Аннотация: Первые три главы повести о приключениях студентов-археологов в ходе археологической практики и их веселых буднях.
Рыцари лопаты, или История одной экспедиции
Глава 1. Добро пожаловать в прошлое!
"Студентом Федя твердо был настроен:
Поднять археологию на щит!
Он в институт притаскивал такое,
Что мы кругом все плакали навзрыд".
В. Высоцкий - Песня студентов-археологов
В жизни каждого студента-историка в один прекрасный момент наступает важное событие - Практика. Как правило, у многих студиозусов это событие вызывает зубную боль и язву, а также стремление закрыть практику побыстрее. Но иногда этого избежать не удается, и тогда студенты отправляются трудиться на благо ее величества Науки. Примерно то же самое ждало и героев нашего повествования, однако обычная с виду поездка на практику превратилась в настоящее приключение.
Но обо всем по порядку.
Знойным июльским днем автобус с практикантами, волонтерами и рабочими подкатил к обочине пыльной дороги. Несколько часов назад будущие светила археологии выехали из города и добрались по разбитой грунтовой дороге до поселка К. Сей населенный пункт был известен в путеводителях как хранитель двух достопримечательностей - памятника героям-миротворцам и грандиозного городища, памятника раннесредневековой истории.
Лиза, невысокая пухленькая брюнетка лет девятнадцати, с замиранием сердца смотрела на окружающие виды из окна автобуса. Наконец-то сбылась ее мечта! Она приехала на практику! Многие из ее однокурсников поехали на раскопки на север края - копать какое-то многослойное неолитическое поселение у моря. Несколько человек отправили отмывать и склеивать керамику в местном краеведческом музее. А вот Лизавету и ее однокурсников - Аню Бурункину, Макса Воробьева и Тёму Галкина - отправили сюда.
Студенты-старшекурсники и преподаватели с кафедры всеобщей истории и археологии называли этот памятник просто Городищем, и чаще всего говорили о нем с таинственным видом заговорщиков. Мол, когда-то это был целый город, где кипела жизнь и торговля с соседями - Кореей и Китаем. Ходили слухи, будто где-то в недрах здесь таятся древние сокровища, и объем богатств увеличивался по мере того, как разносились слухи. Единственное, в чем можно было действительно удостовериться - в том, что Городище копали уже не первое десятилетие, и каждый полевой сезон преподносил множество сюрпризов. Помнится, Лиза обрадовалась и расстроилась одновременно, узнав, что в прошлом году в одном из раскопов нашли великолепное бронзовое зеркало.
- А вдруг мы ничего интересного не найдем? - с тоской спросила она тогда.
- Не дрейфь, Лизон, - ответил ей Макс. - На наш век еще хватит всякого добра!
***
Два десятка человек выбрались из автобуса. Поселок К. оказался на первый взгляд неприметным и совсем не большим. Казалось, его можно было обойти за полчаса. Частные дома соседствовали с парочкой трехэтажных домов. Здесь же в центре поселка располагался небольшой рыночек на пыльной площади. Также, если верить тем, кто здесь бывал, в поселке имелись автостанция, медпункт, почта и несколько магазинчиков. Куда-то вдаль убегали домики с огородами, плавно перетекая в огромный холм, возвышавшийся над поселком. А на вершине холма стоял легендарный памятник миротворцам.
- И куда нам теперь? - неуверенно спросил Тёма, высокий и бледнолицый очкарик.
Как оказалось, к новоприбывшим из лагеря прислали гонца. Им оказался веселый и загорелый студент-пятикурсник Юра с густыми, черными бровями. Он приехал сюда три дня назад вместе с группой ребят для строительства лагеря.
- Здесь недалеко, минут за десять-пятнадцать дойдем, - сказал он. - Идемте!
И вся группа двинулась за ним, точно выводок утят за мамой-уткой. Кто-то из ребят шел рядом с бровастым Юрой, болтая о всяких пустяках. В основном шли разговоры про какой-то плот, чем сегодня кормят, и кто из преподавателей приехал в этом году в поля. Лиза ненадолго почувствовала себя не в своей тарелке. Она порой сталкивалась с этим, когда оказывалась в компании, где все друг друга знают, и лишь она одна бродит среди людей как неприкаянная. Рядом с ней шагала рыжеволосая Аня - ее однокурсница и подруга. И, похоже, ее преследовали те же чувства.
- То самое неловкое чувство... - пробормотала она.
- Когда чувствуешь себя кожаной косухой средь кружевных панталон? - спросила Лиза.
- Ага, что-то вроде этого, - ответила девушка.
- Девчонки, не парьтесь, все пучком будет, - как-то чересчур радостно ответил шагавший сзади Макс.
- Главное, не забудь об этом в своем бложике написать, - фыркнула Аня.
- Еще как напишу! - заявил парень, пригладив непослушную белобрысую челку. - Но вас в нем не упомяну ни словечком.
- С горя не повесимся, не переживай, - пообещала Лиза.
- О, у вас тут кто-то ведет блог? - спросила шедшая рядом с Максом и Тёмой высокая, стройная девушка. Кажется, ее звали Леной, и она была из числа волонтеров.
- Началось... - Аня закатила глаза. К счастью, Макс переключился на Лену и присел ей на уши со своими блогерскими байками.
