАВЛЕНИЯ

2-8 марта 2015

Пустите, пустите!
Моя ли вина,
Что с горем отныне
Я обручена?
Держите, коль худа
Желаете мне:
Рыдать, не рыдая,
Больнее вдвойне.

Луис де Гонгора-и-Арготе[17]

    Четыре ученицы ордена Пути, при двух мамах, приближались к школе.
    Шли не служанки в одинаковых коричневых балахонах - шествовали, в строгой нарядности, школьницы подлинной Империи, не испытывавшей зуда непременно унифицировать всех до мельчайших деталей. Они, разумеется, оставались восьмилетними девчонками, поэтому большей частью скорее весело порхали, чем чеканили шаг, но временами в них проглядывала и неподдельная гордая стать будущих фей Земли.
    Майя уступила руку своей мамы новой подруге - походка Мирославы всё ещё была неровной и не слишком уверенной - и пошла чуть впереди, понемногу начиная торопиться - утро первого сентября выдалось хоть и ясным, но прохладным и довольно ветреным. Она была уже в двух шагах от школы, когда ей помахали рукой справа:
    - Привет! А мы уже здесь!
    - Привет, Дарима! - обрадовавшаяся Майя повернула голову в сторону стоявших во дворе школы шестиклассниц, при этом продолжая быстро идти вперёд. - Ой!
    - Ой! - эхом отозвалась спешившая с другой стороны переулка русоволосая девочка, с которой они крепко стукнулись лбами. - Извини.
    - Это ты меня извини, я отвлеклась, - участливо улыбнулась Майя, потирая лоб.
    - Я тоже, - смущённо призналась девочка. - Мир?
    - Мир. Тебя как зовут?
    - Изольда. А тебя?
    - Майя. Я во втором "А", а ты?
    - Ой, я тоже во втором "А"! Вот учительница наша стоит, пойдём?
    - Майечка, осторожно! - буквально подбежала встревоженная Любовь Тимофеевна. - Тебе же нельзя головой ударяться! Больно? Мирося, поможешь?
    - Мира, да мне не больно, ты лучше Изольде помоги, - вспомнила Майя. - Без кольца справишься?
    - Ой, вы те самые ученицы целительниц, да? - с удивлением сообразила новая знакомая. - Терентий Иванович говорил, что вы в нашем классе будете учиться.
    - Аха, - подтвердила Мирослава, сосредоточенно поднося руку ко лбу Изольды. - Не болит? А вот и наши, - к девочкам подходили слегка задержавшиеся Надя и Бланка.

* * *

    Алина сгрузила на пол последнее детское приданое - акриловую ванночку на складной подставке:
    - Ну что, с первым прожитым днём! Сейчас я всё помою, и вечером будешь купаться, - она обращалась к Малютке И, притихшей на руках приёмной матери. - Ань, ты одна справишься?
    - Справлюсь, - нервно выдохнула Аня. - Я же со всеми малышами помогала, начиная с Динары, так что дело привычное. Неспокойно мне, конечно, но когда-нибудь это всё равно случилось бы. Всё-таки для нас с Натой иметь детей - столь же естественно, как для женщин Воды - не иметь, согласись?
    - Соглашусь, - коротко кивнула Ледяная Дева. - Плохо только, что совсем уж внезапно! Динара-то пришла тогда, когда всё уже было готово к рождению Оли. И я вообще-то не только купание имела в виду.
    Аня снова вздохнула:
    - Да знаю я, потому и неспокойно. Как-то на Параллели без меня продержатся? И на Тарлаоне я нужна. Себе уж помощницу не прошу.
    - Тем не менее, она у тебя будет, иначе получится большая несправедливость, - отрезала Алина. - Ты уже столько сделала для всех миров, включая ту же Параллель, что достойна и дочери, и спокойного декрета, и помощницы. Даше мы ведь помогали, разве нет? Так что еду тебе и глаженые пелёнки будут обеспечивать Марина со Светой - они сами это сказали, поэтому возражения не принимаются. Для мамы оставь приезд раз в неделю, хорошо? Кстати, Роман уже написал оба заявления или вы не будете регистрировать Малютку И в России?
    - Написал, только ему некогда пока, - Лесная Сестра осторожно положила задремавшую девочку в кроватку и взяла с тумбочки прозрачный файл с бумагами. - Лжесвидетельство о том, что я родила вчера ночью, и заявление об отцовстве.
    - Вот я и съезжу с твоей мамой, но нужно ещё от тебя заявление, забыла?
    - Пошли на кухню, я напишу, - Аня деловито тряхнула головой и села за стол, включив по пути чайник. - Первое марта, один час двадцать девять минут... - девочка, со слов её отца, подтверждённых Ларисой, родилась чуть позже полуночи в вольном городе Ксалг, мир Умклорц, где полночь отставала от московской примерно на час. - По адресу... Женского пола... Воскресенская Ия Романовна... Число, подпись... "Обычай мой такой: подписано, так с плеч долой"[18], - она всё же перечитала заявление ещё раз, прежде чем положить его в файл.
    Ледяная Дева тоже быстро пробежала глазами все три бумажки:
    - Всё-таки Ия? А знаешь, неплохо! Имя для нашего времени почти забытое, но притом не навозная "как бы старина" типа Лукерьи или Фёклы.
    - Да у нас даже Фёклу как-нибудь перемагичили бы! Создала же Лара из деревенской бабки Маланьи озорную деву Лань? - рассмеялась Лесная Сестра. - Так, похоже, Малютка И мокрая? - из комнаты послышались тихие предвестники младенческого недовольства. - Всё, меня нет, я в декрете!

* * *

    - Что, нравится наш мир? - улыбнулась сестра Маэль"хёнь.
    - Очень... - задумчиво отозвалась Леренна, оторвавшись от созерцания росшего перед балкончиком дерева, словно танцевавшего в переливчатых магических паутинках. - Ты хочешь сказать, что для тонкого мага, умеющего смотреть, он выглядит ещё красивее?
    - Да, именно так. Вы, наверное, видите тонкие сияющие нити, правильно?
    - Правильно, - подтвердила Люба. - Но мне всё время кажется, будто то ли позади, то ли внутри этих нитей тоже что-то есть.
    - Ну да, иномирным сёстрам Пути и вообще магам-иномирянам, пусть постоянно практикующим, но не живущим этим созерцанием с детства, - обычно не более чем "кажется". А я вижу... нет, это не опишешь словами, вы уж меня простите, - Маэль"хёнь виновато развела руками. - Это даже не совсем зрение, а ещё и наслаждение от некоего шестого чувства.
    - Которое в принципе может развить в себе любой маг, я поняла, - кивнула Ната. - А обычные люди, интересно, что видят?
    - В том-то и дело, что "обычные люди" для нас - как раз маги, - печально вздохнула Маэль"хёнь. - А люди без магических способностей на Алх"менпе - всё равно что в технических мирах, например, слепые, то есть не "обычные", а, наоборот, "калеки". В ваших мирах существуют технические приборы для записи мгновенного вида? Именно чисто технические, без магии?
    - Существуют, у меня даже с собой есть, - Леренна показала маленький фотоаппарат.
    - Вот сделайте такую запись и сравните с тем, что видите своими глазами... Впечатляет? - фея снова грустно усмехнулась.
    - Бррр! - поёжилась Люба, увидев застывшую блёклую картинку на экране и представив себе, как, должно быть, воспринимала мир Савила, пока ей не дали искусственное зрение. - Что, серьёзно? Всё сияние, все краски вашего мира - магические, человек без магии чувствует только вот это?
    - Если бы только краски! Просто по улицам ходить - и то, мягко говоря, затруднительно. Собственно, мощёных улиц в нашем мире и не бывает - мы на магической подушке скользим, смотрите, - Маэль"хёнь перенеслась с балкончика своего дома на странного вида траву перед домом и заскользила над ней со скоростью хорошего бегуна, поднявшись в воздух где-то на десять сантиметров. - Нет, вы этому, скорее всего, уже не научитесь, да нашей сестре и не надо, раз мы появляться можем. А люди без магии у нас, получается, не только слепые, но и безногие! Чтобы ходить просто ногами, как мы дома ходим, нужны дорожки с твёрдым покрытием, но такие только в технических интернатах делают. Нет-нет, в обычных местах их проложить не получится! - быстро сказала она, перехватив готовый сорваться с языка вопрос Любы. - Дорожки непременно будут пересекать магическую подушку, и всем придётся останавливаться, переходить по земле и опять разгоняться, иначе можно очень сильно упасть - это же всё равно что верёвка поперёк пути.
    - Да уж надо думать! - покачала головой Ната. - Прямо как в Москве в нашем мире - если где-то сделали "дружественно к колясочникам", то есть наклонные выкаты вместо ступенек, то зимой даже тем, кто может ногами ходить, приходится на эти самые инвалидные коляски пересаживаться, потому что такие скользкие спуски только на четырёх колёсах и можно пройти.
    - Так можно нам побывать в каком-нибудь техническом интернате? - нетерпеливо напомнила Леренна.
    Маэль"хёнь ненадолго задумалась - было хорошо заметно, что она отнюдь не в восторге от просьбы иномирных фей:
    - Знаете, лучше не надо. Нет, идея массового переселения немагических младенцев в технический мир сама по себе, может быть, и неплоха, но не в такой же! Разорённая войной бедная страна с суровым климатом и сверхвзыскательными устоями не только государства, но и общества - не то место, куда родители захотят их отдать. Да и кто вам сказал, что мы вообще стремимся куда-то отдавать детей, хотя бы и калек?
    - Нууу... А как же ваше плохое отношение к родителям таких детей? - обиженно посмотрела на неё Люба.
    - Ещё хуже будет, поверь! Так-то их воспринимают скорее с высокомерной жалостью, но если узнают, что младенца отдали чуть ли не в рабство, то начнут просто ненавидеть, причём вполне искренне, согласись? Разве что скрыть, что он вообще появлялся на свет, однако это редкие случаи, а вам же надо много людей?
    - Ну почему "в рабство"? - теперь Люба уже откровенно обиделась. - Мы дадим им возможность быть реально нужными и делать дело!
    - То есть ходить строем в заснеженных цехах под знаменем великого Ленина? - насмешливо подмигнула Маэль"хёнь. - Не отрицаю, для жителей таких миров, как Умклорц, это действительно счастье, потому что кормят каждый день, но для нас - бессмысленный шаг назад и не более того. Нет, я не исключаю, что среди "магических калек" могут найтись отдельные добровольцы, но не на тупую же работу! Что-то изобретать, например, или открывать новые земли - это да... Подождите, - фея взяла со стола небольшой артефакт, по которому побежали серебристые переливы, - очевидно, местный аналог телефона. - Да, появлялись, они у меня ещё... Ох, ну как же так... - Маэль"хёнь мрачнела буквально на глазах. - Поняла, сейчас будем! - она резко оборвала разговор и встревоженно повернулась к иномирянкам. - Как раз тот самый случай, о котором мы только что говорили, - в одном из Высоких домов родился младенец без магических способностей. Сестра Наталия, ты ведь из развитого технического мира? Умоляю, возьмите девочку в ваш ковен, иначе она не увидит седьмой рассвет!

* * *

    Не последний человек в магии, Ната даже не предполагала, что где-то могут существовать дворцы столь неотмирной красоты - будто сотканные из золотистых паутинок и мягких туманных облаков, взлетающих ввысь и уводящих вдаль. "Яну бы сюда..." - тихо улыбнулась она про себя. - "Та бы точно почувствовала всю гениальность этого творения... и его недожизненность - тоже", - неожиданно пришло ей в голову. - "Действительно, вторым ли, третьим ли взглядом, подлинно глубоким, прозревается некий изъян в душе дома сего - в той половине души, что дарит дворцу не зодчий, но владетель".
    "И я, кажется, поняла имя изъяну сему", - подумала она, приседая в выверенном реверансе. - "Совершенство! Всё настолько совершенно, что места для жизни уже не остаётся, между тем как жизни всегда нужно свободное место для роста. Даже я, Стихиаль и высокая фея, непроизвольно чувствую большую неловкость - явно же и внешность не идеальная, и во внутренностях кое-чего не хватает, и главное, манЭры у меня - далеко не дамы из Высокого дома", - Ната еле удержалась от смешка.
    - Приветствуем фею Маэль"хёнь дома Арвеир и высокую фею Наталию мира Земля, - Паал"зар, глава дома Гурунд, поклонился Маэль"хёнь с элегантной небрежнинкой, тогда как Нате - с алгоритмической точностью. "Да уж, весьма изящно дали понять, что я им не ровня", - отметила землянка. - "Представляю, как бы в этом доме Любу встретили!"
    - От имени Шестимирья и ковена Сплетения приветствую дом Гурунд! - величаво отозвалась она. - Высокий маг Паал"зар, позвольте выразить сочувствие вам и высокой магине Леань"лись.
    - Благодарю, высокая фея Наталия, - стоявшей рядом с Паал"заром молодой женщине редкостной красоты стоило огромных усилий не сорваться в слёзы. - Вы возьмёте к себе мою дочку? Да, всё равно я больше не увижу её, и она не увидит седьмой рассвет на Алх"менпе, но...
    - Дом Гурунд просит орден Пути и ковен Сплетения принять тело не увидевшего седьмой рассвет потомка, - прервал её Паал"зар - при этом он лишь слегка приподнял руку, но женщина немедленно застыла на месте.
    - Ковен Сплетения принимает! - ответила Ната, мысленно уже беря на руки малышку - колыбель стояла здесь же, совсем рядом. - Возвестите же имя потомка!
    - Будь дева действительно потомком дома Гурунд, её осенило бы имя Фаань"аинь, - с явным облегчением сказал Паал"зар. - Но ковен Сплетения даст своей воспитаннице другое, его же я не ведаю.
    - Прими же, высокая фея Наталия! - начавшая всхлипывать Леань"лись в последний раз прижала малышку к груди и протянула её Нате.

* * *

    - Нет-нет, это наша с Иваном девочка! - горячилась Хомка. - У Степана с Таней и так две дочки, и Таня слишком занята, а я всё-таки индивидуальный предприниматель, мне, кроме налоговой, ни перед кем не отчитываться и ни с какой учёбы не уходить. И потом, сейчас как раз конец зимы, то есть то, что меня не видели с пузом, тоже вполне объяснимо - зимой я вообще мало выезжаю.
    - Иван-то согласен? - тревожно вздохнула Ната.
    - Да, мы с ним уже несколько лет планируем взять приёмную девочку. С мальчишкой он боится не справиться, ты же знаешь, какое у него самого было детство. И мне "мамина радость" будет... - Хомка сладко зажмурилась и потянулась к начавшей просыпаться малышке. - Её мать, наверное, красивая?
    - Очень! Но видишь, как оно бывает, - "не родись красивой, родись волшебной!" Это люди попроще повздыхали бы и отправили в итоге девочку в технический интернат, а в Высоких домах, то есть в среде высшей магической аристократии, от таких детей избавляются радикально. И никто не рождался, всё это слухи и клевета!
    - Ох... А зачем? Можно же просто кому-то отдать под другой фамилией.
    - Что в итоге и было сделано, так что Фаань"аинь повезло, что на Алх"менпе как раз в это время оказались сёстры из иных миров, - усмехнулась Первая сестра. - Ну да, там, где о магии речь не идёт, обычно так и поступают, но для Высоких домов того мира просто лишить "магического инвалида" фамильного титула недостаточно - они очень тщательно следят, чтобы в мире не появлялось повреждённых генов высшей аристократии. Так что девочку мне отдали под слово ордена Пути, что она никогда не будет приходить в родной мир.
    - Ну и мрази же! - вспыхнула Хомка. - Знаешь, я хотела побывать на Алх"менпе, но после того, что ты рассказала, мне любая красота их дворцов будет казаться жутким уродством. И Сталина, кстати, оправдать не могу, не принимает душа! Все наши, понятно, тоже его не любят, но поддерживают, а я - не могу! Ну да, появлялась на Параллели несколько раз, но с самим Сталиным встречаться не буду, пусть даже не думает меня награждать!
    - И ты, между прочим, ничего не потеряешь, что не увидишь дворцы Высоких домов, - согласно кивнула Ната. - Такие тонко чувствующие сёстры, как ты, сразу ощущают там, я бы сказала, "недожизненность". Красота есть, а жизнь - исчезает! Даже Маэль"хёнь тяжело было во дворце дома Гурунд, хотя она сама из аристократов.
    - А? - несмело вмешалась в беседу проснувшаяся девочка, собираясь заплакать. - А-а!
    - Всё, Наталь, ищи артефакт от Тани! - Хомка моментально подскочила к малышке и с хищной нежностью подхватила её на руки. - Как, ты сказала, её зовут - Фаина?.. Слушай, можно вас с Виктором попросить приданое ей подогнать к нам в Питер? А то я не могу по магазинам отлучиться, у меня же дочка родилась только неделю назад!

* * *

    Страна, в лице Нади, хорошо знала своих первых Героев Советского Союза, поэтому, когда учительница произнесла "Слепнёва" и Изольда немедленно отозвалась, Надя пришла в восхищение: "Ух ты, папа - знаменитый полярный лётчик!" Впрочем, с их новой знакомой четыре ученицы ордена Пути успели немного сойтись, ещё не зная фамилии, и из школы все пять девочек шли уже вместе, провожая её домой - жила она, как выяснилось, довольно близко.
    - А как вы с целительницами познакомились? - полюбопытствовала Изольда, когда компания прошла где-то половину пути. - Они же, наверное, не всех подряд девочек в ученицы берут?
    - Я в больнице лежала, а они как раз к нам пришли, - буркнула Надя. - Ну я и сказала, что видела Дусю во сне два дня назад. Дуся - это моя наставница.
    - Что, болела сильно?
    - Ранена была, очень тяжело. Я же из Киева, нас во время эвакуации разбомбили. И мама погибла... - Надя отвернулась, чтобы никто не видел, как она плачет.
    - Ой, извини, я не знала, - погрустнела Изольда. - У меня тоже мама умерла, ещё в тридцать шестом.[19] Не было тогда целительниц... А можно я тоже попробую?
    - Стать целительницей? - удивлённо посмотрела на неё Майя. - Это магическим кольцом надо проверять, а они у нас не с собой.
    - У меня есть, я всегда беру, - улыбнулась Бланка. - Руку дашь? - она выудила из кармана своё кольцо ученицы и надела его на палец Изольды.
    - Я вижу... - растерянно прошептала та. - Буквы как будто в воздухе написаны...
    - Я же говорила, что будет полная звёздочка наших учениц! - обрадовалась Мирослава.

* * *

    Сталина была феей коммунистического труда, поэтому, получив от Зои пионерское поручение взять ученицу, не стала кокетливо колебаться, а сразу отчеканила: "Всегда готова!", после чего отправилась к гному. Обязанности последнего, слава Б... большевикам, на Параллели исполняла Оля, и девочке не пришлось надевать роскошные полные регалии или выслушивать дополнительное ворчание - юная целительница с азартом взялась за работу, пообещав сделать две цепочки и кольцо с кулоном уже к вечеру. Быстро заскочив к Изольде домой и договорившись насчёт посвящения, Сталина помчалась в клинику к Спасокукоцкому, где в последнее время появлялась всё чаще, и заработалась там до самого вечера. Затем она, как всегда, зашла в комнату целительниц в "Склифе" и...
    - Здравствуйте, - машинально кивнула Сталина - девушка со "Знаком Почёта" на груди в первый момент показалась ей незнакомой.
    - Привет, Лина! - отозвалась девушка голосом Лемиаты. - Что, не узнала? Это я ещё косу не отрезала, - Лемиата была в строгом деловом костюме, без колец, и в ушах у неё в кои-то веки не колыхалось массивное золото.
    - Ох, извини, - смутилась Сталина. - Поздравляю с наградой!
    - Спасибо! Присоединяйся, - на столе присутствовал неприлично роскошный для военного времени комплект сластей - явно из какого-то иного мира.
    - Нет, Леми, извини, очень некогда, - на самом деле девочке в первую очередь было страшно неловко есть пирожные, когда не только пресловутым "неграм в Африке", но и многим белым в Европе не хватало самого обычного сахара. - Мне ещё свою первую ученицу сегодня посвящать... Ой, я же туфли ей купить забыла!
    - Знаю, - усмехнулась Лемиата. - Ната всё предусмотрела, так что Оля принесёт вместе с регалиями. Ты сейчас домой или сразу к Изольде?
    - Домой, мы с Олей договорились, что я у себя её подожду, - Сталина торопливо перенеслась в свою квартиру.

* * *

    - Ну оставьте вы в покое наш несчастный мир! - взвилась сестра Виорила. - Потерял Путь так потерял, новое общество так новое общество, и не надо к ним лезть - они же к вам не лезут? - то, насколько бывшей Первой сестре Меротании неприятно было вспоминать о навсегда покинутой родине, ощущалось буквально кожей. - "Предоставь мёртвым погребать своих мертвецов"[20] - так, кажется, говорил Сын Божий в том мире, где Он воплощался?
    - Так, - вздохнула Ната. - Но в том-то и дело, что речь не о мёртвых, а о живых! Которые, между прочим...
    - Которые, между прочим, уже почти и не рождаются, так что вы опоздали лет эдак на пятьдесят, - перебила сестра Моренана - Первая ученица Меротании, до последнего остававшаяся Скорбной сестрой своего мира и ушедшая на Маалис практически одновременно с переселением в Фассан земного ковена. - Теперь пол контролируется заранее, никаких лишних мальчиков! В общем, полная и окончательная победа феминизма, как в твоей стране с социализмом было к середине прошлого века, - женщины как единственный неантагонистический класс общества.
    - Что, даже без "прослойки"? - прыснула Хсе-Даань.
    - При любом строе есть вещи, о которых вслух не говорят, не так ли? - язвительно усмехнулась Моренана. - Или, по крайней мере, добавляют стыдливую ритуальную скороговорку.
    - Дай я угадаю, какую именно, - подхватила землянка. - На Меротании в будущем, по логике вещей, непременно наступит партеногенез[21], как у нас должен был наступить коммунизм? А пока у вас феминизм как первая фаза партеногенетической формации, и вы вынуждены содержать в питомниках некоторое количество самцов?
    - Вот именно, - буркнула Виорила. - Как говорится, "временные трудности", но Генеральная фемина уже обещала "показать последнего мудня", причём это опять же не более чем фигура речи - обычные женщины и так мужчин никогда не видят, только работницы питомников. Оплодотворение, понятно, для всех искусственное - подаёшь заявку и получаешь отфильтрованные семена девочек.
    - Вот так, значит? То есть никакого соперничества за ресурсных самцов?
    - Ну да, у нас радикально упростили жизнь. Да всякое общество хочет максимально упростить свои задачи, разве нет? Что Сталин стремился сделать Европу социалистической, чтобы над Россией не нависала, что англосаксы у вас сейчас стремятся устранить Россию, потому что параллельное существование ещё одной цивилизации слишком сильно всё усложняет.
    - Да, в масштабах всего мира такое общество способно существовать сколь угодно долго, - согласилась Хсе-Даань. - Никто и не задумывается, что можно жить как-то по-другому, раз перед глазами нет альтернативы.
    - Нет - и не надо! - раздражённо поморщилась Моренана. - Кому на ровном месте мужчин жалко, те просто при маскулинизме не жили! Нас же не просто эксплуатировали - нам с раннего детства в мозги молоток подсаживали: "Женщина должна-должна-должна".
    - Прости, а кто подсаживал-то? - ухмыльнулась Ната, которой подобное давление тоже было хорошо знакомо.
    - Ну, мамáки, - неохотно призналась Первая ученица. - Женщины старшего поколения, то есть. Но эксплуататорский класс - всё равно мужчины!
    Виорила подняла руку, прерывая гневное обличение:
    - Ладно, давай уже ближе к делу. Итак, если по существу, лишних младенцев на Меротании нет и не предвидится, зато есть... - она улыбнулась и показала на себя. - Сестра Наталия, примет ли меня Советский Союз на параллельной Земле? В родном мире я считалась неплохой природницей.

* * *

    Описторх Париатус, стоявший, по своему обыкновению, у окна, нарочито неторопливо повернулся в сторону появившейся в кабинете Аменсины:
    - Прошу садиться, дочь моя. Я так понимаю, на... Земле женщины из высшей знати одеваются именно так?
    - Да, в том числе и так, это деловой стиль, - девушка была в офисном брючном костюме, с неброской нитью жемчуга на шее. - И не только знать, но и Нери.
    - Я надеюсь, она хотя бы не надевает жемчужное колье? - усмехнулся Париатус. - Даже Тиормине, как ты помнишь, не по статусу, - жемчуг на Аумерне был невероятной редкостью, и Тесиалина, которой Ната успела подарить целую шкатулку, заказала всего лишь три нити - себе, Эмеалине и Сариолине в приданое: "Пусть нить жемчуга будет привилегией хозяек замков и ничьей больше".
    - Нет, только серьги, - в тон ему ответила Аменсина. - Пусть это тоже будет привилегией, но уже доверенных служанок.
    - Быть по сему, - кивнул описторх. - Тогда не забудь одарить Таселу и Мерлиту. Но ты ведь сегодня появилась не за этим, так? Да, твоё посвящение в полные сёстры ордена Пути заслуживает торжества, но на подготовку понадобится где-то неделя. Кто посвящает?
    - Ната и Анастасия. А Нери - Маахш и Безымянная сестра, - Аменсина ничуть не удивилась тому, что отец сразу всё понял, - после того, как она возникла прямо в его кабинете, ход мыслей любого осведомлённого человека лежал буквально на поверхности.
    - Нериаму вы тоже посвящаете? Хорошо, пусть так, но Эмеалина очень просит сделать полной сестрой ордена ещё и Мерлиту, это магически допустимо?
    - Да-а? - теперь девушка реально удивилась. - Допустимо, конечно, но...
    - Но почему Эми поинтересовалась об этом не у тебя, а у меня, ты хотела спросить? Девочка моя, я владетель замка сего и описты сей, а посему это более чем естественно, - Париатус улыбнулся, чуть приобняв надувшуюся дочь.

* * *

    Почти валившаяся с ног Белка буквально рухнула за стол на огромной кухне фассанского дома ковена:
    - Нет, Наталь, ты как хочешь, но эта идея с иномирными малышами - просто дурь и вообще фашизм какой-то! Я как раз их осматривала и лечила - не одна, конечно, но остальные наши вообще трупами лежат! Приёмник - даже не "казарма", а тюрьма тюрьмой, малыши плачут, мам зовут...
    - Которые их и продали, - вставила Ната.
    - Но они-то всё равно к маме хотят! Три сотни малышей, по-русски не говорят, многие больны сильно, а персонал в советских казённых заведениях - ну ты понимаешь... Кси одну такую тётку даже ударила - это нам с Машом нельзя, а ей-то можно, - в голосе девушки сквозило явное сожаление. - Хотя мы сразу подогнали им и тушёнки, и ещё много всякого, чего в сорок втором в Москве вообще не было. Настолько за дело тётка получила, что Зоя только рукой махнула, при всём тогдашнем "чиновозрастоугодии".
    - В данном случае - без "чино", - не преминула заметить Первая сестра. - Небось нянечка какая-нибудь была? А Ксения - целительница, так что по чину она как раз выше.
    - А можно вообще не играть в эти обезьяньи игры? - поморщилась девушка. - Почему нельзя просто заниматься своим делом? Ну да, в госпитале и врач наорать может, и пациент, но он-то орёт просто потому, что ему плохо, а такие "метробабки", как приснопамятная Текля, требуют именно почтения! Вот этого я никогда не пойму.
    - Потому что у них весь смысл жизни - в иерархии, а ты - другая, как и все мы. Так с ними что, всё так плохо? Я и сама, если честно, уже не рада, что притащила этих малышей в сталинский Советский Союз - там не намного сытнее, чем на Умклорце. Ну да, у Сталина они получат образование, тогда как в их родном мире половина неграмотных, но в Советском Союзе холодно и, как говорится, "строем ходят". Так что, думаю, мы это прекратим - ну что такое для демографии сотня детей по сравнению хотя бы с миллионом ленинградцев, которые на параллельной Земле не умерли от голода?
    - Это вечный спор, - улыбнулась Белка. - Что лучше - когда государство гарантирует и заставляет или когда не гарантирует, но и не заставляет?
    Ната, чуть задумавшись, ответила:
    - Я бы сказала - "кому как", но здесь важно, чтобы был выбор. Обрати внимание - когда разрешили эмигрировать, Россия отнюдь не обезлюдела, хотя постсоветский бардак был тот ещё. Так что анекдот про Брежнева с Косыгиным - именно не более чем анекдот.
    - Расскажешь?
    - Ты не знаешь, что ли? Это же классика! Косыгин, значит, предлагает Брежневу: "А что, если сделать свободный выезд из Советского Союза?" Ну, Брежнев сразу за голову хватается: "Алексей, да ты что? Все уедут, вдвоём останемся!" На что Косыгин отвечает: "А кто второй?"
    Белка, хоть она уже и засыпала на ходу, засмеялась:
    - Я поняла! Наталь, у тебя найдётся что-нибудь типа бульона? Чай не хочется, и что-то плотное - тоже.
    - Вот именно что "типа", то есть кубики. Тебе куриный или грибной? - Ната поднялась из-за стола и полезла в один из многочисленных шкафчиков.

* * *

    Первое усыновление иномирных детей произошло тем же вечером, когда к задержавшейся на работе заведующей детским приёмником (задержались абсолютно все, причём некоторые - с прошлой ночи, чем, в том числе, и была вызвана агрессивность нянечки) робко постучалась двадцатидвухлетняя медсестра Анна:
    - Татьяна Петровна, можно к вам?
    - Усыновлять будешь? - заведующая моментально всё поняла, прекрасно зная, что у Анны ещё в прошлом году погиб на фронте муж, которого она очень любила.
    - Да-а... - медсестра начала плакать.
    Зведующая задумалась, намазывая маслом кусок свежего белого хлеба - ужинать ей пришлось на работе, и она взяла часть принесённой феями провизии к себе в кабинет:
    - Аня, ешь, а то постеснялась небось? Я тебе ещё две банки тушёнки отложила и кулёк чая, - это было не совсем по справедливости, но Татьяна Петровна посчитала, что молодая женщина обойдётся без масла, сала и конфет, заменив всё это второй банкой тушёнки. - Ну, ты у нас на хорошем счету, но... Когда вы с мужем расписались?
    - Второго марта, а то с третьего уже пост... Ой!
    - Да ты и крестик носишь, я знаю. Не бойся, всё между нами.
    - И Пашенька крещёный был... - всхлипнула медсестра.
    - Аня, ну ты же понимаешь, почему я спрашиваю, - участливо посмотрела Татьяна Петровна. - По срокам ты можешь усыновить, с тем чтобы потом выдавать за своего, ребёнка не старше девяти месяцев, так ведь? Сейчас посмотрю... - она зашуршала бумажками. - Феи эти часто примерно записывали, со слов родителей... Есть мальчик, ему десять месяцев, но можно подправить, и есть девочка - ей как раз девять.
    - А можно обоих? Паша очень маленькую Анечку хотел.
    - А ты справишься? Двух поднимешь?
    - Татьяна Петровна, так ясли-то - здесь же!
    - Да я не об этом. Феи, допустим, всех малышей одели, но это ведь только на первое время! А кормить чем будешь?
    - Татьяна Петровна, ну мы же в Советском Союзе живём!
    - Ну смотри у меня! Проверять будут серьёзно - и по политической части, и доходы, и жилищные условия. Сама-то ты хорошая, тут я не сомневаюсь.
    - Подниму, - упрямо повторила Анна.

* * *

    О посвящении Млфинхн, то есть, конечно же, Мальвины, в ученицы ордена Пути можно сказать коротко: "Состоялось". Двухлетнюю девочку приняла привязавшаяся к ней Лида, твёрдо решившая удочерить её после собственного совершеннолетия, до которого оставался месяц с небольшим. Пока же Мальвина, страшно гордая магическим зелёным платьем и регалиями ученицы, осваивалась в Москве вместе с Тцанкн, взявшей имя Татьяна и фамилию по родной стране - Нарсанова.
    Приятной неожиданностью стало почти моментальное выяснение дара Мальвины - девочка сразу после посвящения спросила: "Лида, у тебя внутри кости, да?" К сожалению, она ещё слишком мала, чтобы внятно объяснить врачу, что именно видит, но уже ходит в обнимку с анатомическим атласом - читать-то умеет!
    Совсем скоро девочка наденет кремовый халат ученицы и встанет рядом с хирургом, но пока Лида лишь представила Юдину будущую целительницу и немного погуляла с ней во дворе "Склифа". Не слишком доволен был только Сталин, но и он понимал, что история и просто жизнь не кончаются Отечественной войной, и целительницы будут нужны всегда.

