Аннотация: Дракон Рассвумсчорр скучает, пока принцесса Эмилия не просит его украсть принца Лютика, чтобы спасти его и доказать свою любовь...
ПРОЛОГ
Эта история произошла в те незапамятные времена, когда солнце светило ярче и грело сильнее, а небо было голубей и трава гуще. Когда королевства по площади были размером с носовой платок. В те времена любой король запросто мог заглянуть к соседу на обед, королева к его жене - обсудить за фужером вина своих благоверных и перемыть кости отсутствующим, а победители рыцарских турниров посвящали свои победы дамам сердца, и те, мило смущаясь, одаривали победивших лентами в цвет своего наряда. Тогда на нашем континенте водились драконы. Драконы жили в Драконовых горах, не претендуя на человеческие территории и не вмешиваясь в дела людей. Правда, ворюг своих сокровищ крылатые ящеры терпеть не могли и поступали с ними соответствующе.
Так вот, речь в этом рассказе пойдёт об одном из драконьего племени, который выбрал себе жильё у людского поселения. Крестьяне из этой деревушки были не против такого соседства, величая грозного ящера "господин дракон". А тот, в свою очередь, не трогал их скот и посевы. Так они и жили, пока однажды летним погожим днём по единственной улице крошечной деревушки, примыкавшей к драконовой горе, не промчался всадник... Именно тогда история повернула свой ход, навсегда изменив чужие жизни...
ЧАСТЬ 1. НЕОЖИДАННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ.
...По единственной улице крошечной деревушки под названием Драконья обитель, чьи дома жались к величественной горе, промчался всадник, погоняя пегую лошадку. Доспехов на нём не было, но на кудрявой голове красовалась скромная диадема. Крестьяне молча проводили его взглядами, а он спешился у подножия и покарабкался по склону горы прямо туда, где чернело отверстие пещеры. Кто-то хмыкнул, кто-то пожал плечами: все знали, что в пещере живёт господин дракон...
...Дракону было скучно... Он лежал на груде золота, подперев морду лапой, а другой лениво ворошил монетки. Кризис среднего возраста затягивался.
Делать решительно ничего не хотелось. Можно было бы пересчитать сокровища, но зачем? Он и так наизусть знал их количество. Новым взяться неоткуда, а старые никто украсть не мог. Последнего вора даже жрать не стал - просто выпнул из пещеры одним мощным ударом лапы. Эх, красивый был полёт! Дракон мечтательно прищурил глаза, вспоминая, как незадачливый воришка летел над землей бреющей ласточкой, обгоняя собственный визг.
Вот бы сейчас взмыть стрелой в синее небо, с бегущими по нему белыми облаками, которые, словно кудрявые барашки, несутся вдаль, подгоняемые шаловливым ветерком. Расправив крылья, лететь навстречу приключениям, обгоняя ветер. Но... лень. Дракон тяжело вздохнул - из ноздрей вырвались струйки дыма. Несколько монеток с тихим шорохом покатились вниз. Крылатый ящер проводил их задумчивым взглядом.
Он подцепил когтём тяжёлое золотое ожерелье, усеянное крупными, с куриное яйцо, рубинами. Когда-то давно они горели яростным красным огнём. А сейчас камни словно подёрнуло пеплом - ни огня, ни жизни. Тьфу! Дракон досадливо махнул лапой. Злополучное ожерелье улетело куда-то в угол, звякнув о каменный пол.
Следом в его голову пришла мысль осмотреть своё тело. Увиденное не порадовало: его чешуя, раньше переливавшаяся всеми оттенками зелёного, от сочной молодой зелени до глубокого, насыщенного изумрудного цвета, обрела тусклый болотный оттенок. Цвет его скуки. Тьфу, ты пропасть! Дракон повертел перед мордой лапой с растопыренными смертоносными когтями. Печально вздохнул: и когти уже не те. Нет, острота их никуда не делась. Но вот цвет... пепельно-серый. А ведь в былые времена они были чёрными и блестящими, как лучшая воронённая сталь. Одна радость - хоть мхом не зарос!
Так дальше продолжаться не может! Слышал он про такое: дракон, не преодолевший кризис среднего возраста, становится камнем, навсегда растворяясь в вечном сне.
Дракон представил, как жадные людишки, охочие до чужого добра, нагло расхищают с таким трудом накопленные сокровища. "Щазззз!!! Нет уж! Не для меня такая участь!" - крылатого ящера ощутимо передёрнуло от носа до кончика хвоста, потому что терять нажитое было откровенно жалко.
Дракон почесал лапой в затылке, размышляя. По всему выходило, что для начала нужно хотя бы спуститься. Он на брюхе съехал со своего драгоценного ложа и, неторопливо переставляя лапы, пополз к выходу, волоча за собой тяжелый хвост.
Но до выхода доползти он не успел...
- Дракон! Ты здесь?! Ауууу! - прокричал женский голос. Женский? Скорее, девчачий.
В пещеру вошла темноволосая, с короткой кудрявой прической, кареглазая девчонка. Лет шестнадцати навскидку. Мелкая, тощенькая, в штанах и рубашке, но с драгоценной диадемой на голове. На поясе болтался тяжёлый меч, который бил её по ногам. Девица досадливо поморщилась, придерживая мешавшую железяку.
Смешная! Дракон развеселился, рассматривая нахалку. Принцесса, а это была именно она, нахмурилась.
- Чего скалишься, шкаф ты с крыльями? - спросила она с вызовом, уперев руки в бока. - Я таки принцесса, не хвост собачий! Понятно?
Дракон от неожиданности кивнул. Потом до него дошло, что его не только не боятся, но и обозвали...
- Совсем люди обнаглели! - злобно фыркнул обиженный ящер. - На себя посмотри, блоха с мечом!
"Лежал себе, никого, понимаешь, не трогал. Принесла нелёгкая!" - подумал он, зажмурился, помотал головой, в надежде, что пришедшая исчезнет. Ага, щаз!
- Эй, чешуйчатый! Ты что, спать собрался?
Дракон понял, что от настырной девицы отделаться не удастся и приоткрыл один глаз, изображая заинтересованность.
Попытка не удалась, ибо принцесса на такое вестись не собиралась. Ей такого и во дворце хватало.
- Ой, фсё... Хорош уже притворяться. Меня этим не проймёшь. - Она печально вздохнула. - Если бы ты знал, сколько способов избавиться от меня изобретают мои родители и придворные, чтобы я не лезла к ним со всякими, как они говорят, глупостями, ты бы так себя не вёл. Чем быстрее ты меня выслушаешь, тем быстрее я уберусь, понял?
- Так бы сразу и сказала. А то, ишь, взяли моду обзываться. Так что там у тебя? - дракон лёг на пол, протянув морду поближе к настырной блохе.
Принцесса незаметно перевела дух. Положа руку на сердце, на согласие дракона она не рассчитывала. Да что там, она была уверена, что это крылатое чудище её даже слушать не станет!
Девчонка на мгновение замолчала, собираясь с мыслями, а потом выпалила:
- Понимаешь, тут такое дело... - она замялась. - Только не смейся! Я влюбилась! Он такой... Такой... А я...
- УУУУ... - совершенно неожиданно она заревела. Крупные слёзы дождевой капелью застучали по драконьему носу.
"Каждый раз одно и то же! Девчонки..." - Дракон слизнул солёную гадость со своей морды. - "Тьфу ты пропасть!"
Он аккуратно отодвинул рыдающую девицу подальше от себя и выдохнул пламя, малость подкоптив её. Принцесса, икнув на полувздохе, шмякнулась на попу и захлопала глазами, пытаясь прийти в себя.
- Извини, по-другому успокаивать не умею. Опыта, знаешь ли, маловато...
Принцесса последний раз всхлипнула и вытерла лицо рукавом рубашки, размазывая по нему сажу от драконьего выхлопа.
Дракон выудил из сундука зеркальце, которое непонятно как затесалось в его сокровища, и протянул заплаканной и чумазой девчонке.
- Ой! - "Любовь всей жизни" временно была забыта.
- Он красивый. - приведя себя в порядок, принцесса продолжила прерванный рассказ. - Блондин с нежными небесно-голубыми глазами, ресницы длиннющие, знаешь, прям как у девчонки. - Мелкое недоразумение помахало ладонью возле своего лица, изображая взмах ресниц. - И ещё локоны у него такие... золотые, короче. По плечи. - Она рубанула кистью в районе своих лопаток. - А знаешь, как он одевается? А еще он читает стихи! И музицирует на лютне. И даже умеет петь! Правда, фальшивит безбожно... - Принцесса заметно поморщилась, но добавила с вызовом в голосе. - Его это нисколько не портит!
Дракон закатил глаза, представив искомого принца в красках. Краски нарисовали изнеженное нечто, совершенно не похожее на мужчину. Но кто поймёт этих женщин?!
- Ну, хорошо. А драться-то он умеет?
- К сожалению, нет. Он от вида крови сразу сознание теряет. Зато я умею!
- А что ты ещё умеешь? - крылатый заинтересованно уставился на непрошенную собеседницу.
Принцесса хмыкнула и начала перечислять, загибая пальцы:
- Дерусь, по деревьям лазить умею, лошадь оседлать могу, из лука стреляю, плююсь из трубочки на дальность получше некоторых... Пауков не боюсь! И вот, смотри - у меня даже мозоли есть!
Дракон внимательно посмотрел на маленькую ладошку. "Ага, мозоли. Обломанные ногти. Заживший порез на указательном пальце, а в мизинце торчит здоровая заноза. Мда... Впечатляющие умения..."
- Так, стоп... - дракон поднял лапу. - А по хозяйству ты что-нибудь делать умеешь? Вышивать там, например?
Принцесса отрицательно помотала головой:
- Пробовала. Такая ерунда получается!
- Готовить?
- Ну... Как сказал главный королевский повар, выгоняя меня с кухни "вашими блюдами, ваше высочество, только людей травить".
- Шить?
- Неа. - Принцесса отрицательно помотала головой.
- Ну, хорошо... А от меня-то что ты хочешь?
Девчонка покраснела и застенчиво ковырнула пол ногой.
- Я жду, - напомнил о своём существовании дракон.
- Я хочу, чтобы ты его украл! - выпалила красная до корней волос принцесса.
Дракон растерялся и поперхнулся собственным огнём. С таким он ещё не сталкивался... Откашлявшись, он уточнил у принцессы, правильно ли он понял услышанное.
Девчонка утвердительно кивнула головой и добавила:
- Если тебе страшно, я и сама справлюсь! - она задрала нос и стиснула кулачки, всем своим видом показывая, что не отступится.
