Аннотация: Пьеса по мотивам сказки Андерсена "Короли, дамы и валеты".
Пьеса в четырёх картинах с прологом и эпилогом по мотивам сказки Ханса Кристиана Андерсена "Короли, дамы и валеты"
Действующие лица:
Вильям, 30 лет, коммивояжёр.
Бэзил, 55 лет, бывший слуга Вильяма.
36 игральных карт.
Джокер.
Призрак Наполеона.
Прохожие.
Примечание: карты в разных картинах могут играться одними и теми же актёрами. Музыка любая, желательно старинная.
Время действия: середина девятнадцатого века.
Место действия: Англия, провинциальный город.
Пролог
Новогодняя ночь. Подвал. Единственная дверь в глубине сцены. Слабый голубоватый свет сочится откуда-то сверху и сбоку. Справа - груда хлама, ворох бумаг, сваленные в беспорядке стулья, табуретки, коробки, доски. Здесь же стоит облезлый стол.
Входят Вильям и Бэзил. Вильям в плаще и цилиндре, держит саквояж. Бэзил в длиннополом сюртуке, в панталонах до колен. Оба припорошены снегом. В руке Бэзила плошка с горящей свечой.
Бэзил (ставит плошку на стол.) Надо же, какой снегопад под Новый год! Это к удаче, сударь, помяните моё слово.
Вильям (кладёт саквояж на табуретку, стряхивает с себя снег.) При моей работе только и остаётся, что надеяться на удачу.
Бэзил (показывает на груду хлама.) Вот всё, что уцелело от ваших вещей за двадцать лет.
Вильям (вглядывается в груду.) Я кое-что узнаю... Помилуй бог, тут мои детские игрушки! Удивительно, что они сохранились. Дом разрушен, остался только подвал, и в нём - мои игрушки...
Бэзил. Если бы вы не приехали сегодня, то и их бы не увидели. Завтра дом снесут окончательно, а подвал, наверное, завалят мусором.
Вильям. Сказать по правде, я не рассчитывал быть здесь именно сегодня. Проезжал через родной городок, и что-то дёрнуло меня выйти из дилижанса. Очень уж захотелось посмотреть на дом, в котором прошло моё детство.
Бэзил. От дома остались только две стены и подвал.
Вильям. Да, печально.
Бэзил. А каким большим и красивым он был прежде, когда вы в нём росли! Как было шумно и весело! А что творилось на Рождество и в ваш день рождения, никакими словами не передать!
Вильям. По праздникам в доме собиралась вся семья, сходились знакомые, начинались игры и танцы. Это лучшие воспоминания в моей жизни. Жаль, что всё так скоро кончилось. Мне не исполнилось и десяти лет, когда умер отец. Матушка продала дом и увезла меня в Лондон. С тех пор я здесь не был ни разу.
Бэзил. А я остался служить новым хозяевам. Кстати, за двадцать лет тут сменилось четверо владельцев, и я состоял при каждом. Последний совсем не заботился о доме, и не жил в нём. Здание ветшало и рушилось. Зимними ночами из разбитых окон залетал снег, весной протекали потолки. Кончилось тем, что дом и землю под ним выкупил муниципалитет. Здесь будут строить тюрьму.
Вильям. Тюрьму? Как странно. Там, где мы так весело справляли Рождество, будет тюрьма.
Бэзил. А я вас, сударь, сразу узнал, ещё когда вы шли от почтовой станции. Ба, думаю, да это мой неугомонный Вилли вернулся к себе домой!
Вильям. А дома-то и нет.
Бэзил. После вашего отъезда я переписывался с вашей матушкой, а потом она перестала отвечать мне, и я получил извещение, что она умерла.
Вильям. Без неё мне пришлось очень трудно. Я должен был работать, чтобы закончить колледж.
Бэзил. Надеюсь, ваша жизнь наладилась?
Вильям. Жизнь коммивояжёра вряд ли назовёшь налаженной. Постоянно приходится ездить по городам, бывать в разных странах. С тех пор, как я покинул этот город, мне не везло. Все, кого я любил, умерли. Тяжелее всего я перенёс трагическую гибель Дженнифер, моей невесты, которую я любил всем сердцем. Я вам написал об этом.