* * *

    Раненый был тяжёлым - обширные ожоги и перебитый осколком позвоночник, и пожилой хирург честно признался:
    - Девчата, мы его не вытащим. Вы - ещё может быть. Простите, Мария Ильинична, я не имею права даже помогать вам, иначе потеряю раненого, которого ещё можно спасти.
    - Попробуем без Люсёны, - начала дирижировать Маша, вспомнив, что Люся сегодня на дежурстве. - Денис, бери артефакт от Лены и удерживай, - парень твёрдо решил стать врачом и в госпиталях появлялся довольно часто. - Ди, нам потребуется самая обычная хирургия, справишься?
    - Инструменты нужны и перчатки, - скороговоркой ответила Диана. - И ассистент, конечно.
    - Инструменты - вот, в лотке, - подключился хирург. - Ещё раз простите, но это всё, что я могу для вас сделать.
    - Спасибо, а перчатки?
    - Держите, Диана Георгиевна, - хирург сунул "Болотной валькирии" упаковку и вышел из импровизированной операционной.
    - Ассистирую я, нас немного учили, - продолжила целительница. - Фиск, ты за анестезиолога, артефактом.
    - Ага, - Анфиса достала артефакт от Оли и заняла место рядом с Денисом. - Что, осколок спереди вошёл?
    - Фиск, ты что, краёв не видишь, в смысле краёв раны? - огрызнулась Диана. - Всё, работаем! Это ему на память, - она извлекла осколок. - А это называется "Не пришей кобыле пищевод"... Маш, тело позвонка не затронуто, но канал перебит, так что дальше по твоей части. Дуги и отростки я собирала артефактом от Анастасии.
    - Сейчас посмотрю, - Маша сложила использованные инструменты в другой лоток и наклонилась над раненым. - Блин, ну у тебя и шуточки! Нельзя так с пациентом.
    - Да знаю я, но он всё равно в отключке, - отмахнулась "Болотная валькирия".
    - Тише! - целительница заметила, что раненый что-то шепчет. - Нет, не осетинский язык, я разобрала только "Муса". Имя, в смысле.
    - Точно, он же кавказец! Ладно, дальше что?
    - Дальше ты отдыхаешь от медицины, то есть притаскиваешь сюда Рийну и артефакт от Вадима.
    - Артефакт у меня в сумке лежит. А почему не Аню... а, ну да. Щас! - Диана исчезла и через несколько минут вернулась с Рийной.
    - Tere[22]. Ой, привет! - мягко улыбнулась эстонка. - Что нужно сделать?
    - Нарастить кожу, видишь? А я всякие токсины уберу.
    - Всю сразу у меня не получится. Ожоги только спереди или сзади тоже?
    - Сколько сможешь, потом я твоим артефактом доделаю.
    В этот момент сожжённые губы раненого зашевелились, и он снова прошептал:
    - Муса...

* * *

    Помимо своего личного дара феи, Маша выучилась на универсальную целительницу, поэтому занималась тяжелораненым (теперь она знала, что зовут его Муслим Халилов) ещё довольно долго и изрядно устала, и для неё стало подлинным наслаждением выйти отдохнуть во двор госпиталя - в тёплый одесский сентябрь. Курить она не курила, но по чисто профессиональной привычке приблизилась к двум курившим солдатам, один из которых был легко ранен, а второй - явно контужен, и уже хотела было спросить у контуженного, не может ли она помочь, но вдруг остановилась как вкопанная. Солдаты говорили на хорошо знакомом ей иронском диалекте осетинского языка!
    - Эта грузинская морда совсем воевать не умеет! - горячился контуженный. - Половину взвода положил на ровном месте! Да любой сержант без потерь обошёлся бы, а этот!.. (последовало смачное ругательство). Только у нас в отделении - и Муса убит, и Муслима небось даже до госпиталя не довезли...
    "Классика всех времён и народов - солдаты распекают командира за боевые потери", - целительница непроизвольно улыбнулась, хотя ничего смешного, естественно, в ситуации не было.
    - Не стóит так громко кричать, - сказала она, подойдя почти вплотную к солдатам. - По-осетински здесь могу понимать не только я.
    - Ох, простите! - раненый, хоть и был потрясён до глубины души, приложил руку к сердцу. - Вы... зелёная целительница? То есть, я хотел сказать...
    Маша улыбнулась, давая солдатам полюбоваться не только своим нарядом, но и своей девичьей красотой:
    - Как видите, именно зелёная и именно целительница, иначе что бы я делала в госпитале? Но правильно - "сестра ордена Пути". Я не осетинка, просто знаю язык. Да, зовут меня Мария.
    - Руслан.
    - Батраз, - смущённо представился контуженный.
    - Кстати, позвольте мне, - Маша положила руки с кольцами на голову солдата и начала сосредоточенно нажимать пальцами. - Мой основной профиль - как раз контузии, ранения в голову, повреждения позвоночника и прочее в том же духе. Вам лучше?
    - Да, премного благодарен! Теперь меня что, выпишут?
    - Я, конечно, скажу, что я вас лечила, но неделю вас точно продержат, знаю по опыту. Между прочим, Халилов жив и должен поправиться.
    - Тоже вы лечили? - сообразил Руслан.
    - Не я одна, нас здесь несколько. Только не рвитесь к нему сегодня - он пока не пришёл в себя, всё время звал какого-то Мусу. Его друг, я так понимаю?
    На лицо Батраза словно набежала густая чёрная тень:
    - Наш друг. Он погиб. Нас четверо - два осетина и два аварца, с самого начала войны сдружились.
    - Они с Муслимом породниться собирались, - добавил Руслан.
    - Жениться на сёстрах друг друга, я поняла, - вздохнула Маша.
    - Ну вот, а теперь будет только одна семья, а семьи друга - не будет! - Батраз машинально извлёк из портсигара новую папиросу и, прикурив, яростной затяжкой уполовинил её.

* * *

    На следующее утро Маша снова появилась в одесском госпитале - в принципе эта смена здесь была не её, но она не могла не проверить, может ли Халилов двигать ногами, потому что вчера он в сознание не приходил. В коридоре "пасся" ещё один вчерашний знакомый - Руслан, и целительница, тихо рассмеявшись, помахала ему рукой:
    - Доброе утро! В палате у Муслима Батраз, а вы караулите?
    - Доброе утро, Мария! - улыбнулся осетин. - Ну да, но вы же своя?
    - Безусловно! Руслан, скажите, Муслим пришёл в сознание?
    - Да, говорит кое-как, заходите без стука, - осетин пропустил целительницу в палату, сам оставшись караулить. Батраз действительно сидел у одной из кроватей и в первое мгновение дёрнулся, но потом тоже приветливо заулыбался:
    - Доброе утро, Мария! Вы к Муслиму?
    - Доброе утро, Батраз. Естественно, к нему. Как вы себя чувствуете?.. Спасибо, а теперь я хотела бы посмотреть на Муслима. Доброе утро!
    - Доброе утро, - кое-как попытался улыбнуться вчерашний пациент.
    - Муслим, скажите, у вас ноги двигаются? Остальное сейчас уже не так важно.
    - Двигаются, - пациент скривился от боли.
    - Но при этом болят, я правильно поняла?
    - Да. Когда двигаются, всё болит.
    - Муслим, а давай попросим пери отнести твоему отцу письмо, - шёпотом, наклонившись к самому уху друга, предложил Батраз. - Пери ведь летают и исполняют желания? А то похоронка на Мусу будет целый месяц идти.
    - Никаких писем мимо цензуры! - гневно прошипела Маша. - Вы же знаете, что так можно случайно разгласить военную тайну. А вот передать что-то на словах - такое желание я исполнить могу. Какой адрес и как зовут вашего отца?
    - Мурад Халилович, - одними губами произнёс Муслим, после чего назвал аул и дом.
    - Поняла. Скажу, что вы ранены, а Муса погиб, но не буду говорить, где.
    "Да", - показал Муслим одними глазами.
    - Ждите, скоро должны подойти другие целительницы, - сказала Маша нормальным голосом. - Сейчас я их вызову.

* * *

    Маша сообразила сначала посоветоваться с Сосланом Батразовичем, и тот решительно взял дело в свои руки: "Во-первых, непременно будь с мужем, тем более что на тебе обручальное кольцо. Дагестан, конечно, не пресловутая Саудовская Аравия, но к одинокой чужой девушке там будут, мягко говоря, вопросы. И потом, ты же не к соседке забегаешь потрепаться о женских делах, а извещаешь семью, так что приличнее самим тоже быть семьёй. Во-вторых, надеюсь, ты не собираешься идти без платка? Нет-нет, тот платок, в котором ты ходишь в храм, слишком радостный, так что для такого печального случая я дам тебе чёрный. В-третьих, обязательно будьте оба при наградах и магических регалиях, коль скоро они у вас есть". В итоге Маша надела поверх платья феи жакет с орденскими планками, а Александр облачился в пиджак сороковых годов и папаху - всё же он был осетином.
    Дом Халиловых они нашли практически сразу и постучались в калитку:
    - Мир дому сему! - Александр говорил по-русски, давая понять, что аварским он не владеет, и рассчитывая на то, что хозяин дома, как почти все дагестанские мужчины, знает русский.
    - Здравствуйте, - степенно подошёл к калитке кавказец средних лет.
    - Здравствуйте, Мурад Халилович. Я Александр Чехоев, а это моя жена Мария.
    - Осетины? - было хорошо заметно, что хозяин зацепился удивлённым взглядом за орденские планки Маши. - Откуда? Не слышал, чтобы поблизости жила осетинская семья.
    - Мария - пери, она может появляться в любом месте.
    - Пери в зелёном? Слышал я о вас, - длинное платье и кольца тоже были оценены по-новому. - Заходите, будьте гостями! - теперь Александр и Маша поняли, почему Мурада Халиловича не мобилизовали - его движения были какими-то скованными.

* * *

    После знакомства и небольшого разговора о положении на фронте Александр наконец сказал:
    - Простите нас за скорбные вести! Вчера погиб Муса Гаджиев, а Муслим был ранен, он просил Марию передать вам.
    Реакция хозяйки дома - невысокой женщины, выглядевшей явно старше своего возраста, - была предсказуемой - она охнула и произнесла несколько слов по-аварски, должно быть, означавших: "Сынок, да как же ты так?" Мурад Халилович, тяжело вздохнув, поднял глаза вверх и прошептал короткую молитву. Двое младших сыновей встретили весть с молчаливой серьёзностью, а дочь - девушка лет пятнадцати - вскрикнула и разрыдалась, спрятав лицо в ладонях.
    "Ну да, Муса был её женихом", - вспомнила Маша. - "Теперь ей не выйти замуж - за тех парней, что вернутся, наверняка уже сговорены невесты. А если она ещё и любила Мусу? Как бы руки на себя не наложила".
    Мурад Халилович тем временем печально произнёс:
    - Это действительно скорбная весть. Муса был единственным сыном моего друга, которого не стало ещё до войны, - он бросил взгляд на рыдавшую взахлёб девушку и неодобрительно покачал головой, но ничего не сказал. - Мария, что с Муслимом? Это ведь вы его лечите, иначе с чего бы он попросил вас появиться в нашем доме?
    - Да, я, - Маша бросила опасливый взгляд на хозяйку. - Ожоги, но жить будет, на то я и целительница. Правда, могут на фронт уже не отправить, а перевести в тыловые части или вообще комиссовать.
    - Я так и думал. Будь он просто легко ранен, его бы не лечила орденоносная пери, так ведь? Что ж, на всё воля Аллаха!
    Всё ещё всхлипывавшая девушка, услышав последние слова отца, гордо выпрямилась:
    - Если воля Аллаха в том, чтобы мне быть одной, да будет так! Буду целительницей, как Мария.
    - Смотри, как бы Аллах не покарал тебя за такие дерзкие слова! - строго изрёк Мурад Халилович по-аварски.
    - Я догадываюсь, чтó примерно вы сказали, - улыбнулась Маша. - Но что, если воля Аллаха именно такова? Сможет ли Патимат стать одной из нас - это можно проверить прямо сейчас.
    - "Одной из вас"? Пери?
    - Да. Патимат, дайте, пожалуйста, левую руку, - Маша начала стаскивать с пальца кольцо с корнерупином. - Я ведь тоже когда-то была самой обычной девочкой.
    Патимат буквально проткнула средним пальцем кольцо, которое поднесла целительница, и та поторопилась предупредить:
    - Не вслух! Шёпотом, мне одной.
    - Магическая надпись? - поняла девушка. - Pro domo sua. Правильно?

* * *

    В начавшейся перепалке на аварском языке все забыли про гостей, и Маша, взяв Александра за руку, перенесла его во двор:
    - Подождём? Чтобы им потом не было стыдно, что они выясняли отношения при гостях.
    - Да что тут ждать? - нахмурился маг. - Не отпустят они дочку, а Патимат против воли родителей не пойдёт.
    - А Мурад Халилович, интересно, пойдёт против воли Аллаха? - усмехнулась целительница.
    - А кто сказал, что того, чтобы Патимат стала Лесной Сестрой, желает Сам Господь? И потом, большинство кавказцев - мусульмане только тогда, когда им это выгодно.
    - По-моему, к любой религии относится, нет?
    - Ну да, и вообще к большинству людей, соглашусь. Нет, Мурад Халилович - человек умный и добрый, но "деятельность вне дома" всё равно будет ревниво оберегать от женщин до последнего. Другое дело, что внутри дома кавказская женщина часто вертит мужем, как Бонапарт Европой - тут уж "всё как у людей".
    Маша грустно рассмеялась:
    - Когда ж мне тобой вертеть? Даже вся кухня у нас - и та на тебе!
    - Потому что у тебя - служение, родная моя...
    - А у тебя - разве нет?
    - Только потому и уживаемся, не находишь? "Магу - магово".
    Дверь дома распахнулась, и оттуда выбежала Патимат:
    - Мария, у меня же кольцо ваше! - она сняла кольцо, но почему-то, отдав его целительнице, продолжила стискивать её руку. - Я буду пери!
    - Отпустили, получается? - удивилась Маша.
    - Отпустилась! Пери в зелёном ведь могут брать с собой?
    - Да, твоё право. Pro domo sua! - через секунду все трое уже стояли на подземной базе.

* * *

    - Ваш отец в конце концов поймёт, что, уйдя в Лесные Сёстры, вы сражаетесь и за его дом, - сказала Маша. - Потому я и произнесла наш девиз перед тем, как забрать вас сюда. Он ведь, как я заметила, болен?
    - Да, у него... как называется, когда в сосудах постоянно образуются мелкие тромбы? - ответила с интересом озиравшаяся вокруг Патимат.
    - Так и называется - "тромбоз". Не хотите убирать такие состояния? А то у... на Земле целительницы с таким даром ещё нет, - Маша чуть было не сказала "у вас", но вовремя спохватилась.
    - Да. Будет, - девушка гордо выпрямилась. - Я действительно хотела замуж за Мусу, но раз Аллах взял его к себе - приму служение пери в зелёном!
    - Девы, я вас оставлю, хорошо? - напомнил о себе Александр. - У вас сейчас будет то, что лучше свадьбы, да и у меня дела, - он многозначительно усмехнулся.
    - Конечно, но с тебя один поцелуй! Когда ещё у тебя будет возможность поцеловать "замоташку"? - целительница крепко обняла его, отпуская в межмировую обитель. - Да, Патимат, когда ты станешь одной из нас, можешь продолжать ходить в платке, не обязательно в зелёном. А сейчас мы одни, и обе можем снять платки. Да, и можно на "ты".
    - Мария, а как это будет - "стать одной из вас"? - спросила девушка.
    - Принимаешь платье ученицы и магические регалии и произносишь девиз, ты его знаешь. Кстати, надо ещё заказать эти регалии. Ты серьги носишь, заказывать?
    - Да, ношу, - Патимат сняла наконец платок и показала серебряные серёжки. - А можно мне сделать магические регалии из серебра?
    - К сожалению, нет. Я знаю, что на Кавказе любят серебро, но у Лесных Сестёр должно быть именно золото. Но никто не мешает добавить, например, простое серебряное кольцо, не магическое.
    Девушка обрадованно улыбнулась:
    - Прекрасно! Да, а с Муслимом я смогу повидаться, пока он в госпитале?
    - Хоть сейчас... Слушай, у меня есть идея!

* * *

    Маша, улыбаясь, вошла в палату к Муслиму:
    - Добрый вечер! Вам лучше?
    - Добрый вечер! Да лучше, конечно! - аварец действительно выглядел гораздо лучше. - Ваши меня весь день лечили, сказали - через несколько дней вставать смогу. А на фронт-то - смогу? За себя и за Мусу!
    - Тут, к сожалению, не от нас зависит, а от врачебной комиссии, - поморщилась целительница. - Батраз мне тоже нажаловался, что полностью здоров, а его в госпитале держат. Да, были мы с мужем у ваших родителей, всё передали.
    - И что отец сказал? Ох! - Муслим машинально приподнялся, но сразу же рухнул обратно на кровать.
    - Сказал, что на всё воля Аллаха - отправят вас на фронт или в тыловые части. И ещё сказал, что не станет ничего говорить матери Мусы до официальной похоронки. Муса, кстати, будет похоронен в Кишинёве.
    - Да это понятно, - буркнул аварец. - Сестру очень жалко, она же его по-настоящему любила.
    - Кстати, мы устроили её судьбу, то есть она сама устроила, - загадочно усмехнулась Маша.
    - Да?! И за кого же просватали? Все ведь на фронте.
    - Она тоже здесь, вы всё поймёте, - целительница подгадала появление главных действующих лиц именно к этому моменту. - Слышите - каблучки по коридору? - дверь палаты открылась, и первым вошёл недовольный начальник госпиталя, который, впрочем, тоже был не прочь посмотреть посвящение в ученицы ордена Пути, потом - Батраз с какой-то шкатулкой и Руслан с довольно большим ручным зеркалом, и за ними шла Патимат - в зелёном платье ученицы и зелёном же платке, расшитом серебряной канителью (серьги ученицы были надеты заранее).
    - Вот и я, брат мой! - сказала она по-аварски. - Я тоже буду целительницей в зелёном.
    Потрясённому Муслиму в первый момент хотелось заорать: "Ты куда полезла?!" и прочее в том же духе, но уже через мгновение он вспомнил, кто, можно сказать, вытащил его с того света: "Значит, и Патимат, может быть, спасёт такого же солдата! Но целительницы почти не отдыхают - весь день на ногах, и сестра, получается, тоже?.. Что за мысли? Стыдно для воина!" - одёрнул он сам себя. - "Ты ведь и сам рвёшься на фронт, а фронт целительниц - здесь, в госпитале".
    - Твой путь, твоё служение, сестра моя! - произнёс он.
    Патимат подошла к кровати и наклонилась над ним:
    - Я всегда знала, что ты ответишь именно так. Ты - воин, и я - тоже воин! Раз Муса погиб, я встаю на его место.
    - Ладно, давайте заканчивать, - поторопил начальник госпиталя. - Дел куча, да ещё эта Сонька Золотая Ручка! - посвящавшая ученицу Роза была, естественно, при полных регалиях, и все пациенты в палате с восхищением разглядывали её.
    - Ну мы таки в Одессе или уже где? - рассмеялась Роза. - Ладно, в самом деле, сейчас закончим, и мы с Даримой займёмся этой медсестрой с болезнью Вервольфа[23].
    - Только не в таком виде! Не пугайте мне персонал.
    - Конечно, - Роза взяла из протянутого Батразом ларца кулон и затем кольцо. - Pro domo sua!
    - Pro domo sua! - отчеканила Патимат.
    - Улыбнись новой фее! - Руслан поднёс сестре своего друга зеркало.
    Начальник госпиталя тоже внёс свою полушутливую лепту:
    - Ну что, нашего полку прибыло? Можешь начинать прямо сейчас, работы невпроворот.
    - Да, идём! - Патимат ещё раз улыбнулась брату и пошла вслед за Розой в комнату целительниц.

Глава 6. ПАСЬЯНСЫ СХОДЯТСЯ

9-15 марта 2015

Громко хвастается Тая:
- Я теперь совсем большая!..
И, обняв подружку Асю,
Посмотрела на ребят:
- Я заканчиваю ясли -
Поступаю в детский сад!

И. Демьянов

    - Дева, именем Маэнане, приглашается войти.
    - Вошла, - доложила фея Воды. - Мы, то есть Ледяные Девы Милон"фа, хотим перевестись на Сенаорн, чтобы освободить наши кольца Девяти.
    Голос Средоточия ехидно фыркнул:
    - Никаких проблем! Пишете заявления и подаёте в соответствующую инстанцию. При наличии достаточных оснований вопрос будет решён положительно.
    - А где взять образец заявления? - подыграла Маэнане. - Соответствующая инстанция - это, по идее, Сенаорн, тут понятно.
    - А ещё на пурпурную ленту идёт! Со всякими инстанциями никаких "по идее" быть не может - у них, скажем так, "кусочная логика". Где диадему получала, туда и обращайся!
    - Может быть, не "где", а "у кого"?
    - Надо же, какая непростительная догадливость! Ну да, в данном случае имеется в виду именно "у кого", но это можно догадаться только самой, потому что в какой-нибудь конторе тебе раз за разом будут долдонить "где".
    - То есть обращаться надо к Алине? Перепосвящение на Сенаорне, я так понимаю? А на каком основании-то?
    - А на каком основании вы получали Девять колец, вспомни?
    - Связующее заклинание. "Три кольца - прекрасным феям..."
    - Ну что же ты остановилась? Дальше!
    - "Семь колец - пещерным гномам - для труда их горного", - продолжила фея Воды. - "Девять - жёнам Шестимирья..." Блииин! Милон"ф же к Шестимирью не относится!
    - Вот тебе и ответ. Да, чтобы два раза не вставать! То же самое относится и к приёму Девяти колец известными тебе феями - полное перезаклинание.

* * *

    - Бланка-а! Держи тетрадь запасную!
    - ¡Mama-a! ¿Donde están las manzanas?[24]
    - Мира, у тебя блузка сзади вылезла!
    - Девочки, держите яблоки и бутерброды на всех, потом раздéлите... С салом. Майя, не капризничай!
    - Тёть Ана, а можно мне ещё одно яблоко?
    - Бланш, туфли надо чистить с вечера!
    - Надин, у тебя самой через раз нечищеные! А ещё дочь офицера!..
    ...Когда в одной квартире живёт сразу несколько второклассниц, ежеутренний "девичий переполох" неизбежен, и его финальная часть - уже в прихожей - могла бы выглядеть примерно так. Тем не менее, в итоге четыре девочки - Мирослава, правда, чуть осторожнее - вовремя выбежали из квартиры и помчались по лестнице в солнечный сентябрьский день, и Ана Лопес пошла прибраться на кухне.
    Из комнаты девочек помладше осторожно выглянула Алёна:
    - Ушли? - лезть под руку собиравшимся в школу второклассницам не рисковала даже настырная Раечка, хотя завтракали девочки все вместе.
    - Ушли. А за тобой сейчас Рийна зайдёт, в "Склифе" появитесь ненадолго... Ох! - женщина схватилась за стену - в правый бок будто загнали раскалённый гвоздь.
    "А дома только три шестилетние девочки!" - с ужасом осознала она. - "Две из них, правда, целительницы, да не те! И артефакта от Белки нет, да никаких нет! А Таня с Мальвиной на прогулке... Вот не надо было отселять меня с младшими девочками в отдельную квартиру! Теперь - лишь бы Рийну дождаться..."
    - Тёть Ана, что случилось? - Алёна, конечно же, испугалась.
    - Разогнуться не могу... - простонала женщина - по-испански, но самое главное - что ей больно - Алёна поняла:
    - Девчата! - кинулась она в комнату. - Тёте Ане плохо!
    - Я наверх! - сразу сообразила выбежавшая Раечка. - Может быть, кто-то из наших дома!
    Камала же вышла тихо - она с каким-то потусторонним видом подплыла к женщине, уже осевшей на пол:
    - Тётя Ана, не двигайтесь, - рука девочки с кольцом ученицы будто прошла через больное место, и женщина поняла, что боль почти исчезла.
    - В вас камень попал, - объяснила Камала, показывая на ладошке оливково-бурый камешек.

* * *

    Диана и Вика появились у Анфисы около десяти утра:
    - Ну что? Сегодня, как договаривались?
    - Да, - лаконично ответила девушка. - Прямо сейчас? А Инна где?
    - Сейчас будет, - сказала Вика. - Облачайся пока, - имелась в виду "клановая" клетчатая юбка.
    - Ага, щас, - Анфиса всегда одевалась быстро. - Орден Тройной связи уже ждёт?
    - Джорджо берёт интервью у Средоточия, - прыснула Диана. - Не завидую я ему!
    - Кому - Джорджо или Средоточию?
    - Корнелиусу! - рассмеялась Вика. - Он же тоже при сём присутствует. А Лера - ну ты понимаешь.
    - Нет, не понимаю, - поморщилась Анфиса. - И никогда не пойму - куда женщины умудряются сливать столько времени, когда нужно не более чем надеть платье и влезть в туфли? Ну хорошо, ещё нитку жемчуга застегнуть на шее.
    Диана наигранно возмутилась:
    - Фиск, ты просто водяное чудовище! А перед зеркалом повертеться в разных платьях?
    - Уже навертелась, - это оказалась Валерия. - Привет! Инна появится сразу с Феликсом, а пока давайте, что ли, кофию откушаем?
    - Если только без запаха, - вздохнула Вика. - Почему-то у меня сейчас именно от запаха кофе тошнота идёт. Хорошо ещё, что у нас в квартире не тот народ, который пьёт кофе, а мама всегда чай предпочитала.
    - Тогда и мы не будем. Кстати, если есть кофе без кофеина, то почему бы не быть кофе без запаха?
    - Есть и такой, - подмигнула Диана. - Только он прозрачный и невкусный, это я тебе как медик говорю. Называется "кофеин-бензоат натрия, раствор для инъекций".

* * *

    Маэнане, разумеется, помнила, что сегодня Серебряные Всадницы собирались почтить своим присутствием какой-нибудь новый мир, но решила на всякий случай заглянуть на Тарлаон. Как ни странно, Алина оказалась в своей лаборатории:
    - Привет, Нане. Перенесли мы рейд - у меня предчувствие, что это должно быть не иное надпространство, а один из миров Пути, и не сегодня. А у тебя что за дело?
    - Есть возможность ввести Лемиату в ковен! - целительница пересказала свой разговор со Средоточием.
    - И ты хочешь рискнуть? Я бы не стала отговаривать, с одним лишь уточнением - попробуй сначала только ты, не все четыре уроженки Милон"фа сразу.
    - Я так и хотела, - кивнула Маэнане. - А ещё такое вот соображение: чтобы регалии считались сенаорнскими, пусть гном Сенаорна их слегка переделает. И ещё... - целительница залилась краской, - и ещё я давно серьги хотела.
    - Заказать тебе в том же стиле, что и диадема? - невозмутимо уточнила Алина. - Нет, уламывать гнома на такое я не берусь, да нас с тобой он и слушать не станет, так что это дело Хсе-Даань. Отнеси ей свой ларец - для связи со Стихией достаточно нательной цепочки.
    - Кстати, а если у нас всё получится, когда присоединяем Лемиату?
    - Будет небольшой праздник в обители в честь весеннего равноденствия на Земле, через тринадцать дней. Только тогда уж не одну Лемиату, а ещё и Савилу, и Аменсину с Нериамой.
    - Да, я бы тоже предложила именно им, - согласилась целительница. - Эта четвёрка, по-моему, на Параллели чаще бывает, чем на родном Аумерне.

* * *

    - Де-ти! Станьте в круг! - изрёк голос Средоточия.
    - Какие именно дети? - хохотнула Вика.
    - Головастики, если на то пошло. Вы же себя "лягухами земноводными" называете?
    - Ясно. Каждый головастик - у своего камня? - уточнила Инна.
    - Пересельская, не задавай глупых вопросов! У чужого, конечно!.. Лукинина, тебе кто разрешал ставить на постамент мага Средоточия?
    - А что, разве неправильно? - удивилась Диана.
    - Я спрашиваю, кто тебе разрешал?
    - Он сам и разрешил, - Диана еле удерживалась от смеха, чего нельзя было сказать о Феликсе.
    - Доронин, ты что себе позволяешь? - продолжал глумиться голос. - В присутствии учителя не смеются, а слушают его в почтительном молчании! Арефьева, а тебе особое приглашение нужно?
    - Сугубое! - Анфиса действительно ненадолго отходила от постамента, но быстро вернулась обратно. - Тассирены снимать?
    - Да, и передайте их магу Средоточия... Де-ти! Смотрим на Шаврову - она положила руку на свой самоцвет правильно, - Вика обхватила изумруд не сверху, а с дальней стороны, чтобы с ним соприкасалась и татуировка на запястье. - Обнимаемся левыми руками и ждём.
    - Ждём-с! - хихикнула Диана. - Да, а камешки можно будет носить любые или только рубины?
    - Любые, кроме могильных, - подтвердил голос Средоточия. - Внешний круг! Да, Пушнова, я к тебе обращаюсь! Кулон возьми как полагается - он должен смотреть в плечо соседа. Дети, у всех взято?.. Аффтар жжот! - камни на постаменте вспыхнули ярким светом, и наступила непонятная пауза.
    - А дальше? - спросил Феликс.
    - Прошёл огонь - пройди и воду! Медные трубы - это уже факультативно. Что такое "факультативно" - у сестрицы поинтересуйся, она знает. Да, тассирены свободны, порадуй Шахриара и Малютку И.
    - Аха. Фиса, поможешь слезть?
    - Конечно, - Анфиса подхватила мальчика под руки и переставила на пол, попутно заметив, что Диана уже осваивает новую магию - она стояла с сосредоточенным видом, и её татуировка начала светиться.

* * *

    Отметить повышение по магии "Болотные валькирии" договорились вечером, пока же следовало отработать смену на Параллели и понять - а есть ли что отмечать? Способность ходить между мирами через обитель они сохранили, однако им хотелось и расти дальше.
    Инна дежурила в "Склифе" - теперь им с Викой поручали только спокойную терапию, не подпуская к срочным операциям и не посылая близко к фронту. В одной смене с ней оказались Фиссиль, Эльза, Олег и Алиса, и "Болотная валькирия" сразу попросила Алису взять артефакт от Вадима и убрать небольшой токсикоз - ей стало мутновато. Всё это пришлось весьма кстати, потому что уже через пять минут в комнату целительниц постучалась знакомая медсестра, попросив её подойти в третью процедурную.
    - Здравствуйте, - кивнула Инна, увидев знакомого врача и какого-то авиационного полковника - очевидно, пациента.
    - Здравствуйте, Инна Петровна, - отозвался врач. - Посмотрите, пожалуйста, руку товарища полковника - после ранения сильно ограничена подвижность в кистевом суставе. Вот выписка из истории болезни.
    - Мгм, - изучив выписку и попросив полковника подвигать рукой, "Болотная валькирия" поняла, что дело было в спаечном процессе. - У вас, похоже, спайки, то есть глубокие рубцы, но я могу разгладить.
    - Магией? - улыбнулся лётчик. - Наслышан я о вас.
    - Да, конечно. Иначе это будет очень долго и без особой гарантии успеха. Положите, пожалуйста, руку на стол ладонью вверх, - Инна привычным движением взяла в левую руку два целительских артефакта с фленкетными кольцами - от Белки и Люси - и медленно повела над больным местом ладонью правой, стараясь "подсветить" его и выбитой на запястье магической надписью. Спайки постепенно рассасывались - она видела это.
    - Поверните, пожалуйста, руку другой стороной, - теперь Инна попробовала отложить артефакты в сторону и действовать только собственной магией. Работать было труднее, но в итоге взору "Болотной валькирии" предстали чистые мышцы и сухожилия, и она сказала:
    - Можете осторожно подвигать рукой? Не на силу, а проверить, насколько подвижен сустав?
    - Могу... Работает! Всё как раньше!
    - Прекрасно. Только первое время двигайте кистью осторожно.
    - В нашем деле штурвал и не рвут со всей дури, - подмигнул полковник. - Спасибо вам! Сказал бы, что "с меня трофейный коньяк", но вы же дама, значит... - он жестом фокусника извлёк из своей полевой сумки плитку шоколада "Кола"[25].
    - Ой, спасибо! Мне после исцеления как раз нужно нечто подобное, - Инна отломила где-то четверть.
    - Устаёте?
    - Конечно. Магия - такой же труд.
    - Я понимаю. Огромное спасибо! Теперь хоть на фронт успею, а то так бы и лечился до конца войны.
    "А ведь это магическое умение - убирать спайки - теперь со мной!" - сообразила Инна, вернувшись в комнату целительниц. - "Ну да, для того, чтобы научиться чему-то на базовом уровне, нам четверым, получается, нужно один-два раза проделать это с помощью артефакта".