Дорога к археологическому лагерю вела мимо частных домов. Затем путники вышли к железной дороге, где неподалеку располагалась станция, перебрались через насыпь и углубились в лес. Тропа сначала петляла между деревьев, а затем шла вдоль берега реки. Лиза задумалась: интересно, во время жизни Городища тут тоже была река?
Вскоре участники экспедиции свернули с основной тропы. Через пару минут кустарники и заросли полыни расступились, и перед ними показался лагерь археологов. На большой поляне со скошенной травой стояли три вагончика, выкрашенный в голубой цвет. В двух из них, как оказалось, жили начальники экспедиции, а третий использовали как кладовую. Там же располагалась кухня, она же столовая, где под синим тентом, натянутым на каркас из реек, буквой "П" выстроились обеденные столы. За кухней виднелась камеральная палатка, где хранили и обрабатывали все найденные артефакты.
В стороне от полянки находилась жилая зона, где уже стояло несколько палаток. Рядом с лагерем находилась река, спокойно несшая свои воды к морю. Над рядами палаток гордо реял маленький флаг экспедиции. Хотя он изрядно выцвел и был заштопан во многих местах, на полотнище можно было разглядеть очертания дракона.
- Ну вот, опять грязь и комары, - пробурчал Макс, снимая рюкзак и опуская его на траву. - Палатки? Серьёзно? Ну хоть вай-фай есть?
- Сначала работа, потом впечатления, - строго ответила Аня. - Мы сюда не отдыхать приехали, а работать.
В районе кухни уже столпилась группа крепких ребят - тех, кто приехал раньше на строительство лагеря. Многие из них, как потом выяснилось, приезжали работать на раскопки за деньги. Были среди них и студенты-старшекурсники, также отрабатывавшие практику. Некоторые из них были не только из историков, но и с направления антропологии.
Новички кожей ощущали на себе деловитые взгляды старших. "Как будто мясо на базаре рассматривают", - подумала Лиза. Она даже слышала их перешептывания:
- О, свежее мясо приехало...
- Интересно, они хоть что-нибудь умеют?..
- Девчонки вроде симпатичные...
- С приездом, молодежь! - раздался громогласный голос.
Со стороны камеральной палатки появился рослый мужчина лет пятидесяти, в камуфляже и пестрой бандане на голове. Лихо повязанный платок придавал человеку вид пожилого пирата. Лицо его было обрамлено клочковатой бородой, а серо-голубые глаза скрывались за толстыми стеклами очков. В руках - лопата, будто символ всей археологической романтики.
Это был профессор Лев Александрович Воронцов, руководитель экспедиции.
Новички робко поздоровались.
- Добро пожаловать на Городище! - громко произнёс Воронцов, улыбаясь. - Место, где каждая лопата может перевернуть вашу жизнь!
Ребята переглянулись. Кто то усмехнулся, кто то напрягся, а Макс не удержался:
- То есть, если я сейчас копну, могу найти клад и уехать на Бали?
- Нет, юноша, но вы можете найти вопрос, на который будете искать ответ всю жизнь, - парировал профессор.
- Надеюсь, ответом на него не будет "сорок два", - пробормотал любивший фантастику Тёма.
- Бросайте рюкзаки, мойте руки и за стол! - скомандовал Воронцов. - Работа работой, а обед - по расписанию.
Новоприбывшие с облегчением поставили поклажу на землю. Очень хотелось и подкрепиться, и отдохнуть. Еда оказалась простой, но сытной - суп из рыбных консервов на первое и перловка с тушенкой на второе. Кто-то из девушек-волонтеров уныло кривился, ковыряя еду, но Лизе и ее однокурсникам обед пришелся по душе. Когда живешь в общежитии на скромную стипендию, быстро привыкаешь есть все, что дают. Большая и уютная повариха Алёна, женщина лет тридцати пяти, сияла от радости, глядя, как новички поглощают еду.
После еды начались экскурсия по строящемуся лагерю и размещение. Строительство палаток шло с трудом. Дуги палаток то и дело норовили выскользнуть из рук или гнулись не в ту сторону, а Макс, пытаясь собрать свое "жилище", пробормотал:
- Я не палаточный мастер, но, кажется, это сооружение больше похоже на шалаш для хоббита.
Вдобавок ко всему ему за шиворот чуть не залез паук. Макс, несмотря на крепкое телосложение и острый язык, недолюбливал разных ползущих тварюшек. И теперь он бешено плясал на месте, пытаясь избавиться от непрошеного гостя.
- Снимите с меня эту гадость! - вопил бедолага. Но, кажется, паук успел испугаться не меньше самого Макса и поспешил убраться восвояси.
- Ты сам напугал его своими воплями, - сердито сказала Аня, уже закончившая ставить палатку, которую делила на пару с Лизой.
- Это не паук, а какой-то мутант! - отмахнулся Макс.
- Какие мы нежные! - посмеивались старшекурсники. - Это еще вы с местными комарами не столкнулись, тогда взвоете.
Знакомство с комарами состоялось в тот же день. Зверюги оказались кусачими и злыми. Даже репелленты от кровососов не спасали, и будто притягивали их к людям еще больше. Но вот что странно: руководство вместе со "старичками" почти не обращали на комаров внимания и относились к их присутствию с философским спокойствием. Новички же нервничали и чесались от укусов.
