Весельчака не было неделю, Змей отожрался-отоспался, попытался найти Ленку - не нашёл и снял себе проститутку. Местную конечно, кто ж сюда девок потащит с Мурома или с Земли, но тут с Чёртовых времён осталось заведение, принимавшее на... хм... работу местных девиц. Прекрасным дикаркам проводили курс молодого бойца - прививали хорошие манеры, вкус к шмотью и бросали под танки. Стоило это бешеных денег, так что дальше Змей баловал себя только изысканными кушаньями, да хорошим алкоголем. Жрачка и пойло быстро прискучили, на приличных девушек он жалел денег, на замарашек с третьего этажа "Барбекабата" жалел себя - Змей чуть не взялся книжки читать, но тут объявился Весельчак.
- Скучаешь? - весело спросил он, бросая на пол прихожей большую сумку камуфляжной ткани.
Змей что-то промычал. Ночь на дворе, он дрых как цурчик, а тут этот припёрся...
Недовольство своё Змей проглотил, переварил и исторг нечистым духом под смеющимися глазами патрона.
- Собирайся. Переодевайся и погнали, - улыбнулся Весельчак.
В сумке оказался комплект обмундирования. Горка, ботинки, кепи. Ремень.
- Оружия не дашь? - спросил Змей, утягивая портупею.
- Да там больше тяжести таскать придётся, - улыбнулся Весельчак. - Плёвое дело, в общем-то.
У Змея задрожали колени: когда начальство говорит "плёвое дело", да само собирается присутствовать - рыть тебе траншею на танкоопасном направлении. Но делать нечего, снял Змей мягкий пушистый халат, надел горку, ботинки, оглядел номер, служивший ему обиталищем...
Не было у него никаких вещей. Бродяга он, кочевник почище тех, что гоняли в степи разбитых ими хуранцев; у подданных Вождя хоть конь да сабля, да повозка с награбленным, а у него, у Змея...
- Пошли, что ли? - спросил-скомандовал Весельчак.
Плёвое дело началось с конвертоплана, взлетевшего с аэродрома Топико. Винтокрыл резво рассекал холодный воздух, бросая во тьму вспышки проблесковых маячков, где-то внизу неслась чёрная земля. Летели два часа, Змей засёк время. Потом конвертоплан завис, из кабины пилотов вылез Весельчак и сунул Змею ПНВ.
- Садимся, достань турель, - сказал Весельчак и щёлкнул затвором автомата.
Змей вытянул из отсека над боковым люком турель с пулемётом, поправил ленту, щёлкнул затвором. Патрон отвалил люк и холодный воздух ворвался в салон конвертоплана, заставив Змея встрепенуться. На приближающейся земле волновалась трава, серая в визирах ночника.
- Чисто, - сказал в наушниках Весельчак. - Садимся.
Конвертоплан плюхнулся на три точки, разгоняя лопастями травяное море. Змей водил стволом пулемёта из стороны в сторону, но никто не спешил выскакивать из серого полумрака, не поднимались из травы неведомые супостаты...
Весельчак хлопнул его по плечу. Сунул свой автомат.
- В дозор, - коротко скомандовал он. - Радиус десять метров, идёшь по кругу. Смотреть. Слушать.
Змей коротко кивнул и соскочил в серую траву, опасливо пригибаясь под лопастями ротора. Пилот заглушил двигатели.
- Дозор, доклад, - тут же скомандовал Весельчак.
- Чисто, - отозвался Змей.
Он вышагивал, утопая в траве по пояс и запах цветущих растений дурниной бил ему в ноздри. Вышла Цури, в визире ПНВ посветлело и стали видны дальние холмы с кривыми деревцами, громада конвертоплана в мельчайших деталях. Справа по борту винтокрыла холмов не было - была темнота, из которой доносился странный шум и Змей, обойдя нос машины, до боли в глазах всматривался в сплошную темень, а потом изо всех сил вслушивался, не крадётся ли кто-нибудь, прикрываясь этим отдалённым не то воем, не то рёвом...
