Осенний вечер заглядывал в окна жёлтым светом уличных фонарей. В небольшой квартирке пахло котлетами, жареной картошкой и селёдочкой с лучком. Молодой мужчина дремал в кресле перед телевизором, из кухни доносилось позвякивание тарелок и журчание воды.
- Серёжа, я добегу до Любы? Ненадолго,- вытирая руки перекинутым через плечо полотенцем, Аня остановилась на пороге комнаты.
- Поздно уже. И темно, - борясь с дремотой, протянул Сергей.
- Понимаешь, ей "Бурду" на один вечер дали. Я быстренько просмотрю и домой. Ну, время-то ещё только девять часов вечера.
-"Бурда",она и есть - бурда, - продолжая недовольно бурчать Сергей, поднялся с кресла, вышел на кухню, посмотрел во двор: дорожка до соседнего дома просматривалась почти полностью, только несколько метров у входа в подъезд закрывали ветви старого тополя.
- Ладно, я в окно посмотрю. Назад пойдёшь - позвони, - и он устроился на стуле возле подоконника, поставил пепельницу, положил пачку сигарет.
Аня накинула поверх халата плащ, сунула ноги в туфли, чуть задержалась на пороге квартиры, потом быстро, будто боясь передумать, заспешила вниз по ступеням. За её спиной резко хлопнула подъездная дверь. Моросил мелкий дождик, не по-осеннему тёплый ветерок шелестел пожелтевшей листвой. Она остановилась, посмотрела вверх, на фоне подсвеченного из коридора кухонного окна, виднелся силуэт Сергея, задержалась всего на секунду и почти побежала по асфальтовой дорожке.
Прямо за углом их двора, по широкому проспекту, медленно рассасываясь после вечерней пробки, полз поток машин.
Он сказал, что будет ждать ровно в девять за углом, возле арки, - мысли бежали в голове горячие, такие же, как кровь по жилам. С того разговора прошла неделя, ей казалось - вечность. Может он и забыл, а она вот!.. - тут дорожка поравнялась со старым тополем, закрывающим ветвями вход в подъезд, мгновенье... ноги сами шагнули за угол. Точно напротив арки стоял видавший виды жигулёнок. Какое-то время она смотрела на машину, отражающийся в лобовом стекле уличный фонарь, мокрую от дождя дорожку. Почему-то стало холодно, зябко запахнув пальто, повернула назад. Ветерок заполз под воротник, и мелкую дрожь никак было не унять. Подъезд встретил привычным запахом и отсутствием лампочки на первом этаже. Поднявшись на ощупь по ступеням лестницы, позвонила в дверь.
- Ой, Анечка, а Любы дома нет. Ещё не вернулась, в кино говорит, пошла, - волновалась мама подружки, - темень-то какая и дождь...
- Ну что вы? На улице тепло и вечер, - Аня запнулась на полуслове, - чудесный. Люба мне журнал не оставляла?
- А ты сама посмотри у неё на столе.
На столе было пусто.
- Ладно, придёт, скажите, я завтра позвоню. Хорошо?
Весь следующий день на работе Аня гнала прочь воспоминания.
Вот марш "Прощанье славянки", Аня улыбается и плачет:
- Ну чего ты? Я же не помираю. Отслужу два года и вернусь.
Она кивала и плакала. Просто не могла представить, как будет обходиться без него два этих долгих года.
Потом вечер встречи: тягостный, неприятный, горький. Напился. С кем не бывает? Но бывать пьяным стал часто, слишком часто. Время шло, бесконечные разговоры, обещания ничего не меняли.
В тот вечер они сидели на лавочке возле её дома.
- Как дела на работе?
- Не начинай, а?
- Я же просто спросила, а ты...
- А чего сразу про работу, она не волк, в лес не убежит.
- Что, опять уволили?
- Я же сказал - не начинай! - почти выкрикнул он. Она чуть опустила голову, провела рукой по лбу:
- За последнее время ты поменял столько мест работы. И всё из-за пьянки, - голос предательски дрогнул и она замолчала.
-Ну, с кем не бывает. На других посмотри!
-Дело не в других. Дело в тебе, ты же... - договорить он не дал.
-Что нашла лучше? Пьющий работяга ей не нужен, - выдохнул он запахом перегара.
-Знаешь, мне не работяга не нужен. Мне не нужен ПЬЮЩИЙ, - она с силой выделила последнее слово, подняла на него глаза... и отшатнулась. Вместо синих, как весеннее небо глаз любимого, на неё смотрели выцветшие до белизны, прищуренные от злости, сжавшиеся в точку зрачки.
- Да пошла ты!.. - видимо хотел сказать что-то ещё, да слов не нашёл, и поднявшись с лавочки, зашагал к магазину, собирая по карманам мелочь.
А вечером дома через стенку слушала, как пьяный сосед скандалит дома, навзрыд, так что слышно даже на лестнице, плачет их маленькая дочка, вот что-то с силой грохнуло, на какое-то время все затихло, и душераздирающий крик ребёнка, заставил Аню выскочить в подъезд и забарабанить в соседскую дверь.
Когда скорая увезла соседку, а милиция соседа, Аня, укладывая у себя спать их маленькую испуганную дочь, решила: никогда, никогда она не выйдет замуж за пьяницу.
Но сердце не слушалось. Плакало и болело. Вспомнился их последний разговор, тогда она уже познакомилась с Серёжей.
- Говорят, другого нашла, - она шла с автобусной остановки, когда он поравнялся с ней.