Через пару часов на берегу реки вырос целый городок из разноцветных палаток.
- Какой-то Вудсток, - прокомментировала Аня.
Самым непростым делом было окопать временные убежища от дождя и установить столбики для натяжки тента. Тёма даже едва не разрубил себе ступню, обтесывая топором очередной колышек. К счастью, в дело вмешался один из "старичков" - парень с косматой гривой волос и бородкой:
- Ты что творишь, чудик? Дай, помогу! - и принялся за дело.
- Да я бы и сам... - неуверенно промямлил Тёма.
- Сам да сам... - буркнул парень. - Дать бы тебе ашельское рубило вместо топора, тогда я бы посмотрел.
- Я бы его сломал. Или потерял, - ответил Тёма.
- Ничего, здесь всему научишься. - Добрый самаритянин выглядел уже не таким насупленным. - Запомни, юный падаван: экспедиция - это не только доброе слово, но и быстрое дело. Либо ты всему научишься, или не научишься. И с позором уедешь домой.
Тёма сдержанно поблагодарил за преподнесенный урок мудрости. К счастью, Валера, по прозвищу Леший - так представился новый знакомый - оказался совсем не вредным. Он закончил истфак в прошлом году, и теперь приехал на недельку, помочь профессору.
- Вам повезло еще, - по секрету сказал косматый Валера. - В этом сезоне на Городище работает Воронцов, а он - мужик мировой. С ним договориться всегда можно. А вот если приедет Колючкин - у-у-у... Тогда будет кирдык.
- А кто он такой? - спросил Тёма.
Валера покосился на него как на сумасшедшего.
- У-у-у, брат, ты многое пропустил! Сразу видно, что нынче истфак уже не тот. Ладно, расскажу, - примирительно заявил он, глядя на приунывшую физиономию новичка. - Короче, Колючкин был одним из преподов на кафедре. Лютый тип! Всех валил на экзамене без разбору, особенно девчонок. Он историю Японии и Китая вел, так его слушать было невозможно! Бубнит себе что-то, а ты только со сном борешься. Хотя я свой диплом по самураям на "отлично" защитил... Так вот, был потом скандал какой-то, и его с универа выперли. Сейчас он в местном НИИ чалится. Если же он сюда приедет, точно житья никому не даст! Говорю тебе, таких вредных мужиков поискать надо. Он вроде как с Воронцовым раньше вместе работал. Из-за чего тот его терпит, в душе не разумею.
Тёма принял информацию к сведению. Но на душе у юноши было скверно. Он по природе был довольно мягким и робким, и не выносил критику в свой адрес. Тёма поймал себя на мысли, что его бы Колючкин на своем экзамене точно завалил.
К вечеру все обустроились и понемногу начали знакомиться друг с другом. Несколько старших парней вместе с Воронцовым взяли с собой четыре надутых резиновых камеры, кучу досок и инструменты, и вместе со всем этим скарбом отправились на берег реки.
- Это ещё зачем? - спросил Макс.
- Плот будем строить, - пояснил пятикурсник Юра, который участвовал в сборке плота. - Городище на другом берегу реки находится.
Лиза, слышавшая эти разговоры, пришла в восторг.
- Ого! Плот - это же круто! - восхитилась девушка. - Будет приключение.
- Главное, девонька, не вздумай с него падать, - поучительно заметила Алёна, стряпавшая ужин. - У нас здесь каждый год кто-нибудь с него да падает в реку.
- Ой! - Пыл Лизаветы немного убавился. - А вдруг утонем?
- Не бойся, никто тут не тонул, - успокоила ее Алёна. - Тут воды в самом глубоком месте по шею будет. Хотя после дождей уровень воды поднимается, это факт.
- Эх, скорей бы на раскоп... - вздохнула Лиза.
- Не спеши, - сказала ей одна из девушек-волонтеров. - Ты еще на раскопе так упыхаешься, что дежурства по кухне покажутся раем.
Лиза округлила глаза:
- Какие дежурства?
Ей объяснили. Все, кто приезжает работать на Городище, непременно вносится в список дежурных по лагерю, которые выполняют свои обязанности по графику. В целом работа казалась несложной. Парни в дни дежурства перевозят на плоту трудящихся и инструменты, а также выносят с кухни мусор и качают в баки техническую воду из реки. Девушки же помогают на кухне Алёне - чистят и строгают овощи, накрывают на столы и моют посуду после еды.
- Да, тяжеловато, особенно на "дискотеке" - так Алёна назвала мытье посуды, - но и час-другой отдыха урвать можно. Успеешь постираться и отдохнуть.
Кухонная зона отделялась от обеденной. Здесь было царство Алёны, среди кастрюль, ножей и сковородок. Несмотря на полевые условия, чистота царила идеальная. По правую сторону стояли металлические шкафчики, где хранились разные мелочи, приборы и запасы хлеба. По левую же - плита, работавшая от газового баллона, и широкий разделочный стол.
Высокая и худощавая Лена, разговаривавшая с Максом про блоги, сказала:
- Я ставлю вас с Аней в график, хорошо? Ваша очередь будет через два дня.
