От отеля - пляж - через дорогу. Анна Андреевна принялась расстилать на песке широкое покрывало.
- Там на Бристоле,- бабушка говорила громко из-за шума волн, где мы купались, есть общественные души, чтобы песок с себя смыть, а здесь нету. Светлана, Вита помогите мне. Чем-то углы надо прижать, а то ветром сдувает.
Подошел Авдей, сказал. что номеров в отеле свободных нет.
- Да и ладно,- он быстро нашел камни, оставленные прежними прижимальщиками. - У нас номер в отеле - конечно, не фонтан. Так и мы не неженки. Если нужно можем в открытом поле на земле спать.
- Или зимой на снегу, как пёс Шарик,- пошутила Света.
Девчонки: Витька, Света и бабушка ушли купаться, точнее играть с расшалившимися волнами в догонялки. Волны догоняют, они убегают. Девчонки весело визжат.
Авдей задержался у покрывала. Он охранял мамину шляпу, под которой она оставила свой телефон. Он ждал звонка на свой телефон или мамин.
"Отец должен отзвониться,- думал Авдей.- Пора бы уже. Только бы Эктор снова чего-нибудь не отчебучил".
И долгожданный звонок раздался... на мамин телефон. Авдей тут же выхватил из под шляпы трубку.
"Нюрка, дорогая моя,- возбужденный голос отца.- Все получилась! У нас получилось! Счет открыт, у меня золотая карта!!!"
- Пап, это я. Мама с девчонками с волнами наперегонки бегают.
- Сына, сынок! Ты понял... ты понял?! У нас все получилось! Теперь у нас две золотые карты. Семьсот косых зеленых!.. Все, сынок! Я из банка еду. По Буэносу, движение - жуть. Перезвоню, как только из города выеду. А то еще за телефон без гарнитуры оштрафуют... на зелёный червонец. (Юмор картонный, но смех в обоих телефонах).
Авдей от радости подпрыгнул. Хотел высоко, - не вышло. Стоя на рыхлом песке высоко не прыгнешь. Мама как раз на него смотрела.
- Золотая карта!- крикнул Авдей.
Из-за шума волн мама не расслышала слов, помахала рукой. Им было весело. Три девчонки 60+ , 14++ и 8+... Они бегали по волнам, по океанскому берегу, среди свежего ветра, водяной пыли, с близкими туманными радугами, и беспечными, новогодними пляжниками.
Рядом с мамой бегала светловолосая женщина лет сорока, славянской наружности. И тоже не одинокая,- с четырьмя детьми.
Она "услышала". А услышав, остановилась, как в воду вкопанная... Тут же, взяв за руку младшего сына побежала к Авдею.
- Здравствуйте... Я видела, что вы русские. Так мы еще и земляки? Вы... из Находки?
- Какие находки?- не понял Набоков.- Это всё наши вещи: покрывало, одежда и шляпа. Это мамина шляпа.
- Понятно,- разочарованно сказала женщина.- Я просто из-за волн не совсем расслышала. Мне показалось ты крикнул "Золота...(ри)"? А это... у нас поселок так называется, совсем рядом с Находкой. На городском автобусе - пятнадцать минут.
- А Находка это где?
- Находка - это юг Приморья. Владивосток хоть знаешь?
- Владивосток все знают,- Авдей смутился.
- Так там - недалеко. Ты, наверное, в школе неважно учился?
Авдей согласно кивнул головой:- Я в школе решил последний год не учиться. Ерунда. Я одного не понял, вам что, это так важно?
- Именно важно. Всё думала,- здесь туристов много... А вдруг встречу русских. Мне лекарства для отца нужно передать. Сейчас у нас, точнее уже у вас, непонятно что творится. "Вестерн Юнион" не работает. Почту не принимают в смысле посылки, бандероли.
Услышав неприятные слова о своей стране, Авдей попытался защитить отечественную медицину:
- В России есть всякие лекарства,- сказал Авдей, еще не выпивший в своей жизни ни одной таблетки.
- Это для сердца,- прояснила ситуацию женщина.- Да, лекарств у вас много, но именно такого - нет, а оно очень папе помогает.
Авдей, после золотого звонка отца, был в состоянии сильного, безалкогольного опьянения. И любой другой отец его
сейчас волновал мало. Тем не менее он предложил.
- У вас лекарство с собой? Давайте, я его бандеролью вышлю.. когда в Москве буду.
