Рей 59

Произведение по вселенной: Цикл Рассвета

Автор: 3lack7aughter

Небольшое предупреждение:

Текст этой истории писался в сжатые сроки условий конкурса, поэтому текст может быть скомканным и в нем могут попадаться различные ошибки.

Однажды, при получении большего опыта, я планирую переписать эту историю, поэтому буду рад вашим отзывам и конструктивной критике.

Задание 1: Взгляд сквозь тайну

Окидывая взглядом свою старую жилую капсулу, Рей 59-й в последний раз проверил, все ли он забрал из нее. Уже поворачиваясь к уличному выходу, где за гермозатвором его уже ждал грузовой дрон, он хлопнул себя по лбу. Ну конечно! Он ткнул когтем на панель управления на стене, и откидная кровать с тихим шипением опустилась. Рей поднял в освободившейся нише плохо закрепленную верхнюю панель, забрав оттуда старый амулет его отца со знаком Уробороса.

Он осторожно провел пальцами по холодному металлу из-за опаски повредить амулет когтями. Тихо помолившись великому предку, Рей со вздохом повесил амулет из настоящего серебра себе на шею.

Рей снова ткнул в панель управления, вернув кровать в исходное положение, и пошел к выходу, разминая затекшие в тесном помещении плечи и расправляя крылья.

Открыв шлюз и войдя в тамбур с лежащими в нем герметичными сумками с вещами, он повернулся к открытому шкафу, где висел его потертый голубой, в тон его чешуи, комбинезон ремонтника магискрипта и респиратор, которые были немедленно одеты.

Закрыв внутреннюю дверь шлюза, он нажал на панель для начала выравнивания давления, но ничего не произошло. Опять скрипт перегорел... Бормоча проклятья и не желая больше тратить здесь время, ковыряясь в схемах, Рей открыл щиток рядом с панелью и дернул рубильник, вырубив генератор, спрятанный в полу, и обесточив тем самым всю капсулу.

Он знал, что по правилам делать это запрещено, и сам же неоднократно занимался ремонтом внутренних систем после инцидентов с магической перегрузкой.

Однажды даже целый жилой блок пришлось изолировать и спешно возвращать к работе чувствительную аппаратуру, из-за чего ему до сих пор снятся кошмары от тех "существ", обнаруженых в некоторых капсулах, что не были вовремя закрыты.

Однако плевать Рей хотел на давно опустевший 3-й уровень. Все системы в жилых блоках изолированы от других таких же на этажах, а сами этажи изолированы друг от друга. Он здесь жил в основном потому, что никому и в голову не пришло продолжать брать плату с тех безумцев, что живут почти на уровне моря.

Подойдя к обесточенному гермозатвору, Рей взялся за специальные выемки для рук и напрягся, раздвигая створки в стороны, в который раз благодаря судьбу за то, что он был одним из высших драконидов, получив полное драконье наследие, а не частичное, как у многих его братьев и сестер.

Наконец гермозатвор поддался, и тамбур начал заполнять густой как кисель желтый туман, и спустя минуту кряхтений проход стал достаточно широким для комфортного выхода прямиком в суровую реальность плана Духа. Здесь местный Хранитель мироздания позволил остаться межмировым беженцам, которыми и были его предки.

Прожужжав антигравами, загораживая выход на посадочный причал, ко входу быстро пристроился грузовой дрон, открывая багажный отсек и настойчиво попискивая датчиками. Дрон определенно не хотел долго оставаться в густой среде Нижнего города, где продолжают летать на своем транспорте только самые отчаянные, упертые или глупые.

Прости-прости! Уже загружаю. Рей, как и многие в его профессии, трепетно относятся к довольно редким разумным машинам. Никто не знает, откуда берутся эти живые сгустки сознания, которые используют механизмы как свое физическое тело. Возможно, правительство знает об этом, но ты поди спроси их, пока они живут и правят из своего ковчега в Центре, отправив своих детей строить "Утопию".

Забросив последнюю сумку и сказав дрону координаты места выгрузки, он чуть ли не взревел, явно перегружая свои антигравы, пытаясь как можно быстрее убраться подальше от моря и Нижнего города в целом.

Рей вышел на причал. Со вздохом, возможно, в последний раз, он оглядел, полную света от неоновых вывесок и уличных буйков, улицу Нижнего города, на которой он провел большую часть своей жизни.

Раньше здесь не было этого злосчастного желтого тумана, такого же цвета моря и даже такого понятия, как "Нижний город". По словам немногочисленных сохранившихся стариков, это место действительно строилось в соответствии со своим названием.

На огромных, на сколько хватало глаз, платформах, созданных из искусственной материи и оснащенных генераторами не менее искусственной гравитации, строились аккуратные дома и обширные теплицы, где выращивали привезенные из мира предков и клонированные здесь семена.

Одна платформа, другая, третья. В конце концов мир стал походить на многогранную сферу, висящую в пустоте.Удивительное дело, но старики говорят, что так и надо! Что вращение этой сферы позволяет существовать гравитации даже в нынешние времена, когда магискрипт выходит из строя из-за перегрузки и генераторы искусственной гравитации давно перестали работать.

Самое смешное то, что они утверждают, что в их старом мире существовала такая "большая лампочка", что освещала половину сферы, а питьевая вода лилась прямо с неба! Смех да и только. Это же явно сказка, выдуманная правительством, чтобы мы послушно шли к подобному будущему.

Тем не менее население продолжало расти даже после того, как сферу запечатали, и Утопия начала расти ввысь, все ближе подбираясь к Центру.

Рей посмотрел вниз, на жидкую ману. Он помнит, как играл на улицах внизу, как обедал в раменной по соседству, как ходил со своим престарелым отцом в храм Великого дракона Разума, что однажды спас свой народ от пожирателей миров, выиграв им время, чтобы они смогли отправиться в бездну между мирами на ковчеге.

А также Рей помнит, как все это однажды начало покрываться сначала легкой дымкой, а после жители начали заболевать. Те, кто не имел хотя бы минимального драконьего наследия, то есть сердца дракона, не могли справится с избытком маны и начинали терять рассудок, мутировать и нападать на своих соседей.

Все быстро вышло из-под контроля, и правительство приняло решение оставить большую часть Утопии и сосредоточить оставшееся население в огромных башнях. Так началась новая стройка и появились новые правила.

Что же ты на самом деле такое? Продолжая разглядывать непроглядную жижу, пробормотал Рей. Он стоял так какое-то время, предаваясь воспоминаниям, пока не заметил, что как будто в глубине промелькнула чья-то тень. Он наклонился, присматриваясь лучше, но больше ничего не было. Он посмотрел наверх, оглядываясь, и почесал затылок. Да не может быть. Должно быть, это какой-то дрон пролетел под буем.

Задание 2: Лавка между мирами

Перестав глазеть по сторонам, Рей присел, расправил крылья и взмыл вверх в мощном прыжке, сопровождаемом взмахами крыльев.

Один этаж с жилыми блоками сменял другой. С каждым пройденным этажом становилось все больше населенных кем-то капсул, а вместе с ними и неоновых вывесок, рекламирующих всякую дрянь, которую раньше можно было купить в местах, которые уже, возможно, даже и не существуют.

Спустя почти километр полета Рей достигает нынешней границы тумана и спустя ещё немного времени приземляется на парапет у края моста, соединяющего здания, после чего спрыгивает с него на тротуар прямо рядом с цифрой 250.

Перемены разительные, и Рею никогда не нравилось, насколько здесь шумно из-за пролетающих в множестве дорожных слоев сверху автомобилей и дронов, а также то, что здесь светло почти так же, как и в хорошо освещенной комнате, из-за бесконечных рекламных неоновых вывесок и голографических проекторов.

Рей потянулся руками к голове и снял свой респиратор, сейчас он для него бесполезен, так что не стоит тратить зря фильтры. Он, конечно, считает себя крутым драконидом, но даже с учетом полного наследия не хотел бы оставаться с заполненными фильтрами посреди тумана. Благо, пока напрямую не контактируешь с туманом, то магическое отравление совершенно никому не грозит, а тем более ему самому, когда ему просто не стоит дышать этой гадостью.

С наслаждением вдыхая воздух полной грудью, Рей решает не отправляться прямо на стоянку с такси для дальнейшего полета к его новому дому, а немного прогуляться. Как раз рядом находится магазинчик его старого знакомого, обычного человека, что раньше работал в Нижнем, но в конечном итоге решил перебраться повыше из-за постоянно поднимающегося тумана.

Повесив респиратор на пояс и засунув руки в карманы комбинезона, Рей двинулся по тротуару 250-го этажа, лавируя между множеством прохожих и надоедливых магазинных зазывал, которым иногда все же удается всучить в руки какой-нибудь флаер на скидку для какой-нибудь ерунды.

Вот и оно. Что это? Ну-ка, ну-ка. Хочешь побыть героем? Окунуться в новый мир? Спасать принцесс от злобных драконов? Тогда добро пожаловать в... Не став дочитывать и полностью разочаровавшись в создателе этого цветастого недоразумения, Рей разорвал флаер на множество кусочков и бросил его в бездну за парапетом.

С каждым десятилетием ситуация с расовыми взаимоотношениями становится все серьезнее, и вот какой-то умник решил, что будет отличной идеей называть драконов "злыми похитителями". От злости у него из пасти начало чадить, и, озираясь, Рей пытался найти того, кто распространяет эту гадость, но, как бы он ни старался, так и не смог даже вспомнить, кто именно это был.

***

В то же время

Обрывки разноцветной бумаги падали словно лепестки и, соприкоснувшись с желтым туманом, стали лететь все ближе друг к другу, пока не собрались воедино. Лист продолжал падать дальше, пока в один момент что-то не выпрыгнуло из тени, чтобы поймать его клювом и проглотить.

Облизнувшись, нечто стало преследовать запах, что ему приглянулся, дальше.

***

И вот очередной поворот среди магазинов, и Рей на месте. Он был рад навестить старика Джинн Яня, но не ожидал, что застанет картину, в которой из его магазина грузчики будут выносить ящики и грузить в фуру, а сам он, с потухшим взглядом, будет сидеть на стуле у входа и курить сигарету. И, судя по полной пепельнице, не одну.

Старик Янь оживился, увидев знакомого: Ха! Вот уж кого не ожидал здесь увидеть, так это тебя, Рей. Я уж думал, что ты, сидя в своей капсуле, решил стать первым болотным драконом в Утопии.

Не смешно, старик. Я не настолько привязан к тому месту, чтобы утонуть вместе с ним.

Хм, не привязан он. Поди уже до самого порога вода дошла, верно?

Рей сдержанно вздыхает и пожимает плечами: Ну да. Думаю, еще месяц или два, и пойдет через край. Ты лучше скажи, что тут происходит, вроде же еще недавно было все в порядке.

Старик молча тушит недокуренную сигарету о переполненную пепельницу и машет Рею рукой: Давай поговорим внутри. Поди устал столько лететь-то? Как раз познакомлю кое с кем.

Рей и Старик Янь прошли через раздвижные стеклянные двери уже полупустого магазина техники и прошли в комнату отдыха, где старик уже тоже складывал вещи, но как будто на полпути остановился, и из-за этого здесь еще можно увидеть различные диковинки, что, возможно, были взяты еще из старого мира, или же, скорее всего, восстановлены по памяти и распечатаны на 3Д принтере. Рей не понимал, кому вообще нужен меч, висящий на стене?

Сев на стул, Старик Янь крикнул: Эй, Рей, принеси чаю!

Рей, взявшийся за спинку стула и уже собиравшийся сесть, с удивлением уставился на него: "Старик, ты уже совсем из ума выжил, что ли?"

Оправдывая подозрения Рея, старик стал смеяться, как безумец: Ха-ха! Ха-ха-ха-ха, кхе-хкх. Джинн Янь закашлялся и, переведя дух, взял себя в руки. Ох. Видел бы ты свое лицо! Давно я так не смеялся. Да ты садись-садись. Я же сказал, что познакомлю тебя кое с кем, а вот и он.

Как он и сказал, в этот момент из соседней комнаты вышел щуплый и бескрылый молодой драконид с голубой чешуей, что вызвало у вас обоих, встретившихся взглядами, волну узнавания.

Пока молодой драконид раскладывал сервиз и занимался какой-то чайной наукой, он едва слышно обратился к старику: Мастер Джинн, вы же знаете, что вам нельзя сильно волноваться! И что это за запах, вы опять долго курили?!

Старик поднимает руки в капитуляции: Ах, ладно-ладно, больше не буду. Тем не менее никто в комнате ему не поверил, что вызвало у него кислую гримасу. Ба! Да что вы понимаете! Вот, знакомьтесь. Рей 59-й и Рей 99-й! Ха!

Несмотря на неожиданное знакомство, Реи просто игнорируют друг друга, как и всегда это бывает, когда встречаются дракониды от одной матери, но из разных кладок, которые обычно достигают ровно десятка яиц и между которыми может проходить больше десяти или даже двадцати лет. Хотя 59-й определенно задумался над тем, что уже, оказывается, прошло достаточно времени, чтобы линейка Реев завершилась, раз он встретил последнего из них.

Старик только вздыхает: Ну ладно, не хотите знакомиться, не надо. Так вот чего происходит, Рей. Сказал он 59-му. У меня есть сведения, что что-то происходит в Центре. Сам знаешь, Великий Цинлун уже как больше года находится за закрытыми дверями и, по словам Совета, уже близок к созданию средства для избавления от тумана, но знаешь что? Мой источник рассказал, что это оказалось не тем, на что надеялся Цинлун, и его применение так же опасно, как и туман, а то и еще больше..

Прежде чем продолжить, Старик Янь делает глоток из своей чашки, переводя дыхание: Но это все полбеды. Насколько мне известно, датчики ковчега засекли аномальную активность в магическом поле. Что-то надвигается, помяни мое слово. Поэтому мы здесь собираем вещи и переезжаем на 1200-й этаж, пока цены не поднялись из-за наплыва беженцев..

Остаток разговора проходил в странных чувствах. Рей хотел верить старику, поскольку его чутье никогда не подводило, но и просто поверить, что скоро произойдет "Что-то", он не мог.

Он уже вставал и собирался прощаться, как вдруг старик его остановил: Вот что я тебе скажу, друг мой. Возьми себе дрона, хорошо? В подарок. Рей собирался возразить, но Старик Янь не стал слушать. Ты же переезжаешь, верно? Верно. Вот и беспокоится тебе за своего дрона не нужно, его скрипты тут не сгорят, а ты сам обзаведешься компаньоном или даже транспортом, есть у меня и такие тоже. Ну так что?

Рей хотел отказаться, но, почесав в затылке, неожиданно для самого себя согласился. Возможно, ему действительно было немного одиноко в Нижнем городе, а может, ему запал в душу разумный дрон, которого он встретил сегодня. Не услышав отказа, Старик Янь заулыбался и, как сердобольный дедушка, стал причитать о неразумной молодежи, пока провожал Рея 59-го на склад, в то время как Рей 99-й занялся своими делами.

Рей уже заходил на склад за Стариком Янем, когда ему почудилось, что что-то пронеслось между его ног, словно тень. Старик тем временем не заметил секундной заминки и привел его к трем открытым контейнерам, в которых лежали два обычных дрона, предназначенных для граждан, а другой усиленный, с транспортной модификацией, какие используют только в полиции или спасатели.

Рей и не знал, что ему думать, когда дотронулся до последнего дрона: Старик, ты уверен, что...

В этот момент тень снова будто зашевелилась под неправильным углом, и дрон ожил, взжужжав антигравами и набрасываясь на Рея. Ну или попытавшись, так как, не справившись с управлением, дрон просто прыгнул ему на руки, как испуганная кошка, тем самым чуть не повалив его из-за своего веса.

***

В то же время

Нергалшумукин никогда прежде не знал такого позора.

Мало того, что жертва, за которой он следовал от самих низов, оказалась столь сильной и проворной, что пронзила небеса, так и к тому же у него случилось несварение из-за какой-то вкусно пахнущей бумажки, которую он так и не смог выплюнуть и из-за чего он задержался и чуть не упустил момент для атаки, так и в добавок он каким-то образом застрял в странном големе, которым не мог нормально управлять, и теперь его держат на руках словно животное!

Недопустимо!

Он попытался вырваться, зашумел своими деталями, ворочался как демон и в итоге победил! Он вырвался на свободу и вновь атаковал, клюнув жертву прямо в грудь.

Непоправимо!

Нергалшумукин вновь познал поражение из-за того, что у него больше нет ни клюва, ни когтей.

***

Рей озадаченно наблюдал, как массивный дрон бьется в истерике и что-то чирикает на своем машинном языке. Он отпустил его, подумав, что он ему не понравился, но, похоже, он ошибся, ведь дрон снова бросился к нему на руки, снова что-то зачирикал и успокоился, словно принял его.

Старик выглядит крайне удивленным таким поворотом: Что же. Похоже, что он тебя выбрал. Или ты его. Смотря как посмотреть. Но теперь он твой. Хотя, конечно, я не ожидал, что у меня в ящике окажется разумная машина, даже если она какая-то неуклюжая. Настойки, может, неправильные?