Как оказалось, в этот же день с ними дежурил Макс. Хорошо, когда рядом есть знакомое лицо. Лизе идея дежурства не очень нравилась, но выхода не было. Девушка не стала спорить, но ей казалось, что их труд на раскопе принесет больше пользы.
Первый день подходил к концу. Близился ужин. Лиза была в глубоком восторге. Ей нравилось все - и простая еда в полевых условиях, и речка возле лагеря, и сам лагерь. Девушка решила, что во время экспедиции будет записывать все впечатления в специальную толстую тетрадку, которую она купила перед поездкой. Получится что-то вроде летописи.
Их с ребятами палатки стояли рядом, ближе прочих к кухне. Одну делили Лиза и Аня, другую - Тёма и Макс. Однокурсники решили, что на первых порах неплохо было бы держаться вместе.
Макс, глядя на пыхтящий котёл каши, провозгласил:
- Туалет делает людей счастливыми. Особенно когда он не в километре от лагеря.
- Ты всегда думаешь о главном, - улыбнулась Лиза.
- Не о главном, а о комфорте! - парировал Макс. - Кто то же должен заботиться о базовых потребностях.
Солнце как-то резко плюхнулось за горизонт, и на лагерь стала наползать ночная мгла. К счастью, в лагере для таких ситуаций имелся генератор. Его должны были включить на два часа после ужина. Макс обрадовался: можно зарядить телефон, чтобы записать новый ролик для своих любимых подписчиков.
После ужина Воронцов собрал всех на инструктаж. Участники экспедиции уселись за опустевшие столы. Профессор был необычайно серьезен.
- Итак, дорогие друзья. - Ученый прочистил горло и начал свою речь. - Наконец мы почти все в сборе, и я рад объявить о начале нашей экспедиции.
Начавшиеся было аплодисменты сразу умолкли под строгим взором профессора. Тот продолжил:
- Ближайшие четыре недели нам предстоит жить и трудиться бок о бок друг с другом. Чтобы нам всем жилось хорошо, запомните следующее. Из лагеря никто в одиночку и без разрешения не уходит, особенно это касается девушек. - Воронцов со значением посмотрел на прекрасную половину экспедиции. - С завтрашнего дня начинается наша работа. Трудиться будем много и упорно, так что лодырей я не потерплю! Выходные будут у нас в дождливую погоду, либо в слишком жаркую.
Кто-то тяжело вздохнул.
- Работать нам предстоит в течение месяца, - продолжил профессор. - Уже завтра после обеда мы отправляемся на раскоп. - Далее он много говорил о распорядке рабочего дня, о помывке керамики и многих других важных вещах.
Слушая начальство, Лиза аккуратно записала в тетрадку:
"1) Профессор всегда прав;
2) Если непонятно, проверить пункт 1".
Валера Леший, сидевший рядом с ней, одобрительно показал девушке большой палец.
- По всем вопросам обращайтесь ко мне, либо к другим руководителям, которые приедут завтра. Вы с ними обязательно познакомитесь, - подытожил Воронцов. - А теперь всем отдыхать!
- Щас на дальний кордон пойдем, - сказал Валера, когда профессор закончил речь и ушел в свой вагончик.
- Это куда? - не понял Тёма.
- Наше костровое место, - пояснил бородатый парень. - Там и поболтать можно, и песни попеть. У Профа, - так многие "старички" называли Воронцова, - главный пунктик: чтобы после отключения света было тихо. Мы специально сделали место для посиделок подальше от лагеря, чтобы другим не мешать. А то несколько лет назад тут полный атас был: и песни орали до пяти утра, и гитара была, и кальян... Жесть, короче. Дежурные обязательно проспят, работа срывается, Проф в гневе - я думал, тут головы с плеч полетят.
Через пять минут все прошли мимо палаток и немного углубились в лес. Тропа, шедшая между деревьями, вильнула куда-то в сторону, и все очутились на уютной полянке, в центре которой несколько человек уже жгли костер. В качестве сидений были приспособлены два поваленных дерева, несколько чьих-то туристических складных стульев и грубо сколоченные лавочки. Сквозь кроны деревьев проглядывали звезды. Вдали ухал филин, а ветер шелестел травой. В ночной мгле кое-где подмигивали светлячки.
Все рассаживались на места. Аня, Лиза, Тёма и Макс сели рядышком на свободную лавку.
Лиза, обхватив колени, тихо сказала:
- Мне почему-то кажется... это будет особенное лето.
Тёма кивнул, не отрывая взгляда от леса:
- Мы ещё не знаем, что найдём. Но я уверен: это изменит нас.
Аня, обычно строгая, вдруг расслабилась:
- Может, и правда. Иногда надо просто... довериться своим чувствам.
Макс, сидевший рядом, поднял руку и показал на созвездия:
- О, глядите! Вот это - Большая Медведица. А вот там - Малая. Ну, или это просто звёзды, которые решили собраться в компанию.
Все рассмеялись. После чего оставшиеся участники экспедиции заняли оставшиеся места. И все, сидевшие в круге, начали знакомиться друг с другом. Магия костра сделала своё дело и позволила расслабиться.
Профессор Воронцов, наблюдавший за молодежью издалека, улыбнулся сам себе:
- Да, - прошептал он. - Это будет особенное лето.