Ящер с тяжким вздохом сделал абсолютно человеческий жест "рука-лицо". То есть, попросту прикрыл глаза лапой.
Принцесса терпеливо ждала. И расцвела улыбкой до ушей, когда он озвучил свой вердикт: "Согласен!". Правда, её улыбка чуть поблёкла, когда дракон добавил сакраментальное:
- А что мне за это будет? В смысле, чем расплатишься? Я забесплатно работать не согласен!
Хотя, где-то глубоко в душе дракон радовался, что со скукой покончено. Он внутренне ухмыльнулся, предвкушая приключение. И пусть финал его пока неизвестен - это всё лучше, чем тосковать в гордом одиночестве. Но принцессе, естественно, знать об этом, совсем не обязательно.
Принцесса с крайне деловым видом начала торг:
- А что ты хочешь?
Дракон подпёр голову лапой и закатил глаза, сделав вид, что задумался.
- Может, золото... - девчонка сделала первый шаг.
- Не-а, - лениво протянул дракон. - Своего хватает.
- Камни? Украшения? - не сдавалась принцесса.
- Опять не попала!
На её лице отразилась тяжёлая умственная задача: что можно предложить тому, у которого всё есть?
А дракон ехидно ухмыльнулся. Он уже знал, что ему нужно. А вот она... Догадается или нет?
И она действительно догадалась:
- Раз тебе не нужны сокровища... Может, тебе подойдёт моя дружба?
Довольный дракон улыбнулся во всю ширину своей пасти, демонстрируя белоснежные клыки. Он протянул девчонке коготь, который она пожала с крайне торжественным выражением лица.
- А теперь нужна клятва. - деловито сказала принцесса.
- Согласен! Да, кстати, подруга... а ведь мы так и не познакомились!
Принцесса кивнула и с видом "щас всё исправим" вышла из пещеры.
"Интрига" - подумал дракон. И девчонка не подвела...
- Тук, тук... - раздался её голос у входа. - Можно войти?
Дождавшись разрешения, серьёзная принцесса степенно вошла в пещеру:
- Добрый день, господин дракон. Разрешите представиться. Эмилия, принцесса Боннема. - Принцесса, сосредоточившись, попыталась, как всякая прилично воспитанная девушка, сделать книксен, но меч откровенно мешал. Она, запутавшись, чуть не свалилась. Дракон, вначале просто хихикающий, заржал в голос, фыркая огнём и дымом. Уж больно комичной выглядела Эмилия.
От раскатов громового хохота стены пещеры буквально ходили ходуном. Хохоту вторил звон монет. Латы, стоящие в дальнем углу с незапамятных времён, с грохотом упали на пол. Жители Драконьей обители в ужасе начали креститься. А надувшаяся как мышь на крупу Эмилия, не выдержав, присоединилась к смеху.
- Рассвумсчорр. На человечьем - Летящий сквозь бурю. - Отсмеявшись, представился дракон.
И большой дракон, умудрённый опытом, и маленькая принцесса-пацанка поклялись в вечной дружбе, скрепляя договор.
Потом напарники, споря до хрипоты (особенно кипятилась принцесса, от избытка чувств пару раз даже хватаясь за меч), обсудили все детали предстоящего разбойного действа.
На дело было решено лететь завтра, ближе к обеду: Эмилия подробно объяснила, что Лютик Оттонский (сказано было с придыханием и закатыванием глаз) - дракон при имени принца выпучил глаза и чуть не подавился собственным огнём - перед обедом обычно выходит на прогулку: нагуливать аппетит. Но есть одно "но"... Лютика сопровождает целая стая девиц на выданье, и собственно, она, Эмилия, тоже будет в этой толпе:
- Я прибуду с визитом к Оттонам к обеду. Но, Расс, ты же понимаешь, нельзя, чтобы меня заподозрили! - Рассвумсчорр задумчиво кивнул. А Эмилия, помявшись, продолжила. - Только... Расс, ты меня, конечно, прости... Но для грозного дракона ты выглядишь ну как-то не совсем грозно. У дракона чешуя должна блестеть и когти сверкать, а не вот это всё!
- Можно подумать, ты много драконов видела. - буркнул задетый за живое обиженный дракон. Ну что такое, в самом деле?! Развелось критиканов, огнём плюнуть некуда!
- Ну, много - не много, а таки видела! В книжках. С картинками... С красочными! - уточнила принцесса. Рассвумсчорр только крякнул, услышав такое. - Поэтому предлагаю привести тебя в порядок. Тряпки и вода у тебя найдутся? - Деловито продолжила Эмилия.
Найдя искомое, принцесса с энтузиазмом принялась за дело, покрикивая на откровенно веселящегося дракона. Перемазанная по уши в саже девушка ловко полировала драконью чешую и когти.
Наступившее завтра дракон встречал во всеоружии, сверкая не хуже рождественской ёлки!
ЧАСТЬ 2. ПОХИЩЕНИЕ.
...Эмилия уныло плелась в хвосте свиты Лютика, путаясь в подоле дурацкого платья и просто кипела от злости. Мало того, что время тянулось точно резиновое, так ещё и это куриное стадо (все девицы, поголовно влюблённые в Лютика, были для юной принцессы именно что курицами), обступило любовь всей её жизни и не давало даже близко подойти! А она пыталась и неоднократно. Но увы и ах, эти размалёванные и разряженные в шёлк и кружева курицы, с ехидными, точно приклеенными улыбками, то наступят на ногу: "ой, Эмилия, я сегодня такая неловкая!", то заедут в бок острым локтем: "извини, Эмиличка, я нечаянно!" и глазами так хлоп, хлоп. Стервы!
Но где же этот чёртов дракон?! Где его носит? А Лютик, нагулявшись, повернул в сторону летней беседки, откуда уже плыли одуряюще вкусные запахи. Голодная Эмилия сглотнула слюну. Она же не эти, берегущие свои талии... которые питаются капелькой росы и листиком салата. Девушка прикрыла глаза, представив большущий кусок хорошо прожаренного мяса, и чуть не подавилась слюной...
- Смотрите! Дракон! Дракон летит!!!! - раздался дружный женский визг.
Мясо сразу было забыто. Эмилия взглянула на небо. Дракон, без устали махающий крыльями, быстро приближался.
Весь Лютиковый цветник, дружно подхватив подолы, с визгом и писками, отталкивая друг дружку, моментально помчался прятаться, сразу забыв про принца. А дрожащий Лютик застыл на месте и только молча хлопал своими длиннющими девчачьими ресницами, испуганным сусликом глядя на приближающегося крылатого ящера.
Эмилия подбежала к принцу и решительно закрыла его собой. Конечно, "закрыла" не совсем соответствовало истине, точнее, совсем не соответствовало, потому что Лютик был на три головы выше мелкой и тощей девчонки и шире раза в полтора.
Приземлившийся Рассвумсчорр от души расхохотался, ибо зрелище было крайне презабавным.
Лютику окончательно поплохело и он, закативши глазки, с тихим "Ах!" упал в обморок.
Эмилия исподтишка сердито показала веселящемуся дракону кулак и махнула головой: хватит ржать, хватай и улетай, пока не попалились.
Расс на мгновение прикрыл глаза "Понял. Выполняю", - и с грозным рыком выпустил в сторону парочки длинную струю огня, опалив Эмилино ненавистное платье. Потом сделал шаг, протянул лапу, размахнулся, когтём подцепил принцессу за бренные останки платьица и отодвинул в сторону, аккуратно уложив девчонку на землю в живописной позе. Эмилия незаметным жестом выхватила припрятанную краску для лица, мазнув ею под глазом: получился довольно убедительный синяк (не зря же она весь вчерашний вечер тренировалась перед зеркалом!). Дракон одобрительно кивнул, ещё раз рыкнул для большей острастки, подхватил лапой Лютика и свечой взмыл в голубое небо...
Прошло немало времени после того, как дракон скрылся за линией горизонта, унося свою добычу, но трясущийся от страха цветник и не подумал высунуть носы из укрытий: а вдруг крылатое чудище вернётся? Нет уж! Вон пускай задаваку Эмилию жрёт! А Эмилия, лёжа на земле, про себя на все лады костерила глупых куриц. Лежать, право слово, было довольно неудобно: кололись мелкие камушки. От этого принцесса злилась ещё больше! "Какие же они трусихи!!! И дуры! Все как одна... Куриное стадо!" пыхтела девчонка. На такое она не рассчитывала... Надо было как-то выкручиваться из нелепой ситуации. Принцесса приняла решение:
- Ах... - тихонько, для пробы произнесла она и пошевелилась. Цветник не отреагировал.
- Ах... - прозвучало уже гораздо громче. Эмилия с довольно натуральным стоном приподняла голову и одним глазом окинула окрестности, отмечая места стратегического залегания куриного стада. Стадо залегало в ближайшем фигурно стриженном кустарнике, а сами кусты тряслись. А ещё из зарослей, предательски выдавая спрятавшихся, торчали пикантные детали девичьих организмов, обтянутые цветными тряпками. Попросту говоря, довольно упитанные попы, которым не хватило места. На фоне яркой зелени кустов разноцветье красок бросалось в глаза. Принцесса, не сдержавшись, хихикнула. На мгновенье в её буйную головушку закралась мысль: подойти и ткнуть палочкой. В любую. Соблазн чуть не взял верх, но девушка вовремя вспомнила, что ей категорически нельзя выходить из роли "потерпевшей". Мысль с сожалением пришлось отложить на потом.
Валяться дальше смысла не было. Ждать, пока цветное куриное стадо соизволит перестать трястись и прятаться - тоже.
- Помогите! Кто-нибудь, помогите же мне! - Эмилия приподнялась на локтях.
Из кустов послышался робкий блеющий голосок:
- А чудовище... Оно улетело?!
Эмилия с трудом подавила неприличное желание грязно выругаться. А что вы хотите? Постоянно отираясь там, где не место для приличных девиц её возраста и в неподобающей ей компании, то есть: на конюшне, на площадке для тренировок воинов, среди деревенских мальчишек, ещё и не то услышишь!
- Улетело... Давно... - Принцесса не смогла удержаться от шпильки в адрес трусих.
Листва куста затряслась словно в припадке: обладательница попы, обтянутой в розовоблестящий шёлк - "Кто там у нас в таком цвете? Ага... Баронесса Сусанна Шелдарская" - с трудом, передвигаясь на карачках задом вперёд, выбралась из своего укрытия.
Выбравшись на свет божий, Шелдарская оглядела, во что превратилось её парадно-выходное платье, ощупала потрёпанную причёску и, закатывая глаза, вознамерилась упасть в обморок.
