В июньский вечер 1963 года два брата ехали по дороге из Москвы в Минск. Оба были молоды и чуть пробившееся усы свидетельствовали о том, что им едва ли минуло двадцать лет. Один из них был брюнет, а другой блондин. У первого чёрные, как смоль, волосы были коротко острижены, у второго золотистые кудри развевались по плечам.
Ночь была одновременно светлая и тёмная: звёзды блестели на тёмно-синем небе, а земля была погружена во мрак.
Повернувшись, друг к другу в кабине грузовика и несколько наклонившись, они разговаривали вполголоса.
-- Виктор, - говорит брюнет. - Не правда ли приятно ехать в такую тёплую летнюю ночь по безмолвной пустынной дороге.
Блондин засмеялся.
-- В особенности приятно ехать, Иван, когда выезжаешь тёмной ночью из Москвы и направляешься в чудесный город, как Минск, путь которого в полночь откроется для нас.
-- Не сглазь только...
-- Ты же сам сказал, Иван, что дорога пустынна: притом признайся, что ты заговорил о прелести ночи для того только, чтобы затем перевести разговор на неё.
-- Никогда, - продолжал юный блондин. - Пусть лишат меня носить имя Иван, если я не прав, утверждая, что ты, мой друг, уже целый час с нетерпением ждешь, чтобы я начал говорить с тобой об Алёне.
-- Виктор, Виктор! - проворчал светловолосый спутник. - От Москвы до Минска не сыщешь, такого дурного поверенного, как ты. Ты поступаешь крайне неосторожно, заставляя дорожное эхо повторять имена.
Юный Виктор лишь усмехнулся.
-- Ты не знаешь, - продолжал Иван. - Какой тонкий слух у ревнивых мужей. Вырой яму в земле и скажи туда потихоньку: "У бедного милиционера Игоря есть жена Алёна, которая..." И ты не успеешь ещё закопать яму, как ветерок, дующий в листве соседнего кустарника, унесёт на своих крыльях твои слова и доставит их бедному милиционеру...
-- Ух! - сказал блондин. - Этого именно мне бы и хотелось.
-- Как! Чудак, ты хотел бы...
-- Я хочу, Иван, чтобы ты признался, что ты отчаянно храбрый человек.
-- Неужели!
-- Ты два раза счастливо ускользал от него. В первый раз милиционер вечером вошёл к своей жене, и ты простоял более часа, спрятавшись в складках занавеси. В другой раз ты провёл ночь в листве берёзы.
-- Это было летом, и я проспал на ветке дерева.
-- Знаешь ли, Иван, что милиционер, который так же ревнив, как некрасив, может подослать кого-нибудь убить тебя. Хотя ты и милиционер. Если бы у него не хватило смелости погрузить кинжал в ваше сердце.
-- Виктор, - возразил светловолосый спутник. - Слыхал ты когда-нибудь, какие сказки рассказывают про мою бабушку.
-- Ещё бы, но по какому поводу?
-- Есть один повод, но он заключает прекрасное нравоучение относительно любви: "Любовь, - говорила бабуля, - это, когда, любишь всем телом. Ты покрываешься ею полностью, и избавиться от неё уже невозможно".
-- Вот этого-то я не вполне понимаю, - наивно заметил Виктор.
-- Подожди, поймёшь.
Светловолосый спутник прибавил скорость и продолжал:
-- Моя бабушка, говорила риторическими фразами, намёками и метафорами. Крутой путь, видишь ли, это ревнивый муж, это окно, открывающееся в полночи, этот кинжал, угрожающий из-за угла тёмной улицы, эта летняя ночь, которую проводишь в грузовике или на ветке берёзы.
-- Хорошо, теперь понимаю...
-- Ровная большая дорога, - отсутствие всего этого, это любовница, к которой входишь среди бела дня, гремя шпорами и оставив свой грузовик у её подъезда, которая называет тебя своим милым и даёт открыто то, что ты был бы счастлив, получить тайком.
-- Итак, - прервал Виктор своего спутника. - Тебе не нравится широкий путь?
-- Мне? - с презрением заметил светловолосый парень. - Если когда-нибудь дьявол подстроит так, что Игорь будет убит и Алёна отворит предо мной настежь дверь своего дома.
-- Так что же? - спросил Виктор.
-- Я отвечу ей, что я не люблю дома, куда входят через окно, и что когда я вхожу к своей любовнице днём, то я боюсь увидеть на лице её морщинку или бельмо на глазу.
-- Аминь! - закончил Виктор.
-- Кстати, - начал тот, кого звали Иваном. - А тебе известно, что мы в последний раз едем в этот город?
-- Разве ты разлюбил Алёну?
-- Нет, разве так, немножко.
-- Почему же в таком случае?
-- Потому что мы завтра уезжаем.
-- Уезжаем? - с удивлением спросил Виктор и взглянул на своего собеседника.
-- Завтра утром... ты поедешь со мной.
-- Конечно. Но... куда же мы едем?
-- Я скажу тебе это, когда мы уедем от Алёны.
В ту минуту, когда Иван произносил последние слова, машина его, без сомнения, привыкшая проделывать ежедневно один и тот же путь, свернула вдруг с дороги налево и направилась по маленькой дороге. Дорога тянулась до самого подножия холма, на котором возвышался красивый дом, построенный в новом стиле и известный под именем коттедж.
Коттедж был целью ночной поездки молодых людей. Но на полпути до него машина свернула с дороги и двинулась прямо с горы. Грузовик перевернула на кузов и машина взорвалась.
На следующее день нашли два сгоревших трупа. Люди поговаривали, что эту аварию подстроила милиция.