Глава 2. Принципы раскопок (и как их нарушать)
"Небольшое, но утешение:
Археология - воскрешение,
Но не людей,
А вещей".
Валентин Берестов - Утешение
Утро второго дня поначалу выдалось туманным и пасмурным. В такую погоду вылезать из палатки не хотелось. Тем более, не в полвосьмого утра. Однако именно в это время раздались звонкие голоса дежурных, объявивших подъем на весь лагерь.
- Доброе утро, Вьетнам! - грянул на всю округу Даня, светловолосый здоровяк-работяга. Он отличался очень громким голосом, который было слышно даже на другом краю лагеря. За что и получил прозвище Глашатай. Даня сегодня дежурил по лагерю вместе с двумя девушками - Анжелой и высокой Леной, которую уже прозвали Спицей.
Хочешь не хочешь, а вставать надо: работа сама себя не сделает. Участники экспедиции, обмениваясь утренними любезностями, стали вылезать из палаток. Перед завтраком надо было привести себя в порядок.
Мало-помалу туман рассеялся, и вскоре взошло солнце.
- Как спалось? - осторожно спросил однокурсниц Тёма.
- Я замерзла, - пожаловалась Аня. - Всю ночь ворочалась и не могла согреться.
- А мне вроде нормально, - ответила Лиза. - Правда, под утро какая-то птица разоралась и мешала спать. Удод какой-то, наверное.
Алёна уже заканчивала стряпать завтрак, громкими криками подгоняя дежурных девушек. Лена и молчаливая Анжела суетились, нарезая хлеб и раскладывая все необходимое на столы.
- Интересно, а кофе у них есть? - Аня присмотрелась к утреннему натюрморту.
- Кофе - только руководству. От кофе - нервы, - решительно заявила Алёна. - Распоряжение Льва Саныча. Остальным - только растворимый.
- Нет уж, этот суррогат пейте сами, - пробормотала Аня.
В восемь утра объявили завтрак. Гречневая каша, хлеб с паштетом и крепкий чай пришлись как нельзя кстати. После завтрака дежурные принялись выполнять свою работу. Лиза обратила внимание, что кто-то из девушек остался помогать дежурным мыть посуду.
- Это нормально. Как говорится, почему бы и да? - заметила темноволосая старшекурсница Катя, сидевшая напротив Лизаветы. - Ты эти полсотни тарелок и кружек устанешь отмывать, а кастрюли - и подавно. Так что здесь от помощи лучше не отказываться. В дождь мы всегда на кухне помогаем.
- А те, кто не занят готовкой, что делают? - полюбопытствовал Макс.
- Керамику моют, - пожала плечами Катя. - Ее на Городище находят в промышленных объемах, а обработать находки надо.
Макс заметно приуныл. О мытье битой древней посуды думать ему не хотелось.
***
Как ни терпелось Лизе поскорее выйти на раскоп, а сделать это удалось только после обеда. А прежде занимались, казалось бы, рутинными вещами: резали бумажные бирки для обозначения находок, точили лопаты, проверяли инструменты на целостность. Профессор Воронцов лично опробовал плот в действии и совершил пробный рейс на другой берег.
- Из-за острова на стрежень... Работает! - зычным голосом возвестил он. - Как говорится, лед тронулся!
- Сложно, - сказал Макс. - При чем здесь лед?
Кто-то из присутствующих очень удивился.
- Эх, ты! - сказала ему Катя, которую также называли Кэт. - Сразу видно, что "Двенадцать стульев" не читал. А еще высокоразвитая личность!
- Мадемуазель Катрин, я был бы очень признателен, - подмигнул ей Макс, - если вы мне расскажете побольше об интересных книгах. Приятно, знаете ли, поговорить с интеллектуальным человеком.
- Чтобы ты об этом в бложике написал? - парировала мадемуазель под общий хохот.
Макс сник.
Ближе к обеду ситуация кардинально изменилась. Приехали оставшиеся руководители экспедиции из НИИ. Послышался рокот мотора, и со стороны лесной дороги, ведшей в поселок, подъехала заляпанная грязью машина. В ней, судя по всему, сидели трое.
- О, Евген приехал! - обрадованно заметил Валера. - И с ним кто-то, не пойму.
- Кто приехал? - не поняли новички.
- Евгений Янович, он же Евген, еще один наш начальничек, - пояснил Валера. - Тоже давно копает вместе с Профом.
- Местная легенда археологии? - спросила Лиза.
- Он - не легенда, - поправил девушку Валера. - Он - реальность. И с ним ПэПэ, кажется.
- Пистолет-пулемет? - удивился Тёма.
- Полина Петровна Комарина, тоже из археологов, - пояснил Валера. - Она камералкой заведует.
Из машины выбрались три человека, и Валера не сдержал стон сквозь зубы.
- О, черт! - воскликнул он. - Колючкин тоже приехал. Нам теперь точно кирдык!
Эта фамилия ребятам уже была знакома из вчерашних рассказов старших. И теперь настало время вывести на сцену вновь прибывших.
Евгений Янович Глазьев оказался мужчиной лет тридцати пяти - сорока, стройным, хотя и не очень высоким. Длинные темно-рыжие волосы до плеч и ковбойская шляпа на голове придавали ему какой-то залихватский вид. Его уверенность, бодрый голос и заразительный смех внушали новичкам некое подобие доверия.