- Я вам заплачу,- обрадовалась женщина.- Меня Наталья Петровна зовут... Наташа... Ната.
Подошла мама с девчонками.
Поздоровались.
- А хотите, я вам наш дом покажу.- предложила Ната.- Здесь даже ехать не нужно, до дома всего триста метров.
- Могу сходить, раз так,- согласился Авдей.
- Сынок,- возразила мама.- Мы же только приехали, и... одного я тебя не отпущу. Мы Наташу не знаем совсем.
- Мам, ты же сама говорила,- в Санта Кларе интересные дома,- присмотрись... А тут можно и в доме побывать.
- Одного я тебя не пущу,- твердо повторила Анна Андреевна.
- И что? У Натальи Петровны четверо детей. Ты, мамуля, чего боишься, что она меня похитит что ли? Это даже не смешно. Она просто хочет передать мне таблетки.
- Но ты даже не искупался?
Авдей, взглянув на немаленькие шумные волны, сказал громко:- В Балалайке интереснее купаться. Я могу Свету взять с собой.
-Да, мам,- Авдей, решил не говорить маме о том, что "сделка века" состоялась. Она тогда отцу звонить начнет, не остановится. Но все же сказал, сдерживая радость:- Тебе отец звонил, но ты подожди. Он по Буэносу едет, как выедет из города, он сам тебя наберет.
Наталья наказала своей старшей дочери Николь (ей уже восемнадцать исполнилось), приглядеть за сестрами и братом.
------------------
У хозяйкиного дома Натальи стояла легковушка. Необычная... семиместная. На вид простая. Света прошла мимо и головы не повернула.
Авдей другое дело.
- Ух ты... Для многодетных?
Ната Петровна улыбаясь похлопала по крыше авто:
- Вот, недавно купили. Ты же видел - у меня четверо детей, муж сейчас на соседней улице помогает знакомому с ремонтом дома. И сестра младшая еще есть, она как раз в Мар-дель-Плату на такси поехала,- развлекаться. Вот мы все всемером из Буэноса и приехали.
Калитки нет, потому что забора нет,- Наталья громко рассмеялась.- Да и у других домов,- у кого нет, а у кого заборчики - так себе,- котенок перепрыгнет.
Прошли в дом. Хозяйка всё показала: прихожая, кухня, зал, две большие спальни. В "бане" туалет, душ, раковина.
Предложила гостям перекусить. Авдей со Светой после Бюргер Кинга, согласились лишь на кофе.
Наталья принесла таблетки.
Вот, две коробочки... но как бы четыре. Я инструкции вынула, у папы есть. Так зато я все блистеры из четырех засунула в две коробочки. Всего сто двадцать таблеток. А папа у себя дома каждую таблетку делит на четыре части, иногда на две... ему на год хватит.
- Мне ваш дом понравился,- Авдей был доволен знакомством дома изнутри. - Все у вас по уму сделано... Нескромный вопрос можно?
- Ну, для такого красавчика как ты, почему нет,- Наталья снова рассмеялась. - Вы не обращайте внимания. Я всегда смеюсь, я родилась такая.
Авдей понимающе улыбнулся (мол, я и сам всегда на позитиве), спросил: - Сколько такой дом стоит?
- Такой или конкретно наш?
- Ваш, или,- Авдей запнулся.
- Видишь ли, Авдей, в чем дело... Мы этот дом не покупали. Там история получилась. - хозяйка подлила Авдею кофе.- Мой муж - Густаво, он "ремисеро", такси по вызову. И у него среди пассажиров была одна сеньора Брунильда. Она уже была в возрасте, с кучей болячек. Он ее часто возил по клиникам. Лет пять. Она и в гостях у нас бывала не раз. А потом ее муж умер. Он тоже был уже в возрасте.
Так на похороны приехала его дочь, и прямо на кладбище заявила, что теперь квартира отца - это ее квартира, а у тебя, Бруни, есть дом на побережье... в Санта Кларе. То есть вот этот самый дом. - Натали постучала пальцем по столу. - А как здесь жить? Здесь же как у нас в России - на дачах. Летом густо, зимой пусто. А она одинокая и больная старушка. Так сеньора Бруни попросилась жить к нам. Ну, не в наш дом. У нас же на участке, кроме нашего большого дома, рядом есть небольшой. Две спальни, кухонька, все удобства - на семью из трех-четырех человек. Так в этом доме в то время и жила семья из четырех человек: отец, мать и двое детей. Из Уругвая.