Просто Змей никогда не слышал, как шумит море.
- Дозор, доклад.
- Чисто...
До самого рассвета, до момента, когда занялась заря и солнце блеснуло сквозь собравшиеся у горизонта тучи, Змей нарезал круги вокруг конвертоплана. Он давно уже стянул с глаз прибор ночного видения и подставлял лицо под лучики солнышка, полной грудью вдыхая свежий воздух.
- Дозор, вернуться на борт, - Весельчак сказал это, стоя за спиной Змея, так что тот услышал команду и в наушниках и так, ушами.
- Есть, вернуться... - дёрнулся было Змей, потом до него дошло.
- Иди перекуси, - нормальным голосом сказал Весельчак. - Я тут посмотрю...
Змей и перекусил, и подремал на жёсткой скамейке в десантном отсеке конвертоплана. Проснулся он сначала от лучей солнца, потом Весельчак окончательно разбудил его, открыв боковой люк.
- Собираемся, - сказал патрон.
Змей поднялся со скамьи. Потянулся, зевнул.
- Куда идём?
- Погоди ходить, - улыбнулся Весельчак. - Давай под рюкзак и вот этот кофр бери. Аккуратно, там гранаты.
Змей подтянул рюкзак и кофр к обрезу люка, навьючился, осторожно подцепил кофр и потопал вслед за патроном.
Конвертоплан стоял в небольшой ложбине, полускрытый вершинами холмов. Утреннее солнце сверкало на серебристом боку машины, лёгкий бриз волновал море травы, шевелил ветви низеньких кривых деревьев, сгрудившихся в небольшую рощицу на противоположной от них стороне. Весельчак легко взлетел на вершину холма, Змей, пыхтя, взобрался следом. Патрон разглядывал в бинокль окрестности.
- Так, ну вроде успеваем, - сказал он.
Змей кивнул. Поставил на траву кофр, оттянувший ему руки, плюхнулся рядом, вытянув гудящие ноги.
- Отдышись и давай помогай, - бросил ему Весельчак, открывая кофр.
- Хорошо, - выдохнул Змей, оглядываясь по сторонам.
Холм с пологими склонами, поросшими густой травой. Бурые и жёлтые стебли шевелил ветер, играл былинками, ветвями кустов у подножия холма. У самых кустов начинался галечный пляж, а дальше билось и шумело море. Волны одна за другой накатывались на камешки, бился топляк в хлопьях пены, птицы, выискивающие рыбёшку на мелководье, срывались с криком, когда солёные брызги окатывали их, и сколько хватало глаз, до самого горизонта ветер гнал валы с бурунчиком поверху и солнце искрилось на беспокойной глади морской.
- Красиво? - спросил Весельчак.
- Ага, - отозвался Змей и тут же, спохватившись, полез в кофр.
В кофре лежал гранатомёт и ящик с гранатами. Весельчак уже зарядил своё оружие и, направив ствол на море, колдовал с прицелом.
- Это что? - спросил Змей.
- Гранатомёт, - ответил Весельчак.
- Мы что, танки ждём?
Весельчак расхохотался.
- Ты что парень? - спросил он, подуспокоившись. - Ты маркировку на гранатах видел?
- Да больно я понимаю в этих ваших маркировках, - проворчал Змей.
Весельчак сунул ему под нос цилиндрик с зелёным пояском.
- Это усыпляющий газ, - показал другой цилиндрик, жёлтый: - Это парализующий газ. Заряжай.
- А как?
- Откатываешь ствол - вот фиксатор... Так. Гранату в камору - слышишь щелчок? Всё, граната на боевом взводе. Остальные так же. Разрядить просто так не получится, только отстрелять весь барабан. Зарядишь - отдашь мне, я тебе прицел выставлю.
