Лишь нет пощады для российских баб! Зареме Мужахоевой
Что лучше: смерть,... или жестокость судий,
Лет двадцать изумления, обид
На Родину, советские где люди
На жительство имеют бледный вид?...
Что лучше: смерть в любимого объятьях,
Готовых сердце памятью взорвать,...
Иль камень жизни, брошенной проклятьем
Вослед сестре рукою властной брать...?
Смогла бы смерть прикончить это слово
Банальным окончаньем, падежом,
Объятий братских разрубив оковы, -
Былое в сердце не скользни ужом?!
Смогла бы?... Нет, опередили судьи,
За грех всех братьев покарав сестру...
И, чтоб погреться средь сугробов буден,
Люд жмется к инквизиции костру!
Но всем пощечиной - ее улыбка!
Раскаянья ж вы жаждали и слез,
Обид, терзаний,... но за чью ошибку?!
Тому ль суду доверился Христос?
Тот оправдает и убийц Норд-Оста,
Тбилиси, Грозный, - будет - и Гулаг;
И был мотив, мол, и для Холокоста...
Лишь нет пощады для российских баб!
Их путь - лишь до панели ресторана,
Настигнет где,... нет, не Благая Весть.
В клети усмешкой слез омоет раны,
Вернув Отчизне плод инцеста - месть!