Жили как-то в одном подъезде два литератора, оба не снискали лавров, но и не без аудитории. У каждого были свои поклонники, но по большей части тайные. Первый из них , безусловно, очень талантливый писатель, много работал и писал, но никогда не мог придумать для них названий, соответствующих содержанию и по этой причине в печать их не принимали. И хотя и в книжных магазинах и в библиотеках нельзя было найти его произведений , очень многие были твердо уверены в его таланте и в разговоре со всяким встречным они, с прищуром глаз, говорили : -" Этот сукин сын талантливый, хоть и родственник" и, весьма болезненно, тыкали собеседника пальцем в грудь чуть выше солнечного сплетения. Все с ними тут же соглашались и говорили: -"Наверное, точно хорошие книги пишет" и аргументировали: -"Талантливый же!".
Однако, в издательстве смотрели на это дело по-иному.
"Ваше последнее произведение просто великолепно"- , восхищался главный редактор и при этом разводил руками. "Но что я могу поделать? Если пустить в печать без названия, читатели вообще не поймут о чём идёт речь в вашей книге. Кстати, о чём там речь?".
Второй же из них, за всю свою творческую жизнь не написал ни одного произведения, зато каждую неделю из под его бойкого пера появлялись все новые и новые названия для его будущих романов и повестей. Придумывал он названия с запасом, впрок, говоря самому себе: -"Будет жалко, если такое хорошее название пропадет зазря, а собственно книгу можно и потом написать".
Много раз он поил издателя бесплатным пивом на осенних фестивалях, убеждая его в том, что хорошее название книги это уже есть половина книги и тут же просил авансом хотя бы четверть возможного гонорара.
Но издатель был непреклонен: -"Название вашего произведения просто прекрасно", -
"Ужасы рая, или последний день Пномпеня"...
"Это нечто.
Вы меня поразили.
Во-первых я и предположить не мог, что вы знаете о существовании этого города, а во-вторых у меня прямо перед глазами разворачивается основная сюжетная линия .
Так и вижу - 15 комнатная хижина у подножия страдающего бессонницей вулкана, конечно же любовь, интриги близких и дальних родственников и, наконец, ужасающий конец.
Я завтра же напишу Брюллову письмо с предложением сделать иллюстрации к вашей книге.
Только у меня к Вам вопрос, почему я должен делать за Вас вашу работу, давайте текст, а то я устал".
После этого он приставлял сложные щепотью пальцы рук к своим вискам.
Автор с бледным лицом следил за манипуляциями рук собеседника.
"Брюллов, это который Карл?"- уточнил он.
"Да-да, он самый. Кстати, где я вас раньше видел?" - и, не дожидаясь ответа, подводил итог -"Давайте побыстрее , скоро у меня рабочий день заканчивается, в 18:00 я перестаю думать".
Так и получалось что каждый из двух писателей никак не мог завершить свое произведение. У одного не было начала, у другого же, кроме начала ничего не было. Так бы и продолжались их мучения, но вот в один прекрасный день один из них , который поумнее, пришёл к второму и сказал: -" Давай творить вместе! Создадим творческий союз или, как сейчас модно говорить, тандем".
Так начался их литературный путь на двоих, впрочем весьма успешный. Все читатели отмечали их легкость в мыслях необыкновенную и красоту их слога. Одни сравнивали их с Ильфом и Петровым, другие же приводили в пример ещё один писательский дуэт - Катаев и Файнзильберг.
И только через много лет один заезжий психиатр (по-совместительству детектив) выяснил, что ни первого, ни второго писателя никогда не существовало, и что автором книг является один человек, шизофреник, наслаждающийся раздвоением своей личности.