Змей зарядил гранатомёт, защёлкнул ствол с пластиной, закрывающей взрыватели гранат, торчащих из камор барабана. Весельчак поколдовал с прицелом, и они спустились к морю, вскинув оружие на плечо.
- Мы кого ждём вообще? - спросил Змей, пока они оборудовали позицию.
Там, где море вымыло в каменистой почве плавную дугу в две лопаты набросали небольшой бруствер, утыкали поверху ветками. Весельчак всё нюхал ветер, бормотал озабоченно: "Если правее причалят придётся аккуратно..."
- Корабль подойдёт, - объяснил Весельчак, отряхивая руки.
Комья холодной, сырой земли пачкали ладони, сбивали пальцы острыми камнями, то и дело попадавшими под штык лопаты.
- Они здесь набирают воду - вон там, за пригорком, водопадик, удобно бочки подставлять. Высадится команда на двух шлюпках, причалят, выйдут на берег...
- Мы их убьём?
- Нет, всё чуть-чуть сложнее, - улыбнулся Весельчак. - Мы их отправим в царство Морфея. Погрузим в конверт и отвезём... в одно место. Далековато, блин, придётся через Пузырь лететь, с дозаправкой.
- А там что?
- В городе?
- Нет, в этом... месте?
- А там заноза в заднице, - усмехнулся Весельчак. - Нашёлся тут один учёный... энтузиаст, чтоб его... За полярным кругом на берегу океана кочует одно племя. Пасут животинку, ловят рыбу, ну - чукчи вылитые. А сами негры.
- То есть - чернокожие?
- Ага, - Весельчак засмеялся. - В кухлянках таких, в чунях - а чернокожие, ты понимаешь!..
Он хлопнул себя по колену.
- Ну и вот этот профессор аж с Земли прилетел, чтобы их изучать, Миклухо-Маклай сраный. План в том, чтобы местные устроили ему маленький бедлам... ну и самого помяли или как там у них получится. Они тут доки насчёт этого.
Змей кивнул. Профессор, Миклухо-Маклай. Да кто угодно.
- А тот парень, которого я грохнул... - он запнулся.
- Который из них? - переспросил Весельчак.
- Ну тот, в городе... Чем он тебе помешал?
- А, этот... Он конкурент Коджо.
- Вождю?
- Вождю? А, ну да, Вождю, да. Орлу степному. Вольные города собрались объединяться, причём на этот раз все свои дрязги отложили на потом - Коджо их сильно беспокоит. Ну а после твоего бенефиса там потихоньку готовятся выяснять отношения друг с другом, им уже не до Коджо - ни до чего вообще.
- То есть, он был ни в чём не виноват...
- Все в чём-то виноваты, - отрезал Весельчак. - У всех этих правителей - что у Коджо, что у того парня - руки по локоть в крови. Нет тут агнцев, всё больше козлищи встречаются. Вот, например, корабль, который должен войти в бухту - судно работорговцев. Жалеть будешь?
Змей посмотрел на море. Что-то в рассуждениях Весельчака его настораживало, но продолжать спор он не решился.
Глава 32
Корабль появился в обед. Увидел его не Змей - Змей бессовестно дрых на подготовленных позициях; Весельчак разослал эскадрилью дронов окрест, выглядывая что-то своё в окружающем пейзаже. Он и увидел на экране полевого компьютера парусное судно, державшее курс в бухту.
Когда Змей продрал глаза, корабль был где-то в десяти километрах от берега и больше походил на белое облачко, спустившееся к самой воде. Весельчак вперился в экран ноутбука, на его груди висел бинокль и Змей, поглядев на экран, попросил, сам стесняясь робких ноток в голосе:
- А можно... посмотреть?
Весельчак глянул на него. Улыбнулся:
- Смотри.
Змей приник к окулярам, разглядывая красавец-корабль.