Рей зачарованно смотрел на дрона. Он сразу влюбился в его утилитарный угловатый дизайн и белый цвет. Думаю, я назову его Сяо Юн!

Старик Янь с сомнением оглядел дрон: Ну, дело твое.

Еще немного поболтав со старым другом, он понес своего нового друга на выход, стараясь вписываться в двери, ведь дрон был действительно большим и больше походил на воздушный байк, только более сплюснутый и с дополнительными складными крыльями с антигравитационными пластинами нового поколения.

На улице Рей, не замечая тяжести из-за приподнятого настроения, сразу отправился на ближайшую парковку, где положил дрон на землю. Так, Сяо Юн, я Рей 59-й, твой новый хозяин.

***

В это же время

Нергалшумукин познал отчаяние и вселенскую несправедливость. Великий охотник, сразивший бесчисленное множество добычи, так просто был пойман. И он даже не мог жаловаться на свое новое тело. По его ощущениям оно было крепкое и мощное, достойное этого охотника, но даже так, пусть и без клюва и когтей, он должен был сразить эту жертву. Однако теперь он сам чувствовал себя словно загнанный зверь, не зная, как поступить.

Ему даже дали новое имя! Ему! Великому Нергалшумукину! Но он уже не был так против идеи служить. Подумать только, он пал жертвой персоны благородных кровей! 59-й в своем роду, должно быть, это великая династия, раз она длится так долго!

***

Он собрался со всем своим достоинством, расправил крылья и провозгласил: Согласно пакту между тенями и духами, я, Нергалшумукин, или же Сяо Юн, даю вечную клятву служить благородному Рею 59-му в качестве фамильяра!

Рей не знал, что ему делать. Когда Сяо Юн расправил свои крылья и загудел, слегка отталкивая пыль на земле, Рей подумал, что тот улетит, но он внезапно стал чирикать что-то механическое с таким важным тоном, что ему захотелось смеяться, но теперь ему было не до шуток.

Когда Сяо Юн закончил, Рей ощутил странный толчок изнутри себя, после которого слегка закружилась голова и он стал понимать, что пытался говорить Сяо Юн. Но не словами, а чувствами?

Рей не понимал, что происходит, и когда он попытался отойти, он ясно, словно по натянутой нити, чувствовал, где находится его фамильяр. Рей даже не знал, что означает это слово, просто слышал его пару раз от стариков, рассказывающих сказки о старом мире, и сейчас оно просто всплыло само.

Немного придя в себя, Рей обошел по кругу своего... фамильяра, что бы это ни значило, проверяя, как работает эта связь. Сделав это, он не мог не уставиться на этот комок металлических пластин, механизмов и магискриптовых плат, который источает искреннюю радость от обретения "достойного хозяина".

Рей никогда не слышал, чтобы сгустки разума так себя вели, и они должны ощущаться скорее как источник эха в пустом пространстве или механизме, которое ты слышишь не ушами, а самим мозгом напрямую. Но тут определенно что-то другое, хотя Рей и не может сказать, что это что-то опасное, скорее просто неуклюжее существо, что желает служить.

Рей просто принял это. Он не мог смотреть в оптику дрона и не принять его. Он бы определенно плохо себя чувствовал, если бы расстроил этого малыша.

Раз теперь они связаны вместе и Сяо Юн так жаждет служить, нет ничего лучше, чем использовать его по назначению. Полет! Рей забрался на сиденье сверху и попросил дрона взлететь, что он и сделал, хотя и раскачивался из стороны в сторону, пытаясь справиться со своими крыльями.

Но, провисев так несколько минут и не обращая внимание на толпу зевак, которые обсуждали явно неисправный дрон, Рей решился. Он хорошо помнил уроки вождения и твердо взявшись за ручки направил Сяо Юна вперед.

Полет на современном дроне был прекрасен, Рей даже начал немного завидовать из-за того, что не может летать так быстро самостоятельно, однако все омрачил один момент. Вместо того, чтобы повернуть вправо, Сяо Юн повернул налево, из-за чего они теперь лежали посреди обломков стекла, угодив в какую-то оранжерею, в которой растет только один вид цветка, который имеет странный бледный окрас, и все они выглядят зачахшими, словно приунывшими.

Сяо Юн что-то прочирикал, будто бы он знаком с этими цветами и он чувствует себя здесь как дома. Присмотревшись повнимательнее, цветы, пусть и странные, но не уродливые, даже в какой-то степени красивые, и пока Рей любовался ими, вместе с его восстанавливающимся настроением и цветы в комнате стали оживать и распускаться, будто чувствуя его желание рассмотреть их получше. Он подумал, что это просто приток свежего воздуха так повлиял. Здесь до странного удушающе, как в колумбарии, но вид раскрывшихся цветов вселяет в него надежду, а его надежда в свою очередь словно прогоняет ощущение тоски заставляя растения ярко светиться.

Задание 3: Сны иных миров

Цветы продолжали ярко светиться, словно нарочито показывая свою красоту и умоляя сорвать их. Пока Рей любовался цветами, между ним и Сяо Юном происходил молчаливый диалог, не словами, а образами и эмоциями, хотя в результате он мало что понял. В этот момент зазвучала сирена, оранжерея окрасилась в красный, и где-то снаружи послышался топот множества ног.

Не желая быть схваченным и объяснять, как они тут оказались, первым порывом Рея стало вскочить в сиденье пилота Сяо Юна и взволнованно приказать ему: Сяо Юн! Взлетаем!

Сяо Юн понял как слова, так и смысл, что был передан посредством их связи, и без лишних слов взревел, как дикий зверь, несущий своего всадника прочь от опасности, сопровождаемый лишь взглядом одинокой камеры.

Взлет был не из приятных, и вместо того, чтобы вылететь в уже существующую дыру, они проделали собой новую. Рей успел защитить предплечьем глаза, а все остальное тело защитила чешуя, но комбинезону все равно досталось, и в нем образовалось несколько длинных порезов.

Сяо Юн старался лететь ровнее, но как будто что-то мешало ему управлять своими частями, о чем он попытался сообщить, не уверенный, что был понят, поскольку его и Рея на нем постоянно бросало из стороны в сторону.

Где-то позади послышалась сирена, несколько полицейских дронов вылетели из-за угла здания.

Рей выкрутил мощность Сяо Юна на максимум, но не знал, как быть. Он понимал, что с такими проблемами с управлением пытаться оторваться от преследования в потоке машин сверху это просто самоубийство, а лететь напрямик рядом с Нижним уровнем означало бы, что он даст себя поймать более легким дронам. Оставался только третий вариант, который он очень не хотел выбирать, но, чувствуя одобрения своего напарника, он снял с пояса респиратор, как мог надел его и, сжав челюсть, направил Сяо Юна прямо вниз, в слой желтого тумана.

Они падали почти вертикально, стараясь только избегать мостов и старых парковок, что возникали то тут, то там, благо в этот момент управление не подводило, иначе лепешка, в которую они бы превратились, стала бы самой главной новостью дня.

Туман постепенно становился все гуще, сирены все ближе, а работающих неоновых вывесок все меньше, и в какой-то момент Рей решился. Дождавшись, пока пронесется мимо очередной мост, он резко потянул рукоятки на себя, и его вдавило в сидение, от чего потемнело в глазах, но они все же скрылись под мостом, пропуская трех полицейских дронов лететь дальше вниз.

Рей понимал, что хоть дроны и не видят ничего своими сенсорами внутри тумана, но они также оснащены и оптическими датчиками, благодаря которым скоро поймут, что их обманули.

Рей повел Сяо Юна, у которого вновь стало барахлить управление, в сторону одного известного ему места, того самого жилого блока, который теперь снится ему в кошмарах и откуда после происшествия, несмотря на ремонт, съехали все жильцы.

Звуки сирен вновь приближались, хотя, кажется, что дронов осталось только двое. Они разделились? Один из них разбился? Рей не мог позволить себе отвлекаться на посторонние мысли. Прибыв на место, там, как он и помнил, был сквозной гараж, через который он с трудом пролетел, не останавливаясь, и направился к неприметному закоулку, где раньше располагался склад или, возможно, чей-то магазин, но главным было то, что теперь это была зияющая дыра, в которой было множество стеллажей и всякого хлама, за которыми можно было затаиться.

Они пролетели в глубину, где Рей заметил подходящий угол, в котором их было бы сложнее заметить, особенно если бы он накидал еще несколько коробок в мусорную кучу, что лежала здесь. Приземлившись, Сяо Юн выключил свет, что позволял им здесь ориентироваться в полете, но сейчас только мешал, а Рей соскочил с сиденья и стал носить ближайшие коробки, кидая их в мусорную кучу, чтобы нарастить высоту, пока дроны не обнаружили это место.

Сделав все, что мог, Рей вновь сел на место пилота и принялся ждать. С места, в котором они находились, сквозь щели в мусоре и сквозь желтый туман был виден выход и угол здания. Всего через минуту по этому самому углу лизнул луч света. Рей был напряжен до предела, но выдохнул, когда луч удалился, так и не обнаружив проход.

Тем не менее Рей не решался выходить сразу и хотел переждать, на случай если полицейские дроны будут поблизости какое-то время. Только сейчас он осознал, в каком состоянии находится. Его сердце бешено бьется, а дыхание неровное. Что совсем не подходило для экономии. И этому явно не помогала куча мусора, через которую он смотрел.

Мебель, электронные приборы, игрушки и прочие вещи были испещрены следами от мощных когтей и челюстей или просто разломаны на части, а также отчасти покрыты пятнами от крови. Все это было выброшено сюда после ликвидации зараженных, чтобы привести помещения в порядок, но, похоже, их никто и не собирался убрать отсюда.

Проходили минуты и складывались в час, полтора, два, пока не раздался короткий писк от респиратора. Рей встрепенулся и потянулся к рабочей сумке, которую обычно носил с собой, но не в этот раз. Все запасные фильтры, что у него были, остались в сумках, что он закинул сегодня в грузового дрона. Кто же знал, что ему так скоро придется вернуться в Нижний город?

После оповещения должно было оставаться всего около десяти минут, пока фильтры не будут полностью заполнены маной, и после этого Рей не хотел проверять свои возможности к задержке дыхания. Взяв себя в руки, чтобы не показывать себя слабым перед своим напарником, Рей стал стараться дышать как можно реже и, взлетев, не включая свет, осторожно повел Сяо Юна на выход.

На выходе было тихо. Выглянув за край, не было видно никого и ничего, и все же не теряя бдительности. Они поднимались тихо и осторожно, стараясь избегать мест, где все еще могли находиться рабочие камеры видеонаблюдения, хотя Рей и не верил, что они могли уцелеть, он знал, что их периодически заменяют, по крайней мере на основных транспортных маршрутах. Которых становится тем больше, чем выше они находились.

Когда оставалось совсем немного до границы тумана, респиратор вновь издал писк, но уже более громкий и двойной, чтобы его могли услышать даже люди поблизости и срочно оказать помощь. Но помощи для Рея не было, и, пытаясь сделать последний вдох перед задержкой дыхания, он все же вдохнул немного тумана.

Ничего страшного, успокаивал он себя, его сердце справится с одним крошечным глотком густой маны, твердил он себе, пока старался сосредоточиться на том, чтобы просто вылететь из этого проклятого Нижнего города, не привлекая внимания и не врезавшись во что-нибудь.

Рей уже не мог терпеть, он отчаянно хотел сделать хоть один глоток воздуха, и вот за очередным поворотом в бетонных конструкциях появился просвет сверху, в который он с Сяо Юном нырнули и спустя несколько секунд оказались, как он позже понял, в каком-то техническом тоннеле.

Рей быстро сорвал с себя респиратор и жадно глотал воздух, понимая, как близок он был к тому, чтобы испытать свой организм на прочность или же попросту задохнуться, отказываясь делать это.

Придя в себя, он со своим фамильяром долго плутали по тоннелям, но в конце концов вышли из них прямо между двумя транспортными потоками сверху и снизу от себя и быстро, как могли, встроились, стараясь не биться крыльями о борта соседних машин и дронов.

Спустя какое-то время, определив, в каком конкретно месте города они находятся и построив маршрут во встроенном в Сяо Юна навигаторе, он отдал управление ему и просто постарался расслабиться, чувствуя головокружение, либо оттого, что долго задерживал дыхание, либо от того последнего вдоха, когда он все же вдохнул немного тумана.

В конце концов они добираются до нового дома Рея, на 509-м этаже, который он посчитал немного ироничным, когда выбирал свое новое жилье. Это была не просто какая-то тесная капсула, какие строили в первые годы от появления тумана, а настоящая, пусть и скромная квартира, с собственным местом на парковке напротив входа, который не был парой толстых металлических пластин, а современным легким нанокомпозитным материалом, какой используют в костюмах дайверов. Что значит, в теории, она выдержит даже потоп.

Рей уже хотел было взять управление на себя и помочь Сяо Юну приземлиться, но его парковочное место было уже занято. Занято одним очень раздраженным разумным дроном, который, похоже, проторчал здесь несколько часов и все это время что-то попискивает, будто ругаясь про себя. Им пришлось приземляться рядом, и когда Рей спрыгнул на парковку и хотел уже что-то сказать, раздраженный дрон наконец заметил его появление и запищал что-то определенно нецензурное, как пытался передать через чувства Сяо Юн. Дрон все пищал и даже не давал вставить и слова, а после и вовсе открыл грузовой отсек и вытряхнул все сумки Рея на парковку, а после и вовсе полетел в сторону сервисного центра, как он понял через связь с Сяо Юном.

Рею ничего мог, кроме как почесать в затылке и признать, что он облажался, хотя он так и не смог извиниться. Однако это напомнило ему кое-что не менее важное. Сяо Юн! Он ведь тоже провел много времени внутри тумана и мог пострадать.

Рей быстро поднял Сяо Юна, вызывая у него возмущенное чириканье, но, постаравшись передать ему эмоции о том, что его нужно осмотреть, он все же успокоился и дал поставить себя на свое законное место на парковке. Рей взял свою, лежащую рядом, вытряхнутую из дрона сумку, и его рука дрогнула, когда коснулась пары свежих пустых фильтров, которые он немедленно заменил на своем респираторе, висящем на поясе, положив заполненные в специальное отделение для последующей сдачи в месте утилизации.

Рей вздыхает и берет из сумки несколько универсальных инструментов и приступает к вскрытию, должного быть герметичным, корпуса Сяо Юна. Сначала магнитный инструмент, чтобы разблокировать герметизирующие панели, а после работа обычными инструментами вроде отвертки, гаечного ключа и других.

Сняв корпус, Рей было выдохнул с облегчением, не увидев искрящихся магискриптовых плат, что значило, что ему не нужно было использовать ни микрошлифователь, ни золотильную ручку, чтобы осторожно восстановить последовательность перегоревших рун на платах. Больше всего, конечно, ему не хотелось использовать манапреобразователь, чтобы точечно напитывать нанесенное золото очищенной маной, для его трансмутации в ки-нган. Все-таки, даже в нынешнее время, кристаллизованная очищенная мана это довольно дорогое удовольствие.

Рей продолжал копаться в платах и механизмах, снимая, проверяя и возвращая их на место одну за другой, все выглядело на удивление чистым и как новенькое, как и должно быть, как вдруг он наткнулся на то, чего там не должно быть. Его пальцы сомкнулись, и он достал из внутренностей Сяо Юна знакомый флаер. Это вызвало волну смущения от Сяо Юна и пачку эмоций о голоде и приятном запахе.

Рей был готов поклясться, что это тот самый флаер, который он порвал и выбросил. Но он никак не мог понять, почему он снова целый и как он оказался посреди плат управления и маневрирования. По крайней мере, теперь он, похоже, знал, что послужило причиной странного управления Сяо Юна.

Рей присмотрелся внимательнее к флаеру. Он все такой же возмутительный и...

Рея словно затянуло в сон. Он ошарашенно огляделся. Рей находился в каком-то чудном пространстве. Всё пространство за пределами идеально белой круглой платформы, на которой стоял Рей, и такой же белой двери, там, где должна была быть стена, было покрыто серебренными зеркальными осколками, которые словно живые переливались друг в друга и в которых отражалось множество удивительных вещей, о которых он только читал в сказках.

Однако было еще кое-что. В центре платформы, на постаменте, стоял, словно представитель вымершего вида, большой примитивный принтер из пожелтевшего дешевого пластика. Однако на нем святились или мигали какие-то незнакомые символы на кнопках, предназначение которых непознаваемо.

В момент, когда он уже собирался коснуться этого принтера, позади раздалось тихое шипение сдвинувшейся в сторону двери. Рей обернулся и не поверил своим глазам. Через проход, за которым находился коридор с таким же белым полом, как и здесь, и серебряным зеркальным пространством за его пределами, шагнула та, кто и дала ему тот самый гадкий флаер, теперь он ее вспомнил! Это была некая высокая даже для драконида женщина, одновременно похожая на бескрылого и бесхвостого черного драконида и одновременно нет. Все в ней было странным и особенно повязка на глазах и кристаллическая золотая сфера, что парила и светилась между ее рогов.