* * *

    Если Маша и Ксения появлялись на Параллели именно как на работе, то Маэнане как-то незаметно перебралась в Советский Союз окончательно - ночевала она в основном на уральской базе, а всё остальное время проводила в "Склифе", в одном из госпиталей, если была её смена, или в Русаковской больнице. Светловолосая девушка в бирюзовом халате, говорившая по-русски уже почти без акцента, давно стала своей и в "Склифе", и в Русаковской, превратившись в "Манану Эстионовну", и ей в принципе оставался лишь последний шаг - получить квартиру, но предложить это надлежало не ей самой. Сама же она собиралась сделать другой приближающий шаг - стать из ассоциированной феи Ледяной Девой одного из трёх основных миров ковена.
    - Ну вот, переделали слегка твою диадему, - излагала Алина. - Кольца, гном сказал, ни убавить ни прибавить, а вот диадема - это всегда простор для фантазии. Он, помимо прочего, уменьшил её на два небольших камня и сделал из них серьги, как ты и просила. Что это у тебя?
    - Туфли новые, - смутилась уроженка Милон"фа. - В ученицы - это босиком, как обычно на Сенаорне, а в полные феи - уж наряжусь.
    - Ты хочешь сразу принять и полное? Хотя почему бы и нет? Ты ведь уже полная фея, и надо только подтвердить в другом мире.
    - Да, я тоже так подумала... Вода помнит всё! - торжественно произнесла Маэнане на древнем языке Сенаорна, принимая кольцо ученицы.
    Алина посмотрела на часы:
    - Между прочим, до полуночи десять минут. Успеешь?
    - Успею! Сейчас, - через две минуты Маэнане уже вышла из комнаты - всё происходило в домике Анастасии - в новом платье и подобранных к нему туфлях.
    - Васильковый бархат, как тогда на Милон"фе, - улыбнулась она. - Вот что хочешь, но завтра я появлюсь в таком виде на работе!.. Вода помнит всё!
    - Вода помнит всё! - засвидетельствовала Анастасия. - Маэнане, надеюсь, "в таком виде" не означает "включая диадему"?
    Уроженка Милон"фа озорно рассмеялась:
    - Если в Русаковской, то как раз это и означает! Сколько ещё до полуночи, кстати?
    - Уже, - Алина вновь взглянула на часы. - Попробуешь появиться в обители?
    - Ага, сейчас, - Маэнане торопливо перенеслась на входную полянку межмировой обители и оттуда - в своё обиталище, где включила ноутбук.
    "Есссть! Всё как надо! Я теперь в ковене Сенаорна!"

* * *

    - Добрый вечер, товарищ Сталин, - улыбнулась Роза.
    - Добрый вечер, товарищи, - неторопливо, как всегда, произнёс Верховный. - Товарищ Халилова, поздравляю с первым успешным исцелением!
    - Спасибо, товарищ Сталин, - смутилась Патимат, которой и так было сильно не по себе из-за решения не надевать на эту аудиенцию платок. Поздравление, тем не менее, отражало реальность - девушка действительно избавила пожилую санитарку от тромбоза вен на ногах.
    - В магическую академию пойдёте учиться, товарищ Халилова?
    - Если направите, товарищ Сталин, - Патимат уже знала, что миров Пути много и в одном из них есть магическая академия, которую Маша практически окончила, а остальные Лесные Сёстры продолжают учиться в ней. - Работы очень много.
    - Направим, не сомневайтесь. Все ваши девушки учатся, а вы же окончили семилетку? Пойдёте с января на подготовительные курсы при академии, вместе с товарищами Карпенко и Лемсалу. А сейчас - минуточку, - на столе у Верховного стоял радиоприёмник, и он прибавил громкость.
    - Работают все радиостанции Советского Союза! - послышался торжественный голос Левитана[26]. - Сегодня, восьмого сентября тысяча девятьсот сорок второго года, Красная Армия полностью взяла под контроль западную границу Советского Союза! Враг изгнан с нашей земли!..
    - Вот эти последние метры и отвоевали ваш брат и ваш жених, товарищ Халилова, - негромко сказал Сталин.

* * *

    Основная база целительниц продолжала оставаться в "Склифе", но теперь она стала именно "базой" - большая комната, где, помимо прочего, хранились артефакты, халаты и запасы чая с вареньем и другими сластями. Сами же целительницы дежурили всего лишь парами - фронт ушёл настолько далеко от Москвы, что наплыва экстренных случаев ожидать не приходилось.
    "Зато наконец-то могут подлечиться сами врачи", - удовлетворённо отметила про себя Вика, медленно возвращаясь в комнату целительниц - "Болотная валькирия" в первый раз надела бирюзовый халат вместо кремового и самостоятельно лечила пожилого хирурга, у которого после военных дней и ночей за операционным столом начались боли в спине. - "А я с удовольствием выпью чаю с девочками", - второй сегодня дежурила Дарима, пригласившая к конкретным пациентам ещё и Надю с Бланкой.
    - Привет, - ни Нади, ни Бланки на месте не оказалось, но была, кроме Даримы, незнакомая девочка лет восьми в платье ученицы. - Я Вика, а ты Изольда, правильно?
    - Угу, - смущённо подтвердила девочка. - Только я до сих пор не целительница.
    - Не можешь найти свой дар, то есть?
    - Угу.
    Вика достала из холодильника коробку заварных шариков с кремом:
    - Угощайся, и давай, в самом деле, подумаем. Если у тебя есть способности целительницы, но конкретный дар не проявился, это может означать, что он пока и не предопределён - ты можешь сама склонить его в нужную сторону. Надя, например, лечит суставы, а что хотела бы уметь ты?
    - Заразные болезни, - Изольда смутилась ещё сильнее. - Но мне сказали, что это нельзя.
    - "Нельзя" - в смысле убивать микробов нельзя? Ну да, такие маги бывают, но сёстрам ордена Пути это действительно недоступно, потому что магия Смерти. Мы избавляемся от микробов по-другому. Скажи, ты была в межмировой обители?
    - Да-а... - с восхищением вспомнила Изольда. - Неделю назад.
    - Так вот, когда мы переходим туда, все возбудители болезней, вши и прочие паразиты остаются здесь - в обитель они вместе с нами не попадают. Если даже человек был болен, например, скарлатиной, он появится там почти здоровым.
    - Ух ты! А я смогу переносить людей в обитель?
    - К сожалению, нет, это могут только маги нашего ковена. Сама попадать, конечно, сможешь. В общем, ты поняла принцип?
    - Угу. Не убивать микробов, а просто смывать?
    - Да, именно так. Или превращать во что-нибудь тоже живое, но безвредное.
    - А в человеческие клетки - можно? Или в яблочные?
    - Нет, это невозможно, но... - Вике пришла в голову интересная мысль. - А почему бы, в самом деле, не превращать бактерии в микроскопические съедобные фрукты? Сейчас попробуем, - она вспомнила, что Белка буквально час назад обнаружила у одного из врачей туберкулёзный очаг в кости. - Подожди меня! - через несколько минут "Болотная валькирия" вернулась с обеспокоенным пожилым врачом.
    - Изольда, ты должна увидеть, где у Михаила Пахомовича инфекция, - сказала она. - Подскажу - левая рука, ближе к плечу. И постарайся превратить ядовитых микробов в съедобных.
    - Чтобы организм их скушал? - усмехнулся врач. - Нет, я понимаю, что хуже не будет, но как потом узнать, получилось или нет? Туберкулёз - инфекция хроническая, это вам не скарлатина.
    - Потом, с вашего позволения, Матанми наша посмотрит, - объяснила Вика. - Если бактерии действительно будут съедобными, то их начнёт становиться меньше.
    - Ну хорошо, - Михаил Пахомович, слегка поколебавшись на предмет того, позволительно ли представать перед дамами обнажённым по пояс, всё же снял пиджак и рубашку, и Изольда, успевшая примотать к правой руке кулон, положила ладони ему на плечо:
    - Как будто красное пятно вижу руками.
    - Вот-вот! - кивнула "Болотная валькирия". - А теперь представь себе, что оно превращается в зелёное.
    Девочка сосредоточенно задышала носом:
    - Сейчас... Ой, оно теперь на самом деле зелёное!

* * *

    "Женщины действительно шутят всерьёз", - улыбнулась самой себе Маэнане. - "Тем более - женщины Воды. В самом деле, давно пора было начать появляться в Русаковской больнице исключительно при полных регалиях! Детям нравится - и этого достаточно", - перед ней вновь встали восхищённые глаза шестилетней девочки, которую она осматривала только что. - "Лечение лечением, а сказка сказкой, не так ли? И пусть вокруг суровая военная Москва - сказке фей быть!"
    - Что такое? - подмигнула Хси-Лиль, взявшая пример с напарницы и тоже бывшая при полном параде.
    - Да вспоминаю я, с чего здесь всё начиналось, в смысле у нас, - задумчиво ответила фея Воды. - Сталинина сестра, как всегда, волну погнала: "Вы тут в уюте сидите, а в Русаковской дети раненые!" Ну наши и пошли - в самом деле, надо же было помочь! Приходят - а тут Надя среди пациенток! Я сама тогда не присутствовала, но мне рассказывали. После этого наши попросили у Сталина разрешение взять Русаковскую больницу под патронаж, в смысле быта и медицинского оборудования.
    - Я заметила, - кивнула Лесная Сестра. - То есть сначала мне не с чем было сравнивать, но потом я обратила внимание, какие во всех госпиталях кровати и чем пациентов кормят. Нет, на фоне теперешней здешней бедности - не так уж плохо, но здесь детям даже фрукты дают! И в столовой для врачей - тоже просто роскошь по сравнению с другими больницами.
    Маэнане тихо рассмеялась:
    - Главное, здесь лечат хорошо! Ладно, отдохнули - и дальше, а то получится, что лечат, наоборот, плохо, то есть вообще не лечат, - она водрузила на голову лежавшую на столе диадему и снова сунула ноги в туфли, попутно отметив, что сказка сказкой, но каблуки на работе вообще-то могут быть и пониже.

* * *

    Костёр под ночным небом Сенаорна выполнял функцию скорее декоративную - шашлык Квеси жарил на стоявшем неподалёку мангале, а для света вокруг было расставлено несколько магических светильников. Возле костра расположились восемь человек - Амоле и Велине присоединялись к ковену Сенаорна, освобождая свои кольца Девяти для Аменсины и Нериамы, и Квеси с Оресильтой свидетельствовали посвящение двух фей Воды.
    - А Ленсине когда? - поинтересовалась Абисола, расставлявшая на складном столе тарелки с нарезанным хлебом и мисочки с соусами.
    - Завтра, наверное, - прикинула Алина. - И нужно будет ещё присутствие Марейша.
    - Её драконьего побратима?
    - Да, его самого. Ну что, посвящаем в полные феи? - сёстры Аравин"т решили не надевать платья, которые всё равно пропахли бы дымом, и их слегка перезатронутые сенаорнским гномом диадемы лежали на этом же столе - посвящение должно было пройти прямо у костра.
    - Минуточку, я блюдо для шашлыка поставлю. Эх, нет на Сенаорне банановых листьев! - африканка, критически обозрев стол, присоединилась к остальной компании.
    Алина бросила взгляд на часы:
    - Как раз десять минут до полуночи... Вода помнит всё!
    - Вода помнит всё! - торжественно изрекла Амоле, и Квеси произнёс своё свидетельство.
    - Вода помнит всё! - повторила Ледяная Дева, возлагая диадему на голову Велине.
    - Я проверю? - предложила Оресильта, завсидетельствовав посвящение.
    - Проверь, конечно, но думаю, что раньше полуночи торопиться не стоит.
    - И всё же, - фея Воздуха ненадолго исчезла. - Есть! Обе с нами!
    - Ура-а! - подпрыгнула Нериама. - Мы теперь тоже войдём в ковен!
    - А ты сомневалась? - хмыкнула Аменсина. - Я вот почему-то нет.
    - И вообще, пошли наконец шашлык-машлык кющать! - подытожил Квеси.

* * *

    То, что Красная Армия вышла на западную границу Советского Союза на всём её протяжении, было правдой, но дьявол скрывался, как всегда, в деталях - как и в квазипараллельной истории, немцы продолжали оккупировать Курляндию[27], освобождение которой Ставка посчитала делом не первостепенной важности, как и восстановление той части Латвии, что была уже занята советскими войсками. С другой стороны, в некоторых местах Красная Армия успела продвинуться довольно далеко за старую границу и заняла Люблин, нацеливаясь на Варшаву с юго-востока.
    Тем не менее, всё ещё оставалось весьма вероятным, что первой из европейских столиц станет не Варшава, а Бухарест - как раз в то время, когда Роза и Патимат слушали вместе со Сталиным сообщение Советского Информбюро, войска переправились наконец через Прут и, выбив противника из Галаца, готовились форсировать Сирет. Одновременно десантом с моря была взята Констанца, и Красная Армия начала продвигаться к Дунаю.
    Доставленный в кабинет к Сталину пожилой и явно нездоровый человек, впрочем, не был в курсе последних событий, да и не Польша с Румынией беспокоили его - "предложение", которое только что сделал Верховный, было ему откровенно не по душе, однако отказаться означало смерть для всей его семьи. С другой стороны, весьма во многом человек со Сталиным искренне соглашался, поэтому склонялся к тому, чтобы всё-таки принять предлагавшееся. Но почему?..
    - Товарищ Сталин, - наконец решился спросить он, - но почему вдруг? Вы же всегда проводили другую политику - как минимум все территории, которые когда-либо принадлежали Российской империи, должны входить непосредственно в состав Советского Союза.
    - Потому, гражданин Пятс[28], что мы с товарищами посовещались и решили слегка изменить эту политику, - хмыкнул Верховный. - В частности, развитие Эстонии за счёт средств союзного бюджета признано нецелесообразным.
    "И опять ведь прав", - признался человек самому себе. - "Советский Союз - это огромные заводы, какой смысл строить их именно в Эстонии, где нет почти никакого сырья для них? У нас вообще мало что есть для промышленности, кроме разве что пищевой".
    - Я согласен, товарищ Сталин, - тяжело вздохнул он. - После всего, что произошло в последние несколько лет, так действительно будет лучше.
    Верховный - он неторопливо расхаживал по кабинету - остановился и посмотрел на него грозовым взглядом:
    - Я не сомневался в вашем ответе, гражданин Пятс. Подписание договора состоится тринадцатого сентября, а пока вас отвезут в Институт неотложной помощи, к целительницам в зелёном.
    - Товарищ Сталин, они что, действительно существуют? - непроизвольно вырвалось у человека.
    - Существуют, и через час вы с ними познакомитесь, так что поезжайте лечиться. Вашей семье тоже окажут помощь.

* * *

    - Сестра, именем Тамара, приглашается войти, - произнёс голос Средоточия.
    - А Фаина что, нет? - пошутила Хомка.
    - Хм. Тоже. И входите наконец, а то тут дождь, - тяжёлые двери заботливо распахнулись.
    - Спасибо, - фея поднялась по ступеням, осторожно придерживая уютно устроившуюся в слинге девочку, и повернулась к витражу Земли. - Я хотела спросить - а для Фаины-то магия будет? А то мы исчерпали все возможности.
    - Совсем-совсем все? - иронично поинтересовался голос.
    - Совсем. Последнее, что получилось, - освободить четыре кольца из Девяти и четыре тассирена "Болотных валькирий", и всё это уже занято. То есть два тассирена пока в наличии, но они зарезервированы для детей, которые родятся в ноябре.
    - Сколько вас в ковене, напомни?
    - Земля - сорок три мага, Мораотх - двадцать три, Сенаорн - девятнадцать, плюс восемь Лесных Сестёр из Шестимирья, плюс "Болотные валькирии", плюс Тройная связь. Ну и Василиса, она у нас троемирная дева Огня.
    - И сорок семь тассиренов, из которых тридцать три принадлежат полным кавалерам и дамам ордена Обители, - голос говорил, будто размышляя. - Советую вскорости принять ваших второклассников, ибо уход четырёх опытных дам сильно ослабил орден.
    - Ну да, Лиза говорила, что ей в последнее время почему-то стало труднее исцелять с помощью артефактов, - вспомнила фея. - Хорошо, примем, спасибо за совет. И от мальчишек тоже благодарность, - Хомка мило улыбнулась. - Но как быть с моей дочкой? Тассирен - это ведь не только магия, это ещё и безопасность.
    - Безопасность Фаине пока должна обеспечивать ты сама - ты ей мать или кто? А насчёт магии скажу так - Паал"зар не то чтобы поторопился, но он проверял девочку на другую магию.
    - Так она всё-таки маг? - обрадовалась фея.
    - Ещё нет, но сможет воспринять. Больше я сейчас ничего не скажу - всему своё время.
    - А на Параллели, кстати, что? Свободной магии там осталось ровно на одну Лесную Сестру, Алина проверяла вчера. Где её искать?
    Голос Средоточия насмешливо фыркнул:
    - Вот уж эта девчонка - сама вас найдёт! Да, я уже почти наверняка знаю, кто она такая.

* * *

    На этот раз кулинарный клуб "Кому за восемь" собрался в чисто женском, но значительно расширенном составе - кроме Майоми, к нему присоединились Алиса и приглашённая в гости Мирослава. Девочки собирались, как обычно, лепить пельмени и вареники, и украинка с Параллели моментально предложила:
    - А давайте ещё с картошкой сделаем!
    - Лук кто будет резать? - прищурилась Лань.
    - Я и нарежу, - Мирославе, напротив, было важно спихнуть на кого-нибудь чистку картошки. - Сало есть?
    - Есть, - Оля достала подмороженный кусок несолёного шпига. - Тесто нам, как всегда, замесили с запасом и фарш сделали, кто раскатывает?
    - Давайте я, - предложила Майоми. - У меня, похоже, самые сильные руки.
    - Что, всё это тесто ты одна? - удивилась Алиса. - Давайте все вместе.
    - Аха, - Лань отделила часть теста. - Это нам с Сави на пельмени, я раскатываю. Творогом, как обычно, Риал занимается?
    - Ага, я, - быстро подтвердила Динара, которой тоже не хотелось чистить картошку.
    - Тогда я сало кубиками нарежу, - сообразила Матанми. - Оль, картошка - на вас с Лисицей.
    - Ладно уж, - вздохнула Оля. - Сави, а зачем ты пельмени так ощупываешь?
    Савила смущённо отдёрнула руки:
    - Тренируюсь, - призналась она. - У меня иногда получается укрупнить вид, который я передаю, вот и тренируюсь на пельменях, а Лань принимает картинку.
    - Ну да, - кивнула "йа блондинко". - Сави, у тебя уже через раз получается - я фарш от тебя как под лупой вижу. Слушай, а может быть, полное примешь? Ты появляться можешь?
    - Бывает... - прошептала Савила.
    - Тогда тем более надо, как раз и Аумерн окончательно к Пути присоединится! Пойдём Лемиате скажем?

* * *

    Ната ловко застегнула на девочке второй браслет:
    - Шетте?
    - За дом свой! - повторила Брашетт на магическом языке Аумерна, надев на правую руку Савилы кольцо полной феи и дождавшись, пока та произнесёт девиз. - Нина, поставь ей глаза на место, - при посвящении в сёстры ордена Пути ученицы снимали с себя украшения и все артефакты, которые вообще можно было снять.
    - Сейчас, - Нине потребовалась пара дополнительных попыток, но в итоге всё завершилось благополучно. - Ага, включай.
    - Ух... - Савила явно перенервничала, и теперь её ощутимо потряхивало, но она всё же смогла подойти к зеркалу и мило улыбнуться, слегка любуясь собой. - Отцу, что ли, показаться? Я на него не в обиде - он правильно решил, слишком трудно в нашем мире слепому.
    - А где ему легко? - фыркнула Лемиата. - Навидалась я таких раненых на Параллели. Слепых и потерявших обе руки мы вообще восстанавливаем в первую очередь, безногие - это уже потом.
    - Поздравляю Аумерн с окончательным присоединением к Пути! - появилась Даша. - Сави, ты хотела подняться в небо на драконе? Ша"аль ждёт тебя после полуночи.
    - А до полуночи - прошу всех к столу, - перехватила Аменсина. - Отец вино передал и всякую высокую кухню, - стол перед лесным домиком Аглиты и Брашетт был накрыт главным образом из погребов замка Деррагал. - А то хороша герцогиня - уже второй месяц ни одного пира, всё по полям бегаю да по госпиталям!
    - И что характерно, тебе это нравится, - подмигнула Иланта.
    - Не то чтобы "нравится", но... Не могу сказать словами.
    - И не надо, - отозвалась Ната. - Мы и так всё понимаем, потому что сами такие же. И что Савила так быстро выросла в полную фею - тоже ничего удивительного. Ну что, поздравляю от имени Трёх колец всё Шестимирье!

* * *

    - Тащ лейтенант, к вам вопрос у местной жительницы, - серьёзным тоном произнёс сержант на КПП, когда заметивший некоторое оживление особист подошёл поближе.
    - Ну? - лейтенант госбезопасности Мунтяну был молдаванином и знал язык, почему его и перевели в Румынию. - Что за вопрос-то?
    - Добрый день, товарищ локотент[29]! - затараторила "местная жительница" - девочка лет десяти. - Скажите, в Галаце будет ваш госпиталь?
    - Вряд ли. Местоположение очень неудачное для госпиталя - реки с трёх сторон. Что, кому-то нужна медицинская помощь?
    - Нет... - разочарованно протянула девочка. - Я хотела с целительницами познакомиться, которые в зелёных платьях.
    - Что?! Откуда ты знаешь про целительниц?
    - Да все про них знают! А вчера ночью я их во сне видела, - любопытные чёрные глаза смотрели на офицера неприятельской армии без всякого страха, и Мунтяну с удовлеторением подумал: "А чего румынам нас бояться? Тем более что вряд ли из богатых, судя по виду, и даже "товарищем" назвала - дочь местного коммуниста, что ли? Но после сказанного я всё равно обязан допросить её - у Особых отделов есть приказ тщательно разбирать все случаи повышенного интереса к феям-целительницам".
    - Так, сейчас ты мне всё расскажешь! - строго сказал он. - Пошли! - особист взял девочку за руку и повёл её в свой кабинет, отметив при этом, что она не сопротивляется, а, напротив, продолжает воспринимать всё с интересом. - Имя, фамилия?
    - Луминита Фунар.
    - Год рождения?
    - Тридцать второй.
    - Кто твой отец, чем занимается?
    - Хлеб печёт, а что?
    - "Социальное происхождение" это называется, - пояснил Мунтяну. - Так когда и где ты их видела?
    - Вчера. Во сне, я же говорила. Смотрюсь в зеркало, а там не я, а целительница.
    - А как ты поняла, что это именно целительница?
    - Она в зелёном платье была и с таким украшением на голове, как корона.
    - Ясно, - поморщился особист, которому совершенно не улыбалось, помимо своих прямых обязанностей, ещё и разбираться со всякой мистикой. - А ты осознаёшь, что это значит? Насколько я понимаю, то, что ты и сама можешь оказаться одной из них, и тогда мы тебя заберём.
    Только теперь девочка слегка испугалась:
    - Заберёте? За что?
    - Не "за что", а "зачем". Затем, что целительницы нам очень нужны, вот зачем! - Мунтяну снял трубку телефона и, попросив соединить с начальником одесского госпиталя, назвался и сказал кодовое слово. - Да ты не бойся, они хорошие.
    - Целительницы?
    - Кто же ещё? Знаешь, есть такая русская пословица: "Назвался груздем - полезай в кузов". Сама же пришла любопытствовать, так что теперь жди!
    Ждать им пришлось минут пять, после чего в кабинет постучался дежуривший у двери солдат:
    - Товарищ лейтенант, вас на КПП целительница в зелёном спрашивает!
    - Провести ко мне, - коротко приказал Мунтяну. - Добрый день, - он перешёл на русский язык, встречая девушку, которую солдат пропустил в кабинет.
    - Bună ziua[30], - дрожащим голосом поздоровалась Луминита.
    - Здравствуйте, - деловито кивнула девушка. - Меня зовут Руслана Карпенко. Товарищ лейтенант, у вас кандидатура?
    - Да, товарищ Карпенко, - ответил особист. - Местная жительница Луминита Фунар проявляет к вам повышенный интерес и утверждает, что видела вас во сне. Согласно инструкции, я вызвал одну из вас.
    - Товарищ лейтенант, переведите, пожалуйста, чтобы девочка дала левую руку, - Руслана, нервно улыбувшись, сняла одно из своих колец и надела его на палец Луминиты. - Ты видишь надпись внутри кольца? Только не говори вслух.
    - Д-да, - выдохнула девочка, когда Мунтяну перевёл. - М-можно написать?
    Руслана положила перед ней блокнот и карандаш:
    - Пиши... Да, всё правильно. Товарищ лейтенант, мне нужно забрать её в Одессу, до вечера. Потом кто-нибудь из наших появит девочку обратно, чтобы она объяснилась с родителями.
    - Что, в целительницы принимаете? - понял особист. - Только расписку напишите мне, чтобы хоть какой-то документ был.
    - Да, сейчас напишу. Луминита, ты хочешь стать одной из нас?.. Тогда в госпитале поговорим, пошли, - Руслана взяла девочку за руку и исчезла вместе с ней.

* * *

    Луминита не особо удивилась, моментально оказавшись вместо кабинета особиста в какой-то комнате, - она где-то слышала, что целительницы в зелёном могут переноситься в любое место. Обстановка тоже была самой обычной - шкаф, стол с несколькими стульями, наполовину скрытая занавеской кушетка у дальней стены. За столом пила чай ещё одна девушка в зелёном - светловолосая, державшаяся неестественно прямо.
    - Привет, Руслана. Что, пополнение? - заулыбалась она, увидев, что напарница вернулась не одна.
    - Привет. Да, знакомься, это Луминита. А это Рийна. Ах да, ты же не знаешь языка, - Руслана раскрыла оставленную на одном из стульев сумку и достала тонкую каменную пластинку. - Разломи, - она показала жестом, чтó нужно сделать.
    Девочка с усилием переломила камень:
    - А дальше что?
    - Попробуй говорить по-русски. Ты меня понимаешь?
    - Понимаю, - Луминита с трудом произнесла будто само собой возникшее в её мыслях русское слово. - Вы... хотите... взять... меня... ученицей?
    - Да, именно ученицей. Рийна, берёшь? Это же в вашей группе одной девушки не хватает?
    - Да, с удовольствием! - обрадовалась светловолосая. - Луминита, ты ведь и сама этого хотела, не так ли? Сейчас, минуточку, - она поднялась из-за стола и исчезла.
    - Отправилась заказывать магическое кольцо для тебя, - объяснила Руслана. - Ученицы носят одно кольцо.
    - А целительницы - два? - поняла девочка. - И корону?
    - Диадему? Да, но обычно мы её не надеваем. Рийна, ну что?
    - Всё в порядке, к вечеру будет готово, - сказала вернувшаяся светловолосая. - Луминита, бери меня за руку и пойдём на базу - мыться и всё такое.

* * *

    "И всё такое" оказалось, насколько поняла девочка, неким магическим подобием медосмотра - рыженькая целительница по имени Белка, попросив её лечь, несколько раз провела над ней рукой с магическим кольцом, после чего взяла какой-то странный кристалл и повторила процедуру.
    - Да нет, всё нормально, - сказала она наконец. - Рийна, у тебя когда смена кончается?
    - В восемь по Москве, но теперь я немного задержусь, - ответила светловолосая. - Посвящать будем здесь, ладно?
    - Ладно. Иди на работу, я Нату дождусь, - Белка, проводив взглядом исчезнувшую Рийну, повернулась к Лумините:
    - Вставай. Кофе будешь?
    - А что, есть? - не поверила девочка.
    - Есть, настоящий, - целительница провела Луминиту в другую комнатку, тоже без окон, где на столе стояли пакет с кофе и ручная кофемолка. - Извини за всю эту торопливость, но ты же видишь, сколько у нас работы. Сама-то не боишься?
    - Лечить? - сообразила Луминита. - Нет, конечно! Просто не умею.
    - Научишься, у тебя же есть дар феи-целительницы? После посвящения в ученицы должно прийти некоторое понимание, - Белка поставила перед девочкой чашку с кофе. - Ты не думай, мы живём далеко не в роскоши, но после исцелений нам очень нужны чай и кофе.
    - У нас это и есть роскошь - из наших знакомых никому не по карману, - Луминита положила в кофе сахар и принялась не спеша наслаждаться. - Война же.
    - Знаю, - вздохнула Белка. - И твоя страна, к сожалению, в противоположном лагере, но если ты сама - истинная целительница по духу, то это не будет иметь никакого значения, у нас уже и немка есть. Ты ведь сама нас искала?
    - Да, - призналась девочка. - В Румынии уже полгода о вас всякие слухи ходят, а вчера ночью я сон видела - смотрюсь в зеркало, а на мне платье зелёное, как на тебе, и эта... диадема.
    - А что случилось сегодня, я уже знаю, - усмехнулась целительница. - Неужели и с отцом объясняться не побоишься?
    Луминита слегка вздрогнула:
    - Вот с отцом - да, страшновато. Но со мной же, наверное, будет наставница?
    - Рийна? Да, но она не говорит по-румынски, так что сначала тебе придётся дать ей язык.
    - Такой камешек, как мне давали, чтобы я знала русский?
    - Примерно. Привет, Наталь, я побежала! - Белка радостно улыбнулась вошедшей в комнату женщине лет тридцати и, вскочив на ноги, будто растворилась в воздухе.
    - Привет, Луминита, - женщина подошла совсем близко - стройная, золотоволосая и зеленоглазая, тоже в зелёном платье феи. - Меня зовут Наталия. Надеюсь, тебя не слишком смутила вся эта беличья круговерть? Тогда пойдём туфли мерить, и я тебе волосы уложу. Хотя, знаешь, ты чем-то очень похожа на мою дочь, а к ней понятие "уложить волосы" неприменимо, - она тепло рассмеялась и повела девочку обратно в первую комнату.

* * *

    Беспокоиться пекарь Ион Фунар начал не сразу - дочка и раньше часто пропадала на полдня, но обычно она сидела в публичной библиотеке, а какая библиотека, когда давно стемнело? То, что город был занят советскими войсками, его скорее успокаивало - уже никакой стрельбы и на улицах патрули, так что криминалу особо не разгуляться. Но вот-вот комендантский час начнётся, а Луминиты всё нет!
    "У подруги, наверное, заночует, чтобы ночью на патруль не нарваться", - хватался он за соломинку. - "Хотя настолько близких подруг у неё нет, и вообще она мало общается с другими девочками. Тогда где?.. Неужели арестовали? Но за что? По улицам ходить ещё можно".
    Фунар в очередной раз вышел на улицу и осмотрелся, подняв над головой лампу, - нет, никого, только сзади вроде бы мелькнуло что-то зелёное. Он вновь повернулся в ту сторону и...
    Дочка, наконец-то! Но откуда? Ещё секунду назад на этом месте никого не было, она не могла появиться из темноты так быстро! Однако факт оставался фактом - к дому гордой походкой приближалась Луминита в новом зелёном платье, и её сопровождала девушка лет двадцати в парадной красноармейской форме.
    - Папа... - дочка остановилась и послала ему умильно-виноватый взгляд: "Ты не сердишься?"
    Ну разумеется, он сердится! Надо же понимать, что опасно десятилетней девочке разгуливать в войну по ночному городу, хоть уже и не стреляют! И что это за непонятное исчезновение - ушла и ничего не сказала? А платье откуда? И откуда кулон на шее - явно золотой, с зелёным камешком?
    - Товарищ Фунар? - подошедшая девушка говорила по-румынски с сильным акцентом, примеряясь к каждому слову. - Старший сержант медицинской службы Зоя Шавейко. Мы можем поговорить о вашей дочери?

* * *

    - Она у меня всегда такая любопытная была, - развёл руками пекарь. - Книги очень любила, постоянно в библиотеке сидела, пока библиотека ещё работала, и учиться дальше хотела. Но чтобы целительницей в зелёном стать?! Лучше бы, в самом деле, дальше в школе училась - вы же, наверное, организуете бесплатное среднее образование?
    Зоя недовольно покачала головой:
    - Мы-то почему? Это должны делать власти новой социалистической Румынии. А учиться в школе Луминита непременно будет, но в Москве.
    - Так вы что, действительно забираете её?! - ужаснулся Фунар.
    - Не "забираем", а орден целительниц, в который она вступила, направляет её на учёбу. Целительница должна иметь не только магический дар, но и хорошее образование, согласитесь?
    - Разумеется, товарищ Шавейко. Но почему в Москве? Страшно как-то.
    - Что, товарища Сталина боитесь? - усмехнулась Зоя. - Не бойтесь, мы только что от него. Он же теперь начальник Луминиты.
    Пекарь изумлённо уставился на девочку:
    - Нита, что, серьёзно? Ты говорила с самим товарищем Сталиным?
    - Да, папа, - улыбнулась Луминита. - Он пожелал мне хорошо учиться и чтобы я поскорее поняла, какой у меня конкретный целительский дар.
    - А чему тут удивляться? - перехватила Лесная Сестра. - Нас настолько мало, что руководит нами лично товарищ Сталин. При этом у каждой из нас есть своя уникальная способность - кто видит всё, что у человека внутри, кто очень быстро раны заживляет, а кто, например, может камень из почки вытащить без операции. Что умеет Луминита - мы пока не знаем, надо искать.
    - Видеться-то я с дочкой смогу? - вздохнул пекарь.
    - Сможете, конечно. Мы ведь способны мгновенно появляться где угодно, но только полные сёстры ордена, не ученицы. Нита, ты поняла? Когда примешь полное посвящение, сможешь навещать родной дом сама, без меня, но для этого тебе нужно как можно больше практиковаться, так что подключайся к нашей работе в госпиталях.
    - Зоя, я же сама хотела! - Луминита вновь расцвела радостной улыбкой.

