Эй, проворнее, Хронос, клячу подстегни!
Грустно мне глядеть, старик, как плетешься ты.
Того не для ставил в ось колесо Гефёз,
Чтобы плелся ты едва, хитрый (шельма), старый пес.
Вот дорога пролегла, через камень лежит,
Так и напролом вали чрез корягу, пень.
С грохотом, шумом и песней двинем к вратам преисподней.
Там у Окра часом не слишком ли тихо?
Не слишком ли здесь одинаковы безликие тени,
По стенам ползут теряя голос и (плоть).
Бесшумно скользят и шуршат те по каменным плитам,
едва лишь зажжет кто живой факел костра.
Хоть этот скворыга не спит, а все же он глух
К пульсу жизни людей, к тем, кто тихо, спокойно
в ней угасает. Всего же выгодней ему так и сидеть и смотреть. Но нет, не тебя старика это болото затянет.
То, что тянется вдоль гор. над которыми живо носится дух юности бодрой.
Так и шуми колымагой, пусть он услышит, пусть недовольно грозит (стереть) твою память.
В мир сонный ворвемся с шумом, встревожим
их вечный сон.
Илья Железовский