Рассказ основан на реальных событиях, но является художественным вымыслом.
...Разводящий со сменой прибыли на пост в автобат батальона химической защиты в селе Садовом точно по графику. Но положенного по Уставу окрика часового "Стой, кто идёт?!" не услышали. Спит, каналья?!! Но уже через пару шагов прапорщик наткнулся на труп рядового Джаманова с признаками удушения и раной в голове. Автомат караульного с полным рожком патронов пропал...
Тревога! Создаётся специальная оперативная группа. Раскрытие берёт на контроль сам Президент.
Прежде всего взялись за сослуживцев. Оно и понятно: воинская часть - не проходной двор, посторонним сюда не пробраться. Долго ли, коротко, арестовали двоих солдат, а в канале неподалёку нашли магазин от "Калашникова". Finita la comedia!?
"Доложились" красиво. Группу "раскрывальщиков" поощрили, кое-кто даже звания досрочно получил. И почивал на лаврах.
... Оперуполномоченный Юрий Ким из "убойного" отдела уголовного розыска, который, кстати, в первоначально созданную группу по раскрытию не входил, получил информацию, что некто ищет покупателя на "Калаш". Установил личность, но проверка по учётам ничего не дала: не судим, порочащих связей не имеет.
И всё же за продавцом решили приглядеть. И вскоре знали, что вечерами тот частенько проводит время в неприметном домике на Пишпеке, хотя сам там не проживает. Выяснилось, что хибару снимают проститутки, водят туда клиентов.
Взвесив все обстоятельства, капитан решил больше не тянуть и привёз подозреваемого для беседы. Не имея криминального опыта, тот вдруг начал "играть бывалого", сыпал блатным слэнгом, оперировал "понятиями".
"Ну что же, если ему так нравится, подыграем", - решил сыщик, и начал всячески повышать самомнение визави, поднимать его статус до "авторитетного районного решалы" и т.д. Такой ход дал результаты, между собеседниками установились доверительные отношения.
Через полтора часа беседа, наконец, вошла в нужное оперу русло. Оказалось, что опрашиваемый с убитым Джамановым "на одном районе" выросли и были хорошо знакомы. Но дальше - табу: опрашиваемому тема эта явно не нравилась, Алмаз всячески избегал её и дальше школьных лет, да и то в младших классах, идти не хотел.
Но пришлось. И, когда капитан как-бы вскользь упомянул о "логове" на Пишпеке, тот непроизвольно вздрогнул и секунду прятал глаза. Опытный опер заметил это. Поговорив недолго о том о сём, Асанова отвели в соседний кабинет, угостили горячим чаем. И тщательно присматривали за ним.
Сам же опер, на ходу связавшись с участковым, помчался "в гости" к проституткам. Поводов проведать их хватало: соседи частенько жаловались на шум, громкую музыку среди ночи. Дверь долго не открывали, но, узнав участкового, милиционеров в конце концов впустили. Грязные, неопрятные комнаты, такие же и жилички. Но, повезло, трезвые. На вопрос, знают ли Асанова, обе сначала пошли в отказ. Но тут вмешался бывалый участковый, и стал вспоминать все их грехи, расписывая в деталях, что за каждый из них полагается. Для острастки артистично потрясал перед лицами женщин пачкой заявлений...
А после того, как Ким подыграл и заявил, что Асанова разыскивают за убийство и можно получить большой срок за укрывательство, старшая по виду тётка вдруг махнула рукой: "Да пошёл он на хер, мудак этот. Припрётся вечно с винищем дешёвым, и строит из себя козыря! Идите за мной". И привела в ванную, где из-под кучи белья извлекла свёрток. А в нём... автомат "Калашникова". На ремне, как в армии тогда было принято, хлоркой выведено "Джаманов". Позже с похищенным оружием совпал и серийный номер.
... Надо же было такому случиться! Как раз в день изъятия автомата в районном отделе милиции со второго этажа со словами "В знак протеста!" выпрыгнул один из арестованных солдат-сослуживцев жертвы. Бедняга сломал позвоночник, и в восемнадцать лет стал тяжёлым инвалидом. Прокурор области возбудил уголовное дело, обвинил в превышении власти оперов, некоторых даже пришлось объявлять в розыск. "Подозреваемых" солдат отпустили. Асанов в конце концов в убийстве сознался: с автоматом планировал грабить заправки, был осужден на 15 лет.
...Но история на этом не закончилась. Как-то Юрий дежурил в оперативной группе. Вдруг к нему в кабинет зашёл старик, явно за 80. "Ты кореец Ким?" - спросил по-кыргызски. "Мен" - ответил Юрий. Аксакал подошёл и крепко обнял опера: "Я - отец солдата, что с этажа спрыгнул. Это самый младший мой, я уже дедом был, когда мы со старухой его нажили. Рахмат, что честное имя ему и всей семье нашей вернул. Я тебя лошадью отблагодарить хочу. Скажи, куда пригнать?"