* * *

    "А ведь это - всё", - вдруг со всей пугающей ясностью осознала Алина, отстранённо наблюдавшая, как Лемиата, Аменсина, Нериама и Савила принимают от Феликса кольца из Девяти - кольца ассоциированных фей. - "Точнее, все. Замкнутое Троемирье и приоткрытое Шестимирье без всяких Милон"фов, сто сорок девять человек, включая Фаину и ещё не родившихся детей. И на Параллели тоже собрались все, кто только мог прийти, - двадцать четыре Лесные Сестры и три мага".
    Все полторы сотни магов и "магиози", конечно, не поместились бы в башне ордена Обители, но кавалеры и дамы ордена и маленькие обладатели тассиренов были здесь - новопосвящённые Саша Романов, Алмаз и Василий, и пришедший совсем недавно Валентин, и восхищённо разглядывавший сказочное разноцветье вокруг пятилетний бенгалец Шахриар, и Малютка И на руках у Ани. Были и Василиса, и Тройная связь, и Милена с Кошечкой.
    - Три кольца - прекрасным феям - для добра их гордого... - вновь прозвучали слова объединяющего ритуала.
    - Семь колец - пещерным гномам - для труда их горного! - подхватила Оля, единолично представлявшая всех гномов.
    - Девять - жёнам Шестимирья для сдруженья крепкого и прозрения в служенье безупречно цепкого... - на этот раз слова Девяти произнесла не одна Далия, но все девять Лесных Сестёр в унисон.
    - И одно - Последнее - Предстоящей деве! - завершила Яна.
    "Какой всё-таки контраст с тем, что было полтора года назад!" - подумала Ледяная Дева. - "Тогда - начало большого праздника, сегодня - сдержанный парад, с которого войска уходят прямо на фронт. Да, мы наконец пришли к самим себе, но всё ещё не завершили большое дело, которое делаем".

Глава 7. ЧЕТВЁРТАЯ ГРАНЬ ЗЕРКАЛА

17-28 марта 2015

Много ль девочке нужно? Не много!
Постоять, погрустить у порога,
Посмотреть, как на западе ало
Раскрываются ветки коралла,
Как под небом холодным и чистым
Снег горит золотым аметистом, -
И довольно моей парижанке,
Нумерованной каторжанке.

Ю. Домбровский

    Красная Армия входила в Бухарест.
    Ни осторожно продвигавшиеся войска, ни угрюмо встречавшие их горожане не знали, что, как и в другой истории, столице Румынии, можно сказать, повезло - юный король предпочёл отстранить от власти премьера Антонеску, "румынского фюрера", и перейти на сторону Советского Союза, понимая, что иначе и без того не слишком-то богатая страна будет сильно разрушена. В Румынии, разумеется, началась гражданская война, ибо при всём националистическом угаре в стране было много и коммунистов, а где гражданская война, там и иностранная интервенция в пользу одной из сторон - если Антонеску можно было просить поддержки у Гитлера, то почему королю нельзя у Сталина? Были, однако, и существенные различия - не говоря уже о том, что на Параллели всё произошло на два года раньше, премьер-министром сразу после Антонеску стал Гроза[31].
    На очереди стояла, разумеется, Болгария - формальный союзник Германии, страна с традиционно германофильской элитой, однако столь же традиционно сочувствующим России народом. И - Греция.
    "Да, в этой истории у Советского Союза есть прекрасная возможность включить Грецию в сферу своего влияния", - снова размышлял Сталин, стоя с папиросой у окна. - "Социалистические настроения там весьма сильны, а страна до сих пор оккупирована Германией. На той Земле мы не успели - пока Красная Армия занимала Болгарию, в Грецию почти сразу после немцев вошли британцы, но сейчас они всё ещё воюют с немцами в Северной Африке. У них мощный флот в Средиземном море? А у нас - оружие из параллельного будущего и товарищ Лаврова со своими морскими колдуньями, которые готовы топить любой британский корабль даже без поручения Ставки. И в Италии социалисты с коммунистами популярны, и Мальта давно уже должна по праву принадлежать России, то есть теперь - Советскому Союзу. А без контроля над Средиземным морем Британия неминуемо потеряет и Индию, и другие колонии в Азии".
    "И вообще договариваться нужно в первую очередь с Штатами, а Британию - постепенно отодвигать в сторону", - подумал Верховный. - "Даже на той Земле вскорости после войны Британская империя начала рассыпаться, а в нашей истории она посыплется ещё быстрее, и надо не просто воспользоваться этим, а самим управлять её распадом, и главное - прежде всего выкорчёвывать негласное британское влияние".

* * *

    - А что это такое? - Луминита, заглянув в открытый шкафчик, ткнула пальцем в тюбик с мазью. - У нас на базаре продавали, я видела.
    - Мазь от всяких нарывов, - односложно ответила Люся, которая только что вернулась от тяжёлого ожогового пациента и хотела только одного - сбросить туфли, вытянуть ноги и выпить крепкого чаю с вареньем.
    - Как это "на базаре"? - возмутилась Ульяна, чуть было не плеснув кипяток мимо заварочного чайника. - Воруют медикаменты, что ли?
    - Уля, для тебя что, новость, что интенданты подворовывают? - устало отмахнулся Вадим. - К тому же не факт, что именно наши, а не румынские. Может быть, румынам уже официально передали партию советских лекарств.
    - "Левомицетин. Мазь", - прочитала тем временем девочка. - Люсёна, а "правомицетин" бывает?
    Люся лишь безнадёжно вздохнула:
    - Бывает, но лекарственным действием он не обладает. Может быть, дашь нам спокойно отдохнуть? Сядь лучше выпей чаю с нами.
    - С вареньем? - облизнулась Луминита.
    - Да, с абрикосовым, - целительница взяла чистую розетку и наполнила её вареньем чуть ли не до краёв. - Скажи лучше вот что - ты думала насчёт своего дара?
    - Угу. Люсёна, а правомицетин и левомицетин - это как правая и левая рука, да?
    - Господи, ну что с тобой делать, с любопытной такой? Да, примерно как зеркальное отражение.
    - Кстати, Нита, а может быть, твой дар как-то связан с зеркалом? - пришёл на помощь Вадим. - Ты ведь во сне видела себя в зелёном платье именно в зеркале.
    - Превращать правомицетин в левомицетин? - предположила девочка. - Чтобы больше лекарства было?
    - Хотя бы, - буркнула Ульяна. - Глядишь, занялась бы делом, а то уже третий день всех вопросами изводишь.
    - Подожди, подожди... - Люся подняла руку, призывая к молчанию. - Что же у меня за мысль была... А! Нита, ты знаешь, что такое вирус?
    - Такая зараза, которую в микроскоп не видно. Правильно?
    - Да, именно так. Там такая длинная заразная молекула есть, - Люся прекрасно помнила, что структура ДНК на Параллели ещё не открыта. - Но если её отразить наоборот, то вирус перестанет быть заразным! Кольцо с кулоном на тебе? Пошли! - она резко вскочила из-за стола, забыв даже надеть стоявшие чуть в стороне туфли.
    Луминита испуганно попятилась:
    - Куда?
    - Проверять твой дар, - целительница схватила девочку за руку и исчезла вместе с ней.

* * *

    Врач детской инфекционной больницы неплохо знал Люсю, поэтому был весьма удивлён, когда она появилась в его кабинете в одних колготках:
    - Людмила Евгеньевна, вы? А босиком-то почему?
    - Ой, действительно!.. - целительница только теперь обнаружила, что забыла обуться. - Есть идея, надо срочно проверить. Это наша новая ученица Луминита, из Румынии.
    - А, ну да, там же наши уже неделю как, - вспомнил врач. - Меня зовут Василий Валентинович, приятно познакомиться. Так что у вас за идея?
    - Пусть Луминита попробует превратить вирусы в их отражения, то есть все их белки и нуклеиновые кислоты - в зеркальные изомеры. У вас сейчас есть, например, корь?
    - Пациенты с корью, в смысле? Есть, но может быть, вы сначала всё-таки обуетесь? - улыбнулся Василий Валентинович. - Пол в боксе, как вы знаете, холодный.
    - Да, и Матанми приведу, - спохватилась Люся. - Одну минуту, больше вы Луминиту всё равно не выдержите. Я сейчас! - она перенеслась через обитель на Маалис и через минуту вернулась в туфлях Наты, держа за руку встрёпанную Матанми:
    - Ну как, вас не замучили ещё?
    - Ну что вы! - Василий Валентинович как раз увлечённо рассказывал что-то Лумините. - Чудесная девочка, врачом, наверное, станет. Ну что ж, пойдёмте проверим, - они дошли до одного из боксов, и врач, осторожно оглянувшись вокруг, открыл дверь:
    - Здравствуй, как ты себя чувствуешь?
    - Здрасьте. Норма-ально... - зевнул пациент - мальчик лет шести-семи, которому на самом деле было откровенно плохо - настолько плохо, что даже негритянка не вызвала у него никакого интереса.
    Матанми тем временем подошла поближе:
    - Ага, серая пыль, очень-очень мелкая. Смывать?
    - Подожди, пусть сначала Луминита попробует, - напомнила Люся. - Нита, а ты что-нибудь видишь? Постарайся посмотреть магическим зрением.
    - Аха, - Луминита не воспринимала вирусы ни "серой пылью", как Матанми, ни как-то ещё, но отчётливо видела поражённые ими ткани - по всему телу. - Зеркало, да? - девочка представила себе яркое зеркало, в котором все эти ткани видятся наоборот. Ой, как трудно удержать его в голове!..
    - Люсёна, светлеет! - послышался восхищённый шёпот Матанми.

* * *

    - Владыка мой медвежий, а ты не забыл Веру поздравить с днём рожденья? - лукаво улыбнулась Кристина.
    - Представь себе, нет, - подмигнул Артур. - А ты?
    - А я вот только что спохватилась, потому и тебе напомнила. Пойдём в Электрический лес? Позвоню, а потом - только ты и я... - женщина предвкушающе потянулась и взяла собранную заранее корзину.
    - Пойдём, - через минуту они уже стояли на пороге их домика в обители, и Страж Вихрей предложил:
    - Звони, я пока на стол накрою.
    - Нууу... Подожди, а? - Кристина быстро нашла в контактах нужный номер, но то, что сказала ей Вера после поздравлений, заставило её удивлённо вскинуть брови, и разговор продолжался ещё несколько минут.
    - Люсёна - просто гений! - радостно сообщила женщина, положив наконец трубку. - Знаешь, я так рада, что она в кои-то веки выбралась в гости! А то все целительницы уже год будто на фронте - сплошная работа.
    - Так она у Веры на дне рожденья? - сообразил Страж Вихрей. - Да уж, если кого и поздравлять, то в первую очередь её. А что за гениальное открытие?
    - Новая грань зеркала! - торжествующе изрекла Кристина, расстилая на столе скатерть. - Вот сколько их у сего магического артефакта, м?
    - Основных - три, - начал излагать Артур. - Во-первых, магия облика, которой на базовом уровне владеют все женщины. Даже если уровень более высокий, типа как Василиск видит в зеркале себя-мёртвую, то это всё равно относится к облику, пусть и перенесённому сквозь время. Во-вторых, магия управления. Помнишь, как мы с тобой ламинаризатор изобретали? Интерференция, сложение лучей, да просто заданная траектория луча - всё это зеркала.
    Кристина, уловив смысл, продолжила:
    - В-третьих, магия возврата, не так ли? Она уже запрещённая - вернуть зло адресно его источнику.
    - Именно. То есть в роли луча здесь может выступить и "Кедр", а собственно зеркалом должна быть кристально ясная воля. Ох, как не любят эту магию всякие власть имущие!.. - Артур усмехнулся, воскрешая в памяти историю ковена на Земле. - А четвёртая грань?
    - Я бы сказала - "магия физического отражения". Люсёна с Луминитой придумали, как погасить вирусную инфекцию, не применяя магию Смерти.
    Страж Вихрей понял идею с полуслова:
    - Превратить геном вируса в противоположный стереоизомер? После чего он по-прежнему "живой", но заражать клетки уже не может? Слушай, это действительно гениально! И как, получилось у Луминиты?
    - В том-то и дело, что получилось! Конечно, после такого всё равно нужно восстанавливающее целительство, но возбудителя - всё, прихлопнули! Ладно, владыка мой медвежий, прошу к столу. Не надо сегодня разговоров о делах, м? - Кристина принялась извлекать из корзины весьма изысканный холодный ужин.

* * *

    - Белочка, а почему от вас копчёной рыбой пахнет? - удивился Лев Николаевич.
    - День рожденья у Рийны! - рассмеялась Белка. - Я как раз зашла вас пригласить, присоединяйтесь.
    - Пива, надеюсь, вы не держите? - пошутил врач, входя в комнату целительниц, где уже присутствовали сама виновница торжества, Сталина, Эмилия и две медсестры. - А жаль! - на столе стоял короб с копчёной салакой в окружении блюда с кусками припущенного судака, кувшинчика сметанного соуса с хреном и ковриги домашнего эстонского хлеба. - Поздравляю, Рийночка! Шестнадцать лет, если не ошибаюсь?
    - Спасибо, Лев Николаевич, - улыбнулась девушка. - Да, шестнадцать. Я тут подумала - сладкое мы и так часто едим, а рыбы сейчас почти не бывает, кроме селёдки. Салаку у наших рыбаков на море купила, а остальное - из дома, я же на озере жила.
    - Вы совершенно правы, лично я забыл уже, когда в последний раз подобную рыбу ел, - врач сел к столу и взял из короба копчушку. - Как настроения-то в Эстонии?
    Рийна чуть задумалась:
    - Слегка растерянные, я бы сказала. На моей девичьей памяти и то пятая власть уже - сначала независимая Эстония, потом Советский Союз, потом немцы, потом военные комендатуры, теперь вот опять Эстония. К тому же мало кто понимает, что такое "ассоциированное государство".
    - Я, если честно, тоже не до конца. А вы-то понимаете?
    - Тоже в первом приближении - что у Эстонии своя только полиция, без армии, и Советский Союз берёт на себя ещё внешнюю политику. Всё остальное как раньше - самоуправление, свои деньги, граница и всякий мелкий капитализм. Выгнали, короче, из Советского Союза! - девушка забавно наморщила нос. - Ну не советские мы люди, что же делать? И нацистов много развелось, пока немцы были.
    - А ты-то кто? - пристально посмотрела Сталина, до этого с аппетитом расправлявшаяся с судаком. - Тоже "не советская"?
    - Нет, я как раз останусь советской гражданкой, - серьёзно сказала Рийна. - Тесно мне теперь будет на маленьком хуторе, понимаешь? А с вами - великие дела!

* * *

    Лариса открыла на своём ноутбуке конструктор миров:
    - Давайте "методом тыка", то есть, ежели по-научному, методом Монте-Карло, - она щёлкнула по закладке "Переход" и вывела на экран полный граф. - Кто ткнёт?
    - Лучше случайные координаты сказать, а то они настолько плотно, что пальцем сразу в несколько получится, - предложила Марина. - Триста тридцать три слева.
    - Семьсот четыре сверху, - подхватила Ксения. - Лара, ну и что?
    - Есть мир! Раксутен называется, - Лариса выделила точку с заданными координатами. - Про него что-нибудь известно?
    - Лично мне - нет, - спокойно заметила Алина. - Сейчас я Хсе-Даань попрошу подойти, если она не слишком занята.
    - Раксутен? Ну да, бывала я там, - вспомнила появившаяся через несколько минут Первая сестра Сенаорна. - По земным меркам - раннее Средневековье, то есть сейчас, наверное, уже не раннее. Опасности, понятно, тоже стандартные для европейского Средневековья - разбойники, антисанитария и всё такое. Религиозный фанатизм и нетерпимость к чужим - в зависимости от конкретной страны, так что рекомендую Лурасну - это торговая республика, там привыкли к самым разным путникам, и золотые монеты ходят почти любые, лишь бы золото. Серебро и медь - только своей чеканки.
    - А просто небольшим слитком можно расплатиться? В трактире, например? - уточнила Лариса.
    - В принципе да, но для трактира золото - слишком крупно, там лучше серебром. Так что появитесь сначала у сестры Арнемикс, это Первая ученица, и спросите её насчёт серебряных монет, ну и насчёт текущей обстановки тоже. Вы сразу с конями идёте?
    Алина покачала головой:
    - Нет, сначала я появлюсь без Морны и осмотрюсь на месте, а уже потом мы коней приведём. Лара, найди мне эту Арнемикс, - она села вместо Ларисы за ноутбук и, внимательно рассмотрев портрет незнакомой феи Земли, нажала "Создать точку входа".

* * *

    "Хождение в декрет", - прыснула Аня, выходя из ванной - она старалась принимать душ и надевать чистый халат после каждого кормления, чтобы не пропахнуть "молочным перегаром". - "Ну да, иные наши дети постигают жизнь простого народа в школе, а я вот - в декрете! Сегодня Малютке И три недели, и я специально попросила, чтобы ни Марина, ни Света, ни Василиса не помогали, тем более что Марина сейчас всё равно в рейде Серебряных Всадниц. Вот и посмотрим, что за зверь такой - обычный день обычной российской горожанки с малышом?" - она осторожно подошла к кроватке дочери и, убедившись, что та спокойно спит, вышла на кухню.
    "Хотя нет, у "обычной горожанки" должна быть ещё ипотека, и чтобы малыш постоянно кричал. И никакой тебе доставки - сама-сама по магазинам с коляской!" - Лесная Сестра принялась сноровисто раскидывать содержимое пакетов в холодильник и шкафчики. - "А вообще-то современной женщине в декрете, с одной стороны, не настолько легко, чтобы не капризничать, а с другой - не настолько трудно, чтобы не оставалось сил на капризы. Оттого и столько разводов после декрета - далеко не все мужья именно изменяют, многие просто бегут от капризов".
    "Итак, я самая обычная декретница, так что никаких регалий феи Земли - украшения только из народной ювелирки", - Аня полезла в пакет из ювелирного магазина, тоже доставленный утром, и достала две коробочки с золотыми серёжками - крупные ажурные шарики для себя и маленькие пусетки с микроскопическими бриллиантиками для Малютки И, которые она пока убрала обратно. "Ммм? Гном, конечно, обидится, но я ему не скажу", - Лесная Сестра с удовольствием завертелась перед зеркалом - крупные серьги ей шли.
    "Так, нарядилась по-народному - и за дело! Что, по идее, делают женщины в декрете? Да то же, что и не в таковом, - стирают и готовят, пока муж на работе. Но стиральная машина шумит, мясорубка - тоже, значит, пока Малютка И спит, готовим мясо кусочками", - на разделочную доску шмякнулся кусок филе индейки, и Аня быстро заработала ножом.
    - А? - послышалось из комнаты через несколько минут.
    "Ну так и есть - мокрая! Но мне осталось только залить мясо соусом", - Лесная Сестра, ничуть не суетясь, помыла и перепеленала девочку, всё время улыбаясь ей, и набросила слинг, чтобы выйти с ней на кухню и закончить готовку, включив по пути уже загруженную стиральную машину.
    "Погулять бы ещё надо", - подумала она. - "Но сегодня скользко, не стоит в такую погоду первый раз выходить на улицу с малышом в слинге. Корзина на балконе - всё равно почти коляска", - через минуту девочка уже лежала за приоткрытой балконной дверью в тёплом зимнем конверте.
    "Да уж, не так страшен декрет, как его малюют!" - весело усмехнулась Аня спустя час, не спеша наслаждаясь тушёным мясом, к которому она сварила пакетик риса, и наскоро сделанным салатом - Малютка И снова спала. - "Впрочем, в глубоком декрете, когда целый день сидишь в квартире наедине с малышом, я фактически только первый день. Посмотрим ещё, что будет через неделю, - полезу я на стенку или сразу на потолок?"

* * *

    - "Нас невозможно сбить с пути - нам всё равно, куда идти!" - насмешливо продекламировала Лариса, повернувшись к ехавшей за ней Алине. - Куда едем-то, в самом деле?
    - Да просто гуляем, - невозмутимо ответила та. - Дорога торная, так что куда-нибудь да приведёт.
    - Давно не выбира-ались... - Ксения с удовольствием потянулась в седле, ненадолго выпустив поводья. - Пытаюсь вот отпустить себя, а всё равно душа не на месте - как там дела в госпиталях?
    - Кси, так что вы в итоге решили? - поинтересовалась Марина. - Кто куда после выпускного экзамена?
    - Фиссиль остаётся до конца войны на Параллели - она, конечно, и на Айлеане очень нужна, но ей пошли навстречу, ибо практика обширнейшая, в мирное время такой опыт не получишь. Маэнане окончательно в ту Москву переселяется - будет в Русаковской больнице работать, ей квартирку маленькую дают при больнице. А мы с Машом - пока непонятно, я всё-таки хочу дальше учиться, - изложила Ксения. - Если, конечно, на пурпурную ленту сдам.
    - Вот как раз чтобы сдать - отключись хоть на пару часов от госпитальных дум! Кстати, впереди что-то на придорожный трактир похожее наблюдаю я.
    Лариса тоже всмотрелась вперёд:
    - Ага, он самый. Здесь две дороги сходятся, видите? - справа уже проглядывала вторая дорога. - Заедем?
    - Конечно, - согласилась Алина. - Ну вот, я же говорила - куда-нибудь да приедем!
    Через несколько минут большой двухэтажный дом встал перед ними во всей красе - даже не "трактир", а скорее постоялый двор, с крытой коновязью и стоявшей чуть в стороне полноценной конюшней - по-видимому, для тех, кто решил заночевать здесь. На вывеске над широкими двустворчатыми дверями был изображён трёхголовый дракон, повешенный сразу на трёх виселицах - за каждую шею по отдельности, и надпись тоже гласила: "У повешенного дракона".
    - Богатая, я смотрю, у народа фантазия! - хохотнула Лариса. - Хорошо хоть, не "Дракон в томате".
    - Думаю, нечто в этом роде в Лурасне тоже отыщется, - предположила Ксения. - Главное, здесь нет никаких неестественных табу, иначе сестра Арнемикс предупредила бы, - она уже спешилась и привязывала Айгуш с края коновязи. - Линка, гитару возьмёшь?
    Алина машинально кивнула - она разглядывала лошадей, принадлежавших другим путникам:
    - Да, хотя бы затем, чтобы не спёрли. А в трактире, между прочим, кавалеристы какие-то сидят - видите, на конях вальтрапы форменные? Не знаю, хорошо это для нас или плохо, но...
    - Но мы Серебряные Всадницы или кто? - перебила Марина, касаясь рукояти длинного баселарда на поясе. - Пошли, - она открыла двери, и все четыре феи Воды оказались в большом зале, где пахло потом и дымом от жаркóго. - Вон там, похоже, свободно, и как раз на четверых, - Марина сразу приметила небольшой стол примерно в середине зала. - Что заказываем?
    - Большой кувшин эля на всех и блюдо жареных рыбок, - пока они продвигались к столу, Лариса успела срисовать примерное меню, поедавшееся посетителями. - Кстати, руки здесь всё-таки принято мыть - чаши с водой стоят, видите? - феи Воды не спеша расселись за столом.
    От огромной полукруглой стойки, за которой вовсю чадили сковороды и жаровни, к ним уже спешил добротно одетый парень - скорее всего, сын хозяина трактира:
    - Что угодно благородным девам-воительницам? - он не особо удивился женщинам в штанах и с оружием - в иных сопредельных странах среди знати было модно нанимать для жён и дочерей в том числе телохранительниц-женщин. - Есть превосходный пирог с серебряной рыбой, только сегодня живую принесли.
    "Дорогое блюдо, вот и предлагают в первую очередь его", - сообразила Алина. - "А вообще-то здесь далеко не все мясо с рыбой едят - блюда с жареными рыбками лишь на паре столов, да кавалеристам, числом шестеро, принесли что-то типа свиного бока. Остальные довольствуются, по-видимому, лепёшками с сыром, что, между прочим, хорошо коррелирует с числом лошадей у коновязи - те, кто попроще, очевидно, пришли пешком".
    - Большой пирог-то? Руками покажи... Ага, как раз на всех, тащи, - распорядилась она. - И кувшин выдержанного светлого эля.
    - Энеаликс! - позвал парень. - Омовение благородным девам!
    - Сейчас, господин Варонт! - отозвался детский голос, и где-то через полминуты появилась девчушка лет десяти, напряжённо вцепившаяся обеими руками в большую чашу с тёплой водой, ароматизированной какими-то травами.
    "А глаза-то у этой Энеаликс - никак не устало-тупые, как у большинства девиц из простонародья, вынужденных тяжело работать", - моментально заметила фея Воды. - "Тоскливо-мечтательный взгляд, и мечты отнюдь не о замужестве - скорее, я бы сказала, "о небе и крылатых звёздах". Проверить, что ли? Ладно, чуть позже - сначала надо немного расположить к себе хозяев, то есть поесть и расплатиться".

* * *

    Марина отрезала своим баселардом край пирога - да, именно испечённый с умом пирог, а не просто кое-как засунутая в тесто рыба, что любившая и умевшая готовить фея Воды оценила по достоинству. Оставалось проверить самое главное - вкус блюда, и она даже удивилась:
    - Ни фига себе! Осетрина, попробуйте!
    - Действительно, - согласилась Алина, продегустировав пирог. - Вкусно, но вообще-то для пирога хватило бы и сига или судака, даже вкуснее было бы. Сейчас спрошу кое-что, - она подошла к стойке и, подозвав хозяина трактира, перебросилась с ним несколькими фразами.
    - Копчение здесь знают, - сказала она, вернувшись за стол. - Ту же, как хозяин выражается, "серебряную рыбу" к столу знати часто копчёной и подают, но он привык, что посетители трактира предпочитают свежее, поэтому вся рыба сразу идёт или на жаровню, или в пироги, - в этот момент над ними нависла высокая мужская фигура, и Алина повернулась:
    - Добрый день, господин.
    - Добрый! - громыхнул один из кавалеристов - совсем молодой парень, бывший уже хорошо навеселе. - Благородные девы-воительницы поют? - он показал глазами на гитару.
    - Можем, - Алина действительно была не прочь исполнить что-нибудь. - О чём?
    - О нас, - парень сделал неопределённый круговой жест рукой в сторону своей компании. - И чтобы девы нас ждали.
    - Я поняла. Садись к своим, сейчас будет, - она сосредоточилась, стараясь перевести знаменитую песню на местный язык как можно поэтичнее. - Деуки, подпевайте, а?
    Расцветали яблони и груши,
Поплыли туманы над рекой.
Выходила на берег Катюша,
На высокий берег на крутой...
    Гул разговоров в трактире смолк - новую песню с интересом слушали даже те, для кого она стала полной неожиданностью, и четыре женских голоса продолжали:
    Ой ты песня, песенка девичья,
Ты лети за ясным солнцем вслед
И бойцу на дальнем пограничье
От Катюши передай привет...
    - А больше ничего такого нет? - с явной надеждой спросил какой-то другой кавалерист, когда гитара Алины смолкла.
    - Есть ещё одна, - "Лили Марлен" была песней хоть и исходно вражеской, но тоже чисто любовной, и фея Воды преспокойно начала:
    Возле казармы, в свете фонаря,
кружатся попарно листья сентября...[32]
    - Ещё кувшин эля! - приободрившиеся кавалеристы, дослушав песню, подозвали Варонта и, быстро получив желаемое, на какое-то время отвлеклись.
    - А про вольных людей споёте? - выкрикнули от одного из столов, где ели жареную рыбу. - Это солдату женщина нужна, а нам - воля!
    - С полным нашим удовольствием! - озорно откликнулась Алина. - Про народного разбойника - хотите? Их есть у меня!
    Из-за острова на стрежень,
На простор речной волны
Выплывают расписные
Стеньки Разина челны!..
    - Выплывают расписные Стеньки Разина челны! - залихватски подпела Лариса - это была одна из немногих песен, где она умудрялась точно попадать в ноты.
    ...Мощным взмахом поднимает
Полоненную княжну
И за борт её бросает
В набежавшую волну!
    - И за борт её бросает в набежавшую волну-у! - нестройным хором подхватила чуть ли не половина трактира.
    Тут к нему речник подъехал
И его оштрафовал
За бросание предметов
В государственный канал...
    Начавшиеся смешки довольно быстро слились в смеховую канонаду, и феи Воды завершили, лишь после этого отпустив себя туда же:
    Волга служит вольным людям,
Эти волны - благодать,
Так давайте же не будем
Их княжнами засорять!
    - Серебряные Всадницы? Я так и думал, - накрыл хохочущую паузу голос незаметно подошедшего мужчины средних лет. - По чью душу на этот раз?

* * *

    "Род занятий у человека, скажем так, весьма неопределённый, но вряд ли перед нами разбойник", - быстро прикинула Алина. - "Контрабандист - это да, это не исключено".
    - Уважаемый, - медленно произнесла она, - а с чего вы взяли, что мы всегда являемся непременно по чью-то душу? Может быть, просто спеть несколько песен и отведать кушаний из повешенного дракона?
    - И всё же, - усмехнулся мужчина. - Я правильно понял, кто вас заинтересовал?
    - Правильно. Девочка, которая принесла воду для омовения рук.
    - Энеаликс, да. Вы позволите? - мужчина сел за стол, и Ксения налила ему кружку эля и отрезала кусок пирога. - Благодарю. Так вот, вы почти наверняка заберёте её с собой. Я бы и сам давно сделал это, но... - он виновато развёл руками.
    "Но образ жизни не позволяет", - закончила фея Воды.
    - Сирота, что ли? - спросила она. - Явно же не своим делом занимается.
    - Совершенно верно. Почтенный Орлент приютил её, как он сам говорит, "из милости", но никакого образования не даёт - он, как вы понимаете, и сам без такового, разве что читать немного умеет. Ну да, женщины в Лурасне, не говоря уже о сопредельных странах, если и получают какое-никакое образование, то лишь домашнее, но я пожил в мире сём достаточно, чтобы убедиться, что для иных девочек оно было бы совсем не лишним. Вы ведь, например, женщины образованные?
    - Магическая академия, - подтвердила Ксения. - А они - университет, все три.
    - Даже так? Тогда вы тем более должны оценить пытливость ума Энеаликс. Скажите, есть ли на самом деле в воздухе вода - не туман, а именно невидимая вода? То, что воздух - это не пустота, мне известно.
    - Водяной пар, да, - кивнула Лариса. - Это, если можно так выразиться, вода, превратившаяся в воздух.
    - И чем холоднее, тем её в воздухе меньше?
    - Не совсем так. Чем холоднее, тем меньше можно добавить пара - всё остальное станет росой. Это как с кружкой - больше, чем до краёв, не нальёшь, но никто не мешает налить меньше.
    - Я понял. Это и есть наблюдение Энеаликс - она излагала примерно теми же словами. Согласитесь, о чём-то да говорит? Тем более что девочка пытается ещё и исчислить воду в воздухе какими-то травинками.
    - Наш человек! - обрадовалась Марина. - Подождите, я сейчас, - она отошла к стойке и после оживлённого спора с хозяином трактира вернулась обратно вместе с девочкой. - Садись. Есть будешь?
    Энеаликс осторожно взяла пододвинутый к ней кусок пирога с рыбой:
    - С-спасибо. Вы из-за воды в воздухе меня позвали, да?
    - Ну да, - вновь вступила Лариса. - Ты волосом измерять не пробовала?
    - А он что, должен удлиняться, да? - заинтересовалась девочка. - Или укорачиваться?
    - Удлиняться, но мне сейчас негде нарисовать. Слушай, сколько тебе лет?
    - Одиннадцать.
    - Ты не хочешь пойти в помощницы к одной княгине? Ей нужна девочка твоего возраста, чтобы каждый день записывала, насколько тепло, сколько воды в воздухе, какой ветер и всё такое. А через полтора года пойдёшь учиться в академию.
    - Хочу!.. Но разве вы можете обещать такие вещи? - спохватилась Энеаликс. - Что меня возьмут в академию? Девочек же туда не берут.
    - Хороший вопрос, - довольно ухмыльнулась фея Воды. - Могу, ибо я в этой академии преподаю. А Алина - советница той самой княгини.
    - Правда? Меня же господин Орлент не отпустит.
    - Ты ему должна?
    - Да, он заплатил по долгам моего отца.
    - Сколько? Хотя ты можешь и не знать, это я у него спрошу, - Лариса тоже пошла к стойке - было видно, как она яростно препирается с хозяином, но, похоже, им удалось до чего-то договориться, потому что в итоге фея Воды обернулась и позвала:
    - Кси, подойди, тут целительница нужна!

* * *

    - А сколько отец был должен? - несмело спросила девочка, кое-как подсаженная на Кёмюра - Лариса ушла на Тарлаон, чтобы предупредить Саниму.
    - Пять золотых, - буркнула Алина. - И ещё Ксения залечила Орленту тот противный ожог, но это уже не в счёт долга - она никогда не берёт за исцеление деньги.
    - Она что, зелёная дева? - восхитилась Энеаликс.
    - Не "зелёная", но тоже целительница. Сейчас, минуточку, - вокруг начал быстро сгущаться туман. - Держись крепче и не пугайся! - кони оказались на круглой полянке, над которой прямо в зените стояла яркая луна, и девочка обескураженно завертела головой:
    - Ой, где это мы?
    - Это просто перекрёсток дорог между мирами, - деловито пояснила фея Воды, помогая Энеаликс слезть с коня. - Деуки, лошади на вас, а мы к Саниме! - теперь воккруг снова был солнечный день, и Алина с девочкой стояли посреди чьего-то богатого подворья, перед высоким теремом.
    - Разломи, кстати, - фея Воды протянула тонкую каменную пластинку. - Будешь знать наш язык, а язык этого мира княгиня сама даст.
    - Правда?.. А вы... не отсюда? - Энеаликс, разломив камешек, сразу попыталась спросить на полученном только что языке.
    - Нет, мы родом из другого мира. Он называется Земля, а этот - Тарлаон. А вот, кстати, и княгиня, - на крыльцо терема вышли Лариса и молодая женщина с золотым обручем на голове. - Миретль Санима, позволь представить тебе Энеаликс, она из мира под названием Раксутен. К сожалению, не маг, мы проверяли, но с задатками учёной дамы, и очень хочет учиться в академии.
    - Знаю, ханисетль Ларисса уже рассказала про тебя, - улыбнулась женщина - она тоже говорила по-русски. - Ханиседисль Энеалисса, значит? Поднимайся сюда, - Санима пригласила девочку следовать за ней в терем.