Он видел такие разве что на экране компьютера, да в исторических фильмах, которые кинофорумы шлёпали пачками. При этом комментаторы как могли издевались над показанными кораблями, обсуждая парусное вооружение, обводы кормы, кариатиды, карронады и тысячи других мелочей. А тут корабль под парусами, как живой со всеми гротами и стакселями - вон матросы по вантам лазают.
На корабле зарифили паруса, так что три мачты, закреплённые вантами и перепутанные верёвками, едва виднелись на фоне набежавших облаков: если бы не дроны, Змей потерял бы изящный корпус. Через полчаса корабль вошёл в бухту. Даже без парусов шедевр местных корабелов казался чудом, ожившей историей древней Земли и совсем не хотелось вспоминать, что история эта включала в себя позорные страницы работорговли - в точности как здесь.
- Якорь бросают, - сказал Весельчак.
- Вроде шлюпка пошла, - пробормотал Змей, тиская бинокль.
- Одна? - переспросил Весельчак, водя пальцем по тачпаду.
- Одна. А, нет, вот вторая.
- Хорошо, будет выбор, - усмехнулся патрон.
Ещё тридцать минут они провели в ожидании. Гребцы в шлюпках мерно взмахивали вёслами, утлые судёнышки мотало на волнах так, что у Змея сердце падало каждый раз, когда шлюпка проваливалась между валами. Он в очередной раз проводил глазами падающую шлюпку, проследил как она, словно добыча, отвергнутая морским царём, взлетает на гребень волны и перевёл взгляд на корабль. Там на удивление ничего не происходило - палуба была пуста, только прогуливались туда-сюда пара человек с ружьями на плечах.
- Готовимся, - сказал Весельчак.
Змей ещё раз посмотрел на шлюпки. Судёнышки уже вошли в зону прибоя, и гребцы подняли вёсла, готовясь табанить. Рядом завозился Весельчак, готовя гранатомёт.
- Я стреляю первым, - сказал он, - ты сделаешь поправку на ветер по моей гранате. Понял?
- Понял, - отозвался Змей, ещё раз разглядывая своих будущих жертв.
Ничего особенного, люди как люди. Загорелые лица, закатанные рукава рубах. Ветер донёс обрывки разговоров, резкую команду, после которой вёсла плеснули в воду.
Шлюпки ткнулись в песок, рослые парни выскочили, подняв тучу брызг, схватились за борта, затягивая судёнышки на пляж.
- Смотри, - сказал Весельчак, когда вся команда оказалась на мелком песочке пляжа.
Хлопнул выстрел. Змей вздрогнул от неожиданности - он вдруг вообразил себя в главной роли в каком-нибудь историческом боевике "про пиратов" и реальность вот так громко напомнила о себе.
Граната ушла к шлюпкам, оставляя дымный след. Ткнулась в песок, лопнула, разбрасывая клубы зелёного дыма. На берегу заголосили. Матросы бросили бочки, кто-то схватился за оружие, кто-то бросился обратно к шлюпкам, среди начавшейся неразберихи слышались резкие команды - старшие по званию пытались навести порядок. Грохнул выстрел.
Весельчак и Змей в один момент опустошили барабаны гранатомётов. Жёлто-зелёный дым на мгновение застлал море, окутал моряков и когда ветер унёс жёлтые и зелёные клубы в сторону ни один из них не остался на ногах. Весельчак сунул Змею гранатомёт:
- Заряди, - а сам принялся копаться в кофре. - Держи, это противогаз. Одень. Рюкзак возьми и погнали. Ну что ты?..
- Заряжаю.
- Сколько у тебя? Три? Хватит, куда их...
Они резво выбежали на пляж.
- Рюкзак! - выкрикнул Весельчак через противогаз.
Из рюкзака он выхватил мешки с застёжками и что-то похожее на ремённую упряжь.
- Давай! - крикнул он Змею. - Быстро, быстро!
Змей забежал в воду, поднимая тучу брызг на каждом шагу. Схватил за штанину здорового парня, лежащего лицом в воде - захлебнётся же бедолага...
Весельчак дал ему подзатыльник.