Рей было хотел заговорить с ней, но она не просто прошла мимо, она прошла сквозь него, будто не замечая. Она несла в руках лист бумаги и, остановившись перед принтером, начала нажимать на кнопки так, будто делала это уже миллион раз, загрузила лист бумаги, который тут же был сожран древним чудовищем с такими звуками, что хотелось заткнуть уши. Через минуту принтер выплюнул лист, что был разрисован несколькими повторяющимися уродливыми цветастыми узорами и надписями флаеров. Тех самых флаеров!

Женщина взяла лист: Интересно, что они выберут? После чего лист разлетелся на ровно порезанные части и сложился в стопку готовых флаеров...

Рей очнулся ото сна держа в руке флаер, и казалось, что не прошло ни секунды с того времени, как он отключился.

Рей, сжимая флаер, не мог не прокричать, чуть ли не в бешенстве, обращаясь к светящимся неоновым светом небесам: И что это, черт побери, значит?!

Задание 4: Сломанная печать

Как бы Рей не кричал, неоновые небеса не отвечали, и лишь пара прохожих решили ускорить шаг, чтобы поскорее покинуть общество явно больного на голову, кричащего в небо и размахивающего руками драконида. Рей хотел бы получить хоть какую-то ясность. Он пережил сегодня немало приключений для того, кто еще недавно жил чуть ли не как отшельник, насколько это вообще возможно в мире тотального контроля и перенаселения, и даже понятия не имел, что ему с этим "добром" в руке теперь делать.

Порвать? Он уже пробовал сделать это. Выбросить? То же самое. Рей не верил в удачу и судьбу, но в этот момент он готов был поверить, что этот листок крамольной бумаги подхватит ветром и бросит ему прямо в лицо при попытке выкинуть его. От злости он бил кончиком хвоста о металл парковки, и этот стук вместе с, казалось, писклявыми чувствами извинений от Сяо Юна, который подумал, что сделал что-то плохое, привели Рея в чувство.

Рей опустил руки. Перестал бить хвостом. Закрыл глаза и сделал глубокий вдох. У него, как и любого высшего драконида, всегда были проблемы с гневом, и сегодняшний день явно хочет вывести его из себя. Но он не сдастся. Он не будет крушить всё подряд, поддавшись своей драконьей природе. Ни сегодня. Ни в будущем.

Выдохнув через ноздри сноп искр, Рей открыл глаза и выпустил из пасти несколько дымных колец. Он успокоил Сяо Юна, передав ему, что он не сделал ничего плохого, но предупредив, что ему не стоит есть странные вещи, от чего тот мог только смущенно шуметь динамиком.

Рей вновь сел перед Сяо Юном и продолжил проверять одну деталь за другой, пока не убедился, что всё находится в первозданном состоянии. Он стал обратно собирать снятый корпус, и на удивление обошлось без лишних деталей, которые иногда появляются рядом с разобранными механизмами и другими вещами. Никто не знает, почему так происходит, и все просто соглашаются во мнении, что это просто странность этого мира. Одна из них.

Закончив, Рей встал, потянулся и разминал шею, а счастливый быть снова целым фамильяр радостно крутился на месте, проверяя управление. Смотря на это, Рей не мог не улыбнуться, но при этом почувствовал себя разбитым и уставшим, словно пружину внутри него наконец перестали сжимать.

Рей посмотрел вниз, на флаер, который он в какой-то момент отложил в сторону, и, вздохнув, нагнулся, взял его и просто засунул в карман комбинезона. После он повесил на плечо свою рабочую сумку, стал подбирать остальные, разбросанные тут и там, и понес их ко входу в свое новое жилище.

Подойдя к двери, Рей наклонился к панели доступа и одновременно приложил большой палец к считывателю отпечатков и приблизил глаза для сканирования сетчатки глаза. Спрятанный за герметичным стеклом прибор закончил, и панель зажглась зеленым. Сбоку от него дверь отъехала в сторону, открывая проход в чистый, хоть и довольно компактный тамбур. Зайдя внутрь и нажатием кнопки закрыв дверь обратно, система стала проверять уровень маны внутри, и, удовлетворившись, три мигающие желтые точки на экране над входом сменились зелеными, и внутренняя дверь шлюза открылась.

Рей был одновременно и рад видеть свою новую квартиру, и хотел всё изучить, но больше всего ему хотелось спать. Его веки буквально налились свинцом, а сумки пришлось бросить на пол, не разбирая содержимое. Блуждания по комнатам казались ему невыносимыми, но, наконец найдя спальню, Рей даже не стал думать о том, чтобы переодеться. Единственное, на что он был способен, это упасть в сторону кровати, и, когда его голова коснулась мягкости, с чувством выполненного долга закрыть глаза.

***

Сяо Юн не знал, что ему делать. Его хозяин ушел, бросив его одного среди других стоявших неподалеку големов и повозок. А еще какие-то люди постоянно ходили туда-сюда, и он рычал на них из недавно обнаруженного им говорителя, прогоняя плебеев от дома его хозяина, где он изволил спать.

Кстати о сне. Почему великий Нергалшумукин тоже хочет спать? Он... не должен...

***

Рей очнулся, резко открыв глаза и поняв, что вновь оказался в бело-серебристом пространстве. Только в этот раз он находился в, как Рей помнил по книгам истории, круглом амфитеатре. Только, как он заметил, в этот раз он был не один. Еще пятеро, будь они дракониды, люди или полукровки разной степени, стояли в разных местах амфитеатра и озирались, как и он сам в первый раз. В центре же арены стояла она. Та самая женщина, что дала ему флаер и которую он видел во сне. Он решил разглядеть ее получше.

Он не обратил раньше внимания, но она была одета в какую-то белую, слегка прозрачную простыню с множеством складок, а на ногах у нее была странная золотистая обувь, сделанная из ремешков. Она была царственна. ОНА была подавляюща, словно его мать, которую он видел всего раз, а может и более чем его мать. Чем больше он смотрел, несмотря на ее странность, тем больше ОНА ощущалась так, словно любой, кто ее видит, ДОЛЖЕН преклонить колени. Словно это просто факт существования, как моргание или дыхание.

Рей не мог смотреть на нее дольше и рухнул на колени, забыв даже как дышать. Ему было страшно. Так страшно, как не было даже когда он чуть не утонул в тумане. Он отчаянно пытался сопротивляться, вырваться, сбежать. Он вопил про себя, приказывая себе встать, но предательское тело его не слушалось, и, словно от попыток вырваться, его сдавливало все сильнее.

По пространству разнесся чистый хор голосов, словно маленькие колокольчики решили звенеть в унисон: А вот и вы, Герои, что приняли вызов и встали на путь приключений! Сердце Рея в этот момент будто хотело проломить грудную клетку и сбежать, он хотел, но он не мог показать перед этим существом хоть каплю неповиновения. Восстаньте, Герои!

Давление, побуждающее преклониться, мгновенно сменилось побуждением встать, и тело Рея, отчаянно, словно от этого зависела его жизнь, встало, выпрямившись настолько прямо, насколько он вообще мог. Её слово здесь закон. Закон, который он желал нарушить всей своей сутью. Взгляд Рея метался из стороны в сторону в поиске выхода, подсказки, хоть чего-нибудь, таким образом заметив, что остальные пятеро не в лучшем, чем он сам, положении и тоже отчаянно борются над собой, как жуки, придавленные огромной, как сам мир, ладонью.

Однако в этот момент произошло то, что Рей никак не ожидал. ОНА поклонилась, и вновь зазвучал хор голосов: Приношу извинения свои, что вы не вольны передо мной. То моя вина, что смертных позвала. Но быть иначе не могло. Судьбой ведомы и вы, и я.

Рей не знал, что ему думать, образ неминуемой смерти сломался, как будто кто-то сказал, что птица мяукает, и это действительно было бы так. Но все же он не мог не подчиняться невидимой воле. Хотя он определенно отметил, как сменился тон ее голоса и стиль речи, будто она играет какую-то роль.

Незнакомка выпрямилась: Краткость тут нужна, ибо вам не стоит здесь долго быть. Вы слишком хрупки и слишком слабы, дабы сопротивляться вы могли. Женщина замолчала, сделала шаг вперед, будто снова неуловимо изменившись, и по мановению ее руки из края арены поднялось большое кольцо, что прямо у нее за спиной, вертикально зависло над самым центром, и, будто с щелчком, в нем появилась картинка какого-то места, какого Рей никогда не видел. Это мир "Нефритовая луна". Разделенный спорами и войнами, он медленно и неизбежно идет к пропасти. О, Герои! Каждый из вас уже имеет при себе "семена", ваша задача прорастить их в особых местах, чтобы Империя могла привести этот мир к спасению!

С мыслями о том, что еще за семена такие и какая еще ко всем чертям империя, его и остальную пятерку подхватило то, что их удерживало, и швырнуло в кольцо, как из пушки. Рей только и мог, что отключиться, когда столкнулся с изображением.

***

Сяо Юн очнулся ото сна посреди моря травы. Взлетев, он обнаружил спящего рядом с ним хозяина. Он не понимал, как они оказались здесь, хотя ему определенно была больше по душе природа, чем гигантские каменные здания, конца и края которым не видно.

Нергалшумукин подлетел к хозяину и осторожно ткнул того в бок, пытаясь разбудить.

***

Рей приходит в себя, когда что-то тыкает его в бок и пытается дозваться до его чувств. Поняв, что он проснулся, нечто перестало его тыкать, и Рей, с наслаждением, после долгого сна, потянулся и, открыв глаза, увидел незнакомый потолок.

Рей вспомнил, что он только переехал: Разве потолок в квартире был такого голубого цвета?

Рей сел на кровати и осознал, что это не было кроватью. Он вскочил на ноги, как испуганный кот, вспомнив кошмар, который ему сейчас снился. Его ноги подкосились, и он рухнул на покрытую сочной и мокрой от росы зеленой травой, мягкую землю.

Рей не мог вымолвить ни слова. Он осторожно провел рукой по траве, словно боясь сломать её. Он никогда не видел столько её в одном месте. Целый луг травы и редких цветов. По лугу пронесся ветер, вызывая волну за волной, покачивания растений. Рей был изумлен и немного напуган этим. В Утопии нет такого ветра, как здесь, были турбины, что гоняли воздух в разные места, а также ветер от потоков машин, но они не такие нежные и освежающие.

Что-то вновь ткнуло его в бок. Повернув голову, он обнаружил рядом с собой парящего рядом и спрашивающего, в порядке ли он Сяо Юна, неизвестно как затянутого в это место вместе с ним. Рей положил руку ему на корпус, ничего не отвечая. Ему не нужно было знать, что он далеко не в порядке, и пусть даже он что-то чувствует, он не понимает, насколько все плохо.

Мир, который знал Рей, рухнул. Или, скорее, это он сам рухнул непонятно где, после того как с ним обращались как с игрушкой. Он не хотел вспоминать. Он не хотел попадать сюда. Он хотел просто жить. Без идей. Без цели. Просто как есть. Тем не менее, он здесь.

Рей поднялся, отряхивая себя от травы и грязи, что прилипли к комбинезону. Он посмотрел вдаль. На сколько хватало глаз тянулись луга и скопления деревьев, что, как кажется Рею, назывались лесами. А также теплый и до боли яркий свет от... как и рассказывал ему когда-то в сказках отец и другие, от "огромной лампочки", что освещает пол сферы. Ему не нравился такой яркий свет, но тепло помогало ему расслабиться.

И все же его мир рухнул, возможно, не тот, в котором он жил, а внутренний. Что теперь думать о правительстве, которое пыталось восстановить то, что эти старики потеряли? Многие из его поколения не верят и половине их слов о светлом будущем, стабильности и даже о прошлом. Но что, если они были правдой и их намерения чисты? И что, если та империя, которая хочет захватить этот мир, действительно желает только помочь?

Рей не знал и не понимал, во что ему верить. Он потянулся к карману комбинезона и достал из него флаер, который собирался во едино, если его рвали, и расправлялся, когда мяли. Теперь он заметил, что у флаера имеется 6 отрывных частей с надписью "Семечко" и под ним координаты. Рей провел пальцем по одному из них, и, словно как связь с Сяо Юном, что тихо ждал его рядом, возникла новая связь с каким-то отдаленным местом, прервавшаяся, как только он убрал руку.

Рей посмотрел вдаль, туда, куда указывала связь. Там тянулось что-то вроде дороги, а за ней и за высокими деревьями возвышались горы, похожие на зубы дракона.

Задание 5: Выбор без выбора

Лю Бай подошел к павшему демоническому практику и оторвал кусок ткани от его ханьфу. Очистив им свой меч от крови, он с тихим стуком гарды об устье ножен убрал его, выдохнув сквозь зубы: Подонки. Три сотни лет мира, и каков итог! Он повернулся к монаху, что стоял рядом, с хмурым видом перебирая четки, глядя на черную платформу под ними. Настоятель Даокун, вы что-нибудь поняли? Это устроили эти собаки из Бездонного моря?

Старый монах мог только качать головой. Он никогда не видел подобного материала и даже не слышал о том, чтобы когда-либо раньше за одну ночь появлялись неразрушимые черные круги с загадочными, сияющими пустотой, символами. Эта формация, как вы и предполагали, определенно использует энергию пустоты, но для чего именно, мне неведомо. Возможно, в главном храме хранятся записи об этом. Настоятель храма еще пристальнее вглядывается в завихрения энергии, от чего его и без того морщинистое лицо стало казаться еще старше. Но не стоит питать надежд. Это либо что-то новое, либо принадлежащее забытой эпохе. Однако могу сказать наверняка, его точно не могли создать ни в культе Бездонного моря, ни где-либо еще. Иначе они бы использовали принципы, заложенные здесь, более прямолинейно.

Лю Бай хотел спросить еще что-то, но в этот момент перед ним остановился ученик его секты, он спрыгнул с парящего меча и почтительно обратился к нему: Старейшина Лю, мы обнаружили двуногого дракона из доклада, однако он был слишком быстр и смог скрыться на своем крылатом устройстве, тем не менее мы смогли кое-что получить, возможно, это какой-то шифр.

Ученик достает из-за пазухи книгу с пятнами крови на ней и протягивает Лю Баю. Открыв ее, там действительно оказались незнакомые символы, и ему придется использовать технику дешифровки, чтобы разобраться в них.

Лю Бай отпустил ученика и принялся раздавать приказы остальным, кто участвовал в сегодняшней битве. Раненых и тех, кого еще можно было спасти, лечили, павших сжигали, врагов добивали, а горожанам предстояло еще долго разбираться с руинами, что образовались вместо половины города из-за платформы, от края до края которой около 4 ли.

***

Лю Бай вернулся в свои покои в секте Весеннего духа лишь ближе к ночи, проклиная других старейшин, что, по его мнению, преуспели только в том, как лизать задницу главе секты, а на то, что трехсотлетнее перемирие было нарушено, им как будто плевать. Он вытащил и бросил на стол зашифрованную книгу, влил в фонарь на столе немного ци, зажгя его, и, сев за стол, подумал о пресловутом драконе в комнате. Точнее, о том, что, судя из информации от секты нищих, называет себя Рей.

Он подумал, что если клан драконов стал замешен во все эти происшествия, то стоит ожидать, что города и секты по всему континенту превратятся в кровавые болота, и эта эпоха подойдет к концу, как и все предыдущие. Лю Бай не хотел такого исхода.

Лю Бай пододвинул книгу ближе и открыл ее. У него давно уже не было возможности попрактиковаться в технике дешифровки, в конце концов, древние книги и надписи встречаются достаточно редко или охраняются как зеница ока. Даже старейшине непросто получить к ним доступ. Сосредоточившись, он осторожно направил ци к своему мозгу, активируя технику, и дополнил ее техникой тайного ока, на случай если в книге есть что-то скрытое.

Поначалу символы не поддавались дешифровке, все известные методы ломались словно деревянные мечи о стальную броню. Когда на улице стали щебетать утренние птицы, Лю Бай вспомнил о книге с другого континента, что ему однажды посчастливилось увидеть, он быстро заметил похожие закономерности. Иное направление письма, и смысл заложен не в символы сами по себе, а в группы символов.

Его мозгу требовался отдых, но Лю Бай упорствовал, он должен был получить из этого хоть что-то, чтобы заткнуть немощных старейшин и заставить их шевелиться. Он начал читать, сначала медленно, по букве за раз, но все быстрее улавливая суть, и в конце концов зачитал: Запись... Неважно.

Похоже, я действительно сделаю это. Если я хочу вернуться, то я обязан предать этот чертов мир огню. Пусть я откажусь от своей мечты, пусть так называемая "Империя" хоть сотрет этот мир в пыль, но я больше не хочу... не считаю этих падших людишек достойными его красоты. Сегодня ночью все решится...

Лю Бай был вынужден прервать свою технику, его голова пылала от боли, а из носа капала горячая кровь. Но при этом он улыбался, словно хищник. Вот оно! То, что он и искал! Этого мало, но заставит старейшин признать его правоту хотя бы от части.

***

Лю Бай вернулся к себе еще более рассерженный, чем вчера. Он даже и не думал, что эти старые дураки как один станут утверждать, что этот текст ничего не доказывает, и ни о какой Империи они и знать не знают, а империя смертных и рядом не стояла даже со средней по величине и могуществу сектой.