- "Только этого ещё не хватало!" - Эмилия готова была взвыть от ярости!!!
- Баронесса! - Принцесса повысила голос. - Будьте так добры мне помочь! - Сталь в её голосе напомнила Шелдарской, что она, Сусанна, всего лишь баронесса, а Эмилия всё-таки, как ни крути, принцесса, а не хвост собачий. Сусанна скорчила рожу и уныло поплелась к Эмми. Статус-то обязывал, никуда не денешься.
Эмилия с видом "я лебедь, и я умираю" протянула руку Сусанне. Та пробурчала что-то невнятное под нос, но принцессину тушку подняла.
К месту трагедии, подозрительно оглядываясь вокруг, постепенно подтянулся весь потрёпанный "цветник".
Сей курятник плевать хотел на якобы имеющиеся Эмилины травмы и тем более её "подвиг": их интересовала жестокая кража принца "крылатой тварью" и непременно в мельчайших подробностях. - "Сами вы твари!" - подумала девушка. "Скормить бы вас всех Рассу, да, боюсь, бедный дракон отравится...".
Девицы шипели, толкались, тыкая острыми локтями противниц, исподтишка лягались, щипались и безостановочно галдели, перебивая друг дружку. Это продолжалось ровно до тех пор, пока чуть не оглохшую Эмилию не накрыла волна дичайшей головной боли.
- ХВАТИТ ГАЛДЕТЬ!!! - Едва сдерживаясь, рявкнула принцесса. Тоном Эмилии, привыкшей командовать мальчишками, услышь он её, восхитился бы сам фельдмаршал Конрад фон Крауф, главнокомандующий войсками Эмилиного папаши, который лично обучал принцессу боевым наукам, да и, что греха таить, крепким словечкам.
Девицы враз заткнулись и сейчас стояли, словно коровы на летнем лугу, глупо хлопая густо накрашенными ресницами.
- Итак, по существу: Лютика украл дракон. Зачем крылатому ящеру наш (Эмилия выделила слово "наш", подразумевая, что Лютик, что бы кто не думал - её) принц - неизвестно. Я отправляюсь его спасать. Кто-то из вас хочет поехать со мной? - Принцесса пристально посмотрела на стайку девиц, потрёпанных в жестокой схватке с кустами, и друг с другом. Как она и думала, никто не восхотел совершить подвиг.
Эмилия презрительно сплюнула под ноги курятнику и, гордо подняв голову, удалилась, оставив курятник в совершеннейшем расстройстве, до глубины души возмущённый столь вопиющей наглостью принцессы.
ЧАСТЬ 3. ДРАКОН ЗНАКОМИТСЯ С ЛЮТИКОМ.
...А тем временем в пещере Рассвумсчорра имел место второй акт драмы: дракон уже успел сто раз пожалеть, что поддался на уговоры Эмилии и похитил эту размазню.
Размазня, то есть, Лютик, упорно не хотел приходить в сознание. Как привести его в чувство, дракон не знал.
- Возись теперь с ним! - раздражённо ворчал ящер, наворачивая круги по пещере. Наконец, в его голову пришла гениальная идея. Набрав полную пасть из небольшого по меркам дракона бассейна, в который прямо из стены вытекал родник с кристально чистой водой, Расс разом выпустил ее фонтаном на пластом лежащего принца, едва не утопив несчастного.
Лютик, который на самом деле очнулся ещё в полёте, но не подавал виду, и теперь вздохнуть лишний раз боялся - а ну как сожрут, подскочил с диким воплем, чуть не оглушив Расса.
- Не понимаю, и чего так орать? - с философским видом дракон смотрел на шоу "Попытка побега номер раз": принц Оттонский, не разбирая дороги, сломя голову нёсся на выход. Побег юноши ящера категорически не устраивал, и он хвостом перегородил бегущему путь. Лютик, не переставая верещать, развернулся и помчался вглубь пещеры, где и врезался в злополучные латы, которые рухнули второй раз за сутки. Лютик прилёг рядышком, снова потеряв сознание.
- Этак я без имущества останусь! - недовольный Расс гундел себе под нос.
- Эй, ты живой? - спросил он, обращаясь к принцу.
Принц молчал. Крылатый ящер решил повторить процедуру с утоплением: на этот раз для надёжности в бассейне. Подцепив бессознательную увесистую тушку Лютика, Расс макнул того с головой в каменную чашу бассейна. И один раз, и второй, и третий... Ровно до тех пор, пока несчастный похищенный не начал пускать носом пузыри.
Попытки побега принцем предпринимались неоднократно. Они заканчивались одинаково: обмороком и полосканием. В Рассову голову даже закралась мысль, что Оттонскому понравилось.
В итоге умаялись оба: Лютик, мокрый с головы до ног, накупавшийся на несколько лет вперёд, собравший всю вековую пыль на мокрого себя и перемазавшийся до полного неузнавания, сорвавший голос - бежать, а ящер - ловить и полоскать.
У принца не осталось сил даже для того, чтобы ползти, поэтому он просто лежал головой по направлению к выходу и тихонько хныкал. А утомлённому неразумным принцем Рассу очень хотелось есть, но ведь Лютика - "тьфу, ну и имечко!" подумал дракон, - одного не оставить: сбежит, зараза!
"Где её носит?!" - Ящер начинал закипать, думая про отсутствующую Эмилию. Он мысленно махнул лапой на хнычущего Лютика и прикрыл глаза, представляя, как Эмилия с мечом наголо влетает в пещеру... А потом... Дракон фактически пришел в ужас, поняв, что они обсудили только кражу принца, а дальнейшее развитие событий - нет. Ну, положим, появление Эмилии в его, Рассвумсчорра, пещере будет понятно и ребёнку: явилась свершить подвиг, чтобы спасти похищенного, победив крылатое вселенское зло. А что потом? Ведь сцену сражения они даже не подумали репетировать. Да что там... про сражение они даже не вспомнили! Лютик, если не совсем дурак, сразу поймёт, что всё это профанация. Если его вернуть, молчать он не станет, и репутация Эмилии будет испорчена навеки... Всё пропало! Дракон со стоном уткнулся мордой в лапы. Единственное, что радовало Расса в этой ситуации - есть ему совершенно перехотелось.
Зато захотелось есть Лютику, который так и не пообедал, а вкусно и до отвала покушать принц очень любил! Желудок принца пропел настолько заливистую серенаду, что Расс уважительно на него покосился, но промолчал. Принц понял, что крылатое чудовище прямо сейчас жрать его не собирается. Это означает одно: чудище ждёт выкуп. А раз так...
- Меня собираются кормить? - хрипло произнёс Лютик, вытирая слёзы и сопливый нос замызганным рукавом. Само собой, хамить дракону принц не собирался (пока не собирался!), но характер показать требовалось.
Расс удивлённо приподнял костяные наросты над глазами. К капризам он готов не был: Эмилия ничего такого про своего Лютика не говорила.
Лютика удивленное драконово внимание убедило, что он ценный приз, а стало быть, трогать его чудище не будет...
- Я. Хочу. Есть!!! - Лютик подкрепил свои слова громким бурчанием своего пустого желудка.
- Потерпишь. - Рыкнул Расс, не собираясь поддаваться на капризы заложника.
Принцу было так плохо, как не было никогда в жизни! К такому непочтительному отношению к своей драгоценной особе он не привык. Да, Лютик считал себя исключительным сокровищем, которому всё должно выдаваться по первому требованию, ведь принца с младенчества в исключительности убеждали все окружающие, скачущие вокруг него аки зайчики. Если окружающие хоть на мгновение задерживались с выполнением очередного Лютикова каприза, принцем устраивалась полноценная истерика с воплями, горючими слезами и швырянием всего, что подвернётся под руку.
Игнорирование ящером его законного требования накормить привело Лютика в бешенство. Он набрал побольше воздуха в грудь:
- А-а-а-а-а-а!!! - Принц, забыв про возраст, залился горючими слезами и, словно в припадке, заколотил кулаками и ногами по полу.
Вопли, сопровождаемые вспугнутым эхом, заметались по пещере, отталкиваясь от стен и острыми иглами ввинчиваясь прямо в мозг несчастного дракона. Ящер заткнул уши, но это помогло мало. Очередное полоскание Лютика тоже ничего не дало. Принц сдаваться не собирался: отплевавшись от воды, он с упоением истерил дальше, доведя тем самым Рассвумсчорра до отчаяния.
Дракон был готов наплевать на все договорённости с Эмилией и сожрать крикуна. Он с умилением вспоминал свою тоску. Подумаешь, стал бы камнем. Ну и что? А может, и не стал бы! Зато в его жизни не было бы этого червяка. Расс с ненавистью покосился на грязное чучело. - "Эмилия, где были твои глаза, когда ты влюбилась в этого слизняка? Видела бы ты сейчас своё сокровище! Тьфу три раза! Впрочем, это твоё дело." - Чаша терпения была переполнена.
Когти дракона кинжальными лезвиями мелькнули перед лицом Лютика. Принц икнул, вытаращив глаза от ужаса.
- Заткнулся? Пикнешь, сожру, не поморщившись. Кивни, если понял. - Лютик покорно кивнул. - Попробуешь сбежать - опять же сожру. - Дракон с каменной мордой равнодушно ронял слова, пристально глядя на Лютика.
Принц хоть и был существом изнеженным, но дураком он вовсе не был. Угроза быть сожранным возымела место. Юноша отполз подальше от входа, дабы не наводить чудище на крамольные мысли, и свернулся клубочком на холодном каменном полу.
Расс, убедившись, что слизняк утихомирился, заполз на свою постель из сокровищ, смежил веки и моментально заснул, оставив Лютика размышлять о своей горькой судьбе и ждать спасения. Принц больше не думал о побеге. Оказаться в желудке у кровожадного дракона ему не улыбалось...
ЧАСТЬ 4. ЭМИЛИЯ БОННЕМСКАЯ ОТПРАВЛЯЕТСЯ НА СВЕРШЕНИЕ ПОДВИГА.
...Пока отец Лютика, король Пеппин Великолепный, самодержец Оттона, рвал на себе остатки волос, а матушка, её величество королева Хлоя изволила биться в истерическом припадке (видел бы сейчас её дракон, сразу бы понял, в кого пошёл принц), а придворные стояли на ушах, в соседнем королевстве бушевала самая настоящая буря: принцесса Эмилия имела наглость ругаться с собственным папенькой.