- На берег! - заорал патрон через противогаз. - Пристрелю сучонка!..
Змей бросил ношу. Весельчак уже возился на песке, паковал безвольно мотавшееся тело одного из матросов в мешок. Получалось плохо: то руки, то ноги обездвиженного моряка вываливались на песок и патрон повернулся к Змею, что-то прорычав. Слова скомкала маска, но смысл был понятен: "Помогай!.."
Змей подскочил к Весельчаку, подобрал раскинутые руки с мозолистыми ладонями и татуировкой на правом предплечье. Вжикнула молния, скрывая обветренное лицо с жиденькой бородкой и струйкой слюны на щеке. Так они упаковали второго, третьего... пятого...
- Первый, подъём, - скомандовал он в ларингофон. - Погрузка на пляже.
Змей снял маску. Втянул носом воздух.
- Повезёшь груз - смотри, чтобы лежали на боку, - предупредил его Весельчак. - Не дай бог, рвотой захлебнутся...
Змей кивнул.
- А они не очухаются? - спросил он. - Раньше времени, я имею в виду...
- На борту укол сделаю, - кивнул Весельчак.
Из-за холма появился конвертоплан. Негромкий гул электромоторов, свист лопастей, поднявших тучу пыли с пляжа, заставил их пригнуться. Пилот развернул машину к ним рампой, опустился на пляж, и Весельчак со Змеем принялись таскать мешки с людьми в грузовой отсек.
В Диантум прилетели уже затемно. Пока меняли батареи, Весельчак смылся куда-то, наказав Змею следить за грузом. Просто находится в одном помещении с полутрупами было жутковато, а ему ещё и свет в трюме включать запретили, так что Змею пришлось время от времени светить фонариком в лица обездвиженных людей, лежавших на настиле трюма. Проверять дыхание. Проведённый на стоянке час показался ему вечностью.
Наконец пришёл Весельчак, заняли свои места пилоты; конвертоплан взлетел и понёсся сквозь ночь в неведомые дали. За всё время полёта они и словцом не перекинулись.
Приземлились.
- Гарнитуру одень, - скомандовал Весельчак.
- А чего холодно-то так? - трясущимися губами вымолвил Змей.
- Так мы за полярным кругом, что ты хотел... Ты подогрев включи.
- А где?
- Ты с какой такой деревни? - удивился Весельчак. - Терморегулятор, такой же как у вас на Муроме... Вот.
Он показал Змею гибкую панельку управления за отворотом воротника горки. Одежда и обувь действительно принялись греть замёрзшего обитателя планеты, где полюс холода лежал в регионе со среднегодовой температурой ноль градусов по Цельсию.
- Согрелся? - спросил Весельчак.
- Да, уже лучше.
- Давай - связь, оружие... Куртку одень - вот, штаны. Одним подогревом сыт не будешь. Вот шлем, вот тебе очки... Тушки кладём на волокушки.
Змей вопросительно поднял брови. Вместо ответа Весельчак откинул маскировочную сетку и в тусклом свете ламп появился снегоход с прицепленными санями.
Снегоход, паля прожектором, выкатился из открытой рампы. Весельчак погнал машинку через заснеженную равнину не разбирая дороги, волокуши с людьми болтались на прицепе, подскакивая вслед за снегоходом на холмах. Змей вцепился в патрона, пытаясь удержаться в седле.
Спроси его потом: сколько проехали? - не вспомнить. Рёв мотора, снежный вихрь из-под гусениц, прыжки вверх-вниз... родео какое-то. Это могло продолжаться пятнадцать минут, а могло - час, два, Вечность. Снег, снежные холмы, звёздный купол неба над головой, рёв мотора...
Наконец Весельчак заложил лихой вираж и остановил снегоход. Волокуши сбились в кучу под снежным холмом, парочка перевернулась. Змей перевёл дух.
- Эх, птица-тройка! - гаркнул Весельчак.