Он проглотил очередную за сегодня лечебную пилюлю, вновь активировал технику и приготовился читать дальше с места, где остановился. ...Я посажу первое семя, и будь что будет. Жди меня, Утопия.

Лю Бай перевернул страницу и понял, что с текстом что-то не то, как будто он идет в обратном порядке. Но он не жалуется на это и продолжает читать в том порядке, в каком начал:

Запись...

Сегодня погиб мой друг. Тот, кто называл меня братом после спасения от так называемых праведных культиваторов. Которые вернулись, чтобы закончить начатое.

Я устал задавать вопросы. Я уже даже не зол, ведь больше не на кого злиться...

Но неужели это было так необходимо?! Неужели такой грех отличаться от других только тем, что используешь свои доступные инструменты иначе, чем другие?

Все эти культиваторы, культисты, монахи, один другого краше. Все стоят только за себя и стремятся разрушать и убивать.

Теперь я понимаю. Теперь мне ясно. Мать была права, когда она звала меня к себе в первый и последний раз. Теперь все встало на свои места. Я хочу домой. Я [замазано] этот мир.

Мне нужно подумать.

Лю Бай вновь прервался и одновременно получил больше знаний и больше вопросов. Кем нужно быть, чтобы ровнять друг с другом три столпа Нефритовой луны? Он хотел прочитать больше, но его разуму нужен был отдых.

***

Как бы Лю Бай не хотел вернуться к чтению, но культисты Бездонного моря снова атаковали ближайшие города и скрылись до того, как секта отреагировала. Ему пришлось несколько дней искать их в каждой яме, куда они могли спрятаться. По возвращении он пытался надавить на главу секты, но тот лишь отмахнулся, сказав: "Пока не трогают членов секты, мы не будем ничего предпринимать. Больше не покидай территорию секты без необходимости."

Лю Бай мог только сжать зубы и принять приказ главы секты. Он сел за свой стол и вновь принялся читать:

Запись о размышлениях

Шан Сиань сегодня после долгих раздумий решила дать мне одну технику культа Кровавой звезды. Она сказала, что она неполная и досталась от древнего предка, что, возможно, жил в забытую эпоху. Разве это не должно быть слишком ценно, чтобы отдавать первому встречному, даже если он тебя спас?

Она так мила. Я... никогда не чувствовал себя так, как сейчас. Почему? Почему сердце так бьется? Она же даже не из Утопии...

Я не буду использовать семена. К черту их. В любом случае есть еще пятеро, кто может это сделать. Я лучше навсегда останусь в этом мире. С...

Лю Бай нахмурился. Теперь ему стало понятно, куда делся отряд, посланный им за головой принцессы культа Кровавой звезды. Они должны были быть достаточно сильны, чтобы всем вместе иметь возможность бросить вызов одному из старейшин, и даже ему самому пришлось бы нелегко. Он вновь перевернул страницу, желая узнать секреты дракона, который только стал еще ценнее, имея при себе древнюю технику.

Запись о спасении

Сегодня, пролетая над лесом, я увидел, как несколько культиваторов в зеленых ханьфу окружили одну девушку, которая стояла со сломанным пополам зонтом в одной руке и хлыстом из крови в другой.

Сегодня я чуть не убил человека.

Когда я спустился между ними и попытался остановить культиваторов, они назвали меня демоном и напали. Благо я уже закончил изучать ту книгу и быстро прошел несколько ступеней культивации.

Не понимаю, почему говорят, что это трудно?

В общем, я отбился от этих идиотов, но, дав одному из людей пощечину, я случайно задел когтем его шею и... в общем, другие забрали его. Надеюсь, с ним все в порядке. Все-таки это "праведные" культиваторы, как говорят. Хотя я подозреваю, что все здесь преследуют только выгоду

Однако спасенная была вполне искренняя и... почему она продолжает меня смущать?

Лю Бай прервался, поскольку сработала защитная формация и за пределами секты раздался взрыв. Судя по техникам, бьющим о барьер, это были культы Бездонного Моря и Кровавой звезды. Лю Бай ухмылялся. Как он и планировал, стоило только устранить нескольких человек, и все встало на свои места. Теперь ни старейшины, ни глава не посмеют оставаться в стороне.

Лю Бай подошел к тайнику, что он сделанного в полу своих покоев, достал из него камень связи и сказал в него только одно слово: Приступайте.

Улыбаясь, словно демон, он, встав у окна, со сложенными за спиной руками наблюдал, как на защитный купол секты сыпятся дальнобойные техники, уверенный, что в скором времени города этих культистов перестанут существовать под натиском звериной волны, вызванной "духами манящего демона", что он сварил по рецепту, что однажды получил от кого-то, использующего в качестве марионетки зеленого голема с номером 5.

Сила, власть и уважение, которое, как он считал, заслуживал, как обещал некто, уже словно стучались в его двери. Нужно только устроить больше хаоса, пролить немного больше крови.

Смеясь, пока все снаружи носились, как безголовые курицы, он проглотил очередную пилюлю восстановления и продолжил читать, ожидая, что осада будет недолгой.

Запись о встрече

Сегодня я встретился с еще другим драконидом. Я точно помню его на "встрече" и... мы немного повздорили.

Он хотел, чтобы мы объединились и пошли сажать семена вместе, но я не уверен, что хочу этого. Этот мир, как бы он ни был жесток, все еще прекрасен, и я не хочу, чтобы пришла некая Империя и все разрушила. Возможно, разрушила. А может и спасла. Не знаю. Но то, что зовется "Империей", явно не может быть хорошим, сколько бы я об этом ни думал и... что бы ни произошло на "встрече".

Как бы то ни было, еда в этом мире прекрасна. Жаль только, что в этот раз мне пришлось продать последний запасной кристалл маны из моей сумки под видом особо чистого духовного камня. Я, конечно, получил много денег, но если с Сяо Юном что-то случиться...

Мне нужен другой источник дохода.

С каждой страницей Лю Баю становится все легче читать, скоро он полностью освоит этот язык. Высыпав из бутылька последнюю пилюлю, он расплющил его техникой гравитационной руки, еще одного подарка того "благодетеля", и порошок отправился в окно. Лю Бай продолжил.

Запись первая

Дорогой дневник, или как там правильно... Не важно. Спустя два дня полета я наконец встретил поселение местных.

Я опасался, что они могут говорить на другом языке, но я зря волновался. Они действительно говорили на другом языке, но я понимал их? Это из-за флаера? Какие еще в нем могут быть секреты?

Чтобы купить еды, мне пришлось пойти на небольшую хитрость. Я взял золотильную ручку (хорошо, что я не потерял свою сумку) и выдавил из нее золотую нить, которую при помощи манапреобразователя я переделал в ки-нган. Местный скупщик был рад получить эту нить, но пришлось врать, что я нашел ее в какой-то пещере. Странно, но, кажется, он поверил, при этом глядя на Сяо Юна. Надеюсь, он ничего не сделает.

Все здесь странно смотрят на меня, кто-то называет культиватором, а кто-то культистом или демоном. Это... неприятно. Я не фермер и уж точно не какой-то там демон или культист.

Однако, чтобы не выбиваться из образа, который мне придумали местные, мне пришлось купить у какого-то подозрительного старика потрепанную книгу, которую он рекламировал как единственную в своем роде божественную технику "Дух имен и контрактов"

Думаю, меня обманули, но, может, я смогу продать ее где-то еще? Также в каком-то магазинчике купил этот дневник, а в еще одном одежду местных, чтобы меньше выделяться.

Лю Бай перевернул страницу и обнаружил, что это была последняя. Он задумался о технике, вероятно, которая позволила дракону быстро прогрессировать, но он так и не смог понять даже при помощи техники, что такое "флаер". Лю Бай зловеще улыбнулся, потирая руки, думая, какие возможности ему может открыть неизвестный артефакт.

Задание 6: Красная нить

Рей летел на Сяо Юне, понемногу истекая кровью. Он уже проглотил одну из пилюль местных, что они используют для лечения, но то ли она была некачественная, то ли рана в боку была слишком серьезной, но она до сих пор не затянулась до конца. Вечерний горный воздух был ледяным и выматывающе сильным, но он не мог остановиться раньше, чтобы преследователи не догнали его.

В конце концов, заметив внизу пещеру в скале, он решил устроить там привал, перед этим собрав немного хвороста. Пещера была сырой и узкой, что в сумерках делало ее похожей на пасть гигантской черепахи, из которой тек небольшой ледяной ручей. Рей подумал, что, возможно, он не сможет здесь отдохнуть, но, держась за бок и пройдя глубже, места стало достаточно для костра и ночлега.

В освещенном прожектором Сяо Юна пространстве, Рей бросил на голый камень куски, возможно, не очень сухого дерева, тем не менее едва не потеряв сознание от боли, дыхнув на них огнем, они зажглись, давая немного света и тепла.

Рей с трудом сел на голый камень и открыл свою сумку. Глядя внутрь с кислым видом, он заметил, что сумка тоже получила удар и, возможно, защитила Рея от худшего исхода, но теперь в ее стенке длинная прорезь, из которой, видимо, при побеге выпал его дневник, что он писал в этом мире, а также купленная вместе с ним техника культивации, благо все его инструменты были в целости.

"Дух имен и контрактов" странная и наполненная до краев различными, сложными для понимания концепциями, но для Рея она стала откровением и спасением из множества бед, хотя он так и не решился использовать ее на других людях и ограничился ее применением только на себе самом. Рей провел пальцами по единственной, освещенной пробивающимся сквозь разрез светом от костра книге.

"Кровавая звезда". Рей лишь мельком просмотрел эту технику и, судя по всему, она позволяет создавать сферы из крови и частички души владельца, но он так и не понял, в чем ее цель, на месте, где должно быть продолжение, страницы были сожжены. Возможно, поэтому Шан Сиань так просто рассталась с ней.

Рей снова поморщился от боли, одновременно от раны в боку и его сердце. Он взял бутылек с пилюлями, что был зажат между книгой и инструментами, высыпал последние две из них и проглотил, надеясь, что двух будет достаточно, чтобы вылечить рану.

Он откинулся на стену пещеры и прикрыл глаз, слушая, как трещит горящее дерево и тихо журчит ручей. Сяо Юн пытался подбодрить своего хозяина, но который день не находил слов, лишь служа тихим маяком поддержки. Ему тоже приходилось терять, и он понимал, каково это. Рей же думал о Шан Сиань, с которой ему посчастливилось встретиться и с которой он надеялся остаться в этом мире, но теперь, когда ее нет и когда за ним охотятся, Рею не осталось ни места, ни радости в мире, наполненного смертью и алчностью.

Измотанный физически и морально, Рей не заметил, как уснул и проснулся лишь утром, когда костер давно потух и сквозь выход из пещеры забрезжил утренний свет. Он проверил рукой рану, и в целом она затянулась, хотя все еще болит и явно открылась бы во время боя.

Рей ужасно хотел пить и был голоден. В сумке оставался кусок вяленого мяса, но на этом все. В сумке просто не было достаточно места, чтобы взять больше, и приходилось покупать еду либо в поселениях, либо искать по дороге. С водой же проблем не было, целый ручей, хотя он опасался пить из неизвестного источника, наученный горьким опытом, когда у него несколько дней был понос после одной попахивающей реки.

Лишь некоторые звери наблюдали за тем, как из пещеры выходит драконоподобная фигура, которую относят в этом мире либо к клану драконов, либо к демонам и культистам, а вслед за ним вылетает металлическая бабочка. Вместе они взмыли в небо, оставляя после себя лишь одну тень на скалах у входа в пещеру, что местные называли глоткой подземного мира, и никто из них не решался, включая зверей, пить из ручья, что вытекал из него.

Путешествие Рея продолжалось. После того как он посадил первое семя кое-что изменилось. Его связь с флаером стала постоянной, и он ясно, как день, видел, как из его груди выходит серебренная нить, связывающая его со следующей целью. Он понимал, что рубикон пройден, и он не сможет остаться, даже если бы по-прежнему хотел.

День за днем он летел высоко над облаками и спускался лишь для ежедневной практики освоенной техники, небольшого отдыха и ради охоты на зверей или растения. Для него до сих пор остается странным, что в этом мире некоторые растения не прочь полакомиться случайными путниками или животными, но при этом используются в пищу местными. Некоторые из них даже специально выращиваются на фермах, вроде капустуриц или чилизмей.

Вот и сейчас Рей готовил особенно упитанного грибана, пойманного, когда под утро тот пришел в его лагерь в поисках еды. С ним были еще и грибанята, но Рей не решился их трогать, отпустив. Хотя, возможно, они и так и не смогут вырасти.

Отрезая куски от туши, он решил задержаться здесь на пару дней, чтобы заготовить впрок пахнущей трюфелем плоти и как следует потренироваться, возможно, перейдя на следующий этап культивирования. С каждым разом ему все сложнее даются прорывы, но все равно, чтобы не быть беззащитным, Рей не бросает попыток стать сильнее и взять от этого мира все, что может.

В этот момент за спиной Рея зашуршал куст, и, стиснув зубы, чтобы не дать клубам дыма вырваться из пасти, обернулся, готовый дать отпор, но мог только вытаращить глаза, глядя на вышедшую на поляну фигуру с зонтом.

Ну и ну, далеко же ты забрался. Едва догнала тебя, идя по этой нити. Сказало, освещенное светом от костра, до боли в сердце знакомое, ухмыляющееся лицо с веснушками. Кстати, ты где тень потерял?

Следуя взглядом за указывающим пальцем, Рей уставился на место под ногами, где ничего не было. Поднимая ноги одну за другой, он не мог найти потерю, хотя утро в лесу было темным, и он стоял возле костра.

Он мог лишь в шоке и недоумении открыть рот, выпуская облако дыма, восклицая скорее в пространство, чем обращаясь к кому-то конкретно: Какого хрена?!

Задание 7: Непростой попутчик

Рей замахал рукой перед лицом, слегка закашлявшись от необходимости сдержать свой огонь, прежде чем с удивлением и сомнением уставиться на неожиданную гостью, смотрящую с веселым огоньком в глазах, как дракон подавился своим огнем, в то время как Сяо Юн, готовый к новому побегу, немного расслабился.

Рей всплеснул руками, пытаясь подобрать слова: Что? Как?! Нет. Почему вообще ты...

Почему что? Глядя на тоскливый, мечущийся по ней взгляд, Шан Сиань выгнула красную, как кровь, тонкую бровь, в то время как другая была спрятана под такими же, возможно, слишком красными прядями волос. Если ты о том, почему я жива, то разве я не давала тебе технику моего культа?

Рей лишь недоуменно моргнул. И еще пару раз, пока женщина не вздохнула: Похоже, это моя вина. Я слишком привыкла, что у нас все пользуются этой техникой и что слухи о ней распространились далеко за пределами секты, и даже не подумала, что ты можешь не понять.

У Рея возникли вопросы, но осознав, что стоит дать ее присесть, он спешно пригласил ее к костру, попутно неловко извинившись за однообразие готовящейся еды.

Ха-ха, как мило. Шан Сиань присела на лежащее у костра, покрытое мхом бревно, и положила рядом с собой боевой зонт с острым наконечником, который держала в руке, взмахнув которой, она выудила из зеленого нефритового кольца на пальце небольшой походный котелок и бумажный сверток. Я видела еду и похуже. Не вяленое мясо или древесная кора, уже хорошо.

Сидя рядом со своей давней спутницей, что он считал погибшей, Рей не мог не почуять слабый, но очевидный для его обоняния запах крови. Тот самый запах, запомнившийся навсегда, в день, когда ей насквозь пробили грудь мечом.

Шан Сиань, не зная о мыслях Рея и манипулируя ци, собрала из воздуха шар воды, который с всплеском упал в котелок, вставший рядом с жарящимся на вертеле кабаном. Развернув сверток, она бросила в воду брикет сухой лапши со специями.

Пока вода начинала нагреваться, она отбросила назад прядь волос и, повернув голову в сторону нахмурившегося дракона, наконец потеряв свою вечную улыбку, сказала: Это техника воскрешения, Рей. И это не первый раз, когда мне приходится ее применять.

Рей не знал, что ответить, отчаянно пытаясь поверить, находя в памяти подсказки, что были в тексте обожженной книги. Он покачал головой: Я не понимаю. Если это такая ценная техника, зачем было отдавать ее первому встречному?

Шан Сиань горько улыбнулась: Ты не первый встречный, да и она не так хороша, как о ней думают за пределами культа. Она взяла лежащую рядом ветку, сломала пополам и бросила в пламя, глядя в его языки, лижущие котелок. Техника, как ты мог понять, неполная, и мы так и не смогли восстановить ее в первоначальном виде. Каждый раз, когда умерший возвращается из крови, он чем-то жертвует. В первый раз мне повезло, это были волосы, они навсегда останутся цвета крови, теперь же техника взяла глаза. Надеюсь, что только их.

Она повернулась, и теперь, вблизи, Рей действительно заметил, что ее некогда карие глаза налились красным цветом. Они молча сидели, думая о своем, пока грибан наконец не был готов, а вода не закипела.

Пахнущая кровью женщина вновь махнула рукой, выхватив из кольца нож, палочки и две глубокие деревянные миски, в которые она ловко нарезала куски грибанятины. Вновь при помощи ци она подняла из котла две капли легкого, едва заметного, но приятно пахнущего бульона с лапшой и залила их в миски.