* * *

    "Sospite nunc patria, fracto nunc funeris antro, mors ubi dira fuit vita salusque patent"[33], - вспомнилось Эльзе, которая была готова вспоминать что угодно и думать о чём угодно - лишь бы не о том, что она стоит посреди ледяного ужаса, сотворённого её же собственным народом. Тем не менее, целительнице пришлось возвращаться в реальность - на плацу концлагеря Аушвиц-Биркенау устанавливали госпитальные палатки, и русские солдаты, вместе с теми из пленных немцев, кто сохранил остатки порядочности, переносили в них бывших заключённых, уже настолько далеко шагнувших за грань смерти, что их не довезли бы живыми даже до ближайшего госпиталя.
    Ульяна тряхнула её за плечо:
    - Эльза, не спи! Работаем! - она скрылась в одной из палаток, в которой лежали женщины, и немка поплелась следом за ней, доставая из сумки артефакт от Ядвиги - саму Ядвигу, как и Домну, в концлагерь не пустили, да и время было ещё школьное.
    - Давай сюда, - помахала ей рукой Серафима, склонившаяся над лежавшей под капельницей девушкой. - Я настраиваю обмен веществ, ты загоняешь питательные вещества в самые плохие места, а Рийна ускоряет рост. Погнали!
    "Полька, еврейка, пленная русская санитарка из прошлогодних окруженцев?" - заметались мысли Эльзы. - "Тьфу ты, о чём я только думаю? Для меня - пациентка, и только так. Неужели и мама умирала так же страшно, как эти несчастные женщины?" - девушка тем временем пришла в сознание и начала что-то шептать - ей, должно быть, казалось, что она кричит во весь голос.
    Эльза наклонилась ещё ниже, стараясь разобрать, и попыталась сообразить, что же за язык она слышит. Язык этот был ей немного знаком, но немка настолько не ожидала встретить его здесь, что довольно долго не могла распознать и настроиться. Французский язык - в концлагере на польской земле?! Девушка, тем не менее, яростно шептала именно по-французски:
    - Не хочу! Отпустите меня из этого мира!

* * *

    Экзамен на пурпурную ленту на целительском факультете Эльтионской академии всегда проводился на день раньше общего, чтобы у тех, кто не сдал его, была вторая попытка, ибо не сдавали весьма многие - достойными пурпурной ленты считались лишь целители по-настоящему думающие, а не просто хорошо владеющие магией и нужными знаниями. Знания, впрочем, на экзамене тоже проверяли - глубоко и системно.
    Для Маэнане пошёл пятый час одиночного испытания - подруг она не видела с самого утра, когда четыре девушки сразу разошлись по разным аудиториям. Уже были не без блеска пройдены все каверзные вопросы, уже точно проведены два исцеления на магических макетах и операция без анестезиолога и даже без ассистента (анестезию она давала магией), и теперь оставалось последнее и самое главное - "трудный простой случай".
    - Итак, ситуация, - начал магистр Иреомаль, проведя их с каким-то незнакомым мужчиной в очередную аудиторию. - Очень развитый технический мир, но магии в нём настолько мало, что вы в состоянии выполнить одно и только одно магическое действие - на пределе сил. К вам пришёл пациент, а я, соответственно, ушёл. Думайте, в вашем распоряжении... ну, скажем, полчаса, - магистр вышел, оставив целительницу наедине с пациентом.
    - Жалуюсь я только на одно, - сразу сказал мужчина, показав красноватые шелушащиеся пятна на руках. - Очень чешется, ну и люди, понятно, шарахаются - вдруг это заразно? Вы не могли бы помочь?
    - Да, конечно, - Маэнане уже собиралась было посмотреть магическим зрением, с чего она обычно и начинала, но вовремя спохватилась: "Одно действие! Если я выполню магией диагностику, то на само лечение уже ничего не останется! Нет, надо рассуждать именно как врач технического мира. Тем более что магического потока почти нет, а значит, и патология наверняка не связана с магией".
    - Скажите, кем вы работаете? - спросила она на всякий случай. - Ни с какими химикатами дела не имеете?
    - Нет, я заведую отделом сбыта на фабрике, - ответил пациент. - Чисто конторская работа, на производстве я не бываю.
    "Зато конторская работа бывает довольно нервной", - отметила про себя целительница. - "Неужели психосоматика? Тогда залечивать сейчас сами пятна тоже станет большой ошибкой - пока не устранена первопричина, они будут возвращаться вновь и вновь. А первопричину, наверное, следует искать где-то в памяти... Но я же фея Воды!"
    - Вы позволите посмотреть эмоциональную составляющую вашей памяти? - она поняла, что, похоже, нащупала решение.
    - Да, смотрите, - не слишком охотно согласился мужчина.
    Глубже... Глубже... Вот оно - постоянно царапающее воспоминание! Такое впечатление, что человек всё время возвращается к нему, чтобы затереть, но каждый раз лишь получает новые царапины. "Однако на то я и целительница, чтобы помочь, если кто-то не справляется сам", - Маэнане наконец-то задействовала магию - тот самый единственный раз, и острый пик в памяти начал оплывать, превращаясь в пологий холмик.
    "Но это ещё не всё", - сообразила она. - "Решить задачу необходимо до конца, то есть убрать и пятна на коже - они-то пока никуда не делись! Магии у меня больше нет, но мир, как сказал магистр, технически развитый, то есть в нём должна быть развита и фармацевтика, и нужно поставить точку - выписать пациенту соответствующую мазь".
    - Теперь у вас всё должно пройти где-то за неделю, - целительница написала на листке бумаги два названия.
    - Спасибо, - мужчина поднялся на ноги и вышел из аудитории, и в дверь сразу же ворвался радостный магистр Иреомаль:
    - Вы сдали! Поздравляю!
    - Спасибо, магистр, - устало улыбнулась Маэнане. - Вы не знаете, как там остальные девушки? Мария, Ксения, Фиссиль?
    - Тоже сдали, представляете? Какие вы всё-таки умницы! Так, госпожа Тунсик"л, а вот сейчас - отдыхать! Вечером вы должны быть у меня в кабинете при полном параде - будете принимать пурпурную ленту.

* * *

    - Зачем вы заставляете меня жить? - прошелестел почти бесплотный голос.
    - Затем, что ты просила отпустить тебя "из этого мира", то есть с Земли, а не в смерть, - медленно произнесла Анастасия. - Мы выполнили твою просьбу - это не Земля.
    - Верю, - сказала Мадлен. - Но жить я всё равно не хочу.
    - А вот я - не верю, - Лесная Сестра мягко опустилась рядом с девушкой на камень на краю Долины асфоделей. - Те, кто реально не желал бороться за жизнь, уже умерли - в концлагере для этого даже не надо ничего делать, достаточно, наоборот, ничего не делать. Зачем-то же ты боролась?
    - Бороться за жизнь - одно. Жить - совсем другое.
    - Я поняла. Действительно, как в своё время изрекла одна наша сестра, "есть Жизнь, Смерть и Выживание, и каждое из этих начал противостоит двум другим". Меня ведь тоже перенесли из Смерти в Выживание, и я, как и ты, долго не хотела жить.
    - Вас просто убили, Ваше Высочество, - девушка продолжала равнодушно созерцать белые и тёмно-синие цветы, не поворачивая головы. - Один раз. А меня убивали больше года - и тело, и душу.
    Анастасия чуть улыбнулась:
    - Ты, я вижу, поняла, кто я такая? Тогда пойми и то, что я тоже потеряла всех, вместе с их временем, и потеряла дом, а значит - и саму себя, и мне пришлось долго рождаться заново на этом лугу. Может быть, и у тебя получится возродиться? Цветы забвения и цветы памяти раскрыты навстречу - что ты выберешь?
    - Память, - Мадлен непроизвольно задумалась, и её голос отозвался слабым дыханием жизни. - Вы можете оставить меня наедине с ней?
    - Оставлю, но называй меня на "ты", хорошо? - сама Лесная Сестра постепенно приучала себя к братскому "ты" хотя бы в пределах ковена, хоть это давалось ей и не слишком легко. - Вы же республиканцы, не так ли? Да и я давно уже не "Ваше Высочество", ибо великая княжна Анастасия Николаевна всё-таки умерла - ковен воссоздал не её, а сестру ордена Пути Анастасию.
    - Хорошо... Ася, - безучастно отозвалась девушка.
    "Как же Тамары сейчас не хватает..." - вздохнула Анастасия, вернувшись в свой домик. - "Но может быть, воссоздать эту смертельно раненую душу сможет как раз женщина с младенцем на руках?"

* * *

    - Это вы так в меня верили? - охнула Фиссиль, увидев разложенное на кровати новое платье и открытую шкатулку с бриллиантами. - Настолько, что заранее заказали наряд на вручение диплома с пурпурной лентой?
    - Именно так, - подмигнула Маша. - И как видишь, не зря.
    - Ох... Ну я же еле сдала! Один вопрос вообще не помнила, пришлось логически восстанавливать, и на операции "поплыла" - еле-еле магии хватило на анестезию.
    - Но ведь справилась? - невозмутимо посмотрела на неё Ксения. - С самым главным - с "трудным простым случаем" - справилась уверенно?
    - Ну да, - шумно выдохнула девушка. - Но всё равно не могу экзамен вспоминать без содрогания.
    - Давай помогу немного успокоиться, - Ксения начала поглаживать шею подруги, слегка нажимая в некоторых точках. - А вообще-то, говорят, женщинам в таких ситуациях как раз хорошо помогает примерка нового наряда.
    Фиссиль неожиданно рассмеялась:
    - С удовольствием! - она неторопливо надела платье и принялась разглядывать бриллиантовый гарнитур. - Ой, а туфли-то!
    - Ната ничего не забыла, - успокоила её Маэнане, доставая коробку с туфлями. - Ну что, появляемся перед кабинетом Иреомаля?
    - Сейчас, дайте хоть в зеркало посмотреться!.. Ладно, пошли, - через минуту четыре девушки входили в кабинет.
    - Хороши у нас красавицы! - широко улыбнулся магистр. - Но, признаться, на экзамене вы были ещё красивее - прямо воплощённая мысль! Сосредоточенные такие, умные... Госпожа Аулинт, преподаватели нашего факультета сочли своим долгом преподнести вам этот перстень, - он протянул Фиссиль коробочку с кольцом - строгим, но всё равно женским, очень красивым, с камнем нереального пурпурного оттенка. - Мы ведь хорошо помним, с чего вы начинали четыре года назад, поэтому то, чего вы в итоге достигли, - это, не побоюсь громкого слова, подвиг, и он заслуживает почётной награды. Пусть же пурпурный суниальт будет вашей регалией, подобно регалиям магинь Стихий на ваших подругах!
    - Спасибо, магистр Иреомаль! - зарделась девушка. - Что, простых магов, сдавших на пурпурную ленту, награждают кольцом с... суниальтом, вы сказали? Никогда не слышала.
    - И не могли слышать, ибо не всех "простых магов", а конкретно вас. Нет, вы не первая награждённая, но, уверяю, за всю историю Эльтионской академии таких случаев и десятка не наберётся. Хорошо сéло, не велико? Идёмте, - магистр открыл неприметную дверь в углу кабинета, и девушки, войдя в неё, неожиданно оказались в небольшом цветущем саду, в начале мощёной тропинки с мерцающими кристаллами по краям.
    - Магический дворик, - пояснил Иреомаль. - Студент, да и то не любой, может попасть сюда только единственный раз - на вручение пурпурной или червонной ленты. Идите за мной по тропинке, даже если вам покажется, что вы идёте слишком долго, - он бодро двинулся вперёд, и вслед ему весело зацокали высокие каблуки девушек.

* * *

    Возле увитой цветами и кристаллами беседки, до которой они дошли через несколько минут, уже стояли парень и две девушки с факультета природной магии, и Маша радостно обнялась с той из девушек, что была, как и она сама, при полных регалиях сестры ордена Пути:
    - Поздравляю, сестра Эрнинта!
    - Поздравляю, сестра Мария! - девушка обрадовалась ничуть не меньше. - Что, вся ваша четвёрка сдала на пурпурную ленту?! Надо же...
    - Фиссиль, и ты? - обернулся парень. - Поздравляю!
    - И я тебя, Ассевэн! - Фиссиль смущённо приобняла его. - Ты как, возвращаешься домой?
    - Да вот не знаю теперь, - было видно, что Ассевэн неравнодушен к девушке, и та, похоже, отвечает ему взаимностью. - Ты же продолжаешь на Земле* работать, пока война идёт? - "Параллелью" мир, где шёл тысяча девятьсот сорок второй год, называли лишь в ковене, для магов же иных миров он был "Землёй со звёздочкой". - Может быть, и мне попроситься туда же? Природа-то от войны тоже сильно страдает.
    - Тогда и я попрошусь, - решительно подошла Эрнинта. - Кому, в самом деле, наполнять землю плодами, как не природнице с червонной лентой? Сестра Мария, представишь меня императору, которому ты сейчас служишь?
    - Товарищу Сталину? - улыбнулась Маша. - Конечно, хоть завтра. А декан-то ваш где?
    - В беседке уже, и ваш, кстати, тоже пошёл. Церемонию готовят с магистроном Арелантом.
    - Госпожа Фиссиль Аулинт! - возгласил в этот момент из беседки голос Ареланта - вызывали, похоже, по алфавиту.
    - Ой, бегу! - Фиссиль суетливо рванулась к беседке и скрылась внутри.
    - Госпожа Эрнинта Даэль!.. - следующее приглашение последовало минуты через две. - Господин Ассевэн Ларсент!.. Госпожа Мария Талаева!.. Госпожа Маэнане Тунсик"л!
    Маэнане, сгорая от любопытства, торопливыми шагами вошла в беседку. Как ни странно, никого из вызванных перед ней студентов здесь не было - стояла лишь каменная кафедра, за которой возвышался магистрон Арелант, и по сторонам от кафедры расположились приветливо улыбавшиеся Иреомаль и декан факультета природной магии. Перед Арелантом на кафедре лежали два перевязанных лентами свитка, и ещё один свиток - развёрнутый - был у него в руках.
    - Госпожа Тунсик"л, отражённая стихиаль Воды, поздравляю вас с окончанием Эльтионской академии и пурпурной лентой всемирной целительницы! - торжествующе провозгласил он. - Откройте же ауру! - девушка почувствовала идущий от свитка мощный поток магии, сплетавшийся с её собственной, после чего свиток будто сам собой свернулся, и пурпурная лента на нём замерцала золотистыми и серебристыми искорками.
    - Примите же! - Арелант протянул свиток Маэнане. - Серебристые искорки в дополнение к золотистым означают, что вы целительница не только телесная, но и душевная. Кроме того, вам как иномирянке полагается, кроме свитка, ещё и диплом на языке вашего мира или вашей страны, но вы окончательно ушли с Милон"фа на Землю*, поэтому ваш диплом, как у Талаевой и Златовой, на русском. Подождите нас, хорошо? - он сделал неуловимый жест рукой, и девушка оказалась в очень похожей беседке, где за накрытым на десять персон столом уже сидели Фиссиль, Эрнинта, Ассевэн и Маша.

* * *

    - Ксюш, ну не нависай ты надо мной, сядь! - рассмеялась Елена Петровна. - Бедной старушке всё время голову задирать приходится - ты и так метр восемьдесят, да ещё на каблуках.
    Ксения, весело улыбнувшись, присела к столу и протянула матери диплом:
    - Всё, я теперь целительница с бумажкой!
    - Что, так быстро? Ты же сегодня только госэкзамен должна была сдавать, - Елена Петровна употребила привычный ей термин.
    - Сдала, на ленту посмотри!
    - На какую? А, вижу, - по раскрытому диплому вилась впечатанная пурпурная лента. - Подожди, а что за искорки? Тоже магические небось?
    - Да, в том-то и дело! Диплом с отличием, ты прочти, что написано! У меня теперь и в ауре пурпурная кайма с искорками, просто тебе не видно, потому что ты не маг.
    - "Право свободной телесной и душевной целительской практики во всех магических, техномагических и технических мирах", - женщина недоверчиво покачала головой. - Думаешь, у нас признáют диплом магической академии, да ещё непонятно какого мира?
    - Думаю, нет, - усмехнулась Ксения. - Зато на Параллели я и без диплома работала.
    - Так это пока война, - недовольно вздохнула Елена Петровна. - А когда она кончится, с тебя потребуют диплом обычного мединститута. Вернулась бы ты домой, что ли? Тебе только девятнадцать будет, многие как раз в таком возрасте и поступают. Окончишь мединститут, замуж выйдешь...
    - Ну мама-а! Ты же знаешь, как я к белохалатникам отношусь! И какое "замуж"? Ты бы ещё сказала - "детки"!
    - Ну, приёмного возьмёте, - легко полуотступила женщина. - Наталия Сергеевна вон шестерых взяла.
    Ксения хотела было возразить, но осеклась:
    - Знаешь, не буду зарекаться, - серьёзно сказала она. - Кстати, Маша тоже пурпурную ленту получила, представляешь? - девушке откровенно не хотелось говорить о "замуж-дети", и она воспользовалась возможностью увести разговор из этой ямы.
    - Да-а? - немедленно ахнула Елена Петровна. - Что, с такими же искорками? Как всё было-то, расскажи?

* * *

    Мадлен вздрогнула и проснулась, сразу зажмурившись от светившей прямо в лицо луны - заснула она на спине, в траве Долины асфоделей. Трава была на месте, но откуда взялась луна, да ещё в зените?
    "Главное, я по-прежнему одна и не на Земле, и слава Богу!" - подумала она, осторожно поднимаясь на ноги - её всё ещё шатало и туманило. - "Не знаю, захочу ли я когда-нибудь жить, но никого из людей видеть точно не желаю".
    Одно желание, впрочем, проступало весьма недвусмысленно - её тело, в отличие от души, целительницы уже вывели из апатии, и оно настойчиво требовало еды. На стволе очень толстого дерева, возле которого стояла девушка, как раз висели довольно крупные плоды, но вот съедобны ли они? Нет, лучше не рисковать - вон там, чуть поодаль, растут самые настоящие мандарины, и до них можно дотянуться.
    "Рискну. Что-то подсказывает мне, что в этом сказочном саду под луной нет ничего опасного", - Мадлен сорвала мандарин и съела, наслаждаясь ожившим вкусом полузабытой прошлой жизни, но голод стал ещё сильнее. - "Нет, если уж пытаться насытиться плодами, то нужно искать что-то типа авокадо", - поняла она. - "А может быть, на этом подобии баобаба как раз такое и растёт?"
    - Привет, - неожиданно поздоровался по-польски тихий женский голос.
    - Привет, - буркнула девушка.
    - Извини, я не говорю по-французски, но польский ты знаешь, - женщина приблизилась - миниатюрная, пепельноволосая, с тонким обручем диадемы на голове, и на руках у неё был месячный младенец. - Это мой лунный сад, все плоды здесь съедобные. Подержи пока Фаину, - незнакомка, загадочно улыбнувшись, передала младенца Мадлен, и та машинально взяла его на руки, при этом пошатнувшись и чуть не упав.
    Женщина тем временем мелькнула где-то вверху, в кронах высоких деревьев, и быстро вернулась, держа в руке какой-то непонятный фрукт - бледно-красный, сплющенный, размером с мужскую ладонь:
    - Ешь, чистить его не надо.
    - Спасибо, - Мадлен, почему-то с неохотой, вернула незнакомке малышку Фаину и откусила от фрукта - да, насыщенный сытный вкус, этим уже можно наесться! - Как я сюда попала?
    - Во сне, - последовал ответ. - Меня зовут Тамара, как тебя - я знаю. Как ты в Польше-то оказалась?
    - Погостить приехала к родственникам, - девушка поймала себя на том, что ей не хочется отворачиваться ни от Тамары, ни тем более от её малышки. - Прадед у меня поляком был, уехал во Францию, когда ваш царь Январское восстание[34] в крови утопил, - она уже поняла, что Тамара - русская, но к простым русским, которых знала, относилась с сочувствием - такие же заключённые в концлагере, та же беда. - Приехала в конце августа тридцать девятого, обратно немцы сразу не выпустили, а в ноябре нас всех арестовали. Спрятали, называется, семью еврейскую - евреи же и донесли! Был один гад - сам, главное, еврей, но всё время себя за "фольксдойча" выдать пытался, перед немцами выслуживался как только мог. Мне два года тюрьмы дали, а потом, думаешь, освободили? В концлагерь отправили - не по суду уже, а просто "в порядке административного надзора"... - Мадлен в изнеможнии села на траву и беззвучно заплакала.
    "Всё прямо как у Сталина", - вздохнула про себя Хомка.
    - Может быть, твоя душа всё-таки оживёт? - тихо сказала она. - Я ведь заметила, как ты Фаину к груди прижимала.
    - Может быть... - эхом отозвалась Мадлен. - А ты не дашь мне ещё немного подержать её?

* * *

    На Землю она всё равно не хочет. Противно видеть все эти рожи - и польские, и еврейские, и тем более немецкие.
    "И Польшу видеть не хочу - Польша для меня давно сузилась до ограды концлагеря. И даже родную Францию - там тоже немцы хозяйничают, наверняка то же самое".
    Может быть, остаться здесь, в Сатилоне? Где безлюдная солончаковая степь и море, где весна и рассвет?
    Она сердито ерошит отросшие до минимальной женской длины волосы: "Ну да, и стану я духом-скитальцем этой степи, а за девочкой-то - всё равно к людям возвращаться!" Ей почему-то известно - сначала будет именно девочка.
    "Потом, всё потом! Меня пытались пробудить дважды - закатом на Сенаорне и лунной ночью в сказочном саду. Пробудит ли рассветное солнце Тарлаона?"
    Справа - свет моря в предутренних сумерках, слева наливаются зеленью степные травы, а впереди - восток, и она идёт вперёд, навстречу светилу.
    "Как, интересно, в этом мире светило называется?" - неожиданно приходит в голову девушке. - "Впрочем, неважно, солнце - оно и есть солнце, как его ни называй, и его первый луч уже встречает меня в новом мире".
    Хочет ли она пробудиться и вернуться? К себе, из выживания - в подлинную жизнь?
    Ответ мерцает, как свеча на ветру. Как её душа, настолько истончившаяся, что просвечивают луна и звёзды.
    Но если всё-таки хочет - когда же пробуждаться, как не с рассветом?

Глава 8. ЭКЗАМЕНЫ ПО ЖИЗНИ

30 марта - 9 мая 2015

Легко любить всё человечество,
Соседа полюбить сумей!

К. Кулиев[35]

    Совершенно очумелая Зоя возникла в комнате целительниц ближе к вечеру:
    - Всё. Сдала, - на этом месте её повело в сторону, и она точно упала бы прямо на стол, не подхвати её вовремя вскочившая Люся:
    - Экзамен? - озабоченно уточнила она, усаживая девушку на стул. - Зоя, а ты вообще когда в последний раз спала положенные по уставу восемь часов?
    - Все экзамены. Да не помню, - отмахнулась та. - Главное, теперь я могу три месяца спокойно заниматься ранеными.
    - Не сегодня, ты что? - Люся торопливо пододвинула блюдо с пирожными. - Ешь, тебе срочно нужно что-то сладкое.
    - Спасибо, - выдохнула Зоя, проглотив песочную корзиночку и две "картошки" и запив чашкой крепкого чая. - Опять, что ли, день рожденья у кого-то?
    - Ровно год, как мы в "Склифе" появились, - улыбнулась Люся. - Помнишь?
    - Точно! Как раз на следующее утро Ксения пришла меня лечить, я тот день хорошо запомнила. Но отдыхать нам некогда, ты на карту хоть смотришь?
    - Зоя, мне что, прямо сейчас к Сталину идти, чтобы он приказал тебе сегодня отдыхать? Ничего срочного в "Склифе" на данный момент нет, честно тебе говорю. А что такое на карте? Ну, Варшаву освободили, это я знаю.
    Девушка буквально вспыхнула радостью:
    - Да ты что? Когда передали?
    - Час назад. Так что с картой?
    - А то, что больше на запад продвигаться от Варшавы нельзя, пока Восточная Пруссия нависает. Кёнигсберг брать надо, иначе получим удар во фланг.
    - Ну да, соглашусь. Ты хочешь сказать, что ожидается очень много раненых?
    - Естественно. Кёнигсберг фрицы будут оборонять до полных развалин, это тебе не Бухарест.
    - Но кто сказал, что наступление начнётся именно сегодня? Ты же знаешь, что в нашей истории оно было в апреле сорок пятого, хотя Варшаву освободили ещё в январе.
    - Да, это я не подумала, - призналась Зоя. - Ладно, я, в конце концов, не начальник Генерального штаба, но как целительница всё равно должна быть постоянно готова.
    - Вот чтобы быть готовой, тебе и нужно отдохнуть... Нет, не здесь и не в одежде, послушай хоть раз более опытную коллегу! На уральской базе, сейчас я Мелетту вызову, чтобы занялась наконец тобой, - Люся решительно приложила друг к другу зелёные камни в своих кольцах.

* * *

    Геройствовала с экзаменами в этот день не только Зоя - "баба Ега" как раз досрочно пытала школьников русским языком, и пятёрка сдававших вместе москвичей - не рискнула одна лишь Далия - на эмоциях вышагивала по улице, приближаясь к дому Романовых - Анна Алексеевна настояла, чтобы Лиза не уходила после экзамена на Маалис, а сначала вернулась домой и непременно пригласила друзей: "Ну разгрузите вы Нату хоть на один день! У меня всё равно выходной". Математику все тоже написали досрочно - ещё несколько дней назад, и теперь их путям предстояло разойтись - кто собирался сдавать дальше физику, кто биологию, кто историю.
    - Своя рука - владыка! - шутливо распорядилась Анна Алексеевна, когда двое юношей и три девушки сели наконец за стол. - Каждый сам кладёт себе сколько хочет, уговаривать никого не буду, - она поставила в середину стола наполненную голубцами супницу. - Лиза, куда в историю влезла? - женщина отобрала у дочери учебник и отнесла его в комнату. - Хоть поешьте спокойно, а то всё на бегу да на бегу.
    - Угу, - некоторое время все действительно ели неторопливо и молча, пока сама же Анна Алексеевна не нарушила молчание:
    - Яночка, а ты-то куда поступать будешь? Ты, по-моему, так ничего и не решила.
    - Вот не могу решить, - призналась Яна. - И в художественный институт хочется, в смысле в Москве или в Питере, и в Эльтионскую академию.
    - В академию, однозначно! - начала напирать Серафима.
    - Ма шер Жанин, конечно же, в Москве! - с жаром возразила Лиза. - Ты же талантище!
    - Девочки, послушайте опытного человека, - мягко улыбнулась Анна Алексеевна. - Вы сейчас думаете только о том, чем интереснее заниматься, но не учитываете, что общество у нас очень недоверчиво относится к подросткам, и государство их тоже за людей не считает - если без родителей пришёл, с тобой и разговаривать не станут. Ну куда в четырнадцать лет в институт, когда мама - в другом мире?
    - Мам, ну мне тоже четырнадцать! - возмутилась Лиза.
    - У тебя под боком родители, причём, так сказать, "канонические", - напомнила женщина. - А у Яны - попечительница, да ещё и на Земле почти не бывает. Яночка, послушай моего совета - отучись сначала в академии, там ты хоть будешь полноправной магической студенткой, а не пресловутой "несовершеннолетней". Через четыре года тебе станет как раз восемнадцать, вот тогда и поступай в художественный. Захочешь в Питер - тоже никаких проблем.
    - Забыла, что ли, Теклю эту долбаную? - поддержала Серафима. - Мне вот почти шестнадцать, так и то "опчество" подсознательно считает, что я должна слушаться любой вшивой уборщицы! В академии вокруг хоть все свои будут, в смысле маги, а не Их Взрослые Величества.
    Яна задумалась, напряжённо уставившись в окно:
    - Да, действительно, - сказала она наконец. - Раз я маг, то и основное образование пусть будет магическим, а там посмотрим - мало ли что случится за четыре года?

* * *

    Знакомившаяся с полем Эрнинта наконец вернулась к ждавшим её Фёдору Ермолаевичу и Юстине:
    - Удобрений, конечно, можно было внести и побольше, но я знаю, что у вас их сильно не хватает. А так - пшеница хорошая, мне даже пришлось её немного притормозить, чтобы нормально перезимовала.
    - Дай-то Бог! - с чувством выдохнул председатель колхоза - в присутствии одних лишь Лесных Сестёр он мог позволить себе подобные "старорежимные" выражения. - То есть пока на поле делать ничего не надо?
    - Не надо, - подтвердила Эрнинта. - Я ещё появлюсь до весны пару раз, а вы только установите после начала снегопадов щиты для снегозадержания. И одну подкормку неплохо бы распылить, но это уж мы сами.
    - Борную кислоту? - уточнила Юстина. - Так распылили уже, сегодня ночью.
    - С самолёта, что ли? - удивился Фёдор Ермолаевич. - У нас ничего такого не слышали.
    - Нет, магией, - туман из раствора борной кислоты подняли над полем Володя и Марина, но секретный разведчик и не менее секретная диверсантка, понятно, не могли показываться в колхозе днём.
    Председатель колхоза недоверчиво усмехнулся:
    - Всё-то у вас колдовство! Устинья Мартыновна, а Анна Олеговна-то куда подевалась? Давно её не видел.
    - Дочка у неё маленькая, месяц назад родилась, - улыбнулась Лесная Сестра. - Так что только весной ждите. Ну да, девочка приёмная.
    - Надо же!.. А Домна наша как, учится?
    - Конечно. Я специально захватила вам показать, - Юстина полезла в карман куртки и достала фотографию четырёх шестиклассниц у здания школы.

* * *

    "Нет, никаких случайностей - скорее уж я в ковене "случайно", чем Фаина", - тихо улыбнулась про себя Хомка, передавая девочку священнику. - "Она должна была умереть в своём мире, но стала моей дочерью на Земле, и какая после этого может быть "случайность", что сороковой день её жизни пришёлся именно на Лазареву субботу? А завтра и крещение Малютки И - Аня решила не ждать ровно сорок дней до Страстной недели, когда все верующие исповедуются и у священников совсем нет времени, благо рожать-то не сама рожала".
    Она чуть скосила глаза в сторону - Иван застыл соляным столбом и, похоже, мысленно читал молитву, Вера шептала одними губами слова, которые сейчас должна будет произнести вслух, и держала наготове крестильные одежды и белое полотно. Четвёртым, не считая священника и самой Фаины, был напросившийся на православное крещение Джорджо Фандани, который, впрочем, лишь вдумчиво смотрел, не задавая никаких вопросов и не хватаясь раньше времени за фотоаппарат.
    - Крещается раба Божия Фаина... - серьёзно притихшая девочка погружалась в купель, и Хомка почувствовала, что от неё исходит мягкий свет: "Да, многие отчётливо чувствуют при крещении Божье присутствие, и Иван тоже говорил об ощущении крыльев - он крестился уже юношей, так что хорошо всё запомнил".
    - ...Печать дара Духа Святаго. Аминь, - священник завершил миропомазание, и через несколько минут Хомка с Иваном, Вера Фаиной на руках и Джорджо вышли во двор храма.
    - А вот теперь - становитесь, сфотографирую, - сразу предложил итальянец.
    - Теперь - да, более чем уместно, - подмигнул Иван. - Кстати, приглашаем на крестины! И чёрная икра будет[36], и грибы хорошо отнерестились, и баклажаны, и кабачки.
    - С благодарностью принимаю, - кивнул Джорджо. - А Марину пригласили?
    - И Марину, и Володю, и вообще всех питерцев, - приёмные родители и крёстная мать с младенцем отошли в сторону, чтобы сняться на фоне храма под мокрым петербургским небом.

