Аннотация: Обычная история. Просыпаешься с будуна, а вселенная повесила на тебя миссию.
Я проснулся и пошёл в туалет. Вчера мы как всегда нажрались, голова-то у меня никогда не болит, а вот живот, если что-то палёное попалось, крутит иногда даже по два дня, или до момента новой выпивки. Я не сразу заметил, что иду не по своей квартире, то есть по своей, но жил я в ней много-много лет назад. Естественно, я не заблудился, зашёл в комнату, объединяющую туалет и ванную. Пописал. Повернулся к зеркалу над умывальником. На нём лежали четыре зубные щётки, какое-то мыло и две зубных пасты "Лесная" и "Ягодка". "Ягодка"? Я не видел этой пасты уже лет пятнадцать. В детстве я любил её, потому что я её ел. Я выдавил пасту в рот и посмотрел в зеркало. Обычно во всех фильмах, люди начинают орать, куда-то бежать, падать. Я спокойно прожевал пасту, протёр глаза и ещё раз посмотрел в зеркало. На меня, действительно, смотрел я, но очень молодой, даже не молодой, а маленький. Чего тут удивляться, если сотни раз видел это в кино. Я почесал голову, единственное волосатое место на моём теле, потом почесал задницу, потом другие зачесавшиеся места.
"Вот это круто!" - подумал я: "Если только это не с перепоя, но вроде от алкоголя такого не бывает, а наркотики я не употребляю, если только вчера по пьяни никто не накачал меня ими."
"Значит так" - начал я размышлять: "В эту квартиру мы въехали, когда мне было 10, а выехали, когда было 16. В 10 я был ещё совсем маленьким, в 15 начал сильно расти, значит сейчас мне лет 12-13 где-то. Мы живём - мама, папа и сестра, ей сейчас значит где-то 10-11 лет. Год сейчас значит 84-86-ый примерно. Классно! Я знаю, что будет в конце века, я знаю, что будет в начале следующего века. Я знаю кучу песен, анекдотов, фильмов, произведений, я могу быстренько присвоить их авторство и стать знаменитым вундеркиндом. Супер! Я был три раза женат, а сейчас вокруг меня будут виться невинные безгрудые советские пионерки. А! Чёрт! В те годы я был не так популярен, как сейчас. То есть, наоборот, сейчас я не так популярен, как буду в будующем."
Нет, я не ботаник. Да, я учусь почти на отлично, только по русскому языку и химии у меня четыре, но я не дружу с отличниками, потому что они ботаники, а меня просто мама заставляет уроки делать. Дружу я со всеми двоишниками и хулиганами школы, потому что с ними весело.
Я почистил зубы, умылся, опять заглянул в зеркало и громко сказал своему отражению: "Алкаш!"
Обратный путь проходил через родительскую в нашу с сестрой комнату. Родители ещё спали. Сестра тоже. Я посмотрел на часы. 6:23. Я попытался вспомнить во сколько я тогда ходил в школу и, вообще, в какую смену. А потом просто взял свой ранец и достал дневник. Ага, сегодня судя по всему 22 ноября 1986 года. Сегодня мне к 8:15. Будет Алгебра, Физика, Зоология, два Труда.
"Я уже в восьмом классе? Так я уже почти взрослый."
Не успел я об этом подумать, как тут же понял, что там, в 2004 году у меня остались жена и двое детей.
"Интересно! Я поменялся разумом или мой разум просто раздвоился?"
Я сел на кровать и повторил уроки.
"Что я делаю?" - подумал я: "Нет. Я не зря сюда попал. У меня есть какая-то миссия. Я должен её выполнить. Вот только если у меня не будет проводника, как я буду искать цель?"
Многие бы посоветовали выиграть кучу денег и жить припеваючи, но во-первых, это не Назад в Будующее, у меня с собой нет книжки с результатами всех чемпионатов, и даже если бы была, советскому пионеру в глухом сибирском городе негде сделать ставку, во-вторых, этот шанс мне дан не ради каких-то денег, такого шанса невозможно купить ни за золото, ни за брильянты.
