Когда я был еще совсем малышом - то мечтал стать волшебником. Наколдовать себе кучу интересностей и жить припеваючи. Став чуть постарше - намеревался посвятить себя изобретательству, чтобы создать огромного робота и не бояться темноты ночных улиц. В подростковом возрасте я хотел умереть. Но дальше сладостно-томительных картин воображения дело не пошло, поэтому я считал себя поэтом. Да, таким талантливым, но не признанным гением. Но никогда, ни в один из самых страшных, либо радостных моментов, ни в великом смущении, ни в великом триумфе не видел я себя богом. Богов боятся, им поклоняются, их обожают или ненавидят. Во имя богов творят очень злое и отчего-то всем нужное добро.
Я был творцом, черт возьми, каждый из нас творец, даже толстяк, открывающий бутылку пива старой зажигалкой, - и тот считает себя им. Это норма нашей жизни. Кто я такой, чтобы это оспаривать?
У меня были друзья, свой круг интересов, своя Свободная Стая. Меня любили, ценили. Иногда мне чуть-чуть улыбались. Легкое движение уголками губ - я бы продал свою душу за возможность еще раз увидеть его.
Я опасался ночами ходить по улицам, зная, что мечта детства не удалась и нет со мною страшного и верного стального робота. И как на зло, это знали и мои недоброжелатели. Но самое неприятное - они этим знанием вовсю пользовались...
Я дарил девушкам стихи, которые считал самыми лучшими сегодня, а завтра готов был их сжечь. Стихи и девушки похожи чем-то. Совсем чуть-чуть. А еще я умел рисовать словами цветы, оформлять их в букеты, и заставлять лепестки опадать от неосторожного дуновения. Довольно универсальное умение, совершенно простецкое волшебство.
А потом я стал богом.
Не больше, не меньше.
Это, наверное, похоже на смерть во сне - стать богом - тихо, спокойно и незаметно. Но, в отличие от смерти, окружающие этого явления не замечают. А я абсолютно точно чувствовал, что я бог. Но мне не верили. Обидно? Нет. Смешно.
Совершенно незачем стало учиться - я итак знал все во вселенной. Пропала надобность в пище, сне, развлечениях и сексе - я и был всем этим. Я был каждой крошкой хлеба, каждым кошмаром, каждым пикселем на мониторе, каждым стоном наслаждения. Все это не перестало быть мне интересным, просто стало известно все. Абсолютно.
Я мог создать такой камень, который сам не мог поднять, не смотря на свое всемогущество. И это не было парадоксом для меня, обычной истиной. А она как-то незаметно меняется, когда ты - это все и ничто в одном.
Один минус - я перестал быть творцом. Потерял это ощущение. Миры, созданные из мелочей проживали свои эпохи и умирали. Существа плодились и размножались, созданные из моей мысли.
Вот только эти миры не были творениями, а существа упорно не хотели становиться тварями.
Наверное, это чисто человеческое - творить.
Как бы то ни было - я решил избрать сей прискорбный факт поводом для своей грусти. В конце концов, я сам так задумал, просто превратил камень в нечто иное и снова не увидел парадокса.
Трудно быть богом - не знаю. С чем сравнивать? С физическим или умственным трудом человека? С физическим понятием труда?
Страшно быть богом? Возможно, вот только страх тут же пропадает по моей воле как явление, так что спорно...
Но первое время - скучно. Скучно, но интересно, понимаете? Один человек спросил меня, кем я являюсь на земле. Просил назвать свое земное воплощение. Я сказал, что меня зовут Христос - человек понурился. Сказал, что меня так же зовут Аллахом - он не удивился. Напомнил ему, что я Кали, принимающая кровавые жертвы - он испугался. Человек обвинил меня во всех жестокостях мира. Я согласился. Тогда он меня проклял. И ничего страшного не случилось. Да вообще ничего не случилось.
Иногда этот человек желал стать моим другом. Жалел меня, утешал меня. Иногда - ненавидел, убивал.
Но он никогда не был мной. Не хотел, хотя мог, я знаю.
Человек сильнее меня, этот милый камушек для всемогущего бога...
Я сам сделал себя, а заодно и всю вселенную для себя. А человек меня сотворил. Он - творец богов. И я тоже. Парадокс? Отнюдь. Для меня нет. Истина, черт бы ее побрал.
Я - Воля. Я - Инструмент. У меня есть все. Я - Ничто.
А у них есть только воображение.
Только воображение, чтобы однажды я стал богом.