Рей не думал, что вновь в этом мире попробует рамен, и был бы счастлив, если бы внутри не было так пусто и хаотично одновременно. В его голове крутились мысли о том, что если бы он знал об этой технике больше, то не стал бы действовать сгоряча, но также он не мог отделаться от того, что ничего бы не поменялось. Он слишком устал от несправедливости и жестокости этого мира. Устал бояться каждого шороха и ждать засады за углом.

Рей не заметил вкуса рамена и мяса, которые исчезли из миски, и, вздохнув, почувствовал влагу на своем лице. Тихий щелчок, звук раскрывающейся ткани, и пасмурные небеса заслонил красный шелк зонта с вышитым на нем, длинным, как лапша, золотым драконом.

Тяжелые капли застучали по обманчиво тонкой и непрочной ткани. Плечи пары, сидящей у костра, соприкоснулись, чтобы зонта хватило на них обоих, хотя одно плечо Рея все равно оказалось снаружи.

Смущенный Рей не мог не вспомнить слова, что Шан Сиань сказала при встрече, о чем и попытался расспросить: Так о какой нити ты говорила?

Теплое, мягкое плечо шевельнулось вверх и вниз, заставляя Рея вздрогнуть. "Ха-ха, ты мне скажи, что это. Разрушил половину города секты Весеннего источника каким-то талисманом, оставив огромную черную платформу с формацией, и сбежал."

Рей повернул голову к ней и открыл рот, чтобы что-то сказать, но она продолжила, глядя в его глаза: Когда была та суматоха с культом Бездонного моря, я была близко и хотела тебя окликнуть, но ты вдруг достал какой-то клочок бумаги, и из земли под тобой вырвались эти черные корни.

Я действительно думала, что снова умру, когда меня ударило и отбросило назад, но как ни странно, после этого я стала видеть эту нить, что куда-то ведет. Она провела пальцем по месту, в котором она, должно быть, видела нить, и Рей будто увидел серебренный блеск, но он быстро исчез. Странное чувство. Будто ее не должно быть, но она существует вопреки всему, что я знаю о ци.

И вновь Рей был в тупике. Могло ли распространиться на нее действие флаера? Он мог лишь предполагать, когда она вновь заговорила, указывая пальцем за спину Рея, обращая внимание на то, что его беспокоило не меньше. На тени бревна, отбрасываемой светом костра, сидел только один силуэт, а не два.

Знаешь ли ты, как опасно лишаться тени? В культе Кровавой звезды знают об этом больше других людей, что просто верят в суеверия. В конце концов, ты не сможешь использовать технику культа, если твою тень кто-то похитил. Она встала с бревна и будто бы поскользнувшись упала на Рея, пытавшегося отстраниться, повалив его на бревно. Ее лицо оказалось в опасной близости от его собственного.

Раскрытый зонт упал в стороне, и голову Рея окружил веер пахнущих кровью волос, что начали промокать из-за дождя, идущего из свинцовых небес. Вспыхнула молния, и грянул гром. Изящная рука прошла по его лицу, заставляя сглотнуть.

Шан Сиань сказала: Не смей умирать. Я тебе не позволю так просто от меня сбежать. Скажи, где ты мог потерять свою тень.

Ему ничего не оставалось, кроме как начать рассказывать о своем пути, что он проделал при побеге из города секты Весеннего духа...

Задание 8: Предательство и контрабанда

Ноги по колено в ледяной воде, что, казалось, должна была бы шуметь при движении, но здесь не было даже эха. Рей и компания вернулись в проклятую пещеру и давно миновали место, где он отдыхал после побега и лечил рану, и чем дальше они продвигались, тем более жуткой становилась пещера.

Сначала потухли факелы, что Шан Сиань взяла с собой. Они отчаянно хлопали своим пламенем, но были не в силах противостоять чему бы то ни было. Затем затихли, а после и вовсе пропали все звуки. Теперь же, отчаянно не хватало света даже от прожектора Сяо Юна. Свет просто не желал находиться в этом месте, и в один момент бездонная чернота поглотила всё.

Рей не знал, как долго они петляли внутри горы и сколько развилок миновали. Как говорила Сиань, мало кто ходил в эти пещеры, и еще меньше тех, кто выбирался обратно. Тем не менее, все же был тот, кто вернулся и смог развеять проклятье. Всего один человек, что сошел с ума, блуждая днями в этой тьме, а может, что-то другое свело его с ума, никто так и не понял, что тот пытался сказать вопя о демонах.

Все глубже и глубже. Сяо Юн едва протискивался, и ему пришлось частично погрузиться в воду. Рей говорил ему остаться снаружи, но тот чувствовал себя ответственным за то, что не смог предупредить об опасности воды, поскольку в своем новом теле он почти ничего не чувствовал, все же продолжая следовать позади.

Так путь продолжался долго, в какой-то момент уровень воды достиг груди, и это был единственный показатель верного направления, сзади за его ханьфу держалась Шан Сиань, чтобы не потерять друг друга, а за ней следовал все больше разгорающийся маяк эмоций и чувств.

Рей хотел попросить Сяо Юна быть потише, но в этот момент послышался шепот. Слабый и почти незаметный, он все усиливался и проникал вглубь сознания. Голоса советовали повернуть назад, говорили, что он ошибся проходом, твердили о его вине и грехах, что он не достоин здесь быть, а также спорили о том, кто первый из них будет пировать.

Рей не сдавался и не слушал злобные голоса. Чему он и научился за всю свою жизнь в Утопии, так это не сдаваться и идти вперед, даже если против тебя сам мир. Однако, в нем все же извивался червь сомнения. Почему он так просто сдался, когда умерла Сиань? Почему он решил бросить этот прекрасный мир? Махнув головой и зацепив рогами стены пещеры, он отбросил сомнения. Для него все решено, и прекрасен этот мир или нет, тот все равно отвергает его. Все в этом мире его отвергали, кроме Шан Сиань.

Погрузившись в свои мысли, он почти не заметил, как дрожащая рука отпустила его одежду, но вовремя спохватившись, Рей обернулся и схватил руку ушедшую под воду. Он вытащил из воды мокрую, как утонувшая крыса, дрожащую от холода Сиань, что продолжала что-то бормотать на его груди, что он чувствовал лишь по движениям ее губ.

Рей хотел что-то сделать, чтобы успокоить ее, но его все больше отвлекали гнев и ненависть, исходящие от его фамильяра. Не успел он что-то отправить ему в ответ, как его ослепил яркий оранжевый свет, так не похожий на белый свет прожектора.

По пещере пронесся болезненный визг и грохочущий голос, от которого, казалось, сотрясались стены: ЖАЛКАЯ ДОБЫЧА! Шепоты, казалось, в ужасе замолкли. Как вы посмели напасть на хозяина Нергалшумукина и самку хозяина?!

Привыкнув к яркому свету, Рей краем глаза заметил, как вдаль, по стенам пещеры, уносятся черные полосы, похожие то ли на змей, то ли на червей, а прямо на его плечо, сияющий в оранжевом свете прожектора, сел прозрачный, взъерошенный, щелкающий от злости клювом ворон.

Пара, что наконец может ясно мыслить и видеть, в шоке уставились на птицу, и слова сами вырвались из Рея: Сяо Юн? Это ты?

Ворон мгновенно собрался, спрыгнул с плеча и, встав прямо на черную, как бездна, воду, куда почти не проникает яркий оранжевый свет, сделал реверанс, махая крылом: Скромный слуга приветствует хозяина. Пусть и недолго, но я стану вашим стражем в этом жалком подобии царства теней и душ.

Рей, сжимая в объятьях Сиань, что и не пыталась отстраниться, смотрел на большого ворона, от которого двоились чувства, что он получал со стороны дрона, и не мог сомневаться в нем, и все же Рей спросил: Почему ты показался только сейчас?

Ворон вздрогнул и поклонился еще ниже, прося прощения: Я не мог показать свой истинный облик. Голем из плана хозяина слишком сильно пропитан энергией Духа, и ваш верный слуга мог действовать лишь так, как хотела программа. Однако здесь, погруженный в темные воды, я наконец достиг равновесия и сломил волю, заложенную создателем голема!

Рей нахмурился от слов Сяо Юна, понимая его только отчасти, и мотнул головой, отгоняя лишние мысли. "Как долго ты сможешь держать свет включенным?"

Ворон, казалось, улыбнулся и, ничего не говоря, полетел вперед, садясь на краю освещенного пространства и вылавливая из тьмы за пределами жирного червяка, который, отчаянно извиваясь, исчез в оранжевом свете клюва ворона. Кажется, что граница тьмы снова отступила в страхе перед Сяо Юном.

Сиань пошевелилась, и Рей только сейчас заметил, что сжимает ее, не давая встать. Отпущенная, она встала и, как могла, поправила мокрые волосы, мотнула головой в сторону границы света и медленно пошла, создавая волны в воде, что почти достигала ее шеи, намереваясь продолжить путь. Рей пытался заговорить с ней, но она либо не слышала его, либо делала вид, что не слышит.

Они продолжали путь. Тьма и шепоты больше не были помехой, и в какой-то момент Рею пришлось взять продрогшую и слишком сильно погрузившуюся в воду Сиань на руки, чтобы она не захлебнулась. Однако уже совсем скоро узкие проходы и развилки закончились, и впереди замаячил голубой свет.

Выйдя на открытое пространство, перед троицей открылся вид на древнее сооружение, похожее на храм. Его колонны поддерживали потолок пещеры, однако кое-где, всё же не выдержав, пара колонн обрушилась. Свет же исходил от свисающих с колонн на золотых цепях жаровен с голубым пламенем.

Поднявшись по ступеням лестницы храма, по центру которой был желоб с текущей по нему водой, пара обнаружила наверху круглую арену с бассейном в центре и статуей какого-то выглядящего мудрым божества, сидящего на троне с видневшейся на нем надписью, что Рей не смог прочитать. Статуя держала в одной руке свиток, а другой указывала на бассейн, в который из дыры под троном по желобу текла черная вода.

Компания приблизилась к круглому бассейну, и вода в нем забурлила. Из черных вод поднялись две не менее черные фигуры. Один драконид с острыми когтями и исходящим из пасти черным дымом и женщина с красными, как кровь, волосами и глазами, чей черный зонт и кровавый хлыст были готовы к бою.

Рей только сейчас обратил внимание на то, что в оранжевом свете прожектора не было тени Шан Сиань, и, зарычав, приготовился к бою, когда сверху с оглушительным карканьем пронесся оранжевый ворон, мгновенно разрывая тени в клочки и забирая лапами два черных сгустка, что он сбросил, пролетая над головами героев.

Сгустки теней врезались в своих владельцев, и под ними снова начали растекаться тени, рабы своих тел. Тем не менее Рей чувствовал что-то новое. Его глаза не стали острее, а слух четче, но он стал видеть и слышать сквозь окружающую арену тьму, замечая на стенах ковер кишащих там тварей, от видимых им ранее змей и червей и до различных насекомых, что едва слышно перебирали своими лапками. Но также он заметил, что за ними наблюдают и другие, более страшные на вид теневые твари, скалящие свои пасти, клювы и рты, стоя подле статуи. Статуи, что обратилась уродливым демоном.

Какая гадость. Рей наконец услышал слова Сиань, что скривилась от отвращения.

Однако в этот момент одна большая тень выскочила на арену, что заставило ее потерять четкость, но все же, теперь на вид гнилая собака с криком Предатель! бросилась на Сяо Юна. Впрочем, войдя в оранжевый свет, она рассыпалась без остатка. Остальные тени скалились, но больше ничего не предпринимали.

Рей заметил, что с теней, его и Сиань, упало что-то еще. Это были кожаный на вид свиток и золотой ключ. Однако не успев подобрать их, Сяо Юн сосредоточил на них свет. Вещи не выдержали и, задымившись, превратились в теневых насекомых, что быстро сгорели.

Обратный путь выдался на удивление простым. Черная вода больше не делала каждый шаг тяжелым и медленным, однако ближе к середине пути вода вновь будто стала обычной, вернулись обычные зрение и слух, а также пропал оранжевый свет и ворон летящий на дроне впереди, сменившись привычным белым светом прожектора дрона.

Выбравшись наружу и увидев солнечный свет следующего дня, дрожащая от холода Шан Сиань поклялась больше никогда не помогать всяким идиотам возвращать их тени. Остаток дня они провели, суша одежду у костра, и если у Сиань был запасной комплект в ее кольце, то Рей давно избавился от своего комбинезона из-за нехватки места, и ему пришлось сидеть у костра почти полностью обнаженным.

В это время Сиань, вопреки ожиданиям Рея, не стала смущать его больше обычного, а вместо этого настояла на изучении им техники кровавой звезды. Только сейчас, достав книгу из сумки, он понял, что она полностью промокла и была испорчена. Тем не менее вздыхающая от потери женщина не успокоилась и, сев прямо за ним, положила руки на его спину и, на мгновение промедлив, заставила следовать за ее потоком ци, запоминать и учиться.

Ближе к ночи Рей наконец освоил то, что пыталась втолковать ему запыхавшаяся Сиань. Под ее словесным руководством он вытянул руки вперед, и, сосредоточившись, перед его ладонями сформировалась красная от крови сфера, размером с мяч для гольфа. От следующего шага Сяо Юн запротестовал и пытался остановить его, но он продолжил.

Красная сфера сжалась до размеров жемчужины, и, почувствовав укол где-то внутри себя, Рей чуть не потерял контроль, но удержав его, все же закончил, спрашивая Сиань: И что теперь?

Шан Сиань устало махнула рукой: Просто проглоти это. Или оставь в безопасном месте, но не думаю, что у тебя есть культ, который защитит эту вещь.

Вымотанный физически и морально Рей не обратил внимания на пытавшегося что-то сказать Сяо Юна. Полностью доверяя своей спутнице, он бросил жемчужину в рот, проглотив ее. Он не ощутил ничего особенного, но Сиань заверила его, что она сработает, хотя Сяо Юн странно смотрел на нее.

На следующее утро они отправились в путь, следуя за серебренной нитью. Рей летел на ворчащем Сяо Юне, подстраиваясь под скорость более медленной женщины, летящей, стоя на раскрытом красном зонте.

Пережив вместе слишком многое, Рей все же решился рассказать Шан Сиань о том, что значит серебренная нить и откуда он на самом деле. Шан Сиань вначале выглядела удивленной и расспрашивала об Утопии и остальных вещах, но в какой-то момент стала выглядеть отстраненной и задумчивой.

Спустя несколько дней полета Рей и компания заметили висящую в воздухе, светящуюся желтую сферу. Они переглянулись, и Сиань применила какую-то технику для снятия иллюзий, а после для обнаружения ловушек, но не заметив ничего странного, они все же подлетели к сфере. Однако, как только они приблизились, сфера внезапно распалась на множество нитей, ставших сетью и мгновенно опутывая компанию, заставляя их потерять контроль над ци.

Шан Сиань падала, утягивая за собой Рея и Сяо Юна. Крылья Сяо Юна запутались в сети, и он не мог полноценно летать, тем не менее ближе к земле он все же смог перенаправить мощность и затормозить. Это и ветви деревьев не позволили им разбиться, приземлившись посреди леса. Не давая им опомниться, из-за деревьев стали выходить люди, одетые в зеленые одежды секты Весеннего духа.

Послышались хлопки и голос: Ну и ну, заставили же вы нас поволноваться. Мы следовали за вами, однако в какой-то момент вы пропали. Было бы жаль тратить попусту артефакт из необычной золотой нити, что я заказал у одного мастера.

Человек в расшитом зеленом ханьфу достал из-за пазухи книгу, что Рей тут же опознал как его дневник. Человек широко улыбнулся. А теперь, раз вы полностью в моих руках, не изволите ли поведать все ваши секреты?

Задание 9: Новый рассвет

Рей зарычал от гнева, вызывая смех и удар ботинком под ребра от тщеславного человека, что в итоге получил его дневник. Ха! Даже не пытайся что-то сделать, жалкая рептилия! По словам мастера, сделавшего этот артефакт, в этой сети даже дракон не сможет использовать свою ци.

Глаза Рея словно застила желтая пелена. Каждый раз, когда он думает, что что-то начинает налаживаться, находится то, что попытается сломить его волю, даже ки-нгановая нить, что он продал в одном из поселений, оказалась против него. Когда он готовился выплеснуть свое пламя, Рей действительно обнаружил, что не может собрать и крупицы своей ци, но это ему было и не нужно.

Рей вспомнил напутствие своей матери, что в первый и последний раз позвала его к себе давным давно. Массивная лазурная драконица тогда сказала, что Рея всегда будет преследовать его драконья сущность. Когда он несчастен. Когда его не уважают. Когда его подавляют. Когда забирают то, что он считает своим. Его драконье наследие это благословение и яд. Яд, который сгубил многие поколения драконов, что в старом мире издревле считали себя первыми под небесами.

Рей тогда поклялся, что никогда не станет потворствовать зову крови, что не станет алчным разрушителем и причиной страданий. Но теперь, когда его кровь бурлила, его тело, жаждущее силы и не способное получить ее из ци, нашло другой источник. Его собственную волю.