Я выглянул в окно. Снег. Темень. Снег и темень. Множество фонарных столбов освещали снежинки, вьющиеся с неба на дорогу. Сзади подошла мама.
- Ты чего так рано встал?
- Всё, я ложусь.
- Давай поспи ещё полчаса.
Через полчаса, на удивление родителям и в пример сестре, я резво встал, умылся, повисел на турнике и пошёл завтракать. Во время завтрака я решил, что больше так палиться нельзя. В школе я старался вести себя как можно тише, во-первых, я нихрена не помнил как кого зовут, кроме Кати, но теперь она не казалась мне первой красавицей, теперь мне нравилась вон та девочка за первой партой и учительница Зоологии, во-вторых, базарево мужика из XXI века может немного не совпадать риторически и лексически с разговором советских пионеров и их старших братьев - комсомольцев.
Несколько дней я вёл себя крайне странно (для окружающих), не выходил гулять - ставил перед зеркалом дикцию пионера. Стал ежедневно висеть на турнике. В армии я был почти лучшим. Были у меня два конкурента, в Минске - Брумм из Челябинска, в Гродно - Яшпаев из Ижевска, но успех у нас всегда был переменным, к тому же мы были друзьями.
Как-то в воскресенье нас послали на городской лыжный кросс. Нормальные школьники посылали этот кросс, но хотя лыжник из меня никакой, я - обязательный (был), к тому же я узрел в этом два плюса, физкультура, которая мне сейчас не помешает, и разведка территории - этот-то плюс и оказался положительным. Я помню эти кроссы. Школьники бегали по километровому кругу, не помню по сколько кругов, а взрослые по трассе, уводящей в сопки. И тогда-то я никогда по кругу не бегал, оно мне это надо, как лоху проводить воскресенье с одноклассниками и классным руководителем? Я всегда брал квиточек, бежал километров пять, кидал его в специальную урну и возвращался. Сейчас я поступил точно также. Почему я бегал только пять километров? Потому что между пятым и шестым километром была огромнейшая горка, её длинна была больше ста метров, угол около 45 градусов.
Я пробежал отметку пять километров и приблизился к горке.
"Вот жопа!" - подумал я.
- Боишься?
Я оглянулся. Рядом со мной стояла химичка. Я был без ума от неё на протяжении всего преподавания нам ею химии. Она была не просто строгой, она была стервой в преподавании. Её ненавидела вся школа. И только я любил её. Меня и ещё двух девчонок она постоянно посылал на химические олимпиады. Мы занимали последние места, но имели четвёрки в четверти. Вся остальная школа училась на три. Ей было года 24. Она тусовалась с физкультурником, тупым уродом. Когда я оконочил школу, они всё-таки поженились. Потом, я слышал, что у неё был рак щитовидной железы, операция, и всё - тишина.
- Я ни разу не скатывался с таких больших горок.
- А что ж ты со всеми по кругу не бегаешь?
- Что я лох чтоли? - хотел сказать я.
- Я всегда по этой трассе бегаю. Но до этой горки добежал впервые, сам не знаю зачем.
- В школе ты не производишь впечатления вот такого парня.
Я не стал переспрашивать какого такого. Мне было плевать. Мне 32 года. Мне захотелось трахнуть её прямо на лыжной трассе. Я улыбнулся. Она улыбнулась в ответ. Потом объяснила как надо правильно съезжать и мы поехали вместе. Конечно же я упал, правда уже в конце горки. Она засмеялась и подала мне руку.
- Сойдёт. - произнёс я.
- Может быть. Едем дальше?
Я помахал головой и мы побежали. На отметке в 10 километров она остановилась.
- Не устал?
- Нет.
- Может поедешь обратно?
Я хотел не согласится, но вдруг на заднем фоне увидел небольшой завод. У нас в городе никогда не было заводов. Был ДОК, причал и всё. Никаких заводов и фабрик. Женя заметила мой интерес.
- Ты знаешь что это?
- Нет. - ответил я.
- Здесь когда-то работали зеки. Теперь это просто заброшенная территория. Говорят, здесь прячутся беглые преступники. И ещё говорят, что здесь пропадали люди.