- Это он меня нашел, - продолжая шагать, краем глаза глянула на знакомое лицо.
- А если я пить брошу? - обогнав, чуть наклонился к ней.
Она остановилась, повернулась к нему. Не бросит, - сомнений не было, но сердце, ох уж это сердце, которому не прикажешь:
- ....М-м-м - пожала плечами.
- Уже два месяца на одном месте вкалываю... годиться?
- Нет. Я подожду ещё. Хотя бы полгода. И потом - никогда, слышишь? Никогда в жизни, - говорила почти шепотом, голос отказывался слушаться. Очень больно убивать любовь, пусть хоть надежда остаётся. Хоть ненадолго.
- Годиться.
Не прошло и недели, Аня возвращалась из магазина, когда судьба, будто напоказ, столкнула их.
- Я не пьяный, - пожал плечами, - так с мужиками после смены чуток остограмм-м-мились. Они люди семейные, и ничего... - он икнул, вытер ладошкой рот, - извини.
- Как стёклышко, - усмехнулась она, и не глядя больше в это припухшее и небритое лицо, продолжила:
- Помнишь наш последний разговор? Я не шутила. Прощай, - говорить на дорожке, по которой сновали люди, было неудобно, и наверно, к лучшему.
Уже было куплено свадебное платье, и все подружки знали, что она выходит замуж, когда судьба, словно испытывая её на твердость, вновь столкнула их. В отутюженных брюках и новой рубашке в голубую клеточку, он топтался возле её подъезда, не решаясь подняться в такую знакомую квартиру. Наконец, услышал, как по ступеням первого этажа цокают каблучки,торопливо отошёл от входа, в тот же момент из подъезда вышла Аня. Остановилась,будто запнулась:
- Здравствуй,- сказала чуть слышно и шагнула мимо.
- Постой... говорят, замуж выходишь?
- Выхожу, - и он понял, разговора не получится.
- Я буду ждать тебя возле арки каждый вечер в девять. Коричневый жигуль. Увидишь..., я сам виноват. Ты не думай. В общем... я буду... долго ждать.
- Не надо. Ничего не надо, - и она заторопилась прочь.
Говорят, время лечит. Оно не только лечит, но и делает подарки... по заслугам. А уж как оно бежит...ну какая женщина не знает? С той поры: первой любви, первой разлуки, первой горькой обиды, утекло много воды. Вот и сыновья уже подрастают, и юность позади. Воспоминанья отболели и сделали душу мудрее, а жизнь научила ценить, оказывается такое непростое, женское счастье.
Обычный рабочий день близился к обеду. Вчера в магазине, возле офиса, она видела замечательную штучку - милая безделушка, а костюм заиграет совсем по-другому. Сразу не догадалась, а когда дома посмотрела... Значит так, сейчас подготовит бумаги и после обеда по делам, заодно забежит в магазин. Во-первых, обед, во-вторых, не ждать же до вечера! День был солнечный яркий, люди сновали будто и не рабочее время. Остановилась напротив стеклянной витрины: так, с понедельника в спортзал! А впрочем, и так ничего. Всё-таки мама двоих детей. Что-то знакомое мелькнуло в лице прошедшей мимо женщины, Аня обернулась и встретилась с ней глазами.
- Света?
- Аня, а я жду - узнаешь или нет. Гуляешь?
- Нет, по делам.
- Спешишь?
Аня неопределённо пожала плечами. Прошлое осталось позади, и ворошить его не хотелось.
- Ты моего брата, надеюсь, не забыла? - полу вопросом, полу утверждением спросила Света.
И будто боясь, что Аня уйдёт не выслушав, заторопилась:
- Он тогда тоже вскорости женился. Квартира здесь - не светила. Да и проблемка одна здорово мешала. Вот его жена и решила, что они уедут на Север, там сухой закон, не сильно-то попьёшь. Да и жильё пообещали. И что характерно, не поверишь, дали!
- Почему не поверю... - ну вот, магазин закрылся на обед. Прервать разговор - как-то неудобно, и Аня молча кивнула, мол, понимаю.
- Значит так, детей у него двое. Но письмо прислал, что разводится. Ко мне просится пожить. А мне куда деться - брат!
- Ну да, - глядя на прозрачное стекло магазинной витрины, подтвердила Аня.
- Брат то, брат, да глотка как была лужёная, так и осталась. Уж как его жена, бедняжка, с его пьянкой боролась, а он и на Севере находит. Что зарабатывает, то и пропивает! А ещё в письме, ты представляешь, не забыл, тебе привет передаёт, ну пишет, мало ли мол, если где увижу. А тут как раз гляжу - ты! Вот адреса с собой у меня нет. Может, зайдешь? - но видимо, Анина реакция все-таки погасила Светин энтузиазм.
- Нет. Извини. Работа, - и Аня заспешила прочь.
Вечерний ужин удался. И борщ получился наваристый и селедочку с луком Серёжка приготовил что надо. А ещё по дороге домой она прихватила всем по пирожному к вечернему чаю.
Сергей прислушался, из кухни доносилось позвякивание тарелок и журчание воды. Он повертел в руках пульт телевизора, чему-то улыбнулся и, бесшумно ступая, вышел на кухню.
- Как же я тебя люблю, мою хозяюшку, - Серёжка обхватил её плечи. Мокрые руки мешали обнять мужа, и она прижалась затылком к плечу:
- А как же, вон каких мальчишек тебе родила.
- Посмотрю, может уже спят, а?
Наверно это правда, что время не только лечит, но и делает подарки,по заслугам.