* * *

    - Ты не обижаешься, что я не тебя пригласила в крёстные, а Дашу? - осторожно спросила Аня, выйдя на кухню.
    Домывавшая тарелки Лариса обернулась и иронично взглянула на неё:
    - Ань, ты меня знаешь ровно десять лет - когда это я затаивала обиду? Наоборот, всё правильно - ну какая из меня восприемница, тем более для такой "девочки-девочки"? Это Лань идеально вписалась в мои воспитанницы, а с Малютки И довольно и того, что я первая из наших взяла её на руки, то есть приняла от имени ковена.
    - А откуда ты знаешь, что она именно "девочка-девочка"? - слегка рассмеялась успокоившаяся Лесная Сестра. - Предчувствие Воды?
    - Оно самое, так что лучшей крёстной, чем Даша, я бы не назвала. Вы с ней, по-моему, оптимально друг друга дополняете, - Лариса закрыла кран и присела к столу. - У тебя, я чувствую, есть и более важный вопрос, не так ли? А логика говорит мне, что это вопрос о новой квартире. Я права?
    - Конечно, - улыбнулась Аня. - Поможешь проверить, что всё чисто?
    - Помогу, но до осени переезжать не советую, - лицо феи Воды внезапно стало хмуро-озабоченным. - Не исключено, что летом ковену придётся окончательно уходить с Земли.
    Лесная Сестра вздрогнула, чуть не выронив чашку с чаем:
    - Что случилось?
    - На данный момент - ещё ничего, но у меня опять же очень нехорошие предчувствия, - медленно сказала Лариса. - Я сейчас на Земле редко бываю, но вот появилась сегодня - и сразу почувствовала какую-то неопределённую угрожающую гадость. Так что не торопись с отдельной комнатой для Малютки И. Или ты уже что-то присмотрела?
    - Мы пока только отслеживаем предложения - ищем или трёшку в этих пятиэтажках, потому что одна комната в них обязательно проходная, или двушку в тех двенадцатиэтажках, - Аня показала на окно, в которое были видны соседние дома. - Но раз у тебя такое предчувствие... Подожди, а точно что-то случится или просто "не исключено"?
    - Второе, - лаконично изрекла фея Воды. - Между прочим, ты тоже слегка приложила руку к тому, чтобы всё-таки случилось, но не жалей! Ты - именно что "слегка".
    - Малютка И, да?
    - Кто же ещё? Само по себе, скорее всего, это проскочит, но если начнут глубоко копать, то и её приплетут. "Наверху", - Лариса ткнула средним пальцем в сторону потолка, - наверняка знают, что своих детей у тебя быть не может. Аварийный тассирен ей зарядили?
    - Нет ещё. Думаешь, надо?
    - Думаю, да. Попроси Дашу, не тяни! Я бы сделала это прямо сейчас, но Малютка И - стопроцентная Земля, а не Вода.
    - Хорошо. Гости, правда, только что разошлись, но попрошу её ненадолго появиться ещё раз, - Лесная Сестра потянулась за лежавшим на столе смартфоном.

* * *

    Инна радостно ворвалась на кухню, где Матвей с Анфисой как раз заканчивали готовить ужин:
    - Представляете, Майя всё-таки целительница!
    - Представляю, - невозмутимо отозвалась подруга. - Садись, у нас на ужин ёжики. Тебе сколько?
    - Противотанковые, - добавил Матвей. - Рис твердоват, я пробовал.
    - Это ты пять минут назад пробовал, - Анфиса решительно сняла с плиты чугунный сотейник и водрузила его на подставку в центре стола. - Инка, соуса побольше, как ты любишь?
    - Ага, - подтвердила Инна. - Короче, сегодня в "Склиф" Надю вызвали к одному офицеру, чтобы она коленку раненую ему до конца долечила, ну и Майя с ней пришла. Сидим мы, значит, дежурим, и тут опять тошнота накатывает! И сразу Майя так заботливо: "Инна, тебе плохо?" Я и говорю, что да, у меня же первый триместр, так что, бывает, тошнит. Она вдруг встаёт и рукой с кольцом мне по спине проводит, ну я и чувствую - лучше становится! Сейчас, как видите, уже спокойно ем с вами.
    - То есть Майя нейтрализует всякие токсины, как Вадим? Да, именно такой целительницы и не хватало на Параллели. А с другими ядами она пробовала?
    - Да, в том-то и дело! Олег на себе проверил - засадил сто грамм, а он же алкоголь не переносит! Сразу лицо красное и всё такое, ну Майя и его быстро в порядок привела. Правда, устала сильно.
    - Я так понимаю, теперь сёстры Параллели смогут обойтись без иномирных целительниц? - сообразил Матвей.
    - И даже, так сказать, "на экспорт" теоретически могут работать, - спокойно заметила Анфиса. - У нас, например, нет такой Алёны, которая открывала бы регенерацию. Но пока война - "всё для фронта, всё для победы!"

* * *

    Вернувшись из школы, Надя обычно первым делом бросалась к своей заветной карте - о том, что Красная Армия продвинулась дальше на запад, девочка часто узнавала как раз в школе. В этот понедельник ничего такого не было, однако она, войдя в комнату, сразу заметила новый флажок - Афины.
    "Негодую - кто это без меня флажки ставит? Восхищаюсь - какие герои! И удивляюсь - а как наши так быстро до Афин добрались, они же только в Салониках были?"
    - Девчат, ну я же просила - карту не трогать! - возмущённо пропыхтела Надя, присоединившись на кухне к подругам - на столе уже были расставлены тарелки.
    - Надин, когда бы мы успели? - возразила Бланка. - Мы же все в школе были. А что там?
    - Это не девочки, это я не удержалась, извини, - улыбнулась Ана Лопес. - Афины освободили, знаете? Полчаса назад по радио передали.
    - Что, правда? - изумилась Майя. - С моря, наверное?
    - Вот что значит - ленинградка! - рассмеялась Ана. - Ну да, морским десантом, конечно. С Турцией как-то договорились, чтобы наш флот пропустили через проливы, - она еле успела разлить по тарелкам косидо, как в приоткрытую дверь заглянула Камала:
    - Тётя Ана...
    - Хорошо, Камалита, но пусть девочки сначала съедят суп, - подмигнула испанка.
    - А что такое? - моментально встрепенулась Мирослава, сообразив, что речь наверняка о чём-то сладком.
    - Увидишь... Съели? Тогда вот, - в центре стола появилось блюдо, на котором высилась пирамида из творога с изюмом и цукатами - впрочем, уже весьма усечённая. - Это Ната угощает, на той Земле сегодня Пасха. Садись, Камалита, - после того, как девочка месяц назад избавила Ану от камней в жёлчном пузыре, ей часто перепадали дополнительные порции сладкого, хоть испанка и понимала, что это не совсем правильно.
    - Спасибо, - Камала, поблагодарив, погрузила ложечку в сладкий творог на своей тарелке, и к ней с удовольствием присоединились остальные девочки.

* * *

    "Отстреляться" уже в апреле в итоге удалось одному Андрею - расписание досрочных экзаменов будто нарочно сделали удобным исключительно для будущих инженеров. Всем остальным нужно было сдавать или литературу, поставленную всего за два дня до экзамена по русскому языку, или химию - через четыре дня после, и они дружно решили не рисковать.
    - Хоть бы неделю дали после истории! - пылила Лиза, имея в виду резервный день. - Теперь вот до конца мая не попустит!
    - Лизет, а зачем ты полезла профильную математику сдавать? - фыркнула Серафима, зашедшая с визитом в дом Романовых. - Как раз на литературу тебя в итоге и не хватило.
    - Что я, такая гуманитарная катастрофа, что с нормальной математикой не справлюсь? - обиженно возразила подруга. - Неплохо же сдала.
    - Ну и зачем тебе на истории искусств восемьдесят баллов по математике? Вот девяносто восемь по русскому - это да, мощно!
    - Не напоминай, а? Мне все сто нужно было, на бюджет набор мизерный. А ты, спрашивается, зачем на химию записалась, когда всё равно в магическую академию идёшь?
    - А что, целительнице химию знать не надо? Тот же врач.
    - Ну вот и жди теперь аж до середины июня! А вот Далия, между нами, зря побоялась русский сдавать.
    - Зато она химию вырубила, - напомнила Серафима.
    - Зато ей семнадцать уже! - свои четырнадцать лет Лиза воспринимала довольно болезненно. - А я вот в Питер подать не могу - только в "Бефстрогановку"[37]. И не объяснишь ведь никому, что Питер для меня - как соседняя комната!
    - Слушай, Лизет, а может быть, всё-таки в магию? Она у тебя наверняка и своя проявится после всех этих артефактных исцелений на Параллели.
    - Ну уж нет, Елизавета не маг, Елизавета - императрица! Кстати, я платье екатерининской эпохи почти дошила, сейчас доделаю и надену, - Лиза азартно потащила подругу в свою комнату.

* * *

    Младенец заходился криком уже несколько минут, и Аня испуганно проснулась: "Малютка И?!" Уфф, нет - девочка спала, но тоже явно собиралась просыпаться.
    - А? - спросила она, открыв глаза.
    - Всё хорошо, доченька, - улыбнулась Аня. - Это просто кричит такая же малютка, как ты.
    "Какое там "всё хорошо"! Кому-то явно плохо - что тут хорошего?" - сразу одёрнула она себя. - "Но откуда в нашем доме взялся ещё один младенец?" - крик доносился сверху, и Лесная Сестра начала соображать: "Над нами живёт неприятная бабка Екатерина Фёдоровна, но её давно уже не видно. Переехала? Или, не дай Бог, умерла? Совсем я закрутилась с этим "хождением в декрет" - исчезла соседка, и как будто так и надо".
    К крику тем временем добавились тяжёлые сонные шаги по потолку и обиженный плач Малютки И: "Мама, мне спать не дают!"
    - "Ninna nanna a sette venti, il bambino s"addormenti..."[38] - итальянский язык Аня знала с пятого на десятое, но эту колыбельную пел девочке заходивший в гости Фандани, и песня пришлась Лесной Сестре настолько по душе, что она сразу попросила его записать слова: "Про убитую лисичку и "тихо в лесу" пусть Лара поёт - не буду уж с ней конкурировать".
    Колыбельная постепенно начинала действовать, но в этот момент сверху пошли на второй заход, поэтому девочка, по-видимому, рассудив, что раз спать всё равно не получается, то надо хотя бы устроить "ночной дожор", вновь открыла глаза и присоединилась к коллеге по детству - уже не жалобно, а требовательно: "Аа-а!" Через полчаса она была сытой, но теперь уже мокрой, и в итоге Аня заснула лишь в пятом часу утра, причём неведомый младенец, было похоже, всё ещё похныкивал.
    Проснулась она вновь от негодующего крика - теперь плакала Малютка И, но ситуация, тем самым, была уже контролируемой - покормить, перепеленать, помыться самой. Девочка почему-то не спала, продолжая тихо плакать, и Лесная Сестра, пристроив её в слинг, пошла было на кухню позавтракать, когда раздался звонок в дверь.
    - Здравствуйте, - кивнула Аня молодой женщине, от которой как раз ощутимо несло скипевшимся молоком и прочими детскими неожиданностями.
    - Здрасьте, - буркнула та. - Успокойте наконец своего... свою девицу! - она заметила цветные стекляшки в ушах девочки. - Мы целую ночь не спали, еле заснули!
    "Мать, ты случайно ухи не переела?" - мысленно возмутилась Лесная Сестра. - "Предъяви ты за музон или за пресловутый перфоратор - я бы ещё поняла, но за детский плач, когда у самой младенец орал всю ночь, а ты при этом ещё и топала? Потому ведь дочка и хнычет, что вы ей поспать толком не дали".
    - Да девочка у меня вообще-то спокойная, - мягко сказала она. - Сейчас перестанет уже. Правда, Ия?
    - Вот чтобы не кричала, пока мы спим! А то я могу и вопрос о вашем выселении поставить, - женщина явно "раздувала капюшон", стараясь казаться как можно более угрожающей. - Я знаю, что вы здесь не прописаны, так что тихо мне! - она резко развернулась и спешно затопала вверх по лестнице.
    "Значит, умерла Екатерина Фёдоровна..." - вздохнула Лесная Сестра, закрыв дверь. - "Женщина, скорее всего, её внучка - такая же собачная, как и бабушка. Да уж, "яблочко от яблоньки недалеко ябнулось!" С другой стороны, помочь симпатичному человеку - никакой не подвиг, ты вот попробуй помоги человеку откровенно неприятному! А помочь, между тем, необходимо - с её младенцем явно что-то не в порядке".
    "Анна, ты запомнила, какой у неё был вид?" - спросила она себя, с удовольствием смотрясь в зеркало. - "А теперь сравни с собой - и поделись! Конечно, даже просто найти контакт с подобной особой - и то нелегко, но это и будет твоим очередным экзаменом феи".

* * *

    Первый "зачёт по теме" Ане пришлось сдавать в тот же день - зайдя с Малюткой И в супермаркет за салфетками и кое-какими пряностями, она заметила у стеллажа с сосисками перегораживавшую проход детскую коляску и, подойдя ближе, увидела, как соседка сверху хватает одну из упаковок - нарезка белого хлеба и кетчуп уже лежали в корзинке под коляской. "Зря такой острый взяла, она же кормит", - машинально подумала Лесная Сестра. - "Подсказать? Нет, не стоит - наверняка пошлёт, как обычно и реагируют на непрошеные советы".
    У кассы они оказались друг за другом, и Аня вновь подумала: "Классический набор закоренелого холостяка из фельетонов, причём сосиски не самые дешёвые. Ну да, готовить у неё совершенно нет времени, и помочь некому... Стоп, как это - "некому"? А фея на что?"
    Она вышла из магазина и чуть задержалась, заранее включая на полную мощность своё фирменное обаяние, действовавшее даже на вредных "пожилух", и делая вид, что поправляет на Малютке И тёплый комбинезон - день выдался совершенно не апрельским, с почти нулевой температурой и очень бледным солнцем, будто разведённым холодной водой. Ага, вот и соседка - спускает коляску по пандусу.
    Лесная Сестра тепло улыбнулась:
    - Познакомимся, может быть?
    - Да не до того мне! - огрызнулась соседка. - У вас девица спокойная - вот и радуйтесь, а моя орёт не переставая, такая же протестантка!
    - И всё-таки? Хотя бы коляску поднять помогу, вы же её в квартире держите?
    - Как спустила сама, так и подниму! Ладно, Наина меня зовут, - они шли по направлению к дому уже где-то минуту, и соседка, похоже, попросту устала держать колючий щит, не пропускавший даже улыбку феи. - Дочку - Жанна, "д"Арк" не пишется, но подразумевается, - на осунувшемся лице промелькнуло некое подобие улыбки. - Вашу - Ия, правильно? А вас как?
    - Правильно. А меня - Анна.
    - Ну вот и познакомились... Жан-на! Ты до дома, что ли, дотерпеть не могла? - девочка в коляске проснулась и сразу завопила, и Наина ускорила шаг.
    - Нет, я вам всё-таки подниму коляску, - с напором сказала Лесная Сестра.

* * *

    Наина жадно ела сырые сосиски, обмакивая их в кетчуп и заедая хлебом, и напряжённо прислушивалась к происходившему в комнате: "Похоже, у Анны этой действительно получилось успокоить мою девицу - уже несколько минут не кричит. Так-то, конечно, я бы никого и на порог не пустила, но очень уж спа-ать хочется... Да и Анна какая-то не такая, как все, - не с нравоучениями полезла и не про свою начала взахлёб рассказывать, а просто молча помогла. И что, сцуко, характерно, ни единым словом не припомнила мне утренний наезд".
    Она дожевала очередную сосиску и, с трудом поднявшись на ноги, прошла в комнату - новая знакомая продолжала с отстранённым видом поглаживать Жанну по животу, и та, по-видимому, была весьма довольна жизнью. Ия лежала на кровати - уже без комбинезона - и неуклюже двигала руками. "Девочки у нас примерно одного возраста", - отметила Наина.
    - Колики, как я и предполагала, - Анна обернулась, торопливо пряча что-то в карман своих брюк. - Я немного успокоила, но если ночью Жанна опять начнёт сильно кричать - спускайтесь с ней ко мне, всё равно я не сплю, когда она долго плачет.
    - Извините, - Наине стало очень неловко.
    - В таких случаях лучше говорить не "извините", а "помогите", - мягко улыбнулась Анна. - Сколько ей, кстати?
    - Два месяца, она шестнадцатого февраля родилась. А ваша?
    - Первого марта. Ладно, мы пойдём, хорошо?

* * *

    "Нет, похоже, это судьба", - усмехнулась Аня, уже на следующий день снова увидев у супермаркета Наину - та вкатывала коляску вверх. - "Два раза подряд, да в одном и том же месте - явно ничего случайного".
    Она вошла в двери вслед за соседкой:
    - Здравствуйте, как Жанна?
    - Здравствуйте, - кивнула Наина, выглядевшая заметно лучше, чем вчера. - Спала хорошо, спасибо! Правда, диатез начался, видите?
    - Вижу. Может быть, от кетчупа этого, который вы вчера покупали?
    - Нууу... - обиженно протянула соседка. - Невкусно же без него.
    - Но ведь раньше вы как-то обходились?
    Наина недовольно поморщилась:
    - Раньше Ростик готовил, но теперь у меня своя квартира, бабушка оставила.
    - А вам просто некогда или не умеете?
    - Не умею, - буркнула Наина.
    - Давайте я вам приготовлю мясо без лишних пряностей, - предложила Лесная Сестра. - Это очень просто, вы потом сами сможете - достаточно один раз показать.
    - Вы что, кухонная рабыня? - соседку снова занесло, и она сорвалась в наезд на ровном месте.
    - Ага, люблю я это дело, - рассмеялась Аня. - Вот увидите - никакого кетчупа не понадобится. Чугунная посудина какая-нибудь есть?
    - Извините, - Наине стало вдвойне совестно оттого, что её новая знакомая будто и не заметила грубого наезда. - Утятница была у бабушки. Что купить надо?
    - Филе индейки лучше всего, - Аня поколебалась, не зная, по карману ли соседке такое мясо. - Сейчас купим.
    - Вот только не заставляйте меня обтекать, а? Сама куплю.
    - Хорошо, пойдёмте покажу, где что лежит, - управились они довольно быстро и вернулись домой минут через двадцать.
    - Сейчас, минуточку, - засуетилась Наина, осторожно раздевая Жанну. Лесная Сестра заметила, что в ушах девочки тоже появились прозрачные блестяшки: "С меня, что ли, пример берёт? Ох, не тот пример, что нужно, - это я просто удержаться не смогла, и меня уже все наругали, кроме, как ни странно, Лары. Но дар я всё-таки не потеряла, хоть Ната и стращала этим". - А свою вы куда положите?
    - Корзину принесу, в которой она на балконе спит, - Аня спустилась к себе и вернулась с прямоугольной плетёной корзиной, которую поставила на кровать в комнате. - Ну что, начинаем? - она наточила на мусате нож и начала резать мясо. - Лук сможете почистить?.. Ладно, я сама, - через десять минут мясо уже тушилось в утятнице, дожидаясь лишь заливки из муки и сметаны с водой, уже смешанной в кружке.
    - Что, всё так просто? - удивлённо спросила соседка. - И будет вкусно?
    - Да, только масло нужно раскалить, прежде чем что-то жарить на нём, а соусом заливать не сразу - тоже полчаса потушить сначала. Вы запомнили, как готовится такое мясо?
    - Ну да, там и запоминать-то нечего, - Наина замялась, но потом всё же несмело спросила:
    - Может быть, пообедаем вместе, пока дети спят?

* * *

    - Аня, ты что, фея какая-то? - решилась полюбопытствовать Наина - они уже как-то незаметно перешли на "ты", и Лесная Сестра пригласила соседку в гости. - Один раз пришла - у Жанны колики исчезли, второй раз пришла - диатез куда-то делся и ужин готов за десять минут, теперь вот я спокойно ванну приняла. И всё у тебя в доме берётся непонятно откуда - гномы, что ли, притаскивают? - она имела в виду большую сетку картошки.
    - Не "какая-то", а самая настоящая! - рассмеялась Аня. - Просто сейчас мимикрирую под обычную российскую декретницу. Ты про Лесных Сестёр слышала?
    - Слышала, но совсем уж неправдоподобное. Так ты?..
    - Она самая. Тыквы в кареты, то есть в машины, превращать не умею, зато, как видишь, умею кое-что другое. И феей-крёстной буду, если позовёшь. А мясо приготовить - теперь ты сама себе фея, разве нет?
    - Не пробовала ещё, - машинально призналась соседка. - Что, серьёзно? Я слышала, что у Лесных Сестёр не может быть детей.
    - Своих - нет, хотя очень редко бывают исключения. Ну да, всё правильно, Малютка И - моя приёмная дочь.
    - Надо же!.. И - это её настоящее имя, что ли? Она китаянка?
    - Нет, имени у неё исходно не было, назвали мы с Романом. А прозвище как-то само собой прилипло ещё до имени, это уже потом мы сообразили, что полное имя тогда должно быть Ия. Только никому не говори, хорошо? Как ты понимаешь, зарегистрировали мы её как родную.
    - Конечно... - от Наины всё ускользала какая-то мысль, но наконец она всё-таки была поймана за самый хвостик. - Крёстная, ты сказала? А можно? Сама-то я крестилась назло маме, а про Жанну почему-то забыла.
    "Не "почему-то", а по слову Божию", - поняла Лесная Сестра. - "Креститься из голого протеста, как и молиться напоказ, - верный способ, наоборот, отдалить Творца от своего сердца, потому Он доселе и удерживал тебя от этого шага. Но теперь, надеюсь, ты отнесёшься к крещению дочери уже более серьёзно?"
    - Можно, давай сходим с тобой в храм, - сказала она. - Что-то подсказывает мне, что священник предложит нам это воскресенье.
    - Почему? - не поняла Наина.
    - Потому что это Неделя жён-мироносиц, - загадочно улыбнулась Аня. - А одной из них как раз и была Иоанна.

* * *

    То, что Венгрии, вслед за Румынией, удалось, в отличие от истории той Земли, вовремя выйти из войны, не стало для Зои такой уж новостью - именно она, по поручению Сталина, неделю назад доставляла в Будапешт и обратно одного неприметного человека и сделала из этого правильные выводы, которыми, конечно же, ни с кем не делилась. Как бы то ни было, Надя с удовольствием отметила на своей карте красным флажком Будапешт, и Красная Армия, пройдя быстрым маршем по равнинам Венгрии и форсировав Драву, подступила к Загребу - столице полунезависимой нацистской Хорватии.
    "Но это всё же не Берлин и не Рим", - вздохнула целительница, только что вернувшаяся из квартиры Наты в начале двадцать первого века - ей нужно было посмотреть кое-что из истории Второй мировой войны в том мире, где она продолжалась целых шесть лет. - "Да, взяли ещё и Данциг[39], Восточная Пруссия блокирована с суши, но дальше придётся запредельно трудно - дальше лежит хорошо укреплённая коренная Германия, за которую немцы будут сражаться яростно".
    - Теперь наши на Берлин пойдут, да? - спросила Надя, вместе с которой она разглядывала карту.
    - Куда же ещё? - улыбнулась Зоя. - Но от линии фронта до него ещё триста с лишним километров, так что, боюсь, не скоро возьмём.
    - Всё равно возьмём! - упрямо нахмурилась девочка. - Я для Берлина уже самый красный флажок сделала, вот!

* * *

    - Знаешь, Аня, что я поняла? Ты - первый в моей жизни человек, против которого мне абсолютно не хочется протестовать, - призналась Наина, когда они вернулись с крещения "рабы Божией Иоанны" и сели поговорить, пользуясь тем, что обе девочки заснули. - Даже когда ты неделю назад внаглую за коляску схватилась, а потом ко мне впёрлась.
    - Ты тогда хоть поесть успела, пока я Жанной занималась, - подмигнула Лесная Сестра. А потом и поспать ночью. Кстати, ловлю на слове! - она взяла с холодильника пакет из ювелирного магазина. - Примерно как у меня, тебе такие тоже пойдут - ты высокая и черты лица крупные, - Аня весело тряхнула ажурными золотыми шариками в ушах. - И пусетки для Жанны. Просьба фею не обижать!
    - Не буду, - женщина нервно хохотнула, разглядывая подарки, и вдруг испуганно сжалась в комочек. - Ох, извини, это из детства.
    - Родители? - помрачнела Аня.
    - Мать, - Наина произнесла это слово с такой ненавистью, что Лесной Сестре отчётливо послышалось: "...твою!" - Отец, я так понимаю, от этой Салтычихи ушёл моментально - ему-то было куда! А я-то что сделать могла? Резала она меня, как клише для печати денег - всё до мельчайших подробностей должно быть именно так, как ей хочется! Уступить в какой-то мелочи, позволить хоть что-то самой решить? Да ни за что, для неё это был бы крах всех принципов! За малейшее возражение - полчаса в ванной сиди запертая, в темноте, а потом спрашивает таким бездушным тоном: "Ну что, будешь ещё мне возражать?" Я, естественно, хнычу: "Не буду-у!" Но ей же мало! Она сразу: "А если будешь, тогда что?" И опять в ванную тащит, пока не скажешь: "Тогда запирай, только сейчас выпусти!"
    Лесная Сестра свирепо мотнула головой:
    - Ну да, все такие садисты хотят ещё и хорошими выглядеть в своих глазах - им мало поиздеваться, им непременно нужно ещё и выбить "добровольное" согласие на дальнейшие издевательства. И что, никакого протеста не было? Типа ванную разгромить?
    - Да ты что, какие погромы? Знаешь, как я её боялась? Протесты начались только лет в пятнадцать - она меня тащит, а я упираюсь. Ну, вывернулась, а дверь-то входная всё равно на ключ закрыта! Она и говорит так спокойно: "За непринятие наказания - час в темноте! Наказание ты должна принимать с радостью и ещё добавки просить!" Пыталась фонарик проносить - отобрала и обыскивать начала. В общем, трепыхаться было бесполезно - только сильнее петля затягивалась.
    - Что, и пожаловаться некому было?
    - Кому? Тех, кому я могла доверять, вокруг не было - такие суки, как ты понимаешь, очень тщательно за этим следят, - усмехнулась Наина. - А просто чиновнику под названием "учитель" или "милиционер" - себе дороже, он сразу матери меня и отпихнул бы. Да и на что жаловаться - на то, что я от неё доброй улыбки в жизни не видела? Так нет такого закона, что кто-то обязан улыбаться своим детям, согласись? Типа кормит, типа одевает, формально не бьёт - чего тебе ещё надо, недочеловек несовершеннолетний?
    - Но тебе же восемнадцать вроде давно уже есть?
    - Двадцать три, но кроме институционального рабства, есть ещё и экономическое, не так ли? Деньги-то к совершеннолетию автоматом не прилагаются! Отвела меня мать в институт наш, как в школу, - на бухгалтера учиться, а потом и на работу в свою контору. Что карту мою зарплатную ей выдали, а не мне, - говорить уже излишне. А я хоть и научилась косить под её идеальную девочку, а внутри такой холодный протест: "Сбегу! Притворюсь, что люблю, а там - лишь бы человек меня вывез и помог крылья расправить!" Ну не смогла бы я сама сбежать, понимаешь? К сожалению, я именно что "протестная", а не "пробивная".
    - Подожди, так ты что, не москвичка?
    - Нет, в том-то и дело! Моногород, и мать - важная персона на градообразующем предприятии, кто же против такой пойдёт? Москвичкой бабушка была, да и то последние лет десять только. Вредная, но хоть жива-ая... - женщина начала плакать. - Она и сейчас, хоть умерла, для меня более живая, чем мать.
    - Так как ты вырваться-то смогла?
    - Да приехал к нам экспедитор один, смотрю - а перед девушками-то как робеет! Ну, думаю, мой шанс! Тоже в итоге сын такой вот сверхвластной матери оказался, только сбежал уже от неё. На мою историю клюнул сразу, благо мне и врать не надо было. Дал денег до Москвы добраться, адрес сказал - ну я и рванула прямо с работы! Только заявление об увольнении на столе оставила. Не обманул парень, повезло! И понравилась я ему по-настоящему, а вот он мне - до сих пор понять не могу. Я первым делом "праздник непослушания" устроила - сразу по две дырки в ушах сделала и так напилась, что два дня плохо было, на алкоголь с тех пор смотреть не могу. Ну и всю "правильную" одежду, в которой приехала, торжественно на кусочки изрезала. И стали мы жить-поживать, друг против друга протестовать, - Наина снова усмехнулась - скорее грустно, чем язвительно. - Нет, кроме шуток - Ростик тоже такой протестун оказался! Я-то копила-копила холодное, а у него - всё горячее и быстро. Нет, он человек не злой, просто психика корявая из-за диктата материного, никогда не угадаешь, как на одну и ту же просьбу среагирует - то нормально, а то вдруг покажется, что я его, что назывется, "строю", и начинается: "Я не подкаблучник - бабу слушаться!" Что самое ужасное, сама отчасти виновата - мать ненавижу, а непроизвольно её же и воспроизводила! Других-то примеров почти не видела, так что временами действительно "строила" на ровном месте, и не только его. Наехать на человека могу ни с того ни с сего, со всеми ругаться лезу, тебя вот выселением напугать пыталась, - смущённо покраснела Наина. - Глупо, понимаю, - это если бы мать таким пригрозила, все бы в пенопластовые гробы моментально залегли и крышками накрылись, а меня - разве что девчонка пятилетняя испугается!
    - Кстати, насчёт девчонки, - вспомнила Аня. - Прости, но ты откровенно поторопилась с потомством.
    - Да понимаю, но ты представляешь, как я трахалась первое время? Чуть ли не на люстре, по три раза в день! И потом, опять же из протеста - "мать меня всю искорёжила, а я рожу и не как она буду - наоборот буду растить, по-человечески!" Так и жили - всё принципиально наоборот. Мне прививки делали "как положено" - так я уже в роддом поехала со свирепым отказом от прививок, врачихе чуть в волосы не вцепилась, когда та уламывать начала, а Ростика мать к плите не подпускала - так он, как квартиру снял, из принципа сам готовить научился, и хорошо, между прочим.
    - Ну хоть до чего-то умного додумались! - иронично заметила Лесная Сестра. - А ты, кстати, почему не научилась?
    - Да сначала Ростик, опять же по принципу "всё наоборот", мне не давал, сам священнодействовал, а потом - беременность, роды и прочее "счастье материнства". Родила вот, а "по-человечески" - всё никак, всё с Ростиком искрили каждый день. Тут звонит мне врач - бабушка ваша, говорит, умирает! Пока собрались с Жанной, пока доехали - умерла уже, только ключи мне отдали и копию завещания. Я и говорю Ростику: "Всё, одна теперь поживу!" Перевезла в прошлую субботу кроватку-коляску и всё такое, вечер уже, в магазин по-быстрому не сходишь, а ночью ещё и Жанна раскричалась, ну ты помнишь. Я уж и молиться начала, хотя не религиозная - крещёная и не более того. Неужели Господь услышал? Главное, ругаться с тобой шла и запугивать, а в итоге - ангела встретила!
    Лесная Сестра тихо улыбнулась и погладила женщину по руке:
    - Ну что ты! Я не ангел, я всего лишь фея. Но иногда бывает достаточно помощи даже не феи, а самого обычного человека, согласись?

* * *

    Тем же вечером на кухне другой московской квартиры, по русско-советской привычке беседовать именно в этом "месте силы", сидели двое молодых мужчин - с выпивкой и закуской, тоже по классике. Выпивка, однако, была представлена лишь несколькими банками пива, а закуска - не магазинной колбасой, а запечённым мясом, приготовленным хозяином квартиры - точнее, арендатором.
    - Рома, да не нужны мне никакие женщины! - горячился вышеупомянутый хозяин, резким движением открывая очередную банку. - Что я, сам не справлюсь? Готовить умею, стиралка автоматическая, а пол мыть каждый день - это только самим женщинам и надо. Обычно ещё детьми аргументируют, ну так дети - тоже чисто женское развлечение, мне-то они зачем? Чтобы меня шпыняли в моём же доме - "тише, Жанна спит"?
    - И Наина тебе не нужна? - пристально посмотрел гость - судя по перстню с рубином на левой руке, маг Огня.
    Хозяин слегка стушевался:
    - Наину я люблю, но она всё равно женщина, понимаешь? Держать в сердце - да, а в доме - нет. Зачем мне эта постоянная ругань из-за мелочей? То пол ей недостаточно чистый, то ботинки не там поставил, а что готовить начал почти без пряностей, когда она родила, - не оценила, как будто так и надо. Сама, главное, не моется, молочным перегаром за версту несёт, а пол, видите ли, грязный!
    - Уже моется, - усмехнулся Роман. - Аня её немного разгрузила, а мог бы и ты.
    - Во-первых, у меня работа, а во-вторых, что я, подкаблучник - с младенцами возиться? Знаешь, я бы согласился, что мужчины, хоть и считается, что если хотят детей, то уж сыновей, больше любят всё-таки дочерей, но где она, эта принцесса моя? Я видел только непонятное нечто, которое всё время кричит.
    - Смотри не прямо на неё, а перед ней, - последовал ответ. - Года в полтора-два девочка на самом деле вырастет в принцессу, но не сама же собой! Принцессу нужно вырастить, так ведь?
    - Так, - кивнул хозяин. - Но этим всегда занимались женщины. Ну да, я человек протестный, но что у меня, от протеста сиськи вырастут?
    Роман задумался, разглядывая свою банку:
    - Знаешь, Рост, пока достаточно просто постоянного контакта - на руки иногда взять, голос твой чтобы слышала... А месяцев с пяти, например, мы на "кенгурушку" перейдём, и если вместе с Аней на улицу выйдем, то понесу я.
    - Да это - всегда пожалуйста, пусть слышит, как мы ругаемся! - фыркнул Ростислав. - Это Аня твоя - фея, а Наина - обычная женщина, не может она без того, чтобы не наехать каждый день. И я, если честно, тоже не выдерживаю постоянного толкания жопами в однокомнатной квартире.
    - Слушай, а что, если ты переедешь в её дом или в соседний? - сообразил гость. - И видеться с ними будешь постоянно, и всегда можно к себе уйти, если кого-то из вас начнёт заносить не туда.
    Хозяин виновато развёл руками:
    - Заманчиво, и до работы мне оттуда удобнее, но там район дороже, понимаешь? Не говоря уже о залоге и комиссии агенту.
    - Не беспокойся, наколдуем разницу, - подмигнул Роман. - Без всякого залога, под наше с Аней слово. Нас-то там знают, и квартира, между прочим, у нас на примете есть уже.
    - Ну уж нет! - возмущение Ростислава было вполне искренним. - Комиссия и залог - ладно, иногда и так удаётся без них обойтись, но платить аренду - только сам!