Он соскочил со снегохода и потянулся. Змей слез следом. Снял очки, огляделся. Кругом, сколько хватало глаз, тянулась холмистая равнина, где-то вдалеке незаметно превращавшаяся в чёрную чашу неба, усеянного блёстками звёзд. Цури только-только повисла над равниной, но и без её ущербного диска света от звёздного океана хватало, чтобы разглядеть дальние холмы. Хотя что там разглядывать - снег да снег.
Впрочем, прямо по курсу обнаружилась цепочка огоньков. Селение какое-то, стойбище или как оно тут...
Одинокий огонёк горел прямо над соседним холмом.
- Так, давай наших янычар, - скомандовал Весельчак.
- Что делать? - спросил Змей, развязывая ближайшие сани.
- Да просто развяжи да расстегни.
- Не помёрзнут они?
- Не должны.
Змей расстегнул молнию. В свете звёзд появилось лицо человека. Заострившиеся черты лица, закрытые глаза, жидкая бородёнка. Змей положил пленнику ладонь на лоб - холодный, пощупал пульс.
- Да они позамерзали у нас, - сказал он Весельчаку.
- Пульс есть? - спросил патрон.
- Ну, есть...
- Ну и не ну, - Весельчак приставил к шее человека инъектор, нажал на гашетку. - Сейчас согреется, оживёт.
- Что это у тебя? - спросил Змей, переходя к следующей волокуше.
- Витамины, стимулятор, - ответил Весельчак, орудуя инъектором. - Ребята проснутся бодрыми и голодными. Очень голодными.
Он хихикнул.
- А у этого пульса нет...
- Нет? Точно нет.
- Что, колоть не будешь?
- Как это не буду? У каждого должен быть шанс, мы ж не звери какие, - Весельчак нажал на гашетку.
В поезде было семь волокуш. На двоих лежали люди без пульса, без дыхания. Весельчак закатил им двойную дозу своего коктейля и позвал Змея:
- Ну, всё, пока закончили. Давай, по коням.
- На конверт? - спросил Змей.
- Домой хочется? - улыбнулся Весельчак. - Нет, рано ещё. Процесс надо проконтролировать.
Они отъехали на вершину соседней сопки. Небо стало ещё ближе - казалось, чуть подпрыгнуть - и можно до звёзд рукой достать. Стали видны нехитрые строения аборигенов и лачуга профессора на отшибе. Весельчак достал термос и пакет с бутербродами.
- Ты возьми-ка ружьецо, - сказал он Змею. - Погода хорошая, а тут такая зверушка водится - сплошные клыки с когтями.
Ружьецо нашлось под сиденьем снегохода. Не подделка под местный карамультук - вполне приличный полуавтоматический карабин. Примерно такой он таскал на Муроме - тысячу лет назад...
Весельчак сунул ему бутерброд.
- Перекуси. Да по сторонам смотри, насчёт зверушек я не шутил.
Змей жевал галету, озирался по сторонам. Воображение рисовало дицерониха пополам с белым медведем и пальцы нервно тискали цевьё. Весельчак смотрел в ПНВ.
- Ага, поднимаются, ага, - сказал он.
- Все поднялись? - спросил Змей.
- Один, два, три, - начал считать Весельчак, - четыре, пять... Двое лежат. Ну, что ж... Неплохо. Встали, потрясли товарищей... Пошли на огонёк - ну конечно, холодно ребятам.
Змей глотнул кофе из термоса.
- Ты там смотришь? - спросил Весельчак.
- Смотрю, - отозвался Змей и спросил: - А профессор на отшибе живёт. Не пустили его?
- По местным понятиям он как шаман, - объяснил Весельчак, не отрываясь от окуляров, - а шаманов местные держат в стороне. Да он ещё и белый... как не убили его вообще. Так, идут. Идут, голубчики.
- Всё, можно по домам? - спросил Змей.
- Я тебе что сказал? - сквозь зубы ответил Весельчак. - Процесс контролируем.