Бэзил. Да, сударь, её сбила карета. Какое несчастье, бог мой, какое несчастье!
Вильям. Это было пять лет назад, в Лондоне, на Пикадилли, в такую же снежную ночь. А кажется, это произошло вчера. Дженнифер как живая стоит перед глазами.
Бэзил. Очень вам сочувствую.
Вильям. Теперь ещё и дом сносят... (Поднимает плошку и всматривается в груду на полу.) Но это просто чудо, что сохранились игрушки. Ещё когда я шёл сюда, мне определённо казалось, что старый дом преподнесёт мне сюрприз, и этот сюрприз будет приятным.
Бэзил. Одно то, что я случайно встретил вас на улице, сударь, это уже сюрприз. Я ведь все эти годы думал о вас. Думал, где-то сейчас мой добрый весёлый Вилли? Что-то он поделывает?
Вильям. Эти игрушки, и вы, Бэзил... Как будто луч света из далёкого прошлого проник в мою серую жизнь.
Бэзил. Игрушки выбросили сюда вместе со старой мебелью сразу после вашего отъезда. Они так и остались здесь. У меня почему-то рука не поднялась вынести их.
Вильям. Многие из них мы с отцом сами клеили из бумаги и картона. Я сейчас смотрю и думаю: какие чудесные игрушки, оказывается, можно склеить из бумаги! Взгляните, здесь и карточный домик! Невероятно, но он тоже сохранился! Для меня это был не домик, а самый настоящий замок. На его стены и крышу ушли две колоды. Одну, с коричневыми рубашками, наклеили на стены, а вторую, с золотистыми, - на крышу. Это чтобы казалось, будто стены у домика кирпичные, а крыша - медная.
Бэзил. При новых владельцах его не сразу перенесли в подвал, а оставили для детей. Но они обращались с ним не слишком хорошо.
Вильям (рассматривает домик.) Я уже вижу. Вот здесь были башни, а вот здесь - подъёмный мост, а во рву была вода, гладкая, словно зеркало. Да там и лежало зеркальное стекло. На самой высокой сторожевой башне стоял вырезанный из дерева дозорный с трубой. В неё можно было трубить, но он не трубил!
Бэзил. От домика остались только стены и крыша, да и те в весьма плачевном состоянии. Остальное пропало.
Вильям. Я сам поднимал и опускал подъёмный мост. А ещё у меня были оловянные солдатики. Я заставлял их маршировать по мосту и вокруг замка. Они же охраняли замок по ночам. Иногда я открывал ворота и заглядывал внутрь. А там, как в настоящих рыцарских замках, висели портреты в рамах. Только портреты эти были карты: короли в коронах и со скипетрами, дамы в покрывалах, ниспадающих на плечи, валеты с алебардами. Каждая масть имела собственную залу. Попробую-ка я сейчас заглянуть в червовую залу. Что, интересно, я там увижу.
Бэзил. Думаю, что карты висят на своих местах, а то куда бы им деваться.
Вильям. Домик всегда стоял на этом столе. Надо бы убрать с него мусор, чтобы освободить место для домика.
Бэзил. Сейчас уберу. Всё равно жить этому добру осталось до утра. (Стряхивает со стола мусор.) Утром придёт старьёвщик и заберёт всё, что представляет хотя бы ничтожную ценность. Этот стол он наверняка заберёт. Стул без ножки заберёт, табуретку с продавленным сиденьем, оловянные кружки без ручек. Да мало ли что ещё. А домик ваш он оставит. Он ведь никому не нужен. Потом придут рабочие и сгребут весь оставшийся мусор. Бумагу, конечно, отправят в костёр.
Вильям (берёт домик в руки.) Какой лёгкий. А мне в детстве он казался тяжёлым. Я едва сдвигал его с места. (Слегка подбрасывает домик и ловит.) Совсем ничего не весит.
От домика отваливается карта и падает на пол. Вильям ставит домик на стол. Бэзил поднимает карту и подаёт Вильяму.
Бэзил. Отклеилась, наверно.
Вильям (рассматривает карту.) Да это Джокер! Я помню его. Я приклеил его над воротами и приказал охранять замок, но он на другой день отклеился. Я убрал его, решив приклеить, когда будет время, и он потерялся. Я его искал и не нашёл, а он, оказывается, прилип снизу к картонке и прятался там все эти двадцать лет.