Полной противоположностью Глазьеву оказался его коллега, Федор Валентинович Колючкин - сутулый, с заметной лысиной, резко очерченными скулами и бесцветно-серыми глазами, скрытыми за стеклами толстенных очков. Он напоминал стервятника, нацепившего на клюв окуляры. Лизе он сразу не понравился.
Полина Петровна Комарина, или, как ее называли среди бывалых участников экспедиции, ПэПэ, была высокой стройной женщиной лет сорока. Возможно, кто-то даже назвал бы ее худощавой. Русые, чуть тронутые сединой волосы она заплетала в косу. Светлая кожа лица Полины Петровны была пестро усыпана веснушками, будто обрызганная краской. Лиза отметила, что кожа рук у нее была грубоватой, как у человека, привыкшего к физическому труду.
- С приездом, коллеги! - Воронцов по очереди пожал руки приехавшим. - Хорошо добрались, надеюсь?
- Добрый день, Лев Саныч, - приятным баритоном сказал Глазьев. - Все хорошо, только в пробку умудрились встать на полпути. Сейчас у туристов разгар сезона, и все устремились на моря. Но, думаю, сюда они не поедут.
- Еще здесь, на подходе чуть не увязли, - добавила Полина Петровна. - Дорогу после дождей размыло - просто кошмар!
- С такой погодой мы никогда в план работы не уложимся, - мрачно сообщил Колючкин. Казалось, он совсем не умеет улыбаться.
- Ну, это мы еще посмотрим. - Воронцов старался не унывать. - Пойдемте, я покажу, где вы будете жить, - и он увел коллег в сторону вагончиков. - А с нашими ребятами чуть позже познакомитесь.
Участники экспедиции были свидетелями этой встречи, занимаясь рабочими делами. Как только начальство ушло, многие из "старичков" тяжело вздохнули. Посыпались высказывания:
- Колючкин теперь на раскопе житья не даст!
- Будет бухтеть, зараза!..
- Может, Евген ему мозги на место вставит?..
- Хорошо, что ПэПэ приехала, она клевая!
За этими невеселыми раздумьями шло время. До обеда успели подготовить все необходимое - тачки, перчатки, лопаты. Нескольких крепких парней даже переправили на другой берег - косить траву до раскопа. Судя по разговорам, трава вымахала выше человеческого роста. Глазьев, Комарина и Колючкин пока не показывались - видимо, обустраивались на новом месте.
И вот прошел обед. После часового отдыха все стали переодеваться в рабочую одежду, которую было не жалко испачкать. Брали с собой сменную обувку, перчатки, воду, репелленты - все то, что может пригодиться в ходе работы, а трудиться в отдалении от лагеря предстояло несколько часов.
На берегу реки возле плота стали собираться участники экспедиции.
- Мы как будто на субботник собрались, - заметил Тёма, окинув всех внимательным взором.
- Только будем не мусор убирать, а находить полезные штуки, - уточнила Аня.
Переправа проходила небыстро. Сначала переправили самых крепких ребят с тачками и лопатами, чтобы сразу отвезти их на раскоп. Сам плот не отличался большой грузоподъемностью, и больше пяти человек за раз на нем уехать не могло. При перегрузке площадку, на которой стояли люди, начинало заливать водой.
Управление плотом требовало большой сноровки и внимательности. Несмотря на ровный характер реки, течение в ней все равно было достаточно быстрым. И паромщику - так в лагере остроумно назвали эту должность - надо было и перебирать руками, хватаясь за натянутую над водой веревку, и тащить плот с пассажирами, и ловко причаливать к другому берегу, чтобы никто не упал в воду.
И вот группы по 4-5 человек начали переезжать на другой берег. Это немного напоминало старинную головоломку про волка, козу и капусту. Пока, впрочем, никто никого не съел. Те, кто дошел до противоположной стороны, забирались по вырубленным в земле ступенькам и шли по тропе в сторону раскопа. Дорога туда, по словам старших, занимала около 15 минут.
Лиза и ее однокурсники оставались в последней группе. Старшекурсник Юра, перевозивший плот, пообещал, что перевезет их на другую сторону и покажет дорогу. Все забрались на борт, и плот медленно отчалил от берега. Под покрышками прошуршало песчаное дно.
- Какой-то "Форт Боярд", - заметил Тёма.
- Ничего серьезного, - ответил Юра, - главное - в воду не падать.
Плавсредство пересекло реку, борясь с ее течением. Поначалу река казалась невероятно широкой, хотя сам рейс продлился меньше минуты. И вот плот причалил к берегу.
- Конечная остановка, граждане пассажиры! Передаем за проезд! - сказал Юра.
Первым на ступеньку скакнул Макс, который сразу же протянул руку Ане. Следом за ним осторожно шагнул Тёма. Лиза тоже хотела было сделать шаг, но тут плот куда-то вильнул в сторону. Девушка неловко ухватилась руками за дерево, росшее рядом с лестницей на склоне берега, надеясь, что это ей поможет. Впрочем, это помогло не особо: плот куда-то понесло течением из-под ног. Юра стал ловить веревку, удерживавшую плот на переправе, чтобы предотвратить катастрофу, но опоздал. И Лизавета, ойкнув, с всплеском рухнула в воду.
