- Вот, нашла я, чего Вы просили... - говорит Красна Девица, и начала им читать старую былину:
"Не лепо ли ны бяшет, братие, начяти старыми словесы трудных повестий о полку ..."
Так, тут пропустим, - прервала она себя, - поскольку уж больно этот Боян мыслею по древу растекается. - Перелистнула пару страниц, пробормотала:
- Ага, вот, уже ближе: "Тогда въступи царев воевода в злат стремень и поеха по чистому полю. Солнце ему тьмою путь заступаше; нощь, стонущи ему грозою, птичь убуди; свист зверин въста; збися Див, кличет верху древа - велит послушати земли незнаеме, Волзе, и Поморию, и Посулию, и Сурожу, и Корсуню, и тебе, тьмутораканьскый болван!.." Так, вижу по вашим лицам, что проще своими словами пересказать... В былине этой рассказывается, что в стародание времена отправил царь тривосьмого царства дружину свою во главе с воеводою воевать врагов... И снаряжая войско дал он ему припасов 30 возов обоза, да еще две диковинки - меч-кладенец и туесок-самобранку. Вручил он их воеводе дабы тот и в бою и походе мог о войске заботиться и из беды выручать, коли что... И отправилось войско воевать ворогов. Да путь его лежал через Дремучую Пущу. И сгинуло войско в той Пуще. Вот.
- В каком смысле, сгинуло?
- А в прямом. Все в лес вошли, да ни один не вышел.
- Так-таки ни один.
- Ни единой живой души.
- А мертвой?
- А мертвые души прямиком в Небесные Чертоги отправились, и былиннику о произошедшем поведать забыли...
- А как же лешие да водяные? Неужто никто ничего не видел.
- Небось кто-то что-то и видал, да только со сказочником этим не откровенничал... Вот вам и надо теперь в Дремучую Пущу отправляться, тамошнего лешего шукать да выспрашивать, чего с тем войском сталось, да куда туесок делся. - Девица захлопнула гремуарий, и задрав бровки, уставилась на гостей, ожидая их реакции.
Иван с Волком молча седели, друг на дружку глядючи, и думой лоб морщили. Первым не выдержал царевич:
- Ну чего тут думать, завтра с утра и отправимся.
- И не боязно тебе, Иван, там целое войско сгинуло...
- Я тебе обещал помочь! Так слово свое сдержу! И никакая Пуща, пусть и сто раз дремучая, темная, да необразованная мне в том преградой не будет. Вот тебе и весь сказ.
- Спасибо тебе, Иван, ты настоящий друг.
- Ну коли все решили, а до вечера еще время есть, может вы Добры молодцы и Серы волки, поможете бедной девушке? - лукаво улыбнулась хозяйка. - Крыша у меня в сарае прохудилась, поправить бы...
И хоть знал Иван, что добром это не кончится, не мог оставить Красну Девицу в беде. Отправился он воевать крышу худую... А Волк с ним пошел, захотелось ему новых особо заковыристых оборотов изучить, которые выдавал царевич, в очередной раз ударив молотком по пальцу, вместо гвоздя...
- И где ж ты царевить таким загибам понахватался? - дивился Волк, жалеючи, что не может он записать очередной трехминутный спич Ивана.
- Да уж не во дворце, конечно же... - шипел царевич, дуя на посиневший палец. - Там меня другим речам учили... Етикет, панимаешь... До сих пор как вспомню эти загибы:
"Милостивый государь мой батюшка!
С нижайшею моею покорностию поручаю себя вашим милостям.
Не знаю, что писать к вам в печали, которую имею, как по причине отъезда вашего отсюда, что я остался в такое время без вас, милостивого государя моего и благодетеля, так и потому, что с вами не так простился, как проститься хотел, а паче я надеялся и весьма желал, чтобы из уст государя моего батюшки благословение получить, ..." бррр... Сразу в дрожь бросает...
- Ну а эти-то шедевры, где освоил, - вернулся к заинтересовавшей его теме волк.
- Да довелось мне год на Черном море под парусом походить... Моряком на судне "Орел Морской"... Вот боцман там виртуоз был из виртуозов... Я у него пару фраз и ухватил...
- Слуууушая, дорогой, - изумился Волк. - Если ты год моряком поработал, то чего ж ты тут из себя девственницу строишь, которая молотка в глаза не видела? Неужели тебе ни разу не довелось руками поработать...