Я попытался изобразить испуг или удивление, но кажется у меня ничего не получилось.
- Да, не бойся. Днём там не страшно. Хочешь съездим?
Я отказался. Если это был мой объект, то я не мог подвергать опасности Женю. Мы вернулись к старту и распрощались. Когда я уходил, она помахала мне рукой и как-то странно смотрела на меня.
Я вернулся домой и стал шариться в памяти. Как это делать я не знал, поэтому ничего не нашёл. После безуспешных поисков я поинтересовался о заводе у родителей, об этом знали все, даже моя сестра. Это означало, что в той жизни завода не существовало, иначе я бы тоже знал и помнил про него.
На следующий день я шёл со школы в хорошем настроении. Теперь у меня всегда было хорошее настроение, потому что теперь у меня появилась зацепка. Я съехал с накатанной горки и вдруг услышал крик сзади, но оглянуться не успел, кто-то сбил меня с ног и мы упали в снег. Я вскочил и хотел ударить обидчика. Это была Женя.
- Чёрт! Хотела съехать как ты. Не получилось.
- Ваши горки - лыжные. Мои - ледяные.
Она засмеялась. Я помог ей подняться.
- Может быть Вас проводить?
- Давай. Если не спешишь.
Естественно, я не спешил. Мы шли и болтали обо всём на свете.
- Ты ещё не думал о будующем? Кем хочешь стать? Чем заниматься? Ты так складно говоришь, прямо как взрослый человек.
И тут я решил сдать себя. А вдруг это она мой проводник? Уж слишком много совпадений.
- А что мне об этом думать? Я и так взрослый человек. Мне 32 года. Был в армии. Окончил институт. Три раза был женат. У меня две дочери.
Она остановилась, посмотрела на меня и засмеялась.
- А чего же ты тогда росточком не вырос?
- Хотите правду?
- Конечно, хочу.
- Только не перебивайте меня.
- Не буду.
Я пересказал ей всё, что произошло со мной. Она некоторое время смотрела на меня.
- А что расскажешь обо мне?
- Нет. Про Вас не хочу. Я очень мало знаю о Вас.
- Про друзей?
- Я уеду из этого города. Обо всех буду знать лишь по слухам.
- О стране? О мире?
- Спросите конкретно. В стране и мире много что произойдёт.
- Ядерная война?
- По крайней мере до 2004 года её не будет. Ситуация с нашей страной и Америкой сильно изменится.
Я не хотел рассказыват о развале Советского Союза и ничего такого, что сейчас могло бы быть услышано неверно.
- Мы завоюем космос?
- Честно? Ситуация с космосом изменится лишь в кино. В кино к нам будут прилетать все кому не попадя, и мы сами будем летать чуть ли не за пределы разумного, но в реальности никто не полетит ни на Луну, ни на Марс, никуда. Всё останется также, как есть сейчас.
- А компьютеры? Ты же занимаешься компьютерами. Какими они будут? Я не очень разбираюсь, что они вообще делают, но на практике в Москве видела один.
- Который занимал целую комнату?
- Ага.
Она жила в частном доме в нескольких минутах от школы. Мы подошли уже к нему и остановились. Я несколько минут рассказывал о компьютерном мире. Она восторженно смотрела на меня и улыбалась. Нас перебила её мама, она вышла к калитке и пригласила в дом. Я отказался. Попрощался и побежал домой. Всё-таки при перемещении я захватил не весь разум. Я как мальчишка радовался, что мог очаровать такую девушку. Теперь мы стали встречаться каждый день. Я приходил к ней в гости, она поила меня чаем, пекла лично для меня пирожные, помогала с химией, она (химия) мне стала почему-то ужастно интересна, а я рассказывал ей (Жене) о мире, в котором жил, в котором, возможно, мы ещё будет жить.
- Я боялся, что ты примешь меня за идиота.
- Я так и сделала. Шучу. Первоначальное мнение у меня было троякое, либо ты, действительно, идиот, либо фантазёр, либо и в правду прилетел из будующего. Такой фантастики я никогда не читала.