Бэзил. Надо же было ему найтись именно сейчас.
Вильям. И всё же я его не возьму. Он спрятался от меня, значит, не очень-то хочет дружить со мной. Пусть остаётся со своими бумажными собратьями. (Бросает Джокера в прореху в крыше домика.) А теперь посмотрим, как там поживают мои короли и дамы...
Придвигает свечу поближе к воротам. Бэзил приносит табуретку. Вильям садится, наклоняется к воротам и заглядывает в домик.
Вильям. Зала Червей! Как она мне знакома! Всё на своих местах, и даже еловая ветка сохранилась. Я засунул её туда в ночь под Новый год. Это был последний Новый год, когда был жив отец. Мы сделали шарики из конфетной бумаги и нарядили ими четыре маленькие веточки. По одной веточке для каждой залы. Это чтобы обитатели замка встретили Новый год с ёлкой.
Бэзил. Тот Новый год мне запомнился. Шёл сильный снег, такой же, как сейчас, и топились печи, и на окнах были морозные узоры.
Вильям. И пахло пирогами.
Бэзил. А сколько шума было, и беготни, и детских голосов!
Вильям. Как всё изменилось. Если бы мне тогда сказали об этом, я бы не поверил.
Бэзил. Настоящим хозяином карточного домика навсегда остался Вилли Никольсон. Маленький Вилли, который так любил с ним играть.
Вильям. А теперь и домик должен умереть. Так у меня всегда. Всё, что я любил, умирает.
Бэзил. Ничего не поделаешь, сударь. Человеческую судьбу знают только на небесах, и ещё, говорят, её могут предсказать карты.
Вильям. В ту ночь, когда до Нового года оставались считанные минуты, я заглянул в залу Червей, и глазам не поверил. Мне показалось, что король подаёт мне знаки своим скипетром, в руке у дамы качается золотой тюльпан, а алебарда валета ходит вверх и вниз, как будто валет салютует мне. Обитатели залы словно подзывали меня к себе. Я наклонился ниже, чтобы лучше видеть, и до того забылся, что стукнулся головой об замок. Это привело меня в чувство, зато замок чуть не рухнул. Вмятина на нём до сих пор видна.
Бэзил. Сразу видно, вы были очень привязаны к нему. Но что же мы здесь сидим? На соседней улице есть гостиница, её хозяин, господин Лесли, знавал вашего отца. Он вас устроит и накормит ужином. А то куда вы пойдёте в такую ночь.
Вильям. Благодарю, Бэзил, я поел на станции. А сегодняшнюю ночь мне хотелось бы провести здесь, с моими игрушками. Ты можешь идти. Мне ничего не нужно.
Бэзил. Как хотите, сударь. Сообщу о вас господину Лесли, он будет ждать. (Уходит.)
Вильям (заглядывает в домик.) Да, это та самая зала. На стенах портреты... Джокер упал на ветку, и смотрит на меня... А ведь смотрит... Он правда смотрит? Кажется, у меня кружится голова... Портреты опять оживают... Нет, не может быть. Обман зрения. (Выпрямляется, мотает головой.) Я много раз заглядывал в замок, и ничего в нём не шевелилось. Странность случилась только один раз, в ту ночь под Новый год. С тех пор прошло двадцать лет, и я уже не уверен, что тогда действительно что-то было. Конечно, мне снилось. А вдруг опять приснится? (Снова наклоняется к домику.) Сейчас тоже новогодняя ночь, и на улице идёт снег. Я вернулся к себе домой, сижу за моим столом, заглядываю в мой замок, и мне почему-то кажется, что чудо обязательно случится...
Музыка.
Из-за спины Вильяма выходит Джокер в зелёном фраке и зелёном цилиндре. Задувает свечу. Темнота.
Музыка.
Первая картина
Зала Червей
Готическая зала. Горят красные свечи. Справа в полумраке украшенная игрушками новогодняя ёлка. На стенах - большие пустые карты, две слева и две справа. На них - червовая масть и красные буквы: Т (Туз), К (Король), Д (Дама), В (Валет). Изображений нет. Туз Червей и Король Червей, собственными персонами, сидят в креслах под своими картами слева. Дама Червей и Валет Червей сидят в креслах справа.