Ну, Густаво, сеньоре объяснил... мол, дом занят. И тогда Брунильда предложила вот этот вот дом.- Ната снова постучала тем же пальцем в этот же стол.- Она нам - дарственную, а жить будет, где уругвайцы. Но одна в доме.
Было несколько неприятных дней. Уругвайцы - нелегалы, им найти новое жилье очень непросто. И по деньгам и по всему. Они не хотели выезжать.
Что поделаешь... Хозяин барин, муж Густаво настоял... А этот дом,- снова пальцем по столу,- он тогда был в очень неважном состоянии. Мы денег в него много потратили, ремонт был серьезный.
Сеньора Брунильда шесть и почти с половиной лет прожила у нас. Я ухаживала за ней. Еду готовила на всех. У Бруни кисти рук уже совсем плохо работали... И зрение - никакое. Потом она тоже умерла.
- А если за другие дома интересно... то цены разные... Грубо говоря... 500 долларов, а кто и полторы тысячи просит за квадратный метр. Но мы продавать не собираемся.
Мы сейчас этот дом летом сдаем. Одни выезжают, другие въезжают. Эту новогоднюю неделю мы для себя оставили. Мы же тоже люди, чем мы хуже других?
Я наверное заболтала вас, соскучилась на русском языке поболтать. В столице рядом с нами совсем русских нет, в семье ни слова по-русски; ни муж ни дети.
- А чего дети не говорят, вы же русская, говорите совершенно, и без акцента?
- А зачем? Здесь русский язык нужен, как в России - испанский. Муж Густаво - аргентинец, по далеким предкам - итальянец. В доме разговариваем на испанском. Да и с сестрой младшей тоже никогда по-русски не разговариваем. Такова жизнь - así es la vida.
Сестра Валя уже получила гражданство, у меня документы в трамите... на рассмотрении
Дети, конечно, знают, что мама у них русская, но они аргентинцы. Они родились здесь. Для них это родная страна.
- Авдей,- Ната достала из ящика стола конверт.- Вот я тут написала адрес в Находке, телефоны родителей и мои телефоны - здесь... И вот десять долларов, за бандероль, если мало, ты скажи, сколько?
- Да не надо денег, вы такую экскурсию... в смысле так много интересного рассказали.
- Нет, так неправильно. Возьми, или я дам двадцать.
- Ну, хорошо,- Авдей взял "червонец", положил в нагрудный карман рубашки.- Я его на память оставлю. Так-то деньги в нашей семье есть,- на приятную жизнь хватает.
- Вы видели наше море-океан. Ну и как?
Авдей пожал плечами, на которых закачалась голова:- Я не буду его ругать, но и хвалить особо тоже не буду. Мы были на Чёрном море, были в Таиланде... и не только. Везде по-разному.
- Стесняешься сказать... как есть? А я нет. Тут плоский, вытянутый в линию, берег... на тысячу километров.
Я по нашему морю очень скучаю. У нас такая красота. Везде сопки, они летом изумрудно-зеленого цвета. Стоят прямо у моря. Пляжи,- их много, они вокруг города, много очень уютных бухт, и они обалденные. Вода чистая, прозрачная. Много глубин. Один пляж так и называется "Морские глубины". Много рыбы для рыбаков. Водоросли всякие. Морская капуста, бери - не хочу. Крабы, осьминоги, трепанги, ракушки - мидии, песчанки, гребешки, морские ежики. Когда в маске плаваешь очень красиво. На земле такой красоты не увидишь, там всё - как не на земле.
Июль, август, сентябрь - самый сезон. Так там на наших пляжах народу много, как и здесь. Но есть большая разница. Там у нас половина людей на пляже, половина в море плавает. Визжат, играют, ныряют... Многие далеко заплывают. Подводная охота.. Но это в стороне от купальщиков, у них же подводные ружья с гарпунами.
Не знаю. Может быть, когда дети вырастут, станут самостоятельными... Может тогда побываю в Находке. Вот только далеко очень. До России далеко, да а и в России - Владивосток - далекий город. Так Ленин сказал.
А здесь и сейчас - у нас все хорошо! Нас все устраивает... Как это по-русски "Чем богаты, тем и рады".
------------------
Вечерело,- так пишут классики. В моей аранжировке: Местное небо уже отворачивалось от солнца.