- Это не фантастика. Это жизнь. Фантастику может написать любой лох. Берёшь кучу народу, и они полетели, поплыли, полезли куда-нибудь. Потом они постепенно умирают. В конце остаёся один, он возвращается назад и всем рассказывает где правда. Это всё - дерьмо. Настоящую жизнь придумать сложнее. Как можно выдумать историю для сотни государств, для сотен людей, личных знакомых и знаменитостей, придумать множество сюжетов новых фильмов, песен? Нет, Женечка, поверь, я сам не рад, хотя рад, конечно, рад.
Она прищурилась, посмотрела на меня.
- Хочешь выпить?
- Чего?
- Выпить? Ты же пил там в будующем?
- Да. Но сейчас у меня детский организм. Я не медик, не знаю, что будет.
- Как хочешь.
- Наливай.
Она достала бутылку водки и налила две рюмки. Мы чокнулись и выпили. Моё нежное горло загорелось и я ощутил забытый знакомый момент удовольствия, приходящий после выпитого. Я занюхал кусочком хлеба и закусил огурчиком.
- И вправду профессионал. Ещё по одной?
- Давай.
Мы выпили рюмки по четыре. Мой неопытный организм пытался сопротивляться, разум старался помочь ему в этом, но всё было бесполезно, я был пьян. Она тоже.
- Наверное, ты это сделала, чтобы соблазнить меня? - попытался пошутить я.
- Да. - ответила она и потянулась ко мне.
Я обнял и поцеловал её.
"Что мы делаем?" - витало у нас в головах.
Я положил её на пол. Расстегнул кофточку. Целовал губы, глаза, шею. Потом начал спускаться ниже. Грудь, молодая, нежная, удивительная, особенно для четырнадцатилетнего мальчика. Я спустился к трусикам, снял их и начал ласкать её чудо своим языком. Женечка дышала и гладила меня по волосам. Потом потянула меня к себе. Я поднялся, поцеловал её и вошёл. Хотя мой член был не такой большой в четырнадцать лет, но у неё было там всё так узко, что я кончил почти сразу, и упал на неё. Некоторое время мы лежали так, потом она положила меня рядом с собой, спустилась вниз и взяла его в рот. Видно, что она никогда не делала этого, но мне всё равно было приятно.
Я проснулся в семь утра в её постели. Я вскочил и оделся. С 26 лет у меня выработалась привычка носить с собой раскладную зубную щётку, раскладной нож с открывашкой и штопором и запасную пару носков. Я заправил кровать и ждал чего-то страшного. Вошла Женя.
- Доброе утро! - улыбнулась она и поцеловала меня.
- Привет! - ответил я.
- Вечером я позвонила твоим родителям и сказала, что у нас подготовка к турслёту и ты не прийдёшь домой.
- А твоя мама?
- Она ушла работать в ночь. Она же фельдшер на скорой помощи.
- Кажется, я влюбляюсь в тебя.
- Кажется, я люблю тебя.
- Ты сумасшедшая. Тебя посадят.
- Я убегу с тобой. В будующее.
- И глупая.
Она обняла меня.
- А теперь как считается, что я тебя лишила девственности или нет?
- Не знаю. - я задумался.
- В любом случае, меня лишил этого ты.
- Ты была девственницей?
- Да.
Я не пошёл в школу. Я забежал домой, взял лыжи, фонарик, нож, оставил записку и поехал на завод. Около часа я катался по цехам. Не было ничего необычного. Пустые цеха без оборудования. Я стал проверять электрошкафы, щитовые, туалеты, и, наконец-таки, наткнулся на лестницу вниз. Я снял лыжи и пошёл по лестнице, не включая фонарика, полумрак от лампочек освещал мне бесконечный путь. Я сразу вспомнил лестницы Игоря ПИНа.
"Хренов Нострадамус" - подумал я о нём.
Чтобы было не так страшно и одиноко я стал думать о Женечке. Я уже давно не ощущал таких чувств, чистых, наивных и детских, хотя сегодняшняя ночь немного запятнала эту чистоту кровью, но это была кровь девственницы, а она не может быть грязной.