Девчонка бесилась и готова была лезть в драку, размахивая кулаками перед папенькиным носом, отстаивая свои права. Эмилино бешенство объяснялось очень просто - король Генрих Суровый, властитель Боннема, (характер у короля был именно такой, ага) дочь одну не хотел отпускать категорически. Какая никакая, а всё ж принцесса, притом старшая! Королева Василина вообще была против похода. Её величество не оставляла надежда превратить старшую дочку из сорванца в приличную девушку, которую любой уважающий себя принц возьмёт замуж.
- Папенька! Ну как вы не понимаете?! Я должна быть одна!!! - по лицу Эмилии текли злые слёзы. - Я просто ДОЛЖНА!!!
- Хотелось бы уточнить, кому это ты должна? Уж не Лютику ли? - Его королевское величество скривил лицо: Лютика он недолюбливал, видя его натуру насквозь.
Присутствующий при этом выяснении отношений фельдмаршал Конрад фон Крауф усмехнулся в густые усы. - "Кому я должен - всем прощаю". Честно говоря, он тоже Лютика не любил. Категорически, чтоб вы знали!
Эмилия готова была визжать и топать ногами. Ну не брать же в самом деле сопровождение, которое навязывал ей отец? Ведь тогда всей затее крышка! Лютик никогда её не простит, а значит, с надеждой стать Лютиковой законной женой можно проститься навсегда!
- Маменька! - в полном отчаянии несчастная принцесса обратилась к матери. - Ну хоть вы скажите папеньке!
- Ну, детка... - Василина ловко вытерла сопли одному из младших детей, сунула ребёнка няне и наконец-то обратила внимание на зарёванную мордочку старшей дочери. - Я считаю, тебе вообще не стоит никуда ехать!
Принцесса обречённо закрыла глаза. Слова матушки добили нервную систему Эмилии. Все против неё! Проклятые взрослые...
Она задрала нос, резко повернулась кругом и, чеканя шаг как на параде, вышла из тронного зала. На её демарш все присутствующие отреагировали по-разному.
Генрих улыбнулся, умилённо глядя вслед уходящей Эмилии и вспоминая молодого себя "Моя дочь! Копия, право слово!". Василина расстроенно вздохнула и перевела взгляд на откровенно ухмыляющегося фельдмаршала "Вот кто во всём виноват. Солдафон!" Фельдмаршал радовался: воспитанница не посрамила своего учителя. Королевская нянька укоризненно покачала головой. А младшие принцы и принцессы в количестве пяти штук - мал мала меньше, попытались повторить строевой шаг своей старшей сестрёнки, чем чуть не довели до сердечного приступа маменьку и няню.
- Ваше величество! - Василина гневно обратилась к мужу. - Это всё ваше воспитание! Ваше и этого солдафона! - Королева обвиняюще ткнула пальцем в ухмыляющегося фельдмаршала. - Смею напомнить, ваше величество, что в возрасте нашей старшей дочери я уже была вашей женой. А она... Ну куда это годится?! Кто захочет на ней жениться? И что в этом случае прикажете делать?
- Не стоит так переживать, ваше величество. - Король поправил корону, съехавшую на ухо. - Эка невидаль, не замужем. Ну и что? Какие её годы. - Генрих улыбнулся жене, сводя конфликт на "нет".
- Но, ваше величество, - королева, любившая, чтобы за ней осталось последнее слово, не желала сдаваться. - Ведь Эмилия выросла сорванцом! Вы посмотрите на неё: она постоянно торчит или на плацу, отираясь среди вояк, или в конюшне! Но это ещё полбеды! Гораздо хуже, когда она возглавляет ватагу мальчишек!!! А вы слышали, как она ругается?! - королева закатила глаза с видом "куда катится этот мир". - Это же ни в какие ворота не лезет!
- Ваше величество, я в её возрасте ещё и не то творил! Фельдмаршал соврать не даст. - Конрад фон Крауф кивнул головой.
- Ваше величество, она же девочка!
- А что, девочка не человек? - Генрих поставил точку в бессмысленном, на его взгляд, споре.
Василина упрямо сжала губы, вздёрнула подбородок и, подобрав пышные юбки, выплыла из тронного зала. Следом за ней гуськом потянулись королевская няня и младшие наследники, оставив мужчин наедине в гулкой пустоте тронного зала.
- Ох уж эти женщины...
- И не говорите, ваше величество...
Двое мужчин, понимающих друг друга с полуслова, молча чокнулись бокалами с коньяком столетней выдержки из королевских винных подвалов и задумались каждый о своём...
...Эмилия изволила скандалить... Скандалила она феерично, с размахом: швырялись наряды, следом летела ювелирка, бился, рассыпаясь практически в пыль, белоснежный, с нежными голубыми прожилками, просвечивающий на свету, драгоценный хиргасский фарфор баснословной стоимости. Дворцовая прислуга пряталась по углам, притворяясь ветошью. Обер-гофмейстерина маркиза Кавальи ди Шлосс попыталась было успокоить Эмилию. Ха три раза! Получив подушкой в лоб, маркиза сбежала с поля боя, потому что следом принцесса схватила увесистый серебряный поднос, намекая, с чем ещё может познакомиться лоб руководительницы женского придворного штата.
Срочно прибывшая в эпицентр бури королева в ужасе схватилась за голову, увидев разруху.
- Ваше высочество, извольте успокоиться! - Грозным тоном Василина обратилась к бунтующей дочери. Та с ехидной усмешкой швырнула об пол поднос.
- Ваше высочество!!! - Королева топнула ногой. - Порка вам будет обеспечена!
Эмилия в ответ с размаху поддела ногой злополучный поднос. Он с грохотом врезался в стену, сбив парадный портрет одного из Эмилиных предков. Стекло покрылось паутиной трещин, позолоченная рама с глухим звуком треснула. А принцесса - прыгая на одной ножке (больно же!) - ругалась, мстительно выбирая из солдатского лексикона наиболее солёные словечки.
Королева в изнеможении закрыла глаза.
- Эмми, детка... Пожалуйста, прекрати крушить дворец. В конце концов ты уничтожаешь собственное приданое.
- Маменька! - возопила несчастная Эмилия. - Как вы не понимаете?! Мне не нужно никакое приданое, если я не стану женой Лютика! Я люблю его!!!
Эмилия опустилась на пол, уткнула голову в колени и горько разрыдалась.
- Бедная моя девочка! Какой же ты всё-таки ещё ребёнок...
Василина решительно подобрала платье и, сев рядом с рыдающей навзрыд дочерью, обняла её.
Когда маркиза Кавальи ди Шлосс, обеспокоенная странной тишиной, заглянула в комнату, то увидела, как обычно строгая королева баюкает в объятиях свою старшую дочь и что-то шепчет ей на ухо. Маркиза улыбнулась и тихонько, буквально на цыпочках, удалилась, поманив горничных за собой.
... Некоторое время спустя...
- Изволите надираться, дорогой супруг? - Василина, не удостоив взглядом мужнина собутыльника, в упор уставилась на Генриха.
Король отсалютовал жене полупустым бокалом и одним махом проглотил спиртное:
- Желаете поскандалить, дорогая супруга?
- Нам надо поговорить, Генрих. - Устало произнесла королева. Фельдмаршал поднялся, собираясь уйти, дабы не мешать семейному разговору королевских особ. - Конрад, вы тоже останьтесь.
- Генрих, будьте добры, плесните и мне. - Король удивленно приподнял брови, молча достал ещё один бокал и, налив на два пальца коньяка, протянул его жене. Василина выдохнула, лихо опрокинула в себя бокал, поморщилась, поискав глазами закуску. Фельдмаршал учтиво протянул королеве бутерброд. Она кивнула в знак благодарности.
- Эмми мне всё рассказала. - Тоном, не терпящим возражений, произнесла Василина. - Девочку нужно отпустить.
- И что же такого рассказала вам Эмми?
- Ну, Генрих, это наши, чисто девочкины секреты! Они не предназначены для грубых мужчин. Просто поверьте - так будет лучше для всех. И в первую очередь для неё самой.
- Но Лютик... Терпеть не могу это размазню! Он совершенно не подходит в мужья моей любимице!
- Нашей, ваше величество! - мягко поправил его фон Крауф.
- Я знаю. - Отмахнулась королева. - Тот ещё нытик. Весь в мамашу. Я не забыла, Генрих, как Хлоя когда-то вешалась на вас!
- Подумаешь, вешалась. - Проворчал втайне польщённый король. - Женился-то я на вас!
"Как же, женился он... Это я вас на себе женила, дражайший супруг!" - королева позволила себе внутренне усмехнуться, припомнив все свои уловки и кислую физиономию Хлои, которую та скривила, получив из рук соперницы приглашение на свадьбу.
- Генрих, поймите, - проникновенно начала Василина, интимным жестом положив свою изящную ручку на здоровую лапищу своего супруга. - Наша дочь сама должна понять, что Лютик совершенно ей не подходит. Всё дело в том, что Эмми вбила в свою головку мысль о великой любви к этому хлюпику. И если ей сейчас запретить, эта мысль только окрепнет. И дочь мы потеряем! Она должна сама набить себе шишки.
- Хорошо, будь по-вашему. - Генрих тяжело вздохнул. - Но одну я её отпускать не намерен. Эмилия поедет в сопровождении вооружённого отряда охраны.
Фон Крауф согласно кивнул, будучи полностью солидарен с королём. Но королева отрицательно покачала головой.
- Я надеюсь, это останется между нами. - Она выразительно посмотрела на мужчин. - Эмми договорилась с драконом. - Генрих открыл было рот, но Василина отрезала. - Без подробностей!
Королю ничего не оставалось, как согласиться: Эмилия отправилась в поход. Одна!
ЧАСТЬ 5. ЭПИЧНАЯ БИТВА.
Солнце стояло высоко в зените, щедро даря земле своё тепло. На небе паслись пушистые овечки-облачка. Лёгкий шаловливый ветерок колыхал придорожную траву, над которой в танце порхали разноцветные бабочки. На лугах деловито жужжали пчёлки-трудяжки, кружась над цветами. Ветер шелестел зелёной листвой деревьев, а сидящие на ветках птахи щебетали на разные лады, славя лето. Но Эмилии не было дела до окружающих красот. Она не замечала ни бабочек, ни пчёл, не слышала щебета птиц. Принцесса, вооружённая до зубов и упакованная в латы лично фельдмаршалом, нетерпеливо подгоняла свою лошадь, стремясь как можно быстрее добраться до гор, заснеженные вершины которых приближались слишком медленно. На самом деле принцесса прилагала все усилия, чтобы удержаться на лошади и не свалиться: проклятое забрало постоянно падало, закрывая обзор...