Мама с Витькой встретила Авдея со Светой в свернутом состоянии. Они были одеты, пляжные вещи убраны в багажник.
Авдей понял: "Папа маме позвонил, мама тему знает".
Мама улыбалась и... вздрагивала, как будто в нее ежесекундно попадали маленькие, невидимые, шальные молнии. За руль сын маму не пустил. Посадил рядом с Витькой на заднее сиденье, поцеловал в щечку. Молнии молниеносно перестали кусаться.
- Наконец-то я могу легко вздохнуть,- после глубокого вздоха сказала мама.- Стало ясно окончательно - мы улетаем все вместе.
Но сейчас мне срочно нужно в аэропорт. Вы тут отдыхайте, а я полечу... Там отец... он теперь, наверняка так наберется...
Авдей тут же позвонил отцу.
Отец тут же ответил.
- Да, сына?
- Мама хочет вернуться... сейчас. Из-за тебя. Боится, что ты сам себя перепьешь... создашь всем проблемы.
- Сына, ты не переживай, ну стаканчик другой винца... День-то сегодня особенно-особенный.
- Договорились. Я маму не отпускаю, но под залог тебя. Так что будь умничкой, веди себя хорошо.
Со стороны отца - небольшая пауза:
- Тут, правда, есть маленькая неприятность, - сказал отец.- Сеньора Лаура хочет наш "Фиат" оставить себе... то есть для Парагвайцев. Хочет... бесплатно.
Ответ со стороны Авдея - без паузы:
- Нашел о чем горевать... - Твой "Фиат" сейчас и десятки не стоит. И я думаю без Эктора тут не обошлось.
- Да ему-то какая разница?- в голосе отца - сомнение.
- Как какая. Лаура умрет, не дай бог скоро. Так Эктор дом... в смысле ферму, тут же продаст, парагвайцев выгонит, а "Фиат"... чтобы им не очень обидно было.
- Фантазер ты, сына... Ты рулишь сейчас?
- Да.
- Ну и я, сейчас на хозяйской "Тойоте", на ста тридцати трех... Конец связи.
Авдей, не поворачивая головы, маму определил:- Все нормально, мамуля. Никуда ты не полетишь, мы так с отцом решили. Сейчас едем в ресторан, потом можем прокатиться по вечернему городу.
- В ресторан - да,- согласилась мама.- Но... Мы так набегались по волнам. Виталинка вон уже носом клюет.
Если хотите, можете со Светой по вечернему городу покататься. Тут есть места, где по вечерам концерты... молодежь играет. Потолкаетесь среди народа.
- Посмотрим, мам.
Поужинали в хорошем ресторане. Отметили вторую золотую карту. Мама даже выпила полный фужера вина (не за карту,- за возвращение), остальные - подсластились персиковым соком.
В отеле, пока Света переодевалась в вечернюю одежду, в номер к Набоковым пришел хозяин отеля: сеньор невысокий, не толстый и... невеселый. Пришел с претензиями к Авдею: "Зачем без спроса заделал дырку в стене? Комиссия еще не приезжала, как они теперь будут оценивать ущерб?"
У Авдея переводчика под рукой не оказалось, он в бардачке машины остался. Разговаривала мама.
- Ну, скажите комиссии, пусть не приезжают. Мой сын проблему закрыл.
- Так еще за моральный ущерб мне положено.
- Ты, что морально ущербный?
- Не понял?
- Что непонятного? Мы номер снимаем,- оплачиваем... Вы бы лучше в отеле, хотя бы завтраки бесплатные организовали, как в любом даже недорогом отеле.
- Сеньора, понимаете, у нас места маловато,- хозяин отеля стал оправдываться.- Я этот отель из обыкновенного дома сделал. Немножко достроил, на помещение для столовой места не хватило. Мы же почти на окраине, доходы небольшие. У меня на ресепшене, вон двоюродный брат... считай один. Иногда моя жена его подменяет. Трудные времена, сеньора. А вы русские? Вы хорошо разговариваете на испанском.
- Выучила... за восемь лет. Еще претензии есть?
- Да вроде нет.
- Ну тогда С Новым годом, сеньор! Извините, мы отдыхать будем.
Хозяин ушел. Авдей спросил, что он хотел.
- Мама улыбнулась:
- Недоволен, что ты дырку заделал. Инициатива, сына, иногда наказуема. Но все нормально. Так вы поедете по городу кататься?