Туз - старец с седой шевелюрой и седой бородой, в длиннополой белой мантии, с изображением символа Червей и буквы "Т". Сидит, держась за посох. На наконечнике посоха - червовая масть. Король в короне, со скипетром. Дама с цветком. Валет с алебардой, в берете с развевающимися перьями.
Такими же пустыми картами выложен пол. Десятка, Девятка, Восьмёрка, Семёрка и Шестёрка Червей стоят за ёлкой. Это молодые юноши и девушки в одеждах пажей эпохи Возрождения: чулки, короткие панталоны, камзол, круглый стоячий воротничок, маленький берет с перьями. В одеждах преобладает розовый цвет.
Все фигуры неподвижны.
Вход в залу в глубине сцены. Оттуда выходит Вильям. Оглядывается. Музыка умолкает. За ним бесшумно следует Джокер.
Джокер. Чудеса продолжаются, не правда ли?
Вильям (вздрагивает от неожиданности). Кто вы? Ах, да, вы - Джокер. Я уже ничему не удивляюсь. Вы сошли с карты, той самой, которая упала. А это - зала Червей. Я всё-таки попал сюда. Меня не отпускает чувство, что я уже был здесь однажды.
Джокер. Да, Вилли, ты пытался войти сюда, но я тебя остановил. Потому что ты был слишком мал. Ты был ребёнком, а здесь всё очень серьёзно, детям здесь делать нечего. Тот, кто попадёт в этот замок новогодней ночью, может изменить свою жизнь. Например, ты. Тебе тридцать лет, и ты уже понимаешь, что к чему в этом мире, и что тебе надо и что не надо.
Вильям. Как, интересно, я могу изменить свою жизнь?
Джокер. Недаром я Джокер. Я неожиданность. Я сюрприз. Я тасую судьбы, времена и события как колоду карт. Хотя у меня самого никакой судьбы не было и быть не могло, кроме незавидной судьбы старой потрёпанной карты. Судьба есть только у тебя, потому что ты человек. И события могут случаться только с тобой. Пользуйся моментом, пока ты здесь. Пока не наступил Новый год. Выбирай любую карту, и твоя жизнь пойдёт так, как она предскажет.
Вильям. Моя жизнь как шла, так и будет идти, и ничего в ней не изменится.
Джокер. Вилли, однажды ты приказал мне, чтобы я охранял твой замок. И я был его усердным охранником все годы, пока тебя не было. Поэтому я и скрылся, чтобы как можно лучше выполнить твой приказ. Я охранял замок от крыс, берёг от огня, отводил тех, кто покушался на него. Всё сохранить не удалось, но я сохранил главное - замок и четыре его залы. Завтра его сожгут, но это - завтра, а сегодня будут происходить чудеса. Их и так уже много произошло. Разве не чудо, что замок уцелел, что сейчас новогодняя ночь, и что ты именно в эту ночь оказался здесь? Скажу не хвастаясь, ко всему этому и я, некоторым образом, приложил свою руку...
Вильям (озирается.) Карты были на портретах, а сейчас сидят в креслах. Они смотрят на меня!
Джокер. Пожалуй, пора предоставить им слово.
Снимает цилиндр и раскланивается направо и налево. Фигуры оживают.
Джокер. Моё почтение, ваши величества и ваши высочества. Моё глубочайшее почтение, ваше ослепительное сиятельство господин Туз. Давненько не виделись.
Туз Червей. Джокер, где ты был всё это время?
Джокер. Охранял замок. А заодно приглядывал за нашим Вилли. Сдаётся мне, что его судьбу пора менять.
Туз Червей. Ему нужно достойное будущее, и это будущее могу дать ему только я, Туз Червей.
Король Червей. Если речь идёт о достойном будущем, то с этим вопросом только ко мне, Королю.
Дама Червей. Нашему Вилли нужны забота, благополучие и семейное счастье, а за этим только ко мне.
Валет Червей. И ещё ему нужна любовь.
Медленная музыка. Четыре фигуры встают с кресел и проходят перед Вильямом, церемонно кланяясь. Из-за ёлки выходят Десятка, Девятка, Восьмёрка, Семёрка и Шестёрка Червей и включаются в шествие.