- Довелось, еще как... - вздохнул Иван... - Да только ведь... Там никто и не знал, что я царевич... Вот я и работал как умею, а не как аристократической персоне пристало...
- А сейчас?! - задрал брови Волк.
- А сейчас и ты и эта Ягойная девка знаете, что я царевич. Не могу я в полную силу работать, это чай не мечем махать, не царское это дело...
Волк схватился за живот, от смеха его лапы не держали, упал он на спину и давай по двору кататься:
- Ой не могу... Из-за такой ерунды ты столько с дровами мучался, а теперь себе все пальцы поотбивал...
- Ну пальцы-то у меня не казенные... Один раз, так и быть, по руке задел, чтоб синяк появился, а дальше извините... Мне еще меч в руки брать...
- Так это ты там соловьем заливался...
- Угу, - не думаешь же ты, что я в самом деле такой неуклюжий... Просто надо же было изобразить... А заодно душу отвел, старые времена вспомнил... Где бы еще царевичу можно было матом поразговаривать, чтоб его никто не приструнил?
- Да, Иван, тебе не в плотники, тебе в шуты надо было идти...
- Да был я там уже... Надоело... Все вокруг веселятся, один ты чучело-чучелом, смотришь на них и думаешь, ну что за идиоты кругом, не с кем по душам поговорить...
- Ладно, Ваня, ты тогда тут один по быстрому с ремонтом заканчивай, я пойду на охоту схожу, оставим хозяйке о себе добрую память...
Ремонт Иван закончил к ужину, сходил к ближайшему ручейку - умылся, пот трудовой смыл, рубаху чистую надел. Поужинали они втроем, и спать улеглись, Волк - в сенях, Иван - в горнице на лавке, а Красна Девица на печи.
В полночь вдруг раздался страшный треск, и изба заходила ходуном. Иван проснулся от того, что сбосило его с лавки на пол. В сенях клацал зубами Волк, на печи ругалась Красна Девица.
- Держись, Иван, сейчас понесет.
- Кто?
- Да изба, будь она неладна. Полнолуние сегодня! А изба ж наша из рода Избей-оборотней. Вот у нее в полнолунье гон и просыпается... Не может она на месте усидеть, бросается в лес и носится до утра, ищет себе Терем-на-Петушиных ногах, чтоб завести с ним детишек... Слава Богу, пока еще ни разу не нашла... А то как жить в беременной избе я себе плохо представляю... - Тут зубы у девки клацнули и она замолчала, не желая страдать от прикушенного языка.
К утру Иван чувствовал себя словно мешок с мукой, который раз пять просеяли через сито, да снова в тот же мешок ссыпали - оболочка вроде целая, а внутри все перемешалось... Волк выглядел не лучше... Красна девица выглянула в окошко и заявила:
- Во всем надо видеть светлую сторону, отсюда вам до Дремучей Пущи всего час пути, еще солнце не успеет встать над лесом, а вы уже на месте будете... Думаю лучше вам по Пуще днем путешествовать... Она и так Темная и Дремучая... Так что ночью у вас никаких шансов отыскать что-то не будет, а вот сгинуть, это всегда пожалуйста...
Так что поторопитесь, вот, держите клубок, я его с вечера заговорила на Пущу, только боялась длины нити не хватит... А отсюда точно докатится... Бегите давайте, а мне еще надо избушку на место до рассвета вернуть, не хотелось бы застрять до следующего полнолуния у черта на куличках...
Девка выпроводила гостей. Изба посребла правой ногой землю, оставляя три длинных борозды и бросилась в просеку, направляясь обратно в Дремучий лес на заповедную поляну, где Баба Яга уже много лет жить привыкла.
А друзья бросили на землю клубок. Иван вскочил на спину волку и они отправились искать Дремучую Пущу. Как и обещала Красна Девица, через час они уже стояли на опушке этого страшного и загадочного леса.
- Вот и добрались, как наша молодая хозяйка и обещала...
- Слушай, а как ее зовут-то?
- А я не знаю...
- И я не знаю...
- Сами мы представились, а ее не спросили...
- И она не сказала...
- Странно это... Пока мы в гостях у нее были, даже мысли не возникло, что мы ее по имени не знаем...
- Похоже, навела она на нас морок...
- А зачем это ей понадобилось? - и друзья недоумевающе посмотрели друг на друга, не в силах понять, что же это было за затмение в мозгах. Солнце выглянуло из-за кромки вековых деревьев, но не смогло рассеять ни тьмы в Пуще, ни затмения в мозгах героев.