И вот лестница кончилась, но не было никакой двери, вокруг были стены.
"Ну попал."
Я ощупал стены - стены как стены, потом заглянул под последний пролёт лестницы - вот он - совсем маленький лаз куда-то вниз. Я пролез в него и прыгнул. Это был коридор. Пройдя по нему, я попал в огромный цех, не просто огромный, а огромнейший. Я осмотрелся и пошёл гулять по непонятным катакомбам. Они тоже напоминали брошенный завод, единственное, что размеры цехов были невероятно большими. Я бродил в полумраке почему-то горевших лампочек и берёг батарейки фонарика. Мне стало жутковато и я запел:
"Ясное светлое утро. Яркий солнечный день. Как мы могли не заметить, что превратились в мишень, что превратились в фигуры на чьей-то странной доске. Сквозь объективы цензуры не разобраться в себе. Эх, родная землица, мне б водицы напиться, стать серебрянной птицей, да вернуться домой. Как мы могли не заметить, радуясь жизни пустой, что кто-то распорядился нашей с тобою судьбой. Стали тревожнее ночи. Стал очень поздным рассвет. Кто нам с тобою поможет? Только лишь эхо в ответ. Эх, родная землица, мне б водицы напиться, стать серебрянной птицей, да вернуться домой. Гильзами пашня удобрена, кровушкой нашей напоена. Небо над могилами ясное. Будет пшеница прекрасная."
Я шёл от цеха к цеху, заглядывал в различные комнаты. Я просто попал в Raven Shield, только оружия у меня не было. Остановившись возле одной из дверей, я незаметил, как взади появилось какое-то существо, похожее то ли на скелета, то ли на робота, закопчёного цвета. Он протянул руку и хотел положить мне плечо, но я двинулся дальше и скрылся за углом. Этот робот-скелет пошёл за мной, но так как он шёл немного медленнее меня, то я успевал повернуть за следующий угол прежде, чем он покажется в поле видимости. Я продвигался в поисках, а существ становилось всё больше и больше. Они появлялись из непонятных закоулков загадочного мира и начинали преследовать меня. Я спокойно шёл, ничего не замечая, перепел уже почти все песни Волощука. Вдруг предо мной открылся цех, уставленный в несколько рядов какими-то шкафами, в центре был огромный проход, даже не проход, а проезд, а по обе стороны ёлочкой стояли шкафы. Ко мне подбежали какие-то люди с оружием. Вернее они подбежали не конкретно ко мне, а к проходу в котором я стоял. Я оглянулся назад и увидел огромную толпу роботов-скелетов. Меня кто-то схватил и отнёс от прохода. Люди начали стрелять по приближающимся существам. Пока шла перестрелка я совершил прогулку по цеху. Все шкафы были совершенно одинаковыми. Нижняя часть - железная, похожа на шкафчики в раздевалках, верхняя - стелянная с подсветкой, похожа на аптечный шкаф, только здесь на полках лежали книги. Я достал одну из книг, но только успел её открыть, как кто-то вырвал её у меня. Я оглянулся - это была зоологичка.
"Что за пионерский заговор?"
- Светлана? - обнаглев я назвал её без отчества.
Она ничего не ответила, лишь подошла к какому-то столу, положила книгу рядом и продолжила заниматься своим делом. Это было что-то среднее между опытами, которые мы делали в школе на уроке физики и на уроке химии.
- Кто вы? Почему вы прячетесь под землёй?
Она даже не замечала меня.
- Скажи хоть какова ваша задача? Как вы хоть называетесь?
Молчание.
- Хуй! - крикнул я.
Реакции - ноль.
"Я - дебил!"
Ко мне подошёл какой-то мужик, подал мне пульт и оружие. Я взял всё в руки и начал рассматривать. Но тут меня заинтересовали не предметы, а мои руки, они не были не детскими. Я осмотрел себя. По виду мне опять было 32.
- Бытыры! Бытыры! - вдруг пронеслось по цеху.