Джокер. Почтеннейший Туз, я знаю, вы можете многое, если не всё...
Туз Червей (Вильяму.) Карта, которую ты возьмёшь с собой, покидая замок, будет Червовым Тузом. Всё очень просто. Ты выйдешь из замка, снимешь с него крышу, отлепишь меня от стены и положишь к себе в карман. И держи меня при себе всегда. Не беда, если потеряешь. Я непременно вернусь к тебе.
Джокер (Вильяму.) Червовый Туз - это дом, семья и финансовое благополучие. Во всём этом ты нуждаешься особенно остро, ведь ты беден и одинок.
Туз Червей (Вильяму.) Сын мой, я сделаю всё, чтобы ты обрёл счастье и достаток в жизни. У тебя будет любящая жена, куча прелестных детей и крупный счёт в банке. Я не говорю о положении в обществе. Ты будешь известен и уважаем. И всё это дам тебе я, Червовый Туз. Ни одна другая карта не даст тебе и половины всего этого. Жаль, что ты поздновато явился, но всё ещё можно исправить. И я исправлю, обязательно. Только не забудь меня взять.
Король Червей. Ну, жена, дети, счёт в банке... Это всё слишком неопределённо и туманно. Оно, может, и появится, но сколько придётся ждать? И как вообще всё это придёт? Что надо сделать для этого? Сколько усилий приложить? Милый Вилли, есть гораздо более короткий и верный путь к богатству и благополучию.
Джокер (Королю Червей.) Только не сулите ему удачу в карточной игре, ваше величество, этот путь мы отвергаем сразу.
Король Червей. Я что-нибудь сказал об игре? Удачу в игре могут обещать только Трефы и Пики, и то их обещаниям грош цена. Нет, Вилли, тебе нужен богатый и влиятельный покровитель. Граф, кронпринц, эрцгерцог. Министр, на худой конец. С его помощью ты достигнешь того же, что сулит тебе Туз, только гораздо быстрее.
Джокер (Вильяму.) В словах Короля есть резон.
Туз Червей. Ох уж эти высокие покровители. Сегодня твой министр на вершине славы, а завтра его отправят в тюрьму, и с ним его выдвиженцев и фаворитов. И произойдёт это в один миг. Или покровитель твой внезапно умрёт, а с ним, можешь считать, и твоя карьера окончена.
Король Червей. Ничего страшного. У Вилли другой покровитель появится, я побеспокоюсь об этом.
Туз Червей. Он сам успеет остаться без головы, прежде чем найдёт другого покровителя. То ли дело я. Со мной твоя карьера, Вилли, будет надёжна и основательна, всё твоё окружение будет незаметно, постепенно подталкивать тебя вверх, к вершинам благополучия. А со стороны будет казаться, что ты всего добиваешься сам, своими усилиями. У людей это ценится гораздо выше, чем помощь сильных мира сего.
Король Червей (Тузу.) Вы хотите сказать, ваше сиятельство, что я заставлю Вилли пресмыкаться и угодничать?
Туз Червей (пожимает плечами.) Если у него будет такой покровитель, как ты говоришь, то ему поневоле придётся пресмыкаться.
Король Червей. Где-то может быть вы и правы, но без высокого покровителя ему десять лет придётся ждать, пока карьера пойдёт в гору. А с покровителем она взлетит фейерверочной ракетой в самое небо! И такой покровитель у Вилли непременно будет. Только ты, Вилли, не позабудь взять мою карту. Запомни: Король Червей. Король Червей, и твой бутерброд всегда будет намазан маслом с двух сторон и густо посыпан сахарной пудрой!
Дама Червей. Вы, государи мои, сами не понимаете, о чём говорите. Вы правы только в том, что Вилли действительно нужны дом, семья и финансовое благополучие, но путь к этому проложит ему только женщина. Да, женщина. Ещё далеко не старая, но и не слишком молодая, обладающая высоким положением и властью. Она заменит ему и мать, и возлюбленную, и отца, и брата, и сестру, и поведёт его по жизни надёжно и уверенно, как надлежит зрелой, уверенной в себе, любящей женщине. Это может быть герцогиня, виконтесса, а может быть и сама королева. Вилли будет жить во дворце, наслаждаясь роскошью и богатством. Вилли, слушай меня, это то, что тебе надо.