* * *

    Из-за стола поднялась незнакомая девушка - синеглазая, среднего роста, с грубоватым лицом:
    - Привет, Наина, - она протянула руку чисто мужским жестом. - Я Марина, будем знакомы, и давай на "ты". Помощница Ани, пока Ия совсем маленькая.
    - Привет, - кивнула Наина. - Ты тоже фея?
    - Да, только другая. Фея Воды, а не Земли. Аня попросила меня притупить твои детские воспоминания, чтобы они не ранили так глубоко. То есть факты ты как помнила, так и будешь помнить, но эмоциональная составляющая покажется где-то далеко - будто во сне всё было.
    - Может быть, не надо? - возразила женщина. - Я уже сама справилась, по ночам от ужаса не просыпаюсь.
    - И всё-таки настоятельно советую, - сказала Марина. - Во-первых, ты из-за этого всё время на людей срываешься на ровном месте, а во-вторых, случись тебе встретиться с матерью - парализует ведь страхом!
    - Как я могу с ней встретиться? Я же в свой город не поеду, и она в Москву тоже очень редко ездит.
    - А ты уверена, что она не захочет наложить лапу на твою квартиру? Да и дела у тебя могут оказаться в родном городе. Вот представь себе картину - заявилась твоя мать, стоит на пороге квартиры. Что делать будешь?
    Наина зябко поёжилась и застыла на месте:
    - Ох... Если вошла, то я уже ничего не сделаю.
    - Вот именно. Особенно если учесть, что она может сразу схватить Жанну - она у тебя, уж извини, откровенно ненормальная. Так что важно воспринимать её не как злое божество, всю жизнь имевшее абсолютную власть над тобой, а как совершенно чужую неадекватную тётку. Сама ты, может быть, её и не вытолкаешь, но хотя бы в полицию позвонишь без всяких душевных терзаний или кого-нибудь из нас призовёшь.
    - Я поняла. А это долго? Сколько сеансов?
    - Один, минут на пять. Сядь, пожалуйста, так, чтобы за тобой была стена, - Марина положила руку с кольцом феи Воды на лоб женщины и внимательно посмотрела в её глаза.

* * *

    - Кто? - послышался в ответ на звонок её голос.
    - Это я, Ростислав Молев, - шутливо ответил парень. - Принёс картошку.
    Дверь распахнулась, и вылетевшая женская рука схватила его за воротник:
    - Чистить Пушкин будет? Ты же знаешь, что я не умею.
    - Ростик чистит всё! - парень внёс сетку с картошкой, улыбнувшись своей женщине, тоже преобразившейся с помощью улыбки. - Картошка белорусская, на варку.
    - Ага, помню, - Наина, приложив палец к губам, потащила его на кухню. - Чисть, что ли? - она налила в кастрюлю холодную воду. - Квартиру снял?
    - Да, в соседнем подъезде, - Ростислав приобнял женщину, откровенно любуясь ей, и та чуть потянулась:
    - Ммм... Рост, вот разгильдяй ты, а всё равно к тебе тянет! Давай только сначала картошку поставим? Потом уж пообжимаемся, если Жанна не проснётся.
    Парень, проверив нож, взял первую картофелину:
    - Чтобы твоя дочь - да не проснулась? Всегда же вредная была.
    - А если моя забудет нам помешать, то твоя проснётся! - прыснула Наина. - Ставь варить, а мясо я уже потушила - "пёркёльт" называется, - из холодильника была торжественно извлечена утятница с кусочками свинины в соусе.
    - Что, сама готовила?
    - Сама-сама! Аня мне только один раз показала, вчера я одна уже. Посмотрела рецепт в Интернете - и вперёд! По-моему, неплохо получилось, только что без красного перца, - женщина поставила утятницу на плиту и прислушалась к звукам из комнаты. - Похоже, просыпается, но ещё не кричит.
    - Поцеловаться-то успеем? - полушутя спросил Ростислав.
    - Ага, аж два раза! - им действительно хватило времени на два долгих поцелуя, после чего Жанна всё-таки закричала, и Наина без всякой заполошности пошла в комнату.

* * *

    - Аня, ты подстрахуешь, если что? - неожиданно спросила соседка - они сидели на её кухне, уложив девочек спать на балконе. - Я буду менять фамилию, давно хотела уже.
    - И на какую же? - поинтересовалась Лесная Сестра. - Ты ведь не замуж собираешься, я правильно поняла?
    - Не-а! - Наина отрицательно мотнула головой, постаравшись при этом озорно тряхнуть золотыми шариками в ушах, как её новая подруга. - Ростик предвкушает, как я буду на "замуж" этот долбаный напирать, а он, соответственно, протестовать, а вот фиг ему - это мой протест! Раз "положено" хотеть замуж - не хочу! Но фамилию возьму дочкину, то есть и его тоже. Да любая сгодится, лишь бы не материна.
    - Всё с вами, протестантами, ясно! - рассмеялась Аня. - Подстрахую, конечно, могу даже Жанну покормить пару раз.
    - И я тебя, если понадобится, - серьёзно сказала Наина. - Ты же фея, у тебя могут быть всякие волшебные дела.
    - Будешь смеяться, но те дела, для которых мне понадобится на полдня отлучиться, как раз не волшебные, - Лесная Сестра вспомнила, что скоро на Тарлаоне должен будет состояться торжественный первый выпуск в Касамской академии. - Но помощь приму с благодарностью, спасибо тебе!
    "Обычная московская семья, никакие не маги - просто друзья", - подумала она. - "Не всем же нашим друзьям быть магами! А впрочем, кто знает, к чему они в итоге придут? Ведь магия, как известно, бессмертна".

* * *

    Американский экспедиционный корпус высадился в Нормандии в точности седьмого ноября - в день, когда Красная Армия так и не взяла Вену к четвертьвековому юбилею Октябрьской революции. "Союзнички", тем самым, сильно поторопились, открыв второй фронт на полтора года раньше, и их продвижение сразу столкнулось с серьёзным сопротивлением, но нужно было спешить, чтобы не отдать Сталину хотя бы выход непосредственно в Атлантику. Советские же войска были уже в восточной части Германии, которую Сталин, как и в иной истории, планировал передать Польше, установив границу по Лужицкой Нисе и Одеру.
    Настроение у половины девушек в комнате целительниц варшавского эвакуационного госпиталя было приподнятым - праздник, день, когда родилась их новая империя! Вторая же половина - тоже землянки, тоже русские, но из другой России - не разделяла этой праздничности, однако прекрасно понимала своих подруг и не забыла поздравить их. Не разделял её и зашедший на огонёк врач из местных - чудом не попавшийся немцам еврей Томаш Липницкий, но и он не портил девушкам праздник.
    - Присаживайтесь, пан Липницкий, - засуетилась Дуся - в Эльтионской академии наконец-то наступили каникулы, и все учившиеся там целительницы с утра до вечера пропадали в госпиталях. - Вы красную рыбу едите? - она положила кусок малосольной рыбы на намазанный маслом ломоть белого хлеба.
    - Спасибо, Евдокия, - улыбнулся врач. - Не просто ем, а с удовольствием! А если вы насчёт кошерности, то некошерной у верующих иудеев считается не лососина, а осетрина, но всё равно - какой человек откажется от такого угощения, да ещё на войне? Кстати, может быть, послушаем, что по вашему радио передают?
    - Точно, сейчас же сводка должна быть, - сидевшая рядом с радиоточкой Люба немного увеличила громкость.
    - ...заняли город Удине, - сообщил голос Левитана.
    - Удине - это где, в Югославии? - попыталась вспомнить Дуся.
    - Да нет, уже в Италии, - усмехнулся Липницкий. - Похоже, Рим ваша армия возьмёт даже раньше, чем Берлин.

* * *

    Девятое мая в Москве в этом году было тёплым и солнечным, и две молодые пары не спеша шли по праздничной улице, направляясь в магазин за мороженым. Предназначалось оно, понятно, не младенцам, которых несли в слингах женщины, а самим женщинам и заодно мужчинам - кто сказал, что мужчины не любят мороженое?
    - Пломбир... - мечтательно протянула одна из женщин - чуть пониже ростом. - Чистый, без всякого джема.
    - В стаканчиках? - уточнил её муж. - Давайте я один схожу и на всех возьму, чтобы вам с девочками не толкаться.
    - Да, Рост, возьми, - кивнул второй мужчина. - Ане тоже пломбир в вафельном стаканчике, а мне "Ленинградское", если есть, или просто эскимо в шоколаде.
    - Сейчас, - Рост, он же Ростислав, скрылся в дверях магазина, и высокая светловолосая женщина с затмевающей солнце улыбкой, названная Аней, предложила:
    - Рома, может быть, сфотографируешь нас с Наиной?
    - Только вон туда отойдите, чтобы не на самом солнце, - мужчина достал смартфон. - Да, здесь, - он поймал ракурс, с которого жена и её подруга смотрелись наиболее нарядно, и сделал несколько снимков. - Анка, что такое?
    - Сейчас, - Аня тряхнула головой, отгоняя наваждение, - на плакате, вывешенном на рекламном щите, отчётливо читалось: "1941-1943".
    "Мы что, перенеслись на Параллель?" - охнула она. - "В то время Параллели, которого ещё нет? Или... наши миры вновь слились?"
    Уфф... Всё-таки это было лишь мимолётное наваждение - годом Победы на плакате значился, как и полагалось в этой истории, тысяча девятьсот сорок пятый.
    "Но я же точно помню - сорок третий", - выдохнула Аня, возвращаясь в реальность. - "И большая цифра - не девятка, а вроде бы... двойка? Неужели я на мгновение заглянула в будущее Параллели? Но какой же тогда месяц промелькнул на том плакате? То, что война с Германией там закончится именно в сорок третьем, - однозначно".

Глава 9. У КОРНЕВИЩА ЗВЕРЯ

10-23 мая 2015

Ветер, запах падали
по полю развей.
Здравствуй, здравствуй, песня
родины моей.
Здравствуй, мор и голод,
бойня, нищета.
Здравствуй, колыбелька.
Будь же ты пуста.

С. Макарович[40]

    Если взятия значимого города к юбилею Октябрьской революции могло и не случиться, поскольку на войне, кроме планов, есть и противник, то против приуроченного к празднику награждения никакой противник уже иметь ничего не мог, и вернувшаяся с Параллели Женя, всё ещё пребывая под впечатлением от встречи с самим Сталиным, счастливо выдохнула:
    - Мама!..
    - Женечка! - ахнула Дарья Александровна. - Тебя орденом наградили?!
    - Ага, "Знак Почёта", - девочка скосила глаза на прикреплённую к пиджаку награду. - Один из пяти довоенных орденов, все остальные уже в войну появились или после неё. И Лизу наградили, и Эльмиру, и Лисицу, и вообще почти всех наших.
    - Да ты что? И Алису? Подожди пиджак снимать - сейчас отец вернётся, ему тоже покажешься. Неужели весь орден Обители наградили?
    - Не весь, - уточнила Женя. - Только тех, кто давно целительством занимался или инженерные сводки составлял по нашей технике. Тёть Юлю не наградили - она на Параллели вообще в госпиталях не бывала. Мам, а ещё Нате "Материнскую славу" дали, представляешь? Третьей степени.[41]
    - Что, серьёзно? Подожди, она что, всех своих приёмных усыновила? Насколько я помню, для награждения третьей степенью этого ордена их должно быть как раз семь, включая приёмных, но официально.
    - Не всех, это просто Сталин немного отступил от правил. Так и сказал: "Товарищ Стрелкова, слишком уж хорошие у вас дети! Сами почти все при заслуженных наградах, и вырастили их именно вы".
    - Надо же!.. - в это время послышался звук открываемой двери - пришёл Владимир Васильевич, и Дарья Александровна радостно закричала:
    - Володя! Иди сюда, разуйся только!

* * *

    - Лично император наградил?! - Мерсента тискала в объятиях свою дочь, которой сегодня исполнилось одиннадцать лет. - Ох, высоко ты у меня взлетела! Поздравляю, доченька!
    - Спасибо, мама, - Крилла в конце концов смущённо отстранилась, заметив, что её трёхлетний брат уже минуту обиженно дёргает мать за подол. - Дай Ламарну тоже поздравить.
    - Поздравляю, Криль! - пафосно изрёк мальчик. - Тебе один-над-цать, да? Это после десяти?
    - Ну да, десять пальцев и ещё один, - терпеливо объяснила Лесная Сестра. - Мама, давай сладкий пирог испечём?
    - Конечно, доченька! Друзья-то твои будут?
    - Арсента, Ирина, Нина, Петя и Валентин, - Крилла понимала, что устроить большой праздник её родителям будет не по силам, и пригласила к себе домой лишь старинную подругу, одноклассников и Ирину, игравшую на Земле роль её матери. - Не возражаешь?
    - Ну что ты! Сейчас всё приготовим, поможешь? Да, а Ирину-то наградили?
    - Ага, - кивнула Крилла. - А Петю с Валентином не наградили, они целительством в том мире почти не занимались. И Милену с Кошечкой не наградили.
    - Да куда же им? Полугода и то нет, как они ученицы ваши. Это ты у нас уже полная сестра Пути, - улыбнулась Мерсента, с удовольствием разглядывая орден дочери. - Когда, ты говоришь, гости должны подойти?.. Ох, у меня же ничего не готово! - женщина поспешила в свою маленькую кухоньку.

* * *

    Надя бросилась в комнату, едва скинув ботинки, и споткнувшаяся о них Майя возмущённо воскликнула:
    - Ну Нади-ин! Никуда твоя Вена не денется!
    - Она не моя, а красная! - азартно отозвалась из комнаты подруга. - Смотри!
    - Дай хоть разуться... Аха, вижу, - Майя тоже вошла в комнату и наклонилась над картой. - А союзников во Франции ты отмечаешь?
    - Так про них почти не говорят, как узнать? "Англо-американские войска продолжают наступление в Нормандии" - и всё. А где эта Нормандия, никто не знает.
    - Нам же Сталина показывала, - напомнила Майя. - Вот на этом полуострове высадились. Бланш, Мира, идите сюда!
    - Нет, девочки, сначала руки мыть! - послышался из прихожей голос Аны Лопес, успевшей перехватить Бланку и Мирославу - сегодня они на полминуты отстали от своих подруг. - Вам тут и водопровод, и мыло, так что марш в ванную! У меня в Испании такого не было, чтобы вода сама из крана текла, - испанка заглянула в комнату и строго напомнила:
    - А вы-то почему красные флаги немытыми руками берёте?
    - Сейчас, - Надя и Майя побежали в ванную и через минуту вернулись, обнаружив, что карту уже обступили их подруги и Ана.
    - Так, девочки, теперь я, не жадничайте, - улыбнулась испанка, беря в руки булавку с флажком, похожим на Надины, но не красным, а синим. - Союзники утром взяли Шербур, только не спрашивайте, откуда я об этом знаю, - она с загадочным видом воткнула флажок в атлантическое побережье Франции.

* * *

    В эвакуационных госпиталях, которые Красная Армия организовывала в занятых и уже достаточно отдалившихся от фронта городах Восточной Европы, оказывали помощь и местному населению - несмотря на то, что особых надежд на его дружественность Сталин не питал, пренебрегать "мягкой силой" всё же не стоило. Размещали местных, разумеется, отдельно, стараясь приспособить для этого какой-нибудь дальний флигель, а если его не было - просто ставя для них одну-две госпитальные палатки.
    Здесь, в Дьёре, небольшой деревянный барак присутствовал, и именно к нему начальник охраны жестами развернул запряжённую низенькой лошадкой телегу венгерской селянки средних лет, отрядив при этом солдата для сопровождения. Одновременно он приказал ещё одному рядовому:
    - Старцев, беги к целительницам, пусть кто-нибудь к флигелю подойдёт. Скажи - дрянь дело, без них не обойтись. Да и язык опять же.
    - Есть! - рядовой побежал к основному корпусу госпиталя, и через несколько минут к телеге подошла высокая девушка в зелёном халате поверх длинного зелёного платья:
    - Добрый день, что у вас?
    - Добрый день, уважаемая госпожа! - истово поклонилась селянка. - Помогите, умоляю! Помирает Фери, доктор наш говорит, что ногу отрезать надо, тогда, может быть, живой останется. Или, говорит, в русский госпиталь поезжайте, к девам в зелёном... - она роняла слова с еле теплившейся надеждой, даже не удивившись тому, что целительница понимает по-венгерски.
    - Ясно, - девушка заглянула в телегу, где лежал юноша лет шестнадцати с замотанной полотном ногой, и провела над ним руками - ну да, тяжёлый сепсис, но они справятся. - Сын ваш? Всё с ним будет хорошо, но не ждите, что прямо сегодня. Сейчас оформим на лечение, - рядом уже стояли две санитарки, и селянка засуетилась, помогая им переложить сына на носилки.
    - Простите, госпожа, денег нет почти. Мясом, может, возьмёте? - она вытащила из телеги большую корзину.
    - Мы никогда не берём за лечение ни деньги, ни даже еду, - нахмурилась целительница. - А вы, я смотрю, чуть ли не целую свинью закоптили? Сами-то что есть будете?
    - Да мы с дочками уж найдём. Возьмите, не могу я так! Свинью эту всё равно немцы реквизировали бы за свои бумажки, а ваши их прогнали.
    - Я тоже не могу взять просто так, - вздохнула девушка, перехватив умоляющий взгляд солдата. - Купить могу, пойдёмте, - она провела селянку в небольшую комнатку со столом и шкафом и с трудом взвесила в руке корзину, источавшую аромат свежего копчёного сала. - Держите.
    - Доллары? - изумилась селянка.
    - Естественно. Что дальше будет с европейскими бумажками - один Господь знает, так что возьмите и спрячьте, они вам ещё пригодятся. И давайте наконец оформим пациента. Фамилия, имя?
    - Детари Ференц.
    - Возраст, место жительства?.. Ясно. Через неделю он точно должен поправиться, но приезжать не надо - сам домой доберётся с нашей помощью, - целительница проводила женщину обратно к телеге, и продолжавший стоять возле неё солдат с надеждой поднял глаза: "Ну что?"
    - Подождите, мы ещё не проверили, - прошептала девушка одними губами. - Полчаса.
    - "Вас понял", - еле заметно кивнул солдат.
    Целительница вернулась в комнатку, где осталась стоять корзина, и достала нужный артефакт - нет, действительно хорошие свиные копчёности, ни яда, ни ботулизма. "Да и какой может быть ботулизм, когда мясо свежайшее?" - с облегчением подумала она. - "Ноябрь же, как раз свиней режут".
    - "Окорок - девочкам на бутерброды в школу", - соображала целительница, разбирая дары Венгрии - уже не первые и вряд ли последние. - "Рёбрышки и рулька - Ане Лопес на суп. Пара кусков сала с мясной покрышкой - нам на дежурства, а шпиг с красным перцем, домашняя колбаса и всё остальное - солдатам", - девушка улыбнулась и приглашающе помахала рукой, ибо последние уже начали осторожно заглядывать в окно комнатки.
    "Ну вот, я, кажется, магически отдохнула, и теперь мне надо тоже заняться новым пациентом. А потом, конечно, выпить чаю и попробовать, в самом деле, это сало", - за окном продолжался очередной день войны, вновь не обошедшийся без маленьких солдатских радостей.

* * *

    - Войска Второго Украинского фронта заняли город Браунау-на-Инне и форсировали реку Инн, перейдя границу Германии, - торжественно зачитывал Левитан.
    - Хм, - не удержалась Лиза. - Родина Гитлера, между прочим.
    - Что, серьёзно? - удивилась Руслана.
    - Серьёзнее некуда, можешь у Эльзы спросить для верности. Но он там только родился и жил до трёх лет, а потом семья оттуда уехала и больше не возвращалась. Давай дальше послушаем.
    - Давай, - отдыхавшая после исцеления Лесная Сестра вновь прислушалась к голосу из радиоточки.
    - ...Войска Третьего Украинского фронта после тяжёлых боёв продвинулись на запад по территории Италии и вошли в Милан, - продолжал диктор. - Также ими были заняты города Мантуя, Кремона, Павия... Англо-американские войска успешно развивают наступление во Франции, освободив от немецко-фашистских захватчиков город Кан...
    - А про Белорусский фронт ничего не сказали, - разочарованно вздохнула Руслана, дослушав сводку, - Первый и Второй Белорусские фронты наступали на Берлин и потому интересовали всех в первую очередь.
    Лиза оглянулась на дверь и понизила голос до шёпота:
    - Форсировали Одер, ещё вчера, но развить наступление и окружить Бреслау[42] пока не получается. Только это между нами, никому не говори.
    - Понимаю, - Лесная Сестра догадывалась, что среди магов той Земли есть и какие-то секретные разведчики, докладывающие Ставке Верховного главнокомандующего точные сведения о положении на фронтах. - А про "союзничков" ты что-нибудь знаешь?
    - Вот про них - только то, что по радио сейчас сказали, - как раз в эти минуты англичане высаживали десант возле Неаполя, и Артур докладывал Сталину, однако Лиза, понятно, ещё ничего не знала. - Но есть одна вечная истина: от наглов - всегда жди какой-нибудь гадости, не ошибёшься.

* * *

    Ночной туман, опустившийся на небольшой лесок в Саксонии, неожиданно подсветился перламутрово-голубоватым светом - между деревьями, прямо в воздухе, возник некий феномен. Больше всего он походил на контур двери со скруглёнными углами, за которой, должно быть, горела яркая дуговая лампа, и действительно оказался через пару секунд самой настоящей дверью - с загадочной "той стороны" в лесок вышли четыре вооружённых человека в необычном камуфляже без знаков различия.
    Пятый, явно местный уроженец, выглянул из-за толстого дерева:
    - А где летающая тарелка?
    - Летающих нет, только ползающие, - ответил один из пришельцев. - Товарищ Фридрих?
    - Да, я. Идём к дороге, - местный повёл группу за собой, и теперь стало заметно, что он сильно хромает.
    - Товарищ Фридрих, ваша задача - опознать объект, - напомнил командир пришельцев, когда все заняли позиции - двое по одну сторону проходившей через лесок дороги, двое по другую. - В бой не вступаете и вообще не высовываетесь, пока я не дам сигнал. Потом ухóдите с нами, это приказ.
    - Да, меня уже инструктировали, - кивнул местный.
    С востока тем временем послышался звук мотора, но командир, очевидно, не получил некоего сигнала, потому что никакой реакции с его стороны не последовало, и машина спокойно проехала мимо. Лишь когда через полчаса сквозь туман начали пробиваться фары следующей машины, он деловито опустил на глаза некий прибор, напоминавший очки с очень толстыми непрозрачными стёклами, и нажал какую-то кнопку в кармане.
    Три тихо кашлянувших выстрела практически слились в один, и четвёртый, не стрелявший, выскочил наперерез завилявшей машине - это, как и ожидалось, оказался фургон для перевозки заключённых. Пришелец ловко открыл на ходу левую дверь кабины и затормозил, не став, однако, глушить мотор. Три контрольных выстрела из пистолета с глушителем в шофёра и двух эсэсовцев, короткий обыск трупов - и он спрыгнул на землю, показывая ключи.
    Командир, сделав знак местному, подвёл его к задней двери фургона, которая была уже открыта, и осветил фонариком лицо единственного перевозившегося заключённого:
    - Не торопитесь отвечать. Помните - прошло десять лет.
    - Доброй ночи, товарищ Фридрих, - прищурился в этот момент заключённый. - Если мне не изменяет память, вы всегда предпочитали именно такое обращение?
    - Доброй ночи, товарищ Тельман, - с облегчением выдохнул Фридрих.

* * *

    - Эльза, ты где была-то, что потерянная такая? - удивилась Ульяна, отдыхавшая в очередной комнате целительниц - теперь уже в Падуе.
    - Да так... - грустно улыбнулась немка, положив на стол что-то завёрнутое в "Фёлькишер беобахтер"[43]. - Хотела по родному Кёнигсбергу погулять, пока город ещё стоит.
    - Ну и как, погуляла? - иронично поинтересовалась Ксения.
    - Там теперь просто так по улице не пройдёшь - осадное положение, патрули везде, - вздохнула Эльза. - А у меня выражение лица хоть и озабоченное, но другое - не тревожно-придавленное, а устало-деловое. Да и просто узнать могли. В общем, постояла я минуту около дома, где жила, - и в Мюнхен! Его, я так понимаю, Красная Армия тоже возьмёт со дня на день, но пока там получилось даже цветы купить, - она торопливо развернула газету. - Поздравляю, Кси! Девятнадцать лет, правильно?
    - Спасибо! - фея Воды невольно залюбовалась белыми розами. - Неужели в Германии даже сейчас кто-то их выращивает? Ноябрь же.
    Немка радостно улыбнулась:
    - Садовод один, в теплице. Жива Германия, не всю её наци сожрали! Даже в самóй колыбели нацизма - и то светлые люди остались. Я подозреваю, он понял, кто я такая, но ничего не сказал. И розы, такое впечатление, выбрал самые хорошие.
    - Розы-то да, но зачем ты эту дрянь притащила? - поморщилась Ульяна, имея в виду газету.
    - Ну извини, "Правда" в Мюнхене не продаётся! - усмехнулась Эльза. - Сейчас выкину.
    - Не "выкину", а иди на Мораотх и там сожги... Что, всё уже?
    - Ну да, там как раз костёр жгли, - немка вернулась практически сразу. - Да уж, второй город Германии, как у нас Ленинград, а я в нём только за пять минут до смерти побывала! В Берлине-то была несколько раз, до войны ещё.
    Ульяна недоуменно мотнула головой, пропустив мимо ушей, что Эльза сказала про Ленинград - "у нас":
    - До какой смерти? Если даже и разрушат в ходе боёв, то Мюнхен быстро отстроится, никто его не будет сносить до основания, как Карфаген. Вот самообман ваш человеконенавистнический - этот да, в его же колыбели и уморят.
    - Кстати, да, - не преминула заметить Ксения. - Мюнхен - действительно всего лишь колыбель, зарождается-то всё не в колыбели, а в матке! А матка всех подобных дьявольских измышлений - не Мюнхен и не Берлин, а Лондон.
    - Ты хочешь сказать, что вырвать нацизм с корнем мы так и не вырвем? - раздражённо посмотрела на неё Ульяна.
    Ксения виновато развела руками:
    - Самой хотелось бы, но как видишь, не получается до корней добраться - одни корневища выдираем. Даже если, что называется, "укарфагенить" этот проклятый Лондон, самые истоки-то - не в Лондоне, а в человеческой падкости на соблазны.
    - Именно, - согласно кивнула Эльза. - По себе знаю, что это такое - чувство собственного величия. Кси, напомни - как, ты говорила, Василий Великий выразился?
    - "Ад невозможно сделать привлекательным, поэтому диавол делает привлекательной дорогу туда", - процитировала фея Воды.
    - Девчат, ну что вы опять поповщину развели? - машинально нахмурилась Ульяна. - Хотя, знаете, этот ваш Василий Великий абсолютно прав.

* * *

    Аня - как всегда, с Малюткой И в слинге - снова поднялись к Наине:
    - Привет, ну и как сходили?
    - Неоднозначно, - хмыкнула соседка. - То есть с Жанной-то всё в порядке, сейчас расскажу. Не подскажешь, как рыбу приготовить, мы купили по дороге? А то Ростик в командировку уехал, не зайдёт сегодня.
    - Что за рыба?
    - Филе морского окуня, посмотри, - женщины прошли на кухню. - Только жареную мне сейчас не хочется.
    - В духовке можно, с картошкой. Окунь для этого хорошо подходит - сухой, воды много не натечёт, и картошка не варёная получится, а именно запечённая. Вот пангасиуса на такую запеканку лучше не брать.
    - Покажи, а? Что понадобится?
    - Пара крупных картошин и луковица, если на тебя одну. Немного масла подсолнечного, ну и соль.
    - И всё?
    - Ну да, ты же не будешь сильно перчить? Смотри, - Лесной Сестре потребовалось лишь несколько минут, чтобы нарезать довольно толстыми кружками картошку и лук. - Рыбу сверху - и в духовку. Часа должно хватить.
    - Ну и попробуем, - Наина уже успела убедиться, что самые примитивные по исполнению блюда, если уметь готовить, - как раз самые вкусные. - Час, говоришь? - она присела за стол и показала Ане на вторую табуретку. - Ну так вот, приходим мы, значит, в поликлинику. Сначала ортопед посмотрел - всё в порядке, да я уж и так знала. Зря, думаю, пришла - смотрели ведь Жанну целительницы ваши, зачем какие-то врачи ещё?
    - Затем, что Маша с Белкой - целительницы хоть и опытные, но конкретно с такими малышами дела практически не имели, - напомнила Лесная Сестра. - А дальше что?
    - А дальше - педичка, - скривилась Наина. - В возрасте уже, то есть "мэйд ин Совок". Ну, осмотрела, обмерила, тут опять же без вопросов - и сама не первый год работает, и Жанна здоровая. А потом и говорит: "Послезавтра приходите на прививку". Я так спокойно отвечаю: "Бланк отказа давайте, напишу". Тут её ка-ак понесёт! "У меня нет ни одного непривитого ребёнка! Кто вам позволил отказываться от обязательных прививок, на каком основании?"
    Аня непроизвольно хохотнула:
    - Знакомо, знакомо! У "педичек", как ты выражаешься, психологическое давление может даже не терапевтами измеряться, а петапевтами[44]. Ну и?
    - Ну тут уже я взвилась: "Не пугайте мне девочку! Это разве я должна вам доказывать, что я чего-то не обязана? Это вы покажите мне закон, по которому прививки вдруг стали "обязательными"! Именно федеральный закон, а не вашу ведомственную филькину грамоту!"
    - Надо же! - удивилась Аня. - Одна наша подруга несколько лет назад сказала то же самое, почти слово в слово.
    - Так что ж ты хочешь, если так оно и есть? Поругались мы, короче, - чем только не стращала! И помрёт-то Жанна вот прям щас, "не отходя от кассы", одновременно от всех гепатитов, вплоть до "зет", и дебилкой станет в порядке осложнения оных же, и ослепнет, потому что в таком возрасте уже серёжки золотые носит... - соседка махнула рукой и нервно рассмеялась. - Цирк, короче! Но отказ в конце концов взяла.
    - Естественно, обязана же по закону, в отличие от тебя, - спокойно кивнула Лесная Сестра. - Ну да, обязательных прививок в России вообще нет - есть плановые, но казённые медицинщики упорно называют их "обязательными", чтобы на людей давить ещё и термином неправедным. Вам с Жанной, кстати, прививки и объективно не нужны, держи, - она выложила на стол две цепочки с розоватыми камешками, похожими на леденцы. - Для Ростислава мы тоже сделали, но ты же говоришь, его нет сегодня? Как приедет, отдам ему.
    Соседка заинтересованно подалась вперёд:
    - Что это?
    - Эаменли. Магические артефакты, то есть, чтобы в нашу межмировую обитель попадать. Помнишь, я тебя водила на полянку с ягодами, когда ты простудилась немного?
    - Точно, ты же тогда говорила, что при переносе в обитель никакие возбудители болезней со мной не переходят, - сообразила Наина. - А как ими пользоваться?
    - Жанну пока просто автоматически перебросит туда в случае опасности - падать, например, начнёт с высоты или типа того. Тебя, конечно, тоже, но ты сможешь переходить и сознательно. Сейчас мы с Белкой вам активируем, и потренируешься.
    - Что, серьёзно? А обратно как?
    - Ты - как туда, так и обратно, а Жанна если одна там окажется, то сразу кто-нибудь из наших появится. Ну что, я вызываю Белку?
    - Подожди, давай поедим сначала, - Наина скосила глаза на духовку. - Я хоть в магии и не разбираюсь, но подозреваю, что после всех этих магических тренировок стану совсем голодная, так что подкреплюсь заранее, ладно?
    - Конечно, - улыбнулась Аня. - Поедим и девочек покормим, а потом уже спокойно займёмся всякими волшебными делами.