- Так они там в домишке этом... - попытался Змей.
- А сканер мне зачем? - Весельчак что-то переключил в бинокле и продолжил: - Вижу я их прекрасно. Вот они, вот профессор. Есть контакт.
Он довольно хмыкнул и повернулся к Змею:
- Кофе остался? Дай сюда. Да не смотри ты так, сейчас поедем поедим.
Весельчак хлебнул кофе, сунул термос Змею и снова взялся за бинокль.
- Так, - сказал он мгновение спустя. - Так. Не понял... Это как так?
- Что там? - спросил Змей.
- Они чаи там гоняют! - Весельчак поводил биноклем из стороны в сторону и бросил приборчик на сиденье.
Змей поднял бинокль, поднёс к глазам и поначалу не увидел ничего кроме размытых теней. Он глянул поверх окуляров, навёл бинокль ещё раз. Шесть неясных силуэтов сидели с красными пятнышками в руках. Ну точно, чай пили или что тут вместо него, жир топлёный какой-нибудь. Весельчак меж тем мерил шагами снег подле снегохода.
- Это охренеть не надо! - возмущался он. - Тащишь их через полконтинента, они такие головорезы, что ими, нахрен, детей пугают, а они тут чаи сели распивать...
- Ну, может, попьют... - начал Змей.
- Да какой там попьют, - Весельчак выхватил у него бинокль, - дай сюда.
Он глянул ещё раз на убогое жилище профессора и скомандовал:
- По коням! Придётся всё самим делать.
Змей едва успел взгромоздиться на сиденье, как снегоход встал на дыбы. Со склона они не съехали - спрыгнули, подняв тучу снега. Дальше Весельчак гнал как сумасшедший, в один миг машинка долетела до места, окатила кривенький чум тучей снега. Весельчак даже не заглушил двигатель - подхватил ружьё и полез в узкий лаз, прикрытый шкурой. Змей помялся (он-то был без оружия) и сунулся следом.
Внутри маленького косого на один бок жилища (чум, яранга - всё это земные названия, а тут ни то ни другое - всё вместе), заваленного тряпьём, освещённого парой чадящих плошек, сидели пятеро их подопечных. Люди кутались в одеяло, хлебали из чашки что-то жутко вонючее и на появление двух фигур в белом отреагировали вяло. Просчитался Весельчак, злорадно подумал Змей, куда им саблями махать, вон аж посинели все...
А додумать мысль он не успел: Весельчак поднял ружьё. Один за другим ударили пять выстрелов, пять вспышек разорвали полумрак лачуги, и люди, нашедшие приют в жилище, профессора повалились навзничь, заливая кровью тряпьё.
Змей остолбенел. Из дальнего угла раздался вопль, заставивший его вздрогнуть:
- Что вы делаете!.. - маленький человечек в смешной куртке и штанах не по размеру кинулся на две фигуры в белом, только что учинившие расправу над его гостями. - Что вы наделали!..
Хозяин жилища запнулся и упал прямо под ноги Весельчаку. Змей похолодел, глядя на ствол ружья.
Весельчак полез за пазуху. Достал руку и сунул что-то Змею.
- Что вы наделали!.. - раз за разом повторял профессор, копошась у ног Весельчака. В тряпках он запутался накрепко.
Змей посмотрел на руку патрона. Пистолет. Ребристая рукоять, кургузый ствол с тусклыми огоньками от плошек...
- Убей, - голос Весельчака едва доносился из-под маски.
Словно во сне Змей протянул руку. Холодная рукоять удобно улеглась в ладони, тяжесть оружия потянула руку книзу. Профессор наконец справился с тряпьём, и, пошатнувшись, встал на ноги.
- Что вы... - он протянул к ним руки, - да как же...
Весельчак стянул очки со шлемом. На Змея дохнуло холодом: сама смерть стояла перед ним.
- Убей.