Ратный доспех Эмми был откровенно велик. Как же она не хотела его надевать! Увидев этот образчик кузнечных дел мастера, Эмилия в панике попятилась и наотрез замотала головой. Так, что мальчишки всерьёз думали, что у неё уши отвалятся! Но деваться принцессе было некуда: только на этом условии папенька согласился отпустить непутёвую дочь на свершение подвига.
Эмилии удалось не убиться, путь до горы с пещерой прошёл без эксцессов. Принцесса кулем, со звоном, съехала с лошади: тяжёлые латы перевешивали. "Хорошо хоть не упала. Видел бы меня сейчас Расс - умер бы со смеху. Позорище!"
Девушка, оставив лошадь пастись у подножия горы, из чистого упрямства, едва переставляя ноги, поднялась к пещере дракона.
Заглянувшая в пещеру принцесса была поражена до глубины души: представшая её взору картина была достойна кисти живописца. В пещере царила тишина, изредка прерываемая храпом дракона и тихими всхлипами принца, который буквально на секундочку смежил веки и сам не заметил, как уснул.
Расс похрапывал, лёжа на своей куче золота, а Лютик, дрыхнущий головой в направлении выхода, тихонечко скулил во сне, вяло перебирая ногами.
На мгновение в голову Эмилии закралась мысль разбудить Лютика и просто вдвоём удрать. Но поразмышляв, принцесса отказалась от этой идеи. Она должна доказать Лютику, что достойна его любви, а побег - не вариант.
Рассвумсчорр сквозь сон услышал подозрительное звяканье. Лениво приоткрыв глаз, дракон увидел странную картину: его имущество, то есть латы, которые до этого целое столетие спокойно стояли в углу, теперь пытались красться в пещеру. Получалось откровенно плохо.
Латы, крадучись (с характерным металлическим звоном), обошли спящего принца и двинулись по направлению к нему. Дракон решил, что он помешался... Скосив глаза туда, где раньше стоял сбежавший ратный доспех, Расс увидел точно такие же латы, которые - вот чудо - стояли на месте!
Латная перчатка взметнулась, подняв забрало. Взгляду изумлённого дракона предстала тушка его подружки, упакованной в железный хлам.
Эмилия занесла ногу, собираясь шагнуть, но тут Лютик заворочался... Бронированный ящер выпучил глаза и отрицательно замотал головой, потом приложил правую лапу к пасти, а когтями левой показывая движение.
Принцесса застыла с поднятой ногой, не понимая, что хочет от неё дракон. Отчаявшийся Расс "ну что за глупая девчонка!" потыкал лапой, мол, твой-то просыпается. Эмилия пожала плечами "не понимаю!".
- Да обернись ты! - проревел не выдержавший дракон, увидев, что Лютик проснулся и уже приподнимается. Эмилия резко развернулась, одновременно опуская ногу. Забрало упало, перекрыв ей обзор. И ногу Эмилия опустила на Лютика, отдавив ему самое ценное в организме: его драгоценные "бубенчики", которыми принц дорожил. Лютик взвыл и рванул в сторону. Эмилия, лишённая видимости, не удержалась, со всего размаху грохнувшись на тушку своего любимого. Несчастный принц в очередной раз потерял сознание, а дракон облегчённо выдохнул - катастрофа пока отменяется!
Шлем Эмилии при падении погнулся, с оглушительным звоном вписавшись в каменный пол пещеры. И теперь принцесса барахталась на увесистой тушке Лютика, не в силах сползти. Расс, не удержавшись, хихикнул. Уж больно смешное зрелище! Но пора доставать принцессу из её "узилища": надо успеть проработать план битвы.
Рассвумсчорр протянул лапу и, подцепив когтём шлем, потянул.
- Уй, что ты творишь?! Ты же мне голову оторвёшь!!! - возмутилась Эмилия.
Шлем погнулся настолько, что любая попытка снять его приводила к приглушённым воплям принцессы. Дракон почесал в затылке. "Мда... Дела...".
На заднем плане зашевелился приходящий в себя Лютик. И дракон решился. Он передними лапами схватил Эмилию за шлем, поднял и потряс, вытряхивая злополучную подругу из плена, невзирая на её возмущённые вопли и обещания отомстить.
На сей раз попытка освобождения удалась в полной мере - Эмилия, высвобожденная из железного плена, шмякнулась на пол, а мятый шлем Расс швырнул в сторону. Но...
- Эмми, что ты тут делаешь?! - полным удивления голосом спросил успевший прийти в себя Лютик. Принцесса расплылась в довольной улыбке. - Ой, Лютичек... - заворковала она, моментально позабыв про сражение.
- Эть... - крякнул раздосадованный дракон. План накрылся медным тазом. Как теперь выкручиваться из ситуации, Расс не знал. Оставалось импровизировать...
Он постучал когтём по латам Эмилии:
- Простите, я вам не мешаю?
Эмилия обернулась, нехотя отворачиваясь от своего любимого. И теперь Лютик с изумлением смотрел на дракона, который корчил страшные морды и размахивал лапами, явно пытаясь что-то донести до Эмилии.
Эмилия пожала плечами. Дракон, плюнув от досады на глупую девчонку, повертел лапой у виска.
- Сражайся, дурында! - прошипел он.
На лице Эмилии проступило понимание. "Наконец-то дошло! Чтобы я ещё хоть раз имел дело с влюблённой дурочкой... Да никогда!" - зарёкся на будущее дракон.
Эмилия встала в торжественную позу, картинно уперев левую руку в бок, а правую, еле удерживая в ней тяжёлый меч, протянула по направлению к Рассу:
- Сдавайся, крылатая змеюка! Я буду сражаться до победного конца за люб... (тут принцесса запнулась) принца Лютика!
- Ой, было бы за кого, - буркнул дракон и выдохнул струю пламени, впрочем, стараясь не задеть Эмилию. Принцесса в ответ замахнулась мечом, удерживая его двумя руками. Её повело в сторону. Расс закатил глаза, демонстрируя своё отношение к этому безобразию. Ну, честное слово, позорище какое-то! "Пора это заканчивать, пока мы не спалились!"
Рассвумсчорр рывком сунул голову под падающий меч. Меч вскользь рубанул по бронированной драконьей чешуе и, отскочив от неё, вырвался из дрожащих от натуги рук Эмилии, отлетев в сторону. Дракон рухнул на пол. Он перевернулся на спину, для убедительности подрыгал задней лапой, потом, живописно раскинув лапы, немножко похрипел, прикрыл глаза и высунул язык, свесив его набок.
- Эмилия, ты убила это чудовище? Какая ты умница! Я непременно скажу папеньке, чтобы тебя наградили нашим высшим орденом. - Лютик деловито направился к куче золота, по пути несколько раз пнув дракона в бок. Больше не обращая никакого внимания на растерявшуюся Эмилию, принц стал набивать карманы Рассовым золотом.
Эмилия хлопала глазами, ничего не понимая: как оказалось, наглая кража драконьих сокровищ Лютиком совершенно не вписывалась в её картину мира.
- Лютик, что ты делаешь? Зачем?!
- А что такого? Эта тварь сдохла. Теперь все его сокровища мои! - С искажённым от жадности лицом он посмотрел на Эмилию, одновременно продолжая набивать карманы. - Ах, да... Можешь выбрать себе какую-нибудь безделушку на память о моём освобождении. Только не слишком дорогую!
- Лютик... но как же так... Ведь его убила я, а не ты?
- Ты?! - издевательски протянул принц. - Его убил я! Я!!! - С нажимом произнёс он. - Поняла? Ты никчёмная девчонка. Тебе никто не поверит! А если ты всё же откроешь свой рот, то я найду как его закрыть... - Угроза в его голосе была совсем нешуточной. - Твои родители, вот беда, однажды не досчитаются старшей дочери... - Лютик ехидно ухмыльнулся. - Кивни, если поняла.
Морально уничтоженная, красная, как варёный рак, Эмилия кивнула. По её лицу безостановочно текли слёзы: тяжело прощаться с первой любовью. Но, как оказалось, это было еще не всё...
- Ну, вот и хорошо. Глядишь, ещё и замуж выйдешь за какого-нибудь захудалого барончика. Если он соизволит жениться на такой дурнушке, как ты. - Лютик с непередаваемым выражением лица окинул взглядом дрожащую фигурку девушки. - Тьфу, ни рожи, ни кожи.
Эти слова были последней каплей. Эмилия почувствовала, как что-то в ней сломалось. Боль сжимала её сердце в своих ледяных когтях, дробя его на мельчайшие осколки. Жить больше не хотелось. Да и незачем...
Принцесса смотрела на Лютика, не видя его сквозь пелену слёз. Лишь её губы шевелились в немой попытке спросить, за что он так с ней... Что она такого сделала...
...А за пределами пещеры всё так же сияло солнце, улыбаясь этому миру, шаловливый ветерок играл в догонялки с облачками-овечками и щебетали птахи - словно ничего такого не произошло...
ЧАСТЬ 6. НАКАЗАНИЕ. ИЛИ "НЕ ТВОЁ - НЕ ТРОГАЙ"!
Рассвумсчорр слушал принца и не верил своим ушам. "Рано. Пока ещё рано", - уговаривал он самого себя потерпеть. Ибо сожрать мелкого засранца хотелось просто неимоверно! Да что там... Крылатый ящер просто был в ярости! Она кипела в нём, словно лава, угрожая вот-вот вырваться наружу. Но дракон сцепил зубы и лежал молча - ради Эмилии. Его подруга должна была на своей шкуре прочувствовать, что такое Лютик.
Расс украдкой приподнял голову и посмотрел на плачущую девушку. Дракон увидел, как Эмми вздрагивает от каждого злого слова Лютика, словно от ударов. Она тряслась как осиновый листок на ветру, заливаясь слезами.
"Эмми, борись! Не сдавайся! Ну же, девочка, возьми меч и надери этому засранцу задницу!" - Расс мысленно воззвал к принцессе.
И будто услышав его, Эмилия резко вскинула голову. Последний всхлип застрял в горле. Она вытерла мокрые глаза тыльной стороной латной перчатки. Дракон увидел на её лице застывшую маску боли и решимости. "Теперь держись, слизняк..." - дракон готов был зааплодировать.
- Заткнись! - тяжело упало слово, брошенное равнодушным тоном. - Мразь и вор! - Эмилия в упор посмотрела на растерявшегося принца.