- Жми! - крикнул мне тот мужик, что дал мне пульт.
Я нажал и всё стало исчезать - люди, шкафы. Я остался в цеху один. Я нажал ещё раз - результатата не было. Я нажал ещё раз - из пустоты вылетела рука и дала мне подзатыльник.
"Сволочи!"
Я оглянулся к проходу, в который когда-то вошёл. Из-за угла появились несколько мотоциклистов и направились ко мне. Они остановились около меня.
- Теперь ты пленник. - констатировал видимо самый крутой.
- Какого хрена? - отказался я.
- Чего? - переспросил он.
- Хули, говорю, надо? Чего приехали?
- Ты - бытыр. Мы берём тебя в плен, чтобы ты сдал нам остальных бытыров.
- А если я побегу, вы меня убьёте?
- А зачем ты нам мёртвый?
- Стоп! - решил применить свой аналитический склад ума.
- Я - бытыр? - переспросил я.
- А кто же ещё?
- Тогда кто вы?
- Как это кто?
- Ну как вы называетесь? Вот ваша организация или банда, или что у вас?
- Сообщество. Мы никак не называемся. С чего ты решил, что мы должны как-то называться?
- Но если есть бытыры, они же называются бытырами, то вы тоже должны как-то называться?
- Нет. У нас у каждого есть свои имена, зачем нам называться ещё как-то кроме имён, чтобы запутаться?
- Логично. А у бытыров значит нет имён?
- Откуда мы знаем. Мы никогда их не видели. Поэтому и охотимся за ними.
- У-у-у-у!!! - кажется понял в чём дело я: Так! По порядку! Откуда вы вообще взяли о существовании бытыров? Легенда? Миф?
- Почему сразу миф. Мы знаем, что есть бытыры. Они наши враги. Почему они наши враги мы не знаем. Но нам кажется это как-то связано с тем аппаратом, что охраняем мы.
- Какой аппарат? Можно посмотреть?
- С чего бы это? - затревожился он: У нас фотография есть.
- Давай фотографию. А вас вообще как зовут?
- Андр. Ергр. Исплд. Окрмс. - успел запомнить я.
- Петя. - представился я.
Я взглянул на фотографию. Там была изображена летающая тарелка, или аппарат похожий на летающую тарелку.
- И вы знаете как оно работает?
- Нет. - ответили они хором.
Я ещё раз взглянул на фотографию и заметил, что опять стал маленьким. Я посмотрел на незнакомцев, на их лицах не было удивления.
- Вы видели там в коридоре тела каких-то роботов-скелетов?
- Это не роботы-скелеты, это электроники.
- Значит так. Не знаю я кто такие бытыры, да и не нужны они вам. У вас есть летательный аппарат, но вы не знаете как им управлять, а у тех, кого вы ищите есть знания, наверное и как управлять этим аппаратом.
Рядом со мной появился тот мужик, что дал мне пульт.
- Ты уверен, что ты говоришь правду? - спросил он.
- Нет. Это моя гипотеза.
- Но если это правда, то ты - Бардкл и мы давно ждём тебя.
- И что с того, если я даже Бардкл.
- Ты - Бардкл. Ты должен прийти и спасти нас.
- А мне что с этого будет?
- Как что? Ты будешь нашим спасителем.
"Охеренно!"
- Ладно. Я спасу вас. Берите всех своих людей, знания и улетайте на корабле куда вы и должны лететь.
- Мы не люди.
- А кто же вы?
- Маатяне.
- Ой, бля, маатяне, давайте валите на вашу Маатянию. Я приказываю вам. Я! Как там? Бардкл!
В зале начали появлятся шкафы и маатяне. Несколько дней мы переносили всё это в летающую тарелку. Когда я уставал, то ложился просто где-нибудь в углу. Первоначальная мысль трахнуть зоологичку улетучилась, хотя маатянок я ещё не пробовал. Питался я в столовой. Ел только супы, остальная еда мне пришлась не по вкусу.
И вот все знания были в корабле. Последние маатяне вошли в него и дверь закрылась.
"Вот тебе и спаситель Бардкл. Ни спасибо тебе, ни ручкой на прощание помахать!"