- Поедем, мам, но мы недолго, на час полтора. Вы ложитесь.
В ночном городе было ярко. Везде фонари, много людей; в ресторанах, на набережных, в кафетериях. В одном месте звучала музыка. Авдей припарковал "Фиат", предложил Свете посмотреть, что там за концерт.
Народу - много. Всё - в свете - в цвете. Юный Набоков обратил внимание, что кроме молодых, на концерт пришло очень много и людей взрослых, в возрасте.
Небольшая площадь была освещена особенно ярко. На сцене какая-то музыкальная группа. Много песен, шума, аплодисментов.
- Ну что, Свет, интересно?
- Очень интересно, но ты знаешь, если честно, я устала, может поедем уже в отель?
Не успели они дойти до машины, раздался телефонный звонок. Звонил отец.
- Да , пап?
- Что, сына, веселитесь в ночном городе? А где мама с Витой? Они не с вами?
- Не понял?
- Так по телевизору прямой репортаж из Мар-дель-Платы смотрю. Там концерт у вас какой-то, зрителей полным полно собралось, и ВАС я видел. Тебя со Светой - крупным планом несколько раз показали. Вы же выделЯетесь. Красивые. И видно, что вы иностранцы.
Авдей громко рассмеялся.
- Ну, дела... Ты-то там как?
- Я, сына, в полном порядке. Я тут подумал,- мы деньги хорошие получили. Эктор нам конечно подкузьмил. Так я думаю нужно оставшиеся несколько дней держать себя в аккурате. И это совсем нетрудно. Чтобы этот... ...он, еще какую свинью нам не подложил. Так что я бутылочку винца допиваю. И точка.
Когда сели в машину, Авдей Свету поцеловал, и поцелуй объяснил:
- Ну, все, Светлана Игоревна, мы зазвездились! По телеку. Отец нас видел. Это центральный канал, так что нас с тобой вся Аргентина видела.
- Ничего себе. А знаешь, я видела, там какие-то парни с камерами стояли рядом со сценой.
- Какая интересная здесь ночная жизнь,- подытожил Авдей.- Всё какое-то... не совсем реальное что ли. Но... но как-то всё быстро. Через несколько дней уже домой полетим. Третьего, четвертого - здесь, пятого возвращаемся. Сразу в офис по продаже билетов; родителям нужно оформить, чтобы нам седьмого всем вместе лететь.
- А мне, так нормально,- Света от известия, что ее только что увидела вся страна, покраснела от смущения.- Я даже уже по дому скучаю. А здесь, ты же много разного на видео снимаешь. Ты же покажешь, чтобы мои отец с матерью увидели.
- Так я вам все видео перешлю. Куплю маме твоей ноутбук. Премия ей, за то, что согласилась тебя подменить, и тебе премия: смартфон куплю нормальный. Мне без тебя было бы совсем по-другому... Здесь купить не могу; у них другие мобильники, в нашей стране они не работают.
* * * * *
В день третий от рождения Нового Года поездили по городу. Мама рулила, Авдей снимал видео, дома, улицы людей, кукурузник - над морем с большим ярким плакатом, привязанным к хвосту "Добро пожаловать в Мар-дел-Плату!".
Все что видел, то и снимал.
Заехали по адресу, что Саша Якубчик в отеле Авдею дал - к Толику. Самая окраина города, улица даже не асфальтирована.
Встретила "пришельцев" семья Толика Мишина не с распростертыми объятиями, но в дом впустили.
Время вышло обеденное. Авдей, не спрашивая разрешения, поставил на стол три бутылки вина "системы мальбек". Познакомились, поговорили о делах. И новогодних и просто о непростой жизни.
Толик мужчина-сорокот приехал с семьей в Аргентину из города Залохматинска, Кумской губернии, Чурского уезда.
Здесь сначала жили в отеле, в номере, который сейчас снимает Авдей. С работой было трудно. За тяжелый физический труд платили копейки. Переехали в Мар-дель-Плату, сняли дом на окраине. Сняли в зимнее время, совсем недорого.