Лютик молча проглотил очередное оскорбление. Такой он Эмилию никогда не видел. Какой страшный взгляд... Но ещё больше юношу испугало даже не это: голос Эмилии. Звучавший холодно и равнодушно. Голос, в котором не было ни капли жизни. Теперь перед ним стояла не заплаканная девчонка, а воин, готовый убить без сожаления. И принц изрядно струхнул. Он понял, что перегнул палку. Лютик вообще был трусом, изгаляясь лишь над теми, кто не мог ответить. Ни одна из его обожательниц даже не догадывалась, сколько молоденьких, хорошеньких служанок было им перепорчено. Сколько слуг лично перепорото на конюшне... Но всё сходило Лютику с рук. До этого момента...
Но Лютик не был бы Лютиком, если бы не попытался выкрутиться.
- Эмиличка, малышка, - заюлил он. - Ты неправильно меня поняла. Я имел в виду, что ты можешь взять всё, что захочешь! И вообще, я решил - когда мы вернёмся домой, я обязательно сделаю тебе предложение и мы поженимся! Ты же простишь меня, детка? - Принц послал Эмилии воздушный поцелуй, уверенный, что эта замухрышка растает и сменит гнев на милость, услышав про свадьбу. А вот когда они вернутся, Эмилия крепко пожалеет...
"Каков гадёныш!" - обеспокоенный Расс готов был в любую минуту вмешаться, если влюблённая глупышка вдруг поведётся на сладкие речи. Но тревога дракона была совершенно напрасной.
Эмилия подняла меч с пола:
- Выкладывай всё из карманов. И пошёл вон. Считаю до трёх. Время пошло. Раз...
Лютик захлопал ресницами, глупо приоткрыв рот, не в силах поверить, что Эмми не поддалась на его сказки.
- Три... - Эмилия улыбнулась, и юноша вздрогнул: её улыбка была похожа на оскал. Девушка легко, одним скользящим движением, словно в бальном платье, а не в тяжёлом доспехе, шагнула вперёд, занеся меч для удара, и Лютик не выдержал. Завизжав, как раненый заяц, принц в мгновение ока вытряхнул всё, что успел захапать и, петляя, пронёсся мимо Эмилии к выходу, едва не сбив её с ног.
Расс решил, что тоже хочет в этом поучаствовать, и подставил принцу хвост. Лютик упал, расквасив нос. А дракон на этом не остановился и взмахом мощного хвоста придал юноше ускорение. Его королевское высочество, воя от боли, проехалось пузом по каменному полу до выхода из пещеры, а затем кубарем покатилось по склону горы к её подножию.
Дракон и девушка проводили взглядами удаляющийся воющий ком и вернулись в пещеру. Они уже не видели, как принц, чудом не переломавший себе кости во время экстремального скоростного спуска, охающий и костерящий Эмилию на все лады, попытался залезть на лошадку девушки, которая с аппетитом жевала траву, дожидаясь возвращения своей хозяйки. Лошади этот тип крайне не понравился. Животное возмущённо заржало и, повернувшись к Лютику задом, хорошенько приложило его задними копытами, оставив красочные отпечатки двух подков.
От дальнейшей расправы разгневанной животиной Лютика спасли крестьяне.
Принц был опознан парой девушек, которые ранее были горничными у Лютиковой матери. Одна отказала принцу, а вторая забеременела. Итог для обоих был одинаков: девчонки были выгнаны со службы без выходного пособия. Теперь они горели жаждой мести. Лютика под предлогом помощи спеленали бинтами. Перемотанный с головы до ног юноша стал похож на диковинную заморскую мумию. После этого принца погрузили, совершенно "нечаянно" уронив несколько раз, на расхлябанную телегу и повезли домой, специально пересчитывая колёсами каждый камень и ямку.
Тем временем в пещере Эмилия, прижавшись к Рассу, наконец дала волю слезам, которые хлынули бурным потоком, выплакивая боль и горечь.
- Расс, какой же я была дурой! - рыдала девушка. - Как теперь жить?
- Эмми, ну, полюбила ты гадёныша... Продумаешь, проблема... Ты "спасибо" ему сказать должна - вовремя он своё гнилое нутро показал. Да и никто кроме меня его не слышал. Гораздо хуже было бы, если бы он при всех рот свой поганый открыл. Да и потом, мужчин на свете много, найдёшь себе того, кто полюбит тебя такой, какая ты есть - со всеми твоими недостатками. Поэтому, подруга, хватит рыдать! У тебя вся жизнь впереди!
Расс, утешающе порыкивая, обнял крылом рыдающую навзрыд девушку, которая навсегда прощалась с иллюзиями и со своей несбывшейся мечтой.
ЧАСТЬ 7. ТРИУМФАЛЬНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЛИ... КОМУ КАК.
Забинтованный с ног до головы принц трясся в скрипучей телеге. Его мотало от одного борта до другого. Каждый ухаб, ямка или камушек отдавались в теле тупой болью. Но больше всего Лютика добивало непрерывное пение возницы. Крестьянин, которому медведь отдавил оба уха, всю дорогу горлопанил свои песни таким же скрипучим как телега, голосом, не попадая ни в одну ноту, чем доводил Лютика просто до безумия! Юноша протестующе мычал, пока у него не сел голос, но проклятый крестьянин униматься и не собирался. Поэтому принцу оставалось только придумывать способы мщения, один страшнее другого. Этим он и занимался до самой границы королевства своего папаши.
Крестьянская телега, в которой бултыхалась "мумия" Лютика, влекомая лошадью сугубо пенсионного возраста, то есть, попросту дряхлой, наконец-то добралась до пограничной заставы владений Пеппина Великолепного...
Гвардейцы, до сего момента резавшиеся в карты на щелбаны, бросили игру и обступили телегу, заинтересованно разглядывая "поклажу".
- Что везём?
- Да принца вашенского, етить иво! - Крестьянин сплюнул, скривив лицо. - Господина дракона он, видать, крепко обидел... Вишь ты, зверюга крылатая пакость вашенскую даже ждрать не стала, побрезговамши... И то верно, такого сожрёшь, не приведи боги, отравишшси.
Гвардейцы переглянулись.
- Принц, говоришь? - Офицер, он же старший караула, заговорщицки подмигнув крестьянину и вертя в пальцах серебрушку, задумчиво спросил в сторону:
- Интересно, а с какой стороны голова?
- А незнай, ваша светлость! - подхватил игру ушлый крестьянин, тыкая пальцем в забинтованное Лютиковое лицо. Монетка незамедлительно перекочевала в его ладонь.
Гвардейцы, по команде офицера, подхватили увесистую тушку принца и, ехидно ухмыляясь, словно случайно уронили его, шмякнув головой о булыжную мостовую. Лютик протестующе замычал. Крестьянин заржал, а офицер показал ему кулак, мол, не порти картину.
- Быстро поднять его высочество и разбинтовать! - грозным голосом скомандовал офицер, одновременно жестами указывая крестьянину "вали отсюда от греха подальше". Сообразительный крестьянин резво развернул телегу и щёлкнул кнутом:
- Но, залётная! Домой!
Старая лошадь, вроде бы только что бывшая на последнем издыхании, рванула с места ровно призовая кобыла. Гвардейцы и глазом моргнуть не успели, как лошадь с телегой скрылись с глаз. Только пыль столбом указывала направление, в котором та удалялась.
Когда с Лютика были сняты бинты, гвардейцам с трудом удалось удержать серьёзное выражение лиц. Действительно, зрелище было эпическое: вместо лощёного, разодетого в пух и прах наследника Оттона солдаты увидели чучело в грязных отрепьях. Впрочем, сам принц был не чище.
- Ваше высочество? Вы ли это? - офицер, внутренне ликуя (ага, армия Лютика тоже не любила), всмотрелся в чучело, еще недавно бывшее принцем.
Разбинтованный принц первым делом попытался наорать на солдат, но из его глотки вырывалось лишь рассерженное сипение. Лютик чуть не лопнул от злости! Свирепо вращая глазами, он махал кулаками перед носом еле сдерживающегося офицера, жестами обещая наказать солдат. Но, к счастью, принц быстро выдохся.
- Пить... - через силу выдавил Лютик.
"Пить, значит, захотел, гадёныш? Будет тебе питьё..." - офицер ухмыльнулся, моментально придумав идеальный выход из ситуации.
- Ваше высочество, если позволите, я лично принесу вам воды. - Получив милостивый кивок головой, офицер отправился не к колодцу, а в караулку. Солдаты втихомолку посмеивались, принимая придурковатый вид, когда принц косился в их сторону: в караулке стоял кувшин с ядрёной самогонкой.
С совершенно серьёзной миной офицер протянул кружку с самогонкой Лютику. Караульные замерли в предвкушении: что-то сейчас будет... и их надежды оправдались. Принц одним махом опрокинул в себя содержимое кружки.
Доза для изнеженного юноши, не пившего ничего крепче столового вина, была убойной. Лютик захрипел сожжённым горлом, покраснев как рак. Его глаза сошлись к переносице, и он рухнул на землю, как подрубленное дерево и моментально захрапел, испуская ядрёный сивушный дух, от которого мухи на подлёте падали.
Гвардейцы во главе с офицером загоготали. В ответ Лютик всхрапнул так, что из конюшни донеслось возмущенное лошадиное ржание.
Принца, точно набитый мешок, с пятой попытки перекинули через лошадиный круп: первые четыре раза Лютик съехал с крупа, как с горки, башкой вниз, наставив себе очередных шишек, но так и не проснулся. В таком виде - пьяным в хлам и храпящим, его и доставил во дворец старший караула.
Увидев своё сокровище хоть и живым, но в столь непотребном виде, её величество королева Хлоя устроила форменную истерику, заливаясь горючими слезами и потребовала от супруга срочно найти и наказать виновника бедственного положения своего ненаглядного сыночка. Король Пеппин Великолепный, морщась от истерических воплей жены, отдал приказ арестовать гвардейца. Офицер был препровождён в пыточную, куда вскоре заявился главный королевский палач, где и был допрошен в присутствии самого Пеппина (ага, склонность к насилию у Лютика была от папочки!) с применением особых мер дознания. Офицер, кстати, дальний родственник Оттона, несмотря на пытки, ни в чём предосудительном не признался, и король ушёл, будучи крайне недовольным. Пеппин, как и все тираны, боялся бунта, а этот родственничек, как ни крути - претендент на трон.
Пока папенька принца в своё удовольствие проводил время в каземате, маменька хлопотала, командуя консилиумом врачей, раздавая пощёчины горничным, недостаточно расторопно, по её мнению, выполнявшими её распоряжения, рыдая над каждым синяком, царапинами и шишками своего драгоценного чада. Хлоя напрочь отказывалась верить, что Лютик просто мертвецки пьян, а не смертельно болен.