Это сон. Это не он поднял руку. Не его палец дёрнулся на его спусковом крючке и выстрел раздался где-то не здесь, в другом месте...
Профессор вздрогнул всем телом. Недоумение, испуг, печаль - всё вместе отразилось на его лице.
А потом он упал.
Глава 33
После этого Змей напился. Нажрался в сопли, в хлам, до блевотины. Сначала хлебал горькую из стакана, потом плюнул на приличия, и принялся хлестать из горла, через силу заталкивая в себя обжигающую жидкость. В городе было множество способов получить забвение по сходной цене, но Змей боялся, что другое зелье призовёт мёртвого профессора и придётся оправдываться, а ещё хуже, если его очередная жертва будет просто стоять и молчать. Не каждый ведь сподобится прострелить голову собственной совести.
И он пил.
Так прошёл день, а может быть два, а может неделя... Однажды на пороге гостиничного номера, в котором Змей устроил тарарам, появился Весельчак. Увидев его улыбочку, Змей ломанулся бежать, врезался в стену, упал, пополз на карачках, блеванул в углу и затих без сил в луже собственной рвоты.
- Юстас Алексу. Разрешаю расслабиться, - непонятно сказал Весельчак. Он присел на корточки, со своей коронной улыбкой рассматривая подчинённого. - Ты как, милок? Тут работа есть...
- Пшлнх... - дохнул перегаром Змей.
- Это не моё, извини, - отозвался Весельчак.
Неведомая сила подняла Змея в воздух. Он попытался было... - Весельчак приложил его башкой об стену. Затащил в душ, включил воду. Холодную. Потом горячую. Змей ломанулся к двери и получил в морду, после чего мирно свернулся клубком под струями воды - то холодной, то горячей.
Когда Змей вышел из душа, Весельчак сидел в кресле со стаканом чего-то горячительного в руке. Кажется, он пытался экспериментировать с марочным пойлом... один чёрт всё спустил в унитаз. Весельчак взболтал янтарную жидкость в стакане, отхлебнул. Змей схватился за стену, его мозги закрутились вслед за пузырьками горячительного.
- Ты извини, что не дал тебе отрефлексировать, - сказал Весельчак. - Но у меня тут то цейтнот, то цугцванг, то всё вместе... Короче, надо работать.
Змей кивнул.
- Ты, может, выпить хочешь? - Весельчак протянул в его сторону бутылку.
Змей схватился за стену.
- Ладно, переодевайся и пошли.
- Куда? - не то выдохнул, не то сглотнул Змей.
- Сначала в другой номер, - ответил Весельчак. - У тебя тут...
Он сморщил нос.
- Мне надеть нечего.
- Халаты в шкафу. А потом найдём тебе одёжку.
И они пошли.
Весельчак снял люкс по соседству. Змей оглядел убранство двухкомнатного номера, цыкнул зубом: "Нам так не жить", - и осторожно опустился на двуспальную кровать.
- Ты спатеньки собрался? - поднял бровь Весельчак.
Змей махнул рукой. Ни стоять, ни сидеть у него не выходило.
- Тебе нужно слетать на орбиту Цури. На "Агамемнон".
- Воды, - простонал в ответ Змей и вслед за патроном кинулся в туалет.
Десятком минут позже, когда желудок Змея подуспокоился и согласился принять хотя бы воду, Змей, также устроившись на кровати, переспросил:
- "Агамемнон"?
- "Агамемнон", - кивнул Весельчак. - Туда должен прибыть человек. Ты его встретишь и сопроводишь на планету. Сюда.
- Ну. Ладно. А фотография?
- А не будет фотографии, - улыбнулся патрон. - Если этот человек прибыл, его посадят вместе с тобой в корабль. Если нет - нет.
- Ну не будет его - что мне тогда?..
- Девяносто пять процентов - он там будет, - уверил Весельчак. - Пять процентов - чистое невезение. Слишком большие ставки тут, чтобы наши игроки сдали назад.