Захотелось одному старому козлу на молоденькой козочке поджениться. Козочка-то и правда хороша собою была - мордочка узенькая, хвостик веселый, бочок круглый. Так и зовет погладить, да ущипнуть.
Только ведь как? Козочка, понимаешь, молода, а он, козел, совсем пожилой, уже и запах идет, и с бородой.
Не осрамиться бы со сватовством, не умеючи.
Козел и пошел к главному у нас специалисту охмурителю, лису Патрикею Патрикеевичу, опыта поднабраться. Как женские сердца покорять.
Патрикей Патрикеевич, известный Дон Жуан, его выслушал и говорит:
- Дело это очень даже простое, нужно только капусты побольше. Девки молодые все на капусту падкие. Особенно те, у которых мордочки узкие.
Козел этому очень обрадовался - капусты у него целый сарай по самую крышу припасено было. Набрал он мешок кочанов и пошел к зазнобе своей, предложение делать.
- Так и так, - говорит, - вот тебе мешок капусты и будь тотчас моей, а то терпение лопается.
- Ах, ты старый, да разве такую капусту девушкам предлагают? - козочка говорит.
- Какая же такая разэтакая, особенная, для столь простого дела нужна капуста? - удивился козел.
- А та, где печать медвежьей лапы, - отвечает, - без печати - ненастоящая.
Что делать, пошел козел к медведю.
- Михал Иваныч, - говорит он медведю, - выручай, поставь мне на капустном листе печать лапой.
Медведь рычит ему:
- Давай сюда свой мешок.
Забрал у козла всю капусту, один листик оторвал и когтем по нему чиркнул. И дает его обратно козлу.
- Владей, - говорит.
Козел листик повертел и спрашивает:
- А не мало?
- Ишь ты какой! - зарычал медведь, - Мало ему! Из-за таких вот козлов у меня и инфляция в лесу! Ступай, пока я волка не кликнул. А то засиделся, поди-ка, в казарме, хоть разомнется.
Тут сорока секретарь к козлу прыгнула и стрекочет:
- Не смущайтесь, Сидор Сидорович, этот листок с печатью вы всегда у соседа вашего, кабана Бориса, на мешок моркови обменяете.
Задумался козел и спрашивает:
- А какие у вас гарантии?
Тут медведь ему лапу к морде поднес и говорит:
- Когти видишь? Вот тебе гарантия!
Так козел в тот раз на козочке и не женился - дорогое, если по курсу обменному судить, удовольствие.
А листик зеленый, с медвежьей печатью, припрятал.
На черный день. Как знать? В лесу ведь живем.
А вот было дело.
Воробей нашел случайно посыпку из зерен, да так объелся, что живот заболел. Он полдня кряхтел, а потом пошел все-таки к диетологу нашему, Патрикею Патрикеевичу. Тот лис мудрый, в разных диетах дока.
Выслушал он воробьиные жалобы и говорит:
- А ты зерно как клевал - на пустой желудок или на полный?
- Конечно на пустой, - отвечает воробей, - где это видано, чтобы на полный желудок кушать хотелось.
- Эх ты, неуч, - говорит мудрый лис-диетолог, - сколько раз вам, нищебродам, повторял и опять повторю: прежде еды соловья послушай. Наполни жизнь свою, воробьиную, смыслом.
Удивился воробей, но поверил специалисту.
Решил впредь так и поступать.
Вот к вечеру захотелось ему поклевать чего-нибудь.
Он тогда скок, скок и прискакал к кустам, где соловей наш обычно выступает.
Ну, тут кроме воробья много народу собралось, послушать.
Волков и медведя не было, да и кабанов тоже, зато зайцев и прочей мелюзги тьма-тьмущая.
Запел соловей. И такой, прямо, кисель в души потек, что и кушать не хочется.
Ну и стал воробей, когда на обед зерна нету, к соловью ходить, кисель соловьиный кушать.
Вот уж и лето проходит, и тут встречаются они с лисом-диетологом.
Посмотрел на него лис и говорит:
- Видно, часто, брат, к соловью ходишь? Отощал совсем.
- Каждый вечер, в прайм-тайм, - отвечает воробей.
- Ты смотри, с лекарством поосторожней, - говорит лис, - а то суслик наш после воробьиного киселя рехнулся маленько - со стрижами воевать захотел, еле связали.
Поблагодарил воробей лиса за науку и поостерегся в тот раз к соловью за киселем идти.
У нас в лесу серьезные звери про соловьиный кисель так говорят: хоть губе сладко, да не наешься помадкой.
А заяц- то в ипотеку залез.
Как получилось. Вот как.
Медведь считал, считал свой медок - а все мало ему. Он как зарычит: - Кто у нас за доходом смотрящий? Тотчас ко мне!
Привели к нему сову.
Сидит сова, смотрит: и налево смотрит, и направо, и даже назад.
Медведь спрашивает, почему дохода мало, и что делать, чтобы сам-два и сам-три медку собирать?
- Это все от зайца, - отвечает сова, - несознательный он. По полянкам скачет, да песни поет - вот и вся его жизнь.
- Зайца ко мне! - медведь рычит.
Привели к нему зайца.
- Ты, косой, почему все скачешь, да песни поешь? Почему хоть огород не копаешь?
- Да у меня ни огорода, ни дома, - отвечает заяц.
Тут лис наш, финансовый эксперт, Патрикей Патрикеевич, медведю что-то на ухо пошептал.
Медведь затылок почесал, но, видать, поверил эксперту.
Отломал кус медовых сот, дает зайцу:
- Бери, стройся, да помни мою доброту!
Принял заяц медовые соты, понюхал только, и передал их кроту, да барсуку. Барсук с кротом соты от зайца приняли и тотчас их сове, а та уж обратно медведю. И закипела в лесу жизнь.
Крот канализацией занят, барсук домик для зайца строит, дятел новость выстукивает, а сам-то заяц с утра до ночи в огороде - там и морковь, и лен у него, и гречиха.
Все растет, все цветет.
Пчелы летают, мед собирают.
За всем сова следит.
Весел медведь, и народ при деле.
Наш-то медведь мудр, наш-то медведь хозяин!
А у вас как?