- Здесь летом дорого снимать,- Толик с женой Верой и сыном Матвеем (Мати), сидели за столом рядом.- А зимой - за полцены. С работой у меня не очень. Я тачки в ремонт беру. Сначала было - более менее - по доходам. Так я цены поднял, клиентов как ветром сдуло. Хорошо, что жена в супермаркете работает. Она на разделочной машинке... Ну, это... сыр, колбасу, ветчину тонюсенькими ломтиками нарезает и в упаковку вакуумную запечатывает. Ничего себе работа. Для себя естественно пробивает ценник-этикетку почти задаром. Жить-то как-то надо. Матвей, сын, сначала мне с ремонтом тачек помогал, а теперь в армию контракт подписал. Трудно ему поначалу.
- Да всем, пап, трудно. Вот например недавно.- Сын за столом сидел напротив Авдея - они почти ровесники, так он все больше на Авдея и смотрел.- Вот недавно перед самыми каникулами, нас загнали на баржу, отбуксировали метров на двести от берега, и дали команду прыгать в воду и плыть к берегу. Даже не спросили, умею я или кто-другой плавать. А в одежде не так легко плыть, чем просто так.
Я такое раньше в американских фильмах видел, как новобранцев тренируют. Вот и нас также гоняют,- от подъёма до отбоя. Вечером... так я засыпаю, раньше, чем голова на подушку упадет.
Зато вам очень много привилегий. Медицина всегда бесплатная, лекарства. В универсидад, если пойдет учиться после контракта - бесплатно. Много всяких льгот. Сейчас вот на каникулы отпустили, отлеживается после муштры.
-Я после контракта, сразу в универсидад учиться не пойду, - подливая себе и отцу вина, рассказывал Мати.- Еще на полгода контракт продлю. Попрошусь в Антарктиду, на военную базу. Туда желающих немного, меня возьмут. Наш Залохматинск - в глубокой Сибири, у нас там зимой бывает и минус сорок пять. Нормальный ход! И зарплата в Антарктиде - ого-го плата! "Плата" это как по-нашему - зарплата,- пояснил Мати гостям.
- Авдей,- вошла в разговор жена Толика Вера, то ли с неудовольствие, то ли со скрытым удовольствием.- Вы зачем целых три бутылки такого дорогого вина купили? Я же в магазине работаю, такое вино у нас в пересчете на доллар,- так по десятке за бутылку. Вы бы две забрали. Мы малопьющие.
- Да все нормально,- возразил Авдей.- Мы люди небедные.
- А по тачке вашей не скажешь,- подшутил Толик.
Вера мужа одернула: "Ты за языком следи. Чай не на базаре".
Отобедав в гостях, Набоковы попрощались с семьёй Толика, и поехали дальше. Чтобы увидеть чего-то нового больше, в оставшиеся полтора дня.
---------------
В остатний день в главном курортном городе страны наши путешественники "выжимали воду из камня". Так мама и бабушка сказала, и она была... не права. Анна Андреевна просто уже и думала о доме, и хотела только домой. И выжатый камень этот, подвернулся под язык лишь по ее настроению.
А воды у них как раз набралось... "в двух количествах".
В первом количестве - бассейн - на термальных водах и с искусственными волнами.
Было приятно поколыхаться на искусственных волнах. Света и Виталинка болтались подпоясанные желтыми надутыми жилетами. Авдей был рядом, внимательно смеялся и следил за каждым качком девчонок. Анна Андреевна подколыхивалась рядом, но стоя на неглубоком дне бассейна.
В другом количестве: Искупались на прощанье в Атлантическом океане; для этого им подсказали одну бухточку, где есть хороший волнолом, и он там все волны беспощадно ломал, оставляя лишь плавное качание океана на поверхности.
Посмотрели и другие досто... и просто примечательности.
Посетили парк аттракционов "montaña rusa" - русские горки.
(((Странные между странами иногда случаются переплывы в языках. В Москве, в России такие аттракционы называются "Американские горки", здесь в Аргентине "Монтанья руса" - Русские горки.
Или у нас - салат Оливье, а в Аргентине - "Енсала́да руса"- русский салат.)))
Ели снова в ресторане, и снова в Бюргер Кинге (не считая забегаловок и выбегаловок).
Очень трудно умереть от голода в сытом, богатом городе, особенно, когда в наличии у голодающих есть "Золотая карта".
Дни считанные, плотно упакованные, развлечениями, едой, водой и визжащими горками, пролетели быстро.
День пятый - дорога.
Анна Андреевна прощалась с быстрым (бурным) отдыхом - с радостью. Авдей со Светой без сожаления. Одна Вита с грустью смотрела на синее море и кораблики, уплывающие вдаль от их уезжающего "Фиата".