Пока человек и Шан Сиань обменивались колкостями и ударами, боевой дух и вера Рея в себя, помноженные на его ярость, обрушились на этот мир в виде ярко-желтого пламени.

***

Старейшина Лю бай

Лю Бай был вне себя от радости. Охота на дракона наконец успешно завершилась, да еще и в придачу к нему он заполучил себе в руки одну из последних последовательниц культа Кровавой звезды.

Пинать и оскорблять дракона оказалось не так весело, как он думал, поскольку эта рептилия, осознав свою беспомощность, по всей видимости, столкнулась со своим внутренним демоном. Лю Баю было любопытно, сколько людей нужно было убить, чтобы, потеряв бдительность, сразу получить такую реакцию.

Тем не менее он вдоволь насладился шоком наследницы культа Кровавой звезды, когда он высыпал перед ней разбитые остатки кровавых жемчужин, которые он лично достал из хранилища в их поместье, в разрушенном от устроенной им звериной волны городе.

Лю Бай хотел поглумиться еще немного, прежде чем начать пытки, но успел почувствовать что-то неладное и вовремя отскочил в сторону, однако его личному ученику, стоявшему прямо позади него, повезло меньше. Ярко-желтое пламя, вырвавшееся из пасти дракона, даже не заметило артефактную сеть и, пронеслось вдаль плотным потоком. Оно сожгло в пепел и ученика, которого он растил в качестве своей замены, на тот случай когда он захватил бы власть в секте Весеннего духа, и деревья в половине ли за ним.

Лю Бай не стал медлить. Пока сгорающая, как порох для фейерверков, сеть падала, он уже выхватил из нефритового кольца свой любимый меч и нанес непокорному дракону удар. Удар, который тот даже не почувствовал, когда меч со звоном ударился об источающую желтый дым чешую.

Он вновь отскочил, когда перед его лицом пронеслись драконьи когти. Лю Бай с удивлением наблюдал за преображением дракона. Он никогда не видел подобной техники и даже не чувствовал ци, что была вечным спутником любых живых существ и тем более культиваторов.

Все тело дракона было покрыто желтым дымом или туманом, сквозь который не проникали никакие техники остальных его учеников. Когда пал еще один человек, разорванный когтями, его глаза встретились с глазами дракона. В его светящихся желтым светом глазах читалась первобытная ярость существа, которое в легендах всегда сопровождалось вымиранием целых стран и континентов. Теперь Лю Бай осознал неземную мощь, пусть и молодого, но дракона.

Он приказал всем своим людям активировать ци меча и не жалеть сил, чтобы изгнать зло с континента, и сам поступил так же. Это была сложная для освоения техника, которая обязательна для культиваторов высокого уровня, но даже так первые два попадания покрытыми ци мечами его учеников не принесли ничего, кроме быстрой смерти одного из них и оторванной руки у другого. Однако третий все же пробил странный туман, оставив порез на чешуйчатой морде.

Лю Бай вновь улыбнулся, ринувшись в атаку, уверенный в победе, он вложил в удар больше ци и почти достиг цели, когда сверху, куда сбежала девчонка-культистка на железном мотыльке дракона, в его меч ударил кончик кровавого хлыста, отвев клинок в сторону от горла зверя, и тот всего лишь задел его плечо. Раненый зверь взревел, и Лю Бая и остальных трех выживших учеников отбросило в сторону волной желтого тумана.

Вставая на ноги, Лю Бай намеревался продолжить бой, когда закашлялся, и вены в его теле начали гореть. Он решил, что туман был отравлен, и хотел приказать ученикам отступать, но обнаружил, что они уже мало походили тех, кого он знал. Эти люди покрывались язвами и мутировали прямо на его глазах, превращаясь в чудовищ и набрасываясь друг на друга.

Лю Бай не мог ничего сделать, кроме как отступить обратно в секту, собрать людей под эгидой защиты мира от чумного дракона, из боя с которым он вышел бы героем континента. Встав на меч и ринувшись вперед, ускоряя себя техникой гравитационной руки, он не обращал внимания на затихающие крики вдали, он сможет вырастить новых верных учеников, связанных контрактами на их именах.

Когда он уже был уверен, что оторвался, он обернулся, чтобы убедиться, но не поверил своим глазам, когда прямо за его спиной уже заносило кулак крылатое чудовище. Удар был сильным, и его бросило прямо на поляну, окруженную цветущими сакурами. Вставая и призывая свой клинок обратно в руку, он, ощутив укол страха, понял: всё или ничего.

Умри, животное! Лю Бай бросился на приземлившегося дракона, вкладывая в удар всю свою ци и дополнительно подталкивая меч гравитационной рукой.

Туман дракона в этот момент не был достаточно плотным из-за преследования, и клинок почти без сопротивления вошел в его плоть по самую рукоять, пронзая сердце. Тем не менее он не улыбался.

Это... Несправедливо. Произнес, плюясь кровью, человек, что просто хотел быть великим спасителем, чтобы его славили и почитали в веках как героя.

***

Оба тела падали одновременно. Человек так и не отпустил меч из руки, из-за чего из оставленной им раны хлынула кровь. Драконид же сжимал в окровавленной руке сердце своего врага. Оба упали на спину, не способные встать, осыпаемые сверху лепестками сакур, поднятых ветром. Рей подумал, когда желтая пелена наконец начала спадать, что этот мир не заслуживает носить на себе таких людей.

***

Шан Сиань, летящая на полной скорости на Сяо Юне, который подхватил ее в начале сражения, когда она еще не могла собраться с силами, по-прежнему не могла отойти от шока. Ее отец, мать, друзья и знакомые, чьи кровавые жемчужины она узнала, вероятно, мертвы или скрываются. Она почти ничем не смогла помочь в бою против вероломных ублюдков, нарушивших мирный договор. И, видя, что происходит с нападавшими, она не могла заставить себя приблизиться, чтобы остановить Рея.

Теперь же, когда туман рассеялся, она поспешила вниз, но обнаружила лишь два бездыханных тела. Жемчужина Рея уже должна была подействовать, и пусть он навечно был бы связан контрактом с ее культом, из-за того, как модифицировала ее семья неполную технику, он должен был придти в себя. Однако он все еще лежал на земле, окруженный лужей крови и лепестками, плавающими в ней. И подле него, будто верный пес, опустился Сяо Юн.

***

Его сознание было как в тумане. Парня окружали завихрения различных цветов, сталкивающиеся друг с другом, будто копья:

Желтое Такое знакомое. Острое, стремительное и властное.

Синее Исходящее из сердца. Чудесное, сказочное, обещающее порядок.

Оранжевое Рожденное из связи душ. Тихое, но теплое, маяк, преисполненный чувств.

Красное Его собственная кровь. Оплот роста и изменений, хрупкий сосуд.

Голубой Мечты, что он лелеял. Счастье и любовь, взращённые, но не понятые.

Зеленое Знания, полученные им. Лица, имена, названия и концепции, что с холодной точностью проносятся, словно фильм.

Фиолетовое Незнакомый, хаотично мечущийся туда-сюда огонек, что, кажется, вот-вот исчезнет.

Серебро Флаер, ведущий в путь.

Золото Полураскрытый глаз, что тем не менее вечно бдит.

Гниль Исходящая откуда-то изнутри красного копья, постепенно переплетающая свои усики с первыми и сильнейшими.

Парень не знал, что происходит, это было вне его понимания. Признавшись в этом, зеленое копье тут же получило повреждение, и корни крепче схватили его, отчего вспыхивали в памяти моменты, когда он был несчастен. Он испугался происходящего, и желтое последовало за зеленым, заставляя признавать свою никчемность.

Оранжевый маяк осветил его, передавая надежду, высекая искру, что разгорелась ярче, столкнувшись с голубым. Редкие моменты из Утопии, удивление чудесам нового мира, любовь, цветущая внутри. Оранжево-голубое копье пронзает зеленое, порча отступает, и три копья, работая сообща, одолевают желтое, включая и его в борьбу.

Фиолетовое копье незаметно примыкает, вплетая себя во вновь формирующийся союз, словно смазка, подпитываемая и питающая. Многоцветное пламя уносит с собой синее копье, возвращая себе форму и скрепляя их, как клей.

Направленное в последний оплот порчи и запущенное вперед, оно оплетается сорвавшимся с места флаером, формируя наконечник, а глаз придает всему больший вес. В мгновение ока красное копье пронзено, отчего у Рея вспыхивает боль от пронзенного сердца, но при этом он чувствует себя странно завершенным.

Гниль летела вдаль, вытесненная и неспособная ни за что ухватиться. Для нее не было места. Глаз, оставшийся на лбу сформированного Рея, раскрылся шире. Горя непримиримой враждой, глаз взял под контроль Рея, схватил его рукой флаер и, оторвав семя, бросил его в источник порчи.

Семя не стало формировать магический круг или что-то еще. Разорвавшись в пыль, бумажка приняла вид миниатюрного копья с длинным лезвием, и, пронзив порчу, они оба исчезли без следа.

Глаз отпустил Рея и вновь прикрылся. В странном сочетании всех своих частей он глубинно понимал, что произошло и почему, хотя и не мог сформировать как мысль и оформить в слова, словно запрещено само упоминание этой порчи.

Рей хотел выбраться, очнуться, однако ему нужно было разобраться с еще одним делом. Он умирал. Туманное пространство вокруг него постепенно разрушалось, время брало свое. Но это ничего не значило для Рея. Вдохновение и воля шептали ему, разум подсказывал, а душа пела, пока плоть действовала.

Рей всегда хотел помочь Утопии и ради этого старался как мог. И только в этом мире он понял, как он мог бы это сделать по-настоящему, и не будь в этом мире зла, то, вероятно, он и не знал, что ему делать. Техники и знания, что он приобрел по пути через испытания и движения вперед, вспыхнули перед ним, накладываясь друг на друга, формируя нечто новое. Контракт, что будет служить и оберегать всех, кто с ним связан, становясь сильнее от каждой новой связи.

Желтая воля легла в основу, сшитая серебренной нитью, еще одного оторванного семени, с мечтами снаружи и душой изнутри. Получившаяся сфера была еще пуста, и наполнил ее Рей, как инь и ян, фиолетовым и синим. Хаос и порядок закружились в вечном танце, а прослойка холодных знаний защищала их равновесие.

Кровь, что так быстро остывала, взметнулась вверх, облепляя жемчужину сверху, защищая от угроз. Рей ткнул пальцем в закрывающийся золотой глаз, вызывая от него волну раздражения, но все же он обдал своим сиянием получившуюся новую жемчужину. Звезда Пути, как он решил ее назвать, вспыхнув, затянула рану Рея, потеряв свой золотой блеск и часть насыщенного желтого цвета и теплого света. Но тем не менее, не разрушившись окончательно, она зависла над его окровавленной грудью, под голубым небом и в окружении розовых лепестков, носимых ветром.

***

Шан Сиань не находила себе места, в панике ходя по кругу. Рей все не возвращался, и спустя несколько долгих, как годы, минут она была уже готова пожертвовать годами своей жизни, только чтобы насильно сформировать новую Кровавую жемчужину из крови и части души дракона, что еще была где-то там, но в итоге в шоке уставилась на происходящее.

Бездыханное тело подняло руки к небу, и перед ними вспыхнуло желтое облако, что с каждым ударом ее сердца становилось все плотнее, а кровь, растекшаяся по земле, взметнулась вверх, втягиваясь в сферу. Однако чудеса не закончились, тело Рея открыло глаза, сияющие золотым светом, и сфера, окрепнув, полностью сформировалась, сияя как маленькое солнце, разгоняя ци поблизости, от чего ее будто ударило мягкой теплой подушкой, легко, но неумолимо.

Однако это чувство почти сошло на нет, когда, вспыхнув, шарик направил золотой луч на рану Рея, полностью исцеляя ее. Сам же Рей в это время отчаянно хватал ртом воздух, и его чешуя приобретала новый цвет. Цвет золота, что его исцелило. Глаза Шан Сиань сами собой наполнились влагой, но когда она хотела заключить Рея в объятья и больше не отпускать, он отстранился.

Рей, это же я! бросила она в отчаянии и стремлении вернуться. Рей же, глаза которого все еще немного сияли золотом, достал свой странный талисман из сумки и, оторвав кусочек, бросил прямо в нее.

***

Рей, будучи лишь сторонним наблюдателем, смотрел, как его тело, вновь не подчиняясь ему, бросает вспыхнувшее золотом семя в Сиань. Копье пронзило ее тело, и лишь после этого его голова кивнула, и он бросился вперед, подхватывая пронзенное, но не раненое тело Шан Сиань. Тем не менее он чувствовал, как ци уходит из ее пронзенного даньтяня, и она становится все слабее.

Пока она угасала на его руках, уже в ее глазах зажегся золотой свет. Она подняла руку, и серебренная нить, вырвавшись из нее, соединилась со Звездой Пути, от чего та угасла еще сильнее, но в то же время став чуть больше.

От сферы последовал толчок. Вся оставшаяся ци в теле Шан Сиань была исторгнута, а ее волосы и глаза приобрели золотистый цвет. Ее губы разомкнулись, и за тем последовало: Чудеса бесплатные оплачиваются тем, чего лишаться не стоит. Живите и любите, умирайте и чтите. Не пытайтесь вернуть навсегда утраченное, иначе отвратительное эхо порчи вновь отравит вас.

Свет ушел, оставив после себя лишь совершенно обычных женщину и мужчину, без толики местной культивации. Они слились в объятьях, не в силах отстраниться друг от друга. Так пролетели минуты и часы, молча и говоря обо всем, что их беспокоило и ранило, веселило и делало счастливыми. Когда они в конце концов напитались теплом друг друга, то наконец заметили, что будто чего-то не хватает.

Сяо Юн все еще лежал в траве рядом с тем местом, где до этого упал Рей. Тихий и безмолвный. Раньше он всегда был где-то рядом, его эмоции были для Рея постоянными комментариями ко всему, что случалось с ними в путешествии, с каждым прошедшим днем понимая его немного лучше.

Боясь худшего, Рей и Шан Сиань поднялись и подошли к Сяо Юну. Рей пытался дозваться до своего друга и фамильяра, но не получал ответа. Лишь положив дрожащую руку на его корпус, Рей почувствовал отголосок связи, что оставалась между ними, что понемногу затихала, уходя внутрь, будто сам Сяо Юн понемногу становился все меньше.

Рей знал, что ему могло бы помочь. Он сразу вспомнил ту черную воду, что сделала его сильнее, однако он также вспомнил и тварей, что жили в той пещере. Не было никаких гарантий, что они не навредят Сяо Юну, пока он слаб, и Рей боялся, что они просто не успеют туда добраться.

Рей, в отчаянии от истончающейся связи, схватился за рога, не зная, как поступить. Что же делать? Он ведь так совсем исчезнет. Он не может вот так...

Шан Сиань положила руку ему на плечо, показывая другой рукой на бледно-желтую сферу, что висела в воздухе рядом. Как насчет этого? Может, она и ему поможет?

Рей мотнул головой, почти отбрасывая этот вариант, однако остановившись, он подумал о том, чем является Сяо Юн. Раньше он лишь подозревал, что он не может быть сгустком сознания, что иногда захватывают предметы, но теперь он знал наверняка. Он тень. Такой же, как и те в пещере, но при этом неуловимо другой.

Рей не мог сказать наверняка, почему Сяо Юн застрял в дроне, но, судя по тому, что тот говорил, это связано с самим дроном и волей его создателя. Он вспомнил школьные дни, когда его класс водили на экскурсию на фабрику по синтезу материи. В то время все еще использовались камни маны, которые производили драконы, но в связи с увеличением потребления энергии заводы в последствии стали питать желтым туманом, поднимая его с поверхности. Что одновременно на время решило проблему поднимающегося тумана и нехватку энергии растущего города. Однако как было известно желтая энергия не была чистой, но никто так и не смог сказать каким образом.

Рей вернулся из воспоминаний и решился. Если дрон и Звезда Пути в своей основе одно и то же, то стоит хотя бы попытаться. Он схватил парящую рядом сферу и поднес ее к корпусу Сяо Юна. Он приложил ее в одном месте, в другом, в третьем. Где бы он ни прикладывал сферу, Рею казалось, что связь ушла слишком глубоко.

Он выхватил из сумки инструменты, не заботясь о разрезе от меча, разорвавшемся еще сильнее от грубого движения. Рей сел перед Сяо Юном и принялся за работу. Он делал это однажды и сделает снова, нужно лишь успеть.

Рей торопился, его инструменты были слишком медленными, и, теряя терпение, он срезал углы там, где мог. Вырвал крышку там, сорвал панель на последнем болте здесь. Его сердце бешено колотилось, пока корпус наконец не разделился на части, и он не смог поднести Звезду Пути к месту, где еще оставалась связь с его верным вороном.

Вспыхнула искра. Вырвалось пламя, охватившее все магискриптовые платы, и теневой сгусток засосало, внутрь сферы, словно пылесосом. Какое-то время она тряслась и переливалась черным, будто ослабленный фамильяр сражался с чем-то внутри. Тем не менее спустя время все вновь успокоилось, и чернота уступила место желтизне Звезды Пути.