* * *

    "Италию придётся разделить на зоны оккупации, как в той истории - Германию", - размышлял Верховный, стоя у окна своего кремлёвского кабинета. - "Британия ещё сильна и ничего не уступит. С другой стороны, американцам не слишком выгодно, чтобы британцы контролировали всё Средиземноморье, так что наше закрепление в Греции и на севере Италии они могут и поддержать. Ключевой пункт - Генуя, её нужно взять во что бы то ни стало! А Германия, конечно, должна войти в советскую сферу влияния полностью - "от Мааса до Мемеля", как в их гимне поётся".
    "А ведь это, пожалуй, уникальный случай", - пришло ему в голову. - "Там ведь нам всё время доставались куда менее развитые регионы - то восток Германии, то север Кореи, а вот север Италии, наоборот, - просто столица по сравнению с югом! Да и миланцы будут довольны - их город станет наконец столицей Итальянской Демократической Республики", - усмехнулся Сталин. - "И второй культурной столицей социалистической Европы - после Ленинграда, разумеется".
    "Хотя нет, от "полусоцалистической" Северной Италии будет куда больше пользы", - сразу поправил он сам себя. - "Идеальная страна на ту роль, которую по отношению к тому Советскому Союзу играла Финляндия. Зачем нам, в самом деле, вкладываться в этих угрюмых враждебных чухонцев, когда есть куда более развитые и дружелюбные итальянцы? Говорила же товарищ Кресова - то, что Муссолини погнал их воевать с нами, обоими народами воспринимается как отдельный досадный эпизод и не более того", - Сталин неторопливо повернулся, чтобы подойти к столу и записать: "Вернуть на родину итальянских военнопленных".

* * *

    - Салли, неужели это с Земли мясо? - приятно удивился капитан Уилкинсон, садясь за стол.
    Миссис Дэвид Уилкинсон - она же Нрзагл, она же Нарсалла, она же Салли - поставила перед ним блюдо с бифштексом и жареной картошкой, то есть соланой, и кружку местного пива:
    - Да, с Земли, ханисетль Алина для тебя передала, - тарлаонские метеланы использовались исключительно как тягловые животные, а хилетль - для молока, и их мясо было жёстким и невкусным, поэтому обычно капитан ел свинину и баранину, но иногда на его столе появлялся и традиционный английский бифштекс. - Она же знала, что вы сегодня возвращаетесь, - жена положила на свою тарелку кусок мяса поменьше и села напротив.
    - Ты не знаешь, как дела у Гарета? - как бы невзначай поинтересовался через несколько минут Уилкинсон.
    Нрзагл смущённо улыбнулась, прекрасно поняв, о какого рода "делах" идёт речь:
    - Пока всё ходит кругами вокруг Мадлен, но уже приблизился. Она не против, расстраивается даже - моряк, а такой нерешительный!
    - Салли, он не столько моряк, сколько учёный книжник, - поправил капитан. - Штурманом, как ты знаешь, уже второй раз не Гарет ходил, а Фалинор.
    - Студент из Касамской академии? - вспомнила Нрзагл.
    - Да, то есть он окончил уже академию, через три дня у них торжественное провозглашение первого выпуска ханисетами. Вот Фалинор - как раз моряк по духу, так что будет теперь штурманом на "Деве тумана". И скажи ты Мадлен, ради Бога, чтобы сама посмелее была, раз Гарет ей нравится. Всё равно же сойдутся в конце концов - как-никак два европейца в чужом мире.
    - Ты уверен, что Тарлаон для нас с тобой такой уж чужой? - лукаво взглянула жена.
    - Знаешь, теперь уже нет, - ответил после небольшой заминки Уилкинсон. - Какой же он "чужой", если у меня здесь семья?

* * *

    Лиде было невесело - именно потому, что победа в войне виднелась уже не за горами: "Вот и кончается самое скорбное время! Да, скорбное и очень трудное, но для нас оно оказалось временем удивительного боевого братства, то есть целительского сестринства, и я не променяла бы его ни на что другое. Нет, мы, конечно, сможем видеться, когда захотим, однако это будет уже не то".
    "Впрочем, кто знает? Сестринство-то - вот оно, продолжается!" - девушка, спохватившись, взяла диадему из ларца в руках Изольды и возложила её на голову двенадцатилетней Домны. - "Корона полной феи и все миры Пути - воистину твои по праву, торжествуй!" - она внутренне содрогнулась, представив себе, насколько же отчаянно юной курской селянке хотелось вырваться из колхоза.
    "И потом, далеко не все иномирные целительницы уйдут в свои миры", - Лиде стало даже немного стыдно за упаднические мысли. - "Маэнане, например, уже окончательно осела на нашей Земле, и Хси-Лиль обещала постоянно появляться, пока у нас столько калек после войны... И Леми, наверное", - Лемиата как раз брала из ларца завершающую регалию сестёр ордена Пути - кольцо с изумрудом, готовясь повторить девиз.
    - Pro domo sua! - с надрывом провозгласила Домна.
    - Pro domo sua, - спокойно засвидетельствовала Лемиата. - И не забудь улыбнуться новой фее, пока она не опередила.
    Домна, подойдя к зеркалу, непроизвольно растянула губы в улыбке, наслаждаясь кратким мигом торжества, и вдруг спешно закрыла ладонями лицо:
    - П-простите...
    - За что, сестрёнка? - подошла Дуся. - Думаешь, мы не понимаем? Но если тебе неловко, пойдём успокоимся наедине, - фея, приобняв девочку за плечи, повела её в другую комнату, где обнаружилась задумчиво уставившаяся в окно Ядвига.
    - Ох, извините, - обернулась она. - Я сейчас уйду, - полька сделала торопливый шаг к двери и неожиданно исчезла.
    - Получилось, наконец-то! - обрадовалась фея. - Домнушка, ты видела? У Яси получилось появиться!

* * *

    Патимат довольно часто ходила без платка, но диадему попросила сделать такую, чтобы её можно было надевать и поверх него, а не только просто на голову: "Когда я имею дело с кавказскими воинами или навещаю родных, я должна вдохновлять наших мужчин, а не разочаровывать их, так что перед ними всегда предстаю в традиционном виде". Сейчас, тем не менее, платка на девушке не было, и Маша воткнула длинные шпильки в волнистые чёрные волосы:
    - Удобно лежит?
    - Да вроде ничего, - Патимат слегка покачала головой. - Потом, если что, руками поправлю... Pro domo sua!
    - Pro domo sua! - повторила Рийна. - Пусть же новая фея улыбнётся тебе первой!
    Девушка гордо подошла к зеркалу и улыбнулась:
    - Да, я чувствую - Стихия приняла! Маш, а вот теперь, извини, мне нужно надеть платок.
    - Просто примерить? - уточнила Маша. - Или к своим собираешься?
    - Пока примерить, родных я хотела завтра днём навестить. У нас же в ауле, как ты помнишь, электричества ещё нет, не успели до войны провести.
    - Тогда примеряй, это тебе подарок от нас с Лейлой - специально под диадему, - Маша развернула переливавшийся тихим светом толстый белоснежный атлас.
    - Ой, спасибо вам! - зарделась Патимат. - Сейчас, - она привычно намотала на голову платок и заправила под его край шпильки диадемы. - Да, хорошо держится, не сползает. А знаете, я всё-таки покажусь родным! На базе же есть аккумуляторные фонари? Через полчаса вернусь, - девушка ещё раз посмотрелась в зеркало, поправляя наряд, и отправилась за фонарём.

* * *

    - Ты как, не передумал идти на подготовительные курсы? - спросил Артур.
    Баурал уверенно кивнул - решение он принял ещё зимой и с тех пор ни разу не усомнился в нём:
    - Пойду. Земной аттестат я всё равно не получу, зачем мне тогда девятый класс? А самого образования для курсов хватает - вон даже Нериаму на них берут.
    - Пожалуй, соглашусь, - кивнул Страж Вихрей. - Потому я с зимы и начал заниматься с тобой немного вперёд. Ну что тогда? Остальные восьмиклассники сейчас пишут годовую контрольную по математике, а ты будешь сдавать итоговую аттестацию за девятый.
    - Тоже по математике? - сообразил юный маг Огня.
    - Да. Учиться в академии тебе всё равно придётся не на русском языке, и на историю с географией конкретно Земли напирать смысла нет - ты знаешь их основные моменты, и этого пока достаточно. Остаются естественные науки, а из них главная для любого мага - математика, тем более что она во всех мирах одна и та же. Готов?
    - Всегда готов! - улыбнулся Баурал.
    - Тогда держи, - Артур достал из своей папки несколько отпечатанных на принтере листов. - Это реальный вариант экзамена, у девятиклассников он будет через неделю, но задания мы уже добыли. В твоём распоряжении три часа, не сможешь решить абсолютно всё - ничего страшного, но не торопись, особенно в первой части! Да, она простая, но многие именно на этом и горят - "раз простая, можно быстро посчитать в уме и не проверять". Вот бумага для черновиков - реши каждую задачу, чётко запиши ответ, потом ещё раз проверь и только после этого переноси в бланк. Ну а потом - вторая часть, там нужно полностью расписать решение.
    - Ага, я уже понял, как это решается, - Баурал ткнул в одну из последних задач.
    - Прекрасно, но всё же советую сначала разобраться с простыми задачами. Время пошло, - Страж Вихрей положил на стол две ручки и вышел, оставив мага Огня наедине с математикой.

* * *

    - Что ты временами изменял моей дочери, я знал давно, - грозный тесть не мог включить гнев на полную мощность, ибо сам тоже был не без греха, однако выражение его лица всё равно не сулило ничего хорошего. - До бомжих, я надеюсь, не докатился? - на этом месте самообладания ему всё же не хватило, и он от души грохнул кулаком по столу. - Зять Валиахметова - с гастарбайтершами путается! Так в штанах чешется, что женщину поприличнее найти недосуг!
    - Габдулла Ильшатович, ну это давно уже было... - виновато выдохнул Фаткуллин.
    - А с девочкой ты встречался - это что, тоже "давно"? Ладно ещё сама любовница - действительно десять лет прошло, можно было бы и забыть. И Малике я ничего не сказал, цени! Но какого шайтана ты тащишь в Москву своё потомство от этих гастарбайтерш? Если уж изменяешь, то чтобы для семьи - никаких последствий! Ни больших денег на сторону, ни заразы, ни внебрачных детей!
    - Диля не могла с девочкой в Узбекистан возвращаться, - потупился незадачливый зять. - Хотела Динару в роддоме оставить, но её пери забрала.
    - Пери? Лесная Сестра, то есть? - о феях в зелёном тесть, разумеется, был наслышан. - И она, должно быть, взяла девочку на воспитание?
    Фаткуллин облегчённо кивнул, поняв, что тесть уже не столько гневается, сколько размышляет:
    - Ну да, вырастила как свою дочь. Но Динара знает, кто её настоящие родители.
    - Динара она, значит? - острое желание Валиахметова немедленно прогнать зятя из семьи поганой метлой не то чтобы совсем исчезло, но сильно притупилось, ибо его косяки становились вовсе не косяками, коль скоро давали возможность познакомиться не с кем-нибудь, а с самыми настоящими пери. - А по фамилии случайно не Фаткуллина?
    - Да, пери уговорили меня дать ей фамилию и отчество, - признался зять. - Только в паспорт попросили регистраторшу не вписывать.
    - Другими словами, ты признал внебрачную дочь, - хмыкнул Валиахметов. - Тогда почему твою дочь растят чужие люди? Ты хоть в курсе - ходит ли она в школу, как учится, как её здоровье? Нет, бывает, что этим и обычные-то отцы не интерсуются, которые в одной квартире со своими детьми живут, но не в нашем же роду!
    - Вот насчёт школы - как раз большие проблемы, - вздохнул Фаткуллин. - Так-то она третий класс оканчивает, осенью в пятый пойдёт, но - неофициально, в том-то и дело! Учится просто по программе, а к школе, чтобы экзамены сдавала, я её приписать не могу.
    - Что значит "не можешь"? - возмутился тесть. - Ты ей отец или кто? Засветиться, что ли, опасаешься, конспиратор ты наш? Так давно уже по уши, так что делай что хочешь, но в сентябре чтобы в школу пошла! И ещё я очень хотел бы с ней познакомиться, хоть она мне и не родная внучка. С ней и с её пери, она согласится?
    - Думаю, да, - Фаткуллин понял, что гроза отчасти миновала, и был готов приложить все усилия. - Могу прямо сейчас позвонить и договориться.

* * *

    - Девочки, помните наш уговор - вы хотя бы на один год "сходите в десант", то есть поживёте жизнью обычных школьниц? - начала Ната. - Маги просто обязаны хорошо знать и чувствовать, чем дышат простые люди.
    - В пятый класс, что ли? - забавно скривилась Лань. - Йа блондинко!
    - Именно в пятый. Это первый класс старшей школы, и тебе он, между прочим, поможет выровнять фундамент под дальнейшие знания, а то ты учишься слишком неровно - по математике уже тригонометрией балуешься, а в литературе разбираться совершенно не хочешь. Хорошо хоть, историю Даша в тебя кое-как закачала, - усмехнулась Первая сестра. - И потом, в пятом классе обычно больше новых лиц, и всякие группировки девочек, которые всех третируют, ещё окончательно не сложились.
    - Это дедушка Габдулла сказал, - добавила Динара.
    - Да, и я с ним согласилась - тебе тоже нужно как минимум год походить в обычную школу. Со своей же стороны он пообещал, что это будет та же самая школа, где Оля с Меланией учатся, чтобы ты в одном классе с подругами была. Оленька, подстрахуешь на первых порах? Ты-то в школе хоть и редко, но бывала.
    - Конечно, - улыбнулась Оля. - Но как быть с госпиталями на Параллели?
    - Прости, Оленька, но твоё присутствие там уже не столь необходимо, как раньше. И Маша с Ксенией академию окончили, и "Болотные валькирии" стали универсальными целительницами, да и война скоро кончится. Сталин меня специально предупредил, чтобы после наших летних каникул - никаких школьников в госпиталях! "Товарищ Стрелкова, воевать надо на войне, а в мирное время дети должны учиться".
    - Это он сам так сказал?
    - Кто же ещё? В общем, считайте себя демобилизованными! Даже Эльмире с Василисой, пока школу не окончат, на Параллели делать нечего. Василиса, кстати, тоже с сентября в школу пойдёт, и Антон с Игорем вместе с ней.
    - В ту же, что и мы? - встрепенулась "йа блондинко".
    - Да, живут они с мамой чуть ли не в соседнем доме, так что скорее всего туда. У них, правда, есть сложности с гражданством, но этим я займусь.
    - Ну ладно, схожу я в этот десант, - Лань, похоже, решила не упрямиться, а воспользоваться возможностью получить новый опыт. - Но только чтобы на уроки труда - с мальчишками! Йа блондинко!

* * *

    За своё изначальное логово нацистский зверь сражался яростно, но был он уже сильно израненным, да и войск смог отрядить не слишком много - Вермахт бросил почти все силы на оборону на востоке, по Одеру и Лужицкой Нисе, и на западе, где на земле Франции напирали американцы. Первые танки генерал-полковника Лелюшенко ворвались на улицы Мюнхена ещё вечером девятнадцатого ноября, и к утру двадцать первого центр города был взят - над ратушей взвился красный флаг.
    "Дошли!" - хищно оскалился подполковник Поспелов, стоя на центральной площади города, именовавшейся Мариенплац. - "Пока не до Берлина, и его, к сожалению, буду брать не я, но до корня, до колыбели зверя - дошли! Получите, гады, за всё! За мою убитую жену, за раненую Наденьку, за ваши концлагеря и бомбардировки санитарных эшелонов, за расправы над мирным населением, за то, что мы для вас - не люди! Ну так и вы для нас - просто бешеные псы, которых только уничтожать!" - он поймал себя на желании пристрелить первую попавшуюся фрау, однако все фрау и фройляйн, как и немногие герры, сидели по домам - тихо-тихо, как мышки. - "Тьфу ты, сам чуть не взбесился! Здесь будто весь воздух пропитан злом этого зверя".
    - Товарищ подполковник, держите, - подошедший сбоку капитан из его батальона, не очень-то заботясь о субординации, протягивал литровую кружку с пивом, и Поспелов машинально взял её:
    - Спасибо. Пиво проверенное?
    - Да, мы ту бочку взяли, из которой кельнер фрицам наливал, - успокоил его капитан. - Там солдаты немецкие сидели, пьяные уже. Мы вошли, так они сразу: "Салют, камераден! Гитлер капут!" Сдались, в общем, только пива ещё по кружке попросили, ну а мы чем хуже? Пивная-то знаменитая, "Хофбройхаус".
    - Это где Гитлер свою партию основал? - вспомнил подполковник.
    Капитан опасливо оглянулся и понизил голос:
    - Это называется "по ленинским местам". Замполит наш сказал, что Ленин тоже в "Хофбройхаус" захаживал, когда в Мюнхене жил.
    - Даже так? - хмыкнул Поспелов. - Подожди, а вы хоть заплатили?
    - Мы что, уже не воины - во взятом с бою городе за пиво платить? - усмехнулся капитан. - Разграблять, конечно, никто не собирался, но по одной кружке - святое дело!
    - А, ладно! Но только по одной! - Поспелов поднёс к губам кружку со светлым баварским пивом, на котором уже начала оседать пышная пена.

* * *

    "Ох, Яся, как же закрутила тебя судьба..." - по щекам пани Ирены Пшалковской катились слёзы, однако женщина не замечала, что плачет. - "Я и живой-то тебя увидеть не надеялась уже, когда летом мне сказали в госпитале, что в Москву отправили, но ты жива, ты здорова, и ты сама становишься целительницей, Матка Боска!.."
    - Ирена, ну ты что? - укоризненно нахмурился пан Станислав Пшалковский. - Польский народ, в моём лице, гордится такой дочерью, а ты плачешь?
    - Ох, Стах... - вздохнула пани Ирена, спешно вытерев слёзы. - Гордиться-то есть чем, но дальше что с нашей девочкой будет? Поговорила я немного с панной Людмилой - замечательная женщина, но это для нас, а для себя-то что? Одни человеческие страдания вокруг, и никакого тихого счастья, никаких детей!
    - Встречайте! - послышался в этот момент весёлый голос вышеупомянутой Людмилы, которая вошла в комнату вместе с Ядвигой, уже надевшей длинное платье полной феи, - девочка попросила провести посвящение в своём родном доме в Слониме. - Простите, пани Ирена, я слышала. На самом деле у нас может быть и такое, как вы выразились, "тихое счастье", просто сейчас идёт война, и мы фактически на фронте.
    - И даже дети? - грустно усмехнулась женщина.
    - Да, и дети, хотя бы приёмные. Марек, где вы там?
    - Здесь, панна Людмила! - в дверях появился Мариан, шедший под руку с семнадцатилетней Малгожатой - старшей сестрой Ядвиги, и за ними - Роза с большим ларцом. - Малгося, ну что, вместе держать будем?
    Малгожата кокетливо стрельнула глазами:
    - Угу-у... Роза, открывай, - она подхватила ларец свободной рукой, и то же самое сделал Мариан.
    - Роза, что естественно, осыпает розами, - изрекла Лесная Сестра, доставая первую регалию - диадему полной феи. - Выше голову, Яся!
    - Роз, да куда уж выше? - рассмеялась девочка. - И так стою - прямее некуда! Что, ещё прямее? Попробую... Pro domo sua!
    - Pro domo sua! - победно возгласила Люся. - Улыбнись же новой фее, сестра Ядвига!

* * *

    Аня появилась у Наины, как они и договаривались, рано утром:
    - Ну что, всё в порядке?
    - Да, приноси Малютку И, - кивнула соседка. - Ты надолго?
    - Рассчитывай где-то на полдня, - ответила, чуть подумав, Лесная Сестра. - Молоко вот, но если не хватит, ты покормишь?
    - Конечно. Слушай, а ты мне потом фотографии покажешь? Или там нельзя фотографировать?
    - Можно, и думаю, кто-нибудь непременно этим займётся! - рассмеялась Аня. - Не я, конечно, - у меня будет полно других дел. Но фотографии потом постараюсь взять.
    - Постарайся, а? Я же никогда не видела других миров, только в обители вашей бывала.
    - Да там на самом деле никакой особой разницы с Землёй, тем более что под крышей всё в основном будет, так что не разочаровывайся.
    - Всё равно интересно, - улыбнулась Наина.
    - Надо думать! Ладно, держи пока нашу балконную корзину, мы будем минут через десять, - Аня развернулась и начала спускаться по лестнице.
    "Значит, феям тоже бывает нужна помощь?" - соседка продолжала стоять в дверях, провожая её задумчивым взглядом. - "Что ж, побуду и я немножко феей!"
    - ...Ух ты! - восхищённо выдохнула она, когда Лесная Сестра неожиданно возникла прямо в комнате - длинное зелёное платье, туфли на каблуках, сверкающая весёлыми самоцветами диадема. - Это что, твой парадный наряд?
    - Да, там же всё торжественно будет, - Аня не торопясь подошла ближе, давая Наине возможность рассмотреть её регалии. - Не скучайте тут без меня! - она осторожно положила Малютку И на кровать и исчезла, словно растворившись в воздухе.

* * *

    "Он вообще когда-нибудь бывает - полный мир?" - усмехнулась про себя Лариса, входя в центральную аудиторию академии. - "Для нашего ковена - точно нет, бывают только отдельные мирные дела и мирные дни, когда заставляешь себя не думать о сражениях... или о целительстве после этих сражений", - она покосилась на вошедшую вслед за ней Леренну. - "И сегодня - как раз такой день. Первый выпуск в Касамской академии, к которому мы шли пять лет! То есть пять лет шли студенты, мы-то начали готовиться ещё раньше", - машинально поправила фея Воды.
    Они стояли у преподавательской кафедры и стола, на котором часто демонстрировались всевозможные механизмы и эксперименты, - именно стояли, ибо идея поставить длинный стол президиума, накрытый сукном, была со смехом отвергнута почти всеми, включая саму Ларису: "Мы что, бюрократы какие-нибудь? Это когда длинные речи толкают, тогда и устраивают стол со стульями, чтобы остальной президиум стоять не уставал, пока кто-то льёт воду с кафедры". Княжеская чета Ниметара - Нисталь с Нарлиной, и Санима, и Мотенор с Фарлитом, и преподаватели - знакомые всё лица! Ректор Коберин, Леренна с Манелиссой, Роман с Аней, Алина, Инесса, Коотен, Гриффитс и, наконец, она сама, "ханисетль Ларисса" - в парадном платье феи и при диадеме. "Как дура какая-то", - непроизвольно пришло ей в голову.
    Выпускники, числом пятнадцать, уже сидели в увитой цветами аудитории, и фея Воды мысленно кивнула: "Всё правильно - сегодня их день, и даже князья приветствуют их стоя. Ну что, начинаем?" - в этот момент она заметила, что на одной из поднимавшихся по стенам лиане два цветка так и не раскрылись: "Недоработала Анка! Впрочем, сегодня вряд ли кто-нибудь обратит внимание на такую мелочь".
    - О-ханисет! - провозгласил Нисталь, заняв место за кафедрой. - Да, сегодня я уже обращаюсь к вам именно так, учёные мужи и учёные дамы Тарлаона! Не буду скрывать - исходно я отнёсся к идее оргнизовать в Касаме академию с некоторым недоверием, ибо финансировать её предстояло не только сёстрам ордена Пути, но и правителям Шестикняжия. Однако уже ваши студенческие изыскания убедили меня в том, что всё было сделано правильно, и я горжусь тем, что мой сын, миредис Наралех, будущий правитель Тапалона, тоже среди вас и тоже принимает мантию. Наралех, сын Нисталя из Ниметара, прошествуй же! - князь выдержал торжественную паузу, пока его младший сын, которому вот-вот должно было исполниться двадцать лет, поднимался и проходил к кафедре, и возложил на него длинную мантию, скрепив её фибулой в виде двух цепей - золотой и серебряной, соединённых резным фиолетовым камнем.
    - Знаете, мы долго спорили - что всё-таки изобразить на ханисеане? - сказал он напоследок. - А потом как-то само собой пришло понимание - просто наш мир. Не торопитесь обступать миредиса Наралеха - на вас будут возложены такие же мантиии, и вы сможете всё рассмотреть сами, - Нисталь отошёл в сторону, уступая кафедру Нарлине.
    - Приветствую, о-ханисет! - улыбнулась княгиня. - Полагаю, мирет Нисталь уже сказал от имени нашего княжества всё самое главное, и я добавлю лишь одно - продолжайте изучать мир, не случайно же на ваших регалиях изображён именно Тарлаон! Тасона, дочь Таоля из Тапалона, прошествуй! - Нарлина набросила мантию на свою невестку, которой уже завтра предстояло окончательно принимать титул "миретль", и на кафедру взошла Санима.
    - Я очень рада за Тасону, - сказала она с затаённой печалью в голосе. - Первая на Тарлаоне княгиня, окончившая академию! И первый князь, конечно, - сама академия-то тоже первая, и вы - первенцы её! А первенцев никогда не бывает много, и вас только пятнадцать - преподавателей и то чуть ли не больше, - молодая княгиня Сатилона не сдержалась и начала смеяться. - Ну да, а с князьями - ровно пятнадцать и есть, как вас, так что у каждого - свой личный выпускник. Стиламма, дочь Нилармаха, прошествуй! - Санима обнялась с девушкой, бывшей для неё почти сестрой.
    - ...О-ханисет! - начал, чуть запинаясь, Гриффитс, когда почти все князья и преподаватели возложили мантии на учеников, которых особо выделяли - только что Алина облачила в благородную фиолетовую ткань Арсанну, и теперь без мантий оставались лишь три выпускника. - Вас провожают в учёные напутствиями и поздравлениями, а вот я - благодарностью. Считаю, что не только ученик должен быть благодарен учителю, но и учитель - ученику, ибо если у владеющего мастерством или знанием нет учеников - зачем тогда он сам? И я благодарю и вас, и новый мир, давший мне всех вас. Фалинор, сын Инеормаса, прошествуй же!
    - Сегодня первый выпуск Касамской академии выходит на большую дорогу, - вслед за штурманом за кафедру встала Лариса - она уже порядком задолбалась стоять на каблуках, и её голос звучал с некоторой мрачностью. - Тьфу ты, я хотела сказать - сегодня мы провожаем первых выпускников в последний путь... Ну хорошо - в первый путь! - фея Воды, поддержав раздавшийся отовсюду смех, продолжила:
    - А ведь ваш путь и есть - первый! Случись, например, этот выпуск всего два года назад, на картах Тарлаона и на ваших ханисеанах ещё не было бы Туманных островов. И кто знает - какими будут ханисеаны уже следующего выпуска, не придётся ли спешно гравировать на них новые земли? А всё почему? Потому что непременно будет тот первый, который доберётся до этих земель! Ханисет Мисерон, сын Мернистена, прошествуй! - касамец был лучшим географом курса и любимым учеником Ларисы.
    - Ну и я приветствую вас, о-ханисет! - Ане досталось завершение, и она, солнечно улыбнувшись, прошла к кафедре. - Что же мне сказать, когда всё уже сказано? Скажу, пожалуй, только одно: "Что делаешь - делай хорошо". Ко мне, между прочим, это тоже относится, то есть сейчас как раз не относится, - она посмотрела на одну из стен. - Ханисет Перфат, ты заметил?
    - Да, ханисетль Анна, - не без смущения ответил студент. - Два нераскрытых бутона. Или ты так и хотела сделать?
    - Нет-нет, я именно что поторопилась и пропустила, сейчас исправлю, - Лесная Сестра, не выходя из-за кафедры, вытянула вперёд руки. - Распустились? Перфат, сын Лантисора, прошествуй же!
    - Да, всё в порядке. Самые красивые цветы! - последний выпускник, ненадолго задержав взгляд на раскрывшихся бутонах, поднялся с места и решительно зашагал вперёд.
    "А ведь это уже не первая ласточка мирной жизни для всех нас", - осознала Аня. - "Да, ковен, как и наши друзья с Параллели, возвращается с войны в мир".

Эпилог

23 мая 2015

    Телефон зазвонил незадолго до полуночи, и Марина, слушавшая невидимого собеседника, на первый взгляд казалась всё той же - спокойной и слегка усталой. Сидевший рядом Володя, тем не менее, отчётливо видел, что она чуть ли не скрипит зубами - настолько велико было яростное напряжение, нараставшее от секунды к секунде.
    - Ни слова больше, - сказала наконец Ледяная Дева. - Ты сейчас один? Никаких срочных дел нет?.. Тогда подожди "Цадика", он через минуту будет у тебя... А то ты не знаешь, кто мы с ним такие!.. Правильно догадывался. Короче, жди, - она отключилась и перебросила взгляд на Володю. - "Сократа" убили, сегодня утром.
    - Кто? - коротко бросил маг Воздуха.
    - В корень! - зло усмехнулась Марина. - Такое впечатление, что не укропы, а свои же, русские! Хотя какие они "русские" после этого? В общем, срочно тащи сюда "Жевуна", это он звонил.
    - Сейчас будем, - Володя, не задавая лишних и даже не совсем лишних вопросов, вышел в прихожую, чтобы обуться и набросить куртку, и Ледяная Дева, машинально проводив его взглядом, резко двинула вбок дверцу шкафа и схватила парадное платье и ларец со своими регалиями - она ясно чувствовала, что сейчас надо именно так, что их боевого товарища должна будет встретить не кто-нибудь, а грозная богиня Воды, готовая выйти на тропу мести.

Март - 6 июля 2026, Пущино

[1] А.С. Пушкин, "Руслан и Людмила".

[2] А. Тарковский, "Меркнет зрение - сила моя..."

[3] Автор дежурно уведомляет: за исключением реальных исторических личностей, все персонажи вымышлены, возможное совпадение фамилий может быть лишь случайным.

[4] Н. Гоголь, "Вий".

[5] "Середина пути" (итал.), т.е. половина жизни.

[6] А. Чехов, "Учитель словесности".

[7] Перевод А. Ахматовой.

[8] В 1942 году ближайшей к Институту Склифосовского была станция метро "Красные Ворота", однако во время Великой Отечественной войны на ней был оборудован командный пункт, и поезда не останавливались.

[9] В реальной истории домна No 1 на Магнитогорском металлургическом комбинате была заложена 1 июля 1930 года.

[10] Современное (с 1989 года) название страны - Мьянма.

[11] Мф. 23:24.

[12] Перевод автора.

[13] В реальной истории авиаконструктор В. Петляков погиб в начале 1942 года.

[14] М. Раскова (1912-1943) - лётчица, Герой Советского Союза, организатор женских авиационных полков в 1941-1942 годах.

[15] В. Ульрих (1889-1951) - председатель Военной коллегии Верховного Суда СССР в 1926-1948 годах, один из главных организаторов массовых репрессий.

[16] Первые женские чулки из нейлона появились в 1939 году в США.

[17] Перевод С. Гончаренко.

[18] А. Грибоедов, "Горе от ума".

[19] В реальном варианте истории у умершей в 1936 году второй жены М. Слепнёва детей не было.

[20] Мф. 8:22.

[21] Партеногенез - развитие организма из неоплодотворённой яйцеклетки.

[22] "Здравствуйте" (эстонск.)

[23] Имеется в виду болезнь Верльгофа, или идиопатическая тромбоцитопеническая пурпура.

[24] "Мама-а! Яблоки где?" (исп.)

[25] Шоколад с колой, выпускавшийся в 1941-1960 годах и входивший, в частности, в паёк лётчиков.

[26] Ю. Левитан (1914-1983) - диктор Всесоюзного радио, зачитывавший фронтовые сводки и приказы Верховного главнокомандующего в период Второй мировой войны.

[27] Курляндия (Курземе) - западная часть Латвии.

[28] К. Пятс (1878-1956) - президент Эстонии на момент её вхождения в состав СССР в 1940 году.

[29] Локотент (румынск.) - лейтенант.

[30] "Добрый день" (румынск.)

[31] П. Гроза (1884-1958) - премьер-министр Румынии в 1945-1952 годах.

[32] Х. Ляйп, "Лили Марлен" (пер. И. Бродского).

[33] "Ныне разрушен застенок, родина ныне свободна, в логово лютых смертей жизнь и спасенье пришли" (лат.) - Цит. по: Э.А. По, "Колодец и маятник".

[34] Январское восстание - восстание в Польше в 1863-1864 годах.

[35] Перевод Н. Гребнева.

[36] На Лазареву субботу (шестую субботу Великого поста) на трапезе разрешается икра.

[37] "Строгановка" - Московская государственная художественно-промышленная академия имени С.Г. Строганова (с 2022 года - университет).

[38] "Колыбельная на семи ветрах, пусть малыш заснёт..." (итал.) - итальянская народная колыбельная.

[39] Современное название города - Гданьск.

[40] Перевод Ж. Перковской.

[41] В реальной истории орден "Материнская слава" был учреждён лишь в 1944 году.

[42] Современное название города - Вроцлав.

[43] "Фёлькишер беобахтер" ("Народный обозреватель") - центральная нацистская газета, выходившая в Германии до апреля 1945 года.

[44] "Пета" - следующая приставка после "тера", т.е. 1 петапевт = 1000 терапевтов.

Оставить комментарий
Размещен: 26/08/2026, изменен: 26/08/2026. 547k. Статистика.
Роман: Фэнтези

Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"
Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"

Ворон Ярослав 14. Кольца над полями

Кольца над полями (Ковен Сплетения - 14)

Пролог

Глава 1. ЦАРЕВНЫ ЗМЕЙ И ТРИТОНОВ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Глава 2. ТРИ НЕЗРИМЫХ АЛМАЗНЫХ КОПЬЯ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Глава 3. КУРСКАЯ МАГИЧЕСКАЯ АНОМАЛИЯ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Глава 4. ФАЗЕНДЫ И ФАВЕЛЫ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Глава 5. ДЕВИЧЬИ ПРИБАВЛЕНИЯ

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Ворон Ярослав
14. Кольца над полями