Джокер. Вилли, а правда, что может быть лучше роскошной жизни во дворце? Будешь жить, не зная забот.
Дама Червей (Вильяму.) И это даст тебе моя карта, карта Дамы Червей.
Туз Червей. Полагаться на женщину - очень ненадёжное дело, Вилли. Женщины непостоянны. Все до единой. Особенно обладающие властью. Со временем обязательно найдутся молодые претенденты на твоё место, и тебя выкинут, как использованную вещь. В лучшем случае ты станешь тем, чем сейчас - бедным одиноким коммивояжёром. А то и проведёшь остаток дней за решёткой. То, что легко добыто, легко теряется. Поэтому - никаких покровителей и покровительниц! У тебя будет только один покровитель - я, Туз Червей. Королевских корон я не обещаю, но богатство, почёт и уважение будут с тобой всегда.
Король Червей (Вильяму). Всё твоё богатство, почёт и уважение рассыплются в прах из-за одного шепотка, записочки, маленького доноса, поданого на самый верх.
Дама Червей. Умная любящая женщина этого никогда не допустит.
Король Червей. Именно женщина это допустит быстрее всего.
Туз Червей. Вилли, всякое может случиться в жизни, но с тобой будет Туз!
Валет Червей (с лёгкой улыбкой). Ваши величества, простите, что вмешиваюсь в ваш разговор, но во всём, что вы тут наговорили, не было ни единого слова о том, что на самом деле нужно нашему Вилли. О том, о чём он мечтает. А мечтает он о любви. О настоящей, искренней любви, которая способна захватить его сердце. Её не даст ни влиятельный покровитель, ни властительная дама, ни тем более верная жёнушка, на которой его заставят жениться ради денег, карьеры и продолжения рода. Ему нужна девушка, прекрасная как ангел, которая тоже полюбила бы его всем сердцем.
Джокер (Вильяму.) Это правда?
Вильям (смущён, опускает голову.) Даже не знаю, что и сказать... У меня уже была девушка, которую я очень любил...
Дама Червей (перебивает его.) С юными девицами не оберёшься хлопот! Не то тебе нужно, Вилли, совсем не то! И не слушай никого, кроме меня, и уж тем более не Валета. Он легкомыслен, в голове у него одни любовные шашни. Недаром он Валет.
Валет Червей. Да, в любви не избежать хлопот и волнений, но это радостные волнения. А как же, господа, в любви без волнений? Это невозможно! Я, как и всякий Валет, сулю хлопоты, но я сулю хлопоты приятные, увлекательные, полные любви и упоительных событий. Приключения, в которые я окуну Вилли с головой, непременно закончатся свадьбой и супружеским ложем. И богатством, конечно же, поскольку любимая Вилли окажется наследницей дворянского титула и крупного состояния. Но главное - это не титулы, а любовь! Вилли, возьми меня, Валета Червей, и ты встретишь ту, которую полюбишь всей душой, и которая откликнется на твои чувства. Держи меня в кармане, и ваша любовь будет взаимной и долгой, и ты не только обретёшь то, что сулят тебе эти господа, но и получишь гораздо больше. Ты понимаешь, что я имею в виду. Конечно, я имею в виду любовь.
Джокер. Вилли, мотай на ус. Это тоже вариант.
Дама Червей. Молодая девица не способна дать настоящее счастье. Ты будешь обречён на беспокойства, волнения и ревность. Настоящее счастье может дать только зрелая, умная женщина, с которой ты будешь жить, не зная забот.
Король Червей. Счастье тебе даст высокий покровитель. Он найдёт тебе и жену, и любовницу, и всё что ты захочешь.
Туз Червей. Выбирай семейное счастье, Вилли, семейное счастье. Будешь жить в уюте и покое.
Из-за ёлки выходят Шестёрка, Семёрка, Восьмёрка, Девятка и Десятка Червей.
Девятка Червей. А как же мы? Мы тоже может дать Вилли счастье.
Дама Червей. Вы мелкие карты, и счастье ваше мелкое.