Вода, несмотря на разгар лета, по меркам Лизы была холодной. Ногами девушка не чувствовала дна. Больше всего на свете в этот момент она боялась утонуть. В этот же миг ее схватила за одежду чья-то крепкая рука.
- Хватайся! - раздался голос Юры.
Лиза неловко вцепилась в протянутую руку, и девушку выловили из воды. Кое-как Лизавета вскарабкалась на борт. С нее потоками лилась вода.
- Ну, с крещением тебя! - просиял Юра не очень уместной улыбкой. Его брови стояли над глазами домиком и даже походили на две самостоятельные формы жизни. - В первый рабочий день и так нырнуть... Ничего ценного не утопила?
- Нет, - сердито буркнула Лиза. Настроение у девушки было подавленное. Она сердилась и на Юру, и на себя. Как так случилось, что все нормально переправились на другой берег, а она свалилась в воду?! Даже обидно.
- Ладно, было бы обиднее, если бы ты телефон в воде искупала, или фотоаппарат, - невозмутимо ответил старшекурсник. - Сейчас иди, переодевайся, а я сейчас отвезу начальство и потом тебя заберу.
Девушка кивнула и, будучи в расстроенных чувствах, побрела обратно к своей палатке. По пути она столкнулась нос к носу с начальниками.
- Что случилось, юное дарование? - сперва не понял Воронцов. А потом, приглядевшись, сообразил: - Успели искупаться?
- Ага, - буркнула Лиза, - прямо с плота.
- Ну-с, с крещением вас, - Глазьев ободряюще похлопал девушку по плечу и подмигнул ей из-под шляпы. - Говорят, у тех, кто в речку падал, экспедиция будет удачной.
Лиза робко улыбнулась и даже как-то приободрилась от этих слов. Хотя ей в какой-то момент даже подумалось, что у нее судьба - притягивать к себе неприятности.
- Лев Александрович, я ведь уже не первый год говорил вам, что плот - опасная затея, - проскрипел Колючкин. - Гораздо надежнее идти в обход.
- Да-да, и тратить на это не по полчаса утром и вечером, а по полтора, - нахмурился Воронцов.
Мужчины, продолжая препираться, забрались на плот, а Лиза тем временем побежала к своей палатке. Благо, запасные вещи у нее были. Девушка не пожалела, что вняла советам старшекурсников, уже бывавших на раскопках, и взяла с собой лишние штаны и рубашку. Мокрые вещи отправились сушиться на веревку.
Когда Лиза вернулась на берег, Юра уже ждал ее. Второй рейс через реку прошел без приключений. Перебравшись на другой берег, Юра зацепил веревку, так, чтобы плот в их отсутствие никуда не уплыл, и Лиза двинулась вслед за провожатым на раскоп.
Извилистая тропа вела через бескрайнее поле. Летний ветерок шуршал по траве, раскачивая высокие стебли полыни. Кое-где попадались яркие соцветия вьюнка, мышиного горошка и прочего разнотравья. Розовые, ярко-желтые, оранжевые и пурпурные цветочки удивительно контрастировали с оттенками зелени. Сухая земля местами перемежалась затопленными участками, где под ногами уныло чавкала грязь.
Вскоре из травяного моря вынырнула какая-то возвышенность, поросшая кустарниками.
- Почти пришли, - сообщил Юра. - Мы дошли до крепостного вала.
Лиза немного удивилась. В ее представлении крепостной вал ассоциировался с какой-нибудь стеной из камня, но точно не с земляной насыпью. Эту мысль девушка рискнула озвучить вслух.
- А что ты хотела? - удивился ее спутник. - Тут гор поблизости нет, булыжников особо не напасешься. Вот и обходились тем, что есть.
Студенты вскарабкались на вершину вала по узкой тропке. От подножия до верхней точки было не меньше двух метров. Лиза подумала, что в древности наверняка вал был выше. Сверху открывался потрясающий вид на травянистое море. Куда ни глянь, почти до самого горизонта раскинулся огромный зеленый ковер. Впрочем, где-то вдали с западной стороны серебрилось едва заметное море, а с восточной возвышался холм с памятником героям. Пейзаж будто сошел со страниц учебника истории.
Юра повел Лизу по тропе среди кустов в сторону раскопа. Девушка старалась ничего не упускать из виду, в том числе и попадающиеся под ногами время от времени осколки керамики. Лиза не удержалась и по пути подняла парочку, спрятав в карман. "На память", - решила она.
Через пару минут студенты дошли до нужного раскопа, где остальные уже были заняты работой, и присоединились к остальным. Слухи о падении Лизы с плота распространились очень быстро задолго до ее прихода, и теперь над девушкой время от времени подшучивали:
- О, наша русалка явилась!
- Ну что, как водичка?
- Подкинуть тебе еще идей для заплыва?
- Новый рекорд по быстроте погружения - второй день экспедиции!
Первые десять минут это было смешно. Но потом Лиза стала нервничать. К тому же шуточки местных Петросянов не давали ей сосредоточиться на работе.
- Водичка теплая, не переживайте, - сердито ответила она. - И вообще, это был запланированный контакт с водной стихией.