Принц был обмазан разными мазями, опять забинтован и дрых, храпя и портя воздух. Очнулся Лютик спустя сутки, не понимая, где он и что с ним. Голова гудела и трещала, точно чугунный колокол, во рту словно кошки нагадили. Юноша попробовал приподняться, но голова закружилась. Принц заблевал всё вокруг.
- Маменька... - простонал он, узрев Хлою. - Как мне плохо! Я умираю, да?
- Ну что ты, мой маленький, - королева Оттонская самолично вытерла влажной надушенной салфеткой Лютиковое лицо, разукрашенное синяками в синий цвет с нежным фиолетовым подтоном. - Нет, конечно же, нет!
После того, как Лютик был отмыт и переодет, Хлоя и появившийся в покоях принца Пеппин потребовали рассказать, что же произошло после его похищения.
- Лютичек, сыночек, расскажи мамочке, кто на тебя покушался! Папенька непременно накажет всех злодеев!
Принц со стоном прикрыл глаза, вспоминая... дракон, сокровище, Эмилия... Он поморщился, вспомнив угрозы этой страшилы. Рассказать правду?! Да ни за что!!! Значит, надо врать, очерняя принцессу.
- Маменька, это Эмилия! Она пыталась меня убить!!!
Хлоя ахнула, прижав руки ко рту. Её глаза загорелись гневом.
- Эта мелкая дрянь... я так и знала, что без её участия не обошлось! Недаром я её терпеть не могу! Вся в Василину! (Хлоя тоже не забыла, кто отбил у неё тогда ещё принца Генриха!).
Лютик разливался соловьём, описывая родителям в красках, как сражался с драконом одной шпагой и победил его, но тут появилась Эмми, вооружённая до зубов и, позарившись на драконово золото, чуть не убила его, Лютика. Ему, мол, едва удалось унести ноги! Королева ахала, хваталась за сердце, а Пеппин метал глазами молнии. Горничные и врачи переглядывались, кривясь как от зубной боли - уши вранья торчали отовсюду, но благоразумно помалкивали, потому что осмелься кто-нибудь из них сказать, что быть того не может - озвученная вслух правда равна была бы смертному приговору или пожизненному заключению.
Наглая ложь принца обернулась закономерным итогом: король Пеппин Великолепный соизволил бросить перчатку Генриху Суровому, что было равнозначно объявлению войны.
Само объявление было обставлено честь по чести - с горнистом, герольдом и надутым как индюк парламентёром. Горнист протрубил сигнал, герольд озвучил описание герба его королевского величества Пеппина, а индюк-парламентёр в присутствии заинтересованной толпы зевак по обе стороны границы, во всеуслышанье обвинил Эмилию Боннемскую в попытке убийства Лютика, наследного принца Оттона и швырнул перчатку через границу.
Конрад фон Крауф, услышав столь наглую клевету в адрес своей любимицы, нарушил протокол, громко выругавшись отнюдь непечатными выражениями. Дамочки по ту сторону границы закатили глаза "ах, какой мужлан! Фу таким быть!" и заткнули пальчиками свои нежные ушки, а по эту - поддержали бурными аплодисментами.
Король Боннема молча проследовал к пограничной меже и поднял перчатку. Вызов был принят!
Войска двух государств, маршируя под барабанный бой, стягивались к границе. Дамы по обе стороны границы махали вслед уходящим платочками и утирали слёзы, а мальчишки залихватски свистели и пытались подражать строевому шагу.
Генрих Боннемский ехал на белоснежном скакуне впереди своего войска, возглавляя его. Чуть позади короля на чёрном как смоль жеребце скакал его верный друг и соратник фельдмаршал фон Крауф.
Король Оттон на войну не явился. По лицам его солдат было видно, что такое поведение своего короля они крайне не одобряют. Лицо Финченто ди Кройме, фельдмаршала Оттона, просто пылало от стыда. Все присутствующие понимали - правда на стороне Генриха Сурового.
Но у ди Кройме не было выхода. Он, склонив голову перед Генрихом, извинился за отсутствующего Пеппина и махнул рукой, отдавая приказ горнисту дать сигнал к началу атаки.
Горнист вскинул горн, поднеся его к губам, но сигнал протрубить не успел - на горизонте появилась маленькая точка, которая увеличивалась в размерах. Точка быстро росла.
- Дракон! Дракон летит! - зашумели, загомонили солдаты по обе стороны. Действительно, широкий размах крыльев, хищная огромная морда, сверкающая на солнце чешуя - к границе приближался дракон. На его спине сидел маленький всадник в латах, но без шлема. Дракон приземлился. Всадник слез...
- Эмми, детка?! - поражённо спросил Генрих. - Верхом на драконе?! Но... Как?! Впрочем, я в тебя всегда верил!
Эмилия провела рукой по драконьему боку:
- Это Расс, и он мой друг, папочка. - Дракон величаво наклонил голову, подтверждая слова принцессы.
На лице фон Крауфа расцвела широкая улыбка. "Молодец, девчонка! Правильно я её воспитал" - подумал фельдмаршал, раздуваясь от гордости.
- Прошу прощения, господин дракон, - робко вклинился в чужой разговор Финченто ди Кройме. - Если вы живы... то кого же тогда убил его высочество Лютик?!
- Этот трус? - с выражением крайнего презрения на морде проревел дракон. - Никого. А вот украсть моё сокровище... - хвост дракона раздражённо дёрнулся. - Этот негодяй попытался. И - тут Расс в полном негодовании выпустил длинную струю огня. - Этот гадёныш посмел угрожать Эмилии! - Дракон повернул голову к Генриху. - Но ваша дочь настоящий воин! Эмилия справилась с ним сама, без моей помощи. Я только помог выпнуть его из своей пещеры.
Солдаты Боннема одобрительно засвистели.
Ди Кройме побледнел. Потом покраснел. А потом, решившись, шагнул к Эмилии и встал на одно колено, опустив меч на землю:
- Ваше королевское высочество! - обратился он к принцессе. - Простите меня! Я знал, что принц Лютик не слишком хороший человек. Но я даже представить не мог, что он попрёт все законы рыцарства... - фельдмаршал склонил голову перед Эмилией. Ему было невыносимо стыдно.
Послышался звон мечей. Солдаты армии Оттона один за другим бросали оружие на землю и вслед за фельдмаршалом склоняли колени перед растерянной принцессой. Война Оттона против Боннема закончилась, не начавшись.
Мальчишки по обе стороны границы были разочарованы. Не каждый день можно увидеть столь захватывающее зрелище, а тут на тебе... сплошное разочарование, да и только!
Разочарование царило и в стане обожательниц Лютика: "куриное стадо" надеялось, что эта несносная задавака Эмилия наконец-то получит по заслугам. А вместо этого такой конфуз!
А сама Эмилия меньше всего думала о наказании. Ей, честно говоря, было совершенно не до этого. Лютик был последней перевёрнутой страницей в прочитанной книжке. Его судьба принцессу больше не волновала.
- Господин фельдмаршал, встаньте. Пожалуйста! - девушка взволнованно обратилась к ди Кройме. - Нельзя быть виноватым в чужой подлости. - Она протянула руку Финченто. Рассвумсчорр рыкнул, соглашаясь с принцессой.
Растроганный ди Кройме благоговейно поцеловал протянутую руку и во всеуслышанье поклялся прославлять имя принцессы согласно древнему кодексу чести на всех рыцарских турнирах.
- Какова, а?! - Генрих Суровый умилённо вытер слезу. - Совсем взрослая!
- И не говорите, ваше величество. - поддержал его Конрад, любуясь воспитанницей: в этот самый момент в едином порыве войско Пеппина Великолепного вслед за своим фельдмаршалом приносило клятву верности Эмилии Боннемской.
...Эта война вошла в историю как Драконье противостояние...
ЧАСТЬ 8. РАСПЛАТА.
...В королевской резиденции Оттона, где уже были известны "горячие" новости о появлении Эмилии верхом на драконе, о присяге, которую ей принесли, царил переполох. Пеппин Великолепный метался по тронному залу из угла в угол, как загнанный зверь, которого вот-вот настигнут охотники. Хлоя истерически рыдала, спешно приказывая немедленно паковать свои украшения, визгливо орала на фрейлин и лупила по щекам дворцовых служанок. Принц Лютик забился под кровать и теперь трясся в ожидании неминуемой расплаты за свою ложь.
Что характерно, ни папенька, ни маменька в этот момент не думали о сыне. Пеппин думал лишь о спасении собственной шкуры, а Хлоя - о личном имуществе.
Пеппина наконец-то осенило, кто во всём виновен.
- Это всё твоё воспитание! Это ты вырастила из нашего сына труса и слюнтяя! Если бы не этот болван, то ничего бы не было! - орал он на свою жену.
- Ничего подобного! - взорвалась Хлоя. - Это твоё воспитание! Наш сын во всём брал с тебя пример! И вообще, виновата эта малолетняя шлюшка Эмилия. Если бы она не вернулась, то ничего бы не было! Это она должна просить у нас прощения!
- Боги всеблагие... На какой же дуре я женат!!! - простонал король.
- Сам дурак! - Хлоя в ярости швырнула в него увесистое ожерелье.
Пеппин в долгу не остался, сказав, где конкретно он видел её и её ближайших родичей, и в какого цвета тапках. Королева завизжала и вцепилась наманикюренными ногтями в лицо своего благоверного точно базарная торговка. Воя от боли, поливая жену площадной бранью, совершенно не стесняясь посторонних, присутствовавших в тронном зале, Пеппин попытался отодрать её от себя. Фрейлины смотрели на это незабываемое зрелище круглыми глазами: когда еще увидишь, как король с королевой дерутся точно простые смертные.
Пеппин нашарил рукой королевский скипетр и от души шарахнул Хлою по голове. Удар смягчил завитой парик королевы. Она икнула больше от испуга, чем от боли и отпустила травмированного ею благоверного.
Фрейлины на цыпочках, гуськом, потянулись вон из зала. Кто знает, вдруг всё обойдётся, а они свидетели... Правящая династия унижений не прощает!
...Король шипел от боли, промокая окровавленные царапины батистовым носовым платочком. Лицо немилосердно жгло.
Хлоя поправила съехавший набок парик и попыталась приладить на место оторванный в пылу августейшей драки кружевной воротник.
- Надо попытаться договориться с ящером. - Король отбросил окровавленный платок. - Я знаю, что делать! Видишь ли, Хлоя, я уверен, что Боннемские ему заплатили. А иначе б зачем ему связываться с Эмилией? Поэтому мы ему тоже предложим золото!