Семёрка Червей. Это только кажется, что мелкое, а на самом деле оно не мелкое. Я Семёрка Червей, и я сулю объяснение в любви. Вилли, я позабочусь о том, чтобы тебе объяснилась в любви самая красивая девушка на свете!
Король Червей. Ну, объяснится она, и дальше что? Все вы можете дать что-то на короткое время, а мы, крупные карты, даём на всю жизнь.
Шестёрка Червей. Я Шестёрка. Я обещаю Вилли любовное свидание и романтическое путешествие. Оно непременно закончится свадьбой и счастьем на всю жизнь!
Валет Червей. Вот насчёт всей жизни не надо. Кстати, я тоже могу дать свидание и путешествие, которые кончатся свадьбой.
Шестёрка Червей. Но моё любовное свидание будет совершенно особенным. Это будет самое счастливое, самое незабываемое, самое потрясающее любовное свидание! Такого не было ни у кого!
Дама Червей. Да брось ты рассказывать сказки. Может, оно и будет потрясающим, но продлится всего миг, как и все потрясающие свидания. Вилли только и останется, что вспоминать его и проливать слёзы оттого, что такого больше никогда не повторится.
Восьмёрка Червей. А я Восьмёрка. Вилли, ты получишь записку, в которой будет сказано, что тебя дожидается карета, а в ней - девушка, которая в тебя влюбилась с первого взгляда!
Джокер. Как романтично.
Туз Червей. Ну, покатаются они в карете и расстанутся под утро. Больше дать ты не способна.
Восьмёрка Червей. Но это будет счастье, самое большое счастье в жизни Вилли!
Дама Червей. Самое большое счастье ждёт Вилли со знатной, зрелой женщиной.
Король Червей. Кареты, записки, свидания. Это всё так несерьёзно!
Восьмёрка Червей. Это серьёзно, очень серьёзно! Вилли, возьми меня и не расставайся со мной!
Девятка Червей. А я - Девятка. Вилли, ты знаешь, что такое Девятка Червей? Это любовь.
Король Червей. Даже говорить смешно.
Туз Червей. Ничто так быстро не проходит в этой жизни, как любовь.
Девятка Червей. Вилли, вы полюбите друг друга, и это будет настоящая любовь, которая не пройдёт никогда.
Дама Червей (Девятке Червей.) А принесёт эта любовь деньги, почёт, власть? Молчишь? Вот и молчи! Вилли уже не мальчик, чтобы влюбляться без оглядки. Он знает, что без солидной основы любовь проходит как дым.
Девятка Червей. Вилли, возьми меня, я правда очень счастливая карта. Я любовь! А то я сгорю с остальными картами, превращусь в дым, и всё счастье, что я способна дать, сгорит вместе с мной и не достанется никому... (Плачет.)
Десятка Червей. А я и вовсе не знаю, что сказать. Меня уж точно Вилли не возьмёт, хотя я тоже очень счастливая карта. Десятка Червей. Любовные планы, которые обязательно сбудутся, и надежды, которые тоже сбудутся. (Плачет.) Всё, что ты ищешь в любви, всё сбудется, только возьми меня...
Туз Червей. Вилли, не слушай этих плутовок. Они, конечно, карты счастливые, но их счастье недолгое. И ты заметил, что ни одна не обещает тебе денег и положения?
Шестёрка Червей. То, что мы можем дать, дороже всех денег мира! Мы даём счастье и любовь!
Семёрка Червей. Да, да, мы, Черви, самая счастливая масть из всех карточных мастей! Мы даём любовь!
Восьмёрка Червей. К другим мастям ты можешь и не ходить, они не дадут тебе того, что можем дать мы.
Туз Червей (благосклонно кивает.) Наконец-то я слышу что-то действительно разумное. Мы, Черви, лучшие, и это истинная правда.
Валет Червей. Особенно в том, что касается любви. Недаром наша масть похожа на сердечко. Черви - это любовь.
Дама Червей. Мы не только любовь, мы и дворянский титул можем дать.
Король Червей. Вилли, ты должен выбрать кого-то из нас четверых.
Туз Червей. Не сомневаюсь, что ты выберешь мою карту. Это именно та карта, которая даст тебе всё.
Валет Червей. Кроме любви.