- Не отвлекайтесь, молодежь, работа сама себя не сделает. Все шутки прошу оставить для перекура, - влез Колючкин, после чего все притихли.
Сегодняшняя работа, по словам профессора Воронцова, была простой, но творческой - расконсервировать раскоп, где проводилась работа в прошлом году. Легко сказать! Надо было убрать тент, которым накрыли раскоп, а прежде этого - выкорчевать растения, успевшие вырасти за год и счистить слой земли и песка. Впрочем, при большом количестве рабочих рук процесс шел достаточно быстро.
Во время перекура Макс, разумеется, пытался сделать селфи на фоне крепостного вала. Парню очень удачно подвернулся здоровенный камень, на который тот и залез.
- Эй, посмотрите, какой я археологический красавчик! - воскликнул он, вытягивая руку с телефоном. - Сейчас выложу - все умрут от зависти!
- Ты умрёшь первым, если не слезешь с того валуна, - строго сказала Аня. - Профессор сказал: никаких самовольных авантюр.
- Да я же просто... - Макс не успел договорить: нога соскользнула, он взмахнул руками, как мельница, и плюхнулся в траву. - ...просто хотел запечатлеть момент, - закончил он, отряхиваясь под всеобщий хохот.
- Молодой человек, во время перекура никто на камни не взбирается! Соблюдаем правила безопасности! - нравоучительно сказал Колючкин.
- Да я чего... Я ничего... - Парень стушевался. Федор Валентинович очень смущал новичков. Его хмурое, неулыбчивое лицо не вызывало приятных эмоций, а от холодного голоса со скрипучими нотками по коже бегали мурашки.
После десятиминутного отдыха профессор Воронцов собрал всех у раскопа. В руках - лопата, на лице - выражение мудрого наставника.
- Итак, правило номер один: сначала - глаза, потом - лопата. И ни в коем случае не наоборот! - провозгласил профессор. - Земля - не книга, её нельзя листать наспех. Мы смотрим, замечаем, думаем, а потом уже копаем. Здесь всё имеет значение, - продолжил он, глядя на ребят по очереди. - Камень, черепок, даже тень от валуна. Мы не просто копаем. Мы слушаем землю. Это правило номер два.
К этому времени раскоп был расчищен от всего лишнего, и всеобщему взору предстал большой прямоугольный котлован со слегка оплывшими стенками. Кое-где из земли, словно зубы, торчали фрагменты камней.
Девушек и некоторых ребят профессор отправил на зачистку. Надо было аккуратно очистить поверхность и бортики раскопа от наплывшей земли, чтобы потом его разметили на квадраты и приступили к снятию культурного слоя. Парней поставили выносить тазики с отработанной землей, которые на местном жаргоне называли "утки". Что порождало немало шуток по этому поводу:
- Эй, утконосы, заберите "уточку"!
- Свободная "утка"! Кря!
- "Утка" готова, можно выносить!
- Грузите птицу, я заберу!
Постепенно в паре метров от раскопа начала расти куча земли, выброшенной из раскопа - отвал. Девушкам выносить землю профессор Воронцов категорически запретил в силу того, что наполненные "утки" обычно очень тяжелые. Хотя и барышням было непросто сидеть на коленях или на корточках и соскребать мастерками верхний слой почвы. Лизе зачистка казалась скучной. Время от времени она оглядывалась по сторонам, изучая местность. Городище представлялось ей совсем иным, и пока оно не походило на город из прошлого. Но здесь ходили люди тысячу лет назад, строили дома, разговаривали, лепили горшки, торговали - одним словом, жили.
***
Истина где-то рядом.
Для Тёмы это были не просто слова, а факт. Который, если верить Булгакову, являлся самой упрямой в мире вещью.
Тёма ехал в экспедицию не просто ради отработки практики. Его интересовала наука. Юноша мечтал отрыть что-нибудь эдакое, что способно перевернуть науку вверх тормашками. И поэтому готов был пойти на многое, чтобы достичь определенных высот. Увы, пока за время первого курса обучения он встречал лишь насмешки большинства однокурсников, в том числе и Макса, и скептические взгляды преподавателей. Юноша знал, что его недооценивают из-за слабого зрения, проблем с позвоночником, постоянной тревожности и неуверенности в себе. Но он знал, что чего-нибудь добьется. Шлиман и другие первооткрыватели археологии тоже не были идеалами, и зачастую начинали в еще более трудных условиях, чем он.
Во время одного из перерывов Тёма прошелся по валу и между кустов увидел еще один раскоп, также укрытый тентом. Рядом с ним находилось поросшее кустарником возвышение, которое по цвету почвы заметно отличалось от прочих деталей ландшафта. Среди корней и наплывшей земли виднелись каменные обнажения.
Вернувшись на место, Тёма спросил попавшемуся ему под руку Глазьева, в чем обстоит дело.
- А, это был один из старых раскопов; мы его так и не докопали лет пять назад, - ответил тот. - Там с ним куча проблем была. То грунтовые воды снизу начали давить, и все заливало к чертям. То бортик обрушится, то еще какая-нибудь пакость. А тебе зачем?
- Из научного интереса, - уклончиво ответил юноша. - Там еще возвышение рядом с ним странное... Не знаете, что это?