Хлоя Оттонская, усталая и злая, как сто собак разом, тяжело вздохнула:
- Ты думаешь, получится? А если это чудище откажется?
- Ну подумай сама - кто в здравом уме откажется от золота? Ты бы отказалась? - Королева отрицательно помотала головой. - Вот видишь! Тут всё зависит от суммы...
- А если он попросит... ну, много? - Хлоя представила, сколько может запросить дракон, и ей стало плохо.
- Подумаешь, подниму налоги на всё и введу новые. - отмахнулся самодержец.
Король действительно был уверен, что крылатое чудище не сможет отказаться от сокровищ и проблема будет решена.
Оттон судил по себе: он даже не подозревал, что не всё меряется деньгами.
- А вдруг это неправильный дракон? - королева была уверена, что дракон от золота не откажется, но ма-а-а-а-аленький червячок сомнения всё же точил её душу.
- В крайнем случае пожертвуем Лютиком. В конце концов этот дрянной мальчишка втравил нас в эту историю. Вы, дражайшая супруга, в том возрасте, когда не поздно обзавестись новым наследником. "Всегда можно обзавестись новой молоденькой и покорной женой, а эту старую клячу засуну в дальний монастырь" - подумал про себя король. - "На худой конец, признаю одного из бастардов. Зря что ли я их столько наплодил?"
"Дай только расплатиться с ящером - пулей с трона вылетишь. И хорошо бы несчастный случай устроить." - королева пошло облизнулась, вспомнив про своего любовника (как красиво будет смотреться золотая корона на его чёрных как смоль кудрях!) - юного красавца стражника из дворцовой охраны. Она мечтательно зажмурилась - рога у её супруга были развесистые.
...Покинутый всеми принц Лютик лежал под кроватью, сжавшись в комок. Неизвестность мучила его больше, чем неотвратимость наказания.
Время застыло, как муха в смоле. И чем больше принц ждал, тем страшнее ему становилось. "Это всё из-за Эмми" - шептал он, трясясь как в ознобе. - "Это она виновата! Не я!".
Но проклятая память упорно подсовывала воспоминания: как он набивает карманы драконьими сокровищами, угрожает Эмилии, осыпая её оскорблениями. Но память на этом не остановилась, она уводила его в прошлое, которое совсем его не красило - слишком много нехорошего наворотил за свою короткую жизнь принц. Красочные картины его плохих поступков мелькали перед его глазами. Юноша помотал головой, стремясь избавиться от видений.
Принцу никогда так плохо не было. Он не понимал, что его так мучает. А ответ был прост: это просыпалась его совесть...
Незнакомое доселе чувство мучило Лютика всё сильнее, заставляя его душу корчиться в невыносимых муках.
И эти муки заставили принца выползти из его убежища. Какая теперь разница, где его настигнет смерть. Лютик шёл, не видя, куда несут его ноги, и никого не замечая на своём пути.
Встречные провожали принца удивлёнными взглядами: обычно надменный, сейчас он шёл, покачиваясь, словно пьяный, с безжизненными глазами, смотрящими в пустоту. Его одежда была в пыли и паутине, а в золотых локонах тускнела одинокая седая прядь.
Ноги сами принесли юношу в тронный зал. Незамеченный родителями, он услышал свой приговор: им собирались пожертвовать, отдав дракону. Лютик горько усмехнулся и так же молча вышел.
...В Боннеме на площади перед королевским дворцом совещались все, кто участвовал в несостоявшейся битве, включая фельдмаршала соседней страны и королеву Василину, которая временно оставила младших детей на няню. Присутствующие на большом королевском совещании никак не могли прийти к решению, которое всех бы устроило. Они, споря до хрипоты, пытались решить, что им делать дальше. Дракон не отставал от людей, тоже по мере возможностей вставляя свои замечания. Но решение пришло само... На площади внезапно появился Лютик Оттонский.
- Я пришёл. - сказал Лютик просто. - Я сам. Я сдаюсь. Все присутствующие увидели, как резко повзрослел вчерашний мальчишка. Глазами юноши смотрел убелённый сединами старец.
Он обратился к дракону:
- Господин дракон, не знаю, сможете ли вы когда-нибудь простить меня. Если вы восхотите съесть меня, то так тому и быть. - Лютик покорно склонил голову, смиряясь с собственной судьбой.
Рассвумсчорр от неожиданности подавился собственным огнём. Выдохнув через нос черные клубы дыма, едко пахнущие жжёным углём, дракон раздражённо рыкнул и отрицательно мотнул головой:
- Не буду я тебя жрать! Вдруг ещё отравлюсь... и вообще, твою участь должна решить Эмми!
- Ваше высочество, - обратился юноша к Эмилии. - Я понимаю - я жестоко оскорбил вас. Мне нет прощения... Но я молю вас... Если есть хоть один шанс из миллиона, что вы когда-нибудь простите меня, то я готов ждать всю жизнь. - Он покаянно опустился на колени перед растерявшейся принцессой.
- Видать, исправился малец. - Конрад хлопнул по плечу стоявшего на коленях принца, который с надеждой в глазах смотрел на его дочь. Лютика ощутимо перекосило - рука у папеньки Эмми была тяжёлой. - Доченька, прости ты его и пусть катится ко всем чертям.
Дракон, который с лёгкостью, отточенной веками, читал людские души как раскрытую книгу, поддержал короля.
- Принц действительно исправился. Уж не знаю, что произошло, но одно я вижу совершенно чётко - он никогда не вернётся к прежней жизни.
- Хорошо, - Эмилия кивнула. - Раз вы считаете, что Лютик исправился, то я прощаю его.
- Встаньте, ваше высочество! - девушка обратилась к всё ещё стоящему на коленях принцу.
- Что делать намерен? Домой вернёшься? - Генрих обратился к поднявшемуся Лютику.
Юноша улыбнулся и отрицательно покачал головой:
- Нет. Пусть трон Оттона займёт человек, более достойный, чем я. А я начну жизнь с чистого листа. В Драконьей обители у меня подрастает ребенок. Если его мать простит меня, то я женюсь на ней! А если же нет... поселюсь рядом и хотя бы издали буду смотреть, как растёт моё дитя...
- Это слова настоящего мужчины! Но как же твои родители? - король вопросительно посмотрел на бывшего принца.
- Мои родители хотели отдать меня дракону, если он откажется от золота. Я думал, что они любят меня. Как вы и её величество, - Лютик коротко поклонился Василине. - Любите свою дочь. Но оказалось, что я им не нужен. Что ж... Пусть так и будет.
Он продолжил:
- И если вы, ваше величество, соизволите одолжить мне коня, то я прямо сейчас отправлюсь в Драконью обитель.
Просьба принца была выполнена. С пожеланиями удачи и с небольшим количеством монет на первое время, бывший принц, а ныне вольный юноша, отправился навстречу новой жизни.
...В королевском дворце Оттона ныне царила самая настоящая паника! Пропал наследный принц. Дворец был обыскан весь: с подвалов до чердака. Лютика не было нигде. А те, кто видел, куда именно направил свои стопы наследник престола, предпочли помалкивать.
- Где этот щенок?! - Пеппин в ярости мерил широкими шагами тронный зал. - Куда он делся?!
Пеппин тревожился вовсе не за сына и его судьбу. На самом деле короля душила жаба: ведь если принц не найдётся, то придётся основательно опустошить свою сокровищницу. Хотя... он искоса взглянул на свою жену. "Отдам твари эту старую дуру! В конце концов это не какая-нибудь крестьянка! У моей жёнушки родословная о-го-го!". А Хлоя думала, что дракону можно отдать и мужа ... и пусть крылатая тварь его сожрёт.
- Ваши Величества! - в тронный зал вошёл Финченто ди Кройме. Он посмотрел на царственных супругов как равный, даже не собираясь кланяться.
Пеппин возмутился и хотел кликнуть стражу, чтобы арестовать наглеца, но не успел - с улицы донёсся драконий рёв, проникающий сквозь закрытые витражные окна. Рёв был крайне рассерженным.
У короля от ужаса зашевелились остатки волос. Королева завизжала и полезла под трон - прятаться, но застряла. И теперь она выла на одной ноте, не в силах вырваться из западни и прощалась с жизнью. Мысли о том, что дракону можно предложить плату, из королевских голов разом испарились.
...А потом был суд. Строгий, но справедливый. Пеппин Великолепный и Хлоя были низложены...
ЭПИЛОГ.
После отставки трон Оттона занял дальний родственник Пеппина - тот самый офицер с пограничной заставы. Его правление отличалось исключительной заботой о подданных.
Бывшая королева, прежде чем отправиться к родственникам, дала отставку своему мужу - в надежде, что её молодой любовник отправится вместе с ней. Но стражник отказался, и рыдающая Хлоя уехала восвояси, и теперь жила на положении приживалки, с тоской вспоминая былые времена. А бывшему королю ехать было некуда. Ему пришлось уйти в монастырь, где он и днём и ночью призывал кары на головы всех, кто лишил его трона.
Генрих и Василина Боннемские правили вместе, всё так же любя друг друга и своё потомство. Василина иногда ворчала для порядка, а Генрих, украдкой посмеиваясь, делал всё, о чём просила его жена.
Фельдмаршалы Боннема и Оттона, Конрад фон Крауф и Финченто ди Кройме подружились. Свои встречи они проводили в долгих беседах за кружечкой отменного пива.
Что касается Лютика, то он-таки женился на бывшей горничной своей матери и, начав с подмастерья, освоил ремесло кузнеца, став настоящим мастером. Из-под его молота выходили чудесные вещи. Слава об искусном кузнеце распространилась на окрестные королевства и у Лютика отбоя не было от желающих именно у него заказать кованое изделие. А сам Лютик нарадоваться не мог, глядя на своих домочадцев, - любимую жену, что всегда встречала его на пороге дома, и своих детей: дочку Изольду и сына, которого Лютик назвал Рассом - в честь дракона.
А что же наша героиня Эмилия и её друг дракон Рассвумсчорр? Нет, они не осели дома, как можно было бы подумать. Крылатый ящер позабыл о своей скуке, а перед Эмилией открылись все дороги! И она, свободная, как вольный ветер, вместе с драконом отправилась навстречу приключениям... Впереди её ждали и радость, и горе, и много чего ещё. Но с Рассом она никогда не расставалась, дорожа своей дружбой. И когда Эмми встретила мужчину, которого полюбила и который полюбил её, первым, кого Эмми пригласила на свадьбу, был Расс...
Но, тсссс! Это уже совершенно другая история!