Рей беспокоился, что мог совершить ошибку, но нет. Он чувствовал связь, что была между ним и Сяо Юном, просто он спал. Хотя Рей и не был уверен в том, что он когда-либо делал это прежде оставаясь всегда на страже по ночам.

Он хотел отпустить Звезду Пути, чтобы она парила рядом, но чуть не уронил на землю. Из-за сражения внутри она так ослабла, что не могла поддерживать себя в воздухе.

Рей и Шан Сиань переглянулись. Дрон уничтожен. Шан Сиань больше не культиватор. Они не могли легко добраться до следующей точки назначения. Рей либо должен был нести Сиань в руках во время полета, либо они, как обычные люди, продолжат путь по земле.

***

Из рассказа нищего с золотыми глазами

Во многих городах и деревнях встречали странную пару из золотого дракона и золотоволосой и золотоглазой женщины, что проделали путь от подножья восточных гор через центральные равнины и до великой западной пустыни. Некоторые люди сравнивали дракона с тем, что был на листовках розыска, распространяемых сектой Весеннего духа, но то был лазурный, а не золотой, поэтому беда на время обошла пару стороной.

Только наша секта нищих как всегда продолжала собирать информацию и передавать ее тем, кто был готов платить хе-хе. В какой-то момент пару дополнил парящий вокруг них артефакт, и секта Весеннего духа, напавшая на след, желавшая мести за своего старейшину и сильнейших учеников, наконец настигла их. Трое старейшин и сам глава секты устроили засаду, но, по слухам наблюдателей, никто из них не смог приблизиться к сияющей, как злобное солнце, сфере, что осушило ци в округе и разрушило культивацию нападающих.

Что? Нет. Эти культиваторы тогда выжили. Их оставили на обочине дороги беспомощных и растерянных. Но век их все равно был недолог. Пытаясь вернуться в свою секту, их путь пересекся с лесными бандитами, и старики, что не могли как следует держать оружие без поддержки ци, остались в том лесу кормить зверей. Тьфу. Какая ирония. Поделом им.

Что было с парой дальше? А, так это. Однажды к ним желтая ворона приблудилась. Мелкая такая, но, по слухам, нрав у нее еще тот, никого и близко к хозяевам не подпускала. А после того как они собрали припасы у ближайшего к пустыне города, их и след простыл. Нашим делать в пустыне нечего, а в городах их после этого не видели.

Не извольте волноваться, кровавый господин. Этот нищий считает, что с ними все будет в порядке. Лучше дальше продолжайте снабжать бедных нищих золотом, хе-хе.

Что? Да никогда такого не было. Я стекл, как трезвышко! Золото всегда идет в нужные руки, ха. Но запомните мои слова, грядут сложные для всех времена.

***

Рей и компания лишь ближе к вечеру добрались до места назначения. Они встали перед большим барханом, на вершине которого обрывались их нити. Им пришлось пройти весь континент, чтобы добраться сюда, и много чего случилось за месяцы пути, но главное то, что Сяо Юн проснулся, а через время он смог сформировать свой образ. Он был опечален, что снова стал вороненком, да еще и пожелтел в придачу, говорил, что если кто узнает, то засмеют.

Сяо Юн не мог покинуть пределов границы Звезды Пути, но Рей верил, что однажды она вырастет и ему станет удобнее. Тем не менее, поднявшись на вершину песчаного холма, что осыпался при каждом шаге, Рей оторвал от флаера одно из двух оставшихся семян и, наклонившись, положил на песок.

Весь бархан задрожал и пришел в движение, теряя высоту. Когда высота заметно снизилась, показались черные, будто мясные, корни, которые складывались в символы и круги, зарастали небольшой черной платформой и вновь расширяясь вовне. Так продолжалось, пока платформа не достигла километрового радиуса и неизвестно как глубоко уходя под песок.

Ни Рей, ни остальные не решались находиться близко к платформе, поэтому они отошли на приличное расстояние как раз к моменту, когда символы на платформе зажглись пустотным сиянием. Рей вновь взял флаер в руки, так и не увидев следующего пункта назначения в виде серебренной нити, но и с ним тоже не было никакой подсказки.

Однако ответ не заставил себя долго ждать, воздух вокруг словно вибрировал от энергии, что скапливалась в центре платформы. А затем что-то содрогнулось. Рей не понял, что именно, но из центра платформы вырвался черный луч, устремленный в небеса. Достигнув некой точки, луч разветвился на четыре части, что соединились с другими лучами вдалеке. Вновь последовала непонятная дрожь, когда в ячейках между лучами вспыхивали коллосальные символы и магические круги, а после все пришло в норму, и черный свет полностью погас.

Рей не знал, сможет ли он когда-нибудь увидеть Сиань вновь, и, повернувшись к ней, она уже смотрела на него, понимая, чего он хочет, без слов и без сомнений. Рей и Шан Сиань сблизились и не могли видеть того, что происходило над ними.

Пока им было не до мира вокруг, лишь один ворон, сидя на парящей желтой сфере, наблюдал, как за пределами планеты, в звездной выси, открывались врата и из них, один за другим, выплывали черные с золотом космические корабли, что были один другого больше, и рои тех, что поменьше, приближались к планете, а далее, проносясь стройными звеньями по уходящему в закат небу.

Задание 10: Без масок

Золотой глаз, состоящий из простых линий, открылся на цветастом, дешево выглядящем флаере, лежащем в кое-как заштопанной сумке. Увидев происходящее снаружи, как будто преград для него не существовало, зрачок глаза закатился, проехав из одного уголка в другой. Когда снаружи стало спокойнее, зрачок сосредоточил внимание на последнем оставшемся семени, и всё вокруг поглотила золотая вспышка.

***

Рей проснулся на своей кровати в той неудобной позе, в какой он на нее упал вчера, хотя по его ощущениям сон длился полгода. Он никак не мог разлепить глаза, и все вокруг казалось ему мутным, как в туманном полумраке.

Поднимаясь, он зацепился рукой о какой-то предмет, лежащий на кровати. Он был холодным и гладким на ощупь, со знакомыми выпуклостями. Серебренный амулет его отца. Должно быть, старый шнурок порвался, когда он с Сяо Юном уходили от погони, а после выпал из-под комбинезона. Он машинально открыл сумку и положил амулет внутрь.

Пошатываясь, как от похмелья, и ругаясь про себя из-за всех тех предметов, что лежали в его новой квартире в незнакомых местах, Рей пробирался вглубь квартиры. Он больше ориентировался по стене, которой он касался рукой, чем полагаясь на зрение, пока наконец не добрался до приоткрытой двери, через щель которой вырывался узкий луч света.

Он не стал думать, почему дверь в ванную похожа на гермодверь, вероятно, кто-то просто посчитал отличной идеей сделать дополнительную безопасную зону в ванной. Рей нащупал рукой панель управления, но дверь не реагировала, словно обесточенная. Но он ясно видел свет внутри комнаты, значит, это просто сломалась дверь.

Ворча о том, что ему вечно приходится что-то чинить, он плюнул на это и просто взялся за створки руками. Раз, и створки распахнулись.

Однако радость о том, что дверь не тяжелая, была омрачена. Внутри, или, скорее, уже снаружи, была еще одна открытая гермодверь со слепящим светом снаружи.

В панике пытаясь зажать руками нос и рот, чтобы не дышать, и после быстро найти респиратор, он немного привык к свету и с удивлением обнаружил на парковке перед входом сияющую, словно солнце, сферу, на которой сидел смотрящий на него с удивлением желтый ворон.

Рядом же стояла женщина с золотистыми волосами, одетая в красную одежду, будто взятую с исторической реконструкции. Женщина, которую он, по необъяснимой для него причине, безумно рад был видеть. Та с удивлением осматривала город своими золотистыми глазами.

В голове Рея будто что-то щелкнуло. Он медленно опустил взгляд на свои руки, что были покрыты золотой чешуей, и все встало на свои места. Все полгода жизни и путешествия в мире Нефритовой луны. Все беды и радостные моменты. Все знания и навыки, полученные им. Любовь, что он приобрел. Всё это пронеслось перед его глазами.

Рей убрал руки с лица. Для него сейчас не было необходимости прятаться за респиратором. Он заметил, что в месте, где он стоял, желтый туман отступил, в радиусе метров пяти от Звезды Пути. Однако он обернулся и увидел, что тот, казалось бы, полусонный туман был просто желтым туманом, в котором по какой-то причине он нормально дышал.

Он попытался найти объяснение в Звезде Пути, но он не мог сказать наверняка. Однако, выйдя за порог, Рей оказался удивлен еще больше. Некогда шумный, сияющий неоном город погрузился во мрак. Лишь некоторые вывески продолжали работать с перебоями, словно их давно не обслуживали.

Посмотрев по сторонам, он обнаружил лежащие повсюду на парковке и тротуаре груды металлолома. Это были дроны и машины, которые, по всей видимости, упали вниз, потеряв управление.

Рей не мог не проронить: Что могло произойти, чтобы привести к такому?

Шан Сиань обернулась. А ты не знаешь? Разве это не тот мир, о котором ты мне говорил? Как-то здесь мрачно.

Смущенный, Рей объяснил, что туман был намного ниже и город должен был быть хорошо освещен. Все еще потрясенный преображением Утопии, он подошел к краю парковочной платформы, глядя вниз. Там, всего на пару этажей ниже, была желтая вода. Вода, которая едва заметно, но все же неумолимо поднималась.

Рей смотрел на отражение драконида с золотой чешуей. Его собственное отражение. Суровый взгляд и шрам на лице стали его неотъемлемыми чертами. Он изменился. Рей даже не мог сказать, что узнал бы себя, если бы он и его старая версия встретились.

Ведь, в отличие от прежнего себя, он знал, что ему нужно делать. Рей повернулся к своим спутникам и объяснил свой план. Рей не знал, где сейчас могла бы жить его мать, но он знал того, кто мог знать. Старик Янь, который перебрался на 1200-й этаж. Рей надеялся, что туман еще не добрался так высоко.

Рею не оставалось ничего другого, кроме как подхватить Сиань на руки и с прыжком взмыть в небо со своего 509-го этажа. Звезда Пути под руководством Сяо Юна едва поспевала за ним, и Рею приходилось лететь помедленнее, останавливаясь каждые сто этажей, чтобы передохнуть.

Со скуки Рей наблюдал, как менялась архитектура города. Более утилитарные этажи нижнего города, где он жил раньше, не шли ни в какое сравнение с городом после 300-го этажа, где впервые всем стало хватать места и стали экспериментировать с архитектурой и дизайном, после 700-го этажа стиль города становился все более возвышенным и "стерильным", будто в это время все помешались на этом.

Рей преодолел отметку 900 на одной стене, и ему казалось, что он наконец начинал слышать шум города в далеке, хотя он и не понимал, почему никто не следит за состоянием оборудования. Все то время, что он летел, он почти не встречал тех, что осмеливались жить в тумане.

Рей сделал еще один рывок, и вот, на 956-ом этаже начинался живой город. Тем не менее, вылетев из тумана, он вылетел прямо в бесконечный поток машин и дронов, что простирался на всё то пространство, что он мог видеть. Его, Сиань и Сяо Юна чуть не сбили, но он все же смог увернуться под потоком ругательств и бешеных гудков со стороны пробки.

Этот этаж был странно пуст. Здесь не было ни одного пешехода, и, когда включилась сирена, Рей понял, почему. Машины в пространстве между зданиями спешно перестраивались на верхние полосы движения, и, глядя вниз, он наблюдал, как с заметной невооруженному глазу скоростью поднимается туман. Совсем немного. Но достаточно, чтобы преодолеть несколько этажей за день. Казалось, что город живет на последнем издыхании.

Еще один перелет, и вот на 1000-м этаже Рей видит, как в "Верхнем городе", бело-золотом месте с изящной архитектурой, колоннами и прочей чепухой, прямо на широких улицах, в палатках, жили толпы народа, что собрались здесь в надежде переждать губительную волну. Рей не стал здесь задерживаться, он продолжал свой полет, маневрируя между машинами там, где это было необходимо, и свободно летел там, где мог.

И вот он, 1200-й этаж. Он не особо отличался от тех, что ниже, однако здесь не так сильно пахло отчаянием. Рей не помнил точного адреса, но, побродив вокруг, вызывая любопытные взгляды у одних прохожих и почему-то ненавистные у других, он наконец нашел то, что искал.

Однако он остановился как вкопанный. На двери магазина старика красовалась табличка Закрыто, а на окнах витрин опущены противотуманные ставни.

Рей не хотел верить, что старик снова переехал, и, подойдя к двери, начал стучать в нее и пытаться докричаться до тех, кто мог бы быть внутри. Шли минуты, и, уже потеряв надежду, изнутри все-таки послышались звуки шагов.

Уходите. Мы никого не принимаем и не торгуем. Из динамика на панели рядом с дверью донесся тихий, спокойный голос, который Рей слышал лишь однажды.

99-й? Это я, 59-й! Мне нужно поговорить со стариком. Он внутри?

Мастер никого не принимает. И, прежде чем пытаться обманывать, изучите сначала, как выглядел тот, на кого вы ссылаетесь.

Рей моргнул, застигнутый врасплох тем, что его не признали, но, вспомнив, как теперь выглядит, он попытался снова: Хватит нести чушь! Позови старика, если сам своего брата не признаешь. Виделись всего раз, но этого должно было хватить, чтобы запомнить.

***

Рей, 99-й

Рей, скрипя зубами, смотрел, как напыщенный глупец из золотых пытается поглумиться над ним и его мастером. Тот сильно сдал после того, как по всем новостям показали его глупого старшего братца, влетевшего на неисправном дроне в какой-то секретный объект. Всё, кроме драконида и дрона, было подвергнуто цензуре, но после того, как 59-й скрылся с места преступления и после ухода от преследования полицейских дронов, его объявили в розыск.

Впрочем, ненадолго. Полиция по анонимной наводке вломилась в его квартиру, но в итоге ничего не нашла, кроме старого амулета со знаком Уробороса, лежащего на кровати. А сам 59-й бесследно пропал. Рей не знал, что именно натворил его брат, но после неудачной облавы полиция стала вламываться и обыскивать все известные места поклонения дракону Разума и членов церкви.

Мастер Джинн Янь не стал исключением, и это стало для него ударом. Он совсем сдал после того, как понял, что именно его подарок стал причиной последующих событий. Однако 99-й решил, что эту ситуацию можно использовать, чтобы расшевелить мастера.

Рей сказал самозванцу ждать и, развернувшись, пошел вглубь магазина, что уже некоторое время был заброшен, вошел в жилую часть и в комнаты мастера, где тот сидел на диване и с потухшим взглядом смотрел новости. Мастер Джинн, к вам посетитель.

Не добившись реакции, Рей продолжил: Это какой-то самозванец, притворяющийся 59-м.

Рей со сложенными за спиной руками наблюдал, как у его мастера, которым он обязан почти всем в его жизни, дернулся глаз и вздулась вена на голове. Мастер с гневной тирадой о том, как его достали сволочи, пытающиеся что-то разнюхать, встал и поспешил встретиться с виновником его плохого настроения.

***

Рей какое-то время ждал снаружи и уже было решил, что 99-й обманул его, но тут за дверью послышались торопливые шаги, и дверь распахнулась в стороны, сопровождаемая криком старика: Кого там черти принесли? Да как вам всем не надоест?! Сколько можно донимать больного стари... Рей?

Рей впервые увидел, как глаза у человека буквально вылезают из орбит, и беспокоился бы о том, что они выпадут или лопнут, но старик быстро подошел к нему и заключил в такие медвежьи объятья, что можно было подумать, будто старик тайный культиватор высокого уровня. Хотя, думая об этом сейчас, Рей бы не удивился, если это действительно правда.

Посмотри на себя! Как ты возмужал! Ну и что, что стал цвета проклятого мира, зато живой! Рей похлопал старика по плечу, чтобы тот отпустил и не задушил его, но тот все не унимался и даже осматривал его на предмет повреждений. Посмотри, во что ты одет? Ты стал актером? Правильно! Нечего шататься по нижнему городу. А это кто с тобой? Твоя невестка небось? И... питомец?

Рей все-таки неловко выпутался из слишком сильных рук старика, за которым с подозрительным взглядом стоял 99-й. Старик, угомонись. Или ты уже совсем из ума выжил, пока я... отлучался по делам?

Придя в себя, старик Янь откашлялся в кулак, нахмурился и, осматриваясь одними глазами по сторонам, махнул Рею и компании рукой, чтобы следовали за ним. Внутри старик устроил Рею настоящий допрос прямо посреди пришедшего в запустение магазина. В конце концов, сдавшись, ему пришлось в общих чертах рассказать ему, где он был.

Старик Янь потер свое морщинистое лицо с бородкой, за которой тот в последнее время недостаточно хорошо ухаживал. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но закрыл его, переводя взгляд с одного гостя на другого.

В конце концов он поджал губы и сухо сказал: Зачем ты вернулся сюда? Ты мог жить в живом мире, что не разваливается на части и не затапливается чертовой жижей.

Потому что мне там не место. Рей видел, как старик дрожит, собираясь сорваться, и продолжил, обрывая его не начавшуюся тираду взглядом. А еще, старик, я знаю, как спасти этот мир.