- Гавнюки! - крикнул я им в след.
Тарелка поднялась вверх и исчезла в темноте.
- И что теперь? - заорал я: Это всё? Никто не объяснит мне что же всё-таки произошло? Почему именно я? Как мне вернуться обратно? И что вообще с этими маатянами? Они что, много лет назад прилетели с другой планеты, а потом каким-то образом разделились и тупили, потому что у одних остался корабль, а у других знания? Что за опыты они проводили? Кто всё-такие такие бытыры? А кто такие электроники?
Вдруг сзади с шумом взорвалась лампочка. Полутьма превратилась в полумрак. Я перестал орать. Мне стало жутко. Четырнадцатилетний мальчик стоял глубоко под землёй посреди огромных пустых залов. Мальчик огляделся. А потом запел и пошёл, вспоминая дорогу. Страх не уходил и он побежал. Через некоторое время он выбежал к тому самому месту, куда когда-то спрыгнул сверху. Мальчик посмотрел вверх. Опять огляделся - тихо. Мальчик полез по стене, зацепляясь за какие-то выступы и выбрался под лестницей. По лестнице он шёл уже спокойно. Когда он вышел на поверхность была ночь, он не нашёл своих лыж.
"Чёрт!" - сказал мальчик вслух.
"Кто тут?" - донеслось из темноты.
Мальчик не отвечая побежал наружу, но на выходе наткнулся на какого мужика, второй выбежал из темноты.
Первый: Кто это такой?
Второй: Он выбрался откуда-то.
Первый мальчику: Откуда ты появился?
Мальчик: Снизу пришёл.
Первый: Что ты там делал?
Мальчик: Ничего. Спал.
Первый: Там можно жить? Говорят здесь люди пропадают.
Мальчик: Не знаю. Я же не пропал. Я прожил там несколько дней. Людей не встречал.
Второй: Лыжи твои были?
Мальчик: Да.
Первый: Извини, мы сожгли их, а то здесь холодно.
Мальчик: А там тепло. Только одиноко. Поэтому я и вышел.
Второй: Ничего. Нас двое.
Мальчик разговаривал с мужиками, а сам потихоньку отходил от них.
Первый: Да не бойся, ничего мы с тобой не сделаем, только молчи про нас.
Мальчик: Хорошо.
Он развернулся и побрёл с завода пешком по глубоким сугробам.
Уже подходя к той самой горке, на которой когда-то познакомился с Женечкой, я увидел вверху силуэт амазонки. Волосы развивались на ветру. За плечами был огромный лук. Её силуэт исчез с небесного фона и я увидел как она мчится ко мне навстречу по горке. Я отошёл чуть назад. Амазонка лихо подъехала ко мне.
- Женька!
Я крепко обнял её.
- Ты жив. Ты жив. - плакала она.
- Что ты здесь делаешь?
- Я увидела звезду. И я пошла искать тебя. Я знала, что найду тебя. Знала, что эту звезду зажёг ты.
- Какую звезду?
Она показала на небе. Там горела яркая звезда, быть может отражённый свет удаляющегося корабля, а может, действительно, какая-то звезда.
- Я принесла тебе лыжи.
Она сняла с плеч лыжи и подала их мне.
- Женечка. Я так рад. Я так соскучился по тебе за эти дни.
- Дни? Ещё и суток не прошло как мы расстались.
- Вот это да. А я думал меня разыскивают. Боялся, что ещё тебя в чём-то заподозрят.
- Дурачок мой маленький.
Мы приехали к ней домой. Мамы не было. Мы поели, она расстелила постель, выключила свет и легла. Я пошёл в туалет. В зеркале на меня смотрел 32-летний человек.
"Как я это делаю?"
Я прибежал в комнату.
- Женечка, включи ночник?
- Зачем?
- Включи?
Чик.
- Это ты? - удивлённо расматривала она меня.
- Я не знаю, как это получилось, но мы не должны терять времени.
- А ты симпатичный в будующем.
Мы выключили ночник и погрузились в чудесную ночь.