Туз Червей (Валету.) Молчи, дурная голова! Я и любовь дам, и всё на свете. И это будет основательно, надёжно, на всю жизнь. Потому что я - Туз, самая старшая карта.
Девятка Червей. Любовь - самое лучшее, что есть в жизни!
Шестёрка Червей. Особенно если она сочетается со свиданиями и романтическими путешествиями.
Семёрка Червей. И признаниями.
Восьмёрка Червей. Особенно если твоя девушка первой признается тебе в любви.
Десятка Червей. И все ваши планы сбудутся.
Джокер (Вильяму.) Видишь, сколько всего тебе предлагают? Одна карта лучше другой. И если в жизни ты ищешь только любви, то к другим мастям можешь и не ходить. Всё нужное здесь, перед тобой. Выбирай.
Вильям. Я бы выбрал любовь, если бы...
Дама Червей. Если бы с любовью были ещё и деньги. Ты прав, Вилли.
Вильям. Я не то хотел сказать. Понимаете, в моей жизни уже была любовь, и во второй раз я не полюблю.
Туз Червей. Тогда тебе нужен я! Богатство и положение в обществе!
Король Червей. Нет, я. Быстрое достижение власти и богатства!
Туз Червей. Но с быстрым богатством уверенности у тебя в жизни не будет, Вилли, уверенности!
Дама Червей. Уверенность у тебя появится только со мной.
Валет Червей (Вильяму.) Ты хочешь сказать, что не полюбишь во второй раз, я правильно понял?
Вильям. Правильно. Во второй раз любви не будет.
Валет Червей. Ты в этом уверен? Скажу тебе по секрету, что сердце - это такая штука, которой бесполезно приказывать. Можешь не сомневаться, что, имея меня в кармане, ты обязательно влюбишься и будешь счастлив, как никто другой в мире.
Вильям. Дженнифер - единственная девушка, которую я любил всем сердцем, и буду любить до конца своих дней, хоть её уже и нет в живых.
Валет Червей. Возьми меня, и ты влюбишься обязательно.
Вильям. Я верен Дженнифер.
Мелкие карты (хором.) Он верен Дженнифер!
Девятка Червей. Ах, если бы он взял меня!
Шестёрка Червей. Или меня!
Туз Червей. Теперь я окончательно убедился, что ему нужны семья и дом. То есть, ему нужен я.
Мелкие карты (вместе.) Мы все, мы все только про любовь. Значит, мы не нужны ему? Мы никому не нужны с нашими дарами?
Десятка Червей. Ах, если бы меня взял кто-нибудь, хоть кто-нибудь, он был бы счастлив всю жизнь!
Восьмёрка Червей. И со мной он был бы счастлив всю жизнь.
Другие мелкие карты. И со мной. И со мной.
Джокер. Вилли, я вижу, ты колеблешься. И это объяснимо. Свой выбор ты сделаешь, когда побываешь в остальных залах.
Туз Червей. Вилли, не уходи! Я самое лучшее, что у тебя может быть!
Король Червей. Самое лучшее - это я!
Дама Червей. Конечно, это я!
Валет Червей. Вилли, подумай над тем, что я тебе сказал.
Джокер (Вильяму.) Пойдём. До Нового года времени осталось совсем немного.
Джокер и Вильям идут к выходу. За ними с криками бросаются мелкие карты.
Мелкие карты. Вилли! Вилли! Спаси нас, мы сгорим!
Король Червей. Ступай, Вилли, и послушай, что предложат тебе другие масти. Ты убедишься, что моё предложение - самое лучшее!
Дама Червей. По-крайней мере, у нас, Червей, нет вторых смыслов, как у других мастей. Мы откровенны. Что сказали, то и сделаем.
Джокер кланяется, сняв цилиндр, и обитатели залы замирают. Вильям скрывается за дверью. Джокер задувает свечи.
Темнота.
Музыка.
Вторая картина
Зала Бубен
Такая же, как Зала Червей. В углу украшенная ёлка, горят красные свечи. На стенах справа и слева - большие пустые карты. На них бубновая масть и буквы. В креслах под картами сидят Туз, Король, Дама и Валет. Похожи на фигур из предыдущей залы. Мелкие карты стоят за ёлкой. В одеждах преобладает ярко-алый цвет.