Джинн Янь отшатывается от этих слов как от ножа, переходя в крик: И как же?! Собираешься лезть в жижу вместе с дайверами и сверлить дыру наружу? Или ты бредишь, как и все эти религиозные фанатики, поклоняющиеся мертвому богу?! Очнись! Этот мир обречен!

Старик пошатнулся, и 99-й поддержал его за плечо, но тот отмахнулся, готовясь продолжить кричать, однако Рей опередил его: Хватит. Я знаю, о чем говорю, и если ты мог бы поверить хоть на минуту, то я мог бы это доказать. Рей подзывает Сяо Юна, и тот садится ему на плечо, спрыгнув со Звезды Пути, что подлетела к Джинн Яню и Рею 99-му.

Рей достает из кое-как залатанной сумки манапреобразователь, вынимает из него частично истощенный кристалл или камень маны, как его еще называют, и подносит его, зажав между пальцев, к Звезде Пути.

Старик сложил руки на груди, ничего ожидая. Он не особо удивился, когда кристалл маны выскочил из начавших разжиматься пальцев Рея в противоположную желтой светящейся сфере сторону.

И что это? Это твоё решение? Старик вздохнул, качая головой. Даже если он может отталкивать ману и, возможно, отталкивать желтизну, то ты хоть представляешь, сколько нужно таких штук, чтобы покрыть ими весь город? Да и что потом? Жижа все равно будет подниматься.

Рей хмыкнул и улыбнулся, бережливо подбирая кристалл обратно: Достаточно его одного. Видишь ли, старик, чем больше тех, кто связан с этим предметом, тем сильнее и шире радиус отталкивания. И ты кое-чего не понял.

Джинн Янь поднял бровь, не уверенный в том, что верит услышанному. И что же это?

Рей просто осклабился, поднял руки и обернулся, показывая, что кроме сумки и одежды на нем ничего нет, однако Шан Сиань отказалась потакать цирковому представлению и не стала повторять за ним. Старик вначале не понял, чего от него хотят, но все же он заметил отсутствие одного важного предмета на поясе.

Неужели это... Старик потер рукой лицо.

Это только теория для других, но я действительно дышал в тумане, и мне ничего не было. Сказал Рей немного уклончиво.

Старик Янь прищурил глаза. Тогда чего ты хочешь от меня? Ты же не ломился сюда просто чтобы похвастаться?

Рей кивнул и указал взглядом на сферу. Чтобы все получилось, мне нужно, чтобы мне поверили, а для этого я хочу знать, известно ли тебе, где сейчас моя мать, и... если ты не против, помоги сделать Звезду Пути больше. Достаточно просто коснуться ее. И нет, не бойся, желтым ты не станешь.

Старик что-то проворчал себе под нос и решился. Он поднял руку, коснувшись сферы, вызвав вспышку серебряной искры, и немедленно маленькая звезда стала чуть-чуть больше. 99-й, к удивлению Рея, последовал примеру своего мастера. Новая вспышка серебра и новый почти незаметный рост.

Старик кивнул, глядя на ученика и вновь переключая внимание на Рея. Что касается того, где твоя мать-драконица, то она перебралась на вершину третьего шпиля, что не так давно обогнал другие. Хотя я и не знаю, пустят ли тебя туда вообще.

Это уже моя проблема. И я ее решу. Так или иначе. Разворачиваясь, спеша разобраться с делом, он внезапно остановился, вновь обернувшись, немного смущенный. Старик, а у тебя не будет еще одного дрона? Старый я немного сломал.

Подозрительно глядя на Рея и ощутимо борясь с собой, он все же отводит его к чему-то, накрытому тканью прямо у входа в магазин. Сорвав ее, Рей обнаруживает там такую же модель дрона, что у него был, только в этот раз без Рея внутри.

Рей не стал медлить. Вынеся его наружу, сразу же сел на сидение, положил звезду пути перед собой и завел. Шан Сиань же села позади, держась за него. Попрощавшись со стариком, 99-м, Рей рванул с места, будто за ним велась погоня, и, нарушая все правила движения, двинулся прямо на 1500+ этаж.

В какой-то момент за Реем, конечно, пыталась гнаться полиция, однако быстро отстала из-за слишком плотного движения. Наконец, миновав бесконечные стены, Рей и компания вырываются на границу постоянной стройки. Один шпиль за другим оказываются позади, открывая перед ними словно бездонное, черное от темноты пространство и три шпиля, что тянулись выше других.

Шпили все еще продолжали строиться и остановятся только тогда, когда достигнут центра, и до тех пор последние драконы, со своими редкими детьми-драконами, обитали в особняках на антигравитационных платформах над шпилями. Здесь было так тихо, что казалось, будто единственным источником звука являются они сами.

Рей посадил дрон на парковке Лазурного особняка и приказал ему оставаться на месте. Рей уже определенно привлек к себе внимание, появившись здесь, и был готов даже драться, чтобы прорваться внутрь и поговорить с матерью, его единственной связью с правительством. Однако, подойдя к воротам, где всегда стояла пара охранников из Лазурной семьи, и собираясь сказать о цели своего визита, рация у одного из амбалов зашипела.

Проходите. Вас ожидают.

Вот и все, что услышал Рей от будто бы безликих охранников, прежде чем ворота открылись перед ним, Сиань и Сяо Юном. Рей не хотел себе признаваться, но он всегда побаивался своей матери. Она, как и ее брат, что сейчас занимает пост правителя Утопии, являются детьми Великого дракона Разума, дракона, ставшего богом и оставшегося в старом мире прикрывать отход своих потомков.

Рей не знает точно, но по слухам его мать, Алия, сильнее своего брата, но по какой-то причине уступила ему власть. Идя по роскошным коридорам с высоченным потолком, Рей не мог не предаться воспоминаниям о том времени, когда делал это в первый раз. Рей мотнул головой. Того слабого драконида больше нет. Есть лишь нынешний Рей, который должен пройти свой путь до конца.

Последнее препятствие, позолоченные десятиметровые в высоту и метровые в толщину ворота, что, как и раньше, открылись будто пушинка из-за встроенных гравитационных модулей. Хотя не стоит завидовать тому, кого эти ворота решат запереть внутри.

Перед Реем, Сиань и Сяо Юном предстала изящная лазурная драконица с многочисленными золотыми украшениями на ее изящном восьмиметровом в длинну теле, спокойно лежащая на золотом ложе-троне. Рей знал, что она еще молода по меркам драконов, но даже так он был впечатлен.

По пространству разнеслось ментальное эхо: А вот и ты. Как я и предрекала, ты решил связать себя с семейными делами. Пусть и, по всей видимости, пережив свою долю приключений. Готов ли ты принять фамилию в этот раз?

Рей, собираясь с силами, посмотрел прямо в сапфировые глаза матери, почувствовав, что по его голове будто ударили молотком. Если это позволит мне достучаться до Ковчега 15, то я готов. Хотя называть меня Лазурным теперь будет немного странно.

Новая волна эха, отдающегося в разуме, разносящая так же и веселый смех: Вот уж точно. Не расскажешь, что случилось? Хотя, возможно, позже. Я чувствую, что ты пришел по делу. Какой помощи ты ищешь?

Рей вздохнул. Ему нужна была любая помощь, которую она могла оказать. Он думал о том, чтобы просто сказать только то, что ему нужно, но в итоге решил рассказать ей всё. Весь свой путь в другом мире, про странный флаер, представить спутников и, в конце концов, про то, чем является Звезда Пути, что он создал.

Рассказ длился несколько часов, в какой-то момент роботы-слуги принесли им пару стульев и накрыли стол. Рей не прерывался, чтобы поесть, и Алия его не перебивала.

Закончив, Рей почувствовал, будто выложил даже больше, чем хотел, включая и свои чувства и тревоги, и новое ментальное эхо не заставило себя ждать. Я подозреваю, кем может быть та "странная драконида", хотя это и кажется невозможным... Как бы то ни было, я верю в твое начинание и отведу тебя к брату.

Рей, не ожидавший, что она пойдет лично, в изумлении наблюдал, как поднимается Алия и идет к стене зала, что оказалась еще одним выходом, когда та начала опускаться в пол. Надеюсь, ты все предусмотрел, сын мой, Рафаэль не тот, с кем легко иметь дело. В последнее время с ним что-то не то, после того как он решил связаться с кем-то из вне ради решения проблемы Плана Духа.

Алия в конце концов прорычала на драконьем наречии то, от чего у Рея пробежал холодок по спине. Он не понимал, в чем причина, и не хотел верить, что это может быть связано с "Тем самым". Однако все же надеялся, что все пройдет хорошо, поскольку он нигде не смог найти свой флаер с последним семенем.

Стена полностью скрылась в полу, и, расправив крылья, пошла на выход, в последний миг задумавшись. Из всполоха магии, сворачивающей пространство, вывалился дрон Рея прямо рядом с ним. Алия взмахнула крыльями и взлетела в темноту, а троица, устроившись на дроне, выжала из него все силы, чтобы догнать ее.

Спустя пару часов полета на полной скорости в темноте они наконец увидели его. Ковчег 15 был прекрасен. Циклопические сто километров гладких изгибов белого корпуса, черных полос и названия сверху и снизу. Ничего лишнего, что могло бы помешать движению во вне миров, кроме нескольких батарей пушек сжатой мана-материи для отстрела чудовищ.

Влетая на посадочную платформу, Рей не мог не почувствовать это. С определенной стороны исходило подавляющее присутствие, которое поставило бы его на колени, если бы он уже не сталкивался с чем-то похуже, хотя Шан Сиань определенно было не по себе, и она держалась только благодаря сильной воле, закаленной в боях.

Рею было любопытно, почему Рафаэль Лазурный не прятал свою силу, как другие драконы, и как здесь могли работать дракониды и люди под таким давлением. Все, кто встречался им на пути, были как будто привыкшими. По мере приближения к источнику давления, отделка внутренних помещений менялась и стала больше походить на королевский дворец из сказок.

Очередная позолоченная дверь отъехала в стороны, и Рей уставился на то, что можно было описать только как логово дракона. В помещении, что, вероятно, ранее было главным складом корабля, теперь вмещало в себя буквально хаотичные горы золота, различные статуи, картины и прочие "сокровища", что явно не были привезены из прошлого мира, а сделаны уже здесь, так сказать, "по мотивам".

Тем не менее каким-то образом среди всей этой безвкусицы располагались различные, сделанные из золота, научные приборы и штуковины, названий которых Рей не знал. Здесь было множество баков и резервуаров, где находились либо образцы, либо жидкости и кристаллы разных цветов.

Сам же владелец логова был занят тем, что проводил исследования, но отвлекся, когда обратил внимание на вошедших. Лазурный дракон моргнул один раз, переводя взгляд с одного гостя на другого.

Неловкая пауза прервалась обычной речью без намека на драконий акцент: Вот так встреча, сестра. Что заставило тебя все-таки поднять свой хвост и притащить негодника, что разрушил мой эксперимент с посадками из нижнего плана? И что с ним? Ты покрасила его? Умно. Я бы не догадался искать на территории Золотых.

Пронесся хмыкающий ментальный ветер: Нет, брат. Как я и говорила, то был несчастный случай, и тебе не нужно зацикливаться на этом. Мы здесь по другому поводу.

Рафаэль выглядел... не заинтересованным любой причиной в мире, которая отвлекала его от исследований. Тем не менее, когда речь дошла до Звезды Пути, его взгляд мгновенно изменился, став напоминать либо орла, увидевшего добычу, либо... дракона, увидевшего "добычу".

Рей сам объяснял ему, что это такое и как действует, и дракон напротив него задумчиво кивал, словно что-то высчитывая, в конце концов объявляя: Я изучу его прямо сейчас, оставь его здесь и можешь подождать в гостевых покоях. Не волнуйся, я ему не наврежу.

Рей хотел возразить, чтобы он остался рядом, но мать отправила ему шепот: Лучше не злить его недоверием к его словам. Нам повезло, что у него хорошее настроение. Идем.

Рей был вынужден подчиниться, хотя и переживал. Еще и от Сяо Юна какое-то время не было вестей, видимо, тот вернулся внутрь Звезды Пути. Предложенные покои были, несомненно, роскошными, однако ожидание было мучительным, и в какой-то момент случилось это.

Рея притянуло связью к Сяо Юну, и он смотрел будто во все стороны разом. Он находился в более привычной лаборатории, чем на складе золотого хлама, где Рафаэль что-то делал. Он оставил Звезду Пути парить над постаментом и достал из обычного на первый взгляд сейфа, из небольшой стопки, лазурную чешуйку размером со средний щит. Каким же должен был быть дракон, чтобы оставить такую чешую? Особенно учитывая, что лазурные одни из самых маленьких.

Рафаэль бубнил себе под нос, что-то о том, что если бы это появилось раньше, то ему не пришлось бы заключать некую сделку, и что, возможно, он еще успеет все исправить. Он загрузил чешую в огромный измельчитель, и он с трудом справился с ней, вызывая золотые искры и всполохи от чешуи. Рей не понимал, чего добивается дракон, когда неожиданно для него, Сяо Юна стало тошнить внутри сферы.

Рей спрашивал Сяо Юна, не глотал ли он опять что-то странное, и он ответил мучительным нет, однако, по всей видимости, что-то все же оказалось внутри него, и он не хотел, чтобы это было там, где его нельзя достать. В это время дракон уже закончил измельчение чешуи, что приобрела вид золотого порошка, который щедрой горстью отправился прямо в Рея с Сяо Юном.

Лишь бы все получилось... Пробормотал дракон перед тем, как на экране на стене появилось изображение дракона и светящейся золотом сферы на постаменте, а Сяо Юн пытался исторгнуть из себя нечто еще усерднее. Дорогие граждане!...

***

Срочные новости из Центра

Люди и дракониды из всех слоев общества приковали свои взгляды к экранам, где появилось необычное послание.

...Все из вас знают, в каком состоянии находится Утопия. Все вы лишились домов раньше, и многие лишились квартир сейчас. Все это время, не покладая рук, мы искали решение сложившейся ситуации. Я знаю и извиняюсь перед всеми вами от лица всего правительства за то, что решение не было найдено раньше.

Лазурный дракон, символ могущества и власти, на миг склонил свою голову и продолжил, чуть ли не взревев.

Однако! Решение все же есть! Смотрите все! Это священная реликвия, что была создана при помощи последней чешуи нашей богини-спасительницы!

Все обратили внимание на необычную светящуюся сферу, зависшую в воздухе, хотя это и не вызвало большого удивления, и лишь немногие стали внимательнее.

Многие из вас забыли, а еще больше не знают, насколько величественным существом был Великий дракон Разума. Но это не имеет значения. Вера в него живет, и он будет жить вместе с нами!

Тут и там по всей Утопии ходили шепотки.

Да. Вы все верно поняли. Это есть яйцо бога! И ОН станет нашим спасением!

Находились те, кто не верил дракону, что сейчас срывался на крик в религиозном припадке, но все еще сохраняющиеся верующие разделились на два лагеря. Первые объявили Рафаэля еретиком за то, что он преследовал верующих и вторгался в храмы, другие же считали, что недавний рейд был необходим, чтобы создать яйцо. Их споры, словно пожар, подхватывали и те, кто был далек от религии, поскольку все они хотели поскорее вернуться в свои дома.

А теперь послушайте меня еще немного. Это яйцо не сможет выжить без вашей веры! Все верно. Я знаю, что многие из вас не являются верующими, и многие из верующих не доверяют мне. Но ваша вера нужна не мне. А этому яйцу! Спасение Утопии лежит в Ваших руках!

Все люди и дракониды наблюдали, как на предполагаемом яйце возникали серебренные искры, и оно заметно росло. Кто-то решил, что это яйцо настоящее, кто-то подумал, что это трюк, но тоже попробовал молиться, когда расхаживающий туда-сюда дракон подбадривал их, говоря, что у них получается.

Однако в момент, когда Рафаэль был в центре кадра, он взревел от боли. Его пронзило копье, и последнее, что услышали зрители, стало: Демон...

***

Рей наблюдал со стороны, как взрывается Ковчег 15. В момент, когда Сяо Юн все же вытошнил то, что в нем находилось, этим оказалось последнее семя из флаера. Оказавшись снаружи, оно тут же устремилось в проходившего мимо Рафаэля, откровенно лгущего всем в Утопии. Его визуальная связь со Звездой Пути оборвалась, хотя Сяо Юн передавал, что с ним все нормально.

Тем не менее Рей не мог винить Рафаэля. Представление людям Звезды Пути должно было быть быстрым и эффективным. Однако это стало слишком эффективным, когда семя атаковало и сфера смяла собой металл корабля, что не выдерживал давления изнутри.

Алия телепортировала его и всех, кто находился на корабле, в свой особняк, из-за чего упала без сил, способная только наблюдать. А смотреть было на что. Все перенесенные в особняк, глядя вверх, видели, как вдалеке взрывается их символ надежды и вместо него возникает небольшая звезда, что мгновенно увеличилась в размерах, когда все, кто его окружал, и, вероятно, по всей Утопии, начали молиться.

Впервые в этом мире наступил рассвет...